# УРАЛЬСКИЕ САМОЦВЕТЫ. По сказкам Бажова

Любовь Мальцева

Мечтаете окунуться в старину? Ищите чудес и волшебства? Эта книга подарит вам теплый и уютный вечер. Напомнит о русской старине, о нравах и обычаях. Ваши дети ненавязчиво окунутся в историю, в волшебный мир Хозяйки медной горы. А вы с удовольствием вспомните любимые сказы Бажова про малахитовые чудеса и про умельцев-мастеров с Урала.

В старые стародавние времена, жил да был один мужичок непростой, сказочник да рассказчик историй разных. Взял мужичок на воспитание девчушку – сиротку, а с ней и кошку Мурёнку. Девчушка умненькая да смышленая, а кошка пестрая да тощая. Как будут жить-поживать вместе мужичок с названой дочкой? Повстречают ли они оленя с золотыми рожками да серебрянными копытцами? И как встретит Хозяйка Медной горы названую дочку мужичка?

Вроде, где-то на Урале,

Горы русские стояли…

Горы были те богаты

Малахитом да и златом,

Янтарем и серебром -

Много было там чего…

Горы, все, тайгой покрыты;

Где речушками промыты;

Где же глухомань такая -

Только птицы и летают…

## КНИГА 1 Как Кокованя дочкой обзавелся


Где-то есть такие дали,

Где о сказках не слыхали,

Там про руских говорят:

Те в столице кур доят,

Люди русские чудны,

Мол, ленивы и вредны,

Над собой смеются часто

И ругаются цветасто!

В селах их медведи бродят,

Буд-то, в каждый дом заходят!

Люди ж их не выгоняют,

А, напротив, привечают!

Русский веник из березы -

У других бы вызвал слезы -

Русские ж себя им хлещут,

Верят в то, что он их лечит!

Хлеб, у русских, голова!

От чертей – колокола,

По земле, по всей, звонят,

Выгоняют бесенят!

В каждом доме паучок -

Приголублен, как внучок,

Бабы их не выметают,

Оберегами считают!

А зимой в мороз, в метель

Тащут люди с леса ель -

В доме ставят, наряжают,

Детей под елью собирают

И чудес волшебных ждут -

Буд-то в гости к ним придут

Дед со внучкою своей,

Чтоб порадовать детей!

Вот, пока сидят да ждут,

Небылицы и плетут!

А одна из небылиц

И дошла до заграниц!

Вроде, где-то на Урале,

Горы русские стояли…

Горы были те богаты

Малахитом да и златом,

Янтарем и серебром -

Много было там чего…

Горы, все, тайгой покрыты;

Где речушками промыты;

Где же глухомань такая -

Только птицы и летают;

Да зверушки всех мастей,

Есть такие, что костей

Можно даже не найти,

Если встретишь на пути…

Люди возле гор селились,

Чего-то, как-то суетились,

И хоть и было тяжеленько,

Обживались помаленьку.

Но вот так вот, мал по малу,

Деревеньки, как попало,

Вдоль Урала появились…

Мужики в горах трудились -

Зимой охота, в основном,

Но были те, кто мастерством

В веках прславили Урал!

Из малахита кто ваял -

Шкатулки, чаши, украшенья -

То были разные творенья…

А как снег таять начинал,

И май, апрель ли наступал,

И до осенних холодов,

Тут каждый был идти готов

В тайгу и горы, вдоль речушек,

От сел подальше, деревушек;

Одни мечтали о находке

Огромных злата самородков;

Другие жилу серебра;

А кто-то, с ночи до утра,

Каменья разные искал -

Урал богат на минерал!

Так вот… Там на Урале,

Когда всем этим промышляли,

Тогда и жил мужик один,

Тот, о котором и хотим,

Мы дальше свой продолжить сказ,

Все без вранья и без прикрас!

Дожил мужик наш до седин

И был совсем не нелюдим!

Все с уважентем Кокованей

Его в деревне называли.

Он раньше жил с женой вдвоем -

И вроде, было все путем -

Спокойно жили, без затей,

Беда одна, что нет детей!

Ну что ж поделать? Бог не дал!

И Кокованя не страдал,

Он, ведь, детишек-то любил -

Гостинцы с ярмарки возил,

И знал он много прибауток,

Да сказок разных, добрых шуток;

И часто было, у ворот,

Он ребятишек соберет

Задаст веселую загадку

Им о зверушкиных повадках,

И сказку про Урал расскажет,

И фокус, то, какой, покажет -

В ответ смеются ребятишки.

Чего и надо шалунишкам?

Слово доброе, потеха -

Покатились все от смеха!

Вот так и жили – не тужили -

Богатств, особых, не скопили…

В деревне был домишко свой,

Хоть невысокий, но с трубой!

Жена по дому суетилась:

Варила, стряпала, молилась,

Еще домишко убирала,

Бельишко на реке стирала -

Да мало ли у бабы дел!

Никто не знает их предел!

Мужик охотой промышлял -

Лисиц, волков в лесу стрелял.

Зима как только наступала,

Да снегом землю заметало,

Мужик-то, в лес и собирался,

Да там, с недельку, обитался…

В лесу избушка у него -

Размером два на три всего;

Мужик с сосны ее срубил,

Вокруг заваленку сложил,

Сварганил лавки, стол внутри

И печку… Что ни говори,

Но печка, в холода зимой,

Согреет, высушит, порой,

И одежонку, и унты!

На печке сваришь кашу ты!

А если щей-то наварить,

В печи оставить их томить,

То к вечеру – пришел наелся -

Душой и телом отогрелся!

Батрачил летом мужичок:

Кому-то срубит ледничок,

Кому пострить дом поможет,

Короче делал то, что может…

Сказать-то надо в пору ту,

Платили люди барам мзду,

Оброком это называлось.

На двор, на каждый, назначалось.

В краях где сеяли, пахали -

Его натурой назначали

Для горемычных крепостных;

Еще и баршину для них

Для отработки намечали -

Хватало, в общем, им печали!

В уральских-то краях иначе,

Собрать оброк, была задача!

Одни, от ночи до зори,

На штольнях, рудниках могли

Трудиться, рук не покладая -

У них-то жизнь совсем худая!

Другим, таким как Кокованя,

Оброк другой назначил барин.

Коль мог охотиться и строить,

То можно тягло-то и сдвоить:

Оброк – деньгами ли натурой,

Охоться хоть мануфактурой,

Но, главно, во время плати!

А баршину, чтобы нести,

Вот тут приказчик изголялся,

Все соки выжать он старался!

Бывало, целую неделю

В работе мужики потели!

Бесплатно, инструментик свой,

То баню барину отстрой,

То стойки в рудниках поправить,

То склад или сарайку справить!

А если нет такой заботы -

На руднике полно работы!

Вот так и жили, день за днем…

Но мы не вечно ведь живем!

Жена чего-то приболела

Да в Рай, на небо, улетела.

Мужик совсем один остался -

Хозяйство сам вести старался…

Да было в доме неуютно,

Тоскливо, пусто абсолютно!

Жена, хоть часто и ворчала,

И даже, просто хоть молчала,

Но всё же – человек родной!

Теперь же дом совсем пустой!

Погоревал мужик, поплакал,

Но все же жить-то надо как-то!

Решил сиротку приютить,

Уму да разуму учить:

"И самому не так тоскливо,

Уж если быть совсем правдивым,

Сиротка сыном моим станет,

Когда помру – меня помянет

Кутьей, возможно, добрым словом…"

Мужик жениться мог бы снова -

Такую мысль, и впрямь сперва,

Ему одна вдова дала.

Но он уже немолод был

Да и вдову, он, не любил!

А коли так – зачем жениться?

С женой-то можно не ужиться!

Вдруг будет вредная притом,

До смерти маяться потом?!

Мужик село все обошел -

Сирот мальчишек не нашел.

В одном дворе ему сказали,

В другой деревне, мол, видали

Семью большую – в ней сиротка.

Девчонку, буд-то, взяла тетка

В семью свою на воспитанье,

Да только, буд-то, пропитанье

В семье большой, где много ртов,

Да все едят-то будь здоров,

Плохое, а сироту шпыняют -

Кусочком каждым попрекают! Девчушке и годков-то восемь -

Осиротела уж под осень,

А хоть мала, но размышляет

Свое сиротство понимает!

Не сердится и не ревет,

Бывает песенки поет,

Помочь старается по дому…

Да что твердить-то попустому -

Сходи да глянь на сироту,

Поговори начистоту,

А там, потом уж, и решишь -

Все плюсы минусы сравнишь!

Мужик с недельку размышлял,

Все у печи ножом строгал

Березы белое полешко…

Закрыл в субботу свой домишко,

В село соседнее пошел

Да двор указанный нашел.

Всем объяснил, зачем явился,

Хозяин аж перекрестился,

А как о том узнала тетка,

Что хочет он забрать сиротку -

Его к девчушке провела,

Поговорить ей с ним дала -

Сама же вышла, помолилась

Да со стряпней закопошилась.

Мужик прошел и сел на лавку,

Глядит, девчонка-то – малявка!

Совсем худышка, в драной шали.

"Дааа, люди, точно не брехали…

Видать, несладко ей живется!

Ну, может, все и обойдется!"-

Мужик подумал… И сказал:

"Недавно тут я услыхал,

Что здесь смышленый есть ребенок,

Девчонка хоть, не пацаненок,

Но можно взять в ученики…

Быть может врали шутники?"

Девчушка глазки подняла

Да кошку на руки взяла:

"Скажи мне, дяденька, ты кто?

Ученика решил пошто

Искать ты сам и к нам пришел?"

Мужик такую речь повёл:

"Меня все кличут Кокованей,

Ты сможешь звать меня папаней…

Один недавно я остался,

По дому маялся топтался…

Жениться больше не хочу;

Решил, что может научу

Сиротку, взяв на воспитанье?

Да приложу я все старанья

Его и на ноги поднять,

За сына будет мне опять…

А то своих детей-то нет -

Не произвел я их на свет…"

Девчушка кошку обняла:

"Так значит, я так поняла,

Тебе сгодится и девчонка?" -

Девчушка тоненькой ручонкой

Погладила по спинке кошку,

Та помурлыкала немножко,

Потом привстала, потянулась,

Зевнула сладко, облизнулась,

На Кокованю посмотрела

И на колени к нему смело

Перебралась, щекой потерлась об него,

В глаза взглянула, мол чего,

Ты ничего не говоришь,

Быть может чем-то удивишь.

И Кокованя вдруг смутился

Да за карман за свой схватился.

Потом на божий свет извлек

Он то, что завернул в платок,

Когда из дома собирался,

Что долго мастерил старался.

"Вот я гостинец тут принес, -

Он, доставая, произнес, -

Да и забыл о нем, дурак…

Скажи, зовут-то тебя как?"-

И из платка достал игрушку.

Тут с лавки спрыгнула девчушка

И подошла к нему, взглянула

И робко руку протянула:

"Ты мне нарошно смастерил?"

Он ей кивая подтвердил:

"Да, это наш лесной олень,

Он в далеке от деревень

В таежных дебрях обитает.

Но говорят, что так бывает,

Он к людям иногда выходит

Да у домов, зимовий бродит.

Красавец – весь он снежнобелый,

А я, хоть мастер и умелый,

Не показал всей красоты,

Рогов ветвистых широты!

Его коль встретишь на пути -

Он может счастье принести -

Начнет копытцем землю бить,

Тут все вокруг начнет рябить

От тех красот, что он покажет,

Сапфиры и алмазы, даже,

Янтарь, рубины, серебро!

Не перечислить мне всего…

Его Копытцем люди кличут,

Серебрянным, значит, величут!

Но он явиться может змейкой-

Глаза синющие с копейку

А чешуя, как малахит,

Зеленым золотом горит!

А, может, бабушкой-старушкой

Или молоденькой девчушкой…

Вот, коль, дочуркой моей станешь

Да мои сказки не устанешь,

Ты слушать каждый день подряд,

Я расскажу и про наряд

Самой Хозяйки медных гор

И про палат ее убор…"

"Какой красивенький олень!

Его ждала б я каждый день,

Чтобы получше рассмотреть…

Тебе не надо ли успеть

Домой вернуться до темна?

С тобой пойду я не одна, -

Девчушка к кошке потянулась,

Потом лукаво улыбнулась, -

Вот Мурка, кисонька моя,

Мы вместе: и она, и я!

Дед с бабой звали меня Дашей,

Отец и мать – дочуркой нашей…

Здесь звали Дарьей или Дашкой,

А иногда и замарашкой.

А ты, как станешь называть?"

"Да что же имя-то менять? -

Он глядя ей в глаза сказал, -

Я лучше имени не знал!

Но вот для Дарьи ты мала -

Уж подрасти-ка ты сперва!

А Дашкой, вроде, грубовато…

О дочке я мечтал когда-то,

И ты мне – Божий дар, поверь!

Даренкой стану звать теперь!"

На том они и порешили,

Собрались, кошку не забыли,

С семейством тетки попрощались -

Без слез, те с сиротой, расстались.

Так Кокованя, взяв Даренку

И кошку тощую, Муренку,

В свою деревню возвратился.

Народ вокруг не удивился,

Что сироту привел он в дом -

На воспитанье, испокон,

В деревнях русских сирот брали.

Согласно русской же морали -

Сирот, убогих привечать,

Чем Бог пошлет им помогать!

Втроем прожили целый год.

Дочуркой девочка живет,

Ей Кокованя одежонку

Купил. Да новую шаленку,

Но старую она зашила

И бережно ее хранила,

Как память, добрую, о маме…

Гордился дочкой Кокованя -

Она немного подросла

И, хоть ребенок, расцвела -

Из захудалой замухрышки,

В рванье одетой серой мышки,

На щах, хороших, и на кашах

Поправилась Даренка наша,

Румянец алый на щеках

И блеск – и в косах , и в глазах!

А вот Муренку щи не брали

И весу, в ней, не добавляли.

Конечно, шерстка стала гладкой,

Но свои старые повадки

Муренка вовсе не забыла -

По вечерам она любила

К Даренке на колени лечь

И слушать Коковани речь.

## КНИГА 2. Про Веселуху-Веселушку


На Кокованю, временами,

Когда с Даренкой вечерами

С лучиной у печи сидели,

Под завывания метели,

Болтливость что-то нападала -

Тогда легенды, сказки валом,

Срывались с языка его.

А знал-то много он чего!

Присядет так к печи на лавку -

Даренка тут же, на затравку,

Ему вопросик для беседы…

"Ну, что же, слушай, непоседа! -

Ей Кокованя-то в ответ, -

Давным-давно, уж сколько лет…"

И начинается рассказ -

Все интересней каждый раз -

Про то, как люди раньше жили;

Про мастеров, что тут творили

Из малахита, серебра.

Мог говорить, он, до утра!

А сам – полешко в руки брал -

Да потихонечку строгал.

К концу рассказа – ложка, чашка,

И даже сказочная пташка

На свет, на божий, появлялась.

Даренка уж не удивлялась -

Обвыкла, тоже нож взяла

Да стружку первую сняла.

Так и пошло: сидят, строгают,

В беседах время коротают.

"А расскажи про Веселуху

Кто это? Девица? Старуха? -

Даренка смотрит на папаню.

И начинает Кокованя,

Очередной, вечерний сказ:

"Жил на Урале, как-то раз,

Парнишка, молодой, Андрейка -

К нему являлась чародейка.

А по порядку было так.

Андрейка, тот, чудить мастак -

Не унывал он никогда -

Чего-то напевал всегда;

Веселый, рыжий – в канапушках.

Вдвоем жил с бабушкой-старушкой…

А то, что мастером прослыл,

Гранильщик он от Бога был!

Гранильшик – мастер по каменьям.

Тут, ведь, особое терпенье -

Увидеть, что надо убрать,

Чтоб начал камешек играть!

Андрейка видел камня цвет

И то, чего там вроде нет!

Учил у наших мастеров

Науку гранки – установ;

Потом и в город, уезжал

Да, там, науку познавал.

Такие чудеса творил,

Что даже мастер говорил:

"Пора мне у тебя учиться!

Умаялся уже дивиться

Как бойко, ловко мастеришь,

Какие чудеса творишь!"

Вот… Мастером Андрейка стал.

Ну, ясно, барин и прознал -

Андрейка – раз мастер-то, готовый,

Пора оброк платить по-новой!

Андрей-то, он из крепостных,

Оброк, да барщина у них!

А парень вовсе без расстройства -

Нет ни забот, ни беспокойства!

Все потому, что встали, в ряд,

Купцы – с заказами подряд!

В ту пору была мода тоже,

Чтоб были ягоды на брошах:

На шляпках ягоды, в ушах,

В прическах, даже, в волосах!

Андрей, те ягоды, и делал:

Из яшмы-то – клубнику смело;

Смородина – так то агат…

Заказы делал, кто богат!

Из шерлы – княженку лепили;

Листочки ж с малахиту были!

Орлец, пригоден, и офат -

То мастера уж как решат!

Андрюшка, хоть и молодой,

Но парень умный – с головой!

К себе в деревню возвратился;

Заказов много – не ленился.

Но понимал, что камень дорог -

На матерьял-то нет деньжонок!

Чтоб, тоже, душу развернуть -

Сваять такое бы рискнуть,

Чего в заказах не бывает,

Чего своя душа желает!

Еще и вольную хотел -

Вот над работой и корпел…

Все думал: "Накоплю деньжат,

Тогда пусть баре не брюзжат -

А нам с бабулей будет воля!

На них горбатиться доколе?

Женюсь! Уеду в город жить -

С размахом буду мастерить!"

Вот раз, однажды, спозаранку -

Пока не занялся огранкой -

Пошел в лесочек прогуляться,

И подышать, и поразмяться;

Да под ногами посмотреть,

Что можно выбрать-то суметь,

Чтоб подешевле выходило,

Но чтоб для глаза было мило.

Присел у речки отдышаться,

Черемухой полюбоваться.

Вдруг, буд-то разом, на плечо

Как солнце,словно бы, лучом

Ладошка мягонько легла!

"Вот я тебя подстерегла!"-

Девчонка рядышком стоит;

А сарафвн на ней рябит.

Узоров и цветов – не счесть!

Какие только, в мире, есть -

Все здесь, на платье, собрались

В узор затейливый слились!

Курносый нос – сама смеется…

Чего Андрейке остается!?

В ответ он, тоже, улыбнулся,

К девчонке этой повернулся:

"Откуда здесь ты появилась?"

А та – к речушке наклонилась,

Чего-то вроде ковырнула,

Ему в ладони протянула:

"Смотрю – не слышно больше песен,

Чего задумчив стал? Невесел?"

Андрейка глянул камешок:

"Я вижу – то, дорожный сок!?"

"А, этот? Тоже погляди!"

"То, наш знакомый, змеевик!"

"Так что? Подходят для работы?"

"Как звать тебя? Мне знать охота!"

Смеется девица в ответ…

А сарафан меняет цвет:

То медью, видишь, отливает,

То словно снег, в лучах, сверкает!

"Я – Веселуха! Веселушка!

Работай весело Андрюшка!

Не хмурься! Песни чаще пой!

Ведь ты же – парень молодой!

Наказ мой петь не забывай!

По пустякам – не унывай!"-

Исчезла, как и появилась,

Так, перед ним, и растворилась!

Андрей – домой и за работу!

Купцы, опять, в его ворота!

А он, помимо их заказа,

Поделки новые им кажет:

"Ну, как, оцените вот это?!"

Они к нему:" Что за секреты!"

Крыжомвник – ветка! Как живой!

И в гамме, видишь, цветовой!

В плодах-то зернышки видать

И жилки! Как так передать

Андрейка смог всю живость цвета

Где взял такие самоцветы?

Хохочет мастер:"Без затей -

Полно у нас таких камней!

То ж соковина! Не узнали!?

Ее же никогда не брали,

А погляди – как хороша!

И ведь не стоит ни гроша!

И змеевик! Кругом найдешь -

И, тоже, чудо как хорош!"

Купцы уж цену назначают,

Что камень прост – не различают!

Важней им – тонкость мастерства!

Нет никакого плутовства

Увидеть тонкости поделки,

Что то – щедевр, а не безделка!

Идет работа у Андрейки:

Уже скопилися копейки,

Чтоб к барину идти за вольной.

Андрейка выглядит довольным:

"Ну что, бабуля, я пошел!?

Жить скоро будем хорошо -

Без барина, его указов,

И без приказчика-заразы!"

Явился к барину Андрей…

Да барин, тот, стократ хитрей!

Придумал, что, мол, " есть заказ -

Как выполнишь, тогда зараз,

Идите с бабкой хоть куда!

Пока ж, такая ерунда!

А сделай, что-то всем на диво!

Чтобы с изюминкой, красиво!"

И чтобы – только для него!

Чтоб больше бы ни у кого,

Такой поделки не нашлось:

"Ты все, что делал-то, забрось!

Придумай что-то уж такое,

Чтобы на зависть всем! Чудное!"

Кивнул Андрека:"Будет так!

Но только я ведь не дурак!

Пиши бумагу, что отпустишь,

Интриги новой не закрутишь!"

Все барин четко подтвердил -

Андрея с Богом отпустил.

"И как? Папаня! Получилось!?

Что ж дальше там, потом случилось?"-

Даренка ждет рассказ папани.

Погладил дочку Кокованя:

"Все по порядку расскажу

Тебе ж набраться терпежу

Наверно надо, непоседа…

Андрей, как кончилась беседа,

Домой направился. Идет

Тихонько песенку поет

На ум слова приходят сами:

"Возьму я в руки чудо-камень!

Не просто камень – самоцвет -

И будет барину поделка!

Такой другой на свете нет!"

Дошел до речки и присел,

Немного отдохнуть хотел…

Да и надежда, вишь, была,

Что, Веселушка, вновь сама

Появится невесть откуда…

Корче, ждал Андрейка чуда -

Спиной к березе прислонился,

А ствол-то, вдруг, повортился!

Упал Андрейка меж корней -

Макушку чешет пятерней:

"Чего береза наклонилась,

Стояла, ведь, не шевелилась?!"

Под корень глянул: Бог ты мой!

Там камешек лежит такой -

Сквозь тучу словно солнце светит,

Когда закат такой, что ветер

На завтра будет, говорят!

Короче – камешки горят -

Не то бордово-розоватым,

Сиреневым, голубоватым!

Андрейка даже онемел -

Такой он камень и хотел!

Уж представлял свою поделку.

Была тревога за безделку -

Где б матерьял для дела взять,

Чтоб без проблем, потом, ваять?

А тут везение большое!

И даже – камня больше вдвое,

Чем надо на одну поделку!

"Теперь уж, точно, нашу сделку

Смогу я выполнить без бед!

Какой у камня дивный цвет!" -

Андрейка камень весь собрал -

Он алой россыпью лежал -

В карман сложил да и домой,

От речки, полем, по прямой…

На встречу – девица-краса!

Сверкают зеленью глаза,

Курносый нос, белеют зубки -

В улыбке растянула губки:

"Ну что, Андрейка, как живешь?

В своем кармане что несешь?"

"Заказ от барина имею…

Подарок твой!? Я разумею

В корнях березы подобрал?

Таких камней я не видал!

Спасибо! Помогла ты мне…"

"Заметил, что камней – вдвойне?

Вот и поделок надо две -

Чтоб, барину была, и мне!"

Расхохоталась, повернулась,

Синичкой крохой обернулась,

Вспорхнула в небо – улетела!

Андрей – домой! Ну и за дело…

Уж скольо лун прошло – не знаю:

Там выпал снег, потом, растаял…

Собрался к барину Андрей -

Торопится, чтоб поскорей

На суд поделку-то явить

Да волю, чтобы получить.

Пришел, а барин уже ждет

Да козни новые плетет:

Не хочет вольную давать

Да в город мастера пускать!

Андрей достал свою поделку…

Представь! Закрученная стрелка -

То зарукавие! Лоза

И ягод грозди, как слеза,

Среди листочков-завитушек!

Таких, уж точно, безделушек,

Не то, что барин не видал,

А даже царь и не слыхал,

Что можно, так исскусно сделать!

Не знает барин, что поделать.

А барыня браслет надела -

Его, на свет-то, поглядела;

А он – сменил вдруг свой окрас!

Бордовый был, вдруг тот же час,

При свете, малость, побледнел,

Сверкая, вдруг позеленел!

Все та же, вроде как, лоза -

А в листьях: ягод бирюза!

Со света руку убирает -

Лоза темнеть, вдруг, начинает

И в новом виде предстает -

Бордовых ягод вновь черед!

Не свет – вот ветка зеленеет,

Со света – снова бордовеет!

Вздохнул тут барин:"Даа, Андрей!