# Стезя равновесия

Ghenadii Alexei Eni

Когда вековая вражда богов Перуна и Велеса грозит погрузить мир в вечную зиму и хаос, юноша Святослав из глухой деревни должен пройти девять смертельно опасных испытаний. Ему предстоит столкнуться с духами природы, услышать зов предков и выдержать гнев самих богов, чтобы восстановить хрупкое равновесие между Порядком и Хаосом, Жизнью и Смертью, от которого зависит судьба его мира и жизнь его больной сестры. Путь Святослава – это Стезя Равновесия, пройти которую под силу лишь тому, чье сердце чисто, а дух крепок.

Генадий Алексеевич Ени

2025


Оглавление

Часть 1. Нарушенное Равновесие ........................................... [стр. 5]

Глава 1. Ледяное Дыхание Марены ...................................... [стр. 7]

Глава 2. Шепот Старых Преданий ...................................... [стр. 11]

Глава 3. Первые Шаги по Стезе ......................................... [стр. 15]

Часть 2. Испытания Духов и Стихий .................................... [стр. 19]

Глава 4. Хозяин Дикого Леса ............................................ [стр. 21]

Глава 5. Песнь Забытых Слез ........................................... [стр. 29]

Глава 6. Тепло Забытого Очага ........................................ [стр. 37]

Глава 7. Голоса из Нави ................................................. [стр. 45]

Глава 8. В Снежных Оковах ............................................. [стр. 54]

Глава 9. Мудрость Змеиного Владыки ................................. [стр. 63]

Часть 3. Путь к Богам ...................................................... [стр. 73]

Глава 10. Искра Небесного Огня ....................................... [стр. 75]

Глава 11. Гнев Громовержца ............................................ [стр. 84]

Глава 12. Преддверие Последнего Испытания ........................ [стр. 93]

Часть 4. Восстановление Гармонии ..................................... [стр. 101]

Глава 13. Чаша Весов Мироздания ..................................... [стр. 103]

Глава 14. Возвращение Ярилы ......................................... [стр. 112]

Глава 15. Хранитель Стези ............................................. [стр. 118]


Часть 1

Нарушенное Равновесие

Глава 1

Ледяное Дыхание Марены

Мир застыл. Не на день, не на неделю – на долгие месяцы, сплетая белое кружево зимы так туго, что само время, казалось, вмерзло в сугробы. Деревня Дубрава, приютившаяся на краю векового леса, под сенью предгорий, утонула в снегах по самые крыши. Дым из труб поднимался неохотно, словно стыдясь своей теплоты перед лицом вселенского холода. Это была не обычная зима, суровая, но привычная. Это был ледяной саван, наброшенный на Явь самой Мареной, богиней смерти и стужи, и никто не знал, когда ее хватка ослабнет.

Старики говорили, что такого не помнят даже их деды. Говорили, что гневят боги Явь, мир живых. Что Перун, Громовержец Небесный, блюститель Порядка, слишком яростно мечет молнии в Велеса, Владыку Земли и Вод, Хозяина Магии и Скота, того, кто близок и миру Нави, миру духов и мертвых. Их вечная тяжба, извечная, как сама Правь, мир божественных законов, нарушила свой ход. Равновесие, на котором держалось все сущее со времен Сварога, Небесного Кузнеца, сотворившего мир, опасно накренилось.

И теперь Марена, чья сила растет от раздора и хаоса, упивалась своей властью. Ярило-Весень, бог юного солнца и плодородия, не мог пробиться сквозь ледяную кору. Даждьбог, Солнце-царь, щедрый податель благ, светил с неба тусклым, бессильным оком, не в силах согреть промерзшую до каменной тверди землю.

Святослав сидел у окна, глядя на унылый, серый свет, едва пробивавшийся сквозь заиндевевшее стекло. Ему минуло семнадцать зим, и он не был ни воином, чья сила могла бы бросить вызов стуже, ни жрецом, чьи молитвы могли бы достичь ушей богов. Он был обычным парнем из Дубравы, разве что сердце у него было чуткое к голосам природы да память цепкой к старым сказам. Сейчас его сердце сжималось от страха и бессилия. За тонкой бревенчатой стеной, в горенке, тихо стонала его младшая сестра, Аленка. Холод высосал из нее все силы, щеки горели нездоровым румянцем, а дыхание было слабым, прерывистым. Лекарь из соседнего села лишь развел руками – травы не помогали против недуга, рожденного самой бесконечной зимой.

В избе было тревожно. Домовой, обычно незримый хранитель очага, в последние дни стал проявлять себя беспокойным шуршанием в углах, тихим ворчанием из-за печи. Даже он, дух дома, чувствовал общую беду, нависшую над миром. Святослав потер замерзшие пальцы. Дров оставалось мало, запасы еды таяли на глазах. Посевы погибли под снегом еще до того, как успели взойти по весне, которой так и не случилось. Скот падал один за другим. Люди хмуро смотрели друг на друга из-под низко надвинутых шапок, и в их глазах плескалось отчаяние.

Вчера на вече старейшина деревни, седой как лунь дед Михей, глядя на измученные лица односельчан, заговорил о древнем предании. О Стезе Равновесия. О девяти испытаниях, что лежат между миром людей и миром богов. О пути, пройдя который, можно умилостивить гнев небожителей и вернуть в мир утраченную гармонию. Предание было старым, почти забытым, и никто не верил, что простой смертный способен пройти эту Стезю. Но в глазах Святослава, когда он слушал старика, блеснула искра. Не надежды еще, нет – скорее, отчаянной решимости. Ради Аленки. Ради всех них. Он должен попытаться. Даже если это будет стоить ему жизни. Он посмотрел на неподвижный, мертвенно-белый пейзаж за окном, и ему показалось, что сама Марена усмехается ему из завываний ветра. Но где-то глубоко внутри, под страхом и отчаянием, уже зарождалось упрямое тепло – готовность идти.


Глава 2

Шепот Старых Преданий

Тишина в избе давила. Лишь потрескивали поленья в печи да слышалось прерывистое дыхание Аленки из соседней комнаты. Мать сидела у постели дочери, положив ей на лоб влажную тряпицу, ее лицо было осунувшимся и серым от усталости и горя. Отец, хмурый и молчаливый, чинил старую сеть у двери, хотя река давно стояла подо льдом толщиной в два локтя. Работа ради работы, чтобы только не сидеть без дела, не поддаваться всеобщему унынию.

Святослав подошел к печи. Покопавшись в золе, нашел тлеющий уголек. Раздул его осторожно, подложил сухих щепок. Огонь – дар Сварога и Даждьбога – был единственным, что еще могло противостоять стуже Марены. Он вспомнил слова деда Михея о Стезе Равновесия. Девять испытаний… Леший в лесу, Русалки в омуте, духи Предков на капище, сама ледяная сила Марены, змеиная мудрость Велеса, гнев Перуна и искра Сварога… Звучало как сказка, страшная и почти невозможная.

Неожиданно за печкой что-то тихонько стукнуло. Святослав обернулся. В полумраке он заметил маленькую деревянную ложку, лежавшую на полу там, где ее точно не было минуту назад. Он знал, что это Домовой. Дед-соседушка подавал знак. Беспокоится. Святослав взял плошку, налил в нее немного молока из скудных запасов, поставил в укромный уголок за печью. «Не гневайся, хозяин, – прошептал он. – Помоги сохранить тепло в доме». Тихое шуршание за печкой стихло, сменившись чем-то похожим на одобрительное ворчание. Хоть какая-то ласка в этом застывшем мире.

Вечером, когда Аленка ненадолго уснула спокойным сном, Святослав подошел к отцу.

– Батя, я пойду, – сказал он тихо, но твердо.

Отец поднял голову, его суровые глаза внимательно посмотрели на сына. Он слышал вчерашний разговор на вече.

– Куда пойдешь, Святослав? Лес не пустит, мороз до костей проморозит. Глупости это все, сказки старые.

– Аленке хуже, – просто ответил Святослав. – Запасы кончаются. Если ничего не делать, мы все здесь замерзнем. Дед Михей говорил про Стезю. Может… может, это не просто сказка?

Отец долго молчал, глядя в огонь. В его взгляде боролись страх за сына и отчаяние от безысходности.

– Стезя Равновесия… – проговорил он наконец глухо. – Говорят, никто по ней не хаживал сотни лет. Говорят, это путь не для смертных. Там духи Нави и гнев Прави…

– Но если есть хоть малый шанс… Я должен. Ради Аленки. Ради всех нас.

Отец вздохнул тяжело, провел рукой по лицу. Он видел в глазах сына ту же упрямую решимость, что когда-то горела и в нем самом.

– Коли решил… иди. Но будь осторожен. Боги не любят, когда смертные вмешиваются в их дела. А духи… духи помнят обиды. Возьми мой нож. Дедовский еще. Пусть хранит тебя.

Он снял со стены старый охотничий нож в потертых кожаных ножнах. Лезвие было темным, но остро отточенным. Святослав взял нож, почувствовав его неожиданную тяжесть и тепло рукояти, словно в ней жила память прежних владельцев.

Мать молча собрала ему в дорогу скудные припасы: краюху хлеба, кусок вяленого мяса, мешочек с солью и горстку сушеных ягод. Ее глаза были полны слез, но она не плакала, лишь крепко обняла сына на прощанье.

– Храни тебя Макошь, сынок, – прошептала она, касаясь оберега у него на шее – маленькой деревянной фигурки богини судьбы, что он носил с детства.


Глава 3

Первые Шаги по Стезе

Утро было таким же серым и морозным. Святослав стоял на пороге родной избы, за спиной – котомка с припасами, на поясе – отцовский нож. Он бросил последний взгляд на окна горенки, где спала Аленка. Эта мысль, этот образ давал ему силы. Он должен вернуться. Он должен принести весну.

Деревня провожала его молча. Несколько соседей вышли из домов, кутаясь в тулупы. В их глазах читались и сочувствие, и страх, и слабая искорка надежды, которую они боялись спугнуть словами. Дед Михей подошел, опираясь на клюку. Его глаза, выцветшие от времени, смотрели на Святослава с глубокой печалью и уважением.

– Помни, Святослав, – сказал он тихо, – Стезя Равновесия – это не брань и не сила. Это уважение. К духам, к стихиям, к богам. Слушай сердце свое, оно подскажет верный путь. И помни заветы предков. Не гневи лес без нужды, не оскверняй воду, чти огонь. Не ломай живого без надобности, не бери у природы больше, чем нужно для жизни. Иди с миром, насколько сможешь. Стезя сама тебя поведет, коли сердце чисто.

Святослав кивнул, низко поклонился старику и односельчанам. Потом решительно повернулся и зашагал по хрустящему снегу к темной стене леса, что начиналась сразу за околицей.

Лес встретил его мертвой тишиной и холодом. Заснеженные ели стояли, как белые истуканы в тяжелых шубах. Голые ветви берез и осин покрывал толстый слой инея, сверкающего тускло в слабом свете дня. Ни звука птиц, ни следа зверя. Лишь едва слышный скрип снега под его валенками нарушал это безмолвие, да собственное дыхание, вырывавшееся белым облачком.

Он шел, стараясь держаться тропы, которую еще можно было угадать под сугробами. Он знал этот лес с детства, но сейчас он казался чужим, враждебным, пропитанным стылой силой Марены. Он знал, что первый, кто встретит его здесь, будет Леший, Хозяин Леса. Дед Михей предупреждал: Леший не злой и не добрый, он – дух леса, и он ревностно охраняет свои владения от тех, кто несет вред. Его нужно не победить, а умилостивить. Показать уважение.

Святослав остановился у старой, могучей сосны, чьи ветви были похожи на заснеженные лапы. Он снял шапку, прикоснулся лбом к шершавой, холодной коре.

– Здравствуй, Лес-батюшка, – проговорил он негромко, но отчетливо, чтобы слова не затерялись в тишине. – Пусти к себе путника. Не со злым умыслом иду, не для порухи твоей. Путь мой долог и труден, лежит он к Равновесию мира, что нарушено. Сестра моя больна лежит, деревня моя в снегу гибнет. Прошу тебя, Хозяин, дозволь пройти твоими владениями.

Он достал из котомки краюху хлеба, отломил добрый кусок и положил его на приметный корень у подножия сосны. Потом добавил щепотку соли – знак уважения и мира.

– Прими скромный дар, Хозяин. Не побрезгуй.

Ответа не было. Лишь порыв ветра пронесся по верхушкам деревьев, стряхнув шапки снега, которые с глухим стуком упали на сугробы. Но Святославу показалось, что тишина стала иной – не мертвой, а выжидающей. Он поправил котомку и двинулся дальше, вглядываясь в сумрачные глубины чащи. Сердце стучало гулко, но уже не только от страха – к нему примешивалось чувство ответственности и какое-то странное, почти забытое ощущение связи с этим древним лесом. Первый шаг по Стезе Равновесия был сделан. Впереди ждало неизвестное.


Часть 2

Испытания Духов и Стихий

Глава 4

Хозяин Дикого Леса

Святослав шел уже несколько часов. Лес становился все гуще, тропа – едва заметной. Снег здесь лежал глубже, идти было тяжелее. Мороз крепчал, щипал щеки и нос. Солнце, если оно и было за плотной серой пеленой облаков, клонилось к закату, и между стволами деревьев начали сгущаться синие тени.

Тишина по-прежнему царила вокруг, но теперь она была наполнена незримым присутствием. Святослав чувствовал на себе чей-то взгляд – тяжелый, испытующий. Он знал, что это Леший наблюдает за ним. Он старался идти осторожно, не ломая веток без нужды, обходя молодые деревца, придавленные снегом. Он помнил слова деда Михея: уважение.

Внезапно впереди, метрах в двадцати, что-то хрустнуло. Святослав замер, вглядываясь. Из-за толстого ствола старого дуба показалась фигура. Высокая, сутулая, будто сросшаяся с деревьями. Одежда, если это была одежда, напоминала кору и мох, волосы – спутанные сухие ветки, а глаза… Глаза горели зеленым, болотным огнем из-под нависших косматых бровей. Леший.

Он не двигался, просто стоял и смотрел на Святослава. В его облике не было явной угрозы, но чувствовалась древняя, первобытная сила, сила самого леса.

Святослав медленно снял шапку, поклонился.

– Здравствуй, Хозяин Леса, – сказал он, стараясь, чтобы голос не дрожал. – Я Святослав из Дубравы. Иду Стезей Равновесия. Прошу твоего дозволения пройти через твои владения.

Леший молчал. Потом раздался скрипучий, как старое дерево, голос:

– Зачем идешь, человече? Стезя забыта. Мир людей отвернулся от леса, от духов. Берете, не спрашивая. Ломаете, не жалея. Зачем мне тебя пускать? Марена правит, зима вечная – может, так и надо? Меньше людей – лесу спокойнее.

Слова Лешего были холодны, как зимний ветер. Святослав почувствовал укол страха, но и правоту в его словах.

– Знаю, Хозяин, что люди часто неправы перед тобой и твоим домом, – ответил он честно. – Но не все забыли заветы предков. Мой путь – не ради себя одного. Сестра моя умирает от холода, что принесла Марена. Деревня наша гибнет. И не только наша. Весь мир Яви страдает от раздора богов. Равновесие нарушено. Лес тоже страдает, Хозяин. Птицы не поют, звери прячутся, деревья стынут без тепла Ярилы. Разве это правильно?

Он замолчал, ожидая ответа. Леший медленно обошел вокруг него, принюхиваясь, словно дикий зверь. Его зеленые глаза изучали Святослава с головы до ног.

– Говоришь складно, – проскрипел он. – Но слова – ветер. А дела? Что ты знаешь о лесе? Что ты умеешь?

Святослав понял – это начало испытания.

– Я вырос рядом с лесом, Хозяин. Знаю, какие ягоды можно есть, а какие ядовиты. Знаю, как найти дорогу по мху на деревьях и по солнцу, когда оно есть. Знаю, что нельзя рубить молодое дерево без нужды и что нужно благодарить лес за его дары. Отец учил меня ставить силки так, чтобы зверя не мучить понапрасну, и брать ровно столько, сколько нужно для пропитания.

Леший хмыкнул.

– Знать – одно. А уважать – другое. Видишь ту березку? – Он указал корявым пальцем на молодое деревце, согнувшееся под тяжестью снежной шапки, его ствол опасно трещал. – Сломается скоро. А под ней – нора лисья. С лисятами малыми. Придавит их, коли упадет. Что делать будешь?

Святослав посмотрел на березку. Она действительно могла упасть в любой момент. Сломать ее – значит, погубить живое дерево. Оставить – погубить лисят. Дилемма. Он задумался, вспоминая заветы. Не ломать живого без нужды… Но и не дать погибнуть другому живому.

Он медленно подошел к березке. Снега на ней было много, он налип плотной, тяжелой массой. Святослав осторожно, стараясь не повредить кору, начал стряхивать снег с нижних веток, постепенно подбираясь выше. Это было непросто, руки коченели от холода и усилий. Снег сыпался на него, забивался за воротник. Наконец, самая тяжелая шапка на вершине поддалась и с глухим стуком рухнула вниз, подняв облако снежной пыли. Березка выпрямилась, ствол перестал трещать. Она была спасена.

Святослав отряхнулся и повернулся к Лешему. Тот стоял на прежнем месте, его зеленые глаза смотрели уже не так сурово.

– Хм… Не срубил. И лисят спас. Думаешь… Ладно. Но это лишь начало пути. Лес мой велик. И не я один здесь хозяин. Дальше река стылая. Там сестры мои речные плачут. Слезы их горькие, могут и в омут утянуть. Помни об уважении. И о цели своей помни.

Леший медленно повернулся и шагнул к дубу. И словно растаял, слился с деревом, оставив после себя лишь легкое покачивание заснеженных ветвей.

Святослав перевел дух. Первое испытание пройдено. Он получил не только разрешение идти дальше, но и предупреждение. Река… Русалки… Песнь забытых слез. Он поправил котомку, проверил нож на поясе и двинулся вперед, в сгущающиеся сумерки. Лес вокруг уже не казался таким враждебным. Он был суров, но справедлив. Как и его Хозяин.


Глава 5

Песнь Забытых Слез

Ночь Святослав провел в небольшой ложбине под корнями вывороченной ели. Развел маленький костерок, используя сухие ветки, собранные под снегом. Огонь давал немного тепла и разгонял мрак, но лес вокруг оставался настороженным и тихим. Он поел немного вяленого мяса и хлеба, думая о словах Лешего. Речные сестры… Русалки. В деревне о них рассказывали разное. Чаще всего – страшное. Что заманивают они путников песнями в воду, щекочут до смерти или топят в глубоких омутах. Особенно опасны они для молодых парней.