Александр Гаврилов
Мангака

Глава 1

– О божечки! – прошептала Юки, ускоряя шаг, и прислушиваясь к гоготу, доносившегося из-за спины трёх парней гоповатого вида, которые с каждой минутой приближались к ней, хотя она и старалась идти как можно быстрее, но на каблуках было сложно быстро передвигаться.

Она уже успела тысячу раз пожалеть о том, что приняла решение идти через этот парк, а не прислушалась к подружке, у которой была в гостях, и не вызвала такси. Пожалела денег, называется, на свою голову. Да бог с ним, с этим такси, но можно же было пойти по освещённой улице, хотя это и было бы длиннее. Испугалась, что родители ругаться будут, если она не успеет к назначенному ими времени, а бояться-то нужно было совсем другого…

Эта троица парней в балахонах и с банками пива в руках увязалась за ней почти сразу, после того как она вошла в парк, вот только тогда она подумала, что это просто совпадение, и не обратила на них внимание, и, кажется, зря…

Развязный смех становился всё ближе, и, как назло, парк оказался полностью безлюдным, так что за помощью, если вдруг что-то случится, обратиться было не к кому…

– Эй, красотка! Куда ты так торопишься? Притормози, составь нам компанию! – развязно обратился к ней кто-то из той троицы, и она действительно притормозила, вот только совсем не для того, чтобы дожидаться их вместе с приключениями на свою пятую точку. Юки быстро разулась, схватила туфли, и прямо босиком побежала бегом, надеясь, что их отягощённые пивом организмы не смогут за ней угнаться.

– Куда?! Стоять! – заорали сзади сразу несколько голосов, и она услышала, что они побежали за ней, громко топая ногами.

– Ой! – запрыгала она на одной ноге, наткнувшись на валяющуюся ветку. Бежать босиком оказалось всё же не лучшей идеей. Это не улицы, которые так тщательно вымывались каждый день, что вот по ним действительно можно было босиком ходить. Парк, всё же… Тут ветром и ветки приносило, и листья, и прочий природный мусор.

Юки споткнулась, и полетела на асфальт, больно ударившись коленкой. На глазах выступили слёзы от боли, и она с отчаянием смотрела на выход из парка, до которого оставалось буквально пару десятков метров.

– Ну, вот. А если бы не убегала, то осталась бы цела. Почти. Но ничего, сейчас мы тебя пожалеем, да парни? – заржал один из троицы, подойдя к ней, и схватив вдруг за волосы, вынуждая её встать.

– Не надо… – с ужасом прошептала она, послушно вставая, и слёзы хлынули из её глаз.

– Слышь, Хиро, может, хватит с неё? – неуверенно произнёс ещё один парень, с натянутым чуть ли не носа капюшоном кофты, – Пошутили, и хватит.

– Ты чё, зассал? Ты только глянь на неё! Когда ты ещё такую красотку полапать сможешь? – Хиро схватил её за подбородок, и поднял голову вверх, подставляя под свет одинокого фонаря, – Впрочем, не хочешь, так и не надо. На стрёме тогда постоишь.

– А если увидит кто? – трусливо спросил третий.

– Не увидит. Мы сейчас до кустиков прогуляемся, а Кейши на стрёме постоит, раз участвовать не хочет.

Юки с силой потащили за волосы к кустам, заставив перебирать непослушными ногами, а от ужаса у неё буквально всё тело оцепенела. Вдруг ей показалось, что краем зрения она увидела какую-то фигуру, направляющуюся к ним от выхода и парка, и это придало ей немного сил.

– Помогите! – отчаянно закричала она, сбросила оцепенение, и стала из последних сил вырываться и упираться.

– Заткнись, дура! – прилетела тут ей пощёчина, опрокинувшая её на землю, а потом её рывком подняли, и потащили дальше.

– Придурки, вы чего тут устроили? – раздался вдруг рядом чей-то мрачный глухой голос, и Юки с вспыхнувшей надеждой повернула голову, но та тут же стала угасать, когда она увидела говорившего.

К ним подходил совсем молодой парень, её ровесник, лет пятнадцати или шестнадцати на вид, с убранными в карманы руками. Но дело было даже не в том, что она сомневалась, что он сможет чем-то ей помочь в одиночку, а в том, что он выглядел так странно и от него веяло такой жутью, что Юки вообще не была уверена, что стоит ждать помощи от этого типа. Длинные чёрные растрёпанные волосы, волной падающие на плечи, большие глаза, глядевшие на мир угрюмо и злобно, скуластое вытянутое лицо, широкие плечи… Ну, не был он вот совсем похож на того, кто спешил бы на помощь первому встречному, а скорее напоминал хищника, собиравшегося вырвать добычу у более слабого соперника.

– Э! Слышь? Тебе чё надо, вообще? Не видишь, заняты мы. Мимо проходи! – рыкнул её мучитель, но она услышала в его голосе неуверенность.

– Девку отпустили быстро, и свалили нахрен отсюда, пока я добрый, – равнодушно процедил тот, не вытаскивая руки из карманов чёрной куртки.

– Ты чё, сам хочешь с ней позабавиться? Так давай мы тебя вперёд пропустим, а сами подождём, и потом ей займёмся? – решил поторговаться Хиро, а его друзья ошеломлённо глянули на него. Обычно не было у их главаря привычки делиться с кем-то чем-либо, тем более, с совершенно незнакомыми людьми.

– Свалили, я сказал. И быстрее, – не согласился с ними незнакомец, мрачно глядя на них.

– А ведь я предлагал добром дело решить, – рыкнул Хиро, и буквально бросил Юки в руки своему приятелю, – Широ, присмотри за ней, чтобы не сбежала. Кейши, давай объясним человеку, что не стоит лезть в чужие дела.

Они вдвоём двинулись к незнакомцу, который всё также угрюмо смотрел на их приближение, лениво достал руки из карманов, и, никуда не торопясь, натянул на них чёрные кожаные перчатки, с обрезанными пальцами.

– Типа крутой, да? Н-на, получи! – широко замахнулся главарь, но его удар лишь бессильно рассёк воздух, а сам он тут же согнулся от полученного в живот удара кулаком.

Кейши попытался суетливо нанести удар ногой по скользнувшего к нему парню, но тот шутя уклонился от удара, и Кейши покатился по земле, оказавшись сбитым ударом ногой по опорной ноге, а вдогонку ещё и удар по затылку прилетел.

Юки во все глаза следила на происходящим. Сейчас этот незнакомец напоминал ей огромного кота, который сыто играет с мышкой, и в любой момент может шутя её прихлопнуть. Вот главарь этой шайки пришёл в себя, и попытался со спины напасть на парня, но тот медленно, словно нехотя, сделал шаг в сторону, поставил подножку, и придурок полетел на землю, сопровождаемый пинком по заду. Он тут же попытался вскочить, но шагнувший к нему парень пресёк эту попытку, ударив того ногой по животу с такой силой, что того вытошнило, и сразу же получил ещё и удар в голову, после чего затих.

Юки брезгливо отвернулась от него, но наблюдать не перестала, опасливо поглядывая на незнакомца, который убедившись, что те двое больше не представляют никакой угрозы, побрёл к ней и третьему идиоту, продолжавшему держать её.

– Не подходи! – испуганно взвизгнул тот, прикрываясь девушкой как щитом.

– Отпусти девку, и можешь валить нахрен отсюда, – скучающим тоном предложил незнакомец, медленно приближаясь к ним.

– Ладно… Ладно! Я ухожу. Только не трогай меня! – нервно выкрикнул придурок, продолжавший держать Юки, и через секунду она почувствовала, что её никто не держит, а сзади послышался топот убегающих ног.

– Спа… Спас… Спасибо, – еле выдавила из себя девушка, настороженно глядя на своего спасителя, который совсем им не выглядел, и сверлил её тяжёлым взглядом тёмных глаз, цвет которых в этом полумраке было невозможно разглядеть.

– Пожалуйста, – хмуро бросил он, развернулся, и медленно пошёл прочь.

Юки с облегчением выдохнула, обулась, и вдруг увидела, что те два тела начали шевелиться… Сначала она оцепенела от ужаса, но тут же пришла в себя, и побежала за удаляющейся фигурой.

***

– Чего тебе? – хмуро спросил парень, когда она догнала его, и пошла рядом с ним, опасливо оглядываясь назад.

– Можно я рядом с вами пойду? – робко попросила она, – Хотя бы немного, пока мы в людное место не выйдем?

– Поздновато как-то до тебя дошло, что молодым девушкам не стоит в одиночку ходить в такое позднее время по подобным местам. Но лучше поздно, чем никогда, – проворчал он, даже не глядя на неё.

Они уже вышли из парка, и теперь шли по безлюдной улице. Было довольно прохладно, и Юки чувствовала, как мурашки бегут по её коже, прикрытой лишь лёгкой кофточкой, но ей даже в голову не пришло попросить куртку у этого странного типа, а сам он и не думал предлагать.

– Я так обычно не делаю… Просто задержалась сегодня, и опаздывала домой, – тихо возразила она, – А так я никогда…

– Конечно, никогда, – перебил он её, – Ещё чуть-чуть, и никогда и никуда ты бы больше не опаздывала. Те пьяные придурки позабавились бы с тобой, потом бы вдруг поняли, что ты видела их лица, а значит, им светит тюрьма. Угадай, что они бы с тобой сделали, как только осознали бы, что достаточно заставить тебя замолчать, и ничего им не будет?

– С-стали б-бы меня шан… шантажировать? – неуверенно предположила Юки, чувствуя, как побагровело её лицо, как только она представила себе, каким образом они стали бы её шантажировать. Наделали бы всяких развратных фоток с ней, а потом пригрозили бы выложить в интернет. Ох, только не это! Отец тогда прибил бы её, а все друзья отвернулись бы от ней сразу же!

– Нет, дура ты тупая! – вдруг рявкнул на неё странный парень, вырвав из мучительных размышлений.

– П-простите? – испуганно пискнула она, глядя в его полыхающие от ярости глаза.

– Не прощу! Ты чем думаешь вообще? – ещё сильнее рыкнул он, – Не понимаешь, что они просто убили бы тебя? У тебя такая тонкая шея… – как настоящий маньяк глянул он тут на неё, – Достаточно лишь сжать посильнее, да подержать несколько секунд, и всё… Не будет больше на этом свете ещё одной дурочки, которая шатается по вечерам где ни попадя…

– П-простите, мне п-пора! – испуганно пискнула девушка, глядя в бешеные глаза незнакомца. Только сейчас до неё дошло, что она даже имени своего спасителя не знает, да и вообще не факт, что этот парень добрее тех придурков, и не задумал сделать с ней ещё что-то более ужасное.

– До свидания! – вежливо попрощалась она, уже чуть ли не бегом удаляясь от незнакомца, то и дело оглядываясь, как будто боясь, что он кинется за ней. Но тот лишь проводил её мрачным взглядом, сунув руки в карманы, постоял на перекрестке, пока фигура девушки не скрылась за углом здания, и пошёл в другую сторону.

Глава 2

Я проводил девушку взглядом, поправил трясущейся рукой воротник куртки, спасаясь от ночного холода, сплюнул на раздражающе чистый асфальт, и пошёл к дому, чувствуя, как потихоньку меня отпускает.

Судя по её взглядам, она, похоже, приняла меня за какого-то маньяка, ну, да и похрен на неё. Что взять с этой дуры? Они вообще тут как будто инкубаторские какие-то все, как под копирку друг на друга похожи. Одеваются в одни и те же бренды, гримируются и делают прически под одних и тех же айдолов, даже разговаривают похожими писклявыми голосами, стараясь придать детскости голосу. Хорошо ещё пластическая хирургия тут не пользуется таким же спросом, как в той же Корее, хоть какая-то индивидуальность осталась.

Ладно, пофиг на неё. Пора подводить итоги сегодняшней вылазки. Надо сказать, весьма неутешительные. Как был я трусом в прежней жизни, так им и остался. То, что вместо прошлого жирного тела у меня теперь крепкое, мускулистое телосложение, никак мне не помогло избавиться от своей природной трусости. Как боялся я раньше по морде получить, так до сих пор этого и боюсь. Хорошо, что вообще смог себя заставить на трясущихся ногах подойти к тем придуркам, которые, на моё счастье, были под действием алкоголя. Будь они трезвыми, могли возникнуть сложности. Хотя тогда они, скорее всего, и не полезли бы к девушке.

И, на моё счастье, рефлексы как надо сработали. Тело и без команды своего хозяина вспомнило, как надо действовать. Я на автомате уклонился от удара того здоровяка и пробил лоу-кик по опорной ноге, и не стал сдерживать удары при добивании. Уж слишком боялся, что этот тип придёт в себя, и мне тогда не поздоровится, а потому вырубал наглухо что его, что второго, пока третий держал девушку и не лез в драку.

Он, похоже, ещё больше меня перепугался, а потому предпочёл просто свалить, чему я, надо сказать, не сильно расстроился. Для первого раза впечатлений больше, чем достаточно. Я хотел проверить свой тело в боевых условиях, и сделал это. Миссия выполнена. Ну, его нахрен, ещё раз в таких приключениях участвовать. Сердце, вон, до сих пор пытается из груди выпрыгнуть.

***

– Я дома! – зачем-то крикнул я, зайдя в дом, хотя прекрасно знал, что тут никого нет, кроме меня. Отец этого тела работал начальником службы охраны какой-то шишки, которая вечно была в разъездах по другим странам, и буквально пару дней назад эта шишка полетела в США по делам бизнеса, ну, а отец, естественно с ней.

Мы только-только переехали в этот город, так как подопечному отца дали повышение и перевели в главный офис компании, а он и отца за собой потянул, и мы даже вещи ещё не успели распаковать все, как его уже озадачили этой командировкой.

Впрочем, я вовсе не был расстроен тем фактом, что пару недель буду жить один в этом большом доме, и наоборот, даже был рад этому, так как отец производил довольно жуткое впечатление на меня, хоть ни разу и не поднимал на меня руку.

Собственно, его талант вызывать страх у собеседника одним своим видом и перешёл мне, а точнее, прежнему Сайто Кушито, по наследству, и не мало попортил ему жизнь.

Что за талант? Весьма своеобразный, надо сказать. Вызывать страх у людей только одним своим видом, взглядом, выражением лица и бог знает, чем ещё, и хрен его знает, как это вообще всё работает. Даже когда я улыбался сам в себе в зеркало, получался такой оскал, как у маньяка какого-то, который только что разделал очередную жертву.

Прежний Сайто не мало намучился с этим своим «даром». Будучи по природе крайне добрым и мягким человеком, его крайне расстраивало, что люди при одном взгляде на него бледнели от страха, а одноклассники старались держаться от него подальше.

Нет, с этим легко можно было бы справиться со временем, постепенно приучая людей к мысли, что он вовсе не тот, кем кажется, вот только времени у него обычно не было. Из-за работы отца они часто меняли место жительства и школу, где ему каждый раз приходилось заново создавать себе репутацию. На мой взгляд, абсолютно бесполезное занятие. Вот совсем не понял я его стремление всем нравиться. Наоборот, это же так классно, когда тебя все боятся, и никто к тебе не лезет со своими глупостями!

И лично я этой ерундой заниматься не собирался. После выходных мне идти в новую школу, век бы её не видеть, и я собирался приложить все усилия, чтобы никто из одноклассников не лез ко мне со своей дружбой, и меня оставили в покое. Меня и без того приводила в бешенство одна только мысль, что мне опять придётся через всё это пройти!

В той жизни я только пару лет, как закончил этот ад, который по какому-то недоразумению, не иначе, называется школой, и толком даже свободой не успел насладиться, как сюда угодил. Всю мою ненависть к школе способен понять только тот, кто, как и я, все школьные годы провёл в ней фактически изгоем, и подвергался всевозможным издевательством. Самое мягкое прозвище, которое у меня там было – это жиробас или жиробасина, а про остальные же я предпочитаю умолчать, дабы не бередить едва поджившие душевные травмы.

Я встряхнул головой, прогоняя нахлынувшие воспоминания, и прошёл на кухню, намереваясь чем-нибудь перекусить. Обычно я, как попал сюда, старался на ночь ничего не жрать, вовсе не желая, чтобы ко мне вернулось прежнее тело, но сегодня надо было чем-то заесть пережитый стресс, да и не ужинал я ещё ничем…

Поставил воду на лапшу, посолил, кинул в ковш вариться пару яиц, налил себе минералки в кружку, и подошёл к окну, ожидая, когда закипит вода. Нестерпимо хотелось кофе, но пришлось перебороть себя. Это в прошлом своём теле я мог на ночь выпить чуть ли не литр кофе, а потом без проблем уснуть, в этом же достаточно пары глотков, чтобы потом до утра не спать. Я и без того сегодня своё тело настоящему стрессу подверг. Всё-таки, Сайто хоть и занимался лет с пяти различными боевыми искусствами по настоянию отца, но драться не любил, и ударить человека для него было настоящим испытанием, как и для меня, в общем-то. Вот я и решил себя проверить, на что я способен в этом своём новом теле, и пошёл на поиски приключений вечером.

И нашёл… Выводы? Тело мне досталось хорошее, но и все мои душевные травмы и заморочки переместились вместе со мной в него, что и неудивительно, в общем-то, и теперь следует понять, нужно ли мне как-то бороться с ними, или сделать так, как я привык всегда поступать – просто забить.

Я задумчиво пялился в ночную темноту, слегка разгоняемую луной и придомовыми фонарями и окинул взглядом дом напротив, который был как две капли воды похож на наш, впрочем, как и все остальные дома в нашем районе. Те же два этажа, небольшой участок перед домом, засаженный газоном, покатая крыша, широкие окна, закрытые жалюзями, на одном из которых жалюзи оказались приоткрыты, и мне показалось, что там что-то блеснуло, как будто прямо сейчас оттуда кто-то на меня смотрел в бинокль.

Да ну, это уже паранойя какая-то, встряхнулся я, и перестал туда пялиться. Кому я там нахрен нужен? Тем более, что там живут мама с дочкой, которые испуганно шарахаются в сторону, если проходят мимо нас с отцом, и даже вшитая тут в подкорки сознания вежливость не смогла их заставить здороваться с нами и прийти познакомиться. Смотрят на нас как ягнята на волков, и быстро пробегают мимо. Как будто мы маньяки какие-то. Во кстати… – вдруг дошло до меня, – Может, они нас действительно за каких-то маньяков считают, потому и следят? Я жалюзи на окнах обычно не закрываю, так что практически на виду у них. Да и пусть следят тогда, мне скрывать нечего.

Я приветливо помахал рукой в сторону дома соседей, и мне показалось, что приоткрытая жалюзи закачалась, как будто там кто-то случайно дотронулся до неё, но мне уже было плевать. Настала пора делать то, что я любил делать в прошлой жизни больше всего – жрать, а когда я шёл есть, мне становилось глубоко фиолетово до всего на свете. Ничто не могло отвлечь меня от еды.

После еды же передо мной встал выбор, идти ли спать, или сесть немного порисовать? Но, чуть подумав, я всё же остановился на первом варианте. Знаю я себя. Если я сейчас сяду за планшет, то потом до утра просижу за ним, а у меня, вроде как, тут режим…

***

– Твою ж мать, как же я всё это ненавижу! – пропыхтел я, отжимаясь на газоне, – Долбаный спорт!

Если что-то и существовало в мире, способное вызвать у меня столь чистую, незамутнённую ненависть до самой глубины души, то только занятия спортом. Это дело я ненавидел каждой клеточкой своего организма, как прошлого, так и этого, и, думаю, каждый, кому приходилось в своей жизни бороться с лишним весом, сейчас бы понял меня. Ну, наверное. Есть, конечно, шанс, что существуют такие люди, которым нравится этот процесс, но я таких извращенцев в своём окружении не встречал.

Блин, да где же у этого организма предел? Я отжался в сотый раз и замер на вытянутых руках, пытаясь понять, достаточно ли этого или надо продолжать до отказа? Нет, так-то я готов был закончить и на двадцати, но где-то я слышал, что чтобы сохранить свою спортивную форму нельзя уменьшать нагрузку на организм, а Сайто, как я понял по его воспоминаниям, был настоящим фанатом этого дела, и каждый день часа по два на спорт тратил, маньяк. Для него и двести раз отжаться было не предел. Подтягивался раз сорок, а при желании, и все шестьдесят мог. А потом ещё и бегать шёл, километров пять каждый день. Бег я ненавидел больше всего в этом сраном спорте, но придётся и с этим смириться…

Я тяжело вздохнул, и пошёл к турнику, который установил перед отъездом отец Сайто. Очень хотелось забить на всё это дело, и просто пойти дальше спать, но… Но если что-то и существовало во вселенной, что я ненавидел больше, чем спорт, так это моё прошлое жирное тело, на которое я без содрогания и смотреть не мог, но там у меня силы воли не хватило, чтобы хоть что-то с этим сделать, и в этом мире я намеревался сделать всё, что могу, чтобы сохранить свою новую, идеальную, фигуру.

Кто-то скажет, и чего ты так убиваешься? Делай зарядку по утрам, меньше жри, и всё нормально будет, но нихрена это так не работает… Знаю я, как оно будет на самом деле. Сначала я просто уменьшу нагрузку, потом начну позже вставать, потом раз пропущу зарядку, ещё раз, засяду за комп, начну рисовать очередную мангу, увлекусь, под это дело начну больше жрать, и здравствуйте пузо и отвисшие сиськи. Нахрен-нахрен! Я аж вздрогнул от столь реалистично представленной картинки, и начал усиленно подтягиваться. Нет уж… Поддерживать форму легче, чем заново потом набирать, так что стиснуть зубы, и… Вперёд!

Я уже два месяца как находился в этом мире, и каждый день вставал в семь утра, и шёл делать зарядку рядом с домом. За прошедшее время это уже в привычку должно было войти, но… Нифига! Каждый раз приходилось заставлять себя через силу сначала выползти из кровати, а потом приступать к занятиям.

Хорошо хоть в школу всё это время не ходил. Тут и каникулы сказались, и переезд, а ещё то, что в конце прошлого учебного года Сайто ухитрился под машину попасть, спасая какую-то собаку, и сломал при этом ногу. Собственно, вот после этой-то и аварии я и оказался в его теле…

Я не знаю, что случилось с моим старым телом, и как я вообще тут оказался. Просто в один прекрасный день я уснул там, а проснулся уже здесь…, но я догадывался, что там могло произойти. Скорее всего, я просто-напросто умер, и по воле каких-то высших сил, не иначе, оказался в итоге тут. Учитывая, как я запустил то своё тело, которое при росте метр восемьдесят весило уже за сто шестьдесят кг, ничего удивительного, если у меня вдруг отказало сердце. И это было ещё одной причиной для того, чтобы сейчас надрываться на турнике. Почему-то я очень сильно сомневался, что мне дадут ещё один шанс, если я вдруг и тут так нелепо помру.

Я спрыгнул с турника, подтянувшись дежурные тридцать раз, и стал делать дыхательную гимнастику, готовясь к пробежке. Дверь в соседнем доме хлопнула, и оттуда вышла женщина, лет сорока на вид, и, опасливо косясь в мою сторону, засеменила к дороге, где был припаркован её автомобиль.

– Здравствуйте! – громко крикнул я, и широко улыбнулся, прекрасно осознавая, как действует на людей моя улыбка. Женщина вздрогнула, и практически побежала к машине. Как всегда, сработало безотказно… Оказывается, это довольно забавно пугать людей одной только улыбкой.

***

– Привет, сын, – донёсся из телефона грозный рык отца, который заменял ему речь, и у меня предательски задрожали ноги. Сайто, почему-то, до ужаса боялся своего отца, и отголоски этого страха сказывались теперь и на мне. Я напрягся, и постарался избавиться от этой предательской дрожи. Пора бы уже и привыкнуть, что отец со всеми так разговаривает. Собственно, из-за той жути, что он нагонял на всех вокруг, мать Сайто и сбежала от него лет пять назад с каким-то французом.

Как она объясняла потом по телефону Сайто, она устала жить в вечном страхе, и никогда не любила отца, а замуж за него вышла из-за родителей, которые настояли на этом браке. В этой Японии это было в порядке вещей, когда заключали договорные браки. Нет, чисто теоретически, можно было и отказаться от него, но за этим следовал полный разрыв отношений с родителями и лишение наследства. И уж точно на этот шаг не решилась бы мать Сайто, так как она была очень нерешительной особой. Удивительно, как она вообще решилась на этот шаг.

Сайто не осуждал её за это. Единственное, ему было очень обидно, что она не предупредила его о своё побеге и не взяла его с собой, но она объяснила это тем, что её новый ухажор не готов растить чужого ребёнка, и что, мол, с отцом ему будет лучше. Сайто не очень был с этим согласен, мягко говоря, но смирился.

Первое время мать звонила ему каждую неделю, потом – всё реже и реже, а затем у неё родилась дочь, и ей стало совсем не до звонков сыну. Какое-то время он не мог с этим смириться, звонил сам, но всё это привело только к тому, что она вообще перестала отвечать на его звонки. Даже такой наивный тюфяк, как предыдущий носитель этого тела, скоро понял, что она просто не хочет больше с ним разговаривать, и озлобился на неё. Больше он ей не звонил.

– Привет, отец, – спокойно ответил я, хоть внутри меня всё и тряслось от какого-то иррационального страха.

– Как там у тебя дела? Новый дом не сжёг ещё? – продолжил рычать он, припомнив Сайто, как тот лет в семь решил дома костёр разжечь на стуле, когда в доме вдруг пропало электричество, а он был дома совершенно один, и панически боялся темноты. Родители были против того, чтобы в таком возрасте он пользовался телефоном или планшетом, потому и не покупали их, вот и получили закономерный результат в виде пожара. Хорошо, что вовремя домой вернулись, иначе всё могло закончиться гораздо печальнее, чем сгоревший стул. Но был в этом и положительный момент. После этого случая ему купили телефон.

– Пока нет, – меланхолично ответил я, – Электричество же не отключали пока. Вот как отключат, тогда уже возможны варианты. Стульев дома много…

– Так! Ты мне это брось! – построжел отец, хотя, казалось бы, куда уж больше? – Я чего звоню-то? Напоминаю, что тебе послезавтра в школу. С директором я уже всё порешал. Найдёшь кабинет директора, а там тебя уже отведут в класс, понял?

– Ага, – вздохнул я, вовсе не обрадованный перспективой идти в школу.

– И я тут возможно задержусь немного. Командировка, похоже, не две недели будет, а месяц. Денег я тебе на карту подкину сегодня, но сильно там не траться. Едой холодильник и кладовка заполнены. Будешь чё покупать – чеки сохраняй! Вернусь – проверю, на что ты там деньги спустишь.

– Зачем чеки? Моя карта ж к твоему приложению привязана банковскому. Тебе там всё видно будет, на что я деньги трачу, – пожал я плечами, хотя он и не мог этого видеть.

– Так, не умничай там! – вызверился отец, который терпеть не мог все эти новомодные штуки в виде банковских и других приложений, – Сказал, чеки сохраняй – значит, сохраняй! К тому же, ты ведь и снять можешь деньги, и тогда я точно не увижу, на что ты их там спускаешь.

– Ладно, – с трудом сдержал зевок я, – Что-то ещё?

– Что-то ещё, – подтвердил он, – Займись уже поиском себе клуба. Не дело это, такие большие паузы в занятиях допускать. Чтобы к концу следующей недели записался и доложил мне.

– А может, не надо? – осторожно возразил я, – Я же не собираюсь спортивную карьеру делать, а для самообороны мне тех знаний и навыков, что я же получил, вполне достаточно.

– Что, значит, достаточно?! – аж взревел он так, что я чуть не оглох, – Боевыми искусствами можно всю жизнь заниматься, и достаточно при этом не будет! Я хочу, чтобы ты вырос настоящим мужиком, способным защитить себя и свою семью, а ты так и не смог преодолеть свой страх, и научиться бить своего противника так, чтобы он больше не встал! Видел я твой последний спарринг в прошлой школе, это стыд и позор какой-то! Весь бой пробегал от противника, и, вместо нормальных ударов, лишь слегка гладил его! Пока не научишься преодолевать свой страх и нормально бить противника, даже не заикайся мне про «достаточно»! Понял меня?

– Хорошо, отец, – согласился я с ним, тяжело вздохнув, предчувствуя, что мне не мало придётся потратить времени на поиски нужного клуба.

Дело в том, что когда отец решил отдать сына в единоборства, он настоял на том, чтобы Сайто занимался не широко распространёнными тут карате, дзюдо или айкидо, а муай-тай. Своё решение он объяснил тем, что хотел, чтобы сын научился драться в полный контакт, а не просто рассекать ударами воздух на том же карате, и не обниматься с мужиками на дзюдо и айкидо. Когда же Сайто робко предложил кендо, то и вовсе посмотрел на сына как на идиота, и выбор был закончен.

– Вот и отлично, – проворчал он, – И не забывай про мусор. Напоминаю, что машина будет приезжать дважды в неделю, по средам и пятницам, в семь утра. Срач дома не устраивай, и вовремя всё выбрасывай.

– Ладно. Всё на этом?

– Да вроде, всё, – буркнул он, – И эта… Ты уж там больше под машины никакие не бросайся. Слишком дорого твоё лечение обошлось.

– Сам не хочу, – проворчал я в ответ, и отключился. Пора было идти на ненавистную пробежку.

Глава 3

Как обычно, главное было заставить сделать себя первые шаги, войти в ритм, и дальше уже мысли полные ненависти к моему занятию немного отступали, и я просто бежал по улице, почти ни о чём не думая.

Подошвы кроссовок мягко опускались на асфальт, я размеренно дышал через нос и уже практически на автомате переставлял ноги. Погода для середины октября стояла вполне себе тёплая. Даже сейчас, в восемь утра, было градусов пятнадцать. Самое то для пробежки. Не холодно, и не жарко. То и дело встречались другие бегуны, которые либо не обращали на меня внимания, либо шарахались в сторону, если всё же обратили. Я уже привычно не обращал никакого внимания на людей.

Невольно мысли скакнули в сторону выхода в школу послезавтра. Я поморщился, представив себе, что это нужно будет представляться, что-то рассказывать о себе, знакомиться с одноклассниками, но придётся всё же смириться с этим, и отнестись как к неизбежному злу. И как назло, до каникул ещё далеко… В конце декабря только.

Для меня, кстати, стало откровением, что учебный год у них тут начинается не в сентябре, а в апреле. Потом они учатся до двадцатого июля, и уходят на летние каникулы, которые длятся до первого сентября. Вот как раз на летних каникулах Сайто и попал под машину, и я вселился в его тушку. Хорошо ещё, что мне его память досталась, и он довольно хорошо учился, а то совсем беда была бы… Я-то как раз особой успеваемостью не отличался, да и уже изрядно подзабыл школьную программу за два года.

– Привет! – крикнул вдруг кто-то рядом со мной отвратительно-жизнерадостным голосом, и я чуть в сторону не шарахнулся от неожиданности, и завертел башкой, пытаясь понять, кто это и с кем здоровается? И только сейчас заметил, что рядом со мной бежит девушка примерно моего возраста на вид, и с любопытством смотрит на меня.

На всякий случай, я ещё раз оглянулся, подозревая, что приветствие всё же было адресовано не мне, и только убедившись, что рядом никого больше нет, нехотя кивнул ей.

Странная девушка… Мало того, что в Японии в принципе было не принято, чтобы девушки первые знакомились с парнями, да ещё и на улице, так к тому же, она ещё и меня выбрала! Меня! То есть, того, от кого обычно не только девушки, но и парни шарахаются на улице.

– А ты не сильно разговорчивый, да? – рассмеялась она, продолжая бежать рядом.

И чё вот ей от меня надо? Вся моя прошлая жизнь научила меня, что если вдруг симпатичная девушка решила с тобой познакомиться, улыбается тебе, то ей сто процентов от тебя что-то надо! Я это и на себе проверил, и на моих немногих приятелях.

– Ага, – сухо ответил я, – Чё хотела?

– А почему я обязательно должна была что-то хотеть? Может, я просто компанию решила тебе составить? – явно смутилась она, и отвела взгляд в сторону. А она ничего так, вроде, внешне. Симпатичное личико, под спортивной курткой, плотно облегающей фигуру, угадывалась грудь второго размера, и ноги, вроде, не кривые, чем тут часто грешат местные девушки. Брюнетка, естественно. Тут редко где можно было встретить девушку с другим цветом волос. Если только в каком косплей-кафе, где официантки парики носили, а так тут даже не принято волосы красить было. В той же школе за это и отругать могли, считая крашеные волосы символом бунтарства и протеста.

Я с сомнением хмыкнул, поняв, что она не желает вдаваться в подробности, и ускорил бег, жалея, что не обзавёлся ещё наушниками. Надо будет попробовать бегать с музыкой, и тогда у меня появится официальный повод не слышать никого вокруг, если вдруг кто-то ещё решится со мной поговорить.

– Подожди! – пискнула она сзади, но я даже не подумал сбавить ход, впрочем, мне это не помогло, через несколько секунд она снова бежала рядом со мной.

– Слушай, извини, что навязываюсь, я уже поняла, что ты не очень-то общительный человек, но всё же можешь мне помочь кое в чём? – запыхавшимся голосом произнесла она. Было заметно, что этот темп ей было трудно держать.

Я молчал. Так и знал, что всё это только потому, что ей от меня что-то надо.

– Да в моей просьбе ничего особенного! – не сдавалась она, – Можно я просто буду бежать рядом с тобой, как будто мы вместе занимаемся? Клянусь, что буду молчать при этом!

Всей своей многострадальной пятой точкой я чуял какой-то подвох во всём этом, но так и не смог понять, зачем ей это надо.

– Улица, вроде, общая, – нехотя выдавил я из себя, – Никто не может тебе запретить бежать там, где ты хочешь.

– Урашечки! – победно вскинула она руки, решив, что я согласился с ней, – Только можешь бежать чуть помедленнее? Для меня тяжеловато с такой скоростью бежать.

– Нет, – сухо ответил я, и всем своим видом изобразил нежелание дальнейшего общения, продолжив размеренный бег. Она поняла мой посыл, и продолжила молча пыхтеть рядом, с недовольным видом. Видать, не привыкла, когда ей отказывают.

Так мы и бежали молча ещё минут десять, когда вдруг от одного из домов, мимо которого мы как раз пробегали, к нам на встречу побежал какой-то парень.

– Мия-тян, привет! – заорал он на всю улицу, – Подожди меня-я!

– Извини, Кайто-кун, – сухо ответила ему девушка, – Но я сегодня не одна, как ты видишь, так что придётся тебе одному побегать.

Вот оно! То, из-за чего она решила бежать со мной! – понял я. Я же говорил, что это явно не просто так? Решила с моей помощью избавиться от навязчивого ухажёра, видимо.

– Что? – аж взвыл тут он, – Ты променяла меня на кого-то другого? Уже? Как ты могла!

– Я тебе уже много раз говорила, Кайто, что мы – не встречаемся. Отстань уже от меня, – устало ответила ему девушка, начиная понемногу отставать от меня, не выдерживая темпа.

– Эй! Урод! А ну стой! Как ты посмел увести у меня девушку? Да ты знаешь, что я с тобой сейчас сделаю? – крикнул он тут мне в спину, а я аж вдруг взбесился с чего-то. А точнее, с того, что меня уродом назвали. Меня всю мою прошлую жизнь этим словом оскорбляли, а теперь мне ещё и тут подобное терпеть? При том, что моя внешность хоть и вызывает страх у людей, но вовсе не уродлива. Я бы даже сказал, симпатичная, на мой взгляд.

– Чё ты там вякнул? – резко остановился я, и Мия промчалась мимо меня, не успев притормозить.

– Ты кого уродом назвал, урод? – повернулся я к её ухажору, а он аж споткнулся при виде моего мрачного лица, но устоял на ногах.

– Матерь божья и все святые угодники, – в ужасе пробормотал он, – Как будто все демоны ада в душу заглянули… Извини, я эта… Ошибался, вот. Мне пора! Прошу прощения-я-я… – уже развернувшись, выпалил он, и помчался в другую сторону. Крепко видать его зацепило, раз он про христианские символы вспомнил, хотя христианство тут было не распространено. Впрочем, судя по тому, что он был первым встреченным мной в этой стране блондином, он вполне мог быть каким-то полукровкой и христианином.

– Хех! Так и знала, что ты поможешь мне его отвадить! – довольно произнесла Мия, подбежав ко мне, – Но такой реакции я даже не ожидала. Спасибо тебе! Надеюсь, мы подружимся.

– Сомневаюсь, – буркнул я, и продолжил бег. Всё понятно с ней. Сделала вывод, что я могу быть полезен, и решила поближе сойтись со мной, но не настолько близко, чтобы можно было строить определённые планы на неё. Явно она меня не в качестве парня рассматривает, а в качестве друга, то есть, будет во френдзоне держать. Подпускать поближе к себе, когда я ей буду нужен, и отодвигать в сторону, когда надобность во мне будет отпадать. Нафиг-нафиг. Я такое уже проходил когда-то в школе, и мне не понравилось.

– Да не будь ты таким букой! – рассмеялась она, и ткнула кулачком в бок, – Давай дружить!

– Я подумаю над твоим предложением, а пока мне нужно бежать. У меня не так много свободного времени, чтобы болтать тут с тобой. Так что, пока! – попрощался я с ней, и резко взвинтил темп почти до своего максимума.

– Пока! – крикнула она мне уже вдогонку, – Спасибо за помощь! С меня тортик!

Тортик – это хорошо, – мысленно облизнулся я, и по такому случаю даже вяло махнул ей на прощанье.

***

Я вышел из душа, с наслаждением вытираясь, и плюхнулся за стол перед компьютером, достал из ящика графический планшет, и приготовился заниматься тем, что любил больше всего в этой жизни, и перенёс эту любовь и сюда, а именно… Творить! Придумывать новые миры, создавать персонажей, разрабатывать сюжет, то есть… рисовать мангу!

Правда, в прошлой жизни особых успехов я в этом деле не добился. Придумал, и нарисовал три серии, каждую на шесть – восемь томов и выложил их на нескольких бесплатных сетевых ресурсах.

Помню, с какой надеждой я ждал реакции читателей на свой первый том, а в результате получил кучу комментариев с обвинениями во вторичности сюжета, в плоскости героев, графоманстве и пресности рисунков, и так далее, и тому подобное.

Первой реакцией было плюнуть на всё, удалить своё творчество, и забыть про всю эту мангу как страшный сон, но я крепко сжал зубы и булки, и кинулся всё исправлять. Доработал сюжет и персонажей, добавил новые сюжетные линии, перерисовал большую часть рисунков, убил на это дело целых две недели, выложил заново, и… Получил очередную порцию критики, примерно с теми же самыми замечаниями. После этого я больше никогда не пытался подстроиться под читателей, и что-то переделывать по их замечаниям. Максимум, орфографические ошибки исправлял. Всем угодить невозможно. Так что я продолжил рисовать и писать, и даже обзавёлся парой тысяч подписчиков, но вот заработать на этом почти ничего не вышло.

На работу я выходить не хотел, жил в оставленной мне по наследству квартире бабушки и дедушки, а на жизнь зарабатывал тем, что рисовал на заказ от обложек на книжки, до рекламных баннеров и оформлений сайтов. Миллионов, конечно, на этом не срубил, но так как я жил один, и мне не приходилось тратиться на съём жилья, денег на жизнь хватало. К тому же, мне не так много и надо было для жизни. Коммуналку, интернет и телефон оплатить, да чтоб на пожрать хватило. В путешествия я не ездил, машина мне была не нужна, да и вообще, я редко когда выходил из дома. Ну, разве что на мангу ещё тратился. Надо же было отслеживать новинки.

Родители вот только периодически выносили мозг на предмет того, чтобы я нашёл, наконец, себе нормальную работу, но я благополучно пропускал все эти нотации мимо ушей.

Но здесь… Здесь, я уверен, всё будет совсем под другому!

И это далеко не беспочвенное и не самоуверенное предположение. Да и не предположение это было вовсе, а уверенность, так как хоть здешний мир и похож был почти как две капли на мой, в том числе, и историческими событиями и датами, но вот в плане книг, кино, музыки, да всего, что связано с творчеством, отличался очень сильно. Не знаю, с чем это связано, но тут не было ничего из вышеперечисленного, что было в моём мире, а здешние книги, фильмы и всё остальное мне были абсолютно незнакомы. Вот от этого я собирался отталкиваться.

***

Эта особенность этого мира открывала просто невероятные возможности разбогатеть! Можно было бы написать популярные у нас песни, или книги, того же Гарри Поттера, например, но… Есть одна проблемка. Музыкой я в той жизни не занимался, соответственно, и написать её к песням я не мог. Да и из самих песен я очень немногие знал целиком, так что эта тема для меня отпадала.

Книги? Да, тут попроще, читать я любил. Вот только не настолько, чтобы знать их наизусть. Как написать книгу, если ты помнишь только её сюжет в целом, но весьма смутно вспоминаешь само наполнение? Героев, их образы, я бы ещё расписал, есть опыт. Сюжет и поглавный план тоже, а вот дальше начинались проблемы. Пришлось бы все диалоги придумывать самому, описания тоже, да и ключевые моменты некоторых глав также пришлось бы переработать весьма серьёзно.

Конечно, если задаться конкретной целью, то я справился бы, убив на это кучу времени, и тут вылезает следующее «но». Далеко не факт, что эта книга тут понравится читателям, или вообще дойдёт до них, так как на пути к успеху стояли такие консервативные монстры, как издательства, пробиться в печать в которых было очень сложно. Достаточно только вспомнить, через сколько издательств в моём мире прошла Джоан Роулинг, прежде, чем первую часть Гарри Поттера опубликовали. Если я правильно помнил, ей отказали двенадцать издательств, прежде, чем она добилась своего. А я – далеко не Джоан Роуинг, я весьма трезво оценивал свои способности.

Так что и эту идею я отложил в сторону, и решил сосредоточиться на том, чем любил заниматься в прошлой жизни – мангой.

Естественно, не было никакой гарантии, что те манги, что были популярны у нас, добьются такого же успеха и тут, но, во-первых, я хотя бы буду заниматься тем, что мне нравится, а в-вторых, вероятность добиться популярности с мангой и начать на этом зарабатывать, я расценивал как довольно высокую.

Буду забрасывать издательства мангой, причём, решил начать сразу с двух, параллельно продолжая рисовать новые серии. Рано или поздно, что-нибудь да выстрелит, и тогда уже сосредоточусь на определённой серии.

Один том я уже нарисовал, и самой большой проблемой тогда, когда я начинал его месяц назад, было выбрать, что я хочу первым делом принести в этот мир. По-хорошему, мне стоило подобрать что-то, похожее на то, что популярно сейчас тут, но в ходе изучения местной манги, я обратил внимания, что здесь совсем ещё нет историй, где действие происходит в виртуальной реальности. В моём мире для таких манг не было какого-то отдельного жанра, и все они относились к жанру исекай, где главный герой попадает в чужой для него мир.

Учитывая, что компьютерные игры были тут не менее популярны, чем в моём мире, были очень высокие шансы, что такая тема тут выстрелит, и сразу пошёл с козырей, решив начать с того, с чего сам фанател в своё время – с Мастеров мечей онлайн!

Сколько времени я в своё время провёл за просмотром аниме про них, и читая все ранобе и мангу, и не сосчитать! Я знал эту историю чуть ли не наизусть, в том числе, и ряд фанфиков по Мастерам, так что проблем с первым томом у меня не возникло ни малейших.

Обычно очень много времени у меня занимало написание сценария манги и разработка дизайна персонажей, тут же всё уже было в голове, и оставалось лишь это перенести на бумагу.

В первые недели, после попадания сюда, графического планшета у меня ещё не было, так что пришлось рисовать по старинке, на бумаге, и то пришлось все карманные деньги выложить на необходимые инструменты, так как от отца их получить практически невозможно.

Поначалу он вообще считал новое увлечение своего сына пустой блажью, и лишь увидев, что у меня получаются действительно неплохие рисунки, он со скрипом выделил деньги на средненький планшет, хотя с деньгами у нас никаких проблем нет. Жмот.

Вот эта необходимость выпрашивать деньги у практически чужого мужика выбешивала меня нереально, и заставляла убирать в сторону мою привычную лень, и активнее работать, с целью скорейшего получения финансовой независимости.

В общем, на первый том Мастеров мечей у меня ушло три недели, но я не стал тут же высылать его в какое-нибудь издательство. Решил, что сначала сделаю несколько копий, и напишу ещё один первый том какой-нибудь серии, и уже тогда начну атаковать сразу несколько издательств.

Вообще, тут так было не принято. По правильному, сначала нужно было отправить сценарий и описание персонажей, черновые наброски первой главы, и только после того, как издательство одобрит и заключит с тобой договор, нужно было приступать к самой манге, но я решил попробовать ускорить развитие событий.

Конкуренция среди мангак в Японии была просто сумасшедшая, что не удивительно, так как манга приносила корпорациям миллиардную прибыль, причём, в долларах! Естественно, мангаки, особенно, начинающие мангаки, получали из этих миллиардов копейки, что-то около шестнадцати тысяч йен за страницу, но если тираж манги достигал миллиона экземпляров, то автор мог заработать около пятидесяти миллионов йен только за роялти. Успешные же авторы получали миллионы долларов в год, и сотни школьников, вдохновлённых их примером, каждый год забрасывали издательства своим творчеством.

Пробиться через этот поток и привлечь к себе внимание обычным способом было бы очень сложно, именно поэтому я решил отойти от стандартов, и высылать сразу готовую мангу, рассчитывая привлечь этим к себе внимание.

Ну, а если не получится, то буду пытаться пробиться традиционным способом, то есть, через конкурсы.

Но всё это – потом, а сейчас главным для меня было определиться всё же с очередной мангой, и, после долгих размышлений и сомнений, я сначала сузил круг кандидатов до двух, Ван-Пис и Наруто, и в итоге остановился на первом, решив приберечь Наруто в качестве козыря. И конечно тут сказался тот факт, что Ван-Пис в моём мире были самой продаваемой мангой за всё время существования манги как таковой. Было продано более пятисот миллионов копий, а сама история насчитывала свыше девятисот глав! Правда, все главы я, естественно, не помнил. Это было бы просто невозможно всё запомнить. Но начало истории я помнил хорошо, а дальнейший сюжет, пусть и не дословно, но тоже сумею воспроизвести.

Определившись, я, не теряя зря времени, тут же приступил к написанию сценария первого тома, и как раз дошёл до того момента, как главный герой, Луффи, отправляется в плавание по океану Ист-Блу, чтобы собрать команду, которая позже станет известна как «Пираты Соломенной шляпы», как во входную дверь кто-то позвонил.

Никаких гостей я не ждал, а потому попросту проигнорировал звонок, типа, никого нет дома, но неизвестный не унимался, продолжая названивать, и отвлекая меня от сюжета.

– Твою ж мать! – не выдержал я, и психанул минуты через три, вскочил с кресла, и быстрым шагом направился к двери.

Глава 4

– Ещё раз привет! – жизнерадостно поприветствовала меня та девчонка с пробежки, когда я распахнул дверь, состроив максимально недовольное лицо.

– А я тебе тортик принесла! – показала она мне небольшую коробочку у себя в руках, – Я же обещала тебя отблагодарить. Вот, угощайся!

– Ты как узнала, где я живу? – нахмурился я, не торопясь принимать угощение, с подозрением уставившись на неё, – Ты что, сталкер?

И под словом «сталкер» я имел ввиду, вовсе не дружелюбных искателей сокровищ и всевозможных артефактов, как подумали бы у нас в России.

В Японии термин «сталкер» произошел от английского слова «stalking», и обозначает человека, который следит и преследует определенного человека против его воли. Проще говоря, сталкер выбирает по какой-либо причине конкретного человека и начинает постоянно следить за ним, также он может слать ему различные записки, которые могут содержать угрозы или воровать вещи своих жертвы. Случались даже случаи, когда сталкеры проникали ночью в дом жертвы, и наблюдали за тем, как объект их воздыхания спит. Нередки были и случаи нападения сталкеров на своих жертв.

– Что? Вовсе нет! – аж подпрыгнула она от возмущения, – Я просто живу через дорогу от вас, и заметила тебя ещё в день вашего приезда. Вот, решила воспользоваться моментом, и долг тебе отдать, и познакомиться при этом. Ты же даже не сказал мне, как тебя зовут.

– А что за тортик-то? – проигнорировал я её намёк, и кивнул на коробочку.

– Шоколадный! Я думала, что может ты пригласишь меня, и мы вместе чаю… Эй! Ты куда? – уже в спину крикнула она мне удивлённо, когда я молча взял у неё из рук картонную коробочку, и пошёл домой.

– Спасибо за тортик, – всё же поблагодарил я, уже закрывая перед её носом дверь. Она что-то там ещё возмущённо кричала, но я уже не слушал, идя в кухню, и с удовольствием предвкушая, как вот я его сейчас захомячу, с чайком-то!

– Тут на одного-то маловато будет, а она на двоих его хотела делить, – насмешливо фыркнул я себе под нос, открыв коробку, где обнаружился тортик, размером чуть больше обычного пирожного.

Знаю я этих девушек. Принесут чем-нибудь угостить, а потом сами большую часть и сожрут, оставив тебе жалкие крохи. Нет уж. В следующий раз умнее будет, и принесёт торт побольше, если хочет, чтобы я с ней поделился, а сейчас мне и одному маловато будет.

Прежний Сайто наверняка был бы в восторге от перспективы посещения его дома столь симпатичной девушкой, и с радостью пригласил бы её, представляя себе ряд возможных будущих сцен из хентая, после чего весь разговор дико смущался бы, с трудом выдавливая из себя слова, а в итоге его бы даже в щеку не поцеловали бы при прощании.

Ну, и смысл тогда во всём этом? Эта хитрая особа, возможно, пошла бы чуть дальше, стремясь втереться мне в доверие, но всё равно, максимум, что мне светило бы, это обнимашки и поцелуй в щёку при прощании, зато потом при каждом удобном случае она обращалась бы ко мне за помощью. Я бы, конечно, послал её, но зачем так всё усложнять? Проще сразу дистанцию держать.

Гормоны, конечно, у этого моего нового тела бушуют намного сильнее, чем в моём старом теле, но она мне точно не поможет их угомонить, так что тут надо будет кого-то постарше подыскать…

***

После внезапного перекуса меня немного разморило и потянуло в сон, но я поборол себя, и пошёл рисовать дальше. Знаю я, чем чреваты эти дневные сны. Мало того, что это может затянуться до вечера, из-за чего потом пол ночи уснуть не сможешь, и собьёшь свои биологические часы, так и для фигуры в них ничего хорошего нет. Нет уж. Лучше вечером спать пораньше лягу.

Я уселся на компьютерное кресло, собрал в кучу все свои черновики, разбросанные как попало, проверил заточку карандашей, поправил кисточки, чёрную тушь. Всё было в порядке, и можно было творить дальше.

Хотя я и собирался Ван-Пис полностью нарисовать на планшете, но от бумаги тоже избавляться не собирался. Периодически мне приходили в голову различные идеи, и мне было проще их реализовать по старинке, на бумаге, карандашами и чернилами.

Я придвинул к себе планшет, собираясь погрузиться в круговорот приключений, ожидавших главного героя, как в дверь опять позвонили.

Я недовольно нахмурился. Неужто та новая знакомая всё ещё не ушла? Но почему она так долго ждала, чтобы позвонить? В дверь робко позвонили ещё раз. Нет, точно не она. Та трезвонила бы не прекращая, зная, что я дома. Я тяжело вздохнул, встал, бросил тоскливый взгляд на компьютер, и поплёлся к дверям.

– Добрый день, – обескураженно поприветствовал я соседку из соседнего дома. Точнее, младшую из них. Она испуганно смотрела на меня, и небольшая картонная коробочка, украшенная красной лентой, в её руках отчётливо задрожала.

– Д-доб-брый д-день, – еле выдавила она из себя, и низко поклонилась, – Извините за в-вторжение!

– Угу, – буркнул я, глядя на странную девушку. Явно помладше меня на пару лет, маленькая, её макушка была где-то на уровне с моим подбородком, хотя я и сам тут был не гигант со своими одним метром и семьюдесятью тремя сантиметрами. Довольно симпатичная, кстати. Везёт мне на симпатичных соседок. Или нет? Тут как посмотреть, конечно.

Мы стояли и молча смотрели друг на друга, и паника в её глазах отчётливо нарастала. Я понял, что ещё чуть-чуть, и она просто сбежит отсюда. Так бы, и пусть её, конечно, но как-то жалко вдруг стало, да и коробочка в её руках явно предназначалась мне. Я тяжело вздохнул, и решил проявить несвойственную мне инициативу.

– Сайто Кушито, – слегка поклонился я ей, представляясь, – Мы с отцом недавно переехали в этот дом. Буду рад знакомству.

– Айка Мидзуми, – пискнула она, смущённо поклонившись, – Мы с мамой живём в соседнем доме. Она испекла вам печенье и попросила отнести вам. Рады знакомству! Угощайтесь! – опять склонилась она в поклоне, и протянула мне коробочку.

– Спасибо, – поблагодарил я, приняв её двумя руками и слегка поклонившись, как было принято в местном обществе, а когда выпрямился, она уже медленно удалялась от меня, спиной вперёд, как будто я был каким-то хищником, к которому она боялась повернуться спиной.

– Д-досвид-дания… – пробормотала она, всё же развернулась, и быстро-быстро зашагала прочь, явно еле сдерживаясь, чтобы не побежать.

– Ага. Пока, – озадаченно хмыкнул я, и пошёл домой. Нет, я, конечно, знал, что произвожу своеобразное впечатление на людей, но не настолько же, чтобы себя так вести и заикаться? Странная она… Все они, девушки, какие-то странные. Видимо, не понять мне их никогда.

***

Несмотря на все попытки помешать мне, к семи вечера я всё же закончил сценарий первого тома, сделал дизайн главных персонажей, и даже нарисовал черновой вариант первой главы, правда, весьма схематично.

С чувством выполненного долга я переоделся в спортивную одежду, и пошёл на вечернюю пробежку, уже предвкушая, как после неё налью себе чая, и хорошенько распробую подаренные печеньки. Нет, я, конечно, не удержался, и кусочек всё же сразу в рот запихнул, как в дом зашёл, но это лишь разожгло мой аппетит. Мой желудок как будто забыл, что я буквально недавно угощал его вкусным тортиком, и стал яростно требовать, чтобы я поскорее запихнул в него и эту вкуснятину, но я сделал ему строгое внушение, и сумел удержаться от соблазна.

Хотя-я-я… Это ведь только кажется, что недавно. Слишком я заработался, вот и не заметил, как время пролетело, а по факту, пол дня прошло, и я даже не пообедал сегодня. Так что ничего удивительного, что живот возмущается.

Даже предстоящая ненавистная пробежка не смогла мне испортить на удивление замечательного настроения, и я бодро стартовал, едва выйдя из дома, по уже привычному маршруту.

Мимо мелькали дома и заборчики, на улице уже было довольно прохладно, но для бега самое то. Улицы были практически пустынны. Японцы – трудоголики и в это время ещё находятся на работе, а школьники делают домашку, которую тут задают в огромных объемах. Это я филоню, хотя по-хорошему, мне бы тоже следовало взяться за учебники, но я забил на это дело.

Отличником мне по-любому не стать, главное, в самый уж низ школьного рейтинга не скатиться, и то только потому, что иначе отец взбесится. Так-то я и тут не стремился ни высшее образование получать, ни в офисе потом торчать. Карьера успешного мангаки меня вполне устроит.

Я выбросил мысли об учёбе из головы, и сосредоточился на обдумывании сюжета Ван-Пис.

Даже несмотря на то, что я довольно хорошо его помнил, ряд моментов всё же выпали из моей памяти, и придётся внести и свою лепту в создание истории, а не только плагиатом заниматься.

Что и к лучшему. Хоть немного совесть свою успокою. Вот и знаю же, что этих историй тут не напишут и не нарисуют, а всё равно себя вором чувствую, и успокаиваю себя только тем, что если я этого не сделаю, то мир их не узнает, а это уже какое-то кощунство получается. Поклонники манги и аниме обязательно должны быть осчастливлены Ван-Писом и Мастерами мечей! И не только ими! Не прощу себе, если не подарю этому миру десятки удивительных историй!

Я настолько погрузился в переживания, что не обратил ни малейшего внимания на раздававшийся рядом громкий лай, и метнувшийся ко мне комочек шерсти, шустро вскарабкавшийся мне на плечо, оказался для меня полнейшей неожиданностью.

– Ты ещё кто такой? – остановился я, и строго глянул на сидевшего на мне чёрного кота, с белой грудкой, и белыми же пятнышками на кончиках лапок, как будто он в носочках был. Совсем ещё молодой, где-то год или два на вид, испуганный кот что-то мявкнул в ответ, и грозно зашипел куда-то в сторону, откуда доносился сердитый рык, выгнувшись дугой.

– А ну стоять! Фу! Место! Сидеть! – с причудливой смесью испуга и ярости завопил я на двух серых бульдогов, медленно подходивших ко мне, грозно порыкивая. Тянувшиеся за ними поводки ясно дали понять, что с ними произошло. Увидели кота, да и вырвались от своего хозяина.

На удивление, собаки послушались, и дружно плюхнулись на задницы, с такими ошеломлёнными мордами, как будто они и сами были удивлены, с чего это они вообще послушались этого двуногого?

Я стоял, они сидели, и мы молча смотрели друг на друга. Вряд ли бы они просидели так долго бы, и скорее всего скоро пришли бы в себя, и тогда мне не поздоровилось бы, но тут откуда-то донёсся крик.

– Раку! Ёши! А ну быстро ко мне, бессовестные! Вот я вам сейчас задам, негодники! – пожилая японка бодро семенила к нам, строго глядя на собак, те виновато понурились, переглянулись как-то обречённо, как будто догадываясь, что ничего хорошего их не ждёт, и, с поникшими головами, поплелись к хозяйке.

– Ох! Простите меня, молодой человек! Надеюсь, они не причинили вам вреда? – ещё не дойдя до меня, начала она извиняться она, – Это моя вина… Не смогла их удержать, когда они кошку увидели. Обычно они спокойно на них реагируют, а тут прямо взбесились вдруг! Ещё раз простите меня!

– Ничего страшного, но вам бы их лучше в намордниках выгуливать. А вдруг на моём месте оказался бы какой-нибудь ребёнок? – сухо ответил я.

Вообще, по местным правилам хорошего тона, я должен был сейчас заверить её, что всё в порядке, ничего страшного не случилось, чтобы она не переживала, и тому подобное, сопровождая свою речь низкими поклонами. Слишком велико тут было почитание к старшим. Так что она явно очень удивилась, услышав мой строгий ответ, да ещё и без уважительного суффикса. Вон как изумлённо уставилась на меня.

Ничего, потерпит. Знаю я, как тут это работает. Со всеми этими взаимными расшаркиваниями, молодой ещё и виноватым в итоге получается. Нет уж. Подобное не для меня. Пусть радуется, что всё так хорошо закончилось для неё. Любой другой японец на моём месте в суд подал бы на компенсацию морального ущерба, и выиграл бы его.

– Да они обычно и мухи не обидят, не знаю, что на них нашло, удручённо покачала головой она, хватая собак за поводки, – Но впредь и правда лучше буду намордники одевать. А вот вам, молодой человек, не помешало бы заняться своими манерами. Вот в моё время…

Дальше я слушать не стал, и спокойно побежал дальше. Коту или кошке, уж не знаю, кто там у меня сидит, подобное перемещение не понравилось, и он спрыгнул с меня и умчался куда-то. Я лишь взглядом его проводил. И продолжил пробежку.

***

– И как это понимать? – строго спросил я у кота, которого обнаружил у двери своего дома, когда вернулся.

Он с невозмутимым видом глянул сначала на меня, потом на дверь, и дотронулся до неё лапой, как будто говоря, – Ну, давай уже скорее, двуногий! Открывай! Чего тупишь? Не видишь, император пришёл!

Я озадаченно почесал затылок. В прежней жизни у меня была жуткая аллергия на шерсть, а потому я держался подальше от всех этих животных. Тут же у меня её вроде не было, но прежний Сайто никаких животных дома не держал, и потому я весьма смутно представлял себе, что со всем этим делать, и надо ли оно мне вообще?

– Слушай, – обратился я к коту, – Я не очень-то лажу с животными. И не уверен, что у меня найдётся, чем тебя накормить. Вот тебе оно надо? Может, получше хозяина себе найдёшь?

Кот глянул на меня, прищурился, и что-то тихо мявкнул, но я как-то сразу понял, что да, надо, и других хозяев он не пойдёт искать. Вот и делай после этого добрые дела… Заботься теперь о нём. Хотя, с другой стороны, может это и к лучшему? Хоть не один дома буду. Почему бы не попробовать? Правда, я не знаю, что насчёт него скажет отец, но он ещё не скоро приедет, а кот может и не выдержать житья со мной, и сбежать до его приезда.

– Ну, смотри, я тебя предупреждал, – пожал я плечами, и открыл дверь.

Кот важно вошёл внутрь, к чему-то принюхался, и конечно же сразу направился на кухню, без тени сомнений, как будто уже вечность тут живёт. Вот наглая морда!

– Так! И чем мне тебя кормить? – озадаченно спросил я, разглядывая содержимое холодильника, – У меня ни молока, ни рыбы… Рис будешь? – глянул я него, но он презрительно отвернулся от меня, весьма наглядно показав, что он думает о моём предложении. Вот, кстати, а точно ли «он», а не «она»?

Я решительно взял его в руки, не обратив внимания на его недовольный вид, и сразу же убедился – точно «он». Точнее не бывает просто.

– Ладно, – опустил я его на пол, где он сразу начал вылизываться, как будто намекая, что я посмел тронуть его своими грязными руками, – Сиди пока тут, никуда не уходи. Я в магазин сбегаю, куплю поесть. Ну, и лоток возьму с наполнителем. Надеюсь, ты к нему приучен?

Кот меня презрительно проигнорировал, и я вышел.

– Шоб я так жил! – пробормотал я себе изумлённо под нос по-русски, разглядывая целый стеллаж с кошачьим кормом в магазине, до которого и правда бегом добежал, минут за пять.

Чего тут только не было. И влажный корм, и сухой, и с разными видами мяса, и с рыбой, и с добавками каких-то овощей. Ещё и на разный возраст! Тут и для котят был, и для молодых энергичных кошек, и для пожилых уже.

– Вам что-нибудь подсказать, уважаемый? – с поклоном спросила молодая девушка-консультант, которая явно побаивалась меня, но такая уж у неё была работа, помогать людям, вне зависимости от того, нравятся они ей или нет.

– Да, пожалуй, – неуверенно пробормотал я, – У меня сегодня кот появился. Молодой. Год или два где-то возрастом. Что мне лучше ему из еды взять?

– Возьмите ему вот этот сухой корм, – протянула она мне большую, килограмма на три, пачку, – Тут наиболее сбалансированный состав, как раз подходящий молодым кошкам.

– А сухой корм это – точно нормально? Влажный разве не лучше? – с сомнением уточнил я.

– Влажный вы тоже можете взять, чтобы иногда побаловать своего питомца, но на постоянной основе, лучше всё же сухой, – с улыбкой объясняла она, – У него более сбалансированный состав, он проще и дольше хранится, плюс помогает от стоматологических проблем. При разгрызании сухих гранул поверхность зубов очищается от мягкого налёта, а дёсны получают необходимую нагрузку. К тому же, он дешевле. Только не забывайте каждый день воду питомцу менять.

– Понятно. Спасибо вам большое, – слегка поклонился я, – Послушаюсь вашего совета. Возьму его, и пару пачек влажного, – я взял с полки первые попавшиеся, даже не став вчитываться, что там в составе.

– А ещё, мне бы лоток, наполнитель для него, и пару мисок…

– Это чуть дальше у нас находится. Пройдёмте, – улыбнулась она ещё раз, уже без скрытого страха в глазах, и пошла показывать мне дорогу. Всё-таки, котики любого человека делают добрее в глазах окружающих…

Глава 5

Я проснулся среди ночи, и сначала даже не понял, что меня разбудило. Несколько секунд я пялился в ночную темноту, прислушивался к абсолютной тишине, но в итоге решил, что просто что-то приснилось, повернулся на бок, и уже почти провалился обратно в сон, как вдруг…

Тыг-дык, тыг-дык, тыг-дык! – пронёсся кто-то за дверью комнаты по полу, и снова на какое-то время установилась тишина. Несколько секунд покоя, и маленький слон пронёсся в обратную сторону, и, судя по звуку, не вписался в поворот, и въехал в стену.

Я думал, это слегка охладит его пыл, но нифига, буквально через минуту скачки продолжились, под растущее внутри меня раздражение.

– Да уймись ты там уже! – рявкнул я, собираясь встать, и провести воспитательную работу с этим маленьким чудовищем, но, к моему удивлению, после крика он затих.

– То-то же, – удовлетворённо проворчал я, поворачиваясь на бок, и устраиваясь поудобнее.

Я же почти уснул, как эта наглая морда стала усиленно скрестись в мою дверь с таким рвением, что завтра я наверняка на ней царапины обнаружу.

– Да что ж это такое! – взвыл я, решительно вскочил с кровати, и распахнул дверь, дабы отвесить хорошенького такого воспитательного пинка одной наглой хвостатой морде, но… почему-то не смог этого сделать. Кошак с довольным видом потёрся об мои ноги, и без тени сомнений, запрыгнул на кровать.

– Вот ты наглая морда! – даже с каким-то восхищением произнёс я, и решил не выгонять его. Может, там он, наконец, уснёт, и я смогу уже тоже поспать?

Я снова лёг, устроился по удобнее, укрылся одеялом, уже полностью готовый погрузиться в царство Морфея, и… кто-то вконец оборзевший улёгся вдруг на мои ноги, и растянулся на них во всю длину.

Первой мыслью было просто спихнуть на пол эту усатую скотину, но я сразу же понял, что он же тогда продолжит свои ночные скачки, и смирился. Лучше уж пусть на мне спит, чем носится.

***

– Привет! – как ни в чём не бывало поздоровалась со мной вчерашняя знакомая, пристроившись рядом со мной на пробежке, хотя я так надеялся, что после вчерашнего она не захочет со мной общаться. Но нет, мечты рассыпались прахом, а она ещё и с чего-то улыбалась довольно, загадочно поглядывая в мою сторону.

Сегодня на улице было попрохладнее, чем вчера, и, видимо, поэтому на улице было меньше бегунов, чем обычно в это время. Некоторые из них уже узнавали меня, и даже неохотно здоровались, пробегая мимо меня.

– Ты же не против, что я какое-то время рядом с тобой побегаю? – спросила она таким тоном, что сразу становилось ясно, что отказ не предусматривался. Видимо, решила, что раз я взял тортик, то теперь по гроб жизни должен ей.

– Вчерашний торт был расплатой за вчерашнее. На новые дни он не распространяется. Да и от торта там было одно название. Ещё меньше не смогла пройти? – недовольно пробухтел не выспавшийся я. Мало того, что та мохнатая морда разбудила меня ночью своими скачками, так я ещё потом боялся и повернуться лишний раз, чтобы он не сбежал от меня, и не продолжил свои шумные развлечения. Ещё и ноги затекли так, что я еле с кровати встал, и минут десять их потом разминал.

– Эй! Ты совсем офигел? – возмутилась она, – Тебе такая красотка тортик принесла, а ты мало того, что даже за порог меня не пустил, так ещё и размером его недоволен! Ты какой-то неправильный школьник!

– Это да, что есть, то есть, – невольно согласился я с ней, – Ладно. В следующий раз нормальный торт приноси, тогда, может, и приглашу.

– Ловлю на слове! – тут же оживилась она, явно думая, что сумела меня зацепить. Ну-ну. Не буду пока переубеждать. Сюрприз будет. Да и от поставщика халявных тортиков грех отказываться.

– Так что, могу я рядом с тобой несколько дней по утрам побегать?

– Да без проблем! Если не отстанешь, – коварно ухмыльнулся я, и прибавил ход, тут же оставив её позади.

– А? Подожди! – донеслось жалобно сзади.

***

– Нет, что-то я делаю не так… – задумчиво пробормотал я, в очередной, который уже по счёту раз, просматривая стопку рисунков Мастеров мечей онлайн.

Нет, с самими рисунками-то всё в порядке было. Отработал я их по высшему разряду. Тут в другом дело… Получается, что манга уже готова, но будет лежать, ждать, когда я закончу первый том Ван-Пис? Так это ещё месяц, минимум! А скорее даже, месяца три. Завтра в школу выходить, времени на творчество почти не останется.

Эдак я только месяца через три начну рассылать их по издательствам. Потом ждать обратной связи, а это дело не быстрое, они могут их с полгода рассматривать. И если даже кто-то возьмётся их публиковать, то пока договор согласуем и подпишем, потом замечания могут выкатить, потом в план-график включат, потом… Да много ещё этих «потом» там будет.

И что выходит, что, в лучшем случае, мне где-то год ждать до издания? Да ну нафиг! Чего я туплю-то? Мастеров надо сразу отправлять, раз уже готовы, а Ван-Пис – по готовности.

И параллельно ещё ряд сценариев других манг написать, и тоже рассылать. Неизвестно же, что выстрелит? – я озадаченно взлохматил свои длинные волосы. Сайто их отрастил, думая, что они делают его внешний вид добрее, ну а мне пока просто влом было до парикмахерской дойти, вот и зарос совсем.

Похоже, где-то глубоко внутри себя я всё же побаивался следующего шага в деле своего возвышения среди местных мангак, вот и тянул время, не решаясь начинать рассылку, и опасаясь как того, что ничего не получится, так и возможного успеха. Всё же, я никогда не любил большого внимания к своей персоне, а тут без этого никуда будет, если у меня всё получится.

Надо будет, кстати, себе творческий псевдоним придумать, чтобы хотя бы в школе не узнали о моём увлечении. И надо всё же начинать перебарывать себя и вылезать из раковины отчуждения. Свои интересы перед корпорациями мне самому отстаивать придётся, на отца надежды мало, а для этого мне надо стать более жёстким и уверенным в себе.

Я решительно взял кипу рисунков, и пошёл на выход. Принтера у меня дома не было, а мне нужно сделать несколько копий. Штук шесть. Оригиналы я тогда у себя оставлю, а копии разошлю.

Придётся, конечно, потратиться, но делать нечего. На принтер мне отец точно денег не даст. По крайней мере, пока. Заодно и до парикмахерской дойду. Завтра в школу, надо хотя бы немного внешний вид в порядок привести.

За то, что у меня просто украдут сюжет, я не боялся. Авторское право в Японии защищалось очень жёстко. Регистрировать же книги и манги нигде не надо было, авторское право появлялось автоматически сразу после их создания. Штрафы же тут были такие, что издательствам намного проще было заплатить копейки мангакам, чем воровать у них, рискуя нарваться на огромный штраф.

***

– Ах ты мелкая гадина! – раненым бизоном взревел я, когда вернулся, и обнаружил, что все мои черновики, которые оставались на столе, сейчас валялись на полу, и были изодраны в клочья.

Виновник же всего этого безобразия сидел на полу, прямо передо мной, и невозмутимо вылизывался, ничуть не впечатлённый моим криком.

– Ну, всё. Теперь я точно займусь твоим воспитанием! – рыкнул я, и пошёл в коридор за тапком. Ща у меня кое-кто огребёт по филейной части! Но когда я вернулся, держа в руках оружие возмездия, кота там уже не было. Видимо, тонко прочувствовал момент, и свалил. Процесс воспитания, похоже, откладывался.

Хотя, если посмотреть на ситуацию с другой стороны, это ж я сам виноват в случившемся. Привык как попало черновики раскидывать, а должен был подумать, что с появлением питомца, их надо было куда-то убрать, а не оставлять так

Я кинул тапок в угол комнаты, и стал наводить порядок, оценивая размер беды. И уже когда я всё убрал, в двери показалась голова кота, который настороженно смотрел на меня, явно опасаясь заходить внутрь.

– Ладно уж, заходи, – проворчал я, – Не буду я тебя наказывать в этот раз. И надо бы тебе уже имя, что ли, придумать…

***

– Юки, привет! Ты почему в субботу не пришла? Болела? – весело спросила Харука, усаживаясь рядом с подругой за парту, не обратив ни малейшего внимания, что та явно не в настроении.

– Не совсем… Просто не очень хорошо себя чувствовала, – не стала вдаваться она в подробности. Харука, конечно, подруга, но уж слишком болтливая. Делиться с ней чем-то сокровенным точно не стоило, если только не хочешь, чтобы об этом вся школа узнала.

– Знаешь, что я только что узнала? – заговорщически зашептала она, наклонившись к ней, подтверждая свой статус главной сплетницы школы, – К нам сегодня новенький придёт! Я случайно услышала разговор директора школы с нашей классной. Он недавно сюда переехал. Надеюсь, нам повезёт, и красавчиком окажется! У нас с ними, сама знаешь, не густо… – бросила она скептический взгляд в сторону четырёх парней, стоявших у окна, считавшихся самыми красивыми парнями в классе, вот только выделялись они лишь на общем весьма посредственном фоне, а так ничего особенного из себя не представляли, но гонору было в них столько, как будто они по меньшей мере, принцы, или айдолы.

– Ты же, кажется, с Макото из третьего класса на свидание ходила недавно? Так какая тебе разница, красавчик он будет, или нет? – подавив вздох, поинтересовалась Юки, изображая интерес, чтобы не обидеть подругу.

– Да придурок какой-то этот Макото оказался. Его кроме спорта и не интересует ничего. Всё свидание мне рассказывал о своих успехах в футболе. Надоел, – надулась подруга.

– Ещё и не позвонил потом. Ну его. Пусть со своей футбольной командой на свидания ходит, раз он так футбол свой любит. И всё-таки, ты какая-то странная сегодня, – переключилась вдруг она на соседку, с подозрением глядя на неё, – Бледная какая-то… И даже не рассказываешь ничего, как в пятницу к Асами сходила в гости. И не позвонила в выходные. У тебя точно всё в порядке? Может, ты влюбилась в кого? – подмигнула она ей, но Юки лишь медленно покачала головой.

Не хотела она вспоминать тот вечер. Да и своего спасителя тоже. Она даже родителям ничего не стала говорить, опасаясь скандала, и что её больше никуда не станут отпускать.

Отец, конечно, не упустил возможность отругать её за опоздание, а на утро она сказалась больной, и не пошла в субботу в школу. Хотелось немного побыть одной, и прийти в себя.

– Всё в порядке… – прошептала она, и тут в класс вошла их классная, а за ней шёл тот, кого она ну никак не ожидала тут увидеть, и у неё аж в глазах потемнело при виде своего нового одноклассника.

– Всем добрый день! – непривычно нервным голосом поздоровалась классная руководительница, совсем ещё молодая женщина лет тридцати, и ученики дружно встали со своих мест и согнулись в поклоне.

– Садитесь – садитесь! – замахала маленькой ладошкой Фудзико Кагама, – Я на минутку. К нам сегодня пришёл новичок, хочу вам его представить. Впрочем, думаю, вы и сами с ним познакомитесь. Сайто, скажешь что-нибудь классу? – опасливо оглянулась она на своего подопечного, который стоял за её спиной, и нехотя выдвинулся вперёд. По классу тут же пробежался удивлённый шёпот.

– Сайто Кушито. Шестнадцать лет, – ленивым голосом произнёс он, и замолчал.

– И всё? – удивилась учитель.

– И всё, – мрачно согласился он с ней, и, не спрашивая разрешения, пошёл к одной из свободных задних парт, при молчании ошарашенного класса.

– Почему он тут? – тихо пробормотала себе под нос Юки, проводив его взглядом, – Как он сюда попал? Или он… Специально в мой класс записался, зная, что я здесь? Страшно то как…

– Ты чего там бормочешь себе под нос? И почему мне показалось, что ты его узнала? Ты что, знакома с этим странным типом? – возбуждённо зашептала ей на ухо подруга, искоса поглядывая на объект обсуждения, который бросил рюкзак на свободный стул, и развалился на соседнем стуле, не обращая ни малейшего внимания на своих новых одноклассников, которые тихонько перешёптывались, обсуждая новичка.

– Не совсем… Я тебе потом всё расскажу, – вздохнула Юки, вовсе не горя желанием делиться чем-то с подругой, но что-то рассказать всё же придётся…

***

Уже на следующее утро я стоял в кабинете директора школы, который оказался низеньким и круглым, как колобок, и то и дело вытирал платком пот с широкого лба, внимательно изучая мои документы, как будто в первый раз их сейчас увидел. Звали этого колобка Кио Курихара, и по его внешности было очень трудно угадать, сколько ему лет. Могло оказаться как сорок, так и все шестьдесят.

– Ну, что же, молодой человек. Документы у вас в полном порядке, характеристика из прошлой школы на удивление очень хорошая, не вижу никаких проблем, чтобы вы учились в нашей школе. С минуты на минуту должна подойти куратор вашего класса, которая и представит вас одноклассникам.

– Благодарю, уважаемый Курихаро-сан, – слегка склонил я голову, не сразу сообразив, какой суффикс при обращении к нему лучше использовать, а потому остановившись на нейтральном – сан, хотя тут подходили и «сенсей», с которым обращались к учителям, и «доно», с которым нужно было обращаться к людям, значительно старше тебя по возрасту, или намного выше по должности. А ещё отметил, как он назвал классного руководителя, которые тут именовались как сенсей-кураторы, но мысленно я всё равно называл их по-старому, как привык. Классрук, он и в Японии классрук, ну, или классуха в данном случае. В той жизни отношения у меня с ними не складывались, посмотрим, как тут будет.

– Не за что, это моя работа, – важно кивнул он, – Наша школа – одна из самых престижных в нашем районе. Судя по твоим оценкам в прошлых школах, ты хорош в гуманитарных науках, а вот точные надо подтянуть. Надеюсь, ты приложишь все усилия, и школа в твоём лице получит ещё одного сильного ученика. Мы делаем упор на математику, иностранные языки, общественные науки, и у нас есть даже международные проекты, участвуя в которых вполне можно побывать по обмену опытом в таких странах, как Китай, Корея, Россия и США. Всё в твоих руках. В случае, если ты добьёшься хороших результатов, школа сможет помочь в поступлении в ведущие университеты нашей страны. Но если твоя успеваемость упадёт, и ты не будешь показывать хороших результатов, держать тебя здесь мы не будем, и тебе придётся искать для себя другое учебное заведение. И твой отец ничем тебе тут не поможет, – строго глянул он на меня через очки, и я непроизвольно поклонился. Чёртовы рефлексы… Никак не могу от них избавиться.

– Я приложу всё усилия, господин директор, – пообещал я, покривив душой. Честно говоря, мне как-то пофиг было как на саму школу, так и на её международные проекты. Если придётся сменить, то без проблем сменю. Хотя в России, наверное, было бы прикольно побывать. Соскучился по ней немного и по русской речи.

Вот, кстати, насчёт речи… – осенило вдруг меня, – Я ж могу в качестве переводчика работу поискать! Пока не достигну успехов в манге, это может послужить неплохим источником заработка. Надо будет обдумать это хорошенько, и порыться потом в интернете на предмет возможного заработка.

– А вот и ваш куратор, – величественно кивнул директор куда-то за мою спину, где обнаружилась миниатюрная женщина, с ужасом смотревшая на меня. Я ей широко улыбнулся, но, кажется, сделал только хуже, судя по тому, как она дёрнулась в сторону выхода.

– Госпожа Кагама, это ваш новый ученик Сайто Кушито. Проведите его в класс, пожалуйста, представьте ученикам, и расскажите всю необходимую информацию о школе.

– Хорошо, Курихара-сан, – поклонилась она ему, и перевела взгляд своих испуганных карих глаз на меня.

– Пройдём со мной, Сайто. Надеюсь, тебе у нас понравится. Сейчас у вас начнётся урок литературы, и у нас есть ещё минут десять, чтобы представить тебя. А пока идём, я расскажу тебе о школьных клубах, из которых тебе нужно будет выбрать один для внеурочной деятельности, – нервно произнесла она, быстро выходя из кабинета.

Я лишь слегка кивнул в ответ, не став говорить о том, что давно уже выбрал. Раз уж увлекаюсь мангой, то и тут пойду в клуб её любителей. Не думаю, что их сильно напрягают клубной деятельностью, а даже если напрягают, то я найду способ, как отмазаться.

Глава 6

– Сайто Кушито, шестнадцать лет, – мрачно представляюсь я, в ответ на просьбу классной рассказать что-нибудь о себе.

– И всё? – удивляется она, с опаской глядя на меня.

– И всё, – соглашаюсь я с ней, и иду садиться на свободное место. К сожалению, у окна все места оказались заняты, так что пришлось садиться на последнюю парту среднего ряда.

Всего рядов тут было пять, по пять одноместных парт в каждом. Впрочем, в этом школа ничем не отличалась от старых школ Сайто. Тут везде были одноместные парты, и классы были рассчитаны на двадцать – тридцать учеников.

Человек двадцать подростков перешёптывались друг с другом, то и дело бросая на меня украдкой взгляды, но я старательно их игнорировал. Хорошо, что скоро прозвенел звонок, и им сразу не до меня стало.

Только соседка той дурочки, которую я в парке спас, всё ещё с любопытством посматривала в мою сторону.

А она ничего так с виду. Белоснежная кожа, правильные черты лица, прямые, длинные волосы, убранные в хвост, идеально ровная спина, и довольно высокий рост, судя по тому, что она где-то на полголовы возвышалась над своей подругой.

Интересно, рассказала та что-нибудь ей о случившемся, или нет? Впрочем, плевать. Очень надеюсь, что им всем не до меня будет, и моё присутствие будут просто игнорировать. Группировки в классе наверняка уже сложились, меня же сложно было отнести к какой-то из них.

Я хоть и не урод, но к признанным красавцам отнести меня было сложно, так что к группе принцев и принцесс класса, оккупировавших первые и вторые ряды парт, мне никак не примкнуть, даже если бы я этого и хотел. А я – не хотел. Скорее всего, эта группа будет просто игнорировать меня, как и почти всех своих остальных одноклассников.

Ещё тут должны были быть группы спортсменов, ботанов, и середняков. Вот из них кто-то мог и подвалить ко мне на перемене.

Ну, и последней группой в классе были изгои, хотя, группой в прямом смысле слова они не являлись, так как были каждый сам по себе.

Сидели они, как правило, в самом конце класса, с ними никто не общался, да и сами они друг с другом не общались. В изгои же можно было попасть по многим причинам.

На первом месте была внешность. Если человек уродлив, или у него просто был какой-то изъян во внешности, то он автоматически попадал в эту категорию.

Да и в принципе, если школьник не такой, как большинство, выпадает из неких общепринятых стандартов, то уже этого было достаточно, чтобы остальные ученики в лучшем случае, переставали с ним общаться, а в худшем, начинали над ним издеваться.

Причём, физически тут издеваться было не принято. Школы обычно строго наказывали за драки. Нет, издевались морально, давили на психику, постоянно насмехались, либо наоборот, полностью игнорировали. Могли и пакостить по мелочам.

Явление это было широко известным в Японии, и носило название идзимэ.

Школы, конечно, с ним боролись. С первого класса учили детей думать о других, соблюдать все правила, жить ради группы, и каждый год перемешивали классы, но изжить это явление пока не удалось.

Ещё в эту группу учеников можно было попасть, если чем-то не угодил кому-то из принцев или принцесс класса. Поругался с кем-то из них, и всё, до конца школы над тобой или издеваться все будут, или игнорировать, и смена класса тут не поможет. Только смена школы.

Впрочем, мне на все эти местные разборки было глубоко плевать. Только рад буду, если со мной никто разговаривать не будет.

Я нехотя посмотрел по сторонам.

На последнем ряду, если не считать меня, сидели парень и девушка. Парень был очень низкого роста, где-то на голову ниже меня, и щуплого телосложения, и сейчас он тоскливо смотрел в окно, рядом с которым сидел, и как-то сразу стало понятно, что он-то как раз точно изгой.

Девушка же сидела у стены, длинные распущенные волосы закрывали от меня её лицо, фигура, похоже, была самая стандартная, так что пока непонятно было, за что её игнорируют в классе. А то, что игнорируют, я уже точно знал. Хотя звонок и прозвенел, но учитель ещё не пришёл, так что одноклассники пусть и в полголоса, но переговаривались друг с другом, и только эти двое сидели молчком, и никто даже не пытался с ними заговорить.

Как раз на этой мысли дверь в класс распахнулась, и быстрым шагом вошёл учитель.

***

– Садитесь, – каким-то мрачно-усталым голосом разрешил нам довольно высокий для японца мужчина, положил какую-то папку на свой стол, и встал перед электронной доской, лицом к нам, сложив руки за спиной. Дождался, когда в классе установится полная тишина, и начал урок тихим голосом.

– На прошлом уроке мы с вами начали новую тему по творчеству выдающегося японского поэта Тимитцу Огаси. Из-под его пера вышло более семи тысяч стихотворений и хокку, в которых он воспевал любовь к животным, насекомым и природе.

Всю свою жизнь Тимитцу Огаси провёл в своей родной деревне, а его поэзия отличается использованием личных мотивов, детской простотой, употреблением местных диалектов и диалоговых форм. Наиболее известными его сборниками являются «Моя весна» и «Живое и мёртвое».

Впрочем, обо всём этом я рассказал вам вчера, и скоро нас ждёт небольшой тест по его творчеству, а на сегодня я вам задал сочинить небольшое хокку об осени. Кто хочет начать? – он строго окинул нас взглядом из-под очков, но леса рук не наблюдалось. Все ученики наоборот опустили глаза вниз, делая вид, что их тут вообще нет.

Мне же лишь какие-то нелепые мысли сейчас на ум шли. Например, почему все учителя-мужчины, которые что-нибудь вели у Сайто, были в очках? Это тут мода, такая, что ли? Или думают, что они им серьёзный вид придают, и специально их носят?

– Я вижу, у нас в классе сегодня новенький, – он как будто почувствовал, что я думаю о нём, и остановил взгляд на мне, – Я понимаю, что вас не было на прошло уроке, молодой человек, и вы не знали о моём задании, но, может, вы сможете нас удивить, и прямо сейчас придумаете какое-нибудь небольшое хокку? Представьтесь, пожалуйста.

Я нехотя поднялся со стула, и слегка кивнул ему, – Сайто Кушито.

– Меня зовут Даичи Тадама, – представился в свою очередь он, – Так что, молодой человек, сможете нас удивить?

Я задумался. Можно было бы просто сказать – нет, сесть обратно, и от меня отстанут, но так уж совпало, что я не только мангой увлекался в своё время, но и довольно много о Японии читал, в том числе, и хокку, так что можно было кое-что и подобрать подходящее…

– Опала листва.

Весь мир одноцветен.

Лишь ветер гудит, – монотонно продекламировал я, как мне показалось, вполне подходящие строчки.

– Неплохо! – он аж слегка похлопал мне, – Вот, молодые люди, учитесь! Три секунды, и замечательное хокку появилось на свет! Три строчки, но какая в них глубина! От них так и веет осенью! Я, пожалуй, даже запишу их себе…

Он подошёл к столу, достал из папки тетрадь, и действительно записал туда хокку.

– У вас талант, молодой человек, – одобрительно глянул он на меня, – Не думали связать своё будущее с литературой? Скоро в Токио состоится литературная конференция, не хотите поучаствовать?

– Спасибо, я подумаю, – коротко ответил я, садясь на место, и досадуя, что всё-таки успел выделиться. Кто ж знал, что его так возбудят всего лишь три строчки? Надо впредь осторожнее быть на уроках. Вот только конференций мне сейчас не хватало. И без того времени совсем не будет свободного. Я только сегодня узнал, что в этой школе, оказывается, и по субботам учатся! Изверги! В прошлых школах Сайто такого извращения не было…

– Подумай, – согласился он со мной, – Думать всегда полезно. Так что, кто следующий попытается поразить меня своим творчеством?

***

– Ну, что скажете о нашем новичке? – лениво поинтересовалась самоназначенная королева класса, когда они привычно сдвинули два стола в столовой, и сели обедать ввосьмером. Четыре парня и четыре девушки. Их трудно было назвать друзьями, скорее тут больше подходил термин – клуб по интересам.

Среди остальных учеников класса они выделялись как внешностью, так и достаточно высоким статусом своих семей. У них почти у всех родители были довольно обеспеченными людьми и обладали сравнительно высоким статусом в обществе, если сравнивать с остальными учениками класса.

У той же королевы класса, Акеми Цукуми, отец владел сетью продуктовых магазинов, у подруги Юки, Харуки, отец был заместителем префекта района. Из всей их восьмёрки только родители Юки были обычными менеджерами в агентстве недвижимости, да у подруги Акеми, Амайи Ватанабэ, вечно ходившей за ней хвостиком и выступающей у неё в роли то ли служанки, то ли курьера, родители были какими-то мелкими служащими.

Юки взяли в эту элитную группу исключительно за красоту и мягкий, не конфликтный, характер, Амайю же… С Амайей всё было понятно. Подручная королевы, как-никак. Юки не знала, почему весь класс, даже местные так называемые принцы, слушались Акеми, так как она сама только год назад перевелась в эту школу, но знала, что её уважают и побаиваются даже в других классах старшей школы.

– Странный он какой-то… – задумчиво пробормотал Джукичи Амари, лидер четвёрки парней, считающий себя неотразимым красавцем, хотя внешность у него была довольно обычная, и выделялся он только высоким, в метр девяносто, ростом, благодаря чему его взяли в школьную баскетбольную команду. Хотя кое-кто поговаривал, что взяли его туда исключительно потому, что его отец владел сетью магазинов спортивной одежды, и выступил спонсором школьных спортивных команд, обеспечивая их формой.

– Не урод, но стрёмный какой-то… Смотрит так, как будто убить хочет, – продолжил он после паузы, – И ещё, такое чувство возникает, как будто ему плевать на школу, но учится при этом хорошо. В первый же день успел и на литературе отличиться, и на английском…

– А ты что думаешь по его поводу? – перевела Акеми взгляд редких тут голубых глаз на второго из четвёрки парней, Кадзу Ёсикава, который был что-то вроде серого кардинала их небольшой группировки. Говорил он обычно мало, но всегда по делу, и довольно разумно. Даже Акеми к нему частенько прислушивалась, и до Юки дошли слухи, что они встречаются, но предпочитают держать этот факт в секрете. Слухами этими с ней, естественно, поделилась Харука.

Он не отличался какой-то особой красотой, или спортивными достижениями, но было в его взгляде что-то такое, что заставляло прислушиваться к его словам. От него так и веяло харизмой, что выделяло его среди парней не только их класса, но, пожалуй, и всей школы. А ещё, как успела понять Юки, он был весьма себе на уме, и частенько вёл какую-то свою игру, о которой не догадывалась даже Акеми.

– А что тут можно сказать? – пожал он плечами, – Пока слишком мало информации, чтобы делать какие-то выводы о нём. Предлагаю не торопиться, и пока держать дистанцию с ним. Как я понимаю, делать это будет несложно, он явно и сам не стремится с кем-либо сблизится. Я же постараюсь по своим каналам узнать о нём хоть что-нибудь. Где учился, кто родители. Может, кто-то из учеников учился когда-то с ним? Дайте мне неделю, думаю, за это время что-нибудь, да выясню.

– Юки, ты почему молчишь? Ты же явно его узнала! – сдала тут подругу Харука, осуждающе глядя на неё.

– Это правда? – холодно взглянула на неё Акеми, – Ты что-то от нас скрываешь?

– Не совсем, – поморщилась Юки, понимая, что придётся всё рассказать. Иначе она очень легко может переселиться на задние парты к изгоям класса, если Акеми будет недовольна ею, – Я его только один раз видела, и даже не знала, как его зовут. Он, в некотором роде, спас меня. Я же говорила вам, что в пятницу пойду к подруге вечером? Вот выйдя от неё, и влипла в неприятности…

Она вздохнула, и приступила к нелегкому рассказу, опять переживая те эмоции, которые ощутила тогда.

– …и я ушла от него, даже не спросив, как его зовут, – тихо закончила она свой рассказ.

– Ну и дела… Нашла приключения на свою пятую точку, – хохотнул ещё один из четвёрки парней, никогда не отличавшийся особым тактом, Мичи Кадзивара. Он не обладал высоким ростом, но выделялся широченными плечами, усиленно занимался тяжёлой атлетикой, и уже успел занять несколько призовых мест на межшкольных соревнованиях. Был он слегка туповат, и его давно бы уже выгнали из школы, если бы не его спортивные успехи и мама, которая была главой родительского комитета школы.

– Позвонила бы мне, я бы без проблем подъехал и проводил тебя, – гордо надулся он, – Если бы ты была со мной, та бы троица ни за что не полезла бы к тебе. Заодно прогулялись бы вместе, – подмигнул он ей.

Юки не стала ничего на это отвечать. Она знала, что давно уже нравится Мичи, вот только он ей – нет, и он был бы последним, кого она позвала бы на помощь, потому что он был из тех людей, кто никогда не придёт на помощь бескорыстно.

– Какой любопытный у нас появился одноклассник, – удивлённо протянул Кадзу, откинувшись на спинку стула, – То ли защитник девушек и гроза хулиганов, то ли настоящий маньяк, и, вспоминая его взгляд, лично я больше склоняюсь ко второму варианту. А ещё, он явно умеет хорошо постоять за себя, раз не побоялся пойти сразу на троих…

– Да и что тут такого? Троих алкашей и я бы без проблем разогнал, – перебил его с самодовольной усмешкой Мичи.

– Не спорю, но таких как ты мало, – со скрытым сарказмом произнёс Кадзу, – Но вряд ли в школе найдётся ещё хотя бы десяток человек, которые решились бы на такое. Это надо быть или очень смелым, или очень безрассудным.

– Это да, – снова гордо надулся Мичи, – Смелости у меня много!

– Как и скромности, – насмешливо фыркнул последний из их четвёрки, Наоки Асами, который, пожалуй, был самым красивым из них, и потому решил сделать актёрскую карьеру, и даже успел сняться в паре реклам. Правда, на вкус Юки, его внешность была уж слишком женоподобна и слащава, но большинство остальных девушек школы чуть ли не пищали при виде его.

– Ага, и её тоже, – согласился с ним Мичи, хохотнув.

– Так что делать-то будем? Его надо куда-то определять в нашей иерархии. Взгляд у него, конечно, жуткий, но в остальном он довольно симпатичный, – вернулась к главному вопросу Акеми, – Подругу, вон, нашу спас. Кажется, умён. Держит себя весьма высокомерно. Надо понять, будем ли мы налаживать с ним контакт, или наоборот, игнорировать станем? Если он сильный боец, то и от него может быть польза. Мичи у нас один такой, а нам не помешал бы человек, который мог бы сопровождать нас, девушек, в качестве телохранителя, в те же ночные клубы, например.

– А тебе мало тех телохранителей, которыми тебя отец обеспечивает? – насмешливо фыркнул Джукичи, – Тебя же даже из школы двое встречают!

– И докладывают о каждом моём шаге отцу, – нахмурилась Акеми, – А мне иногда нужно бывать в местах, про которые мой отец не должен узнать. Для этого мне нужен кто-то, кто с ним никак не связан.

– Ты думаешь, он согласится на это? – не сдержалась Юки, – Мне кажется, что он вряд ли на это пойдёт…

– Пусть только попробует не согласиться… – хищно оскалилась Акеми, – Я ему тут такое устрою, что ему школу придётся менять!

– Давайте не будем торопить события всё же, – вмешался Кадзу, – Предлагаю действовать по ранее мною предложенному плану. Не лезем пока к нему, я за неделю постараюсь выяснить о нём побольше информации, а там уже решим, что будем с ним делать…

– Хорошо, неделю можно и подождать, – милостиво согласилась с ним Акеми, – Но кое-что мы и сейчас сделать можем. Юки!

– Да? – вздрогнула та от неожиданности.

– Тебе надо обязательно поблагодарить его за помощь, – с нажимом в голосе произнесла королева класса, – Всё-таки он спас тебя. Было бы очень невежливо с твоей стороны просто игнорировать его сейчас. Постарайся наладить с ним контакт. Он тут никого не знает больше, так что, думаю, не откажется с тобой пообщаться. Если пригласит куда-нибудь – не отказывайся. Не переживай, Мичи за вами присмотрит, если что. Пообщайся, постарайся узнать о нём что-нибудь, и расскажешь нам потом.

– Хорошо, я… постараюсь… – нехотя согласилась девушка, которую одна только мысль о том, что нужно будет куда-нибудь сходить с этим страшным типом, бросала в дрожь.

Глава 7

Неужели этот школьный день подходит к концу? А мне он уже успел показаться бесконечным, – я вздохнул, и стал собирать рюкзак. Семь уроков в первый же день, голова кругом идёт. И это ведь ко мне ещё не приставали насчёт клуба, и я могу с чистой совестью свалить отсюда, в отличие от большинства других учеников, которых ещё ждала клубная деятельность.

И ведь хотел же не выделяться тут, но нет… Сначала на литре выпендриться решил, потом ещё и на английском выделился. Последнее, правда, случайно вышло. Просто я не ожидал, что у них такой слабый уровень в английском языке, что даже я, никогда не имевший каких-то сверх особых способностей в той жизни, был на две головы выше в нём. Ну, реально, они сейчас проходят то, что у нас проходили классе в шестом или седьмом. Ещё и произношение у одноклассников было просто кошмарным, у меня уши чуть ли не в трубочку сворачивались, когда они начали рассказывать, как провели летние каникулы. Вот я и не удержался, показал мастер-класс, так сказать…

– Привет… – произнёс вдруг кто-то рядом со мной, я изумлённо поднял голову, и увидел ту девку из парка. Как там её? Юки, кажется.

– Виделись, вроде, – хмуро ответил я, чуя какой-то подвох. Весь день она игнорировала меня, и делала вид, что мы вообще незнакомы, а тут, после уроков, вдруг подойти решила? Странно это… Хотя, может, она ждала, чтобы рядом никого не было? Большинство одноклассников уже успели собраться, и свалить отсюда, остались только мы с ней, да у выхода толпилась наша элита, то ли ожидая свою подругу, то ли проверяя, что страшный я не причинит ей вреда.

– Я-я… – протянула она смущённо, – Ещё раз хотела поблагодарить тебя за тот случай, когда ты… Ну… Спас меня.

– Хорошо, благодари, – равнодушно пожал я плечами, – Я не против.

– Я… Э… – зависла она, недоумённо глядя на меня. Походу, я её сломал. По идее, я должен был сказать, что не стоит благодарности, что так на моём месте должен был поступить каждый, и так далее и тому подобное.

– Я хотела сказать… – выдавила она из себя, и опять замолчала, глядя на меня как кролик на удава, я же не торопился ей как-то помочь, и равнодушно смотрел на неё.

– Я хотела сказать… – повторила она опять, отчаянно глядя то на меня, то на своих друзей, которые тоже не спешили к ней на помощь, – Сходи сегодня со мной в кафе! – вдруг выпалила она, и, похоже, сама удивилась тому, что сказала, и аж побагровела при этом. Для меня, впрочем, её предложение тоже оказалось весьма неожиданным. Судя по тому, что её друзья внимательно следили за тем, что происходит, я предположил, что это какой-то розыгрыш, и не собирался в нём участвовать.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.