Лина Певзнер
Ты из моих строк

Глава 1

Кастинг. Лу ненавидела это слово всеми фибрами своей души. Она не являлась ни кастинг-менеджером, ни кастинг-директором. Или кем-то там ещё с этим словом. Вовсе нет. Лу просто оказалась чересчур вредной и упрямой писательницей, чью книгу по ведомой только киношникам причине вдруг захотели экранизировать.

Друзья упорно твердили ей, что Лу себя недооценивает и всё вполне заслуженно. Может быть. Она старалась об этом не задумываться, просто – писать. С тех пор, как книги писательницы получили определённое признание на родине, её самозванцы в писательской душе приутихли.

Настоящий фурор ожидал уже после, когда менеджер убедил перевести книги на английский. Лу удивилась – ей показался этот совет весьма странным, и подумала, что там, за бугром, сейчас такие душещипательные истории не нужны. Ан нет. Фэнтезийная серия быстро стала хитом. Поначалу приходили запросы на экранизацию от мелких студий, а потом подключились и рыбы покрупнее.

Вот только Лу, наслышанная о том, как сценаристы извращают сюжет и делают из конфетки… пустышку, не очень-то торопилась отдавать своё детище кому бы то ни было и подписывать кабальные договоры. Некоторые продюсеры даже позволяли себе грубые выражения, говоря, что она слишком много о себе мнит и многого хочет.

Как бы ни так. На деле всё было куда прозаичнее. С подскочивших продаж книг денег на жизнь хватало с лихвой. Да и никогда они не были единственной целью – как и большинству творцов, Лу хотелось просто быть услышанной. Предлагаемые за передачу прав сотни тысяч, а то и целый миллион заморских тугриков были пылью в сравнении с тем, что с её любимой и дорогой сердцу историей могли сотворить киноделы.

Ну уж нет уж. Вот такая, вредная. Но и на такую управа нашлась: одна не самая крупная студия сделала самое лучшее предложение. По контракту, Лу имела определённый творческий контроль над производством, могла менять сценарий и утверждать его конечный вид, участвовать при отборе актёров на роли, и даже сама сыграть одну из них.

После такого аттракциона неслыханной щедрости самозванцы забились в угол и больше носа оттуда не выказывали. Её творчество явно оценили и видели в нём перспективу. Вот только она прекрасно понимала – если не выгорит, продюсеры-отказники будут потешаться и пальцем у виска крутить, не говоря уже о разгромной критике и полном забвении. Следом пришло и другое понимание – пусть. Всех денег мира не заработаешь, а творчество в чистом виде – оно про другое.

Сценарий был готов, много раз переработан и переписан опытными людьми. Лу прекрасно отдавала себе отчёт, что он – не книга, в любом случае пришлось бы многое менять. То, насколько поменяли, её устраивало, только несколько правок внесла.

В сценаристы себя она записывать не хотела, но тут уже настоял режиссёр. Говорил – полезно будет в титрах мелькать. «Да кто их читает? – усмехнулась про себя Лу. – А если и читает… Я там и автор идеи, и – внезапно, да? – кастинг-директор, и актриса, и теперь вот ещё и сценарист… И жнец, и чтец, и на дуде игрец прям. Такое себе.» Спорить она всё-таки не стала. Особенно, когда режиссёра поддержал и продюсер.

Работа над проектом затянула с головой. Ничего нового Лу не писала уже месяц, но решила, что может себе это позволить. Договоры – это то, что нужно читать от корки до корки, если не хочешь стать рабом. Однажды она допустила такую оплошность, а теперь научилась всё подстраивать под себя, так что бедному издателю приходилось искать ещё кого-то на новые релизы.

Треклятые нескончаемые кастинги всю душу выпили. Кто бы знал, что это так тяжело? Поначалу интересно было следить за парнями и девушками, стремящимися играть персонажей, созданных Лу. Даже мило. Актёров на роли главных героев они с опытными помощниками отбирали три недели. Вот только несколько дней назад закончили. Теперь ждали второстепенные.

Выжатая как лимон, Лу плелась по коридору в студию, где проходил кастинг. Глаза бы её уже не видели эту комнатушку, целый месяц почти, как на вахту. А поток желающих пройти прослушивание всё никак не заканчивался. Самолюбие это тешило, но организм уже просто отказывался просыпаться по утрам.

Сегодня был третий день отбора на роль её самого любимого персонажа. Конечно, как у всех писательниц, у Лу были свои любимчики. Насколько она знала, читателям он тоже очень нравился, а значит, многие будут ждать его появления. Нельзя ударить в грязь лицом.

Судьбе явно было плевать, что там ей было нельзя. Вереница смазливых красавчиков текла рекой, один другого краше, но всё – не то. Одной внешности мало. По скромному мнению Лу, куда интереснее была харизма, а её у самовлюблённых распрекрасных эгоистов было на грош. Если вообще – было.

Заскучав ещё к середине первого дня, писательница придумала вредную хитрость. От тех ребят, кого утвердили на главные роли, она прочтения книги не требовала – они же актёры, сценарий почитают и поймут, как играть. А вот тут уже включилось упрямство. И раздражение, пожалуй. Лу слышала, как её помощники перешёптывались, мол, чего ей всё не нравится и что за странный вопрос, после которого она всех выпроваживает?

Её саму это только умилило. Как комментарии ненавистников под книгами – почитать, посмеяться и забыть. «А вот хочу и всё, будет смазливчикам проверка на вшивость,» – усмехалась она про себя. И ни один не проходил.

Проверка была очень простой. Лу просила показать эмоции, которые данный персонаж испытывал во второй сцене встречи с одной из героинь. Парни зависали, старательно делая вид, что задумались о прочтённом. Надо отдать должное – часть и правда читали, но – вскользь.

Об обозначенной сцене не вспомнил никто – оно и не мудрено. В ней было всего пару страниц: героиня боялась этого героя и просто вернула ему куртку, отданную им при первой их встрече, и быстро ретировалась в надежде, что тот о ней быстро забудет. Ничего запоминающегося, но на то и был хитрый расчёт.

На третий день кастинга Лу поняла, что всё бессмысленно. Высокие подтянутые парни стали все на одно лицо, никто не вызывал ни малейшего отклика, а её помощники, казалось, уже люто ненавидели строптивицу в душе.

Поток почти сошёл на нет. В перерывах Лу всё чаще напоминали, что можно выбрать из тех, кто уже был. Она упрямилась. В душе щемилось разочарование, как у маленькой обиженной девочки. Но – ничего не попишешь. Сколько ни расписывай идеального мужчину на страницах – он там и останется.

В коридоре остался всего десяток ребят, сидевших в конце очереди. Проходя мимо, Лу попросила последнего, чтобы предупреждал на всякий случай – за ним не занимать. Хватит. Пусть берут, кого хотят. Надоело.

Снова одно и тоже. Лу помассировала виски, чувствуя, как разболелась голова. Ничего, потерпеть осталось немного. Раз люди пришли, их надо принять.

Одним из последних зашёл парнишка, который ей показался самым простым, относительно прочих кандидатов. Симпатичным, но без какого-то нарциссичного лоска, что был у других. Впрочем, ему это было в минус – у персонажа как раз такое присутствовало, что логично для мужчины, уверенного в своей привлекательности.

Вздохнув, Лу повторила свой вопрос вот уже в тысячный раз, желая только поскорее всё это закончить. В отличие от прочих участников, он не задумывался, только быстро оглядел студию и попросил у помощницы пластиковый пакет. Та нахмурилась, но пакет юноше протянула. Лу округлила глаза и у неё отвисла челюсть, когда парень шустро скинул с плеч лёгкую чёрную куртку и сунул её в пакет.

Смущённо подойдя к столу, за котором сидели представители жюри, он протянул его Лу и наизусть процитировал слова персонажа из книги:

– Что же ты такая вредная? То, что я – марн, не значит, что я тебя съем.

Дар речи покинул строптивую писательницу, и она изумлённо уставилась на него. В глазах защипало. По щеке против её воли скатилась слеза, и Лу резким движением её смахнула, отворачиваясь.

– Можете идти, – не так расценила реакцию помощница.

– Нет, – вскинулась Лу. – Останьтесь, пожалуйста, до конца кастинга, – она указала ему рукой на свободный стул, стараясь всеми силами взять себя в руки. Сомнений в том, кто будет играть эту роль, больше не было. Довести прослушивание до конца, однако, всё равно было нужно.

За ним было ещё трое. Краем глаза Лу замечала, как парнишка каждый раз тихонько ухмылялся, видя, как его конкуренты проваливают простое для него задание.

Последнего прослушиваемого Лу запомнила и, когда он скрылся за дверью студии, сдвинула стопку выложенных на стол портфолио и открыла то, которое было на поразившего её молодого человека. Он как-то заметно погрустнел и уставился пустующим взглядом в пол.

Резюме было самым тонким из всех, что довелось увидеть за время кастинга. Одна большая портретная фотография, явно сделанная наспех и, вероятно, даже не в салоне, и один бумажный лист.

«Том Велланд, – прочла Лу. – Двадцать шесть лет. Образование… – дальше шло какое-то жутко замысловатое название колледжа, но она уловила главное – точно не актёрское. – Последние места работы… – глаза побежали по строчкам: – заправка, ресторан, опять заправка, мерчандайзер…»

Вздохнув, Лу закрыла папку и кивнула помощницам – они свободны и могут идти домой. Парень поднялся и тоже хотел было уйти вслед за ними, но Лу окликнула его:

– Том, ты куда?

– Вы всё видели, – тихо ответил он, обернувшись. – Я… хотел попросить у вас автограф на книгу, но по своей рассеянности забыл её дома в прихожей. Простите, что занял ваше драгоценное время.

– Постой, – поднявшись, она направилась к нему, задирая голову вверх, чтобы посмотреть парню в глаза. Высокий, однако ж. – Что я, по-твоему, видела?

– Как минимум – не актёра, – пожал плечами он и грустно улыбнулся уголком рта.

Признаться, Лу загляделась. Красивый, даже слишком. Но, самое главное, что отличало его от других – живой, а не напомаженный холёный манекен. Он старался выглядеть спокойным, но в небесно-голубых глазах плескалось целое море эмоций.

– Хочешь сказать, – медленно протянула Лу, – что ты просидел эту нескончаемую очередь не ради роли, а только для… автографа? Серьёзно?

– Да, – ответил Том, и у неё не возникло ни капли сомнений, что он не лжёт. – Вы не устраиваете автограф-сессий, и я решил, что это мой единственный шанс… Глупо получилось. Простите меня, пожалуйста. Я просто подумал, что из всех персонажей, я больше на Ферса похож, вот и решил прийти… чтобы… не совсем уж… – он замялся и натурально покраснел, явно стыдясь своего поступка.

– Не похож, – отрезала Лу. – Ты – мой Ферс и есть. И – никаких возражений. Я выбираю тебя. Мне плевать на твой опыт в этой сфере. До старта съёмок, по меньшей мере, месяц. Используй его правильно. Походи на курсы актёрского мастерства. Нюни, что ты не справишься и так быстро не обучишься, я слышать не хочу.

Широкими шагами она вернулась к столу, взяла его резюме в руки и закончила свою браваду, умиляясь оцепенению парня:

– Обращайся ко мне только на «ты». Никаких госпожа, миссис, а тем более мэм. Просто Лу. У тебя месяц, Том. Я на тебя рассчитываю. Смотри, не подведи меня. До встречи на съёмках.

Прижав резюме к себе, она откинула за спину копну ярко-алых волос, картинно развернулась и ушла, слыша только робкое «спасибо» в спину. Ничего. Справится. Уже – справился.

Глава 2

Домой Лу пришла уставшая, но – счастливая. Видеть и понимать, что её история оживёт на экране, а отобранные ими актёры станут живыми воплощениями персонажей – одно из самых лучших чувств на свете.

Пока Лу разувалась в прихожей, в голове промелькнула мысль – интересно, кто из молодых актёров с кем заведёт отношения? Она очень любила наблюдать со стороны за милой юной влюблённостью. Наверное, оттого, что у неё самой особо не случилось ни безалаберной юности, ни настоящей любви…

«Эх, – вздохнула про себя Лу, – была бы я среди них, точно влюбилась бы в Тома, хотя остальные парни тоже завидные красавцы.» Но, как в книге, так и в жизни, под её личный типаж подходил именно он. Лу широко улыбнулась своим глупым мыслям и прошла в гостиную, обнаружив мужа за её компьютером.

Нет, он вовсе не искал там переписки с любовниками – Эдуард прекрасно знал, что она ему не изменяет. «Да и если хочется – не вопрос, только не уходи от меня,» – однажды сказал ей муж. Кому-то это могло показаться высшей степенью любви или тем, что её муж – подкаблучник, но для Лу его мотивация была кристально чиста и ясна.

Деньги. Эд никогда не скрывал, что именно они – его самая искренняя любовь. Сколько помнила его жена, они всегда экономили, хотя необходимости в этом не было никакой. Муж хорошо зарабатывал, а Лу пришлось бросить любимую работу из-за того, что не было возможности на неё выйти после декрета.

Сознание подкинуло болезненное воспоминание – когда у них были проблемы в постели, он заявил ей, что его возбуждает «только работающая жена». Лу не нашлась, что тогда ответить и просто проглотила обиду – она понимала – он прав.

Сын часто болел, позволить себе няню они не могли и с ним сидела Лу, без возможности найти хотя бы какую-то подработку. Тогда она и стала писать. Больше для себя, чтобы уйти от реальной жизни в придуманный мир, где нет места боли, разочарованию и одиночеству вдвоём…

– Слушай, случайно увидел, – повернулся к ней Эдуард, – это что, твоя новая обложка книги? Ты сама что ли делала опять?

– Меня просто спросили, что бы я хотела на ней видеть. Вот и набросала. Они всё равно перерисуют, – устало ответила Лу. Хорошее настроение улетучилось, как будто и не было.

– И хорошо, что перерисуют! Референсы ни к чёрту, анатомия нарушена у девчонки. А это что? Крылья надо самой бы научиться рисовать, а не доверять нейросетям, которые и представления не имеют о птицах… – он искренне распалялся, а Лу только подошла и, захлопнув крышку ноутбука перед его носом, спокойно и с тенью улыбки произнесла:

– Спасибо, милый. Твоё мнение очень важно для меня, – иронию в её голосе он не всегда улавливал, а Лу настолько устала, что прозвучало вполне искренне. – Тебе зачем мой ноутбук понадобился? Твой сломался?

– Да, отвёз его в сервис, но починят только завтра, – расстроился Эд. – Я заберу сына с тренировки. Иди отдыхай.

Благодарно чмокнув его в висок, она поплелась с ноутбуком наперевес в спальню. Его критика всегда разбивала сердце на мелкие осколки. Как ни пыталась отгородиться – всё тщетно. Притом, что чья бы то ни было ещё Лу не задевала вообще, какого бы содержания она ни была. А его…

Как будто нож в спину. Очередной. Сколько их там было… Сейчас Эдуард женой гордился и старался лишнего не говорить. Как будто она по его лицу не прочтёт, ага. Последнее время он всё больше намекал, что именно убивающая её саму и самооценку критика благоверного и привела писательницу к успеху. Мол, добилась вопреки, а вот если бы он жену хвалил и по головке гладил, быстро бы сдулась.

Вяло текущие мысли напоминали – может быть, он прав. Вот только факта раздирающей изнутри боли и обиды это не отменяло. Даже теперь. Лу села на кровати и невидяще уставилась на закрытый ноутбук. Хотела сегодня поработать над новой книгой, но вдохновение ушло вместе с настроением, и она впала в прострацию.

В кармане зазвонил телефон. Её старший сын поступил в колледж, и его вечерние звонки отвлекали мать от нескончаемого самокопания. Они часто общались и до этого, а теперь, когда стали жить отдельно, и вовсе сдружились. Алекс рассказывал маме обо всём, а она слушала внимательно и подбадривала – в глубине души понимая, что это – ненадолго. Совсем скоро у него начнётся новая, взрослая жизнь, и Лу ловила моменты их тёплого общения, но в душе уже отпускала его.

Попрощавшись, она положила трубку. Вокруг вновь воцарилась тишина. Знаете, когда человек получает достаточно признания, чтобы его не мучил внутренний самозванец? Никогда. Всегда кажется, что ты где-то недостаточно хорош. А когда тебе ещё и бесконечно об этом напоминает самый близкий человек… Лу тряхнула головой и зажмурилась, не давая идти слезам.

Да, её муж – самый близкий для неё человек. Мама умерла чуть больше десяти лет назад. Старший сын уже совершеннолетний – совсем скоро у него будет своя жизнь и даже семья. Младшему только восемь, но ему уже неинтересны отношения с родителями, лишь с многочисленными друзьями. Вот вроде бы братья, а характеры совсем разные.

Так и получалось, что оставались только Лу и Эд, до самой старости вместе, так как молодость уже минула. Если с экранизацией книги всё пройдёт хорошо и фильм не провалится в прокате, Эду больше не придётся работать, и он сможет заняться музыкой, как всегда того желал. Лу не хотела оставаться в долгу – он помог исполнить её мечту, а она непременно ответит тем же. Неработающий супруг ничуть не расстраивал – наоборот, это же так здорово, когда твой близкий человек счастлив.

Нерасторопно переодевшись, Лу разлеглась на широкой кровати. Накрылась пушистым одеялом и уставилась в окно, пытаясь продумать очередной сюжет. В голову ничего толкового не шло.

Ничего, однажды она напишет что-то такое значимое и хорошее, что её произведение напечатают даже в небесном издательстве. И мама непременно его прочтёт и порадуется за дочку там, зная, что Лу смогла. Как жаль, что на этом свете она не увидела ни одной её книги…

Глаза защипало, и Лу смахнула слёзы. Вот кто был её самым близким человеком – мама. Она поддержала, когда дочь по глупости первой любви забеременела, а парень сбежал. Не дала сломаться, помогла выстоять и даже отучиться в университете. А Лу даже не могла ей отплатить добром, не могла обеспечить её старость – потому что старости не будет… Но, отдушина осталась в книгах. Там каждая заболевшая мама выживет, любовь будет искренней, а отцы ни за что не бросают своих детей. Всегда нужно во что-то верить…

Бывает такое, у каждого, наверное. Когда осознаёшь, что жизнь катится к старости, и ничего нового и впечатляющего в ней уже не будет. Остаётся только доживать. Многие говорили, что рано Лу себя «хоронит», и в тридцать шесть лет жизнь только начинается. А она и не спорит. Последнее время вообще и ни с кем – сил нет.

Ещё неделя кастинга и можно будет выдыхать. Работа отвлекала от всего на свете, только растворяясь в буквах или суете, связанной с постановкой, Лу чувствовала себя живой. Она не знала, что её ждёт, если всё провалится, но не сомневалась – писать не перестанет.

Тряхнув головой, Лу отогнала от себя грустные мысли и взяла в руки ноутбук, раскрывая его. На экране высветилась неудачная обложка и она, стиснув зубы, удалила её. До комментария мужа ей казалось, что получилось здорово, а теперь… к чёрту. Оставит на откуп издательству. Что сделают – то сделают. И с чего она вообще взяла, что им интересно её мнение? Спросили – только из уважения…

Глубоко вздохнув, Лу погрузилась в новую историю. Сегодня сказка получится немного грустной, но – со счастливым концом. Наверное. Но это – не точно.

Глава 3

Последующий месяц кастингов прошёл на удивление легко. Лу отдавала себе отчёт, что просто привыкла к этому, да и спешка больше не требовалась – они вполне укладывались в заложенные сроки, а это было весьма важно – любой простой съёмок выходил студии в круглую сумму. Чем больше удастся сэкономить – тем меньше бюджет, а, следовательно, тем меньше шанс провала. С учётом, что пока в планах была экранизация всей серии – успех первой части был весьма важен.

Когда кастинг завершился, команда собралась на неофициальную оценку его результатов. Все подобранные актёры устраивали руководителей проекта, кроме одного. Эмоционально жестикулируя, продюсер Марк Томпсон громыхал басом на всю студию, обращаясь к виновнице актёрского отбора:

– Вернер, вы хотя бы понимаете, как устроено кинопроизводство? Немного? Вы же сами, писатели, стервозно не выносите, когда переписывают вами же созданный канон! А уж как это не выносят ваши дражайшие фанаты, так тем более! Не все актёры справляются с тем, чтобы носить весь съёмочный день линзы! Я ещё мог бы понять и принять, будь мальчишка какой-нибудь восходящей звездой поколения, уж подстроились бы как-нибудь, но тут! Как вы его вообще на роль подписали? У него даже мало-мальской короткометражки в арсенале нет!

Спокойно выслушав браваду, Лу подпёрла ладонью щёку и одарила его хитрым насмешливым взглядом. Для прочих участников проекта подписанный договор был той ещё кабалой. Бедный Томпсон мог сколь угодно сотрясать стены, но против выбора строптивой писательницы был совершенно бессилен. Конечно, Лу не сомневалась, что ей предстоят ещё и долгие беседы по поводу Тома с боссами студии, но как они ведутся – она давно раскусила и поняла. Хотят повоевать – пусть попробуют.

– Мальчишка станет восходящей звездой, не сомневайтесь, – безучастно хмыкнула Лу, не сводя с продюсера взгляд. – Не всем девочкам нравятся брутальные самовлюблённые пижоны. Да и уже не девочкам тоже, – она не удержалась от улыбки. – Знаете, на моей родине считают, что Голливуду не хватает души, уже давно. И вот тут я очень даже солидарна. В погоне за деньгами, кинематограф всё больше сдувается, становясь бездушной машиной по их производству. И – о, невидаль? – внезапно, зрителю осточертели бездушные блокбастеры без толики эмоционального вовлечения. Актёров подбираете также, как будто они сильно влияют на сюжет. Да никак не влияют, лишь в редких случаях, когда способны вывезти его своей харизмой. Много вы молодёжи можете назвать, кто способен сейчас на такое? А?

В студии повисло молчание. Окинув собравшихся взглядом, Лу завернула последнюю гайку:

– Я поверила Тому Велланду. Из пары тысяч напыщенных парней – ему одному. И зритель поверит ему. Не самовлюблённому сынку актёрской четы, а простому парню с заправки за углом. Да, – она остановила жестом намеревающегося возразить Томпсона, – соглашусь, персонажу его как раз свойственно совершенно противоположное. По крайней мере, поначалу. Но, господин Томпсон, и вы, – Лу кивнула режиссёру, – господин Мадлер, не вы ли мне в унисон твердили, что фильм – это не книга? Сценарий историю немного изменил. И я повторю – у меня нет сомнений, что Том справится.

– На вашей совести, если что-то пойдёт не так, – процедил продюсер и ухнул в своё массивное кресло.

Ничуть не отвернувшись от испепеляющего взгляда, Лу улыбнулась и кивнула. Она выглядела спокойной и самоуверенной, хотя внутри бушевала настоящая буря. На кону стояло слишком многое, а Лу не могла объяснить даже себе, почему настолько зацепилась за этого мальчишку и была настолько в нём уверена. Быть может, потому что могла бы сама в него влюбиться с первого взгляда?

Гоня от себя глупые мысли, женщина попыталась сосредоточиться на беседе, вялотекущей вокруг, но получалось неважно – её участие в ней больше не требовалось, так как – слава всем богам – за техническую часть она ответственности никакой не несла. Правда, всё равно краем уха слушала и отмечала для себя, где и какие сцены планировалось снимать.

От хромакея в студии не сбежишь в современных реалиях, особенно, если снимают фэнтезийную историю. Здесь Лу всё-таки поёрзала на стуле – Тому предстояло играть существо, которое не всегда выглядело, как человек, а это означало и наличие компьютерной графики, и, вероятно, наложение тяжёлого и сложного грима.

Нахмурившись, Лу припомнила его слова о том, что парень и не планировал попасть в кино, просто хотел… чего там? Автограф? Вот ведь глупость несусветная! Никогда бы не думала, что они вообще кому-то бывают нужны… И тут её осенила очень недобрая мысль, крутившаяся в голове до самого конца встречи.

Когда та, наконец, закончилась, Лу поспешила в отведённую их команде подсобку и принялась рыться в резюме актёров. Отыскав необходимое, она трясущейся рукой записала телефонный номер и тут же на него позвонила. Какое-то время шли гудки, но знакомый приятный и вкрадчивый голос осторожно ответил:

– Алло?

– Том, привет! – выпалила Лу. – Это Лу Вернер, писательница, помнишь?

– Гкхм, – закашлялся он. – Да, конечно, помню, гос… Лу. Да. Мою кандидатуру на роль… не утвердили?

– Я им не утвержу… – пробормотала она, но быстро спохватилась: – Нет, не в этом дело. Мне просто хотелось бы у тебя кое-что уточнить с глазу на глаз. Если ты не против.

Недолгое молчание, затем в голосе послышалась хрипотца, но парень явно старался держать себя в руках:

– Да, как вам… тебе будет удобно.

– Сегодня сможешь? – безапелляционно отрезала Лу. Увы, время было не на их стороне, и вопросы нужно было решать как можно быстрее.

Опять пауза.

– Да, куда мне подъехать?

Пораскинув идеями, Лу предложила встретиться в парке неподалёку через час. Судя по адресу проживания, указанному в резюме, Том тоже вполне успел бы до него добраться за такое время с лихвой. Парень согласился, и она поспешила повесить трубку, всё ещё мелко подрагивая. Очень хотелось, чтобы её осознание оказалось лишь глупостью, но тем не менее, волнения оно не умоляло.

Купив по пути чашку кофе, Лу зашла в парк и разместилась на скамейке возле пруда, недалеко от входа. Руки предательски дрожали, выдавая волнение, и даже горячий кофе не мог его унять. Сколько раз ей в жизни говорили, что нужно внимательно слушать собеседников…

На протяжении всей своей жизни Лу старалась везде и всюду подстроиться под окружающих, сделать так, чтобы им было с ней удобно и комфортно. Даже короткое имя, которым она сейчас всем представлялась и вкупе с фамилией создающее её псевдоним, не столько ей нравилось, сколько было более удобным для произношения на любом языке. Никто не требовал, но это стало личным решением и, как казалось, вполне правильным.

– Привет, – вырвал из задумчивости голос Тома. Он разместился рядом и нервно улыбнулся, явно не понимая, зачем его сюда позвали.

– О, привет, – Лу постаралась улыбнуться как можно более дружелюбно. Она решила подойти к своему вопросу издалека, поэтому начала с другой темы: – Как твои успехи в актёрском начинании?

– Как вы… ты мне посоветовала, я посвятил это время курсам, на сколько смог себе это позволить, – отчеканил парень, словно отчитываясь в армии. – Мне не с чем сравнивать, но уверенности это прибавило.

– Том, – Лу поджала губы, тушуясь под таким искренним и чистым взглядом, – тут такое дело… Мне вспомнился наш разговор тогда, на кастинге. И я подумала, что могла тебя неверно понять. Меня так обрадовало то, что мы наконец-то нашли идеального актёра, что твои слова о том, что ты просто пришёл ради автографа пролетели мимо моих ушей… Я только сейчас задумалась, а ты сам хочешь во всём этом участвовать?

– Конечно, хочу, – уверенно ответил он. – Такой шанс выпадает раз в жизни, грех им не воспользоваться. Единственное, о чём я переживаю, что своей неумелостью могу подставить тебя.

– Можешь, – усмехнувшись, кивнула Лу, – но, дело совсем в другом. Я по-прежнему в своём выборе не сомневаюсь. Многие всемирно известные актёры не имеют актёрского образования, и многие, кто его имеют, так и не достигли на этом поприще ровным счётом ничего. Будь собой и будь искренним – и у тебя всё получится. Ты уже сумел покорить сердечко одной старой скряги, – она широко улыбнулась и уважительно качнула стаканчиком с кофе в его сторону, от чего щёки парня налились краской, а густые брови недоверчиво дёрнулись в сторону переносицы. – Вопрос у меня к тебе ещё один, но – важный. Я тоже не хочу тебя подставлять. Тебе нужно будет много работать – с техниками на хромакее, с гримёрами, не говоря уже о том, что придётся весь съёмочный процесс носить линзы, так как глаза у твоего персонажа… – она запнулась, думая, что может ненароком его обидеть.

– Янтарные, – тихо подсказал Том, смущаясь и воспринимая слова собеседницы совсем иначе, чем она пыталась ему преподнести. Увидев, как её глаза блеснули слезами умиления, парень поспешил оправдаться: – Я всё понимаю. Поэтому и был удивлён в… твоим выбором. Если ты считаешь, что ошиблась, не надо никаких объяснений, я всё пойму и приму. Только… возымею наглость попроситься хотя бы помощником какого-нибудь техника на площадку. Я рукастый, всё что угодно смогу.

– Не сомневаюсь, – взгляд непроизвольно скользнул по ухоженным мужским рукам, и Лу выругалась про себя, вновь пытаясь прогнать глупые мысли. – Не неси чушь, пожалуйста. Если у тебя такой боевой настрой, у меня больше вопросов нет. И насчёт шанса – ты совершенно прав, упускать его глупо. Если тебе потребуется какая-то помощь – только обратись. Мы со всем справимся. И ещё – я хочу, чтобы ты знал: по контракту, последнее слово в выборе актёрского состава за мной. Даже если тебе режиссёр, продюсер или кто-то ещё со студии попытается лапшу на уши вешать – не верь. Я тебе не разрешаю уходить не по собственному желанию. А если кто-то посмеет что-то сказать, шли их… ко мне. Договорились?

– Да, – он белозубо улыбнулся открытой счастливой улыбкой. – Обещаю, если что-то выгорит, никогда не останусь в долгу.

– Не останешься, – отмахнулась Лу, – ты мне ничего не должен. Только диалоги хорошо выучи, – она пригрозила ему пальцем, – и не стесняйся обращаться за помощью.

– …и веди себя хорошо, мальчик мой, – передразнил её Том, памятуя о роли писательницы, но тут же засмущался своему панибратскому поведению.

– Вижу, с памятью у тебя проблем нет, – рассмеялась Лу и залпом допила кофе. – Значит, справимся. И – хватит стесняться и поникать. Тебе не к лицу. Завтра в восемь, у ворот, нас всех погрузят в транспорт и повезут на площадку. За последовательность тебе не скажу, но первые две книги объединили для экранизации, так что работы тебя ждёт много. До завтра, мальчик мой, – понижая голос, как и намеревалась для роли, на которую намекнул её собеседник, подмигнула ему Лу.

Глава 4

– Давай, не облажайся там, – сухо пожелал Эдуард, наблюдая, как жена в спешке тащит собранные вещи в прихожую. – Тебя подвезти?

– Нет-нет, я доеду на такси, там далеко от школы, можете не успеть, – Лу встала на цыпочки и потянулась к щеке мужа, целуя на прощание. Он никак не отреагировал, каменным истуканом стоя у стены.

Возможно, Лу и огорчала бы холодность Эда, если бы ей не было это на руку с другой стороны. Он никогда не устраивал сцен ревности или скандалов из-за того, что она целыми днями – а то и ночами – пропадала на работе, способствовал её активной жизни и встречам с друзьями, независимо от их пола и возраста.

Сын высунулся из-за двери комнаты и помахал рукой на прощанье, тут же юркнув обратно. Лу много разговаривала с ним, в надежде узнать, почему он так не заинтересован в общении с родителями – ей казалось, что Ден злиться на неё и обижается, но сын всё отрицал и своё поведение объяснял так: родителей он любит, но с ними уже совсем не интересно и ему больше нравится проводить время с друзьями.

Выбравшись из такси, Лу покатила небольшой чемодан к шумящей толпе съёмочной группы. Бюджет на съёмки выделили значительный, а так как декорации уже были возведены в специально отведённом месте, поначалу планировалось отснять все сцены в них, затем в нескольких локациях, которые использовались студией для разных фильмов, и только потом – всё то, что должно было быть отснято в павильонах и на хромакее.

Поздоровавшись с окружающими и порыскав взглядом по толпе, Лу отыскала Томпсона. Продюсер словно почувствовал её пронизывающий испепеляющий взгляд и обернулся, отвлекаясь от беседы с Томом, который тоже посмотрел в её сторону.

Скрипнув зубами и смотря исподлобья, Лу двинулась в их сторону, непроизвольно сжимая кулаки. Если этот мерзавец посмел хоть что-то сказать Велланду…

Почуяв, что запахло жаренным, Томпсон поспешил дружелюбно улыбнуться и направиться ей навстречу. Когда они встретились, он провёл пальцем по своей седеющей эспаньолке и доверительным приглушённым голосом произнёс:

– А малец-таки – не промах. Может, ты не прогадала и из него выйдет толк. Ещё и сэкономили на гонораре, поди плохо.

Томпсон поспешил ретироваться, направляясь к помощнице, отмечающей прибывших. Лу нахмурилась, почуяв неладное, и подошла к приветственно улыбающемуся Тому.

– Он скостил твой гонорар? – она кивнула в сторону деланно суетящегося продюсера.

– Нет, наоборот, – парень смутился напряжению собеседницы, – немного прибавил. Я в любом случае рад хотя бы просто находиться здесь, а тот факт, что мне за это платят – вообще предел мечтаний. Ещё и в три раза больше за день, чем на моей прошлой работе.

Закрыв глаза, Лу тяжело вздохнула. Ей явно предстоял долгий разговор с новоиспечённым актёром о том, как нужно ценить и – самое важное – не обесценивать себя, но пока она к такому не была готова, только тихо спросив:

– На сколько фильмов ты подписывал контракт с таким гонораром?

– На этот только. По-моему, наш продюсер весьма к нему скептичен, – Том доверительно понизил голос, окинув взглядом шумно общающихся вокруг других членов группы.

– Да и плевать, главное, что сценарий нормальный и с режиссёром нам повезло, – также заговорщически тихо кивнула ему Лу. – Я только прошу тебя, если будут под нос совать договор на оставшиеся части, запрашивай сумму побольше. А лучше, до выхода или хотя бы пост-продакшена – не подписывай ничего. Они не смогут тебя заменить, не переживай. А по выходу – так тем более.

– Вообще, могут, – нахмурился Том, сунув руки в карманы брюк. – Во многих проектах такое бывало же…

– В этом не будет, – строго отрезала писательница, – потому что мой контракт действует на все части, сколько бы их ни было.

– А сколько ещё книг ты планируешь в этой серии? – поинтересовался он, вновь вызывая неподдельное умиление собеседницы.

– Основная линия давно завершена, но – сам знаешь, там такой сюжет, что писать можно сколько угодно, – она лукаво улыбнулась и вновь разомлела от его восторженного взгляда.

Всех присутствующих попросили занимать места в автобусах, и началась пред выездная суматоха. Том помог Лу убрать тяжёлый чемодан. Сам он почему-то ехал налегке – лишь с крупным рюкзаком, который тоже закинул в багажное отделение автобуса.

«Думает, что быстро выгонят?» – промелькнула мысль в голове Лу, и она подозрительно прищурилась, но говорить ничего не стала. Садиться рядом с парнем не хотелось – мало ли, вдруг пустят какие-то слухи? Ей-то наплевать, а вот ему ещё карьеру строить. Разумеется, Лу старалась не думать про то, что Том всего лишь на восемь лет старше её старшего сына, но эта мысль всё равно вертелась на задворках сознания и почему-то не давала покоя.

Улизнуть на отдельное место не получилось – когда она хотела было примоститься рядом с какой-то девушкой, та сказала, что место занято, а Том позвал её к двум свободным, смотря взглядом святой наивности. Пришлось садиться рядом и корить себя, что странным это выглядит только для неё. Как ни крути, очень уж он нравился ей внешне. Да и характером, пожалуй.

Откинувшись на спинку кресла, Лу закрыла глаза. Хватит мечтать, старая недолюбленная карга. Не всем в этой жизни везёт встретить свою неземную любовь. Отпущенное для неё время на это ушло, она замужем и вообще, наконец-то, может посвятить себя чему-то другому.

Постепенно успокаивая раздражённое воображение, Лу погрузилась в сон. Поездка была долгой – трястись в автобусе нужно было часов шесть, так что можно было себе такое позволить. Она сидела у окна – если что-то потребуется, не должна была мешать своему соседу.

Разбудило Лу лёгкое, еле уловимое касание к её плечу. Она дёрнулась, в момент осознавая, что лежит на чём-то мягком и горячем. Резко раскрыв глаза, Лу увидела перед собой спинку кресла, а затем и мужское колено. Рывком поднявшись, она уставилась на смущенно улыбающегося Тома, извиняющимся тоном произнёсшего:

– Прости, я не хотел тебя пугать. Мы приехали.

– Боже, извини, что я… Так неудобно, – растирая переносицу, раскраснелась Лу.

– Правда? Ты так сладко спала, что мне показалось – тебе очень даже удобно, – хитро улыбнулся он, но поспешил подняться и протянул ей руку.

– Мог бы и раньше разбудить, – пробормотала под нос Лу, чувствуя себя школьницей, которую посадили за одну парту с нравящимся ей мальчиком.

Уши вспыхнули и, беззвучно костеря себя, Лу воспользовалась помощью, выбираясь из автобуса. Очень хотелось куда-то спрятаться, потому что не дай бог кто-то прочтёт её постыдные мысли.

Весь оставшийся день съёмочная группа размещалась в мотеле неподалёку от площадки. По счастью, гостиницу словно построили именно для этих целей – а, с учётом близости полигона, может, так оно и было. Одноместные номера с одним санузлом и душем на каждые три комнаты в блоке скорее напоминали общежитие, но Лу всё устраивало, ведь соседи были только за стеной, а много места ей не требовалось.

Разобрав вещи, Лу заглянула в телефон и выругалась – вечером всех собирали на небольшую вечеринку в ближайшем пабе, а не прийти считалось плохим тоном и дурной приметой. Лу в эту чушь не верила, но понимала, зачем такое нужно, и инициативу посчитала делом благим. Им всем вместе усердно работать ближайшие пару месяцев, налаживание связей с коллегами точно не повредит.

Собравшись, Лу уткнулась носом в телефон, боясь заплутать в незнакомом городке и внимательно изучая карту. Дорога до паба была простой – почти вся прямая и лишь один поворот, за которым заведение должно было быть видно.

Призадумавшись перед выходом, Лу всё-таки сменила довольно открытое платье на свитер и удобные джинсы – кто там на неё смотреть будет? – а вот идти обратно может быть довольно прохладно. Встречающиеся прохожие не придавали ей никакого внимания, хотя в маленьких городках чужаков всегда видно. Оно и к лучшему.

В задымлённом полутёмном зале было довольно шумно. Где-то слышался смех, играла музыка с кельтскими мотивами, а голоса сплетались меж собой в размеренный гул.

Поначалу Лу планировала посидеть в уголочке у входа, а затем также тихонько и незаметно уйти, но стоило примоститься у стены на высоком барном стуле, как она услышала прямо над ухом знакомый голос:

– Я тебе уже занял место за нашим столом.

– Нашим – это чьим? – Лу вздрогнула от неожиданности, но постаралась не подавать вида.

– С другими актёрами, – улыбнулся Том, – мы подумали, что надо познакомиться поближе. Как-никак, нам играть друзей и… – он запнулся, – влюблённых. Кому-то. Так что неплохо бы пообщаться и вне съёмочной площадки.

– Отличная идея, – поддержала Лу, – а я там зачем? Точно буду лишней.

– Очень смешно, – укоризненно фыркнул Том, и в его глазах сверкнул ледяной огонёк. – Кому, как ни тебе, знать обо всех взаимодействиях твоих персонажей? Вот. Так что не ерепенься. Что тебе взять на баре?

– Что-нибудь некрепкое и вишнёвое, – сдалась Лу, следуя за поманившим за собой обольстителем. Том кивнул и, проводив её до стола и буквально усадив на необходимое ему место, отправился к бару.

Сидящая за столом молодёжь дружно поприветствовала разместившуюся Лу, и она почувствовала себя не в своей тарелке, словно мама, пришедшая посидеть с друзьями сына. Ребята уже успели немного захмелеть, поэтому чувствовали себя расслабленно. Проводив Тома взглядом, играющий главную мужскую роль Сэм наклонился слегка вперёд и доверительно прогудел:

– Идеальный выбор на эту роль, госпожа главнокомандующая.

– Думаешь? Мне кажется, он слишком вежливый и скромный, совсем не такой, как плохиш Ферс, – не сдержав улыбку, вполголоса сказала Лу.

– Так только кажется, – хмыкнул Сэм, прикладываясь к массивной стеклянной кружке. – Очень даже на роль демонюги подходит.

– Марна, – машинально поправила его Лу и нахмурилась от своей скрупулёзности.

– Ну да, – он кивнул, – повезло. А мне по два часа по утрам у гримеров сидеть, с этими шрамами на лице.

– Прости, – смутилась Лу, – когда писала, не думала, что кто-то возьмётся такую сложную историю экранизировать.

– А, работа такая, не бери в голову, – усмехнулся Сэм. – Кому-то и похлеще достаётся.

– Ребятам, которые будут в зелёных костюмах нелюдей изображать, – усмехнулся Том, ставя напротив Лу бокал с чем-то питейным тёмно-вишнёвого цвета.

– Ага, сам-то вывезешь целыми днями в линзах ходить? – уколол его Сэм.

– Я – да, а ты потом? – хитро улыбнувшись, вопросительно поднял бровь Велланд.

Средь бровей Сэма пролегла складка, выдавая его искреннее непонимание, а Лу легонько ткнула пальцем Тома в бок и заговорщически прошептала:

– Не спойлери.

– Ох, да, простите великодушно, – деланно извинился парень и рассмеялся, вновь сверкнув лукавыми огоньками в глазах. Ему явно доставляло удовольствие быть посвящённым в некую тайну, доступную за этим столом лишь им двоим – писателю и читателю.

Разговор потёк шумной рекой, ребята обсуждали предстоящие им на съёмках сцены. Лу сосредоточилась на бокале, чувствуя, как плечи слегка расслабляются и по телу растекается приятное тепло. Она умилённо улыбнулась, видя, что между сидящими напротив неё Сэмом и Лили, которым достались главные роли, уже начала завязываться какая-то мимолётная химия. Да, именно этого ей и хотелось увидеть.

А вот сидящая рядом с Лили Джессика, партнёрша Тома по сюжету, наоборот, смотрела на Лу хмурым волчонком. Она косилась на активно жестикулирующего Тома, что-то оживлённо рассказывающего, а затем снова смотрела на Лу и, встречаясь с ней взглядом, отворачивалась.

К столу подошли ещё несколько актёров, упоённо слушающих историю Велланда, который для Лу прямо-таки раскрывался с другой стороны. «Умничка, мальчик, – мысленно улыбнулась она, всё больше чувствуя себя не в своей тарелке и попросту лишней в этой компании, – все опасения – глупости. Том непременно справится. А мне, пожалуй, пора.»

Поднявшись, именно это Лу и сказала, протягивая соседу по столику банкноту, которая наверняка должна была покрыть стоимость принесённого им напитка. Том на деньги внимания не обратил, но резко поменялся в лице, спросив:

– Ты уже уходишь?

– Да, – кивнула ему Лу, выжидательно протягивая парню купюру, – завтра уже начнётся серьёзная работа, а ты забываешь, что я не такая молодая и полная сил, как вы, мои котятки, – она усмехнулась, краем глаза проверяя, не обиделся ли кто на такие фривольные слова. – Мне надо хорошенько отдохнуть. Всем хорошего вечера.

– Я провожу, – поднялся Том и, одарив её недовольным взглядом, закрыл рукой протягивающую деньги ладонь.

– Не надо, я не заблужусь, – упёрлась Лу, пытаясь выбраться из-за стола. С учётом того, что она сидела у стены, сделать это было непросто.

– Надо, – отрезал парень и протянул ей руку, помогая. – А если с тобой по пути что-то случится, кто продолжение писать будет? – он укоризненно улыбнулся уголком рта.

– С учётом знания лора – ты вполне справишься, – не преминула поддеть Лу.

– Для этого всё равно нужно письменное разрешение, – серьёзно заключил Том, как бы невзначай уводя спутницу от стола к выходу. – А, если сгинешь в тёмных улочках, мне его не видать. Такая серия пропадёт, ужас-то какой…

– Ты так нарвёшься, ей-богу, – выходя в полумрак тускло освещённых улиц, рассмеялась Лу.

– На что? – блеснувшие в отсветах ночных фонарей глаза показались кристально-невинными. Он уважительно подставил ей локоть, но его спутница этот жест проигнорировала.

– На то, что тебе припишут роман с замужней старушенцией, – шутливо хмыкнула Лу и направилась по тротуару в сторону гостиницы.

– С чего вдруг? – изумился Том. – Я не считаю, что уважительное отношение к женщине является хотя бы флиртом. А тем более к той, которая для меня – муза и кумир. Я до сих пор не верю, что могу с тобой разговаривать вот так, как будто мы друзья и… ну… равные, – он нахмурился, видя, как Лу остановилась, словно налетев на невидимую стену.

Медленно повернув голову в его сторону, она тихо произнесла:

– А почему нет? Я такой же человек, как и ты.

– Нет, – вздохнул он. – Ты – знаменитая писательница, а я – парень с заправки. И, пока что, я не имею права нас равнять.

– Пока что, – вздохнула Лу в ответ, не желая с ним спорить, – но, совсем скоро – всё изменится. Ещё будешь прятаться от обезумевших фанаток, помяни моё слово.

Костеря себя внутри, она пошла дальше по улице, умоляя гостиницу появиться как можно быстрее. Как же глупо вышло! Как вообще в голову-то пришло, что она может нравится, как женщина? Конечно же, он её воспринимал совсем иначе. Размечталась…

– Я обидел тебя чем-то? – догнав, непонимающе спросил Том.

– Нет, – Лу натянула на лицо улыбку, – наоборот. Я иногда забываю, сколько мне лет, и в голову лезут всякие глупости. Не обращай внимания.

– Какие? Про… роман? – вновь изумился он. – Да ну плевать на то, кто и что подумает! Это же твоя жизнь, а не чья-то там! И потом… ты невероятно красивая девушка, намного красивее любой моей сверстницы! Я уже не говорю про всё остальное…

– Спасибо, Том. Жалость я терпеть не могу, она излишня, – Лу попыталась сдержать подступившие слёзы, поэтому резко развернулась и пошла ко входу в гостиницу, бросив на прощание: – Спокойной ночи, Том.

– Лу, постой, я не хотел… – ответом ему была лишь хлопнувшая входная дверь. Первым порывом парню захотелось догнать, извиниться, но в голове вспыхнула мысль, что он сделает только хуже.

Запустив пальцы в волосы чернее ночи, Том судорожно думал, как всё исправить. Треклятый хмель развязал язык и всё испортил. Очень хотелось взвыть, а потом всё бросить и уехать.

Гася в себе так часто подставляющую его импульсивность, парень сел прямо на ступеньку, ведущую ко входу в гостиницу, и задумался. Уехать он всегда успеет. Сначала нужно дождаться завтра и непременно извиниться. Просидев несколько минут, Том поднялся и поплёлся обратно в паб – бьющиеся внутри волны переполняющих эмоций нужно было чем-то заглушить.

Глава 5

Утром голова жужжала вместе с будильником, и дело было не во вчерашнем бокале, а в том, что Лу проплакала полночи, обнимая подушку. По счастью, все эмоции остались во вчерашнем дне, а сегодня пришла привычная защитная апатия.

Собираясь на съёмки, Лу подумала, что непременно извинится перед Томом за вчерашнее своё поведение и постарается максимально его избегать. Сейчас до них никому не было дела, но пройдёт совсем немного времени, и жгучего красавца слава накроет с головой, а вместе с этим – и сопутствующие последствия.

Быть виновницей его появления на страницах жёлтой прессы она категорически не хотела – журналистам так просто доказать, что вы – друзья, не получиться – им нужна сенсация. И плевать, правдива она или нет.

Плетясь в сторону съёмочной площадки, Лу уткнулась носом в стопку бумаг с планами и распорядками. Сцены будут снимать не последовательно, а вразнобой, в зависимости от того, на какой площадке проходит тот или иной съёмочный день. Сегодня ни она, ни Том в съёмках участвовать не должны, что немного приободрило.

Взяв в автомате кофе, Лу блуждала по площадке, с интересом следя за происходящим. Пока выстраивали свет для первой сцены, а оператор настраивал камеру, она заметила на себе пристальный взгляд Мадлера. Режиссёр старался быть дружелюбным, но Лу знала, что её присутствие на площадке не в качестве актрисы его напрягало.

Разумеется, каждый творец всё видит по-своему. Да и, что тут говорить, у каждого человека есть своё мнение по поводу всего на свете. Мадлер не был именитым режиссёром, и, если бы Лу начала ерепениться и выказывать своё недовольство постановщиком, его могли бесцеремонно вышвырнуть с площадки и заменить другим, более покладистым.

Вот только фильмы, у которых менялись режиссёры, как правило, попадали в «производственный ад» и с треском проваливались в прокате. Прекрасно это понимая, Лу приветственно качнула стаканчиком с кофе и улыбнулась суровому грузному мужчине, поспешив ретироваться с площадки и не мешать ему выполнять свою работу.

Потеревшись в гримерке, наблюдая за волшебством работы гримеров, Лу пришла к выводу, что сегодня на площадке она явно лишняя. Большинство её сцен были запланированы под конец съёмок, так как были довольно просты – исполняя роль авторитарной управляющей, она почти все свои эпизоды должна была отыгрывать в минималистически обставленном кабинете. Написала же себе роль, ага.

Улыбнувшись своим мыслям, любопытная писательница поблуждала ещё по площадке, восторженно рассматривая помпезные мрачноватые декорации города и стараясь никому не попадаться на глаза, но к обеду решила вернуться в гостиницу. В общей столовой Том так и не появился, и в голову закрались недобрые мысли.

Чувство того, что ты здесь лишний, Лу было знакомо не понаслышке, особенно она прочувствовала его сегодня. Парень ни раз намекал ей, что не верит в свои силы и не хочет её подставить, а уйти в самом начале съёмок – самая здравая идея, ведь тогда не придётся что-либо переснимать. Конечно, в контракте за такие финты была прописана неустойка, но – кто знает – может, он посчитал, что она будет гораздо больше, если с уходом затянуть.

После вчерашнего разговора такое решение вполне имело место быть и подкреплялось тем, что Лу незадачливого актёра нигде не видела. В груди неприятно кольнуло. Даже не потому, что предстоял неприятный разговор с Томпсоном и иже с ним, а… Потому, что никто лучше не сыграет отведённую Тому роль.

Теша себя этим объяснением, Лу направилась к стойке администратора и поинтересовалась, в какой комнате поселили господина Велланда. С каждым шагом в сторону обозначенного номера уверенности как-то убавлялось, но она упрямо шла вперёд, пока не добралась до нужной двери и негромко не постучала в неё.

Ответа не последовало, и внутри стала разгораться паника. Разум подсказывал, что, если бы Том уехал, администратор так бы и сказал, а не называл номер комнаты. Лу постучала ещё раз, и из-за двери донеслось что-то невразумительное, а затем снова повисла тишина. Выдохнув, она уже занесла руку, чтобы постучать последний раз, но в этот момент дверь резко открылась и на пороге возник заспанный Том.

Заспанный – и по пояс голый, от чего Лу от неожиданности уставилась прямо перед собой на красивое подтянутое тело и замерла. Заминка продлилась всего несколько секунд, парень быстро сообразил, кто к нему пришёл, округлил глаза и нервно провёл пятернёй по непослушным волосам, сдавленно выдохнув:

– Доброе утро. Прости, я сейчас, – он обернулся, в панике отыскивая первую попавшуюся футболку и натягивая её на себя.

– Уже день… – еле слышно пробормотала Лу, но быстро взяла себя в руки: – Не подумала, что могу тебя разбудить. Извини. Я… зайду позже.

– Нет, всё в порядке, – он хмуро помассировал виски и тихо добавил: – Я читал вчера план, от меня сегодня вроде ничего не требовалось. Там весь день сцены Сэма и Лили.

– Угу, – Лу ощутила, как вспыхнули щёки. Стало очень стыдно за свою глупость. Её спас пиликнувший в кармане телефон. Изображая из себя деловую мадам, Лу трясущимися руками извлекла его из кармана джинс и, прочитав сообщение, поспешила оправдаться: – Извини ещё раз. Мадлер хочет мне показать какие-то уже отснятые кадры. Увидимся вечером?

– Конечно, я приду к тебе к семи? – он внимательно посмотрел ей в глаза, чем ужасно смутил. Лу коротко кивнула и поспешила ретироваться прочь.

И о чём она только думала? Вновь всплыла аналогия с влюблённой школьницей, и Лу выругала себя, в очередной раз напоминая, что она замужем и не имеет права на такие мысли.

Недовольно хмурясь, Мадлер следил за её реакцией на отснятый материал, а Лу казалось, что она плывёт, как в тумане, и сфокусироваться на работе было очень сложно – все мысли стекались к вечернему разговору с Томом. Очень хотелось извиниться как можно искреннее, а потом отрешиться… и тут же сознание зло подкидывало вспышку с подтянутым торсом и невообразимо голубыми глазами, в которых хотелось утонуть.

В очередной раз словив вредный фортель сознания, Лу незаметно для себя выругалась вслух, и режиссёр вздрогнул, опасливо уставившись на неё. Спохватившись, она дружелюбно улыбнулась ему и доверительно обратилась по имени:

– Стив, я понимаю, как мы все здесь связаны между собой, так как работаем над одним проектом. И примерно представляю, как мои коллеги щепетильно относятся к своим творениям и их экранизациям. За себя могу сказать, что считаю – вся наша команда – профессионалы своего дела, каждый в своей стезе. Поэтому, я не считаю, что вправе советовать вам, как лучше снимать кино. Вы – режиссёр, я – писатель. Я пишу книги, иногда – сценарии, а вы по ним что-то снимаете. Как – это уже дело вашего видения и восприятия. Я могу где-то что-то подсказать, если потребуется, но в вашу работу лезть не буду. Если хотите что-то изменить в сценарии по ходу съёмок – просто скажите, подумаем-поменяем.

– Приятно слышать, – изумился режиссёр, наконец-то просияв широкой улыбкой. – Буду признателен, если повторите это же для Томпсона.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.