Рина Ских
Девушка без гарантии. На лезвии ножа

Глава 1

Номер дешевого мотеля пропитался тяжелым запахом синтетического постельного белья, старого дерева и сладковатого ароматизатора, которым здесь пытались скрыть плесень. Но меня сейчас заботило другое – вкус мужских губ, терпкий, с примесью алкоголя.

Его руки скользили по моей спине, жадно, с нетерпением, оставляя горячие следы на коже. Я выгнулась навстречу, впиваясь пальцами в его плечи, притягивая ближе. Ни на миг не забывая, кто я и что именно делаю в этой богами забытой дыре, но ничто не мешало мне получить свою порцию удовольствия. Одежда исчезала с нас рывками, ткань трещала, но нам было плевать. Он сжал мои бедра, опрокинул на кровать, навис сверху. Темные глаза смотрели с жадным блеском, тяжелое дыхание обжигало кожу.

– Какая же ты горячая… – простонал он, его губы нашли мой живот, руки скользнули ниже.

Я рассмеялась, но смех тут же оборвался, стоило ему по-настоящему коснуться меня. Здесь, в этой комнате, не было ни прошлого, ни будущего – только этот момент, этот огонь, сводящий с ума, жар наших тел, стоны, заглушаемые друг другом, беспорядочные движения, пот, скатывающийся по коже.

Финал не подкачал. Яркий, ослепляющий, оставивший нас без сил. Какое-то время я просто лежала на влажных смятых простынях, пытаясь отдышаться. Он разлегся рядом, довольно улыбаясь, провел ладонью по моей груди.

– Крошка, – выдохнул он, все еще в эйфории. – Ты просто огонь… Если друзьям расскажу, с какой деткой кувыркался, да за бесплатно, ни за что не поверят!

Я лениво потянулась к краю кровати, подбирая свои штаны.

– У меня для тебя есть еще кое-что, – сказала я, покопавшись в кармане.

Он приподнялся на локте, ухмыльнувшись, сверкая предвкушением в глазах. На его лицо набежала тень, стоило увидеть в моих руках стальные наручники. Поспешно облизнул губы.

– Ох, цыпа, признаться, я совсем не по этим играм… – протянул он неуверенно.

– Даже ради нового опыта? – Я игриво подмигнула, поигрывая ими.

– Ну-у… если обещаешь быть нежной, – произнес он со смешком и подставил руки.

– О, поверь мне, это я умею, – многообещающе шепнула я, склоняясь над ним.

Щелчок наручников разорвал воздух, как хлесткая пощечина. Металл сомкнулся на запястьях, приковав его к изголовью кровати.

Я же медленно встала, натянула штаны, больше не обращая внимания на свой улов. Застегнула молнию, щелкнула пряжкой ремня, затягивая его потуже на бедрах. На меня смотрели широко раскрытые, полные недоумения глаза. Понемногу в них просачивалось понимание, но мужчина явно отказывался верить, что его так развели.

– Эй, ты чего, какого драхта? Куда одеваешься, а я?.. – Он дернулся, но безуспешно.

– Рассчитываешь на свои импланты? Или что там у тебя, «уколы силы»? – насмешливо поинтересовалась я, проверяя крепление своей роботической руки к плоти. После наших кувырканий меньше всего хотелось, чтобы что-то в механизме заклинило.

– Машхараза! Отпусти меня сейчас же! – прорычал мужчина, прикладывая все силы, чтобы разорвать цепь наручников.

– Не зря я отвалила за эту штучку полсотни галларов, она блокирует работу имплантов, даже жидких одноразовых. Ты моя добыча, милый, – лениво протянула я. – И за тебя мне отвалят очень даже неплохие деньги.

– Так вот как ты действуешь! Хуже шлюхи! Разводишь мужика на секс, чтобы… – начал громко он, безуспешно дергая скованными запястьями, но осекся, стоило услышать мой хохот.

– Малыш, не путай теплое с мягким. Личное отдельно, работа отдельно. Защелкнуть на тебе наручники я могла еще в баре, когда ты положил ладонь мне на коленку. Но почему бы не совместить приятное с полезным? Надо отдать должное, сам ты работал или пользовался модификациями, но тело у тебя что надо. Секс всего лишь секс. Ты получил свое с «провинциалкой Эшли», я получила свое. Теперь же время вспомнить о работе, – заметила я меланхолично, прикидывая, на сколько еще хватит заряда аккумулятора, живящего другие мои модификации. Достаточно, чтобы справиться со всеми делами, или придется вначале подзарядиться? Вот уж чего не хотелось бы.

– И как же тебя зовут на самом деле? – процедил Брэд, разыскиваемый за барыжничество ворованными имплантами.

– Айви, – охотно отозвалась я и мечтательно зажмурилась, наслаждаясь гаммой эмоций, отразившихся на лице моего бывшего любовника. У-у, как его перекосило. А я, однако, становлюсь все популярнее…

– Машхараза экта бар! Так это ты! Продажная мразь, Кларку едва не оторвала яйца своей дешевой имитацией руки! Психованная сука с недотрахом! – разразился целым потоком ругательств он, отчего моя улыбка стала лишь шире.

– Как видишь, одну проблему мы с тобой только что решили, – фыркнула я и, достав из поясной сумки шокер, шагнула к нему. – Спокойной ночи, сладкий. Надеюсь, мне за тебя отвалят приличную сумму.

– Пошла ты на… – взъярился он, но договорить фразу не успел, сраженный мощным зарядом шокера.

Я же сладко потянулась, пребывая в отличнейшем расположении духа. За эту пойманную рыбку мне должны заплатить очень даже неплохую сумму…

***

– Стэн, ну что там, долго еще? – нетерпеливо постучала я костяшками пальцев по бронированному стеклу.

В полутемном потрепанном зале полицейского участка почему-то нестерпимо воняло прокисшей капустой. К запаху перегара, блевоты и нестираных носков я уже как-то привыкла. Но капуста? От этого ожидание начисления выплат за пойманного преступника становилось вдвойне мучительнее.

– Айви, выдохни, все же ждем, – лениво окликнул меня Даг, испещренный шрамами здоровяк, развалившийся на стальной скамье, вбитой в стену.

– Слышал, Стэн? Все тебя ждут. Так что не расслабляй булки, шустрее соображай, пока не заменили на искин, – протянула я и в ответ на возмущенный взгляд Стэна послала ему воздушный поцелуй. И даже, подышав на стекло, нарисовала сердечко. С припиской «Быстрее».

– Не заменят. Государство не выделит финансирования, – хохотнул другой охотник, тоже ждущий своей очереди.

Отлипнув от стекла, я обратила внимание на Дага.

– У тебя кровь капает. Неудачная охота? – поинтересовалась я, указав на алые капли на полу.

– Где? – искренне удивился здоровяк, молниеносным плавным движением поднявшись. – А, это не моя. Охота как раз удачная…

– Да конечно! – не согласился его синекожий напарник, принадлежащий к расе лааркхов. – При удачной мы притаскиваем их живыми и получаем выплату в полной мере! Я тебе говорил оставить хотя бы одного…

– Он первый начал! Пушку на меня наставил, я должен был в ответ сказать, что очень осуждаю его за это и так делать нехорошо?!

– Айви, выплата, – наконец-то позвал меня Стэн, и я, мигом оставив этих двоих, вернулась к окошку.

Недоверчиво уставилась на высветившиеся на экране цифры.

– Это еще что?

– Выплата за доставленного тобой разыскиваемого преступника.

– Какого хрена она почти в два раза меньше?!

Мой взгляд скользнул к стенду с голограммой разыскиваемых преступников. Изображение мерцало, страдая от постоянных помех. Цифры исчезали и появлялись, будто издеваясь, но они определенно не совпадали с тем мизером, что мне пытался всучить Стэн!

– Система обновлена, – спокойным тоном произнес он, не отводя взгляда от своего экрана, где едва различимые цифры мерцали в такт его словам. – КТП налоговый процент подняли, теперь еще и пенсионный взнос, плюс добавили отчисления на очистку окружающей среды.

– На очистку чего?! – не поверила я. – Да на этой заброшенной планетке об окружающей среде могут что-то знать только те, кто уже несколько веков покоится в могилах – с того момента, как шквал радиации стер почти всех живущих! Купол ставили сами колонисты, а КТП не дали ни копейки! Какая еще очистка, где?! Про пенсию вообще молчи, я официально даже не считаюсь трудоустроенной, а значит, и пенсия мне никакая не положена!

– Айви, ты бы осторожнее. Проблем еще не хватало из-за твоих высказываний… – вклинился Даг, ради этого дела даже бросив препирательства со своим напарником.

Эта его фраза вызвала у меня смех.

– От кого проблем? Ты серьезно считаешь, что какой-нибудь аристократ, заблудившись, вместо туристической Пандоры залетит в этот участок и услышит, как я хаю власть? А остальным насрать, что я говорю, в одном дерьме тут все варимся.

Гнев, вспыхнувший в груди, улегся, уступая место усталой иронии. Стэн тем временем невозмутимо придвинул ко мне планшет.

– Приложи палец для сканирования отпечатка. Тем самым ты даешь согласие на получение данной суммы…

– Да хрена с два я согласна!

– Желаешь пожертвовать эту сумму на нужды детей-сирот? – невозмутимо поинтересовался Стэн.

– Что?! Я похожа на добрую самаритянку? – выдохнула я, добавив несколько словечек покрепче. И прижала палец к центру экрана, подтверждая свое согласие.

Перевела нетерпеливый взгляд на свой коммуникатор, ожидая уведомление о зачислении средств. Но вместо этого мне на экран высветилось сообщение о сбое системы. Я молча продемонстрировала его Стэну.

– М-м-м, снова, – тяжело вздохнул он. – Я сообщу технарям о проблеме. Но сегодня вряд ли починят.

– И? Как мне получить свои выплаты? – процедила я.

– Наличными. Сейчас, подожди минуту.

И Стэн, открыв жуткого вида ящик, разделенный на ящички поменьше, принялся вынимать оттуда монеты и пластины крупного номинала.

– Наличный расчет устарел еще в двадцать первом веке… но только не здесь! Век технологий тут просто цветет, – пробормотала я себе под нос.

Наконец передо мной высыпали причитающуюся мне долю. Быстро пересчитав, отложила в сторону несколько пластин номиналом покрупнее.

– Сиротам, – буркнула я.

Сгребла деньги в свою сумку и, кивнув другим охотникам на прощание, вышла на улицу. Холодный воздух ударил в лицо, смывая с кожи липкий запах перегретого помещения. Ночной город гудел своей обычной какофонией – далекий рев машин, хохот скейтеров, проносившихся на своих бордах так низко над землей, что едва не цепляли головы прохожих, неоновый свет рекламы, вспышки голограмм, сопровождаемые прилипчивой попсовой песенкой.

Я сделала глубокий вдох и ухмыльнулась. Полицейские никогда не любили вольных охотников. Но я уж как-нибудь переживу, особенно когда галлары так приятно звенят в кармане. И, насвистывая фривольную песенку, направилась к своему кораблю, пришвартованному в доке неподалеку.

Глава 2

В доках пахло горелым металлом, машинным маслом и чем-то, что навевало мысли о протухших пайках. В воздухе висела пыль, местами подсвеченная тусклыми неоновыми огнями, мерцающими над старыми, изъеденными ржавчиной шлюзами. С десяток потрепанных кораблей торчали в этом захолустье, как стая усталых стервятников, присевших на привал.

Прикоснувшись ладонью к панели разблокировки моей Бесси, я дождалась, пока сенсор зажужжит, сканируя отпечатки. Панель мигнула красным.

– Ой, давай без этого, – протянула я, вновь запуская систему.

Красное. Еще раз. Зеленое. Раздался писк, и с жутким скрежетом дверная панель поползла в сторону, открывая мне вход. Я, не дожидаясь, пока этот процесс завершится полностью, юркнула внутрь и моментально щелкнула несколько переключателей на стене грузового отсека, запирая вход.

Скрежет повторился, лязг задвигающихся механизмов отдался вибрацией в полу.

Я поморщилась.

– Ну не ворчи, Бесси, – отреагировала я, перекидывая сумку через плечо. – Я же обещала тебе купить побольше масла после того, как получу деньги за Брэда.

Пройдя в рубку, скинула сумку и куртку на кресло второго пилота и плюхнулась в свое, привычно закинув ноги на панель управления. Тут же раздалось мерзкое пищание, сопровождаемое миганием разноцветных огоньков. Я закатила глаза и убрала ноги.

– Ну не нуди, убрала я уже, убрала. Как будто первый день меня знаешь.

В глубине корабля что-то недовольно заскрипело.

– Расскажи лучше, как ты провела время здесь, пока я моталась за Брэдом? – спросила я, запуская на голографическом экране видеозапись с камер наблюдения. – Этот придурок и не подумал покинуть планету, представляешь? Я, правда, на это и сделала ставку, но все равно ожидала, что окажется чуток поумнее…

Пока запись перематывалась на высокой скорости, я, краем глаза на нее поглядывая, потянулась к маленькому холодильнику. Слышала, по технике безопасности нельзя ставить ничего подобного в рубке управления… Но где я, а где безопасность? Как и все здесь, достался он мне подержанным, в дверце даже когда-то зияло пулевое отверстие от допотопного огнестрела. Тем не менее работал без каких-либо нареканий.

Выудила из него кусок хлеба и немного просроченной синтетической колбасы. С подозрением понюхала и осмотрела последнюю, записала ее в раздел съедобной и наспех сделала бутерброд. Задумчиво откусила, поморщилась. Вспомнив о наличии острого соуса, щедро полила свой кулинарный шедевр сверху и откусила снова.

– О, едва не забыла! – пробормотала я с набитым ртом, вспомнив о самом важном.

Положила металлическую ладонь на беспроводную зарядку для мелких девайсов. Привычно смахнула в сторону голограммное уведомление, что девайс слишком мощный для этой зарядной системы. А вот следом высветилось уже более серьезное сообщение: «Критическое состояние! Осталось два процента!»

Я подавилась бутербродом.

– Твою мать! – закашлялась я, хлопая себя по груди. – Просила же Стэна побыстрее! Чтоб вас всех!

Вбила в интерфейс привычный набор команд, тем самым отключив практически все функции руки. И, прихватив недоеденный бутерброд, на крайней скорости влетела в кают-компанию, где стояла такая ценная для меня зарядная станция, прикрученная к самому обычному креслу.

Плюхнулась в него, задрав майку повыше. Глубокий шрам, пересекающий мои ребра, выглядел особенно жутко в приглушенном свете. В месте, где он завершался, прямо под самыми ребрами у меня в плоть был вживлен разъем – металлический порт.

Нащупав в клубке проводов нужный, я без раздумий ткнула его в разъем, уже почти машинально вбивая набор команд во вспыхнувшее передо мной голографическое окно интерфейса.

Тело пронзил резкий электрический разряд, заставив мышцы невольно сократиться, а легкие – судорожно втянуть воздух. Меня буквально прошибло от пяток до макушки, так что на глазах проступили слезы. Но вместо проклятий я лишь рассмеялась.

– Бодрит, однако, – прокомментировала я весело, откидываясь в кресле.

Глаза скользнули по панелям интерфейса, где теперь высвечивались мои механические легкие и шкала заряда, который медленно, но верно начал пополняться.

– Бесси, – обратилась я к кораблю, не глядя, – ты так же ощущаешь, когда я врубаю двигатель? Или для этого надо все-таки состоять частично из плоти?

Ответа, разумеется, не последовало. Я лишь бросила взгляд на экран, наблюдая, как пара процентов подбежала вверх. Достаточно.

Щелкнув в интерфейсе еще пару команд, восстановила функциональность руки.

– Бес, включи музончик подрайвовее, – попросила я, машинально разминая пальцы.

Тишина.

– Слабо? – усмехнулась я, глядя на тусклые огоньки панели.

Корабль, как всегда, не ответил. Впрочем, я и не ждала. Искин у Бесси – старая модель, голосовые команды не воспринимает, уведомления не воспроизводит.

Я обреченно вздохнула и, откусив от бутерброда побольше, принялась вбивать команды через коммуникатор, подключаясь к акустической системе корабля. Спустя несколько секунд грянула одна из моих любимых композиций, заполнив все пространство мощным ритмом и гулкими вибрациями.

Я мечтательно зажмурилась, откинув голову назад.

– О да, оно…

На секунду позволила себе раствориться в этом моменте, но затем усмехнулась, подмигнув панели управления:

– А ты, Бесси, не расслабляйся. Рано или поздно я научу тебя говорить… или просто начну слышать твой голос в голове. Впрочем, некая доля сумасшедшинки в охотнице за головами – это даже пикантно, не находишь?

И сама же рассмеялась в ответ на свою шутку, зная, что следующий час проведу в компании своих любимых песен, фальшиво подпевая исполнителям, пока мой заряд не станет равен ста процентам, давая мне возможность и дальше дышать воздухом этой богами проклятой планеты.

Глава 3

Нестерпимо воняло озоном, горелым пластиком и застарелой ржавчиной. Электричество работало с перебоями, лампы мерцали, то и дело погружая пространство в хаотичный полумрак. Система воздухоснабжения этой заброшенной станции дышала на ладан – насосы то запускались, издавая натужный рев, то внезапно замирали, и тогда в воздухе повисала тягучая тишина.

Но об этом можно было подумать потом.

Сейчас важнее были выстрелы, взрывы и те три недоумка, которые решили, что смогут меня пристрелить.

– Какого драхта ты тут забыла, охотничья сучка?! – рявкнул один из них, прячась за старым разбитым терминалом.

– О, мальчики, ну что за грубость! – пропела я, уходя в перекат, когда по мне прошел залп лазерного оружия, опалив воздух. – Неужели никто никогда не говорил вам, что хороший тон открывает любые двери?

Разряд плазмопистолета вспорол мне путь, и я, выдохнув сквозь зубы, вжалась в стену, быстро перебирая в голове ближайший выход из ситуации.

Электричество в очередной раз моргнуло, и станция утонула в темноте на пару секунд.

– Где она, машхараза экта бар?!

Один из них прыгнул в боковой коридор, и я тут же выскочила вперед, дав короткую очередь из «грома» прямо ему в грудь.

Он глухо охнул, шатнулся назад, заваливаясь на разбитый ящик, и рухнул в груду мусора, забрызгивая его кровью.

– Один есть! – бодро озвучила я.

– Сука, я тебя с потрохами сожру! – заорал второй, уже более осмотрительно подбираясь к моей позиции. Он явно не собирался выскакивать в открытую, но и затягивать перестрелку тоже не планировал.

Я закатила глаза.

– Ой как страшно! – с наигранным ужасом протянула я, рывком выбегая вперед.

Разряд плазмы прошел буквально в волоске от моего лица, обжигая воздух и заставляя кожу на щеке покрыться мурашками.

Я ушла в перекат, но не успела на долю секунды. Горячая вспышка боли пронзила плечо. Запахло паленым материалом – плазма скользнула по моей куртке, прожигая ткань до самой кожи.

– А-а-а, машхараза! – завопила я на всю станцию, специально громко, словно мне только что как минимум оторвало руку.

Сделала несколько шатких шагов назад, будто потеряла равновесие, и с грохотом опрокинула контейнер, прежде чем скользнуть в тень, сменив позицию.

Металл звенел, рассыпая на пол кучу мусора.

– Видал?! Попал! – злорадно крикнул пират.

Я прижалась к полу, чувствуя, как холод металла отозвался дрожью в пальцах. Боль в плече пульсировала, но я ее игнорировала.

– Видал, какой ты тупой? – сквозь зубы процедила я, выбирая идеальную позицию для засады. И когда этот тупица сунулся проверить, добил ли он меня, я выпрыгнула из тени.

– Приветики, – мурлыкнула нежно.

Вспышка плазмомета разрезала темноту заброшенной станции. Пират дернулся, как марионетка, у которой резко перерезали нити, и мешком рухнул на металлический настил.

Я поднялась, облизала губы и хлопнула ладонью по стене.

– Ну что, кто следующий?

В груди все еще пульсировала боль от ожога, но адреналин перекрывал ее настолько, что мне было даже смешно. Выпрямившись, я сделала глубокий вдох, прикидывая, где может прятаться третий. Его бы по-хорошему взять живым, несмотря на всю мою нелюбовь к работорговцам. Мертвые они стоят дешевле, так что…

Выстрел громом разнесся по станции, чтобы тут же смениться мерзким шипением, с которым спускает надувной круг или воздушный шарик. И поскольку мы не на праздновании дня рождения в бассейне…

– Твою ж мать… – выдохнула я, увидев плазменную дыру в куполе станции, сквозь которую сейчас стремительно утекала наша возможность дышать.

Пятнадцать минут. Максимум двадцать, зависит от того, насколько хорошо здесь работала система воздухообеспечения.

– Где же ты прячешься? – прошептала я, переводя дыхание.

Станция стонала и скрипела, словно старая больная развалина, отжившая свой срок, но все еще цепляющаяся за остатки жизни. Такие места, несмотря на заброшенность, редко пустовали. Здесь могли прятаться беглецы, контрабандисты или, как в этот раз, пираты со своими грязными делишками.

А еще тут обычно оставляли заначки – припасы, небольшие запасы топлива, медикаменты. Самый минимум, чтобы хватило дотянуть до ближайшего обитаемого пункта. Но конкретно этим пиратам они больше не понадобятся. Осталось только найти последнего.

Я прислушалась. Тишина. Потом… Что-то зашуршало за контейнерами. Я прищурилась.

– Попался, гаденыш.

Пальцы сжались на рукояти «морроу», клинок издал короткое жужжание, активируясь.

Я тихо, бесшумно подкралась ближе. Шаг. Еще один, стараясь не издать ни шороха. Все ближе.

Где-то моргнули лампы, и позади меня взревел двигатель. Глухо, резко, оглушающе. Мое сердце тяжело ударило в ребра. Я молниеносно развернулась…

Но слишком поздно. Через один из обзорных иллюминаторов только и увидела световые следы ускользающего корабля. Третий гад оторвался от стыковочного шлюза и уже через секунду исчез в космосе.

Я выпустила из груди яростное рычание и, размахнувшись, со всей силы врезала железным кулаком по ближайшему контейнеру, выплескивая злость.

Металлическая поверхность дрогнула под ударом, и… раздался испуганный писк. Я вздрогнула.

– Что за…

Нахмурившись, шагнула ближе и приоткрыла панель контейнера. Внутри, среди ржавых обломков и сломанных ящиков, дрожало худое существо.

Грязный мальчишка лет семи – десяти. Чумазый, истощенный, одетый в какие-то невообразимые лохмотья, придавленный куском железа. Глаза огромные, темные, полные паники. И вместе с тем в них горела звериная жажда бороться за свою жизнь до конца.

Я грязно выругалась, почувствовав, как внутри что-то тяжело сжалось. Времени в обрез. Дышать с каждым мгновением становилось все труднее. Я и держалась только за счет своих механических легких. Мальчишка же и вовсе вяло трепыхался на одном упрямстве.

Я могла плюнуть и уйти. Логичный выбор. Мало ли бродяжек гибнет на улицах трущоб? Всех не обогреть. Естественный отбор как он есть.

Также я могла собрать тела пиратов и забрать их головы, чтобы выручить хоть что-то за эту охоту. Практичный выбор.

Или я могла вытащить этого пацана. Дерьмовый выбор.

Я стиснула зубы и выдохнула сквозь стиснутые зубы.

– Да твою ж ма-ать…

И шагнула к нему.

Глава 4

Корабль тихонько ворчал двигателями, удерживая стабильный курс. В воздухе висел знакомый запах нагретого металла, машинного масла и чуть-чуть озона от недавно активированных систем. Все как обычно.

Кроме одной маленькой детали.

Передо мной на полу сидел грязный, худющий мальчишка, настороженно сжавшийся, будто загнанный звереныш. Он не сводил с меня глаз, готовый в любой момент то ли броситься наутек, то ли вцепиться зубами в горло.

Спутанные волосы падали на его чумазую мордашку, на щеке – грязная полоса, словно он пытался стереть следы сажи, но только размазал еще больше. Глаза большие, темные, в них отражалась усталость, страх и привычка ожидать удара.

Я хмыкнула и скрестила руки на груди.

– И откуда ж ты взялся на мою голову?

На его лице быстро промелькнула эмоция, словно он не был уверен, то ли это серьезный вопрос, то ли издевка.

– Ты понимаешь, что я говорю? – уточнила я.

Он осторожно кивнул, не расслабляя напряженные плечи.

– Уже что-то…

Я скользнула по нему взглядом, пытаясь понять, сколько он прозябал на той чертовой станции.

– Долго там жил?

Он неопределенно пожал плечами. Немой, что ли? Я поморщилась.

Пираты явно о нем не знали – иначе он бы давно работал у них за миску жидкой каши и пинок под зад. Или, не мороча себе голову, они продали бы его за бесценок любителям таких мальчишек. Значит, умел прятаться. Возможно, сбежал с какого-то корабля и его даже не заметили.

Волосы отросли сильно, худой до изнеможения… Значит, подъедал пиратские заначки осторожно – не каждый день, небольшими порциями. Полгода минимум. А может, и год-два.

– Продашь меня? – хрипло спросил он, хмуро глядя на меня исподлобья.

– Надо же, говорящий, – восхитилась я, вытаскивая из холодильника чудом не просроченное мясо и не особо сухой хлеб.

Голос грубый, явно давно не пользовался им, но за словами не было паники – только усталое принятие.

– Кто ж тебя купит, такого костлявого и страшненького? – фыркнула я.

Пока говорила, ловко разрезала мясо, накинула его на хлеб, сверху немного соуса – этот уже чутка прокис, но еще съедобный. Чем богаты, что уж.

Взяла тарелку с бутером и швырнула ее перед пацаном на стол.

– Лопай давай. Нечего мне тут костями тарахтеть, бесит.

Он неуверенно посмотрел на бутерброд, потом на меня, снова на бутерброд. Я закатила глаза.

– Жрать будешь или насчет вкуса сомневаешься? Так у меня не ресторан.

Он резко схватил бутер, вгрызся в него так жадно, что на щеках заиграли желваки. Похоже, рефлексы были сильнее страхов.

– А как отъемся, продашь? – пробормотал он с набитым ртом. И не понять, то ли пошутил, то ли прикидывает шансы. Но что не молчит, уже хороший показатель – в социум влиться сможет.

Я фыркнула и достала из шкафчика бутылку воды.

– Боюсь, мне на такое количество еды не заработать. Особенно если буду терять потенциальный улов.

Я кинула ему воду, и он, поспешно открутив крышку, принялся жадно глотать.

Пока пацан уплетал ужин так, словно ничего вкуснее в своей жизни не ел, я отошла к панели управления, запустила навигацию. Заодно уколола себе обезбол в плечо. Место ожога противно подергивало. Надо бы посмотреть что там, обеззаразить…

Но сначала стоит решить что делать с пацаном. Куда его теперь девать, машхараза? На экране высветились ближайшие станции и планеты.

– Пацан, родные есть? – кинула на пробу.

Снедали меня сомнения, что смогу вернуть за вознаграждение, но спросить стоило. За спиной настороженно замерли, прекратив жевать. Угу. Ясно-понятно, не стоило и надеяться.

Вопрос был только в том, куда я хочу залететь в первую очередь – в цивилизованный уголок, где можно сплавить его в какой-нибудь сиротский приют, или в черную дыру вселенной, где он через пару лет станет таким же, как я. Проблема в том, что первого варианта на ближайшие парсеки не предвиделось… как и моего желания посещать подобные места.

– Все слопал? – уточнила я, хотя и так видела, что эта мелочь не то что подобрала крошки хлеба, но даже слизнула каплю соуса с тарелки. Столкнувшись взглядом с голодными глазами, поморщилась. Да уж, на одних бутерах далеко не уедешь. – Шевели поршнями тогда в душевую. Пользоваться умеешь? Тряпки свои трухлявые выбрось в измельчитель.

Простой вопрос вызвал мгновенную панику на лице, и на месте найденыша теперь снова сидел зверек, готовящийся продать свою жизнь подороже. Точнее, не жизнь, судя по всему.

– Нужны мне твои дрыщавые мослы триста лет, – закатила глаза я и, легко вскочив со своего кресла, прошла мимо дикаря в свою каюту. Там покопалась в шкафу, прикидывая, что ему может подойти. Вернувшись, ткнула ему свою рубашку с коротким рукавом и пижамные шорты. К этому шикарнейшему набору даже добавила носки.

– Мордашку не кривить, бери и радуйся тому, что есть, – предупредила я, намереваясь ткнуть шмотье в руки пацану. Но, увидев, насколько они грязные, скривилась. – В уборной оставлю, сам возьмешь.

На лице парнишки отразилось удивление. Он осторожно встал и шагнул было в указанном ранее направлении, но остановился.

– Выбора у меня нет, так понимаю? – уточнил негромко.

– А ты выберешь сидеть тут рядом и вонять? Воздухоочистная система Бесси не справляется с твоими миазмами, так что не обессудь. Шуруй давай в помывочную, – фыркнула я, несильно подпихнув его в спину. Он едва слышно зашипел, но спорить не стал. Та-ак…

– Только не говори, что ты еще и раненый, – простонала я. Но этот мелкий засранец, вместо того чтобы покаяться и сразу сказать, где чего болит, шустро заскочил в уборную. Хм. Ну, было б что серьезное, так бы не бегал. Синяк, скорее всего, или неглубокий порез. В любом случае сперва нужно очистить от грязи.

– Ионный душ! – крикнула я вслед. – Тронешь воду – продам на органы!

Сама же, вздохнув, поплелась проверять, что у меня есть из медикаментов для такого случая. Попутно вбивая в поисковик на коммуникаторе запрос на самые простые рецепты из имеющихся у меня продуктов…

Глава 5

Некоторое время спустя…

– Плохие новости, Бесси! – выпалила я, запрыгнув в свое протертое кресло первого и единственного пилота.

Кресло привычно заскрипело, словно тоже хотело пожаловаться на жизнь, но я лишь улыбнулась и продолжила:

– А может, наоборот, шикарнейшие! В общем, мы выловили здесь всю более-менее крупную рыбку, а значит, следует выйти дальше в море… То бишь в космос.

Пальцы привычно пробежались по рядам кнопок и переключателей, запуская серию системных проверок. Панель управления ожила, поблескивая тусклым светом старых интерфейсов. Сканеры проверки состояния корабля загрузились с обидной неторопливостью. Наконец на экранах высветилось, что реактивные сопла снова нуждаются в регулировке, энергобатареи работают на 63 % мощности, а система очистки воздуха предупреждает о критическом загрязнении фильтров.

Я покачала головой и усмехнулась.

– Да-да, знаю, что ты скажешь, – пропела я, потягиваясь, – глупо лететь далеко на корабле, для которого предполагаются два пилота…

На этих словах я осеклась, вспомнив, как всего месяц назад сгоняла со второго кресла пацана. Одна я путешествую, всегда одна! О чем и сообщила ему, определив в приют, расположенный не так далеко от полицейского участка.

От этого воспоминания настроение моментально упало вниз. Я спасла пацана и дала ему шанс на нормальное будущее, так что моя совесть чиста. Его удел – расти и учиться, у меня же своих забот хватает. Чего ж тогда мысли все равно возвращаются к нему?

Я легонько постучала пальцами по панели и, тряхнув волосами и выбрасывая беспризорника из головы, запустила проверку маневренных стабилизаторов. По ним тоже были вопросы.

– А мне есть что ответить на твои опасения, Бесси! – продолжила я свою прерванную мысль. – Ты просто перестраховщица. После того как Томми покопался в твоей внутрянке, мы с тобой уже летали и на заправочную станцию, и к Леону за деталями – и ничего!

На секунду воцарилась тишина, и я даже поверила, что убедила собственный корабль. Но нет.

Бесси злобно пикнула, а в уголке экрана высветилось предупреждение о небольшом дисбалансе гиростабилизаторов.

Я закатила глаза.

– Да ну тебя! Вчера этого предупреждения не было, так что просто не будь нытиком.

Щелкнув пальцем по кнопке, я вызвала навигационный интерфейс и начала вбивать координаты космической станции «Орион-7». Пока маршрут загружался, я вытянулась в кресле, закинув одну ногу на подлокотник, и принялась составлять план вечеринки.

– Ну-ка, посмотрим, кто у нас там тусуется… – пробормотала я, запустив поиск по базе разыскиваемых преступников.

На экране вспыхнуло лицо моей цели – парня с ухмылкой шакала и глазами человека, который ни разу в жизни не встречался с совестью.

– Итак, Лойс Иммерс, мистер «я люблю пиратство», что ты за фрукт?

Я скрестила руки за головой и начала рассуждать вслух.

– Вопрос: чем зарабатывает этот гаденыш?

Я с видом профессионального сыщика ткнула в его досье.

– Ответ: нападает на маленькие семейные кораблики. Транспорт сдает по частям старьевщикам, людей же продает в рабство на планетках, где это разрешено.

Мой голос стал ледяным. Я терпеть не могла работорговцев. Это самое гнусное, что можно делать в этой галактике.

– А что мы делаем с такой мразотой, Бесси? Ты молчишь, а я отвечу! Мы их наказываем, – многообещающе протянула я.

Такую дрянь я сдавала в руки правосудия с особым удовольствием. Особенно учитывая, что выплата, пусть и гораздо меньше, начислялась даже за мертвого.

Я вывела на экран список его людей.

– Действует не один… но! – Я вскинула палец, нажимая на интерфейс. – К счастью, в его банде постоянная текучка.

Информация обновилась, и я довольно улыбнулась.

– По последним сведениям, двоих из его людей недавно прикончили. Так что теперь их там трое. И один из них раненый.

Хмыкнув, я подтянула колени к груди и покачалась в кресле, точно вымеряя время до старта.

– Знаешь, пожалуй, это будет даже проще, чем я думала… Нет, ты, может, иного мнения, но поверь на слово – я не зря почти год практически безвылазно провела на этой планетке с ее любовью к бюрократизму. Работа охотницей здесь дает бонусы в виде безлимитного бесплатного доступа к их тренировочному залу. И надо отдать должное, вот тут уже на их конторе не экономили, напичкали едва ли не последними модулями виртуальной реальности. И отдельное спасибо Дагу, который выбил мне туда допуск… Хм, сходить с ним на свиданку разок, что ли? Хороший же мужик. Да и это он помог устроить моего пацана в приют неподалеку… Да не, бред. Портить дружбу случайным перепихоном – гиблое дело.

Размышляя вслух, я подключила зарядку системы, наблюдая, как по графику медленно, но верно ползут проценты. Внутри корабля вновь что-то натужно заскрипело, загудело, напоминая, насколько старая модель мне досталась. Мой предыдущий кораблик был более маневренный, с ним я практически жила в космосе, гоняясь за плохими парнями. Но увы, маневренность компенсировалась хлипкой обшивкой. Крайний раз чудом дотянула на нем до ближайшей станции. Так что твердолобая и толстошкурая Бесси со всех сторон достойная замена.

– Ну не ворчи, и не с таким справлялись. Все равно без полной диагностики систем не улетим. При необходимости по пути залетим к Томми. Так что пока можем просто поболтать… И заодно добавлю своим легким заряда. Люблю дышать, знаешь ли, даже больше, чем пить, есть и спать, – хохотнула я, перемещаясь к своей личной зарядной станции.

Набрав привычный набор команд на интерфейсе, переждала первый болезненный разряд и расслабленно откинулась на спинку кресла. С коммуникатора снова запустила заявку на поимку Лойса.

На экране высветилась сумма награды за голову моей цели. Я присвистнула.

– У-у, Бесси, да тут накинули еще десять тысяч галларов за его голову и дополнительно по пять тысяч за каждого члена его команды! Да за эти деньги я смогу полностью обновить твою систему! И даже голос тебе добавить!

Бесси, конечно же, молчала. Но я легко могла представить, как она закатывает глаза. Если бы они у нее были, конечно. Эта нелепая мысль вынудила меня рассмеяться.

– Ладно, не бойся. Это пока в теории. Может, потрачу баблишко на то, чтобы заказать себе нормальную зарядную станцию, а не эту смесь проводов и обычного автобусного кресла. Говорят, есть такие, что обеспечивают полный заряд меньше чем за час. И при этом никаких болезненных ощущений… Подумаю еще, надо ли оно. В общем-то, мне и так неплохо…

Мои размышления прервал звонок коммуникатора. На дисплее высветилась физиономия Дага. Нахмурившись, я приняла вызов.

– У тебя что-то срочное? Я минут через сорок планировала покинуть планету… – начала я, но меня перебили.

– Тебе решать, насколько срочное. Но твой найденыш сильно подрался…

– Что с ним? – тут же посерьезнела я.

– Он-то как раз отделался парой синяков. А вот его противнику швы накладывали…

– Швы? У них там драка на мечах, что ли?

– Кхм… Он его укусил, – поморщившись, сообщил друг. Мои глаза буквально на лоб полезли.

– Кормить детей нужно лучше, – только и смогла выдавить я, испытывая одновременно и удивление от такого метода сражения, и гордость, что мелкий может постоять за себя, и облегчение, что сам при этом обошелся малой кровью. – Мне-то зачем звонишь? Подрались и подрались, все на равных же там…

– Он подрался не с другим сиротой, а с сыном директора приюта. Я с трудом замял эту ситуацию, чтобы в его дело не ставили отметку, но теперь парнишку переводят в другой приют. Просто подумал, что ты захочешь знать, – закончил Даг. Я же грязно выругалась.

Покосилась на рубку управления, где Бесси наверняка уже выстроила маршрут до «Ориона-7», где находилась моя цель. Всех не обогреешь. Мне позарез нужны деньги. Пацан нормально устроится и в новом приюте… Машхараза, как же тухло это все звучит!

– Когда его переводят? – зачем-то спросила, совсем не собираясь отказываться от своих планов.

– Сегодня.

– Машхараза! Мне заряжаться еще около двадцати минут. Если можешь, задержи их. Я через час буду.

– Знал, что захочешь попрощаться, – хмыкнул Даг.

– Да хрена с два! Заберу пацана и сама найду ему нормальный приют, а то запихнут еще в какую-нибудь совсем гнилую дыру, знаю я их, – выплюнула я, испытывая дикую смесь злости, безысходности и обиды, что Лойса поймаю все же не я.

Глава 6

Еще какое-то время спустя…

– Он первый напал.

Директор сиротского приюта, сухощавый тип с омерзительно ровным, спокойным голосом, смотрел на меня так, словно я здесь случайно и мой взрыв ярости – это просто эмоциональная вспышка глупой бабы.

Я с трудом удержалась, чтобы не зарядить ему по физиономии.

– Он. Первый. Напал? – процедила я, медленно сжав кулаки, чтобы пальцы не дернулись к кобуре.

– Да. Он спровоцировал конфликт с ребятами постарше, – невозмутимо продолжил директор, вытягивая перед собой документ со списком повреждений. – Один из них получил выбитый зуб, второй – сломанную переносицу. Ваш… найденыш… проявил повышенную агрессию, что и привело к прискорбным последствиям.

Из моей груди вырвался смешок, но во мне сейчас было меньше веселья, чем в гробовщике на похоронах.

– Зубы мне не заговаривай! – вспыхнула я, наклоняясь к нему через стол. – Я правильно понимаю, что ему сломали руку и теперь вы хотите, чтобы я еще и заплатила за его лечение?!

– Вы же сами связались с нами, спросили о его судьбе… – Директор чуть подался назад, не ожидая такой реакции. – Раз уж она вам не безразлична, будьте добры оплатить наши затраты на его лечение и лечение пострадавших из-за него детей.

А вот я как раз и не была удивлена. Подозревала, что будет все как всегда: благотворительные учреждения абсолютно не интересуют те, кого они должны защищать.

– А то, что его тут же отметелили, вчетвером одного, вас не смущает, нет?

– Он первый спровоцировал.

Я сделала резкий вдох.

Вдох-выдох. Остаться на месте и не сломать стол головой этого лицемера.

– Пошли в жопу.

Я оперлась обеими руками на стол. Столешница затрещала под напором, и директор невольно вздрогнул. Я медленно выдохнула, собирая всю злость, которая раскаленным металлом скользила внутри.

– Я так понимаю, ваш приют существует исключительно благодаря милости благотворительных фондов, правильно?

Директор открыл рот, неуверенно моргнув.

– А теперь представьте, что внезапно выяснится, что в вашем милом заведении детей избивают. Прямо вот так, массово. Думаете, хоть одна организация после этого даст вам денег?

Он резко замотал головой.

– Послушайте, это какое-то недоразумение…

– Недоразумение? – Я холодно усмехнулась. – Если бы я не позвонила, вы бы даже не удосужились мне сообщить. А теперь еще и бабки из меня хотите вытянуть, за вашу же халатность?

Я наклонилась ниже, почти касаясь носом его бледной лоснящейся физиономии.

– Мне просто интересно, что об этом подумает, скажем… – я задумчиво поджала губы, изображая размышления, – контрольный комитет по защите несовершеннолетних? Инспекция по оценке условий жизни сирот? А может, Союз космических штатов? Ой, нет, подождите, они ведь передадут это в отдел юридических расследований…

Он сглотнул.

– Или я могу передать это в пресс-службу безопасности. У меня там знакомый есть, охотник за головами, занимается защитой детей в отдаленных колониях. Любит такие дела. Ну и… конечно же, Центральное управление патроната – им точно будет любопытно, какие у вас тут методы воспитания.

– Э… я… Это все… – Он запнулся, побледнел, заметно вспотел, в глазах замелькал страх. – Это… это все недоразумение, я понимаю, что вы обеспокоены…

– Я не обеспокоена, я зла.

– Конечно-конечно… Послушайте, давайте мы… урегулируем этот вопрос.

Он порылся в ящике стола, вытащил стопку галларов крупного номинала и протянул мне.

Я фыркнула и отдернула руку.

– Лучше потратьте их на детей, а не на очередной идиотский отчет о том, как у вас тут все прекрасно.

Он поспешно спрятал деньги, теперь уже просто мечтая избавиться от меня, как от плохого сна.

– Но… что я могу сделать в таком случае? Я вас уверяю, мы теперь будем следить за вашим… вашим мальчиком как никогда! – заискивающе улыбнулся он.

Я резко вскинула ладонь, затыкая его.

– Хрена с два я вам теперь его оставлю.

– Что?..

– Мы покидаем ваше заведение прямо сейчас. Помогите ему собрать вещи как можно быстрее, пока у меня нервы не сдали, и выведите ко мне, – холодно бросила я и покинула кабинет.

Надо было отдать должное, холл здесь выглядел прилично.

Чистые стены, дешевый, но свежий линолеум, несколько игрушек и учебных голограмм в зоне отдыха. Издалека даже могло показаться, что место неплохое. Сама почти поверила после виртуальной экскурсии по приюту.

Пока ждала, посматривала на мелькающих в коридоре детишек. Не зашуганные вроде, не в лохмотьях. Может быть, в целом здесь действительно с детьми обращались нормально. Вот только моя заноза в заднице здесь не прижилась.

Как и в двух предыдущих приютах. Машхараза…

За боковой дверью послышался какой-то шум.

– …да задрали, говорю же, ошибка, не пришел за мной никто, – услышала я знакомый возмущенный голос.

– Иди давай! – грубо ответили ему, а секунду спустя дверь отворилась, и в холл буквально вытолкнули моего пацана.

Следом полетела его сумка с нехитрыми пожитками, которые я ему выдала с собой еще в первый приют. Я хмуро уставилась на него.

Он выглядел хуже, чем я думала. Тощие руки покрывали темные синяки, на подбородке ссадина, щека опухла, на нижней губе застыла корка крови. Рука, зажатая в допотопный гипс, нелепо висела вдоль тела, а на вороте его потрепанной рубашки виднелись следы чужих пальцев – кто-то его схватил слишком грубо.

– Машхараза… – выдохнула я и добавила еще парочку непечатных выражений, чувствуя, как во мне разгорается огонь ярости. Да, я запугивала директора, выдумывая несуществующие организации, но сейчас была готова лично разнести это здание по камешку, а директора превратить в отбивную.

– Что, нажаловались уже, попросили забрать куда подальше? – скривился мой найденыш. – Могли бы не утруждаться, а просто отпереть ворота, я бы сам ушел…

– Кто бы сомневался, – процедила я, пытаясь унять гнев. Бить рожу директору я все же не буду, только проблем с законом мне не хватало. Но Дага потрясу на предмет полезных знакомств, которые обеспечат шквал проверок этому приюту.

– Хреново выглядишь. За мной, – обронила я, развернувшись к выходу.

– Ты тоже не цветешь, – огрызнулся он, но послушно поплелся следом. – Тебе-то какое дело, как я выгляжу?

– Да абсолютно никакого! В целом ситуация бесит! На хрена открывать приют, если не в состоянии обеспечить безопасность воспитанникам? Почему я должна срываться и…

– Тебя никто не звал, – прервал мои возмущения пацан. – Оставила и оставила, летела бы себе куда подальше. Я и сам о себе могу позаботиться.

– Вижу, как ты можешь, – огрызнулась я в ответ.

Остаток пути до корабля мы преодолели молча.

– Почему ты все время возвращаешься? – прозвучал его вопрос, пока я бодалась с дверной панелью Бесси.

Я хотела ответить привычным сарказмом, отмахнуться, но… Сама не зная зачем, смерила его долгим взглядом.

Мелкий хулиган. Беспризорник. Вечная проблема на мою голову. Я и так для него сделала больше, чем кто-либо в его жизни. Так зачем же в самом деле продолжаю интересоваться его судьбой? Зачем забрала из последнего приюта, где меня заверили, что теперь будут едва ли не пылинки с него сдувать?

Ответа у меня не было. Или все же был, а я продолжала врать самой себе?

Глава 7

Дверная панель Бесси отъехала в сторону с жутким скрежетом, напоминая о необходимости смазки, но сейчас мне уж точно было не до нее.

Громкий, душный, раздражающий мир снаружи остался позади. Теперь только я, корабль и этот паршивец, умудрившийся влипнуть в очередную дрянную ситуацию.

– Давай, шевели копытами.

Мелкий буркнул что-то невнятное, но повиновался, шагнув внутрь, ревностно оглядывая рубку, особое внимание уделив креслу второго пилота, заваленному всяким хламом. Будто каждый раз боялся увидеть его занятым другим каким-то беспризорником. Нет уж, с меня хватит и этого.

Я выругалась, заметив, как он осторожно двигается, пытаясь не задеть руку, но делает это слишком небрежно, чтобы я не догадалась. И мне еще будут говорить, что в том приюте заботятся о сиротах? Да хрена с два!

Я быстро вбила координаты знакомого лекаря и, пока корабль настраивал маршрут, небрежно смахнула со второго кресла свою куртку и кое-какие инструменты, вовремя не убранные на место.

– Падай сюда, – скомандовала мелкому, открывая отсек с медикаментами. – Того гляди свалишься тут еще.

– Я в порядке, – буркнул он, но поспешно сел в кресло, пока я не передумала. В прошлые разы я его гоняла с него.

– Ага. Ты настолько в порядке, что аж фиолетовым светишься, – прокомментировала я, прикидывая, что из моего арсенала и в какой дозировке могло подойти этому шкету. Выходило, что почти ничего. Хотя четверть ампулы вот этой прелести ему не навредит, зато значительно улучшит самочувствие.

– Рука сломана, синяки на лице вижу. Что еще? – деловито поинтересовалась я и, не дожидаясь ответа, начала расстегивать его рубашку.

– Эй, я сам могу! И я не кошка, чтоб меня щупали! – вяло возмутился он, когда я заодно принялась ощупывать его ребра.

– Заткнись и не дергайся, я только посмотрю, – не повелась я и, осторожно взяв его за подбородок двумя пальцами, повернула лицо к свету. – Синяк на скуле откуда?

– Что за тупой вопрос? Подрался я, сказали ж тебе, – фыркнул он, подняв загипсованную руку повыше.

– Три дня назад, тогда же и сломал руку. А синяк свежий, – указала на очевидное я.

Пацан напрягся, но, стиснув губы покрепче, отвел взгляд. Не дожидаясь ответа, который вряд ли последует, я взяла его здоровую руку и негромко хмыкнула, оценив сбитые костяшки. Ну понятно. Внутри вновь всколыхнулась волна злости на тех, кто должен был следить за порядком в приюте. Какого хрена там вообще допускают эти драки?

– Рука болит? – сменила я тему, ткнув пальцем в гипс.

– Чешется, – с бездной сарказма выплюнул он.

Я вставила отобранную ранее ампулу в медицинский пистолет и, отмерив дозировку, щелкнула предохранителем.

– Стой! Ты чего?! – Мелкий дернулся назад, но я уже вогнала ему обезболивающее в плечо.

– Ой, да не прикидывайся, что никогда этого не видел, – закатила я глаза, оценив его обиженную моську.

– Видел. Просто не люблю, когда этим в меня тычут.

– Вот и не нарывайся на ситуации, где в тебя чем-то тычут.

Он скептически фыркнул, но спорить не стал. Вместо этого вздохнул чуть свободнее. На бледных щеках появился легкий румянец. Препарат подействовал.

Я шагнула к холодильнику, вытащила оттуда лед и швырнула ему. Он без проблем поймал его здоровой рукой и вопросительно уставился на меня.

– Приложи к синяку. И пристегнись, мы взлетаем.

– Очередной приют? – скривился он, послушно выполнив требуемое.

Я оставила вопрос без ответа, перехватывая у Бесси управление, чтобы без помех отстыковаться от этой станции и вывести корабль на орбиту, не задев ничего из космического мусора.

Немного потрясло, и вскоре мы вышли в открытый космос. Я пощелкала переключатели, проверяя, не сбился ли курс, и с чистой совестью позволила Бесси самой вести дальше. Повернулась к своей ходячей загипсованной проблеме и нахмурилась.

– Я разве давала команду отстегнуться?

– Ты сама даже не пристегивалась, – возмутился он.

– В случае необходимости мне достаточно вцепиться во что-нибудь покрепче правой рукой. – Я демонстративно пошевелила роботическими пальцами. – А ты что, гипсом будешь пытаться прилипнуть?

Покинув свое кресло пилота, я вновь открыла холодильник.

– Ого. Не знал, что у тебя есть кастрюля. И что там хранишь? – тут же заинтересованно повел носом пацан, выглядывая из кресла.

– Овощное рагу, – не без гордости ответила я и, навалив в глубокую тарелку побольше, впихнула в микроволновку на разогрев.

– Неужели научилась готовить что-то сложнее бутербродов и протеиновой смеси? – ехидно протянул он.

– Тебя спросить забыла, – беззлобно фыркнула я. – Если жрать хочешь, топай в ионный душ.

– Да я чистый! – возмутился пацан скорее по привычке, но бодро потрусил в нужном направлении.

– А еще целый и невредимый, ага. Иди давай. Там в шкафчике сверток в черном целлофане, шмотье тебе, – бросила ему вслед.

– Откуда? – недоуменно вскинулся он. – Я ж в прошлый раз все свое забрал, как ты и сказала.

В его голосе, как мальчишка ни пытался казаться беспечным, явно были слышны нотки обиды. Которые почему-то нашли отклик у меня внутри. Машхараза!

– На барахолке была по делам, увидела случайно, вот и взяла. Планировала передать тебе в приют, – нехотя ответила я.

На его лице отразилась растерянность и что-то еще, мимолетное, что он предпочел скрыть, насупившись. И, не сказав ни слова, скрылся в уборной. Я же издала тяжелый вздох.

– Что я делаю, Бесси? – прошептала я совсем тихо. – Нельзя ни к кому привязываться, нельзя…

Глава 8

Пацан вернулся через несколько минут, уже чистый, но все такой же хмурый. Я оценивающе оглядела его новую одежду. Размер в размер. Штаны и рубашка мне достались за бесценок, практически в подарок. Основные траты пришлись на обувь и куртку.

Почти новые берцы, причем с небольшим секретом. Внутрь можно вставить батарею, которая создает дополнительное сцепление с поверхностью в условиях слабой гравитации. Если вдруг придется носиться по разгерметизированной станции или шататься в невесомости, он не снесет башкой ближайшую стену.

Да и куртка с секретом – под плотной кожей спрятаны сверхпрочные вставки. Легкие, но выдержат удар и кулака, и даже кое-каких видов холодного оружия. У меня, кстати, такого же типа, не раз выручала. Конечно, я надеялась, что в приюте ему не доведется испытать эти примочки, но пройти мимо таких полезных вещиц просто не смогла.

На рагу он просто накинулся. Последний раз таким голодным я его видела, когда нашла на той заброшенной станции. Хм…

– Что это? – промычал он с набитым ртом. – Очень необычно.

– Еще скажи, что невкусно, – фыркнула я, прислонившись к стене. – Оно из настоящих овощей.

Он замер, медленно поднял на меня глаза, в которых отразилось нечто среднее между священным ужасом и искренним любопытством.

– Да ладно? Гонишь.

– Без шуток.

– Ты клад нашла, что ли? Или в лотерею выиграла? Они же стоят как вся твоя Бесси, – недоверчиво ухмыльнулся он и продолжил наминать рагу.

– Но-но, не обижай мою Бесси. Она старше тебя в несколько раз, между прочим. Ну и меня заодно, – погрозила я пальцем. – Повезло, на самом деле. Заправлялась на одной аграрной планетке, получила заказ на насильника. Быстро поймала мерзавца, сдала им на самосуд, а в качестве платы получила ящик овощей.

– Чего ж не продала? – нахмурился мелкий. – Кучу бабла бы подняла.

– Кому? На ближайший парсек толстосумов было не видать. Лететь дальше – сгнило бы раньше, чем долечу. А отдавать за бесценок – нет уж, увольте. Так что лопай сколько влезет, все экономия на витаминном комплексе.

Эта простая фраза заставила его снова помрачнеть. Некоторое время мы сидели в тишине, нарушаемой стуком ложки о дно тарелки. Я прищурилась, оценивающе рассматривая его. Насколько бы ни были настоящие овощи вкусными, но не настолько, чтобы так ими запихиваться.

– Ты что, эти три дня ничего не ел?

Он пожевал, сглотнул.

– По челюсти тоже знатно съездили, только когда ты заявилась, вправили нормально обратно.

Я выругалась. То есть мне еще и не обо всем сказали. А челюсть не вправляли, чтобы не имел возможности вякать не по делу? Теперь у меня дело принципа натравить на директора и его шайку все возможные инстанции. А то и встретить его где-нибудь в темном переулке и…

– Ну что, куда теперь сдашь? Или, наконец-то, просто оставишь в ближайшем порту, как я просил? – набычился пацан, прервав мои фантазии о том, что бы я сделала с директором, будь моя воля.

Я помолчала, машинально гладя ладонью край панели. Пора было признать: проблема не только в приюте. В этом или предыдущих. Неизменная константа во всех случаях одна…

– Может, и стоило бы.

Он громко засопел, но комментировать не стал, низко опустив голову.

– Но размажут же там на месте, и стоило возиться столько?

– Я могу за себя постоять! – выпалил он, мгновенно вскинувшись.

Я ухмыльнулась, глядя, как он зажимает руку, забинтованную в допотопный гипс.

– Да, вижу. Первый приют – продержался аж целый месяц спокойно, пока со мной не связались, сообщив, что готовят к исключению из-за драки.

– Они первые ко мне лезли! И если б не сынок директора, никто бы тебе и не звонил!

– Ну конечно. Второй приют – признаю, там продержался дольше, почти полгода без драк. А потом просто сбежал. И тогда же я узнала, что это не первая попытка побега, но только в этот раз успешная. Повезло, что я кое-что забыла и позвонила туда узнать.

Он отшатнулся, стиснув зубы.

– Я отлично справлялся на улице без тебя! Кто тебя просил меня искать?! Бросила и бросила, летела бы себе куда подальше…

Он сорвался на крик, но я даже не моргнула.

– Ну естественно.

Я медленно кивнула, глядя на его напряженное лицо.

– И вот третий приют, где даже двух недель не прошло, как ты избрал амплуа груши для битья.

– Ты еще их не видела! – взорвался он. – Я одному нос сломал, а второму…

Я глубоко вздохнула и качнула головой.

– А второй вместе с третьим и четвертым едва не сделал тебя инвалидом после этой глупой выходки.

Я кинула на него оценивающий взгляд, пожала плечами.

– Прекра-асно справляешься, как я погляжу.

Я насмешливо склонила голову, наблюдая, как он поджал губы, стиснув здоровую руку в кулак.

– Ты ни драхта не понимаешь! – выпалил он, резко поднимаясь со стула.

– Ой, да неужели?

– Сама меня сбагрила, а теперь вдруг решила изображать любящую мамочку?!

Я на миг растерялась, не ожидая выпада в эту сторону.

– Какая, машхараза, мамочка?! – возмутилась я. – Я во сколько тебя родить должна была?

Он фыркнул, но не так, как обычно, – не задорно, не с вызовом, а как-то… глухо, устало.

– Я предлагал остаться на твоем корабле, но я тебе на хрен не нужен. Хорошо, уяснил. Не оставила умирать на той станции – и на том спасибо. Но какого продолжаешь появляться в моей жизни?! Нечего прикидываться, что тебе вдруг стало не все равно, – тихо произнес он, старательно глядя в стену.

Я потерла переносицу, делая глубокий вдох.

– Послушай, со мной тебе хреново…

– Это тебе хреново, – буквально выплюнул он, бросив на меня угрюмый взгляд. Его глаза при этом подозрительно блестели. – Мне-то как раз норм.

Я поджала губы.

– Нет, не норм. Я охочусь за людьми, и, представь себе, они не хотят быть пойманными! А еще у них есть друзья, которые не прочь отомстить за своих подельников! Я постоянно на мушке, неужели не понимаешь?! Рядом со мной перестрелки, драки и риск сдохнуть где-нибудь в шлюзе. Машхараза, я живу в железной коробке, где все ломается, скрипит, грозит взорваться, и в ней нет ни уюта, ни стабильности!

Я наклонилась вперед, уставившись на него в упор.

– Ты думаешь, я смогу тебя защитить, дать тебе будущее? Думаешь, у меня есть план?

Он замер, но я не дала ему вставить слово.

– Да я свою жизнь по кускам собираю! Ты видел Бесси? Она на честном слове и моем упрямстве держится! Считаешь, что если останешься здесь, то всем резко станет лучше?! – в свою очередь не сдержалась я и перешла на крик.

Я откинулась назад, сложив руки на груди. Резко выдохнула и продолжила немного спокойнее:

– В приюте тебе дадут крышу над головой, пусть и паршивую. Там ты сможешь получить хоть какое-то образование и хреновый, но билет в нормальную жизнь. Тебе дадут нормальные документы и законопослушное прошлое. А самое главное, тебе не будут грозить бластеры и пираты!

– Я в приюте не останусь, – медленно процедил он, упрямо вскинув подбородок. И в этот момент мой корабль тряхнуло, ставя точку в нашем разговоре.

Глава 9

Корабль резко дернуло, отчего панели протестующе загудели, а я молча выдохнула сквозь зубы.

– Значит, отведу не в приют, – бросила я, выпрямившись, и направилась к выходу.

Пацан вздрогнул, но быстро спрятал испуг за показным равнодушием.

– Куда тогда?

– К врачу, куда же еще.

Он напрягся, сжав зубы, но в глазах явно отразилось облегчение.

– Не хочу я к врачу, – пробормотал скорее из вредности.

– Я, может, тоже много чего не хочу. Например, любоваться на то, как ты таскаешься со своим средневековым гипсом и кривишься от боли.

– Я нормально себя… – ожидаемо завелся пацан, но меньше всего мне хотелось продолжать этот спор.

– А я тебя и не спрашиваю, – отбрила я, ставя точку в нашем разговоре.

Щелкнула переключателем, открывая люк, и вышла первой, ожидая, что мелкий потопает следом. Он постоял немного, словно взвешивая шансы на побег, но в итоге с душераздирающим вздохом таки двинулся за мной.

Станция гудела жизнью, погруженная в хаос звуков, света и запахов.

Шумная толпа, разноцветные неоновые вывески, испускающие приглушенное мерцание, кричащие торговцы, заманивающие прохожих… Каждый сантиметр этого места был пропитан движением, суматохой, энергией, вибрирующей вокруг.

Воздух переполняли запахи пищи, дешевых ароматизаторов, горячего металла и масла. Народ здесь тусовался самый разномастный: от людей и киборгов до существ из дальних уголков нашей галактики – с прозрачной кожей и дополнительными глазами, лениво обозревающими окружающее пространство.

Пацан, естественно, пялился на все, едва не разинув рот.

– Варежку захлопни, муха залетит, – фыркнула я, наблюдая, как он приостанавливается, разглядывая вывеску, переливающуюся мигающими символами на незнакомом языке.

– Ты это видела? – Он резко ткнул пальцем в сторону витрины, где продавались какие-то кибернетические модификации, от искусственных глаз до бронированных конечностей.

– Каждый день вижу, и что?

– Просто… Смотри, Айви, рука как у тебя! Ты здесь покупала свою? А мне такую можно?

Я закатила глаза, ловя себя на том, что его энтузиазм чем-то заразителен. Но не успел он снова зависнуть, как я резко дернула его за воротник, заставляя свернуть в узкий проход, ведущий в медицинский блок.

Здесь все было иначе. Шум остался позади, сменившись мягким гулом вентиляции и ритмичным писком медицинских приборов.

Запахи тоже резко сменились – стерильная химия, антисептики и слабый аромат чего-то металлического, воздух пропитан легким озоновым шлейфом.

– Я думал, ты меня продашь, – проворчал пацан.

– Такого вредного все равно никто не купит, – парировала я. – Только время и нервы потеряю на торгах.

– Ты ужасный человек.

– Только сейчас это понял?

Он хмыкнул, но перестал огрызаться, даже малость повеселел.

Я провела ладонью по пожелтевшей табличке на двери, удостоверившись, что мы в нужном месте, и вошла внутрь, не особо ожидая приглашения. Врач, седой худощавый тип с хищным прищуром, взглянул на нас поверх очков.

– Давно не виделись, Айви… Хотел бы сказать я, но увы, – протянул он лениво. – С каких пор в твоем списке целей дети?

– Это не цель, а головная боль, – поморщилась я, подтолкнув внезапно оробевшего пацана ближе к мужчине. – В драку лезет, а навыков ноль.

– Не ноль! – тут же вскинулся мальчишка, но я отмахнулась от него, протягивая доку карту пацана, выданную мне в приюте.

– Вот тут подробно, что ему там делали и какие у него травмы. Подрихтуй его нормально.

– Как тебя? – хмыкнул он, кивнув на мою руку. Я лишь скривилась в ответ, а вот у мелкого глаза буквально зажглись.

– А можно? Я бы хотел…

– И не мечтай, – оборвала я его на полуфразе, на что он обиженно надулся. Док ухмыльнулся, но комментировать не стал. Скомандовал пацану садиться на кушетку, сам же активировал голограмму карты. Несколько секунд всматривался в написанное и вдруг расхохотался.

– Ты что, размножилась?

– Чего?

Доктор увеличил нужный абзац и ткнул в фамилию, указанную в документах.

– Поздравляю, Айви, с прибавлением в твоей вымышленной семье Валье. Парнишка носит твою фамилию.

Я перевела недоумевающий взгляд на пацана. Тот нахмурился, но не выглядел особо удивленным.

– Почему свою настоящую фамилию не назвал?

Он пожал плечами.

– Мне имени хватает. Тем более что ты и им не пользуешься. А в первом приюте, куда ты меня сдала, сами написали твою фамилию.

– Ну, охренеть теперь.

– Так она настоящая или фальшивая? – спросил он с интересом.

Я отмахнулась.

– Тебя это не касается.

– То есть фальшивая, – удовлетворенно кивнул он. – А настоящая какая?

Я снова шикнула, но без особого энтузиазма. Доктор уже не слушал нас, водя сканером вдоль гипса и прицокивая языком.

– Срастание так себе. Но к счастью, ничего не сместилось. Сейчас поработаем.

Пацан немного струхнул, но не подал виду, когда ему сняли гипс и поставили регенерационный фиксатор. В отличие от старого гипса, этот был тонким, легким и не ограничивал подвижности.

– Через пару дней и следа не останется, – заявил док, откладывая прибор.

Я кинула ему на стол кредитку, оплатила лечение и повела пацана прочь.

– Ну что, теперь ты официально не калека.

– А я им и не был, – фыркнул он, но продолжал разглядывать руку, осторожно двигая пальцами.

Похоже, с нормальной медициной нашего времени он не сталкивался, и сейчас ему дико было оттого, что приносящая ему столько дискомфорта и боли конечность за считаные минуты стала нормальной. Я закатила глаза, вышла из медблока и повела его в сторону одной из боковых улиц.

– Пойдем, покажу тебе кое-что, раз уж мы здесь.

– Что?

– Уверяю, тебе понравится. Или боишься? – хищно улыбнулась я и едва не рассмеялась, когда мелкий, выпятив тощую грудь, первый двинулся в указанном направлении.

Глава 10

Мы брели через толпу, снова окунувшись в кипящую жизнь станции. Пахло жареным мясом, сладкой карамелью, чем-то острым и совершенно неаппетитным. Над головой мигали неоновые вывески, обещая все – от незабываемых удовольствий, в большинстве не совсем законных, до кибернетической модификации по скидке.

– Жрать хочется, – сообщил пацан, косясь на один из прилавков.

– Ты ж совсем недавно ел, – подозрительно прищурилась я.

– Просто сказал, – буркнул он, отвернувшись.

Пожав плечами, я остановилась у лавки, заляпанной жиром. Бегло просмотрела ассортимент. Отравиться вроде не должен.

– Давай выбирай быстрее, пока я не передумала.

Пацан без лишних слов выхватил из рук продавца что-то в лаваше, с хрустящей корочкой и подозрительным неоново-розовым соусом. Я скептически покосилась на его добычу, но молча протянула деньги и направилась дальше. Прошли еще немного и, свернув в узкий проулок между зданиями, поднялись по шаткой металлической лестнице.

Вверх, выше, еще выше. И вот мы оказались на крыше полузаброшенного здания, откуда открывался прекрасный вид вниз.

– Ну, куда смотреть? – поинтересовался пацан, откусывая огромный кусок от своего дикого фастфуда.

Я указала на арену ниже. Ринг переливался красными и синими огнями, создавая голографическую сетку, защищающую зрителей от обломков. Внутри два боевых робота уже занимали свои позиции.

Первый – массивный, тяжелый, с усиленной броней. Второй – быстрый, маневренный, с тонкими конечностями, оснащенными лезвиями.

– Охренеть… – прошептал пацан. Подался вперед, балансируя на краю крыши, и я едва успела схватить его за шиворот.

– Ты еще вниз сигани для полноты ощущений, – проворчала я.

Он бездумно угукнул, не отрывая взгляда от ринга. Снизу раздался громкий сигнал, и бой начался. Пацан выпучил глаза, судорожно сглотнув.

– Ну все, правого сейчас размажут всухую, – хмыкнул он.

Я нахмурилась, наблюдая за схваткой внизу. Судя по разгоряченным крикам зрителей и мелькающим на табло ставкам, большинство поставило именно на него.

– Того, который больше и тяжелее? Почему так думаешь?

Пацан повел плечами и окинул меня снисходительным взглядом.

– Смотри: у тяжелого бронированные суставы, но они недостаточно подвижные. Если второй достаточно быстро уворачивается и атакует сочленения, рано или поздно он вырубит ему одну из конечностей. А если повезет – две.

Он ткнул пальцем в ринг, пока внизу маневренный робот резко скользнул в сторону, уходя от удара огромного бронированного кулака.

– Видишь? Он медленный. А еще у него гидравлические цилиндры «А-Корп S7». Они мощные, но с перекачкой давления у них всегда проблемы – слишком долго восстанавливают баланс после удара.

Я покосилась на него, немного удивленная такой точностью выводов.

– Ты уверен, что там стоит именно эта модель?

– Да точняк. Видишь, как у него после выпада левая нога чуть зависла? Значит, в механизме задержка, может миллисекунды три-четыре, но для такого боя этого хватает. Если второй этим воспользуется, он может его просто разрезать в месте соединения.

Внизу, будто подтверждая его слова, маневренный робот резко ушел в подкат, взвился вверх и двумя ударами вцепился в сустав противника, отсекая его металлической плазменной пилой. Толпа зашлась в восторге. На табло вспыхнули обновленные ставки.

– Неплохо, – хмыкнула я, протягивая пацану бутылку с водой запить съеденную гадость. – Что еще интересного скажешь?

– У тебя на Бесси с правым реакторным стабилизатором проблемы, – ухмыльнулся он, делая жадный глоток.

– Чего?!

Он пожевал губу, явно наслаждаясь моментом, и беззаботно махнул рукой.

– Чуешь, когда на переходе между скоростями ее чуть заносит? Это из-за смещения баланса. У тебя там стоит старый регулятор потока «Вега-12». Они дохнут после трех лет, а у тебя он явно древнее. Я бы поставил «Рейнджер-55» или перераспределил поток топлива через вспомогательный канал.

– Откуда ты это знаешь?

– На пиратской станции было полно сломанных деталей, я от нечего делать их собирал-разбирал, даже пара старых инструкций попались, – неохотно пояснил он, снова замкнувшись в себе.

Бой роботов мы досматривали молча, думая каждый о своем. Наконец я приняла решение.

– Почему ты не хочешь в приют? – прямо спросила я.

– А ты не думала, как я оказался у пиратов? – ответил он вопросом на вопрос, но мне мгновенно стало многое понятно. – Твой приют не стал для меня первым. Оттуда же меня и еще нескольких ребят и забрали, прямо со двора.

– Хочешь сказать, что твой приют был в сговоре с пиратами?

Он пожал плечами.

– Не знаю. Может, кто-то там знал. Может, нет. – Он повертел в руках пустую бутылку из-под воды, избегая смотреть на меня. – Просто если у тебя нет семьи, тебя никто не ищет.

Я тяжело вздохнула, глядя на него.

– И куда тебя теперь девать?

Он пристально посмотрел на меня, а потом неожиданно выдал:

– Я бы мог остаться на твоем корабле. Я многое знаю, умею. А что не умею, тому научусь…

Я хмыкнула.

– Имей в виду: платить мне тебе нечем.

Он недоверчиво вскинулся, явно не ожидая, что я не откажусь с ходу. Похоже, и говорил скорее по инерции, готовясь услышать отказ.

– Правда? Оставишь?

Я пожала плечами.

– Куда уж тебя теперь денешь. Тем более с моей фамилией.

Он медленно кивнул, словно еще не до конца поверил в то, что слышит.

– Ладно, пора возвращаться на Бесси. Как раз по дороге расскажешь про свой первый приют. Наведаюсь туда и заодно узнаю, каким таким образом оттуда дети пропадают…

Глава 11

Двери шлюза с жутким скрежетом разъехались в стороны, пропуская меня внутрь. Запах теплого железа, старого машинного масла и чего-то смутно знакомого – вроде паленого пластика и затхлого воздуха – ударил в нос, встречая с обнимашками.

– Эй, Бесси, я дома, – протянула я, бросая сумку на ближайшее кресло.

Корабль тихо пикнул в ответ, будто выражая недовольство моим поздним возвращением. Этот пик – обиженный, с придыханием – я бы узнала из тысячи.

Сумка бухнулась на изодранную обивку, и корпус кресла чуть жалобно скрипнул, словно вздохнул в унисон с кораблем. Я удовлетворенно улыбнулась – прикупила недешевые детали, которые давно следовало установить. Да все денег не хватало. Но сегодня можно было пошиковать: преступник сдан, деньги получены, никто не пристрелил. Что еще надо для счастья?

– Ты где так долго была?

Из коридора показался мой юный нахлебник, засунув руки в карманы. На нем снова была та потертая черная кофта, которую я самой первой купила ему на барахолке и которую он теперь носил будто броню. И плевать, что рукава ему давно коротки, горловина явно давит, да и сама ткань буквально трещит по швам, того гляди порвется. На его лице застыло выражение тщательно отработанного недовольства.

– А есть варианты? – скептически приподняла я бровь, проходя мимо него.

Из подсобки тянуло слабыми нотками горелого. Похоже, снова пытался готовить.

– Обычно ты ловишь гадов быстрее. Могла бы хоть дать знать, что жива. Вот так пристрелят, а я даже не узнаю! – набросился с обвинениями он.

– Пароли Бесси тебе известны. Сбросить до заводских настроек при желании и должном упорстве сможешь. Если не вернусь – корабль твой. Чем плохо? – полусерьезно отозвалась я, снимая куртку и привычно проверяя уровень заряда. Куртка пахла улицей, порохом и жареным синтетическим мясом – завтрак на бегу в какой-то дыре. Пожрать бы… потом. Сначала – подзарядиться.

– Ха-ха, очень смешно, – скривился мелкий. – А вот если бы брала меня с собой, мы бы быстрее справлялись…

– Даже не начинай, пацан, – отмахнулась я, усаживаясь в кресло и подтягивая к себе нужные провода. Панель мигнула, признавая мое присутствие, и вывела данные подключения. – Тебе еще рано гоняться за бандюками. Да и кто бы меня прикрывал тут, пока я развлекаюсь? Бесси же одна не справится.

– Ну тебя, – еще сильнее насупился он, с интересом наблюдая за тем, как я подсоединяю шнур к порту в теле.

– Каждый раз больно? – спросил он внезапно, дождавшись, пока я выдохну и вытру выступивший пот со лба. В воздухе повис слабый запах озона и горячей пластмассы. Я честно задумалась, прикидывая, как лучше ответить.

– Я давно перестала называть это «больно». Это просто нужно, вот и все. А кто-то от такого вообще кайф ловит – в некоторых борделях целые установки вроде этой.

– Извращенка, – припечатал он.

– Эй, я-то чего? Просто сообщаю факты.

– Угу. Еще скажи, что не проверяла, чтобы сравнить ощущения со своей зарядкой, – подозрительно прищурился он.

Я в ответ лишь загадочно улыбнулась.

– Жрать будешь? Я суп сварил, – проворчал он делано небрежно, но с плохо скрываемой гордостью.

– Смеешься? Тащи сюда! – Я аж подскочила. В голове мигом родился десяток подколок, но я подавила их. Не хотелось портить момент. Да и суп оказался вполне съедобным. Почти.

– Ты уверен, что в супе нормально соседствуют рыбьи головы, колбасные обрезки и сухари?

– Что было в холодильнике, из того и сварил.

– Там, между прочим, и нормальные консервы были… Это что, мазутное пятно? – ткнула я пальцем в подозрительный островок жира.

– Где? – Он обеспокоенно склонился над тарелкой. Но, заметив мою ехидную усмешку, прищурился: – Забрать?

– Но-но! Какое «забрать»? Деспот! – возмутилась я, усиленно работая ложкой. – Дожила! Меня, значит, на моем же корабле ущемляют…

– Угу, попробуй тебя ущеми, – фыркнул он, устраиваясь с удобством на стуле. – Расскажешь, как все прошло? Напинала им? Много гадов было? А оружие какое?

Я, глядя на его горящие глаза, не сдержала улыбку.

– Ох, пацан, какой же ты еще пацан, – пробормотала я. Он обиженно зафыркал, но спорить не стал. Прокручивать все произошедшее в деталях мне не хотелось. Там было слишком грязно. И точно не то, что стоит обсуждать с мелким пацаненком.

– В другой раз расскажу. А ты как тут? Все нормально?

– На Бесси – и нормально? – скептически приподнял бровь он, но с готовностью подхватил предложенную тему. – Сама знаешь, лаг на лаге. Но я тут покопался немного и сделал некоторые выводы.

– Ну-ну. Вещай.

– Во-первых, я активировал вспомогательную систему диагностики. Во-вторых, у тебя на стыке центрального отсека и кормовой части подозрительный перепад температур. Наверняка после перестрелки поставила не ту пластину. Проверь.

Я невольно хмыкнула. Надо же, насколько неглупый беспризорник мне попался. А значит… Покопавшись в кармане штанов, я вытащила небольшую карту памяти и бросила ему. Он поймал.

– Что это?

– Аудиокниги и литература по кибертехнике, последние новинки. Заслужил.

Он покрутил карту в руках, делая вид, что неинтересно. Но глаза у него загорелись.

– А можно ты просто купишь мне инструменты и дашь поработать? – кинул на пробу.

– Нет. Воспринимай Бесси как старую стриптизершу: смотреть можно, трогать – ни-ни.

– Понятно. Опять одна теория…

Я подмигнула:

– Именно, пацан.

Он скорчил недовольную рожу.

– У меня имя вообще-то есть!

Я искренне удивилась:

– Да? А почему я никогда не слышала?

– Потому что никогда не спрашивала.

– И отлично при этом справлялась. Так зачем менять то, что и так работает? Кстати… – Я швырнула ему планшет с техпаспортом деталей. – Разбери сумку, отнеси все в моторный отсек. И уберись там, пацан.

Он громко засопел, но ничего не сказал, только схватил сумку и потопал к двери. Где-то в глубине корабля снова что-то звякнуло. Вечно он уронит что-нибудь, чтоб я не расслаблялась.

Я усмехнулась, глядя ему вслед. И когда я успела к нему привыкнуть?

Глава 12

Я с досадой пихнула штурвал, выводя Бесси на оптимальную траекторию. Пальцы скользнули по холодным, отполированным до блеска рычагам, и корабль отозвался приятным гудением в корпусе. Мы летели за деталями, пацан особо не ворчал даже – день определенно удался.

– Если ты опять перетянешь все одеяла на свою койку, я прикажу Бесси выбросить тебя в открытый космос, – лениво протянула я, устроившись поудобнее в кресле. Легкое покачивание корабля успокаивало. Под панелью подрагивали индикаторы, пахло нагретым пластиком и чем-то озоновым – как всегда, когда система перегревалась от старости.

– Во-первых, ты не можешь дать Бесси такие приказы, – ухмыльнулся мой юный сосед, не отрываясь от ковыряния в карте памяти. Пальцы у него были в масле – судя по всему, опять лазил в одну из панелей, где я точно просила ничего не трогать. – Во-вторых, у тебя койка больше, значит, делись. И ты обещала пустить меня за штурвал.

– Когда это?! – Я приподнялась, удивленно повернув голову.

– Когда подрасту. Вот, смотри, рукава свитера стали короче на сантиметр. Значит, я вырос, – заявил он с каменным лицом и вытянул локоть, будто демонстрировал доказательства в суде.

Я фыркнула. Ну да, логика железная. Убедительно, зараза.

Бесси ровно шла на подлете, гудела себе под нос где-то внизу. Я же мысленно перебирала список желаемого: новую прокладку на стыковочный шлюз, фильтры, возможно, наконец сменю обшивку на левом крыле… И может, в кои-то веки позволю пацану на каком-нибудь спокойном отрезке пути подержаться за штурвал. Чисто символически. Хотя, если честно, мысль о том, что он будет управлять Бесси, вызывала у меня легкую дрожь в коленях.

– Ладно, – вздохнула я. – Если будешь вести себя прилично, может, и дам тебе порулить.

– Прилично? – скривился он, явно недовольный моими условиями. – Это как?

– Ну, например, не будешь ворчать, что я тебя не беру на задания.

– Это невозможно. – Он хмыкнул, но в его глазах мелькнула искорка азарта.

Я хотела было ответить ему в том же духе, как вдруг навигационная система сорвалась на пронзительный визг. Сирена взвыла, как будто кто-то решил оторвать нам хвост. Панели вспыхнули алым, звук тревоги мигом ввинтился в череп.

– Что за… – Я резко подалась вперед.

Пространство рядом с Бесси дрогнуло, словно его порвали невидимым когтем, и из гиперпространства вынырнул чужой корабль. Массивный. С виду как топорная конструкция из металлолома, но слишком плавно и уверенно он двигался.

– Это еще кто?.. – Я замерла, уставившись в монитор.

– Большой. Гораздо больше нас, – хрипло отметил пацан, вытянув шею, чтобы получше рассмотреть силуэт. Пальцы его все еще сжимали карту памяти.

– Да вижу я, не слепая! – рявкнула я, лихорадочно листая данные в базе. Ни одной отметки. Ни одного маяка. Ни намека на принадлежность. Самодельный, переделанный, с торчащими сверху пушками. На обычный товарняк или круизный смахивал меньше всего. Гадство!

– Айви… он прямо на нас идет. – Голос у пацана стал тише.

– Бесси, дай полный обзор, – бросила я, и передо мной вспыхнула голограмма с многослойным сканированием. На дисплее мигали десятки красных точек, движение, энергии, фокус на нас.

Я прищурилась. Пальцы побелели на штурвале.

– Они идут на таран? – спросил пацан, приподнимаясь, чуть ли не привстав на кресле.

– Хуже. – Я резко повела корпус вперед. – Берут на абордаж. Пристегнись, машхараза!

И в ту же секунду раздался выстрел. Чужой корабль запустил четыре гарпуна. Массивные крюки с тросами, обвитые искрами энергии, сорвались с пусковой установки и со свистом вонзились в корпус Бесси. Жаром ударило в пол, по стенам разошелся треск.

Плазменный заряд прошиб систему насквозь. Все мигнуло, вспыхнуло – и вырубилось.

– Машхараза!.. – прошипела я, яростно стуча по консоли, пытаясь реанимировать систему. Света нет. Уровни не читаются. Гравитация чуть просела, раздался скрежет в обшивке. Бесси дернулась, словно в агонии. Ее медленно, но верно начало подтягивать в сторону чужака.

– Айви… – Голос мальчишки прорезал тишину. Тот случай, когда страх затаился под кожей, но не прорвался наружу.

Я оглянулась. Он сидел неподвижно, напряженный до костей, но держался. В его глазах не было страха или паники – только вера в, черти б его подрали, меня. Он ждал, что я знаю, что делать.

– Что теперь?

Я посмотрела на него. Я уже бывала в подобных ситуациях, но впервые мне стало страшно не за себя. Я выдохнула, медленно, глубоко, и стиснула зубы.

– Теперь… – Я поднялась, взяла со стены импульсный пистолет. – Готовься к драке, пацан.

Прикинула расстояние, скорость захвата, угол стыковки – у нас было максимум три минуты. Может, меньше, если у них опытная команда и приличный срезчик.

– В мою каюту, быстро! – скомандовала я и метнулась к панели у переборки.

– Я могу помочь! Я уже не ребенок! – Пацан бросил на меня взгляд, в котором метались упрямство и паника, но мне было не до этого.

– Или ты молча и быстро делаешь все, что я говорю, или через пять минут мы оба трупы, – рявкнула я, даже не обернувшись.

Слабо верилось, что с нами хотят просто поздороваться. Скорее, мы нарвались на старьевщиков, разбирающих на детали все корабли, попавшиеся на пути. Пассажиров же просто выбрасывали в космос.

Моя рука уже лихорадочно бегала по клавишам аварийного управления, вызывая к жизни протоколы, которые я давным-давно считала устаревшими и бесполезными.

Пацан замер, потом коротко кивнул и побежал. Его легкие шаги заглушало нарастающее гудение за пределами корабля. Металлический пол глухо дрожал под ногами, как будто Бесси уже понимала, что к ней лезут чужие. Я кувыркалась от одной панели к другой, дергала тумблеры, запускала резервные схемы. Из стен вырывались короткие всполохи искр – система старая, все шло с глюками, будто с похмелья. Но это и было наше преимущество: современные системы взлома пиратов такие ветки кода даже не замечали. Слишком примитивные. И именно этим – чертовски живучие.

– Давай, Бесси, дыши… – пробормотала я, вбивая последние команды и вонзая кабель с прямой подачей сигнала себе в руку. Мой организм содрогнулся от короткого разряда. Я зашипела сквозь зубы, но интерфейс вспыхнул зеленым. Успела. Одна секунда, вторая… Все, хватит! Я выдернула кабель до того, как он выкачал из меня всю энергию, радуясь тому, что сама успела подзарядиться на полную буквально два часа назад.

Корабль содрогнулся – вибрация прошла по корпусу, как удар кулака в грудь. Резкий металлический звон. Затем… скрежет. Глухой, звериный, ломающий металл. Резаки. Они начали вскрывать наш шлюз. Звук был как рев живого существа, которому вспарывают брюхо.

Я сорвалась с места, почти влетела в каюту. Пацан стоял у кровати, бледный, как голограмма на минимальной яркости. Плечи напряжены, пальцы сжаты в кулаки, но в глазах – страх, настоящий, липкий, живой. Такой, какой бывает только перед боем.

– Все под контролем, – выдохнула я, стараясь, чтобы голос звучал уверенно. И даже ободряюще подмигнула ему.

Он скептически дернул бровью, но ничего не сказал.

Я шагнула к кровати, наклонилась и своей кибернетической рукой выдернула панель за ней, с хрустом выломав обшивку. Металлическая плита осыпалась стружкой и пылью, за ней открывался темный лаз – старая система вентиляции, или, если точнее, заброшенный фильтр доступа к резервной очистке. Вход туда был прикрыт слабо приваренным куском обшивки.

Позади раздался новый скрежет – звонко, жутко, будто когтями по позвоночнику. Голоса. Мужские, грубые. Разные акценты, тяжелые шаги. Они внутри. Уже здесь.

– А теперь, Итан, будь хорошим мальчиком и лезь сюда, – скомандовала я своему подопечному.

Он вздрогнул. Замедленно моргнул.

– Ты… Ты назвала меня по имени, – пробормотал он в ответ. – Все настолько плохо?

– Все архихреново, а ты тратишь драгоценные секунды на пустой треп. Быстро залезай, – прошипела я, заглядывая в проход и уже просчитывая, как можно будет развернуться в узком пространстве.

Итан кивнул и нырнул в лаз, исчезая в темноте.

А я, прислонив обшивку обратно, с хрустом потянулась. Достав два плазмомета, по одному для каждой руки, повернулась к двери в ожидании гостей. Пора было устроить абордажникам теплый прием.

Глава 13

Я быстро оценила показатели. Давление не упало, уровень кислорода стабильный. Это значило одно – шлюз хоть и вскрыли, но тут же поставили воздушную заглушку. Не первый раз вижу такие технологии, особенно у тех, кто охотится не за грузом, а за живым товаром.

Вот только работорговцы – и здесь? На моем корыте максимум четыре человека разместить можно. И жить тут смогут только самые отчаянные или тупые. Так что, вероятно, их цель я…

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.