Дмитрий Шелег
Боярич Морозов

ПРОЛОГ

Казалось, что время остановилось…

Мое сознание находилось в некотором подобии транса, а тело, словно легкая пушинка, парило на невидимых воздушных волнах.

Сколько это продолжалось, я сказать не могу, однако в какой-то момент мне показалось, что тело начинает напитываться духовной энергией, становится тяжелее и с каждым мгновением опускается все ниже и ниже. Это продолжалось довольно долго. Пока в какой-то момент я не осознал, что лежу на твердой ровной поверхности.

Решительно открыв глаза, я понял, что нахожусь в своем внутреннем мире. Все здесь мне было знакомо. И ледяная глыба, в центре которой пылал синий призрачный огонь, и обволакивающая окружающее пространство тьма.

«Стоп, – я замер и, развернувшись, внимательно осмотрел ледяную глыбу. – Что-то с ней не так», – заметил и тут же сообразил, что глыба просто-напросто стала в несколько раз больше. А внутри нее довольно ярко светился большой горящий шар.

Подойдя поближе к границе сферы, я внимательно всмотрелся в огненный шар и заметил, что по нему скользит большое количество небольших язычков пламени.

Как внутри ледяной глыбы может гореть пламя, я совершенно не понимал, но все происходило на моих глазах, поэтому решил поразмыслить над этим чуть позже. Сейчас же требовалось просто попытаться выйти из состояния медитации и осмотреться. Ведь воспоминания, предшествующие моему уходу во внутренний мир, вызывали здоровое опасение.

– Как он?! – услышал я смутно знакомый голос с отчетливыми командными нотками.

– Состояние пациента стабильное и опасений не вызывает, – прозвучал тихий, преисполненный чувства собственного достоинства, ответ.

– Тогда почему он еще без сознания?! – Казалось, спокойствие отвечавшего только распаляло спрашивавшего. – Ты что, испытываешь мое терпение?!

– Конечно же, нет! Но вы должны понимать, что самостоятельная инициация в подобной ситуации – это совсем не шутка! – с легкой горячностью произнес ответчик – Он смог создать ледяную сферу, перед тем как получил большое количество ранений! Помните, какой фурор случившееся произвело в империи?! Произошло это не только потому, что мальчик – последний из Морозовых, но и из-за того, что такого уже давно не случалось! Это я, конечно, говорю про самостоятельную инициацию…

Недовольный и крайне многозначительный хмык прервал словоизлияния неизвестного интеллигента, но тот, на мгновение замолчав, продолжил:

– В общем, в данной ситуации удивительно, что малыш просто спит, а не пугает окружающих дикими криками из-за жутких болей в разорванных магических каналах.

Я мысленно сглотнул.

«Демона тебе в зад! У меня что, порваны магические каналы?! Я, конечно, не знаю, какие последствия это влечет, но явно что-то очень плохое.

Если в предложении встречается слово «разорванный», за ним явно не стоит ничего хорошего. Да еще и этот фурор! Думаю, не стоит удивляться тому, что за прошедшее время меня вполне могли идентифицировать как последнего Морозова, или, говоря по-другому, как трагически погибшего два года назад Ивана Темникова. Значит, отец обо мне точно знает».

Выходить из медитации резко расхотелось, а мужчины тем временем продолжили разговор.

– Но ведь пошел уже пятый день! – рыкнул, не сдаваясь, обеспокоенный собеседник. – Сколько я еще должен ждать? Когда он, наконец, очнется?

«Пятый день?! – удивленно подумал я. – Это слишком много! Мне вообще-то уже необходимо разобраться в окружающей обстановке! Узнать, что там с Георгием, с дедом Тарасом и с Феофаном, в конце концов! Определить, кому принадлежит смутно знакомый голос, где я, и выведать, как отец отреагировал на мое возвращение!»

Неосознанно вышел из медитации и в следующее мгновение почувствовал, что я голый и лежу на мягком матрасе под теплым одеялом. До моего слуха донеслись характерные звуки работы различных медицинских приборов. После долгих часов, проведенных в комнате с моим теперь уже умершим дедом, парализованным стариком, великим магом и главой рода Морозовых, я, кажется, научился определять их мгновенно. Меня спас дед – вернул с того света, воскресил с помощью своей магии. А убил меня отец… Тогда Феофан тайно вывез меня из поместья. Мы скрывались в Моршанске – на границе с пустошами. Иван Темников или Иван Морозов для всех был мертв. А теперь все обнаружилось…

К своему огромному облегчению, чувствовал я себя просто превосходно. Никаких тебе болей в порванных магических каналах, да и вообще любых других болей в принципе. Тело полно сил и энергии. И мысли движутся в голове просто со сверхзвуковой скоростью.

Вероятно, именно благодаря этому я с ходу смог определить, что нахожусь в движущемся автомобиле или, скорее всего, в большом автобусе, раз в него совершенно спокойно поместились большая кровать и вся медицинская техника.

– Не притворяйся, – тихо произнес интеллигент. – Мои приборы показывают, что ты уже очнулся.

Решив не разыгрывать перед незнакомцами спектакль, я открыл глаза и тут же встретился взглядом с невысоким, довольно щуплым мужчиной средних лет в белоснежном халате.

«Целитель», – тут же определил я.

Переведя взгляд на стоящего за ним человека, я чуть не выругался, однако, посчитав, что терять мне, собственно, нечего, медленно произнес:

– Ну, здравствуй, отец!

Глава 1

Осознав, что при этом разговоре он явно лишний, целитель, немного помявшись, решил тактично покинуть помещение.

Как мне удалось увидеть сквозь приоткрытую дверь, перевозили меня все же на автобусе. А точнее, в его задней части, где довольно удобно расположились кровать и многочисленное медицинское оборудование.

Несколько минут мы молча смотрели друг на друга. Я сидел в позе лотоса, как тогу, накинув на себя одеяло, а отец удобно устроился на стуле возле кровати.

Наконец отец прервал молчание. Он скрестил руки на груди, откинулся на спинку стула и, глядя мне в глаза, произнес.

– Ты ничего не хочешь мне рассказать?

На самом деле идти на конфликт в моем положении было довольно глупо. Я находился во власти отца, поэтому не питал излишних иллюзий. Он опытный и довольно сильный маг, против него у меня шансов нет. Раздавит и не заметит.

Однако что-то внутри меня не хотело смиряться с этим. Я решил, что слабину давать не буду. Да и притворяться ребенком тоже.

Надоело! Будь, что будет! Я уже свое отбоялся! Да и вообще! Возможно, сегодня последний день моей жизни!

– А что я должен тебе сказать? – холодно произнес, не отводя взгляда в сторону, и писклявым голосом добавил: – «Папочка! Пожалуйста, не убивай меня второй раз?!»

Наверное, мне показалось, но Темников на какое-то мгновение смутился, хотя в следующую минуту от этого чувства не осталось и следа.

– Как же я мог тебя убить, если ты жив и сейчас сидишь прямо передо мной? – спросил он через некоторое время.

– Ты неправильно поставил вопрос, – ответил я и добавил: – Нужно было спросить, как я могу быть живым, если ты сам оставил мое бездыханное тело в ритуальном зале?!

– Ты мне не рад, – через некоторое время констатировал отец, покачав головой.

– А чего ты ждал?! – в свою очередь удивился я. – Что брошусь в твои объятия, как только увижу? Что мы будем держаться за руки и рассказывать, как провели эти полные одиночества долгие годы?! Что я стану называть тебя «папочка»?! После всего того, что произошло?! После того как ты убил меня из-за того, что я был нормалом?! Или, может быть, из-за денег княжеского рода Морозовых?! После того как мне пришлось два года жить около пустошей и скрываться от тебя?! Ты с ума-то не сошел еще?

Выговорившись, я замер, ожидая ответа. Ждал, что отец взорвется, начнет кричать, попробует действовать силой. Но он лишь коротко хохотнул. Нехорошо так хохотнул.

От этого смешка у меня по спине поползли мурашки.

Подняв руку, Темников сделал несколько пасов, и звуки дороги за окном смолкли.

– Не хочу, чтобы нас кто-то подслушал, – пояснил боярич и продолжил: – Ты, конечно, можешь мне не верить, но в тот момент, когда происходили известные тебе события, я был несколько не в себе. Много пил, принимал наркотики и вдобавок был опоен какой-то непонятной отравой, вызывавшей не только помутнение рассудка, но и дикую эмоциональность, агрессию. Я мог взорваться по малейшему поводу! Только из-за того, что мой организм так реагировал на реальность… Я не буду каяться, падать тебе в ноги и говорить, каким плохим человеком был совсем недавно. Я и сейчас, – он снова очень неприятно хохотнул, – знаешь ли, не очень-то приятная особа. Но я действительно осознаю, что поступил неправильно. Пусть и под влиянием момента, но я убил тебя – собственного ребенка! Думаю, благодарить за твое прекрасное воскрешение следует моего глубокоуважаемого тестя Морозова.

Видимо, в моих глазах что-то промелькнуло – отец довольно улыбнулся.

– Я знал, что это все его рук дело. Твой дед был поистине удивительным человеком.

– К чему весь этот разговор? – Я поморщился. – Эти ненужные оправдания… Думаешь, они мне нужны?

– А что тебе нужно?

– Для начала хотелось бы узнать, что ты планируешь со мной делать?

– А ничего, – пожал он плечами. – Вернешься в поместье и будешь жить, как подобает наследнику княжеского рода.

– Врешь! – отрезал я. – Я тебе не верю! У меня большое желание – не появляться в столь гостеприимном месте. Лучше буду жить самостоятельно.

– У тебя это не получится, – произнес он. – Как бы там ни было, но ты мой сын.

– Последние два года у меня это отлично получалось. Что изменилось?

– Да хотя бы то, что окружающие узнали – ты жив! – взволнованно заявил отец. – Мы живем в век цифровых технологий. Покушение на Георгия снимали пять разных камер, на некоторых из них видны и твои героические потуги. Особенно хорошо запечатлен момент формирования «ледяной сферы»! Да, ты всем показал, что один из представителей рода Морозовых жив! А твоя внешность и тот факт, что ты ехал с Георгием в одной машине, натолкнули окружающих на мысли о твоей настоящей фамилии! Мне пришлось срываться в этот Моршанск и на ходу придумывать сказку о том, что именно скрывается за твоей смертью, для чего мы это сделали, и что будем делать дальше!

– Как мне тебя жаль! – перебил я его. – Сам кашу заварил, сам ее и расхлебывай! Я тебя не заставлял колоться наркотой и потом убивать меня!

Легкий тычок сформированным из тьмы «щупальцем» я легко заблокировал «щитом воли».

– Перестань подобным тоном разговаривать с отцом, – произнес глава рода Темниковых, медленно поднимаясь. – Иначе пожалеешь!

Его глаза наполнились тьмой. Все окружающее пространство заволокло темным туманом, в котором было невероятно трудно дышать.

Сосредоточившись, я распространил «щит воли» вокруг тела и, издевательски посмотрев на собственного родителя, произнес.

– Ну, давай! Покажи, на что ты способен! Хочу посмотреть на второй раунд твоих оправданий! Когда ты будешь снова извиняться и говорить, как сильно я тебя провоцировал!

Как я и предполагал, эти слова немного отрезвили отца. Он тут же успокоился, подавил темную ауру и снова занял свое место. Мысленно утерев пот со лба, я немного расслабился, однако щит воли так и не убрал.

– Ты прав, – через некоторое время сказал он. – Ты мне не веришь. Это твое право. Однако хочется тебе или нет, нам придется жить с этим дальше и даже сотрудничать.

– Да ну?! Прям сотрудничать?

– Знаешь, – Темников усмехнулся. – А ведь твой старший брат говорил точно так же. Он тоже не верил в то, что нормальное сотрудничество возможно. Но после того как я прибыл в Моршанск и как следует с ним побеседовал, изменил свое мнение и теперь работает на благо рода.

– А не втираешь ли ты мне сейчас какую-то дичь? – мне вспомнился знаменитый на земном русскоязычном Ютубе ролик. – После такого никто совместно дела не ведет.

– Ведет, – покачал головой Темников. – Когда другого выхода нет.

– А у меня его нет?!

– А ты как думал? – удивился он.

– Я думаю, что ты, мой дорогой отец, крайне не заинтересован в обнародовании истории, которая будет как-то по-другому объяснять причину моего двухгодичного исчезновения. Тем более ты не будешь рад, если моя версия событий и твоя роль в них станут достоянием общественности.

Отец молчал, поэтому я, ободренный первым успехом, продолжил:

– Еще меня, несомненно, радует то, что моя смерть в обозримом будущем для тебя будет крайне неприятна. Ведь в таком случае тебе действительно придется объяснять, как ты допустил гибель последнего, не так давно успешно воскрешенного Морозова. На самом деле я не знаю обстановку в империи на твоем уровне, но все же думаю, что я прав и моя внезапная кончина по тебе сильно ударит.

– За эти два года ты очень сильно изменился, – усмехнувшись уголком губ, произнес отец и, посмотрев на меня как-то по-особому, добавил. – Твои наставники многому тебя научили.

«Наставники? Видимо, вторым он посчитал деда Тараса, – подумал я. – Что ж, пока не буду его разубеждать, ведь два богатыря в запасе – это лучше, чем один».

– Таким ты мне даже больше нравишься, – продолжил тем временем отец. – Я рад, что мне не приходится общаться с тобой, как с ребенком. Тебе что-то от меня надо. Довольно пустых слов. Говори, чего ты хочешь.

«Что? Так вот сразу? – удивился я. – А ведь я еще не готов! Думал, его придется долго ломать, а он видишь как! Ценит свое время. Что ж… поговорим…»

– Перед тем как мы начнем обсуждать договор, мне хотелось бы узнать, что на самом деле происходит с Георгием?

– Все так, как я сказал, – усмехнулся отец. – Он остался в Моршанске. Сейчас полным ходом зализывает раны после нашей встречи и готовится выполнять мое поручение.

– Он говорил, что ты с трудом выиграл в магическом противостоянии и поэтому послал за ним наемных убийц.

– Мне незачем было его убивать, – покачал головой отец. – Как бы там ни было, он фактически мой наследник, человек, который после моей смерти станет главой рода. Я лишь хотел его проучить, показать, что ему рано быть главой! И сделал это лично.

– Сразу после того, как он чудом отбился от дюжины убийц?

– После того, как он восстановился, – опроверг мои слова Темников.

– В таком случае, – протянул я через некоторое время, – мне хотелось бы вернуться Моршанск и жить с ним.

Егор Дмитриевич на некоторое время замер.

После чего усмехнулся и кивнул.

– Тут ты меня действительно удивил, – произнес он. – Хотя на самом деле это отличный вариант, раз ты мне не доверяешь.

Обрадоваться я не успел.

– Однако я разрешу тебе жить с братом в Моршанске только после того как ты поживешь в родном поместье хотя бы два месяца.

– Я не согласен! – сказал решительно. – Это то место, в котором меня убили!

– А мне плевать, на что ты согласен, а на что нет! – повысил голос отец. – Если бы я хотел тебя убить, сделал бы это уже давно! Поэтому засунь свои возражения себе в задницу! Два-три месяца ты живешь дома, а после этого возвращаешься в Моршанск.

– Нет!

– Да! Ты должен сделать это, чтобы успокоить общественность! А затем катись на все четыре стороны!

– Как я ее должен успокоить?! – удивился я.

– А вот так! – Отец развел руками. – Проведешь торжественный бал в честь своего возвращения! Расскажешь пару историй о том, как тяжело тебе было скрываться от убийц! Побудешь с братьями и сестрами! А затем напросишься в гости к старшему брату, да так там и останешься!

Отец говорил вполне логично, поэтому я вынужден был хоть и со скрипом, но согласиться. Однако мне все еще требовались гарантии безопасности и, кажется, я придумал, как их получить.

Что ж, вполне может сработать.

– Дай телефон, – произнес я после нескольких секунд тишины.

– Что? Телефон? – не сразу сообразил Темников.

– Да, телефон дай, позвонить нужно.

Взяв протянутый гаджет, я набрал специально оговоренный номер экстренной связи и, услышав мелодию дозвона, облегченно выдохнул. В сети, слава Спасителю! Надеюсь, с ним все хорошо.

– Ну, наконец-то! – услышал полный надежды голос наставника.

– Тоже рад тебя слышать, – произнес я и быстро добавил. – Ты все делаешь по протоколу?

– Да, – тут же насторожился Феофан.

– Просто я звоню с телефона отца, а он сидит прямо передо мной.

– Эко тебя занесло! – произнес Феофан медленно. – И что отец? Убивать не собирается?

– Вроде нет, – посмотрел я на собственного родителя и добавил. – Хочу поставить тебя в известность, что я заключил с ним договор на следующих условиях…

– Включи громкую связь, – попросил наставник, после того как я коротко рассказал ему о беседе с отцом.

– Здравствуй, Егорка, – произнес Феофан, и я заметил, как лицо отца переменилось. – Думаю, ты помнишь меня. То, что сказал Иван, правда?

– Да, мы заключили с ним соглашение.

– Ты ему веришь, Иван? – теперь пришла очередь отвечать мне.

– Ему незачем врать, – поднял я глаза на отца. – Ведь у тебя есть копия этого разговора и, если со мной что-то случится, ты легко проинформируешь общественность о том, что произошло на самом деле.

– Не сомневайся! – хмыкнул Феофан и включил запись прошедшего разговора.

«Хорошо, что уточнил, все ли он делает по протоколу! – довольно подумал я. – Иначе записи могло бы не быть».

– Подстраховался, – довольно произнес отец. – Так еще лучше. Теперь ты будешь иметь дополнительные гарантии и не станешь встречать все мои предложения в штыки. Обещаю, через несколько месяцев ты вернешься в Моршанск и станешь жить жизнью наследника рода.

– Мне нужно идти, – услышал я довольный голос Феофана. – До встречи, малыш, еще свидимся!

Вернув телефон, я произнес:

– Раз с вопросом моей безопасности мы разобрались, объясни, почему я должен проводить какой-то там бал и что мне за это будет?

«Дом, милый дом!» – невольно подумал я, глядя на величественный четырехэтажный особняк. Его стены были выложены из красивого светлого-желтого кирпича, а крышу покрывала красная черепица.

Отец вылез из машины и тут же направился ко входу в здание. Там его уже ожидало несколько человек.

Стараясь не обращать внимания на снующих туда-сюда людей, я продолжил осматриваться по сторонам. В этом месте все мне казалось и очень знакомым, и одновременно совершенно неизвестным.

Для убитого Ивана Темникова, прожившего в поместье всю сознательную жизнь, это был родной и любимый дом. Для воскрешенного и долго скрывавшегося наследника рода Ивана Морозова – неприятное место, с которым связаны тяжелые воспоминания. А для меня – попаданца с Земли, очнувшегося в теле воскрешенного мальчишки – незнакомые чужие владения, в которых я находился в первый раз.

– Молодой господин, ваша комната готова, – произнесла дородная черноволосая женщина в темно-синих одеждах служанки, прерывая течение моих мыслей.

– Веди, – машинально сказал я и заметил, как жгучее любопытство на лице женщины на мгновение уступило место легкому удивлению.

А ведь действительно! Ее лицо казалось мне смутно знакомым. Видимо, она работала здесь до того, как мне пришлось сбежать.

– Прошу за мной, – кивнула женщина и направилась к входу в дом.

Двинувшись за ней, я внезапно почувствовал чей-то неприязненный взгляд. Подняв голову, увидел молодую, довольно привлекательную девушку, наблюдавшую за мной из окна второго этажа.

«Белова!» – вспомнил я недостаточно быстро отошедшую от окна мачеху. Как же сильно она желает мне смерти, если удалось почувствовать это! А ведь внешне кажется вполне безобидной молодой женщиной. Внешне очень даже приятная!

Что ж, спасибо за своеобразное и своевременное напоминание о своей истинной сущности. Теперь буду стараться держать с тобой ухо востро! И не куплюсь на смазливую мордашку.

Моя комната была точно такой же, как и два года назад. Словно покинул ее только вчера. Та же самая кровать, тот же стол, стоящая на нем рамка с фотографией погибшей мамы.

«А вот это лишнее! – подумал я, переведя взгляд левее и обнаружив там свою большую фотографию в черной рамке. – Рано мне еще на покой».

Взяв рамку в руки, я направился к одной из двух дверей, ведущих в дополнительные помещения. Оказался в явно недешевой ванной комнате, быстро нашел мусорное ведро и легким движением забросил в него свою находку.

Потом решил, что было бы неплохо привести себя в порядок, начал набирать воду в огромную гидромассажную ванну, после чего направился ко второй двери, расположенной в моей комнате и ведущей в довольно большую гардеробную.

Взял с полки большое и мягкое белое полотенце, осмотрелся, решил устроить быструю ревизию. В результате обнаружил большое количество вещей моего размера.

Неплохо. Раз отец об этом позаботился, значит, он точно пока не планирует пускать меня в расход.

Сняв одежду, купленную мне в одном из торговых центров, встречавшихся на нашем пути, и бросив ее в корзину для белья, с удовольствием приступил к водным процедурам.

Вечером в дверь постучала уже знакомая мне служанка и любезно пригласила на семейный ужин.

– Через пятнадцать минут? – сонно пробормртал я, выплывая из блаженной дремоты, и прибавил: – Подожди, проведешь меня.

Быстро переодевшись в заранее приготовленную одежду, я, двигаясь за расторопной служанкой, довольно оперативно добрался до одной из малых столовых, в которой, как можно было понять из воспоминаний мальчишки, действительно довольно часто собирались все члены рода.

– Это семейный ужин? – приподняв бровь, уточнил я у сидящего во главе стола отца и, не обращая внимания на пристроившуюся по правую сторону от него мачеху, занял предложенное место с левой стороны. – Как-то маловато людей.

– Остальных нет дома, – ответил отец, умело орудуя столовыми приборами и поглощая аппетитно пахнущее филе.

Прожевав очередной кусок мяса, он пояснил.

– Георгий остался в Моршанске. Федот и Игнат пока еще в столице на учебе. А Руслан с девочками сейчас на экскурсии, завтра должны вернуться.

«Это же сколько у меня братьев и сестер?» – озадаченно подумал я, напрягая память и пытаясь вспомнить, как они выглядят. Итак, Георгий у нас самый старший, ему сейчас где-то двадцать шесть лет. Затем идет Федот, которому двадцать четыре, за ним двадцатилетний Игнат. Руслану сейчас вроде пятнадцать, а девчонкам – одной четырнадцать, второй тринадцать. Мне – двенадцать. Если бы не двое погибших братьев, члены рода заняли бы большую часть этого стола, рассчитанного на двадцать персон.

Мачеха словно случайно задела вилкой тарелку, и отец, переведя на нее взгляд, добавил.

Твои сводные братья сейчас еще довольно малы, поэтому на семейные ужины пока не приходят.

«Сводные?» – удивился я, рассматривая Галину Темникову внимательным взглядом. Если сводные, да еще и братья, то на одного вероятного заказчика убийства становится больше. Ведь мачеха потеряла бы больше всех в случае успеха Георгия.

– Со мной что-то не так? – мило улыбнувшись, доброжелательно спросила Галина.

«Сама невинность!» – мысленно фыркнул я. Что ж, мы тоже умеем играть в доброжелательность.

– Вы очень красивая! – наклонившись вперед, сказал ей и подмигнул.

Показалось или отец поперхнулся?

– Как приятно! – умиленно произнесла Галина, хотя я уловил растерянность в ее глазах.

Посвятив пару минут ничего не значащему диалогу, я, наконец, обратился к отцу.

– Мне позволено выходить из комнаты и искать занятия по душе?

– Смотря какие занятия, – ответил он. – Тебе разрешено делать в поместье то же, что и остальным детям.

– Отлично, тогда я хотел бы иногда посещать спортивный зал и библиотеку. Думаю, на первое время этого хватит.

– Не возражаю, но планируй свои дела с учетом того мероприятия, про которое мы с тобой говорили.

– Учту, – сказал я и, встав из-за стола, отправился к себе.

– Что за мероприятие ты планируешь провести? – спросила Галина у мужа. – Я о чем-то не знаю?

– Не знаешь, – кивнул отец. – Но могла бы и догадаться, что после такого фееричного возвращения с того света многие захотят познакомиться с новой надеждой рода Морозовых. Меня уже замучили ежедневными письмами и звонками.

Галина поджала губы. После того как Егор выяснил, кто является причиной печальных событий в недавней истории рода, он довольно сильно к ней охладел.

«Хорошо еще, что мне удалось первой наткнуться на записки князя Морозова о жертвоприношениях, иначе все было бы хуже! – подумала Галина. – Ну ничего! Я сумею вернуть расположение мужа и придумаю, как снова начать управлять родом».

– Ты планируешь устроить торжественный бал в его честь? – кивнула молодая жена в сторону двери, через которую вышел Иван. – Тебе не кажется, что для такого мероприятия он пока еще слишком мал?

– Мал, – согласился муж. – Было бы ему хотя бы лет пятнадцать! Но не стоит забывать, что его приняла магия Морозовых. Советую посмотреть видеоролик с кадрами его боя и инициации. Он собрал уже несколько миллионов просмотров.

Утром следующего дня я завтракал в гордом одиночестве. Проведя несколько часов в спортзале и распугав тренирующихся бойцов рода, я привел себя в порядок и двинулся в малую столовую, надеясь застать там кого-нибудь. Однако там никого не оказалось.

Посчитав это хорошим знаком – ведь аппетит мне теперь точно никто не испортит – накинулся на еду, попутно прокручивая в уме все подробности вчерашнего ужина. Вечером они долго не шли из моей головы, и сейчас я, наконец, понял, почему.

Все дело было в Галине. В полном ненависти взгляде, который она бросила на меня, в вероятности того, что именно она стоит за покушением на жизнь Георгия, в том, что после того как она стала членом семьи, два моих брата совершенно случайно погибли, а отец, по его словам, находился под действием какого-то неизвестного яда. Судя по всему, того же, какой позже обнаружился в крови Руслана. И, наконец, дело было в том, что она не интересовалась, а где же я был последних два года? Кого вместо меня похоронили? И кто именно обеспечивал мою безопасность?

К тому же, стоит вспомнить слова Феофана о том, что именно ее люди явились в подвал и искали мое тело. Они знали, что отец может меня убить. Это значит, что именно Галина виновна в смерти Ивана Темникова – бывшего хозяина моего тела – и что ее мне стоит опасаться больше всего.

Там же, в столовой, меня нашел местный управляющий, который представил мне пожилую, невероятно строгую женщину в старомодном деловом костюме.

«Вот же отец удружил!» – разочарованно подумал я, усаживаясь за стол перед дамой, которая явно знала свое дело и умела выполнять его на отлично.

– Для начала мне бы хотелось узнать, каков уровень твоих знаний, – произнесла женщина и добавила. – Поэтому ответь мне на несколько вопросов…

Что сказать? Я оказался совершенно прав. Этот демон, прикинувшийся пожилой женщиной, издевался над бедным мной до самого обеда.

Как оказалось, именно эта дама была тем самым специалистом, который должен не только оказать помощь в организации торжественного мероприятия с соблюдением всех традиций, но и обеспечить виновника торжества необходимыми знаниями.

Лучше пара дополнительных тренировок с Феофаном, чем необходимость в кратчайшие сроки освоить столь обширный пласт знаний! Это еще хорошо, что я не давал себе расслабляться и ответственно относился к учебе!

Это обстоятельство позволило мне хорошо натренировать память и не ударить в грязь лицом, когда Эльвира Павловна, как звали женщину, проводила опрос по школьной программе.

– Ну что же, думаю, из тебя выйдет толк, – произнесла она и, попрощавшись, ушла.

После обеда отдохнуть не удалось, так как начали прибывать младшие члены моей семьи.

– Иван! – услышал я радостный девичий голос и обернулся. – Это действительно он! – крикнула тринадцатилетняя Мария, и они вместе с появившейся словно из ниоткуда четырнадцатилетней Аней поспешили ко мне.

Девочки были одеты в форму имперской школы, да и выглядели почти одинаково, только Мария на несколько сантиметров ниже, поэтому не удивительно, что я не мог их различить.

– Мы думали, ты умер! А отец сказал, что просто прятал тебя от убийц! Да, отец сказал, что два года ты скрывался! Ага! Мы и видео в инфосети смотрели! Вот! – наперебой заговорили девчонки, не переставая меня то обнимать, то трясти, то разглаживать складки на одежде.

– Да отстаньте вы от него! – услышал я насмешливый голос и увидел Руслана.

– Привет! – сказал он и попытался дать мне легкий подзатыльник, но я вовремя среагировал и быстро присел.

– Помнит еще! – рассмеялся брат. – А раньше ты довольно часто попадался.

Девочки рассмеялись, а я почувствовал какую-то странную тяжесть в груди.

Они так искренне радовались тому, что я жив – это было видно по святящимся счастьем глазам – и меня начала мучать совесть. Ведь ждали-то они не меня, рады были не мне. Иван Темников на самом деле умер, и теперь я занял его место…

«Хватит раскисать!» – решительно отбросил я вредные в подобных случаях мысли. Что случилось, то случилось! Нужно жить дальше, а не предаваться бессмысленным страданиям!

Девочки продолжали засыпать меня вопросами, не особо заботясь о том, отвечу я или нет.

– Так! Стоп! – сказал я и поднял руки вверх. – Предлагаю уютно устроиться где-нибудь в саду, набрать вкусностей и там поговорить. Идет?

– Идет! – ответили сестры хором.

– Через десять минут у входа в сад, – сказал Руслан, и все разошлись по своим комнатам.

«М-да… очень скоро мне придется хорошенько поупражняться в красноречии».

Глава 2

Удар! Удар! Еще удар! «Таран силы»! «Щит воли»! Усиленный рывок вперед и двойной «таран» с обеих рук! Уклонение от воображаемого заклинания и молниеносная контратака. «Щит» на спину и снова переход в атаку! «Вихрь силы»…

«Хорошо!» – удовлетворенно подумал я, завершив утреннюю тренировку и ощутив, как по спине стекают мелкие капельки пота.

Помнится, когда я только появился в этом мире и был вынужден рвать жилы на разнообразных и крайне тяжелых тренировках наставника, считал, что после того как избавлюсь от его общества, тут же перестану усиленно заниматься. Потому что таким образом над собой издеваются только мазохисты и люди, которым просто некуда девать силы, а я к данным категориям явно не отношусь.

Но прошло два года бесконечной работы над собой, Феофан сейчас где-то далеко, а я, как только пришел в себя, продолжил усиленно тренироваться. Мне казалось, что, если сейчас я отступлю, смалодушничаю, остановлюсь и перестану совершенствоваться, то уже никогда не стану прежним.

Это будет конец… и это буду уже не я…

Все же Феофану за столь короткое время удалось сделать очень многое. И главное его достижение отнюдь не в том, что для своего возраста я стал очень сильным и умелым воином, даже приблизился к рангу боевира. Нет. Он великолепный наставник именно потому, что сумел сделать из меня настоящего бойца. Человека с твердой волей, который, пройдя сквозь различные испытания, становится только сильнее.

Теперь, когда я раздумываю над своими дальнейшими действиями, передо мной не стоит вопрос – бежать и скрываться, чтобы жить жизнью обычного человека, или рваться в бой, поминутно рискуя свернуть шею при преодолении очередного препятствия.

Я научился драться за себя и свое будущее, почувствовал силу, и теперь мне хотелось занять достойное место в этом жестоком мире. Последняя мысль, казалось, шла из самых потаенных уголков моей души. Ведь никому из людей не чужды здоровые амбиции, и мне, конечно, тоже.

К тому же, мне, взрослому землянину, повезло попасть не в тело рядового гражданина, а в растущий организм молодого наследника целого княжеского рода! У которого, к тому же, отличные гены!

«Да! Теперь до самой смерти я – Иван Морозов, представитель княжеского рода! И я преодолею все препятствия на своем пути!» – закончив мысленно повторять эту фразу, я почувствовал, как мое тело наполняется какой-то необычной энергией.

«Хм… интересно».

Я тут же закрыл глаза и постарался сосредоточиться на незнакомых ощущениях.

Простояв некоторое время, попробовал погонять эту силу по телу, концентрируя ее то в конечностях, то в животе. Это получилось на удивление легко, видимо, сказалась длительная практика управления шики-чо.

Решившись на эксперимент, я подал энергию в ладони.

Открыв глаза, обнаружил, что из моих рук вырастают два длинных «ледяных копья». Прекратив подачу силы, поудобнее перехватил оказавшиеся на удивление увесистыми «копья».

«Как это они у меня получились?!» – недоуменно думал, разглядывая лед.

Решив не заниматься опасными экспериментами в не предназначенном для этого помещении, я положил «копья» на пол и обратил внимание на то, что дощатая поверхностность зала в метре вокруг меня покрыта тонким слоем инея.

В тот же момент дверь в спортивный зал отворилась, и на пороге появился невысокий худощавый мужчина средних лет с характерным разрезом глаз.

Он был одет в потертое темно-синее кимоно и недоуменно смотрел на меня, словно пытался понять, кто я и что тут делаю.

«Да это же самый настоящий японец! – удивленно подумал я. – Таких индивидов в этом мире мне видеть еще не доводилось! Ну вылитый же Токугава Нисимура!»

Мужчина заметил лежащие на полу «ледяные копья» и словно бы проснулся.

– Доброе утро, Иван Егорович, – без какого-либо акцента произнес он.

– Доброе, – машинально ответил я, не переставая при этом внимательно разглядывать колоритного японца.

– Мое имя Исама Ямасита, – войдя в зал и прикрыв дверь, произнес он, чуть поклонился и после небольшой паузы добавил: – Так вот кто, оказывается, разогнал всех моих людей!

«Ого! И имечко тоже японское!»

– Разогнал? – в свою очередь непонимающе спросил я. – Это каких таких людей?!

– Тех, с которыми я сегодня должен был проводить утреннюю тренировку.

– Ах да, что-то такое припоминаю, – кивнул, соглашаясь. – Вроде пока я был здесь, двери несколько раз открывались. А вы у нас, значит, наставник?

– И да, и нет. Я начальник охранной службы поместья.

– Это что, кроме начальника с рядовыми бойцами некому заниматься? – усмехнувшись, спросил его.

Он как-то странно на меня посмотрел, но все же ответил.

– Я считаю себя обязанным быть в курсе того, что могут мои подчиненные.

– Похвально, – ответил я.

И вызвал еще один странный взгляд.

– А вы тренируетесь в использовании родовой магии? – спросил он, кивком указав на начавшие немного подтаивать «копья».

– Можно и так сказать, – ответил несколько рассеянно.

Не признаваться же, что сотворил их случайно и теперь не знаю, куда деть.

– В таком случае могу порекомендовать вам великолепный зал, предназначенный специально для занятий боевой магией, иначе, боюсь, моим людям негде будет тренироваться.

– Что ж, думаю, это отличное предложение, – произнес я и, наконец, рассмотрел кольцо ранга на пальце Ямаситы.

«Ветеран?! – очень даже неплохо. – Он еще молод, может быть, через несколько лет и витязем станет».

– Как вы смотрите на учебный спарринг? – неожиданно для самого себя спросил Ямаситу.

А что? Раз в зоне досягаемости есть сильный воин, было бы грешно не использовать его для тренировки. Как-то не хочется при встрече с Феофаном объяснять, почему не сумел поддержать форму.

– Хм… – было видно, что от этого предложения Ямасита явно не в восторге.

Видимо, несмотря на непрошибаемый вид, ему показалось крайне любопытным познакомиться с вернувшимся с того света сыном князя.

Свое желание он выполнил, но тут же нарвался на предложение, означающее, что придется потратить время впустую, ведь двенадцатилетний мальчишка явно не будет достойным соперником. Точнее, он вообще не будет соперником. Даже при использовании магии.

Однако, несмотря на свое нежелание сражаться, мужчина все же произнес:

– Думаю, дружественный спарринг был бы… хм… весьма познавательным. К тому же, как лицу, отвечающему за безопасность всех обитателей дома, мне очень важно знать ваш уровень.

«Это он себя уговаривает или меня?» – усмехнулся я.

– Тогда можем начинать? – спросил, улыбнувшись.

– Только… хм… не здесь. Все же это не лучшее помещение для использования магии.

– А я и не собираюсь ее использовать, просто хочу немного размяться и поспарринговать.

Лицо Ямаситы не теряло безразличия, однако я чувствовал, что он был еще больше раздосадован. Ведь я даже не собирался использовать магию!

Отойдя в сторону от «ледяных копий», он приглашающе махнул мне рукой.

Бросившись к расслабленно стоящему ветерану, не воспринимающему меня всерьез, я, не добежав до него двух метров, скачкообразно ускорился в несколько раз и тут же нанес довольно мощный удар коленом ему в грудь.

«Сюрприз удался! Недаром я начинал бежать к нему медленно, а закончил быстро!»

Японец явно получил ветерана не за красивые глазки, так как в последний момент сумел выставить «щит воли» и даже попытался руками поставить блок, однако его это не спасло.

Пролетев несколько метров, он как-то хитро крутанулся в воздухе и приземлился на ноги. Теперь Ямасита стоял уже не расслаблено, а в боевой стойке.

Не дав времени прийти в себя, я засыпал его градом ударов, многие из которых прошли защиту, однако японец довольно быстро собрался.

Ответив мне «любезностью» в виде пары несильных тумаков, он вычислил мою скорость и, постепенно ускоряясь, принялся наносить удары, временами отрабатывая неизвестные мне комбинации.

Некоторые из ударов было очень обидно пропускать, однако я старался не отставать и разнообразно использовал свой небольшой арсенал духовных техник…

– Боевир? – намного более уважительно, чем раньше, протянул Ямасита после завершения тренировки и в который раз окинул мою щуплую фигуру оценивающим взглядом.

– Воин второй ступени, – сказал я, вытирая выступивший на лбу пот.

– Еще никогда не видел воина, который так умело использовал бы духовную энергию, – покачал он головой. – Тем более, в таком юном возрасте.

– Спасибо, – поблагодарил я за справедливую оценку своих возможностей, а японец тем временем продолжил.

– Правда, мне показалось, что вам чего-то не хватает, какого-нибудь оружия. – Он некоторое время помолчал. – Скорее всего, короткого или среднего меча.

– Я привык сражаться с саблей, – поправил его и с легким удивлением понял, что в бою мне действительно не хватает холодного оружия.

С ним я становлюсь намного смертоноснее и здорово держу дистанцию, сражаясь с более мощными и сильными противниками…

Еще немного поболтав с ветераном, я договорился об утренних тренировках, и мы, довольные друг другом, разошлись. Только оказавшись в комнате, я с досадой вспомнил, что он так и не показал мне зал для занятий боевой магией.

«Ну, ничего, никуда от меня этот зал не денется».

По уже сложившей традиции с незнакомыми членами нашей большой семьи я познакомился вечером, за ужином.

За час до этого знаменательного события Анна и Мария в ультимативном порядке заставили меня погулять с ними в саду.

В принципе, никаких важных дел на это время у меня запланировано не было, так как я еще не успел составить постоянный распорядок дня. Поэтому предложение было встречено мной с некоторой долей энтузиазма.

Парк Темниковых располагался за домом. В него вело несколько дверей, но девочки провели меня через большой зал.

Зал находился на первом этаже и предназначался для проведения приемов и других торжественных мероприятий. Бегло осмотрев место, в котором уже довольно скоро я буду встречать гостей, прошел вслед за девчонками через высокие резные двери и оказался на развилке дорожек, ведущих в разные части усадебного комплекса.

Парк был довольно большим, поэтому сестры решили просто прогуляться по главным «магистралям», представляющим собой мощеные плиткой дорожки шириной примерно в два метра, позволяющие свободно разойтись двум парам людей.

Посидев в беседке у рукотворного пруда, мы вернулись в дом, где нас встретила одна из служанок и предупредила о намечающемся семейном ужине.

– Ненавижу их! – надула губы младшая сестра.

– А что не так? – решил уточнить я, заинтересовавшись столь определенной реакцией.

– Да все не так, – протянула Анна. – Теперь нужно спешить в ванную комнату и приводить себя в порядок. Затем сидеть за столом с прямой спиной, словно швабру проглотила, и чинно вкушать яства! И все с соблюдением нудных правил этикета!

Мария, услышав этот спич, рассмеялась.

– Не обращай внимания, – сказала она. – Просто Аня не так давно позволила себе слишком вольно вести себя за столом в присутствии отца и была наказана семью занятиями с Эльвирой Павловной. Ты же, наверное, знаешь такую?

– О-о-у! – протянул я и сочувственно посмотрел на Анну. – Довелось давеча познакомиться. Остался под впечатлением от ее занятий. Удивительная женщина.

– Прям очень удивительная! – услышал я голос подошедшего сзади Руслана, который после небольшой паузы обратился к сестрам. – А вы уже знаете, что ужин семейный? Не пора ли поспешить? А то ведь можете опоздать.

– Поучи еще! – фыркнула Мария.

Но, тем не менее, вспомнившие о времени девочки быстро удалились приводить себя в порядок.

– Ты уже слышал? – заговорщицким тоном произнес Руслан, подходя ближе.

– Смотря что, – так же тихо ответил я, решив не показывать, что совершенно не понимаю, о чем речь.

– Старшие приехали, – пояснил он и добавил. – Вот отец и решил отужинать вместе. К тому же, думаю, он наверняка пригласит в гости кого-нибудь еще.

– Про братьев знаю, – слукавил я. – А вот про гостей впервые слышу. Кого это отец может пригласить?

В воспоминаниях Ивана не было ужинов с посторонними. Только с членами семьи и некоторыми особо приближенными людьми.

– Гости не ожидаются, но не удивлюсь, если кто-нибудь приедет, – с видом человека, раскрывшего страшную тайну, произнес Руслан. – Но, думаю, будут присутствовать профессор Петиус с семьей и своими замами, а из безопасников Дьяченко с узкоглазым.

Я задумался.

«Судя по воспоминаниям Ивана, профессор Петиус являлся главным магом рода еще до того, как я стал беглецом. А вот представители его семьи, как и заместители, были Ивану неизвестны и никаких ассоциаций не вызывали, поэтому, думаю, нужно уделить им на ужине некоторое внимание. «Узкоглазым» Руслан, вероятнее всего, назвал уже знакомого мне Исаму Ямаситу. А кто такой Дьяченко, мне решительно непонятно».

О личности последнего я и спросил у словохотливого старшего брата.

– Так это же начальник службы безопасности, – недоуменно посмотрел на меня Руслан. – Он уже давно на этом месте. Я думал, именно он и организовывал твое исчезновение, ведь после этого Сергей занял свою должность.

– Понятно, – задумчиво протянул я, делая зарубку в памяти – позже тактично расспросить близких о том, что происходило в поместье после той злополучной ночи, но решил все же уточнить: – А о каких гостях ты говорил? Не помню, чтобы к нам раньше кто-то приходил на ужины.

– Это потому, что отец в то время редко выбирался в общество и не уделял особого внимания делам. Однако не так давно все сильно изменилось. Теперь у нас нередко можно встретить знакомых отца, каких-нибудь деловых партнеров или просто представителей младших родов, прибывших на аудиенцию. Их стало действительно на удивление много.

В этот момент вернулись отлучавшиеся девочки, и наш дружный квартет направился в уже знакомую мне малую залу.

«Значит, приезд гостей все же не запланирован, иначе нас пригласили бы в помещение побольше».

За столом уже сидели старшие братья, профессор Петиус с женой и дочкой, а также Ямасита с неизвестным мне довольно молодым мужчиной.

– Так вот из-за кого нас вызвали в эту провинцию! – с недовольством произнес один из старших братьев.

Его щеголеватый наряд, развязное поведение, излучаемое чувство собственного превосходства и чрезмерное эго мне не понравились. Как и кольцо магистра первой ступени на пальце.

«Игнат, – определил я по возрасту. – Очень похож на одного из представителей золотой молодежи. Но как маг для своего возраста силен. Будет интересно посмотреть, что он может».

– Не наезжай на Ивана, – произнес второй брат. – Ты знаешь, что он совершенно ни при чем.

Двадцатичетырехлетний Федот, второй по старшинству наследник, был явно более массивным и крепким, чем сидящий рядом Игнат. И, как мне показалось, дело тут не только в разнице в возрасте, ведь тот же Георгий – довольно худощавый парень.

Сбитые костяшки пальцев молодого мужчины показали, что мои догадки вполне обоснованы.

– А кто тут причем? – приподняв бровь, уточнил Игнат. – У меня, вообще-то, были планы, а будущий Морозов их просто-напросто порушил!

«Морозов? Почему он назвал меня именно так? Неужели завидует моему положению наследника? Или тому, что младший брат, родившийся гораздо позже него, станет главой, а он так и останется всего лишь одним из членов рода? Нужно об этом хорошенько подумать».

– Хм! – крайне выразительно хмыкнул профессор Петиус, и Игнат тут же заткнулся.

«Ага, значит, именно к нему я буду обращаться, если мне понадобится приструнить этого наглеца, – подумал, глядя на брата. – Ну и за помощью в освоении магического таланта тоже».

Благодарно кивнув профессору, я обратил внимание на его семью.

Женщина, сидевшая рядом с ним, была довольно миловидна и явно являлась магом, как и сидевшая около нее дочь.

«Лет восемнадцать», – прикинул я, запоминая ее лицо и лица двух мужчин, одетых в традиционные одежды магов.

«Это явно заместители профессора», – перепутать их с кем-то другим было крайне затруднительно.

Еще двумя присутствующими были знакомый мне японец, название местной национальности которого было крайне любопытно узнать, и замеченный ранее мужчина.

«Судя по всему, это и есть тот самый начальник СБ. Интересно, как он в столь молодом возрасте сумел занять столь высокую должность?»

Последними на ужин прибыли отец и мачеха.

Как только они поздоровались со всеми и заняли свои места, в зал вошли служанки и подали тарелки с горячей, вкусно пахнущей едой.

Несмотря на мои опасения, ничего необычного на ужин не принесли. Задействовав воспоминания Ивана, изученный курс этикета и собственный опыт обедов в имперской школе, я с достоинством выдержал три смены блюд, а также услышал пару колкостей от Игната, который очень показательно удивлялся, как это я не растерял свои навыки, прожив два года неизвестно где. Перед этим отец как раз поведал любопытствующим о причинах моего отсутствия и предупредил всех о предстоящем в ближайшее время мероприятии.

Разговор перешел к обсуждению будущего торжества. Кого необходимо пригласить, как организовать вечер, какие напитки и блюда готовить. Магам было поручено проверить охранную сигнализацию, а службе безопасности усилить посты и провести дополнительные проверки охраны.

– То есть, нам тут еще пару недель куковать? – спросил Игнат у Федота, когда ужин, наконец, закончился, и, получив утвердительный ответ, раздраженно посмотрев в мою сторону, добавил. – Лучше бы ты и дальше находился в той заднице! Все дела псу под хвост!

«Ну, слава Спасителю! Хоть кому-то мое возвращение не по нраву! – ухмыльнулся я. – А то показалось, что все идет очень хорошо. Все тут такие молодцы, что плюнуть не на кого, а ведь так не бывает!»

– Иван, – услышал голос Федота. – Я тут знаю одно неплохое местечко. Давай наберем чипсов и другой вредной еды, а потом заберемся туда, и ты мне расскажешь свою удивительную историю! А то некоторые моменты мне показались совершенно непонятными, а отец сказал, что, если меня интересуют подробности, я могу обратиться лично к тебе.

«Вот же урод! Всю грязную работу на меня скидывает! – недовольно подумал я и задумчиво посмотрел на брата. – Но не отказывать же ему только потому, что отец – тварь? Мне же, напротив, необходимо заручиться поддержкой родни, дабы подстраховаться и заранее пресечь некоторые нежелательные для меня действия родителя».

– Давай, – решительно ответил я. – Показывай свое приятное местечко.

Эльвира Павловна сидела напротив меня в удобном кресле перед камином, с явным удовольствием мелкими глотками пила сухое красное вино и внимательно слушала ответ на свой вопрос.

– Несколько веков назад сезон балов начинался в конце осени. Так как в это время владевшие большими пахотными землями бояре завершали сбор урожая и могли спокойно посвятить свободное время развлечениям. Сезон продолжался весь зимний период и завершался в середине весны.

– Хорошо, – кивнула женщина. – Почему же сейчас балы проводят вне зависимости от времени года?

– Потому, что современные бояре не имеют такой зависимости от урожая. Они получают средства, вкладывая деньги в промышленность и услуги. Доход уже давно не зависит от выращенных в летний сезон продуктов.

– Хорошо, с экскурсом в историю пока закончим, – отпив немного вина, произнесла Эльвира Павловна и добавила. – А теперь расскажите-ка мне, каков порядок приглашения гостей на торжественный бал.

Я выдержал паузу, собираясь с мыслями, и принялся отвечать.

– Для того чтобы позвать гостя на бал, я должен отправить письмо с приглашением за четыре недели до предстоящего мероприятия. Дабы оно оказалось у адресата не позднее двадцати одного дня до начала мероприятия и он сумел дать ответ, будет присутствовать или нет.

Эльвира Павловна молча смотрела на меня, ожидая продолжения, и я, поняв, что ответ не принимается, продолжил.

– Необходимо помнить, что отправляемое приглашение должно быть простым и лаконичным, без излишнего словоблудия. Ведь гости и так знают бальные условности.

– Как интересно, – произнесла женщина. – И какую же формулировку вы считаете простой и лаконичной? Без излишнего словоблудия?

«Ну, это совсем просто, в учебниках по этикету есть готовая стандартная форма», – подумал я и произнес.

– Ну, например такую: «Наследник княжеского рода Морозовых просит оказать ему честь и пожаловать на торжественный бал такого-то числа сего года в поместье Темниковых к восемнадцати часам». Вот и все.

– Отлично! – Женщина сделала очередной глоток и произнесла. – Пока ваши знания меня радуют, не то что у Анны Егоровны.

Эльвира Павловна некоторое время молчала, а затем спросила.

– Что вы знаете про бальные танцы?

Про бальные танцы я знал многое хотя бы потому, что этому с малых лет обучали Ивана, чья память мне впоследствии досталась.

– Бал открывается торжественным полонезом, – ответил я. – В нем должны принять участие все приглашенные вне зависимости от их интересов. Думаю, дело в том, что это очень простой танец, который не требует от участников физической выносливости. После полонеза идет черед вальсов, полек, кадрилей и мазурок. Одним из самых важных танцев является мазурка. Так как после нее кавалер ведет даму к столу на ужин, где можно с ней пообщаться и произвести впечатление.

– А как кавалеры поймут, что будут играть именно мазурку? Ведь им необходимо вовремя пригласить даму, пока ее не заберет конкурент.

Я задумался и был вынужден признать, что ответа на этот вопрос у меня нет.

Женщина улыбнулась.

– Сразу видно, что все свои знания вы почерпнули из книг, иначе быстро дали бы ответ на этот вопрос.

Она сделала глоток вина и продолжила.

– На балах существует определенный танцевальный порядок. Танцы сменяют друг друга произвольно, однако присутствующие знают, что после четвертой по счету кадрили идет мазурка. После нее, как мы уже говорили – ужин.

Женщина в очередной раз отпила из своего бокала и продолжила.

– По опыту проведения торжеств в этом поместье знаю, что Темниковы традиционно устраивают ужин в боковых гостиных, где за небольшими столиками собираются компании по интересам. Кроме того, рядом открыт буфет со всевозможными яствами, горячительными и прохладительными напитками.

Проверив, как я усвоил новую информацию, Эльвира Павловна продолжила.

– Главная обязанность кавалера за столом – развлекать дам и вести светские беседы, следя за тем, чтобы у дам было все, чего они пожелают.

Женщина внимательно посмотрела на меня, акцентировав внимание на последней фразе. Я кивнул, показывая, что запомнил ее слова, она продолжила:

– За ужином уместно разговаривать о музыке, театре, последних новостях из светской хроники, о том, кто на ком женится или за кого выходит замуж и о прочем, подобном этому …

После занятия с Эльвирой Павловной я вышел из комнаты с тяжелой головой.

«Все-таки пять таких уроков в неделю – это очень тяжело».

Глава 3

– Князь Павлов с супругой и дочерью Светланой, – донесся до меня хорошо поставленный голос герольда, когда я вместе с отцом и Галиной продолжал встречать гостей.

Отвесив еще один приветственный поклон, я в который раз незаметно посмотрел на большие красивые часы, висящие в холле.

«Половина девятого. Осталось простоять еще полчаса, и можно будет немного отдохнуть, ведь, когда начинается бал, хозяевам уже не обязательно встречать припозднившихся гостей, – с надеждой подумал я. – А ведь раньше не подозревал, что проведение торжественных балов – настолько утомительное мероприятие. Быстрее бы начались танцы!»

Эта мысль привела меня в ступор.

«Никогда бы не подумал, что буду с такой надеждой дожидаться бальных танцев, особенно во время походов в пустошь…»

Взгляд в очередной раз упал на разговаривающего с супругой отца, и руки с силой сжались в кулаки. Недавняя попытка проверить границы дозволенного показала, что беспрепятственно покинуть поместье мне не удастся. Этому помешают не только размещенные на территории видеокамеры, расположенные таким образом, чтобы избежать «слепых пятен», но и специальная дежурная группа, обязанная следить за мной.

– Маркиз Огнеяр с супругой и сыном Годимиром, – раздался голос в скрытом микронаушнике в моем правом ухе.

Это специально подготовленный Эльвирой Павловной человек подсказывал мне имена прибывающих гостей. Подобная помощь нередко оказывалась молодым представителям боярских семей в случае проведения различных торжеств. Что, конечно, не приветствовалось, но относились к таким игрушкам с пониманием.

Все дело в том, что на торжества подобного масштаба обычно приглашается очень большое количество народа. Где-то около тысячи. И неподготовленному человеку запомнить даже половину гостей за короткое время невозможно. Поэтому детей бояр, которых выводят в свет, зачастую снабжают такими «аксессуарами». Ведь никому не хочется, чтобы его ребенок чего-то напутал и назвал, к примеру, некого маркиза Кузнецова виконтом Родниковым. Это нехорошо. И маркиза обидел бы, и виконта. Скандал был бы обеспечен.

По признанию Эльвиры Павловны, взявшей меня в тиски, ей подобная практика тоже была не по нраву. Она предпочитала полагаться на тренированную память. И предложила провести мероприятие только после того, как я буду готов. Однако отец от этого отказался. Мероприятие имело политический характер и могло принести много пользы роду.

Несмотря на то, что, обучаясь в филиале имперской школы, я много времени уделял тренировке памяти, поскольку это позволяло за короткий промежуток времени быстро запоминать большой объем информации, удовлетворить желания пожилой женщины мне так и не удалось.

Хотя, казалось бы! Я вроде бы все запомнил и даже отвечал без ошибок! Но порой приходилось размышлять, кого же я перед собой вижу, маркиза Воронцова? Или Воронцова-Горозина?

На торжественном мероприятии подобное промедление смерти подобно. Поэтому свой наушник я все же получил.

– Здравствуйте, Артем Романович! Рады приветствовать вас и вашу семью на нашем мероприятии! – произнес отец, обращаясь к коменданту Моршанска.

Как я узнал, они успели познакомиться после второго покушения на Георгия, когда я находился без сознания и отец забирал меня домой.

– О, что вы! – ответил Огнеяр. – Для нас честь присутствовать на мероприятии подобного уровня, особенно из-за того, что мы лично знакомы с виновником торжества.

Мужчина вежливо склонил голову и, повернувшись, обратился ко мне. – Приятно видеть вас, Иван, в подобающем статусе.

За время краткого обмена любезностями между главами родов я успел незаметно подмигнуть Годимиру и рассмотреть его маму, моложавую симпатичную женщину, которую мне не приходилось видеть.

– Благодарю, – коротко ответил я.

– Ах, да! Где мои манеры! – улыбнулся отец, обращаясь к Огнеярам. – Позвольте представить вам мою супругу Галину…

Мужчины пообщались несколько минут, а потом доложили о прибытии других гостей. Такое общение во время церемонии встречи гостей не особо практиковалось, поэтому я сделал вывод, что вскоре, возможно, узнаю о появлении у Темниковых нового союзника.

Когда Огнеяры, наконец, ушли, я заметил, как напряженный до крайности друг начал понемногу расслабляться. Видимо, идя на прием, он опасался, что, вернув себе статус наследника княжеского рода, я стану свысока смотреть на окружавших меня ранее товарищей и на него в том числе.

«Не дождется! Я совсем не такой. Хотя… – Я задумался… Кое-кого из филиала имперской школы не мешало бы хорошенько проучить!»

Оставшееся до танцев время пролетело незаметно. За это время прибыло довольно большое количество гостей. Пару раз при появлении некоторых приглашенных наушник в ухе начинал сбоить. О таких людях меня почти всегда предупреждали заранее. Некоторые любители пошутить могли каким-то образом нарушить работу передатчика, что в некоторых случаях грозило неприятностями радушному хозяину, перестающему ориентироваться в происходящем.

Не приглашать таких людей на бал было бы весьма проблематично, подобные действия повлекли бы за собой скандал, поэтому шутники были здесь, и подлянки от них я ожидал, ведь, по их мнению, я являлся всего лишь ребенком…

После встречи гостей отец с мачехой направились к главному входу в большой зал, а я быстро поднялся наверх и, пройдя несколько помещений, оказался на балкончике второго этажа.

Успел вовремя. Гости уже стояли парами недалеко от входа и негромко переговаривались. Зазвучали первые ноты торжественной музыки, и голоса, как по волшебству, смолкли. Двери в большой зал медленно отворилась, и хозяева поместья начали медленный танец-шествие.

Через пару мгновений музыку стали дополнять едва слышные звуки работающих фотоаппаратов.

«Пресса активизировалась, – отметил я, подсчитывая людей с аппаратурой. – И изрядно. Около тридцати человек с фотоаппаратами. Не думал, что столько СМИ прошло аккредитацию у нашего японца!»

Не дожидаясь, пока хозяева дома отойдут достаточно далеко, за ними выстроились две отдельные колонны пар, желающих принять участие в танце-шествии.

Мужчины и женщины, став рядом и приподняв руки перед собой, под звуки торжественной музыки плавно двинулись вперед.

«Полонез действительно довольно легкий танец, – понял я, наблюдая за медленным движением. – Все же правильно, что здесь его принято танцевать первым. Если мне не изменяет память, то на моей Земле такие мероприятия открывали вальсом».

С моего места было очень просто наблюдать за танцующими парами. Что я и делал, уделяя особое внимание необычным нарядам.

Через некоторое время я смог сделать какие-то выводы.

К примеру, мне стало ясно, что в настоящее время среди бояр модным считается смокинг. Большинство местных мужчин пришло на торжество именно в нем. Однако многие представители старшей возрастной категории решили отдать дань традициям и прибыли в старомодных, но не менее интересных фраках.

Еще я заметил, что вне зависимости от социального и материального положения абсолютно все представители сильного пола явились в белоснежных рубашках и перчатках того же цвета. Хотя, насколько я помнил, по этикету цвет рубашки мог быть любым.

Лекции же о необходимости перчаток на балу я успел выслушать от Эльвиры Павловны десять раз и твердо уяснил, что на подобном мероприятии дама имеет право отказать в танце кавалеру, не имеющему перчаток. Оказалось, что лучше прийти на бал в черных перчатках, чем вообще без них.

Среди приглашенных мужчин присутствовало несколько высоких военных чинов. Их можно было легко вычислить по наличию парадного мундира, увешанного всевозможными регалиями, и довольно крепкой фигуре.

Худосочные бояре, чуть ли не поголовно являющиеся магами, смотрелись на их фоне блекло.

В профессиональном обмундировании прибыли и некоторое представители лиги магов. Не знаю, из-за чего, но многие из них не захотели расставаться со своим облачением даже во время торжественного мероприятия. Хорошо еще, что боевые жезлы с собой не взяли, это было бы очень странно.

Закончив наблюдать за мужчинами, я сосредоточился на представительницах слабой половины человечества, хотя в этом мире мерилом личной силы прежде всего являлась магия, поэтому многие женщины относились к довольно сильным личностям…

Дамы мелькали по залу в красивых вечерних платьях всевозможных оттенков и фасонов, многие носили небольшие шляпки или береты. Абсолютное большинство держало в руках веера, за которыми так непринужденно можно скрыть улыбку от кавалера.

Как я успел заметить, большинство из присутствующих были одеты в платья белого, голубого, розового оттенков и особенно изысканного цвета слоновой кости – айвори. – Это ясно говорило о том, что на мероприятие прибыло много молодых незамужних представительниц боярских родов.

«Ну и правильно, у отца пять неженатых сыновей, неудивительно, что на бал сбежалась половина империи».

Из-за того, что ладони во время танца потеют не только у мужчин, все дамы тоже носили перчатки, но, в отличие от кавалеров, им позволялось выбирать, исходя из цвета и фасона своего платья.

– Ты чего это тут спрятался? Невесту выбираешь? – услышал я тихий голос и смех Годимира.

– Привет! – поздоровался с другом, обернулся и протянул руку. – Давай-ка, заходи ко мне. С высоты интересней смотреть, открывается отличный вид.

Мальчишка встал рядом и уставился вниз.

– А помнишь, в первый день знакомства я спросил, из какого ты рода? – неожиданно спросил он после небольшой паузы.

– Ну да, было что-то такое, – вспомнил я свой первый поход в парк Моршанска.

– Ты еще говорил, что простой парень, – напомнил Годимир и хитро прищурился. – А ведь я чувствовал, что что-то не так.

– Зато ты потом этого не чувствовал, когда мы вместе тусили, – усмехнулся я.

– Нет, – не согласился он. – Просто я подумал, что ты бастард какого-нибудь рода, поэтому молчишь. А оно вот как оказалось. Можно сказать, целый князь и наследник.

– Да ну, – отмахнулся я. – Я все тот же Иван, которого ты знал, только уже не Мороз, а Морозов.

– Вот именно. Морозов! А точнее, князь Морозов, – поднял Годимир палец вверх. – Кстати, а почему не Темников? Тебе даже шестнадцати не исполнилось! Или уважаемый князь Морозов успел принять тебя в род перед смертью?

– Можно и так сказать, – вспомнил я момент собственной смерти на Земле. Именно, принял в род. По паспорту я, может быть, пока Темников, но магия рода признала меня Морозовым, и отец готовит необходимые документы.

– Круто! – пораженно покачал головой Годимир. – Ты уже можешь проводить ритуалы? А вот мне пока больше приходится слушать. Отец ни к чему серьезному не подпускает.

– Пришлось кое-чему научиться, – отмахнулся я. – Необходимо было расставить точки над «и», чтобы понять, к какому роду я отношусь.

От воспоминаний о проведенном ритуале, а точнее, от воспоминаний о том, что ему предшествовало, меня знатно тряхнуло.

Во-первых, из-за того, что отец совершенно не желал принимать мой отказ от участия в ритуале. И это несмотря на то, что наш прошлый совместный поход в ритуальный зал ничем хорошим не закончился.

А во-вторых, потому что после попытки оказать сопротивление и показать характер я был с невероятной легкостью скручен и доставлен на место проведения ритуала.

Я вырывался изо всех сил, пытался использовать доступную мне духовную энергию, интуитивную магическую защиту, но все было тщетно. Отец с легкими смешками доставил меня в ритуальный зал, а там несколько раз чувствительно приложил об пол.

– Да не собираюсь я тебя убивать! – рявкнул он, выведенный из себя моим сопротивлением. – Ты что, не понимаешь, что мне действительно крайне невыгодна твоя смерть? Да из-за тебя может столько вони подняться! Пострадает репутация рода! К тому же, ты должен помнить, что у твоего Феофана есть не очень полезная для меня запись! Поэтому успокойся и приготовься к проведению ритуала…

– Иван! Ива-а-ан! – услышал я голос Годимира. – Ты на кого так засмотрелся, что выпал из реальности?

– Задумался немного, – пояснил я, стараясь скрыть раздражение из-за своей беспомощности в противостоянии с отцом.

«Быстро же он устал от моих взбрыкиваний! – подумал я. – Но удивительно, что все же не предпринял никаких мер. Даже за последовавшую вслед за ритуалом попытку покинуть поместье не наказывал. Только еще раз побеседовал со мной».

Хотя, откровенно говоря, о подобном исходе нашего противостояния я подозревал. Не может опытный маг проиграть какому-то попаданцу, два года совершенствовавшемуся в умении убивать. Для отца я – мальчишка. И он понимает, что мои попытки сбежать бесперспективны. А так я буду вести себя почти смирно, держать ушки на макушке и пробовать повернуть ситуацию в свою пользу. Точнее, ситуация уже повернулась. Как минимум, я легализовался и буду получать плюшки, положенные наследнику Морозовых.

– Лучше расскажи, что у нас в Моршанске нового? – произнес я, понимая, что пауза несколько подзатянулась, и подобное поведение с другом выглядит некрасиво. – Как дела? Как школа? Как ребята?

– Ну, как там могут быть дела? – удивился Годимир. – Что там может быть нового? Все по-старому. Хотя нет! – Мальчишка замер и, посмотрев на меня, серьезным тоном произнес: – У нас там один простолюдин в бэшном классе внезапно оказался наследником погибшего княжеского рода Морозовых. Он инсценировал собственную смерть и скрывался от наемных убийц.

– Да иди ты! – отмахнулся я после жизнерадостного смеха младшего Огнеяра. – Протухла твоя новость, старая уже совсем.

– Ну, новость-то, может, действительно несвежая. Но именно она послужила тем камушком, который потянул за собой лавину других интересных событий.

– И какие же это интересные события, позволь уточнить?

– О-о-о! – Мальчишка довольно улыбнулся. – Да разные! К примеру, мне бы не хватило и недели, чтобы описать степень офигения учеников, учителей и руководства школы, когда они узнали твои настоящие фамилию и статус. Градус удивления увеличился в несколько раз, после того как в инфосети оказалось видео с твоими приключениями! Это было нечто! Бомба! Мы с ребятами несколько раз пересматривали! Мне особенно понравилось, как ты разорвал нескольких воинов неизвестными техниками, затем каким-то странным огнем спалил мага, а потом стрелял непонятными огненными сгустками! Что это вообще было?!

– Семейная техника, – серьезно ответил я. – Ты лучше расскажи про школу.

– Семейная? Ну ладно, а то хотел попросить, чтобы ты меня ей обучил. – Погрустнел мальчишка и через некоторое время добавил. – А по школе… запомнил, что многие заламывали руки и стенали из-за того, что плохо к тебе относились. Девочки громко охали, что упустили свой шанс, что чувствовали твою таинственную ауру, но стеснялись признаться в чувствах. Теперь ты у нас самый популярный парень. Даже популярнее меня! – Огнеяр усмехнулся. – Пара ребят, да тот же Родников, теперь не знают, что вообще делать. Понимают, что память у тебя хорошая и что ты можешь вернуться и отомстить за нелюбезное отношение.

– Память у меня действительно хорошая, но мне совсем не хочется доставлять людям неприятности из-за своего статуса. Хотя, некоторым все же необходимо преподать урок, чтобы было неповадно. Я-то от них, конечно, отмахался, но на моем месте мог бы оказаться другой.

– Ах да, – вдруг вспомнил мальчишка. – В вашем классе классная сменилась.

– Это совсем некстати, – не согласился я. – Мне бы хотелось посмотреть, как она будет выкручиваться после моего возвращения в школу.

– А ты собираешься возвращаться?! – удивился и обрадовался Годимир. – Я думал, ты останешься здесь!

– Да нет, – я покачал головой. – За это время как-то успел привыкнуть к Моршанску. Отец сказал, что отпустит меня туда учиться. Если сам захочу…

– Круто! – обрадовался мальчишка. – Пойдешь ко мне в ашный класс?

– Нет, – отмахнулся я. – давай-ка лучше ты ко мне. Не хочется прослыть зазнайкой. Меня мой класс устраивает. А вообще, давай к Инге вернемся. Почему ее сменили?

– Не знаю, слышал только, что в один прекрасный день она пришла в школу и написала заявление об увольнении по собственному желанию. Но директору удалось ее переубедить. Знаю, что так же хотели поступить и другие учителя, но их запугали и сказали, что если уйдут, больше не устроятся ни в один филиал ИШ. А зарплаты у них хорошие. Больше нигде таких нет.

– Значит, помнят, как пытались меня гнобить! – удовлетворенно хмыкнул я. – Что ж, пусть помучаются и поразмышляют, какой будет моя реакция.

– Да-а, – протянул мальчишка. – Кстати, после твоего ухода активизировалось соперничество между классами. Твои говорят, что, раз у них учился сам князь, значит, бэшный класс намного лучше, ведь в «А» учится всего лишь сын коменданта.

– Ну-ну! – Я рассмеялся. – Всего лишь!

Я услышал, что к нам кто-то подходит, и обернулся. На пороге стоял Федот.

– И что мы тут делаем? – уточнил он, хохотнув. – От гостей скрываемся?

– Федот, – произнес я. – Позволь представить моего друга Годимира Огнеяра.

Брат протянул руку и, пожав ее, произнес.

– Так ты, значит, из Моршанска будешь?

– Да, – подтвердил Годимир.

– Слышал о таком, – улыбнулся Федот и обратился ко мне. – Скоро закончится новый полонез и большинство гостей начнет искать занятие по интересам, поэтому спускайся и принимайся за работу.

Я кивнул.

– Ну что, хоть немного пообщались! – сказал Годимир.

– Ага, – кивнул я. – пойдем отсюда. Нас ждет зал для любителей преферанса.

Годимир, понимающий, что я не могу посвятить ему много времени, так как должен уделить внимание другим гостям, отбыл к семье, предварительно взяв с меня обещание не забывать про него, подойти и поговорить.

Когда я появился в зале азартных игр, там уже собралось много мужчин самых разных возрастов.

Они устраивались за специальными столами и с удовольствием начинали игру.

Прогулявшись по залу от одного столика к другому, я проследил за тем, чтобы никто из гостей не скучал, и даже поговорил с некоторыми из присутствующих. По большому счету, никому из них не было до меня никакого дела. Всех интересовал сам факт общения с наследником Морозовых, об этом можно было сообщить своим знакомым. К моему удивлению, в зале находилось немало дам. Некоторые из них с интересом следили за игрой кавалеров, другие сидели за столами.

Проследив за несколькими интересными партиями преферанса и покера, я со спокойной душой перешел в следующее помещение, где меня уже ждали.

Там обнаружилось большое количество детей различных возрастов. Точнее, тех, кого к этой категории здесь относили. То есть, мальчишек и девчонок до тринадцати лет. Ребята постарше уже старались показать себя на танцевальном поприще.

Группы разбились на небольшие компании по интересам. Все сидели вперемешку и весело переговаривались. И мальчишки, и девчонки что-то активно обсуждали.

Нацепив на лицо вежливую улыбку, я первым делом направился к ближайшей группе девочек, засмущавшихся при моем приближении. – Добрый вечер, дамы, – тихо сказал я. – Как вам понравился вечер?

Переходя от одной группы детей к другой, я успел со всеми познакомиться. Думаю, это пригодится в будущем. Пообщался с находящимися здесь же сестрами и направился в большой зал – мне необходимо было мелькнуть и там.

Как оказалось, зря, в зале я был отловлен уже хорошенько подвыпившим Игнатом и членами его небольшой компании.

– О! Вот он! – сказал брат, указывая в мою сторону. – И меня быстро обступили со всех сторон.

Подошедшие держали в руках бокалы с шампанским.

«Неужели можно было так наклюкаться только этим? Или не только?»

– Какой-то он мелкий, Гнат, – произнес один из парней, прищурив глаза. – Это точно он был на том видео?! Что-то не верится.

«Гнат? – удивился я. Такую фамильярность могут позволить себе немногие. Тем более в присутствии посторонних. Это что, лучший друг? Брат хоть и дерьмо, но чувство собственного достоинства имеет. Вон как губы поджал».

– С кем имею честь? – вежливо спросил я, пытаясь вспомнить имена всех присутствующих. – Как оказалось, многих я вообще видел первый раз. Но не всех. Понятно, почему перестал работать наушник.

– Какой чопорный у тебя брат! – улыбнулась одна из девушек и подмигнула мне. – Мы просто друзья Игната.

«А то я не вижу», – мысленно хмыкнул я, а Игнат, поняв, что разговор может зайти не в то русло, быстро представил всех присутствующих.

– Нам нужна твоя помощь в одном вопросе, – произнес Степан Крылица, тот самый парень, что назвал меня мелким и являлся «шутником», любящим отключать микрофоны.

– Я весь внимание. – Изобразил готовность.

«Интересно, что они задумали?»

– Мы поспорили, действительно ли на том видео был именно ты? Ведь то, что продемонстрировала съемка, очень сомнительно. Не знаю никого, кто бы в твоем возрасте мог так пользоваться духовной энергией. Так что, считаю эти кадры постановочными. Развей наше недоумение.

Я посмотрел на ожидающих ответа друзей брата и сухо произнес:

– Значит, ты считаешь главу рода Темниковых лжецом? Я передам ему твои слова, маркиз.

– Что? Стой! – удивленно произнес парень. – Я всего лишь хотел узнать, можешь ли ты повторить то же самое, что показывают на ролике в инфосети.

– То есть, ты обвиняешь род Темниковых во лжи? Я правильно понял? – не дал я загнать себя в ловушку. Делать мне нечего – разыгрывать представление перед не пойми кем.

– Нет, – ответил парень и, прибавив в голос горячности, произнес: – Ответь как мужчина! Что ты постоянно прячешься за отцом? Ведь так будет не всегда! Понимаешь?

«У них что, другого развлечения нет?» – раздраженно подумал я и спокойно ответил.

– Я совершенно не понимаю, о чем вы говорите.

– А он умеет уходить от ответа, – усмехнулся парень, посмотрев на товарищей, и добавил. – Тогда, может, как хозяин данного торжества, продемонстрируете нам что-нибудь из своих умений?

– Я совершенно не горю желанием доказывать что-то кому бы то ни было, – ответил ему и, дождавшись проявления недовольства на лицах собеседников, добавил: – Но как гостеприимный хозяин могу вам что-нибудь продемонстрировать.

Все лица тут же приобрели доброжелательное выражение.

– Что, например? – тут же спросила одна из девушек, пододвигаясь поближе.

– «Вихрь силы», к примеру, – сказал я поднимая руку ладонью вверх и создавая технику.

– Это вообще непонятно что, – через некоторое время высказал сомнения один из парней. – Это может быть просто обычный свет или что-то из магии Морозовых, но никак не духовная энергия. Давай лучше выйдем в парк и проверим твой «щит» на прочность.

«Нет уж, спасибо», – подумал я и забрал бокал из рук говорившего техникой «ситха».

Она по-прежнему жрала много энергии, но позволяла без особых разрушений продемонстрировать свои умения.

Вернув бокал, я сформировал на руке совсем небольшую технику «огнемета» и после нескольких мгновений перестал подавать энергию.

– Это еще ни о чем не говорит, – ответил Степан, хитро ухмыльнувшись. – Может, лучше парк и «щит»?

– Нет, благодарю, помимо вас у меня еще много гостей.

Договорить я не успел.

Инстинкты попытались отбросить тело в сторону, но там стояли люди, поэтому мне ничего не оставалось, как сформировать «щит воли», о который разбилась очень слабое заклинание стихии ветра.

– Это нападение на члена рода Темниковых? – холодно произнес я, глядя в глаза шутнику.

– Да это просто шутка! – отмахнулся он. – Проверка.

– Это неуважение, которое только что проявили лично к тебе, – бросил я в лицо Игнату и кивнул появившемуся рядом японцу, давая добро на вывод особо буйного гостя.

«Предстоит тяжелый вечер. А ведь еще даже ужина не было!»

Глава 4

Я находился в специальном зале для занятий магией, медитировал и в который раз пытался ощутить в себе магическую энергию. К моему огромному сожалению, сделать это после того случая в спортивном зале  у меня не получалось. Что особенно раздражало – понять, в чем же, собственно, суть проблемы, тоже не удалось.

После недели бесплодных занятий я вынужден был отправиться к профессору Петиусу, дабы он популярно разъяснил, в чем я допускаю ошибку. Оказалось, что старому магу-аксакалу не с руки заниматься обучением неофита, пусть он даже является сыном князя, поэтому маг предложил другой вариант.

– Было бы не слишком рационально заниматься с тобой лично на начальных этапах, – пояснил он и неспешно отправился пить зеленый чай, а его слуга за кем-то пошел.

«А чай пить целыми днями, значит, рационально! Занят прям до невозможности! Горишь, находишься на работе! – мысленно пробурчал я, хотя понимал нежелание старого мага заниматься такой мелочевкой.

Осторожно постучав в дверь, в кабинет Петиуса вошел молодой парень с небольшим аккуратным жезлом в руке.

– Вот, Иван, это и есть твой учитель на первое время, – произнес профессор, указав на мага. – Его зовут магистр Симерон.

«Так! – начал я вспоминать иерархию магов. – У них, как и у бойцов, семь рангов. Сначала адепт, потом бакалавр, следом магистр, затем доктор, далее доцент, а завершают ступени мастерства профессор и архимаг. Если этот Симерон всего лишь магистр, значит, в учителя мне подсунули вчерашнего выпускника?! Чему он сможет меня научить?!»

Мои насупленные брови и прищуренный взгляд профессору явно не понравились. Или он был недоволен самостоятельностью малолетнего князька.

– Это лучший выпускник областной академии за последние несколько лет, – пояснил профессор. – Симерон отлично знает всю необходимую молодым магам базу, а его молодость в данной ситуации, по моему скромному мнению, является неоспоримым плюсом. Ведь он сам не так давно, по сравнению со мной, делал первые шаги в освоении магии, поэтому поможет тебе лучше всех. К тому же, когда кто-нибудь из более опытных магов освободится, мы его заменим.

– Хорошо, – через некоторое время решил я, заметив, как на мгновение на лице магистра промелькнуло недовольство. – Доверюсь вашему выбору.

– В таком случае иди сейчас в зал для занятий магией, – сказал профессор. – А мы с магистром Симероном обсудим программу твоего обучения.

«Кажется, за свою гримасу кто-то сейчас очень сильно получит! – подумал я. – Жаль, что Руслан отказался помочь мне, мотивировав отказ занятостью и тем, что мне сначала необходимо самостоятельно медитировать, пытаясь почувствовать магическое ядро».

Несмотря на то, что магистр действительно оказался довольно знающим человеком и постоянно читал небольшие интересные лекции во время перерывов в медитации, прорывов в магии у меня не обнаружилось.

Может, причиной этого послужило то, что в одном помещении с магистром я не мог полностью расслабиться. В какие-то моменты начинал чувствовать, что он смотрит на меня с превосходством, которое часто переходило во что-то явно негативное.

Раздражало, что, несмотря на отсутствие у меня каких-либо результатов, мой учитель выглядел вполне довольным жизнью, а после посещения кабинета Петиуса выходил еще более окрыленным.

Либо это я делал что-то не так, либо Симерон не хотел мне помогать. В жизни не поверю, что у магов нет другого способа быстро ощутить ядро энергии. Команда «медитируй и пытайся ощутить магию» успехов не приносила.

– Первым делом, перед тем как изучать магическое искусство, необходимо научиться чувствовать магическую энергию, – в который раз повторил Симерон прописную истину, и его глаза в очередной раз сверкнули превосходством.

– Вообще-то я занимался этим несколько дней, – раздраженно ответил ему. – Пока не обнаружил, что ничего не получается. Потом пошел к профессору Петиусу, который сказал, что нужно делать то же самое! Но как то же самое, если результатов нет?

– Несколько дней?! – усмехнулся молодой маг и посмотрел на меня весьма скептически. – Я и мои одноклассники потратили на это от полугода до двух лет, а ты решил сделать это так быстро?!

Сначала я хотел прекратить панибратство Симерона, но человек с Земли взбунтовался, призывая не быть варваром и позволить старшему обращаться ко мне запросто. Я же не какой-то там местный боярич, в своем мире был обычным человеком. Но Симерон, придя к выводу, что ему все позволено, перестал сдерживать язык.

«Что ж! Хороший урок на всю жизнь!» – мрачно подумал я.

– Во-первых, у меня была самоинициация, – нахмурившись в ответ на пренебрежительный тон мага, ответил я. – А во-вторых, я являюсь потомственным магом, в котором течет сильная кровь. Судя по изученным в библиотеке книгам, мой талант в магии должен быть выражен ярче, чем у других.

Мои слова словно задели что-то в душе магистра. Что-то темное и нехорошее. Он с ненавистью посмотрел на меня, потом попытался успокоиться, но не получилось.

– Тебе просто повезло с инициацией, – отчеканил магистр, покрывшись красными пятнами. – Обычные маги ничем не хуже потомственных. Единственное, что их действительно отличает, так это воля, которая позволяет потомственным магам колдовать без жезла. Но это только на начальном этапе! Потом многим обычным магам жезл тоже не требуется!

«Эка он разгорячился! – удивился я столь бурной реакции. Даже не стесняется смотреть на меня такими глазами!»

Сделав небольшую паузу, Симерон начал снова читать лекцию  на известную мне тему. Кое-что из нее я уже знал и слышал не единожды, однако не перебивал, может, уловлю какую-нибудь умную мысль.

Из слов мага следовало, что магия везде. Она в природе, в животных, в людях, в тех же камнях и даже в воздухе. В общем, в каждом атоме! Другое дело, что разные частицы могут нести в себе разное количество энергии. Так, к примеру, в воздухе магии очень мало, а в камнях немного побольше. В людях, кстати, эта энергия тоже есть, и они научились ей управлять двумя способами.

Первый – это путь воина. Способ, при котором боец учится преобразовывать магическую энергию своего тела в шики-чо и затем с помощью техник влияет на мир. Грубо говоря, магическая энергия, находящаяся в человеке, это и есть шики-чо.

Второй – это путь мага. Тот способ, при котором человек учится ощущать магическую энергию сначала внутри себя, а затем в мире. Ощутив внешнюю энергию, он начинает пропускать ее через свое тело. Впоследствии она изменяется, подстраивается под человека, накапливается в теле, чтобы чуть позже сформироваться в магическое ядро.

Считается, что из-за наличия одаренных предков потомственные маги могут в перспективе обладать большим количеством магической энергии, но это является верным только в случае наличия у них работоспособности и прилежания.

– Если магия изначально есть у всех людей, почему одни могут стать магами, а другие нет? – захотел я прояснить непонятный момент. – Да и вообще, как можно определить, годен человек к изучению магии или нет?

– Все дело в количестве магии в теле и способности организма накапливать ее без осознанного желания мага. Если энергии накапливается достаточное количество и она пополняется самостоятельно, то человек маг.

Специальный ритуал определяет именно это. Количество магической энергии и процесс ее накопления.

– Понял, – кивнул я. – Тогда другой вопрос. Если шики-чо и магическая энергия изначально одно и то же, значит ли это, что ядро духовной энергии расположено там же, где и ядро магической?

Симерон закатил глаза.

– Демонов зад! – выругался он. – Я же только что все рассказал! Для самых непонятливых! Магическая энергия находится в теле человека! Она находится в каждой частице! А есть магическая энергия, которую мы тянем из окружающего мира. Оказавшись в нас, она изменяется и становится чем-то другим, чтобы потом сформироваться в источник!

Сказать, что тон, с которым разговаривал со мной Симерон, меня разозлил – это не сказать ничего!

«Что я ему сделал? Как обидел? Почему он так со мной разговаривает? Как смеет?!»

С невероятным усилием я сдержался и не поставил молодого мага на место. Не стал срываться. В любом случае магистр объяснил мне то, чего я долго не мог понять. Да и ставить его на место тем, что я из княжеского рода, а он нет, мне как-то самоуважение не позволяло. Какой смысл хвалиться предками, если сам ничего не добился? Нет, подобный вариант не для меня. Если уж я решу поставить мага на место, сделаю это с помощью личной силы. Я смогу.

– Так значит, в момент покушения, когда я выставил «сферу льда», мое тело накопило достаточно энергии и ядро сформировалось? – как можно спокойнее спросил я. – Или все маги во время инициации способны на столь сильные заклинания? Как «сфера» вообще у меня получилась? Я ничего такого не планировал.

– Скорее всего, сработал инстинкт самосохранения, – чуть поспокойнее, но все так же чеканя каждое слово, ответил магистр. – У молодых магов, которые прошли инициацию, подобное случается достаточно часто. Считается, что во время смертельной опасности они хотят выжить и магия отзывается на это искреннее и понятное желание. Думаю, в тот момент духовной энергии в твоем теле было мало, а вот магической полно, так как организм постоянно аккумулирует ее внутри. Поэтому и произошла самоинициация.

– В таком случае во мне и сейчас должно быть много магической энергии! Ведь ядро сформировалось, и оно обязано накапливать магию.

– Конечно, она должна быть! И ядро магическое тоже должно быть! Его-то тебе и необходимо искать в себе во время медитации! Ощутить! А ты что, никогда этого не делал?! Маг потомственный, демонов зад!

– Да я вообще-то занимался этим все последнее время! Какая мне разница, что пытаться ощутить – ядро или просто магическую энергию! – заиграв желваками, произнес я. – Всю информацию необходимо было хоть как-то систематизировать и выдать на первом же занятии! А не сейчас! Если учитель – учи! Получается, что почему-то я должен вытягивать информацию из не пойми кого!

Уши у магистра заалели, он вскочил.

– Да потому что до этого нужно дойти самому! Чтобы раскрыть потенциал! А не дожидаться, пока тебе все преподнесут на блюдечке с голубой каемочкой! Да еще потом заявлять: «Я потомственный маг, и поэтому у меня все получается лучше, чем у других! Я и инициацию провел сам, я и энергию смог почувствовать быстро! Не то что эти неудачники!»

«Все верно. Его именно это и задевает! – понял я. – То, что перед ним боярич. Потомственный маг в энном поколении, а значит, по праву рождения я считаюсь более сильным и перспективным, чем он. А не офигел ли он – с подобным отношением служить какому-то роду?! Я вас презираю, но деньги за работу получать буду?! Что-то его слова сильно расходятся с общепринятыми нормами. Кто его такого вообще на работу взял?! Почему СБ не чешется и ни фига не видит?!»

– А не специально ли ты, мой друг, пытаешься затормозить мое обучение? – спросил я внезапно. – Мне же удалось произвести самостоятельную инициацию! Значит, и почувствовать ядро я должен быстрее!

– Да как ты смеешь! – вспылил маг.

– Смею! – ответил я. – Что ты можешь мне дать, кроме наставления: сядь в позу лотоса и попробуй почувствовать в себе магическую энергию?!

– Этому надо долго учиться! – Маг еще больше покраснел и с явной злостью посмотрел на меня. –  Этот навык не покоряется с наскока разным выскочкам! А за подобные обвинения тебя необходимо хорошенько проучить!

Сказав последнюю фразу, Симерон несколько просветлел.

– А ведь и правда, профессор Петиус сказал, что при необходимости я обязан призвать тебя к порядку! Ты разбалован и недисциплинирован. Я имею право!

– Да неужели? – вставая из позы лотоса, протянул я. – И каким это, интересно, образом ты должен призвать меня к порядку?!

Маг зажег на навершии жезла небольшой огненный шар и снисходительно посмотрел на меня.

– Мой ранг «магистр», и я знаю много заклинаний боевой магии, чтобы проучить такого сопляка.

– Мой ранг «воин», – в тон ему ответил я. – Мне известны только боевые техники. А еще я очень пожалел о своем хорошем отношении к тебе, ты этого не заслуживаешь.

Симерон расхохотался.

– Дорогой бойца идут только слабаки и неудачники! Они не могут даже накапливать энергию! Они ничто против сильного мага!

– Вот именно, против сильного, – произнес я, и на моей руке засиял вихрь шики-чо. – А ты без жезла ни на что не способен.

Я был крайне раздражен неудачами на поприще изучения магических искусств, да и Симерон меня откровенно разозлил, поэтому решил, что не спущу очередной конфликт на тормозах. Хорошенько его отделаю и сдам отцу. А то решит этот мститель потомственным магам показать, кто есть кто, и нападет на Анну или Марию. Девочки и пикнуть не посмеют против взрослого мага.

Симерон не стал ждать и нанес удар. Уклоняясь от огненного шара, я напитал тело духовной энергией и ринулся вперед.

Мой «вихрь» пробил слабую защиту мага и, откинув его на несколько метров, хорошенько приложил о стену.

«Слабак! – мысленно выругался я, подбегая к стонущему и ничего не понимающему «учителю». – Он что, действительно не ожидал от воина ничего серьезного?! Но он же видел тот ролик с инициацией! Совсем голова кругом пошла?!»

Маг осоловелыми глазами посмотрел на меня, и вдруг с его жезла сорвалось какое-то заклинание.

«Ах ты, гаденыш! – подумал я, уходя в сторону и выставляя «щит воли», который принял на себя второе заклинание. – Опомнился!»

Следующую минуту я только и делал, что уходил от заклинаний, изучая технику магического боя Симерона и определяя максимальную скорость, с которой он может заклинания кастовать.

«Вот если бы сразу вырвал жезл из его рук, сейчас бы не крутился по залу, как белка в колесе!»

Позволив магу немного прийти в себя и утвердиться в своем превосходстве, я резко ускорился и нанес мощный удар «тараном», прорываясь сквозь его обновленный «щит».

Удар ногой по правой руке – и жезл отлетел в сторону, еще один удар, только уже по ногам – и Симерон оказался на полу.

Получив пару несильных затрещин, магистр прекратил попытки встать и закрыл голову руками.

Дав ему еще несколько десятков тумаков и немного выпустив пар, я продолжил:

– Значит, слушай меня, гад! – прошипел ему в ухо. – Еще раз посмеешь разговаривать со мной в таком тоне – изувечу!

Маг молчал, не двигался и не пытался поднять головы.

– Я не слышу ответа! – рявкнул и нанес пару ударов.

– Понял я, понял! – вскрикнул он.

– То-то же! – сказал ему и отдал команду: – Встать!

После того как маг встал и опустил голову, я тихо произнес.

– Теперь ты осознаешь, что даже как магистр магии ничего не можешь противопоставить обычному воину? – выдержав небольшую паузу, я по какому-то наитию опять рявкнул: – А теперь говори, что мне нужно сделать, чтобы почувствовать магическое ядро! Что ты от меня скрываешь!

– Ничего, – закрывшись руками, ответил маг, ставший без своего жезла совершенно беззащитным.

Удар в грудь швырнул его на пол, пресек попытку прорваться к двери.

Схватив Симерона за длинные волосы, я несколько раз хорошенько тряханул его и решил использовать методику Феофана, по которой нужно обвинить допрашиваемого в столь плохом поступке, чтобы он начал открещиваться и, возможно, рассказал что-то, пытаясь сохранить жизнь и здоровье.

– Кто велел тебе устраивать саботаж вместо обучения?! – закричал я ему на ухо, изображая психа. – КТО?!

Пораженный до глубины души Симерон посмотрел на мои покрасневшие глаза, дикий вид и, явно вспомнив ролик с убитыми мной людьми, побледнел.

– КТО!!! – кричал я «учителю» на ухо, тряся его и одновременно с этим формируя хорошо видимый «вихрь силы». – КТО!!!

– Петиус, – тихо промычал маг, глядя на меня стеклянными глазами. – професор Петиус.

«Какого пилки?!» – удивленно думал я, не переставая трясти мага. На самом деле я не рассчитывал на подобное! Мне просто хотелось узнать, действительно ли он, затаив обиду на потомственных магов, мешал моему прогрессу. И есть ли другой способ почувствовать ядро?! А тут, оказывается, такие новости!

– КТО?!! – глядя ему в глаза зарычал я. – Дурака из меня делаешь? Профессор не мог так поступить!

Откинул мага на несколько метров – и тут же оказался рядом.

– Ты врешь! – сказал ему угрожающе.

– Нет! Вовсе нет! – залепетал он. – Это Петиус! Это он во всем виноват! Сказал, чтобы я не давал вам прямых ответов! Чтобы мешал ощутить ядро! Но этого и не понадобилось! Так рано почувствовать магическую энергию невозможно!

«Уже на «вы» перешли, прогресс!» – подумал я и снова хорошенько тряханул мага.

– Какие у тебя инструкции?!

– Наблюдать! Только наблюдать и докладывать! – ответил он, закрываясь руками. – Только это. И не помогать! Не мешать, но и не помогать!

– Для чего это сделано? – спросил я, глядя ему в глаза.

Маг замолчал.

– Если сейчас же не расскажешь, зачем это нужно, я засуну твой жезл в одно нехорошее место, и кастовать заклинания будешь именно им! Ты понял меня?!

Маг продолжал некоторое время молчать, а затем медленно произнес:

– Я соврал.

– Что?! – не понял я.

– Я соврал, что профессор меня заставлял, – сказал Симерон, вытирая идущую из носа кровь. – Просто пытался скрыть свою нелюбовь к потомственным магам, которым все дается просто так.

«Ну-ну, – усмехнулся я. – Видимо, Петиуса ты боишься больше, чем меня, вот и пытаешься прикрыть».

– Соврал, значит… – тихо произнес я, схватил магистра за горло и начал душить.

Час нашего тесного общения ничего не дал. Симерон твердил, что все произошедшее действительно было только его инициативой. Что он с детства ненавидит потомственных магов и хотел им немного подгадить. Доказать, что они не такие сильные и умелые, как пытаются показать…

«Что здесь за дурдом?! – раздраженно подумал я. – Кто взял такого человека на работу, и с какой целью многоуважаемый Петиус назначил учителем именно его?»

– Кто, ты говоришь, принял тебя на работу?

– Галина Романовна, – ответил парень. – Жена главы рода.

«Кто бы сомневался, – сплюнул я. – Хотя с ролью профессора Петиуса в этом деле тоже хотелось бы разобраться».

Ситуацию с подсунутым мне учителем я не собирался спускать на тормозах. Поэтому сразу же направился к отцу, волоча за собой магистра.

Вломившись в кабинет, сказал пару неласковых нерадивому родителю и устроил хороший скандал. Прилетело всем – и начальнику СБ, и Петиусу, и отцу. Я ни словом не обмолвился о том, что подозреваю профессора в саботаже. Напирал на то, что мне подсунули непонятного психа, который ненавидит бояр. Под это дело удалось выторговать себе другого учителя и скорое отбытие в Моршанск.

Отец со всем согласился, но сказал, что разрешит покинуть поместье только после того как я побываю на ближайшем балу, так как по этикету обязан принять несколько ответных приглашений от приходивших к нам гостей…

Я согласился.

Несмотря на положительный исход нашей беседы и приблизившиеся сроки возвращения в Моршанск, я выходил из кабинета с очень недовольной миной.

Против меня явно вели какую-то странную и непонятную игру, смысла которой я не понимал. Если кому-то необходимо, чтобы я некоторое время не прогрессировал в магическом искусстве, значит, кровь из носа, но мне необходимо сделать рывок в обучении и разрушить эти планы. Иначе все может закончиться печально…

Однако никаких мыслей, для чего и кому подобная ситуация нужна, у меня не было. Поэтому я постановил пока об этом особо не задумываться и решать проблемы по мере их поступления. Нужно первым делом обнаружить магическое ядро.

Вернувшись в зал, я, откинув в сторону ненужные мысли, перенесся во внутренний мир и осмотрел глыбу льда, мерцающую в воздухе.

Постояв некоторое время, подошел ближе, дотронулся до глыбы, закрыл глаза и в очередной раз попытался вызвать в себе то состояние, какое было у меня во время покушения на Георгия.

Я почувствовал боль и слабость, которые через некоторое время сменились страхом, злостью и решительностью. Затем они уступили место азарту и удовлетворению. Потом пришла боль…

 Я чувствовал ее пульсацию в ранах, когда мой «щит воли» пробивали несколькими заклинаниями одновременно. В теле постепенно накапливалась жуткая усталость. Шики-чо почти не осталось.

В тот момент я ощутил огромное желание жить! Хотелось защитить себя от множества смертельных заклинаний…

«Вот оно! – понял я, осознав, что моя догадка, скорее всего, окажется верной. – Я смог оперировать магической энергией только после того, как во мне почти не осталось шики-чо! У организма просто не было другого выбора, и он потянулся к той энергии, которая имелась в наличии! Мне же об этом говорили! Ведь мне легче будет ощутить ядро, если не останется мешающей циркуляции магии духовной энергии».

Прекратив медитацию, я повернулся лицом к стоящим в отдалении самовосстанавливающимся манекенам, и двумя руками нанес удар с помощью техники «огнемета»…

Закончив опустошать резерв духовной энергии, удовлетворенно принялся за дело…

Удача улыбнулась мне на второй день усиленного поиска.

Повторно освободившись от шики-чо, я сел в позу для медитации и попробовал восстановить ощущения во время покушения на Георгия.

На удивление, это получилось почти сразу. После чего мне показалось, что нечто смутно знакомое находится в солнечном сплетении.

«Тук-тук-тук, – пульсировало мое магическое ядро в такт сердцу. – Тук-тук-тук».

«Вот оно, значит, как! – обрадованно подумал я, и ощущение ядра пропало. – Теперь будет легче! Теперь я знаю, где находится источник, и что на него можно настроиться с помощью пульсации сердца!»

Несколько минут я привыкал к необычному ощущению, стараясь запомнить его как можно лучше, а затем медленно открыл глаза.

«Второй этап овладения источником завершен, – еще не решаясь сильно радоваться, подумал я. – Теперь я чувствую его и с открытыми глазами. Можно переходить к третьему».

Попытка встать привела к тому, что в какой-то момент я  потерял сосредоточенность, и ощущение ядра снова пропало. Мне пришлось с досадой сесть на пол.

«Что ж! Начнем заново!»

Самостоятельные тренировки с каждым разом давали все лучший результат. Если сначала у меня получалось чувствовать магическую энергию лишь после нескольких минут медитации, то к концу дня я научился делать это стоя и с открытыми глазами. Попытки ощутить ядро во время движения особых результатов не приносили, да и когда духовной энергии в теле было много, даже сидя, не чувствовал ничего. Однако сдаваться не в моих правилах. Ведь я знал: усердие и труд – все перетрут!

Другого учителя в ранге «доктор» мне прислали довольно оперативно. Уже через день.

«Как быстро ему удалось справиться со всеми делами! – скептически думал я, глядя на мужчину. – Интересно, а если и этот окажется с проблемами, Петиус отправит мне доцента?»

Маг, заметив исходящий от меня характерный фон, был явно удивлен моими успехами, после небольшой проверки сказал, что отлучится ненадолго, и быстро удалился.

Я не мог за ним не проследить и выяснил, что докладывать о моих успехах он поспешил в кабинет Петиуса. А значит, против меня действительно что-то замышлялось.

Мне удалось вернуться в зал быстрее, чем обеспокоенному доктору, поэтому о моей незапланированной отлучке он ничего не знал. Лицо его было решительным, и он сходу начал заваливать меня большими объемами интересной теоретической информации.

«Решили, что, если я начну тратить время на теорию, то перестану уделять внимание ощущению магии? Глупцы! Я ведь могу делать это постоянно! Во время еды, умываний, походов с девочками в парк и… во время сна. Недаром Феофан учил меня использовать медитацию вместо сна. Пара часов – и я как новенький!»

Тем не менее, занятия оказались крайне познавательными и интересными.

– Магу, чтобы кастовать заклинания, необходимы четыре вещи. Это сила, желание, воля и власть, – сухо произнес доктор, внимательно наблюдая, слушаю я его или нет. – Под силой понимаются магический талант, который делает тебя тем, кем ты являешься, и энергия, которую мы тратим при создании заклинания.

Желание – это то, что определяет наши потребности, то, что мы хотим сделать с помощью силы.

Воля позволяет нам использовать силу для реализации желаний.

Маг замолчал, поэтому мне пришлось напомнить.

– А власть? Зачем нужна она?

– Власть является тем, с помощью чего маг и делает свои заклинания.

– Это как? – не понял я.

– Сейчас поясню. К примеру, высокоранговые маги могут создавать заклинания «огненного шара» с помощью силы, желания и воли. Это, конечно, примитивные и слабые заклинания, но все же. А вот если этот же маг захочет придать огненному шару определенные параметры – скорость, температуру и все остальное, – то он будет использовать власть.

– Понял, – через некоторое время ответил я. – То есть, ритуальные пентаграммы и все подобное – это инструмент мага, а значит, власть?

– Именно, – кивнул мужчина. – Точно подмечено.

– Могли бы назвать это инструментом, – буркнул я.

– Слишком по-крестьянски, – заметил маг. – «Власть» – более благозвучно.

Я закатил глаза и произнес.

– А заклинания? Как формируются они? С использованием какого инструмента?

– С помощью рун, – ответил доктор. – А точнее, различной последовательности рун, но это если учитывать простые заклинания. Сложные вам пока недоступны.

Переварив информацию, я задал следующий вопрос.

– А почему во время покушения на Георгия мне удалось сотворить «сферу льда»? О власти я тогда не знал, волю для того, чтобы использовать магическую энергию, не направлял, как так?

– Инстинкт самосохранения, – ответил доктор словами Симерона. – Когда организм оказался перед угрозой смерти, он принял желание выжить любой ценой и потянулся к имеющейся в нем силе. Вот и все.

– А почему заклинание приняло именно такую форму? Не форму «защитной стены», не что-то вроде «магического щита», а именно форму «сферы льда»?

Доктор улыбнулся.

– Потому что вы Морозов.

– Отличный ответ! – показал я ему большой палец и скривился. – В стиле: дождь идет, потому что осень наступила. Мне же не очевидные вещи нужны, а конкретика! Оно, конечно, логично, что раз Морозов, значит, заклинания будут связаны со льдом и холодом и так далее, и тому подобное. Но я хотел бы узнать, почему у меня, Морозова, сформировалось такое заклинание!

– Понял. В вашем случае сработал так называемый «дар рода». Это, скажем так, предрасположенность какого-либо члена семьи потомственных магов к определенной области магии. Поэтому для подобных заклинаний потомственным магам не нужна власть, им хватает желания и воли. При этом силы из источника потребляется очень мало.

Обычному же магу для создания любого заклинания необходим специальный жезл. Да еще и власть приходится использовать.

– То есть, жезл нужен для того, чтобы увеличить волю? – уточнил я.

– Скорее, жезл помогает фокусировать волю мага на использование власти. Ну и бонусом идет возможность навесить на жезл несколько заклинаний, чтобы затем использовать, напитав силой.

Переварив сказанное, я уточнил.

– Значит ли это, что мои успехи, связанные с сотворением магии рода, целиком завязаны на волю? И что для ее использования мне не нужна власть?

– Все верно, – как-то очень осторожно подтвердил доцент. – Но для того, чтобы использовать родовую магию, необходимо попрактиковаться в общепринятой. Да и перед этим обязательно нужно научиться впитывать энергию из окружающего мира, а потом переходить к более сложным вещам.

«Ага, как же! – скептически подумал я. – Как показывают твои оговорки, в первую очередь мне как раз необходимо научиться пользоваться родовой магией. Для начала хватит и чего-то простого. Ведь с поглощением энергии пока может справиться и ядро. Без моего участия. Если окажется, что сейчас разыгралась моя паранойя, хорошо. Научусь пользоваться родовой магией, а позже осмысленно накапливать энергию».

– Спасибо за интересный урок – сказал я доценту, вставая. – Это было крайне познавательно, а теперь я хотел бы хорошенько отдохнуть. Только сейчас понял, что меня как-то сильно утомили все эти занятия магией. Еще и этот Симерон…

– Да, конечно, – кивнул маг с явным облегчением. – Нужно делать себе перерывы, чтобы не перегореть. Это важное правило разумного мага.

– Теперь только отдых, – слукавил я, глядя ему в глаза. – Буду очень разумным магом».

Глава 5

В час «икс» наша семья, а точнее, детская ее часть и двое взрослых, которым я совершенно не доверял, погрузилась на комфортабельный гражданский вертолет и отправилась на торжественный бал в поместье князя Берегова.

До этого момента я не раз летал на винтокрылых машинах, все же работал на северном полюсе, но вертолетов, подобных этому, мне встречать не приходилось.

Первое, что бросилось в глаза – какая-то неброская роскошь корпуса. Вертолет выглядел довольно технологичным, вместительным, очень «зализанным» и дорогим.

После того как я оказался в салоне машины, это впечатление окрепло. Меня порадовали и удобные кожаные кресла с подлокотниками, и установленная на них система массажа с подогревом, и довольно большая вместимость, позволяющая не чувствовать себя, как в тесной консервной банке. Удивительное открытие, заставившее буквально влюбиться в сие транспортное средство, заключалось в неестественной тишине, царившей в салоне.

Пытаясь разгадать эту интересную загадку, я делал десятки различных предположений, призванных развеять мое недоумение по поводу достижения подобной шумоустойчивости салона. И только после пары минут размышлений догадался посмотреть на вертолет техникой «глаз волка».

От запестревших ярких знаков на обшивке машины в глазах защипало. Вертолет светился, словно елка, увешанная гирляндами!

«Ну конечно же! Элементарно! Все дело в магии! Амулет тишины на корпусе, и пассажирам ничего не мешает. Могут лететь с комфортом!»

Правда, теперь становилось интересным предназначение других амулетов и рун. Скорее всего, что-то защитное, ведь тяжелое оружие вполне могли заменить и князь Темников, и два боевых вертолета, сопровождавших нас на протяжении полета.

Вертолеты сопровождения представляли собой что-то, похожее на смесь советского Ми-24 (по крайней мере, корпус был ну очень похож!) и американского «апача», если последнему увеличить количество носимых боеприпасов раза так в два, не меньше.

Полет проходил вполне комфортно, я читал на телефоне электронное пособие по этикету, сброшенное мне бдительной Эльвирой Павловной. Справлять естественные надобности тоже не хотелось, благо Руслан заранее предупредил, что лететь нужно часа два и остановки в полете не запланированы.

В воздухе мы находились довольно долго, около полутора часов. Род, пригласивший нас на торжество, проживал не очень далеко, в соседней области.

После благополучного приземления я открыл в телефоне навигатор, чтобы узнать, сколько мы пролетели, и испытал ни с чем не сравнимое удивление. Оказалось, что за время полета мы преодолели порядка четырехсот пятидесяти километров! Неплохо, если учесть, что высокая скорость почти не ощущалась.

«Даже и не припомню, способны ли вертолеты на моей Земле совершать подобные подвиги. Вроде бы пока нет».

– Не торчи в телефоне, нас уже ждут, – произнес Руслан, проходя мимо. Я поспешил спрятать свой гаджет в карман пиджака и двинулся вперед, чтобы успеть за быстро устремившимися вперед членами рода.

К тому же оказалось, что отец выставил специальный щит, который должен был защитить прически женской половины семьи от порывов ветра, создаваемых винтами вертолета, а также все костюмы от поднявшейся пыли. Так что промедление могло обойтись моему смокингу довольно дорого.

«Хорошо еще, что Федот и Игнат после бала в поместье убыли в столицу!» – в который раз подумал я, радуясь тому, что Игнат не будет портить мне вечер своими претензиями и требованиями продемонстрировать родовую магию.

Специальный слуга провел нас через красивый парк к главному входу в поместье, которое оказалось столь же внушительным и старым, как наше.

В холле представителей рода уже встречали хозяева – довольно пожилая пара где-то за семьдесят.

Он – высокий седовласый мужчина с зачесанными на затылок длинными волосами, одетый в строгий черный фрак. Она – низкая пухленькая женщина в красивом темно-зеленом платье. Несмотря на свой возраст, женщина имела довольно приятную внешность и весьма красивую улыбку.

«Целитель и стоматолог явно хорошо поработали», – во второй раз подумал я, глядя на Береговых, которые хорошо запомнились мне во время бала у Темниковых. Возможно, потому что прибыли одними из первых.

– Рад оказанной чести, – поджав губы и гордо приподняв треугольный подбородок, весьма сухо произнес хозяин поместья.

– Ну что вы, князь, – склонив голову в вежливом поклоне, ответил отец. – Мы счастливы прибыть в ваш гостеприимный дом…

Пока Егор Дмитриевич разливался соловьем, я следил за тем, как на нас смотрит хозяйка этого дома. Ее улыбающиеся глаза казались весьма теплыми, добрыми и приветливыми, однако, стоило ей глянуть на мачеху, и улыбка медленно увядала.

«Как интересно! – довольно потирая руки, подумал я. – Значит, Белова совсем не в фаворе у некоторых дворян. Пока не знаю, как, но, думаю, я смогу это использовать. А сейчас необходимо проследить, как к ней будут относиться другие знатные бояре».

Наконец, обмен любезностями завершился, и мы направились в большой зал, который оказался немного меньше, чем наш. Протаскавшись около получаса за старшим поколением, я, признаться, немного устал. Отец в очередной раз направился к одному из своих знакомых, возле которого мы ненадолго задержались.

То, что это не случайно, я понял в тот момент, когда увидел довольно симпатичную пятнадцатилетнюю девушку, платье которой очень гармонично смотрелось рядом с костюмом Руслана.

Брат, кажется, тоже это заметил. Он даже как-то посерьезнел и начал свысока поглядывать на меня, которому вскоре предстояло отправиться в гостиную для детей. Он-то ведь старший и может развлекаться наравне со взрослыми!

«Все понятно!» – задумчиво переводил я взгляд с одного подростка на другого.

«Значит, хотят свести Руслана с этой очаровательной дамой. Хм… а ведь смотрятся они действительно неплохо. Нужно только дать им время потанцевать и познакомиться поближе. А там будет видно».

Сразу вспомнился бал в поместье Темниковых, где мне пришлось открывать заключительный тур танцев после ужина. Моей дамой была одна хорошенькая девочка из «серебряного» рода, которая танцевала просто замечательно.

Конечно же, я знал о том, что меня ждет, и поэтому очень долго к этому готовился. Благодаря бдительному попечительству Эльвиры Павловны, я усовершенствовал имеющиеся навыки и сумел, выдержав сотни внимательных взглядов, не допустить ни единой ошибки.

Пока взрослые общались, а Руслан с незнакомой девочкой украдкой переглядывались, меня и сестер пригласили пройти в специально подготовленную для нас гостиную.