Эйворд Э.
Мой дерзкий сосед

Amy Award

The C*ck Down the Block (The Cocky Kingmans #1)

Copyright © 2023 by Amy Award

All rights reserved.

© 2023 by Amy Award

© Кокта М., перевод на русский язык, 2025

© Издание на русском языке, оформление. Издательство «Эксмо», 2025

* * *

О книге

Перед вами развлекательное чтиво (над которым я трудилась невероятно усердно и которым я безгранично горжусь). Эта книга создана для того, чтобы вы могли убежать от реальности и посмеяться. Нам нужны такие книги, они помогают отгородиться от жестокого мира, который нас окружает.

Мне кажется важным говорить о полных людях в медиа-пространстве, – именно этим я и занимаюсь, показывая, что полные женщины могут рассчитывать на свое «долго и счастливо», не сбрасывая для этого килограммы.

Но все же это не означает, что в книге не будет конфликтов и неприятных событий.

Хотя для меня было очень важно написать историю с героиней плюс-сайз / полной / с пышными формами, чья внутренняя сила и любовь к себе непоколебимы, я неизменно вкладываю частички себя в каждую главную героиню-толстушку, а я еще только иду к любви к себе – разве не все мы на этом пути?

Это значит, что в этой книге героине предстоит столкнуться с фэтфобией. Это не основная сюжетная линия, но все же важная составляющая конфликта. Если вы хотите прочитать книгу, пропустив эту конкретную часть, не открывайте главу «Бомбануло».

(Но если вы считаете, что готовы такое выдержать, рискните.)

Здесь также затрагивается тема потери родителя в прошлом. Наших дерзких Кингманов воспитывал отец-одиночка.

И все же, взяв в руки мою книгу, вы всегда можете рассчитывать на то, что в ней не будет насилия над женщинами, в том числе и сексуального. Его просто не существует в том мире, который придумала я.

И наконец, я обожаю писать о забавных животных и домашних питомцах. Ни одно животное не пострадает и не умрет в моих книгах.

Мне нравится всплакнуть над трогательными моментами в рекламных роликах Суперкубка или в бродвейских мюзиклах о ведьмах, бросающих вызов гравитации, но не над моими историями.

*подмигнула*

Посвящается всем женщинам, которые уже полюбили себя изнутри или еще находятся на пути к этому.

Вы имеете право занимать свое место.

А также моей маме, которая научила меня любить себя и футбол.

«Гоу Биг Рэд»[1].

Петух кричит, только когда увидел свет. Поместите его в темноту, и он никогда не закричит. Я увидел свет, и я кричу.

Мохаммед Али

Тарарах

КРИС

Я никогда не был жаворонком. Как по мне, рассвет – это полный отстой. У меня бы и мысли не возникло просыпаться в такую рань ради пробежки, если бы не Люк Скайкокер[2], чертов шумный петух, который живет по соседству.

Я бы уже давно сделал из него утренний протеиновый смузи прямо с перьями, если бы не хозяйка этого красноголового кайфолома. Трикси пришибла бы меня банкой с маринованными яйцами, если бы я придушил ее любимого цыпленка. Чертовски тупого петуха.

Я был бы не против, если бы она сжала кое-какие части моего тела, но только не горло. Хотя… кто знает? Нет. Мы не в тех отношениях. Мы давно застряли во френдзоне, а значит, я могу пялиться на ее сочную задницу, но не восхищаться ей вслух.

Прямо как сейчас, когда она наклонилась посреди чертовой улицы, чтобы подхватить на руки Люка Скайкокера, который каждое утро терроризировал всех соседей, пока те не проснутся. Каждый раз, когда она подходила к нему, он убегал, хлопая крыльями и кукарекая восходящему солнцу, как раздражающий будильник.

– Люк, если бы ты не был таким милым, я бы уже запекла тебя на ужин. Иди сюда, мелкий гаденыш. – Трикси, вытянув руки, снова подкралась, готовясь схватить его, и мой пульс стал выше, чем во время утренней пробежки.

Возможно, это все из-за одного из ее любимых пышных платьев в стиле пятидесятых, которое было на ней, и каждый раз, когда она наклонялась, я мог взглянуть на ее пышные бедра и такие чертовски сексуальные трусики в горошек, которыми она то и дело сверкала передо мной. В тот момент я болел за Люка, чтобы вдоволь насмотреться на то, что никогда не будет моим. Черт.

Пора завязывать быть придурком, который думает членом, и уже помочь.

Мы просто друзья, и были ими со школы. Тогда в старших классах она так сильно отфрендзонила меня, что я до сих пор не оправился. Это не значит, что я не передергиваю в душе, все еще думая о ней, учитывая, что моя мама прилагала все усилия, чтобы я и шесть моих братьев не выросли мудаками, в то время как мой отец учил нас быть джентльменами.

Трикси мне отказала, и я не собирался давить. Она хотела быть друзьями, и вот мы друзья. Что не мешает мне подглядывать. Каждый раз, когда выпадает шанс.

Если бы я не увлекся грязной фантазией, в которой Трикси выгибалась у меня на диване, я бы заметил, как миссис Бохачек несется на всех парах по дороге со скоростью одиннадцать миль в час[3]. Она была невысокого роста, поэтому едва видела дорогу из-за руля своей древней винтажной машины – «Олдсмобиль Торонадо» семьдесят четвертого года выпуска. И все бы ничего, но Люк Скайкокер устремился прямо к передней решетке машины, пока Трикси пыталась его нагнать.

– Трикси, берегись! Миссис Бо прямо по курсу! – Я уже бежал за ней, но еще ускорился, когда Люк взлетел. Он метил прямо в лобовое стекло.

– Люк! – закричала Трикси, – используй силу, глупый петух, используй силу.

Еще немного – и тупой цыпленок влетел бы в машину, и его бы точно размазало по всему лобовому стеклу, что заодно до смерти напугало бы миссис Бо… И я никак не мог позволить ему покончить с собой, разбившись об «Олдс». Трикси бы не вынесла, если бы ее петух отправился в большой курятник на небесах.

А я терпеть не могу, когда она плачет. Мой агент, тренер и ребята из команды убили бы меня, если бы узнали, что я собираюсь вылететь на дорогу. И все же я рискнул своей карьерой, выпрыгнув прямо перед машиной, чтобы спасти идиотского петуха.

Это же проще простого.

Вот только даже самый опытный и спокойный водитель испугается, если увидит, как прямо на него летит огромный разноцветный петух. А миссис Бо такой не была даже в свои лучшие годы. Машина вильнула в одну сторону, потом в другую, как будто миссис Бо напилась в стельку. И у меня был шанс метнуться на дорогу и обратно, чтобы спасти и ее, и птицу, если бы миссис Бо не нажала с испугу на педаль газа. Она разогналась до четырнадцати миль в час и продолжала набирать скорость.

– Быстрее, Беатрис, шевелись, шевелись! – Трикси уже пыталась предугадать маневры миссис Бо, все явно шло к катастрофе.

Меня накрыл знакомый прилив адреналина, словно я играл на поле. Мое зрение обострилось, и я, устремив взгляд на машину, петуха и мою подругу, быстро прикинул скорость и расстояние, чтобы «Олдс» не размазал меня по асфальту.

Я подпрыгнул и со всех ног побежал вперед. Рывком, достойным Суперкубка, я вскочил на капот машины, максимально вытягивая руки, схватил Люка Скайкокера за длинные свисающие перья хвоста, потянул его к себе и сунул под мышку, как футбольный мяч.

Потом я оттолкнулся от капота машины, обхватил Трикси за талию, прижал ее к себе и скатился с другой стороны машины, ударившись бедром о полированный металл. Миссис Бо снова резко повернула в сторону. Я принял основной удар на себя при падении, чтобы Трикси и петух не ушиблись.

Мы приземлились на траву между проезжей частью и тротуаром перед моим домом. Миссис Бо резко затормозила. Несколько секунд мы втроем так и лежали, моя грудь вздымалась, пока я переводил дыхание, а выброс адреналина затихал в крови.

Трикси тоже дышала неровно и часто. Она подняла голову с моей груди, где та оказалась при приземлении, и поправила очки на носу.

– Ого, мистер Кингман, это у вас петух в кармане или вы так рады меня видеть?

Даже если не брать во внимание тот факт, что я до этого фантазировал о заднице Трикси, влияние адреналина на тело трудно отрицать. Во время напряженных футбольных матчей я сотни раз возбуждался. А уж когда фантазии подкрепляются адреналином, появляется стояк, который уже не пройдет сам по себе.

А девушка, распластавшаяся на мне в данный момент, совершенно точно помогать мне с ним не собиралась. К счастью, именно в этот момент Люк Скайкокер высунул голову между нами и клюнул меня в руку, причем дважды.

Он вырвался из моей хватки и как ни в чем не бывало неспешной походкой пересек двор и поднялся на крыльцо дома Трикси. Мелкий засранец.

Трикси покачала головой и фыркнула.

– Кажется, он так хочет сказать: «Спасибо, что спас нас».

Неправда. Этот петух клевал всех, кроме Трикси, особенно парней. Он любил ее, и я больше чем уверен, считал ее своей истинной любовью, предназначенной судьбой.

– Ага, а ты чем отблагодаришь?

Черт тебя дери. Само вырвалось, и получилось игриво и двусмысленно. Я прекрасно знал, что такое вслух говорить нельзя.

Она уставилась на меня, и неловкая пауза тянулась, казалось, целую вечность. Я просто был не в состоянии переварить столько происшествий в семь утра. Я сел и аккуратно убрал ее со своих бедер, потом встал и протянул руку, чтобы помочь ей встать.

Трикси схватилась за нее, и было чертовски трудно удержаться и не прижать ее к себе, когда я потянул ее наверх. Она почти сразу отпустила мою руку и несколько раз провела ладонями по бедрам и заднице, чтобы стряхнуть пыль с юбки. Мне пришлось прикусить свой кулак, чтобы не броситься помогать ей и не отпустить какой-нибудь комментарий.

Кажется, дома меня ждет долгий ледяной душ.

– Эй, детишки, не вылезайте на дорогу. Не вынуждайте меня звонить вашим родителям и жаловаться, что вы шатаетесь где попало! – прикрикнула на нас миссис Бо, как будто нам все еще было по восемь лет и мы бегали по всему району субботним утром.

– Простите, миссис Бо. Мы будем осторожнее в следующий раз. – Трикси помахала нашей пожилой соседке. Удовлетворившись этим, миссис Бо фыркнула и неторопливо поехала дальше с таким видом, будто она хозяйка всего района.

Но на самом деле хозяином здесь был я.

– Заходи ко мне вечером, я отблагодарю тебя жареным цыпленком.

Трикси бросила сердитый взгляд в сторону Люка Скайкокера, который с довольным видом гнездился в цветочном горшке возле входной двери. Она любила этого глупого цыпленка, а он любил ее. Она ни за что не дала бы его съесть.

– Не смогу. Обещал Джонстону Мэннивею, что сегодня вечером приду на вечеринку в честь открытия его ресторана. – Изначально в «Мустанги» меня взяли как запасного квотербека. И я много трудился, чтобы вырасти до самого популярного игрока за всю историю клуба. Мэннивей тогда без промедлений взял меня под свое крыло и заверил, что я выиграю больше колец Суперкубка, чем он. Он и правда хороший мужик, я бы сделал для него что угодно, чего бы мне это ни стоило. Хотя сложно назвать каторгой ужин и выпивку в его новом буржуйском ресторане в Черри-Крик. – Составишь компанию?

Она, как обычно, мило поморщила носик.

– Хм, нет. Я не из тех, кто ходит по ресторанам типа стейк-хауса Мэннивея. Тебе нужна чирлидерша или… о, придумала, пригласи новую ведущую с канала 9NEWS. Она вся такая безупречная и утонченная. Вы могли бы стать новой звездной парой Денвера. А мы придумаем вам милое имя типа Крисэнджела или Энджтофер.

Ага, конечно. Я уверен, Энджи Круз была милой, но, вероятно, на свидании с ней было бы так же скучно, как смотреть игру в гольф.

– Не думаю, что она в моем вкусе. Да ладно тебе. Будет весело, к тому же жена Джонстона позаботилась о том, чтобы в ресторане было полноценное веганское меню, так что тебе не придется жевать печеную картошку в мясном ресторане. У них даже есть то странное псевдомясо, которое ты ешь вместо говядины.

Она очаровательно покружилась и спела свою любимую песню из «Флипфлоппера»:

– Потому что я грязный веган[4].

– Так ты пойдешь? Ты мне должна за спасение жизни Люка Скайкокера.

Я не надеялся, что это будет настоящим свиданием или типа того. Хотя мой член об этом не догадывался, по всей видимости.

– Заманчиво. Мне нравится пялиться на задницы футболистов. – Она задумчиво прижала палец к губам. – А кто еще придет?

Мне было все равно, что она собирается глазеть на задницы других парней. Я не ревнивый. Вообще. Надо бы поговорить с тренерами о дополнительных упражнениях для моих ягодиц…

– Дек, Эверетт, Хейс. – Мои братья, которые тоже были в команде «Мустангов». – И мой отец.

Тренер Кингман заслуженно считался звездой футбола. Его «Драконы» Денверского государственного университета завоевали семь побед на чемпионатах, а это что-то да значит. Как и быть отцом-одиночкой вот уже семнадцать лет и вырастить восьмерых детей, четверо из которых играют профессионально, еще трое задают жару в колледже и, вероятнее всего, будут задрафтованы в первом же раунде, когда придет их черед. А еще одна – трудная девочка-подросток, которую мы все любим.

В Денвере не было ни одного мероприятия, хоть как-то связанного со спортом, куда бы не приглашали моего отца. Он всегда был при делах, даже когда вышел на пенсию.

– В ресторане яблоку негде будет упасть из-за фанаток Кингманов, а это вовсе не те задницы, на которые я хочу поглазеть. – Трикси покосилась на меня. – Кто еще будет?

Не ревную. Я совсем не ревную.

– Другие парни из команды, и, конечно, Джонстон и Мари. Но знаешь, это не главное, ради чего стоит прийти. Там же можно посплетничать.

Трикси пожала плечами и довольно улыбнулась.

– Думаю, я найду, на что можно смотреть весь вечер. А вот кто у нас в курсе самых грязных сплетен про знаменитостей Роки-Маунтин, так это ты, а не я.

Ага. Попалась.

– И поэтому ты пойдешь со мной. Чтобы я мог тебе сразу показать, кого из присутствующих пригласили на кулинарное состязание «Грейт Майл Хай».

– Не может быть. Иди ты! – Она толкнула меня, а я притворился, что ей хватило сил сдвинуть меня с места, и отшатнулся в сторону. – Они приедут сюда? Что же ты с этого не начал? Ладно. Я иду.

Трикси была без ума от соревновательных шоу. Она подписалась на чудовищное количество стриминговых сервисов. Уж мне ли не знать. Она заставляла меня смотреть их вместе с ней каждую гребаную неделю. Если кто-то выяснит, что я вообще знаю, кто такие Пол Голливуд, Мэри Берри и Прю Лейт[5], дни мои сочтены.

– Я заеду за тобой в семь. – Я уже научился не выглядеть слишком радостно, когда она соглашалась пойти со мной на псевдосвидание. – Увидимся вечером.

Она взбежала по ступенькам на крыльцо, потянула входную дверь, загнала Люка Скайкокера в дом и помахала мне так, будто в самом деле ничего особенного не было в том, что мы собираемся пойти куда-то вместе сегодня вечером. Так и было. Я таскал ее с собой на все мероприятия, для которых мой агент не согласовывал никакого сопровождения ради пиара. Хотя чаще всего он и не искал никого, потому что я почти всегда отказывался.

Ничего. Особенного. Потому что мы друзья. Соседи. И только.

А сейчас мне нужно было отправиться на еще одну долгую пробежку и двенадцать раз принять холодный душ до сегодняшнего вечера.

А мне достался только этот вибратор

ТРИКСИ

К чему я никогда не смогу привыкнуть, так это к вибраторам в моем почтовом ящике.

Хотя, подождите. Это не совсем правда. Я искренне верю в то, что у каждой женщины должен быть под рукой большой выбор секс-игрушек, и я сама с огромным удовольствием покупаю в интернете то, что потом присылают из магазина в непрозрачной упаковке. Я не могу нарадоваться, когда мне кладут в почтовый ящик вибратор или что-то еще, если это выбрала я сама. У меня собралась уже приличная коллекция.

Однако эта конкретная посылка пришла от моей матери.

Да, моя мама, она же бывшая плюс-сайз порнозвезда, которая превратилась сначала в мамашу-наседку за рулем «вольво», а потом в секс-инструктора и секс-позитивного и бодипозитивного инфлюенсера, а теперь присылает мне… хм… штуковины для развлечений. По почте. Регулярно. Она путешествует по миру, и вместо футболок с надписями типа «Мои родители поехали в Таиланд, а мне досталась только эта дурацкая футболка» я получаю от нее самые экзотические секс-игрушки.

Один оргазм в день избавит от хандры, как говорит моя мама. У нее прям так и написано в шапке профиля в Инстаграме[6]. Не подумайте, что мне не нравятся ее попытки сделать мир лучше, просто все это до сих пор кажется мне очень странным.

Я нехотя открыла коробку и вытащила причудливый пенис с улыбкой на невероятно счастливом лице на его… головке. Конечно же, как только я его достала, он принялся вибрировать и вращаться, и казалось, не было никакой кнопки, чтобы отключить его. Я даже не смогла понять, куда вставляются батарейки, чтобы вытащить их оттуда и отправить прямиком в мусорное ведро. Я закатила глаза и швырнула эту штуковину на диван.

Люк радостно вскрикнул, взлетел на подушки и стал клевать игрушку, словно жирного аппетитного червяка. О, боже. Ладно, думаю, ничего страшного, лишь бы не захотел уединиться с ней. Может, он сломает эту чертову бесноватую штуку, и тогда я закину ее к остальным в отдельную корзину для белья. К этому моменту у меня их скопилось столько, что мне впору было открывать благотворительный центр для помощи женщинам всего мира, которые не могут позволить себе купить фаллоиммитаторы. Если кто-то когда-то обнаружит мой странный тайник… что ж, вряд ли это случится.

Слава богу, я не успела достать посылку, когда Люк Скайкокер выскочил из дома, иначе на тротуаре рядом с Крисом я бы оказалась в компании не только петуха, но и вибрирующего члена. Я уверена, Крис уже насмотрелся на секс-игрушки во время своих бесчисленных секс-марафонов, но даже он не знал о моем неприличном тайнике в шкафу. Мне и впрямь пора уже подумать, как избавиться от всего этого.

Я засунула руку в коробку еще раз и вытащила упаковку леденцов в форме пенисов и конверт с японскими иероглифами и цветками сакуры с тычинками в виде пенисов. Ах, они в Японии. Я вспомнила, что мама упоминала какую-то поездку на фестиваль пенисов в Кавасаки.

Она наверняка оттянулась по полной и прекрасно провела время, пока выбирала там подарок для меня. Мама еще отправляла мне заметки о том, где они с папой путешествуют, какие достопримечательности посещают, какую еду пробуют и куда направляются дальше. Последнее меня интересовало больше всего. Я с нетерпением ждала ее писем.

Эти письма, написанные по старинке на бумаге, я могла читать за чашечкой чая, и они действительно доставляли мне удовольствие. А вот без подарков, с которыми они приходили, я могла бы и обойтись.

Позже я отправлю ей сообщение, чтобы выяснить, сколько у них там времени, и созвониться по «Фейстайму» с ней и папой, чтобы сообщить, что я получила посылку. Я уже давно поняла, что как бы меня ни шокировали и ни выбивали из колеи ее подарки, я все же должна поблагодарить ее за то, что она думает обо мне.

– Эй, Люк, ты уже расправился с этой ужасной хренью? Мне нужно на работу, и я не дам тебе забрать ее с собой в курятник.

Петух вспорхнул на спинку дивана и посмотрел на меня как на сумасшедшую. Я опустила взгляд, и да, пенис все еще вибрировал, пританцовывая на подушке, хотя теперь, после нападения петуха, он выглядел немного потрепанным.

– Что ж, ты сделал все, что мог, приятель. Попробуешь еще разок, когда я вернусь с работы.

Надеюсь, если я оставлю эту штуку включенной на весь день, притаившиеся где-то батарейки сядут. Я взяла Люка на руки и через кухню вышла с ним на задний двор. Он вырвался у меня из рук и самоуверенной походкой направился к курятнику, где его поджидали девчонки. Принцесса Лайа, Чу-бок-бок и несушка Кайло выбежали навстречу своему красавчику.

Эти девчонки повсюду следовали за ним, особенно самая новенькая курочка, Кайло. К сожалению, Люк не обратил на них ни малейшего внимания. Я немного погладила девчонок. Сначала у меня появились две шелковистые курочки – Лайа и Чуи. Потом я раскошелилась на Люка и Кайло. Я хотела купить еще парочку, и положила глаз на одного барневельдера и одного виандота[7]. Я даже имена им придумала. Но перед покупкой мне нужно было обновить курятник и место для выгула.

– Простите, девчонки. Он смотрит только на меня.

Меня предупредили, что мне нужно будет собирать яйца каждый день, когда Люк окажется в компании курочек, чтобы не произошло оплодотворения, но, хоть он и ревниво относился к девчонкам, он все еще был девственником, насколько мне известно.

Люк не доматывался до меня из-за моего решения ни с кем не спать, поэтому и я не собиралась задавать лишних вопросов ему.

Я всех накормила, поменяла воду и быстро проверила яйца, а потом пообещала курочкам угостить их червяками, если они будут вести себя хорошо. Я приняла быстрый душ, заварила кофе в термокружке с надписью «Так тебе и надо! Курица-помада!», которую мне подарили подростки из библиотеки, потому что посчитали ее забавной, и отправилась на работу.

Заведующий отделением, мерзкий Картер, сегодня должен был проводить мою аттестацию. Я закатила глаза в ответ на свою же мысль. Не такой уж Картер плохой. Он просто вечно смотрит на меня так, будто я угощение, которым он не прочь полакомиться. А еще мне кажется, рядом со мной он чувствует себя адски неловко и поэтому всегда ставит мне идеальные оценки, что на самом деле никак не помогает мне профессионально расти на работе.

В этом мне помогала только Лулу, моя подруга до гроба, с которой мы были вместе с детского сада. Мы с ней учились на библиотечном факультете, и она писала программы для Торнминстерской библиотечной системы. Она была единственным человеком, который всегда скажет правду и поможет понять, как мне стать лучше. Стать самой лучшей. У меня всегда была такая цель. Быть лучшей.

Отчасти поэтому мы с Крисом такие хорошие друзья. В нем есть супердостигаторская жилка, ему всегда всего мало. Он бы не стал квотербеком в «Мустангах», если бы не надрывался из последних сил, чтобы быть лучшим. И мое стремление к перфекционизму его не напрягает. За это я и люблю его.

У Криса вся семья помешана на достижениях. Они усердно трудятся и играют на износ. В свое время я сильно западала на каждого из троих старших братьев. Ах, эти задницы футболистов. М-м-м.

Именно благодаря Крису и Эверетту мне вообще удалось устроить курятник у себя на заднем дворе. Они сказали мне, что я только и делаю, что работаю, и мне нужно как-то развлекаться. Вечера игр, которые устраивала семья Кингманов, не в счет, потому что я не каждый месяц могла присоединиться к ним.

Мне нужно было обзавестись хобби, или питомцем, или чем-то в этом роде. Купив Лайю и Чуи, я сразу получила и то и другое. Я сомневалась, что домовладелец разрешит мне держать кур, но Крис убедил меня, что нужно рискнуть, и настоял на том, чтобы я спросила. Когда мне разрешили, половина клана Кингманов вызвалась помочь мне со строительством курятника.

Для меня оставалось загадкой, с какой стати Крис вообще захотел пригласить меня на открытие ресторана Мэннивея. Но от его приглашения в животе появился странный трепет. Не могу сказать, что люблю быть в центре внимания. Надеюсь, там не будет журналистов. Уф. Теперь придется думать, что вообще надеть на такое мероприятие.

Мои миленькие платья и кардиганы, которые я надевала на работу, были недостаточно элегантны. В моем представлении, на подобных мероприятиях женщины всегда одеты в блестящие облегающие платья, они потягивают шампанское из высоких бокалов, оставляя следы губной помады на стекле, и смеются над шутками, понятными только богатым.

Я, видимо, слишком часто смотрела повторы сериала «Династия» в детстве. Но у меня нет блестящей хрени. Только милая хрень, много удобной одежды, четыре подписанных футболки с логотипом денверских «Мустангов», еще дюжина футболок с логотипом «Драконов» Денверского университета – по одной от каждого из парней команды Кингманов. Мы же идем в стейк-хаус, да? Может, мне надеть джинсы и футболку? Ага, конечно…

Что ж, хотя бы мне теперь есть на что отвлечься сегодня на работе, чтобы не думать о мерзком Картере и моей аттестации. После обеда я собиралась по большей части работать на выдаче книг и помогать подросткам, которые зависали в библиотеке после школы. Возможно, стоит попросить совета насчет гардероба у Джулс – единственной девочки в семействе Кингманов и самой младшей из всех детей. Она приходит в библиотеку почти каждый день как волонтер нашей летней программы. Хотя мне кажется, она просто хочет хотя бы немного отдохнуть от тестостерона, который переполняет их дом.

– Привет, Трикси. – Мерзкий Картер слишком долго придерживал для меня дверь. Не успела я еще припарковаться и выйти из машины, он уже распахнул ее. Он поджидал меня? Понимаете теперь, о чем я? Жуть.

– Привет, Картер. Не обязательно держать для меня дверь, но спасибо. – Мне пришлось прибавить шаг.

– Мне несложно. – Он пожал плечами и улыбнулся, и любой другой человек подумал бы, что это мило. – Я отправил тебе несколько имейлов, которые получил с утра от родителей. Я подумал, что ты захочешь узнать заранее.

Я нахмурилась и выпрямилась.

– Плохие имейлы? С жалобами?

Время от времени нам приходилось иметь дело с возмущенными родителями. В основном это были закомплексованные взрослые, которые требовали, чтобы некоторые книги были изъяты из библиотеки или хотя бы из секции для подростков. Но на меня лично никогда никто не жаловался. В голове тут же завертелись мысли о том, что такого я могла натворить.

И единственное, что пришло на ум, это новая программа для помощи подросткам с заявлениями в колледж. Возможно, какие-то родители хотели контролировать и этот процесс, поэтому они возмутились по поводу вторжения библиотеки в жизни своих детей? Странно, но и не такое бывало.

– О, конечно, нет. – Он прищелкнул языком и опустил взгляд на свои туфли. – Конечно, нет. Там просьба позаниматься с каким-то и без того круглым отличником от его гиперопекающей мамаши.

Вот почему в секции для подростков была библиотекарем я, а не Картер. Он не любил ни подростков, ни их родителей.

– Без проблем. Я все улажу. Спасибо, что предупредил.

Я проскользнула внутрь и не смогла не заметить, что он отодвинулся ровно на столько, чтобы я задела его бедрами, когда буду проходить. Мерзость.

К счастью, стол, за которым я работала, не был виден из кабинета Картера, и мне не пришлось ощущать его взгляд на себе, когда я села и принялась за все намеченные на сегодня дела. В первую очередь я взялась за просьбу от родителя, и она заключалась вовсе не в том, что сказал мне Картер. Они просто хотели уточнить, можно ли подойти, чтобы задать пару вопросов о следующем наборе волонтеров по нашей программе.

Всего за несколько минут до открытия библиотеки два письма прилетели в мой электронный ящик. В первом было сказано о переносе аттестации с Картером. Хорошо. Здорово. А второе несколько выбило меня из колеи. Это письмо мне переслала Лулу.

Я прочитала его дважды, тщетно попыталась сделать глоток кофе из своей пустой кружки, и прочитала снова.

«Мы рады объявить библиотекарей, которые номинированы на премию “Библиотекарь года” Ассоциацией писателей-романистов для молодых взрослых».

Я? В библиотекари года? При отборе со всей страны?

Нет.

Что?

Нет.

– Трикси, ты идешь на планерку? – спросила одна из библиотекарей, проходя мимо моего рабочего стола в сторону главного зала этажом выше. Перед открытием библиотеки мы всегда проводим десятиминутную планерку, чтобы сверить графики и планы на день и обменяться новостями и информацией, которая может пригодиться.

– А, да. Иду.

Я еще около минуты зависала, глядя на письмо, а потом заблокировала экран компьютера и пришла наверх как раз в тот момент, когда Картер начинал собрание. Понятия не имею, о чем он говорил до того, как отпустить нас и пойти открывать двери. Я пошла в секцию для подростков, села за кафедру выдачи и целых три минуты пялилась на стеллажи с книгами, пока не поняла, что оставила все свои рабочие принадлежности на первом этаже.

Черт! Поскольку по пятницам утром у нас не так уж много народу, я побежала вниз, забрала свои книги, планшет для бумаг и папку с образцами писем для колледжа, которую нужно было пополнить, а потом бросилась бегом назад к кафедре выдачи. Уф. Ну вот, считай, потренировалась и прошла необходимое количество шагов за сегодня.

Уже на своем месте я увидела газету «Денвер Пост» там, куда библиотекари из книгохранилища ее и кладут каждое утро. И разумеется, с большой фотографии на первой полосе на меня смотрел Джонстон Мэннивей, запечатленный на фоне своего нового стейк-хауса.

Я перевернула газету. В тот момент у меня просто не было сил думать о сегодняшнем открытии, я до сих пор находилась в шоке и ужасе от новостей про номинацию. Нельзя паниковать по двум причинам одновременно.

Я перевернула газету обратно. Сегодняшнее грандиозное открытие ресторана Мэннивея было меньшим из двух зол. Все-таки это только на один вечер, да и Крис будет там и спасет меня от журналистов или каких-нибудь чудаков. К тому же мне не терпелось услышать сплетни про знаменитостей. Мне нравилось ходить на такие мероприятия хотя бы потому, что там мы обычно стояли где-нибудь возле барной стойки и Крис показывал мне, кто есть кто и кто с кем спит.

Ладно. Ладно, я могла бы поразмыслить над тем, что надеть сегодня, а завтра подумать насчет номинации. Я подошла к стеллажу с периодическими изданиями и вытащила целую пачку модных журналов. Я совершенно точно заставлю Джулс посмотреть их вместе со мной позже.

Не то чтобы я собиралась пойти потом по магазинам или что-то в этом духе. Моей зарплаты библиотекаря хватало, чтобы оплатить бензин, внести арендную плату, купить корм для куриц, необычные ароматизированные сливки, от которых я уже стала зависимой, а потом оставалось совсем чуть-чуть, чтобы отложить на черный день, как подобает хорошей девочке.

Дерьмовое дерьмо. Мои пальцы не слушались, пока я набирала номер Лулу. У нее явно были экстрасенсорные способности, потому что еще не успели пойти гудки, как она уже ответила.

– Ты получила письмо от меня и теперь паникуешь, да?

– Да. Нет. Да. Блин. – Этот приступ тревожности запланирован на потом. – Мне придется паниковать насчет этого завтра. Сейчас у меня совсем другие проблемы, и ты должна мне помочь.

– Выкладывай. Я тебя слушаю. – В одно мгновение из ее голоса улетучились насмешливые интонации, и она стала предельно серьезной. – У тебя рак? У твоей мамы? Твоего отца поймали в квартале красных фонарей в Таиланде и упекли в тюрьму? У Люка Скайкокера все хорошо? Его же не сбила машина, ничего такого?

– Лу, прекрати. – Она могла продолжать целый час, не давая мне вставить слова. – Ответ «Г» – ничего из перечисленного. Мне нужно идти на открытие ресторана Мэннивея сегодня вечером.

В трубке повисло гробовое молчание. Все было гораздо хуже, чем я представляла. Лулу никогда в жизни так долго не молчала.

– Тогда какого хрена ты меня так напугала? Капец.

– Во-первых, ты сама вечно предполагаешь только плохое, а во-вторых… – Я сглотнула. – Мне нечего надеть.

– Вот дерьмо. – До нее наконец дошла вся серьезность ситуации.

– Знаю. – Я отодвинула модные журналы в сторону и стала ждать ее мудрых наставлений. Лулу всегда знала, что делать.

– Стой. Зачем ты идешь к Мэннивею? Ты же не ешь мясо. – Не то, что я ожидала услышать. Это я и без нее знаю.

– Крис попросил. – Ничего такого. Он и до этого сто раз просил меня сделать что-то вместе с ним или его семьей. Я ему уже почти родственник. Двоюродная сестра или типа того.

– Крис? Тот самый Крис Кингман, квотербек денверовских «Мустангов», самый завидных холостяк Денвера, согласно «Денвер Пост», твой суперсекси сосед Крис пригласил тебя на свидание? – Конец ее фразы прозвучал невнятно, как будто она прикрыла динамик телефона рукой и при этом взвизгнула. – Наконец-то. Спасибо младенцу Иисусу, что ты согласилась. Уже, блин, пора.

Лулу мечтала свести нас с Крисом вместе еще со времен старшей школы. Но этому не бывать. Я ему не интересна. В этом смысле, по крайней мере. Мы же друзья. И были друзьями уже очень давно. И меня все устраивает. Он милый, надежный, и вообще отличный друг во всех смыслах. – Это не свидание. Это же Крис.

– Ты нанюхалась клея в детском уголке библиотеки?

– Да перестань. Мне правда нужна помощь. Не хочу глупо выглядеть. – Здесь я мысленно перенеслась в старшую школу, а в голове нараспев зазвучал голос самой популярной чирлидерши. Тогда меня дразнили за многое, и именно в те времена я нарастила отличную антишейминговую и бодипозитивную броню благодаря моей маме.

Я всегда знала, что моя истинная ценность не во внешности, и мне нужно было помнить об этом сейчас. Все будет хорошо. Что бы я ни надела, все будет выглядеть хорошо. Это же не какая-то… церемония вручения наград.

Стайка девочек-подростков, поднимающихся по лестнице, вывела меня из ступора.

– Мне пора, Лу. Подростки пришли.

Вся компания во главе с Джулс Кингман подошла к моему столу. Я вытащила коробку с вкусняшками, которую держала для них у себя в ящике.

– А уже появилась новая книжка «Драконы любят пышек»?

– Я слышала, что вот эта книга про загадочного пурпурного дракона. – Я подвинула стопку книг, которые мы совсем недавно добавили в каталог, и они расхватали их в тот же момент. Девочки направились в читальный зал, где была куча кресел-мешков. Я жестом подозвала Джулс к себе, пока она не успела отойти далеко. – Слушай, ты же знаешь, что все парни идут к Мэннивею сегодня вечером?

– Конечно. А мне нельзя. Только для тех, кто старше двадцати одного. – Она вздохнула, закатила глаза и скрестила руки на груди так, как делают только обиженные подростки.

– Эх, прости, если давлю на больное. Но Крис попросил меня тоже прийти, а я понятия не имею, что надеть. У тебя, случайно, нет идей?

В один миг ее помрачневшее лицо просияло, но она тут же сделала равнодушный и спокойный вид, словно не хотела, чтобы кто-то узнал, как она обрадовалась по этому поводу.

– А, эм, ага. Например, что-нибудь темно-синее и кремовое. Надень то длинное синее платье с ассиметричным подолом, которое было на тебе на мероприятии по поводу заявлений в колледж в конце учебного года. Оно стильное. Только не со свитером. Просто добавь украшений.

Хм. Точно. Оно должно подойти. И почему я сразу о нем не подумала. Оно замечательно сидело на мне, при этом не было ни слишком вычурным, ни повседневным. Если не надевать кардиган сверху, то моя грудь будет торчать из выреза немного больше, чем допустимо в библиотеке, но идеально для открытия модного ресторана. Именно то, что нужно сегодня вечером.

– А оно не слишком, ну знаешь, библиотекарское?

– Да, но сексуально библиотекарское. Крис будет без ума. – Она скорчила рожицу и ушла, прежде чем я успела сказать, что я не для этого спрашивала.

– Прекрати сводить меня со своим братом, – почти крикнула я ей вслед.

– Слишком поздно, – крикнула она мне в ответ через плечо.

Ох уж эти подростки и их гормоны, из-за которых они всюду видят романтику. Мне ли не знать.

Просто друзья

КРИС

Можно подумать, что раньше я не бывал на свиданиях ни разу за всю свою гребаную жизнь. У меня так сильно вспотели ладони, что я даже не мог удержать мяч, пока я занимался футболом. Я обычно шел бросать мяч, когда мне нужно было занять свое тело, чтобы дать мозгу возможность обдумать что-то. Мяч отскочил от дивана, сбил лампу, и мне оставалось только поднять ее с пола уже в третий раз.

Это свидание даже не было настоящим. Как и фальшивым, впрочем. Я надел свой особый костюм с галстуком, чтобы пойти на это торжественное открытие, и даже возбудился, представив, в чем будет Трикси.

Я и раньше тащил ее на семейные мероприятия, но не такого масштаба. Чаще всего все было по-простому. Джинсы и футболки, бургеры и картошка фри. Никаких костюмов и галстуков, и тем более платьев и каблуков.

Казалось, будто мы и впрямь идем на гребаное свидание.

Но это не так, и мой мозг вместе с моим телом должны уже уняться, черт побери.

А нужно ли купить ей цветы?

– Да что с тобой? – Эверетт прислонился к моему холодильнику, потягивая «Фэт Тайр»[8]. В моей летней заначке все равно осталась всего пара бутылок. Он мог выпить и их. Через несколько недель начинался тренировочный лагерь, и если сейчас я выпивал одну-две бутылки в неделю, то во время лагеря совсем уходил в завязку.

Эверетт мог пускаться во все тяжкие, нагружая организм, а на следующий день играть в мяч как ни в чем не бывало. А я так не мог, и он знал об этом.

– Все нормально. – Я бросил мяч на диван и засунул руки в карманы. Я никогда не врал братьям, потому что каждый раз они выводили меня на чистую воду. И только поэтому Эверетт уже знал о моих чувствах к Трикси.

Но я был старшим, и несмотря на то, что Деклан и Эверетт стали крупнее меня еще в старшей школе, я все еще мог надрать им задницы. Отчасти потому, что они понимали, как важно здоровье и хорошее самочувствие их квотербека.

– Ага, конечно. Выкладывай, чел. Я не буду тусить с тобой вечером, если ты будешь весь на нервах. – Он сморщил нос, как будто от меня воняло. – Ты так распугаешь всех девчонок.

– Я не отпугиваю девчонок. – У меня были тысячи фанаток, которые обожали меня и были готовы и даже хотели показать мне свою грудь или швырнуть в меня своими трусиками, как будто я какая-то рок-звезда. У меня не было проблем ни с какими девчонками. Кроме одной.

Он поднял бровь и медленно сделал большой глоток пива, скосив взгляд на меня.

– Ты не умеешь врать. Когда ты в последний раз ходил на свидание?

Я имел полное право не отвечать. Он мой младший брат, черт его побери. Еще в детстве я пугал Эверетта львом, живущим в ванной, когда спускал воду в унитазе и говорил, что это он так рычит.

– Хм-м. – Он отхлебнул еще пива, как будто речь шла о том, когда я в последний раз ел жирный чизбургер, а не о моем сердце. – Я так и думал. Тебе нужен секс, парень.

Ладно, разговор шел не о моем сердце. А о моем члене. С этим я справлюсь.

– У меня есть секс.

Деклан ворвался в дом так, будто порог – это линия нападения Сан-Франциско.

– У кого секс?

Эверетт показал на меня, щедро глотнув пива.

– Я живу напротив, а ты не умеешь ничего скрывать. Так что нет, нет у тебя секса. Ты никогда не приводил сюда девчонок.

Насчет этого он был прав. Я не приглашал домой ни девчонок, ни кого-то еще вне круга моих близких друзей. Я даже не позволял людям, которых я не знаю и которым не доверяю, арендовать или покупать жилье в нашем районе. Меня бесило и то, что Эверетт приводил сюда столько девушек. У него был совсем иной круг доверия.

– Если со мной в постель каждую ночь не ложатся двенадцать девушек, не значит, что у меня нет секса.

Просто мне хотелось спать с тем, на кого мне не плевать.

– С нами сегодня займутся сексом? – В комнату ленивой походкой вошел Хейс, который выглядел так, будто забыл, как правильно надевать галстук. Он потер руки. – Так чего мы тогда копаемся?

– Мы ждем Трикси. – В тот момент, когда ее имя слетело у меня с языка, я понял, что совершил ошибку. Черт. Надо было сказать этим чурбанам ехать уже без меня. О чем я думал, черт возьми?

Мы вчетвером почти всегда ездили вместе на командные мероприятия, и поскольку я был самым старшим и ненавидел опаздывать, то садился за руль. Стандартная процедура. Но сегодняшнее событие было нестандартным.

И я пригласил Трикси.

Братья дружно повернули головы в мою сторону и уставились на меня, будто я открыл рот и прокукарекал, как Люк Скайкокер. Хейс распахнул рот так, словно хотел наловить им мух.

– Да заткнитесь вы все. – Я вспомнил, как это делал отец, и сердито посмотрел на них. – Как будто я раньше не приглашал Трикси чем-то заняться с нами. Она все время приходит на игры. Она моя подруга, и мне показалось, ей будет интересно сходить на открытие. Вот и все.

Деклан выхватил пиво у Эверетта и залпом выпил оставшуюся половину. Он открыл рот так, будто собирался что-то сказать, но я ему не позволил.

– Заткнитесь.

Хейс одарил меня взглядом, говорящим, что я полный придурок. Дек посмотрел так, будто я украл трусы, которые приносят ему удачу, а вот Эверетт… он знал. У этого паршивца была слишком хорошая интуиция. Поэтому он и был звездой футбольной команды и пользовался успехом у девушек. Если бы он не был моим младшим братом, я бы уже, наверное, пошел к нему за советом.

Не-а. Нет. Когда дело касалось Трикс, мне не нужны были советы. Я не лгал. Она действительно была моей подругой. Возможно, даже лучшим другом.

Я не собирался подвергать Трикси допросам Кингманов, в которые они были готовы уйти с головой. Три касания экрана телефона – и я заказал им черный «Убер XL», а когда Трикси будет готова, закажу вторую машину для нас. Мы приедем позже, но это ничего. И у меня даже совсем не дергается глаз. Не опоздаем, а задержимся. Я же звезда спорта, могу приехать на вечеринку в любое время. Дерг.

– Водитель будет здесь через десять минут. За вами приедет Хулио на черном «Эскалейде», на номерном знаке буквы ILV. А теперь пошли вон из моего дома, пока Трикси не пришла. – Я указал на входную дверь.

Хейс ничуть не расстроился. Впрочем, как и всегда.

– Чур я на переднем!

Они с Декланом вышли на крыльцо, а вот Эверетт даже не сдвинулся с места.

Я сердито посмотрел на него.

– Говнюк.

Он оттолкнулся от столешницы, а когда проходил мимо меня, показал пальцами сначала на свои глаза, а потом на мои. С какого хрена он решил, что должен следить за мной? Засранец.

Когда они наконец все вышли, я позвонил Трикси.

– Привет, ты скоро будешь готова? Я вызову нам такси.

– Хм. Возможно. Сейчас спрошу.

Спросит у кого?

– Джулс? Уже достаточно для того, чтобы мужики на меня похотливо глазели, как принято в патриархальном обществе? Или нужно добавить еще туши?

Трикси делала макияж вместе с моей сестрой? И почему, черт побери, моя семнадцатилетняя младшая сестренка знает, как обратить на себя похотливые взгляды мужиков? Она с двух лет рушила устои патриархального общества, но похотливый взгляд? Не-а. Нет. Мне это совсем не нравится.

– Еще немного хайлайтера вот сюда… и да. Ты официально готова разбивать сердца. – Голос моей сестры поднялся на пару децибелов. – А ты лучше не отпускай ее никуда весь вечер, большой брат, или какой-нибудь шлюхан утащит Трикси.

Кто так вообще разговаривает?

Разумеется, Джулс Кингман, самая младшая из восьми детей, единственная девочка в семье, которую мы бережем как зеницу ока. Позже вечером я скажу отцу, что ее нужно посадить под домашний арест до тех пор, пока ей не стукнет тридцать.

– Проституция – это социальный конструкт, Джулс. – Трикси волновало совсем другое.

– Я зайду за тобой. Не дай Джулс уболтать тебя на…

– Пока, большой брат.

В трубке повисла тишина. Джулс на фиг сбросила мой звонок. Теперь я попрошу отца запереть ее дома до сорока двух. С половиной.

Я вышел через черный ход, прошмыгнул через боковые ворота прямо во двор к Трикси, чтобы не пересечься с братьями, но легче от этого не стало, потому что Люк Скайкокер бросился на меня, как бешеный петух из преисподней. Если бы не мои навыки квотербека, отточенные до совершенства, моему костюму пришел бы конец.

Я бросился через двор.

– Люк, клянусь богом, я зажарю тебя на ужин, если ты проклюешь дырку в моих штанах или нагадишь мне на туфли.

Как будто он раньше этого не делал…

Я перемахнул через забор, оттолкнулся от курятника и целым и невредимым приземлился на задний двор родительского дома. С другой стороны забора донеслись удары клювом и недовольное кукареканье.

– Ты недооцениваешь силу темной стороны, Люк.

Через застекленные двустворчатые двери, которые выходили на задний двор, я увидел Джулс и отца на кухне. Но когда мимо них прошла Трикси, мое сердце сначала пропустило удар, а потом заколотилось в груди так, что я приложил к нему руку, чтобы убедиться, что оно не выпрыгнет.

Это конец моей карьеры. Было бы безответственно с моей стороны заниматься профессиональным спортом, когда сердце барахлит. Игра окончена.

Трикси выглядела чертовски роскошно. Темно-синее платье, подчеркивало каждый изгиб ее тела, милый румянец на щеках и блестящие туфли на каблуках с красной подошвой, которые я выхватил взглядом, когда она шла.

Мне крышка. Я покойник.

По крайней мере, я так думал, пока Трикси не повернулась и не увидела, как я стою на заднем дворе как тупой, пускающий слюни зомби. Потому что она улыбнулась, и черт побери. Изгиб ее губ… я любил его даже больше всех остальных изгибов.

Я разучился говорить, двигаться, думать.

Трикси помахала и открыла дверь, и тогда я наконец очнулся и подошел к садовым креслам, чтобы она не увидела, как натянулись мои штаны.

– Привет, – сказала она так, будто мы случайно столкнулись, когда вышли за почтой.

– Привет. – Господи Иисусе, я влип.

– Готов? – Она наклонила голову и посмотрела на меня, слегка прищурившись.

Как будто я мог быть готов к такому.

– Эм, сейчас, только вызову такси.

Я повернулся к ней спиной и сделал выговор своему члену, параллельно думая о бейсболе, короле Англии и проигрыше в Суперкубке, которого у меня никогда не было. Несколько глубоких вдохов, и машина уже была в пути к нам, а мой член немного ослаб и перестал напоминать ракету с тепловой головкой самонаведения, которая выбрала Трикси в качестве мишени.

– Выглядишь отлично. – Я вел себя как идиот.

Она немного покружилась.

– Спасибо. Джулс помогла мне все подобрать к наряду. Ты тоже неплохо выглядишь. Мне всегда нравилось, как ты смотришься в костюме.

Ну все. Если я когда-то вообще собирался пофлиртовать с Трикси, то сейчас было самое время. Я мог бы сказать что-нибудь вроде того, что ей еще больше нравится смотреть на мой зад в спортивной форме.

– Да, это… дорогой костюм.

Да, я не поймал этот гребаный мяч. Я спасовал. Потому что Трикси не хотела, чтобы я флиртовал с ней. И несмотря на то, как сильно я хотел доказать ей, что нам вместе было бы чертовски хорошо, я не мог перейти те границы, которые она обозначила давным-давно.

Уж лучше было остаться монахом, которому не остается ничего, кроме как довольствоваться собственной слюной и рукой, чем променять ее дружбу на одну ночь. Вот только для меня это не был бы просто секс.

Трикси покосилась на меня и странно нахмурилась. Ей было плевать на мои деньги, несмотря на то, что я был одним из самых высокооплачиваемых игроков за всю историю лиги.

Она подошла ко мне и протянула руку, чтобы поправить мой галстук. Это был хороший момент, чтобы поцеловать ее. Но вместо этого я стоял там как маскот, над которым прикалываются игроки из команды соперников.

– Полагаю, такой знаменитый парень, как ты, должен надевать дорогой костюм на такую вечеринку.

– Мы можем не ехать туда, если не хочешь. Можно посмотреть повторы «Лучшего пекаря Британии» и покидаться попкорном в Люка. – И снова мой рот выдавал фразы без предварительного одобрения мозгом. Мне все равно нужно было прийти на открытие. Я ни за что не подведу своего друга и наставника, забив на его вечеринку. Даже ради девушки.

Разве что ради Трикси.

– Ну нет, теперь ты не отвертишься. Я вся разоделась и с нетерпением жду сплетен про твоих знаменитых дружков.

Она и впрямь ни о чем не подозревала. Я стоял там, пытаясь из последних сил сдержаться и не нагнуть ее над садовым столиком, а она вела себя как хорошая девочка.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

Notes

1

Go Big Red – название гимна команды «Корнхаскеров» университета Небраски.

Вернуться

2

Одно из значений слова cock – петух. Здесь игра слов и отсылка к персонажу вселенной «Звездных войн» Люку Скайуокеру.

Вернуться

3

Около 18 км/час (1 миля = 1,6 км).

Вернуться

4

Человек, который употребляет сильно обработанные веганские версии традиционных продуктов животного происхождения и блюд из них, например веганские гамбургеры.

Вернуться

5

Участники шоу «Лучший пекарь Британии».

Вернуться

6

Принадлежит компании Meta, признанной экстремистской и запрещенной на территории РФ.

Вернуться

7

Породы кур.

Вернуться

8

Fat Tire – марка пива.

Вернуться