Юлия Лушина
Рыжая проблема дракона

Пролог

Киаран никогда не бегал от двух вещей: судьбы и ответственности. Вот и сейчас, получив пугающие предсказания ведьмы, он собирался во всем разобраться.

В камине потрескивал огонь. Только он и светильник на массивном столе освещали комнату. Мебель из красного дерева, искусная резьба в виде драконов, темно-бордовый ковер и мрачные, но удобные кожаные кресла, – все это указывало на высокий статус владельца кабинета.

– Ты уверен, что старуха говорила правду? – спросил лорд Сандр Варгас.

Он отложил в сторону бумаги. Его родство с Киараном не вызывало сомнений. Оба дракона имели черные как смоль волосы, одинаковую четко очерченную линию подбородка и схожий прямой взгляд, который словно заглядывал в душу. Разница была лишь в возрасте. На переносице Сандра залегли морщины, а виски тронула легкая седина. Серебристые пряди придавали ему солидности и только подчеркивали стать. В его спокойном низком голосе, величественной манере держаться чувствовалась уверенность, что присуща могущественным людям и нелюдям. Уже более сотни лет Сандр Варгас был главой клана драконов, и всем врагам назло еще добрую сотню лет планировал оставаться на этом посту.

Сплетники поговаривали, что за годы работы на благо клана, лорд потерял боевую форму, а все заслуги по борьбе с нечистью остались давно в прошлом. Киаран хмыкнул. Так мог думать только тот, кто не встречался с лордом Варгасом лично. В магическом спарринге его дядя любому даст жару. Даже Киарану, одному из самых сильных драконов, частенько приходилось попотеть, чтобы одержать над ним победу.

– Два из трех предсказаний сбылись, – ответил Киаран, глядя на огонь в камине.

Ему нравилось наблюдать за языками пламени, ведь это была его родная стихия. Она текла по венам и всегда отзывалась на зов в самых безвыходных ситуациях. Не верилось, что стихия может навредить огненному дракону. Тем более такому могущественному, как Киаран.

– Напомни предсказания, – попросил лорд Варгас.

– Потеря близкого, – начал он. – Через год мой начальник выходит на пенсию и остро стоит вопрос, кто же займет его место.

– Представляю, что у вас там творится, – хмыкнул дядя.

Тайная канцелярия расследовала и предотвращала межклановые преступления. Она была тем самым органом власти, который поддерживал хрупкий баланс между кланами и, следовательно, обладала нешуточной властью. Многие лорды хотели бы видеть на месте начальника тайной канцелярии своих ставленников, но протекция, деньги и связи мало что решали. Личные достижения и годы безупречной службы – вот единственный путь на вершину. А еще верные друзья и соратники. С последним Киарану не повезло.

Примечательно, что за годы службы Киарана в тайной канцелярии дядя никогда не просил его “об услуге”. Это было ниже достоинства лорда драконов.

– Из всех заместителей у меня самый большой послужной список и сильный дар. Выбор пал на меня, но недавно кто-то написал донос о превышении должностных полномочий. Идет расследование, и теперь я могу забыть о месте начальника тайной канцелярии.

– Ты уже выяснил, кто за этим стоит? – нахмурился дядя.

– Обижаешь, – Киаран усмехнулся. – Я не просто так ем свой хлеб. Лувель, мой лучший друг, так жаждал повышения, что опустился до грязной игры. Получается, я и правда потерял близкого человека. Друга у меня больше нет.

Дядя вздохнул, ничего не говоря по этому поводу, но Киаран и так все понял. Лорд Сандр Варгас неоднократно предупреждал племянника, что эльфам нельзя доверять. У них своеобразная мораль, которая не вписывалась в понятия драконов о дружбе и чести. Киаран считал бывшего сослуживца иным, за что и поплатился. А ведь когда-то Лувель работал под его началом. С тех пор утекло много воды и они оба дослужились до заместителей, с той лишь разницей, что Лувель занимался отделом по связям с кланами, а Киаран не гнушался работать в поле и возглавлял отдел по магическим преступлениям. Дракон не сомневался, что расследование ни к чему не приведет, но время будет упущено и Лувель займет пост его руководителя.

– Второе предсказание? – дядя прервал размышления Киарана.

– Я потеряю то, что дорого сердцу. Сбылось несколько часов назад.

– Кто именно пострадал? – спросил лорд Варгас.

– Речь шла не о человеке. Я нанял дополнительную охрану для родных, но все оказалось проще. Дом, в котором я провел большую часть детства, этим утром пострадал от урагана и не подлежит восстановлению. Осталось третье, последнее предсказание.

– Не томи, – поторопил дядя.

Киаран протянул руку к огню. Оно услужливо откликнулось на зов и принялось ласкать ладонь. Пламя грело, но не обжигало, словно они с драконом были одним целым.

– В течении года я сгорю по вине рыжей зеленоглазой девушки, – ответил Киаран.

– Старуха бредит! – со злостью бросил лорд Варгас. Он редко поддавался эмоциям, но слова племянника явно зацепили главу клана драконов за живое. – Ты допрашивал ведьму еще раз. Что из этого вышло?

– Добился уточнения: судьба будет ждать в академии Мерканда и при встрече девушка назовет меня чужим именем.

– Тхырзово отродье, – процедил сквозь зубы лорд Варгас. – Ведьма издевается. Мерзавка играет с нами. Думаю, сказанное раньше и случившееся – совпадения. Её слова были очень размыты, к таким предсказаниям можно притянуть любую беду.

Киаран тоже так считал, но игнорировать слова старухи и пустить все на самотек не мог. Слишком многое стояло на кону, чтобы довериться воле случая.

– И тем не менее нам стоит просчитать все варианты развития событий, – словно прочитав его мысли заключил лорд Варгас.

– Я размышлял об этом. Обычный огонь, чистое проявлении стихии, мне не может навредить, но если его трансформировать через артефакт либо разработать запрещенное заклинание или ритуал, то кто знает? – Киаран вздохнул. – Куда больше меня беспокоят мотивы этой загадочной девушки.

Киаран всегда старался просчитывать все наперед. Он успел нажить немало врагов, за время, что пробыл первым советником лорда драконов и заместителем главы тайной канцелярии. Кто бы не хотел сжечь Киарана – как бы абсурдно это не звучало – вполне мог преследовать более серьезные цели.

– Желающих ослабить наш род предостаточно, – сказал лорд Варгас. – Когда-нибудь я передам свой пост наследнику. Моего сына куда больше интересуют артефакты, нежели политика, да и дар его, увы, оказался не так силен. Будем откровенны Киаран, я и Верховный совет старейшин видим тебя следующим лордом.

– За десятки лет все может измениться. Кто знает, может у вас с тетей появится еще один сын? – не поведя бровью предположил Киаран.

Сандр заливисто рассмеялся.

– Вот за что я тебя люблю, так это за невозмутимость. – он похлопал племянника по плечу. – В следующий раз скажи что-то вроде “почту за честь”. Но шутки в сторону. Убрав тебя, наши враги посеят среди клана смуту. Начнется мышиная возня и любой, кто имеет хоть какое-то отношения к роду Варгасов, попытается усадить своего отпрыска в мое кресло. Этого нельзя допустить.

– Знаю, – кивнул Киаран. – Поэтому мы во всем разберемся. Пока идет расследование, в тайной канцелярии для меня нет работы. Я взял отпуск на год. Поеду в академию и найду угрозу. Не думаю, что там слишком много зеленоглазых рыжих девиц. Составлю список, проведу расследование, – ответил Киаран. – Посмотрим, чего стоит последнее предсказание ведьмы.

– Тогда поступим следующим образом, – лорд Варгас откинулся на спинку кресла, – ректор Мерканда у меня в долгу и не станет задавать лишних вопросов. Мы найдем подходящую тебе должность на ближайший год, и ты начнешь поиски девушки из предсказания. Раз дело может касаться благополучия клана, я хочу получать от тебя отчеты о проделанной работе. Но действуй осторожно. Нам не нужна лишняя шумиха и открытая конфронтация с… кем бы то ни было.

– Да, мой лорд.

– И не делай поспешных выводов. Скользкая рыбка эта ведьма. Даже если ее предсказания правдивы, она старательно искажает смысл. Предыдущие два предсказания получились…

– Двоякими, – закончил за него Киаран.

Лорд Варгас улыбнулся. Племянник понимал его с полуслова.

– Ты и сам все знаешь. Учти, я не собираюсь искать себе нового советника. Так что реши проблему с предсказанием и возвращайся как можно скорее. Без подпалин. Это приказ.

Киаран кивнул. Он и сам не собирался медлить с выполнением этого задания и, тем более, сгорать в Пламени.

Глава 1

– У боевого факультета новый декан и не абы кто, а первый советник лорда Варгаса!

– Сам Киаран Варгас? Быть не может.

– Приказ о назначении висит над доской объявлений…

Я встала из-за стола и демонстративно пересела за другой столик. Невозможно сосредоточиться, когда у тебя под боком щебечет шумная компания адепток. Я не имела ничего против девушек. Они не виделись с конца прошлого учебного года и им многое хотелось обсудить. Просто я составляла по памяти список закончившихся трав для зелий. Не хотелось бы заказать что-то лишнее, когда каждая монетка на счету.

Но момент был упущен. Я решила все же закончить завтрак, а заодно отвлечься. Академия оживала после летних каникул. В просторной, залитой солнечным светом столовой смешались запахи самой разнообразной еды. Здесь пахло сдобой, тушеным мясом и специями. Работники академии старались угодить всем. Низкорослые гномы предпочитали простую, сытную пищу. Высокомерные эльфы наоборот любили легкие и утонченные блюда. А орки не могли представить себе еду без острого, жгучего перца.

Академия Мерканда располагалась в самом сердце столицы клана драконов, но учились в ней адепты со всех кланов. Поступить сюда было все равно что совершить чудо. Высокий конкурс при поступлении стоил того. Лучшие преподаватели, новейшие технологии в обучении – все это позволяло выпускать отличных специалистов. А еще здесь было… на удивление хорошо. Каким-то образом руководству академии удавалось удовлетворить потребности всех рас. Будь то гномы, которым требовалась специальная мебель из-за небольшого роста, или чувствительные к этикету и расшаркиваниям эльфы, которых можно оскорбить неудачно выбранным цветом для штор. До сих пор не понимаю, чем им не угодил горчичный.

Иногда случались и мелкие стычки. Шутка ли, собрать в одном котле таких разных по темпераменту адептов и не позволить им разнести все на мелкие камни. Но опять же, академия с этим справлялась.

Я даже представить не могу, как люди и нелюди жили в темные времена, когда кланы были отдельными государствами и постоянно друг с другом воевали.

За четыре года я успела полюбить академию, как родной дом. Сердце больно кольнула тоска. И я еще раз обвела взглядом столовую, стараясь запомнить все до мельчайших деталей. Адептов из разных концов империи, цветастые платья, костюмы, запахи, узор на мраморных плитах и кипельно белые скатерти на столах. Всего этого мне будет не хватать.

Скрипнули ножки стула, я вздрогнула и увидела Тавроса Ламора. С первого курса он не давал мне прохода и, судя по нагловатой улыбке, планировал продолжить славную традицию и в этом году.

– Лилиана, ты преступно похорошела за лето! – воскликнул он и протянул мне розу, явно сорванную с одной из клумб академии.

– А ты ни капельки не изменился, – отметила я, не принимая подарок. – Вот поймает тебя завхоз и до конца года будешь помогать садовнику.

Запрокинув голову, Таврос громко рассмеялся, тем самым привлекая к себе внимание первокурсниц за соседним столиком. Девушки с восхищением смотрели на загорелого блондина атлетичного телосложения. Лучшим на курсе боевого факультета он не был, но устрой кто конкурс на звание самого красивого адепта, определенно занял бы одно из призовых мест. Таврос Ламор был красив, богат и знатен. Обладал легким нравом и веселым характером. С таким хорошо дружить, но в том, что касалось серьезных отношений, на него лучше не полагаться. Тем не менее за лето я даже немного соскучилась по его шуткам. Из-за учебы у меня было не так уж много друзей и Таврос стал одним из немногих, с кем я общалась.

– Тогда садовнику и его цветам можно будет только посочувствовать. – Он положил розу на столик. – Ну, рассказывай, как прошло лето?

– Быстро, – ответила уклончиво, собирая записи со стола.

– А я вот умирал со скуки на побережье Лезарного моря. Ну знаешь, в курортных городках только первый день интересно, потом все приедается.

Я не знала, так как ни разу там не была и лето провела не вылезая из лаборатории. Это Тавросу повезло родиться с золотой ложкой во рту, мне же приходилось самой заботиться о себе.

– Зря ты не приехала в гости, мы бы неплохо провели время. – Таврос подался вперед, и, прежде чем он сцапал мою ладонь, я успела убрать ее со стола. – Когда же ты поймешь, Ступочка моя ненаглядная, что мы созданы друг для друга?

Радость от встречи как рукой сняло. Я терпеть не могла это глупое прозвище. На первом курсе Таврос увидел меня за работой. Помнится, тогда я злилась из-за нелестного отзыва о качестве моего зелья и с остервенением перемалывала семена в ступке. Как впоследствии утверждал Таврос, именно тогда он в меня и влюбился. Впрочем, любовь эта была ветреной и не мешала ему влюбляться в других адепток. А зациклился он на мне по одной простой причине: только я из всех его потенциальных пассий стояла на своем и держала дистанцию вот уже пятый год.

Во мне не было ничего особенного. Средний рост, никаких пышных форм. Из-за учебы и подработок я часто забывала поужинать. Про одежду и говорить не стоит. С моим финансовым положением было не до изысков. Так что я носила в основном простые скромные платья. Откровенно говоря, иногда я жалела что в Мерканде нет единой формы. Она могла бы неплохо сэкономить мне деньги, но увы такие преференции имелись только у боевиков. Единственного факультета с военной кафедрой. В своей внешности мне нравились рыжие волосы, которые красиво сочетались с зелеными глазами. Они достались мне от мамы. Вот она была красавицей, а я… Я из тех кого называли симпатичными, и тут же забывали, как они выглядят.

– Таврос, еще раз назовешь меня Ступочкой и никаких зелий от боли в мышцах после тренировок! – пригрозила я.

Но он уже не слушал. Я проследила за его взглядом и увидела, как в столовую вошел высокий, под два метра ростом мужчина. Дыхание перехватило, а каждый удар сердца с шумом отдавался в груди. Я сглотнула, не понимая что это, страх или волнение? А может быть все вместе?

Незнакомец двигался точно хищный зверь. Плавно, тягуче, грациозно. Внешне он выглядел расслабленно, но от него так и веяло опасностью. Длинные черные волосы убраны в низкий хвост. Широкий лоб, брови с изломом, прямой нос и четкая линия подбородка делали его красивым и… притягательным. Когда-то в пансионе для девочек, старая дева-наставница, предупреждала, что есть мужчины-искусители от которых стоит держаться подальше. Мне ее наставления казались глупостью, но, кажется, теперь я понимала, что она имела ввиду. Та самая опасность, из-за которой здравый смысл говорил держаться от него подальше, одновременно притягивала и манила.

Незнакомец был одет в синий тренировочный костюм, что носили адепты с боевого факультета в дни, когда у них стояли практические занятия. Вот только он явно не принадлежал к их числу. Широкие плечи, развитая грудная клетка, длинные стройные ноги, узкие бедра, которые обтягивали тренировочные штаны… Кровь прилила к щекам. Боги, куда я только смотрю?! Одним словом этот незнакомец был слишком мужественным, зрелым и самоуверенным. Он держался скорее как преподаватель, нежели адепт. Незнакомец остановился. Мои ладони вспотели и я стиснула на коленях ткань юбки. Маг, точно лев, осмотрел свои новые владения, выбирая, кого бы первым скушать на завтрак. Подозреваю, именно за этим он и пришел в столовую.

Неожиданно взгляд незнакомца остановился на мне. По коже пробежали мурашки. Чувствительная к энергетике других существ, я могла достаточно точно определить, с кем имею дело. И судя по ощущениям, незнакомец этот был весьма могущественным магом огня. Его окутывал ореол пламени, готовый в любой момент испепелить наглеца посмевшего приблизиться к хозяину. Дыхание перехватило. Я никогда не видела ничего подобного. Не знаю кто он, но точно не человек.

Обычно я старалась приглушать свой дар в академии. Когда вокруг толпа, последнее что тебе нужно, это калейдоскоп ярких пятен перед глазами. Но аура незнакомца была настолько сильна, что игнорировать ее или попросту “не видеть” я не могла. Глаза начали слезиться. Я часто заморгала и в очередной раз пожалела, о даре, что достался мне от прабабки ведьмы. Встречался он крайне редко, да и практического применения не имел. Ну разве что в детстве, при игре в прятки, я с легкостью могла находить кого-то по ауре, а так…

Мужчина наконец-то отвел взгляд и прошел дальше. Я почувствовала облегчение и судорожно втянула носом воздух.

– Это наш новый декан, Киаран Дарей… Даррейхга… В общем Киаран Варгас. – сказал Таврос и я услышала в его голосе нотки зависти и восхищения одновременно. Это показалось мне странным, ведь обычно Таврос восхищался только собой. – Говорят у него за плечами множество сражений с нечистью, большая удача, что он будет вести у нас занятия. Вот только странно это все…

– Что именно? – не поняла я.

Внутри все еще чувствовалось необычайное волнение и я прилагала усилия, чтобы не смотреть в сторону декана боевого факультета. А вот другие адептки явно следили за каждый его движением, словно кошки увидевшие бантик на нитке.

Что ж… Дракон. Да еще приближенный к лорду. Это многое объясняло. И сильный дар и притягательную внешность. В нашу империю входили кланы самых разных рас. Такие как гномы, орки, эльфы обладали яркими характерными чертами, будь то невысокий рост, зеленоватый оттенок кожи или острые уши. Но представители клана саламандр, драконов и василисков на первый взгляд ничем не отличались от людей. Понять, кто именно перед тобой можно было во время боя. Всплеск магии, стресс, сильные эмоции вызывали частичную трансформацию. Могли появиться когти, чешуя и даже крылья в зависимости от силы дара. А ведь были еще полукровки, у кого если и имелись внешние признаки, то едва заметные.

– Предыдущий декан снял с себя полномочия за неделю до начала учебного года.

– Может он устал и решил выйти на пенсию? – предположила я.

Все же преподавание требовало определенной устойчивости. Как показали предыдущие годы обучения в академии, адепты как никто умел потрепать нервы и организовать порцию неприятностей, отчего у бедных глав факультетов волосы вставали быдом.

– В сорок лет? – хмыкнул Таврос. – Кроме того, первый советник главы клана драконов, не последний человек в тайной канцелярии, и вдруг декан боевого факультета? Слишком круто лир Варгас решил сменить сферу деятельности. Вот увидишь, что-то тут нечисто. Может быть в стенах академии кто-то плетет интриги против их лорда или…

– Может быть, – равнодушно сказала я и встала из-за стола. – Мне пора. Увидимся позже.

Слушать сплетни и предположения Тавроса мне было некогда. В конце концов лир Варгас не мой новый декан, да и дела драконов меня не касались.

– Как насчет в субботу в шесть? – лучезарно улыбнувшись, предложил Таврос. Он быстро сменил тему. – Я зайду за тобой в общежитие.

– Хорошая попытка, но нет, – снисходительно улыбнулась я и направилась прочь из столовой.

До занятий я хотела встретиться с лиром Фенимором, чтобы уточнить в силе ли наши договоренности на следующий учебный год. От этого зависело мое будущее. Надеюсь, зельевар пойдет мне навстречу и в этот раз. За определенный процент, конечно. Жизнь в столице драконов очень быстро меня научила, что ничего не делается бесплатно. За все нужно платить.

В коридорах приятно пахло краской и лаком. Чувствовалось, что за лето сдесь кое-где сделали ремонт. Каменный пол сверкал чистотой, а сквозь большие стрельчатые окна проникали еще теплые солнечные лучи. Кто-то открыл створки для проветривания и по академии гулял приятный ветерок. Я подошла к тяжелым дубовым дверям. Одна створка оказалась открыта. Изнутри доносились едва слышное шипение горелок и бульканье, а еще знакомые едкие запахи, свойственные для всех лабораторий. Собравшись с духом, я прошла внутрь и словно пересекла невидимый барьер. В лаборатории академии было прохладно. Зелья и настойки любили стабильную невысокую температуру, поэтому внутри все время работали охлаждающие артефакты. Большинство лабораторных столов пустовало и только на дальнем, практически у самой кафедры работала горелка и в медном котелке варилось зелье. Я попыталась определить какое именно, но цвет и консистенция выглядели незнакомыми. Внутри тут же вспыхнул азарт и жажда чего-то нового, неизведанного. Я тряхнула головой. Нет, зелье подождет. Сначала нужно решить проблему.

Лир Фенимор стоял около кафедры. Едва он меня заметил, как его глаза забегали. Плохой знак. Очень плохой.

– А, адептка Блум. Чем могу быть полезен? – спросил он, надевая защитную мантию.

Простой черный халат из хлопка придавал лиру Фенимору вид колокола. Преподаватель зельеварения был невысокого роста и едва доставал мне до плеча. Узкие плечи, округлый выступающий живот и короткие ноги с маленькими ступнями, указывали на то, что в роду Фенимора были гномы.

Я сцепила руки и подошла к преподавателю. Звук моих шагов звонким эхом разносился по большой аудитории, отделанной неказистым камнем. Я отметила, что и вотчину лира Фенимора к новому учебному году обновили. Где-то на стенах и полу виднелись островки свежей керамической плитки, которые смотрелись точно заплатки на одеяле. Здесь пять дней в неделю с утра до вечера молодые неопытные адепты варили, разрабатывали и тестировали зелья. Так что ремонт лаборатории требовался часто. Иногда даже несколько раз в год.

Я остановилась около кафедры и как можно доброжелательнее улыбнулась.

– Пришла уточнить, можно ли будет дополнительно пользоваться лабораторией?

Он замялся, явно подбирая слова для отказа.

– У вашего курса есть строго отведенное для работы время. Я не могу выказывать кому-то из адептов особое расположение, это будет непрофессионально, – затараторил преподаватель, промакивая носовым платком выступивший на лбу пот.

– Но лир Фенимор… – начала я, складывая ладони в умоляющем жесте.

– Нет-нет, ни слова больше, – он покачала головой и принялся застегивать мантию.

Делал он это второпях, пропустив одну из пуговиц. Я же почувствовала, как сердце ухнуло куда-то вниз. На глаза навернулись слезы. Речь ведь шла не о глупых тщеславных экспериментах. Мне требовалась лаборатория прежде всего для выживания.

Я рано осиротела. Наследства, оставленного родителями, едва хватило, чтобы покрыть дядины расходы на мое содержание до восемнадцати лет. Меньше всего мне хотелось доставлять неудобство его семье. Я стремилась как можно скорее уехать, стать самостоятельной. Так я получила грант на бесплатное образование в академии Мерканда. Это было чудом, за которое я заплатила долгими бессонными ночами над учебниками.

Тариду, столицу клана людей, покидала без сожалений. Там остались болезненные воспоминания. А в Мерканде я быстро освоилась. Во время первых каникул нашла подработку в одной из аптек, и когда набралась достаточно опыта и знаний начала варить на заказ зелья. Заработок получался не очень большим, но жила я скромно и умудрялась даже что-то откладывать на будущее. Теперь же все было под угрозой. Без лаборатории я не смогу варить зелья, а значит и зарабатывать. Сложные микстуры не сваришь в кастрюльке на походной горелке.

Я попыталась успокоиться и взглянуть на ситуацию со стороны. Четыре года в свободное от занятий время лир Фенимор пускал меня в святая святых зельевара, а на пятый вдруг передумал? Может быть его больше не устраивает сумма, которую я плачу?

– Лир Фенимор, – я предприняла еще одну попытку уговорить наставника пойти на уступку, – вы один из самых лучших преподавателей Мерканда. Никто не посмеет сомневаться в вашем профессионализме. Тем более наш факультет души в вас не чает.

– Что, правда? – заинтересованно спросил он.

И по блеску в глазах, я поняла, что лесть достигла своей цели.

– Конечно! – горячо заверила я. – Скажу вам по секрету, все факультеты нам завидуют.

– Вот как. И даже артефакторы? – Он пытливо уставился на меня.

Я приложила все усилия, чтобы не улыбнуться. О том, что лир Фенимор не ладит с деканом артефакторики знала вся академия.

– Тем более артефакторы.

Он подобрался и пригладил несколько жидких прядей, что прикрывали лысину на макушке.

– Что ж, я не удивлен, – заявил лир Фенимор.

Волк был задобрен, а значит пришло время аккуратно попросить еще раз подумать о том, чтобы пустить меня в лабораторию.

– Вы всегда внимательно относились к нуждам своих адептов, – с волнением начала я. – Поэтому, пожалуйста, помогите мне в последний раз. Мое будущее в ваших руках.

Я с надеждой и мольбой посмотрела на преподавателя.

– И что прикажете с вами делать? – недовольно проворчал он и обвел глазами лабораторию, словно хотел еще раз убедиться, что внутри нет никого, кроме нас, а затем куда громче добавил. – Не по уставу позволять адептам заниматься в лаборатории невесть чем. Правила есть правила и нарушать их я не собираюсь.

Мои плечи поникли. Ком застрял в горле, губы задрожали, но гордость не позволила мне расплакаться прямо при лире Фениморе. Он имел полное право отказать. Он был прав. Мои действия нарушали правила, ведь я не просто экспериментировала или оттачивала навыки. В казенной лаборатории я варила зелья на продажу, что было строжайше запрещено. Но обстоятельства… Боги, ведь все это делалось ради продолжения обучения. Тетради, справочники, некоторые травы, одежда в конце концов – все стоило денег.

Сглотнув, я взяла себя в руки. Нельзя отчаиваться. Нужно посидеть одной. Успокоиться. Может быть что-то и придумаю, а пока нужно сохранить лицо. Дрожащей рукой, я достала из кармана ключ от лаборатории – дубликат, что когда-то дал лир Фенимор – и протянула его преподавателю. Тот отчего-то медлил. Он смотрел на мою раскрытую ладонь, а затем вдруг вздохнул и отвернулся.

– Действуйте на свой страх и риск, – едва слышно произнес он и не оборачиваясь ушел в подсобку за кафедрой.

Медленно до меня доходил смысл происходящего. Получается, я все же могу пользоваться лабораторией? Сердце радостно подпрыгнуло.

– До свидания! – крикнула я и, дабы не испытывать судьбу, побежала на первое занятие.

Вот только мысли о разговоре с лиром Фенимором не давали мне сосредоточиться на новых знаниях. Преподаватель вел себя странно. Словно боялся, что нас могут подслушать. Может в академии идет проверка? Точно, Таврос же говорил о странном назначении нового декана боевого факультета. Вот лир Фенимор и перестраховывается, снимая с себя все риски. Еще повезло, что удалось его уговорить. Я нащупала в кармане юбки ключ. Следует быть осторожной. Нельзя доставлять проблемы преподавателю, что столько лет меня выручал. Единственное, не понятно, что делать с деньгами, которые я обычно платила за пользование лабораторией. Мы ведь не обговорили, где и сколько оставлять. Ну да ладно. Разберусь. В крайнем случае просто положу деньги в конверт и уберу в рабочий стол лира Фенимора. Он поймет от кого это.

Я надеялась на поблажку в первый день занятий, но преподаватели явно были другого мнения. Каждый считал своим долгом устроить быстрый порос-проверку по ключевым моментам прошедшего года. Не зря же академия Мерканда считалась одной из самых лучших на континенте.

Увы, знания, с таким трудом заученные перед проверочными и экзаменами, за каникулы покинули светлые головы адептов. Даже я, не выпускавшая учебники все лето, поняла что кое-что подзабыла.

– Год становления империи? – лир Октав точно коршун обвел взглядом аудиторию. Встре затаили дыхание. Некоторые даже пригнулись к партам, стараясь казаться меньше, незаметнее. – Адепт Лиандр.

С заднего ряда встал худощавый парень из клана людей.

– Тысяча пятьсот сорок… – он замер на полуслове. Должно быть заметил как побагровело лицо лира Октава. – Тысяча пятьсот пятьдесят… шестом?

В голосе адепта слышалась вопросительные нотки. Я прикрыла глаза. Это был провал.

– Расслабились, – раздосадованно заключил Октав. – У вас последний год обучения! Как, ну как можно забыть год становления родной империи?!

Все молчали. В гробовой тишине адепт сел на место. Его уши пылали. Должно быть бедолага мечтал провалиться сквозь землю.

– В тысяча пятьсот пятьдесят пятом году разрозненные кланы людей, гномов, драконов, эльфов, василисков и многих других видов, решили объединиться в одну империю Равных, – начал вещать лир Октав. Он четко выговаривал каждое слово, делал паузы между предложениями и обводил взглядом адептов, будто хотел убедиться, что до его недалеких учеников доходит смысл сказанного. В последнем он явно сомневался. – Управляет ею Верховный Совет, который состоит из лордов. Или другими словами, глав кланов. Эта почетная должность, переходит от отца к сыну, в редких случаях к другим наследникам по линии. Причиной, по которой воюющие сотнями лет кланы все же пришли к миру, стал прорыв нечисти. Был созван первый Верховный Совет. Враг объединил нас, и общими усилиями удалось зачистить самое полномасштабное вторжение темных сил с начала времен…

Опустив головы адепты слушали лира Октава. Все это мы знали с раннего детства. Он рассказывал прописные истины, а в тоне его слышалась издевка. Не самое страшное наказание, но и неприятное, прежде всего для гордости.

Под конец первого дня ни у кого не осталось иллюзий, что полученные в прошлом оценки помогут нам по накатанной отучиться пятый курс. Все, в том числе и я, пригорюнились. От летней беззаботности на лицах адептов не осталось и следа.

Когда я вышла из главного здания академии, то невольно обернулась назад, чтобы еще раз полюбоваться старинным замком. В лучах заходящего солнца светлый песчаник казался ярко-оранжевым и словно светился изнутри. Конусовидные крыши башен, выложенные красной черепицей, тянулись вверх и напоминали острые шляпки экзотических грибов.

Вздохнув, я пошла в свой корпус общежития. Когда-то давно там размещались гостевые дома, но после учреждения академии их переделали под нужды адептов. Причудливая каменная кладка была единственным украшением простых прямоугольных зданий с покатой крышей. Холл встретил меня непривычной тишиной. Обычно в первый день занятий общежитие напоминало улей. Первокурсницы обустраивались на новом месте, другие адептки пытались поменяться местами, чтобы попасть в одну комнату с подружкой с прошлого года, а некоторые даже пытались отвлечь смотрительницу, чтобы пронести в общежитие питомцев или запрещенку, дабы хорошо отметить начало учебы. Но не в этом году.

Чувствуя неладное, я поднялась на третий этаж, где располагались комнаты пятого курса и увидела собравшуюся в коридоре толпу. Побросав сундуки, сумки и прочие вещи, девушки толкались около окна в конце коридора.

– Что происходит? – спросила я одну из адепток, которая видимо отчаялась пробиться к подоконнику и теперь грустно вздыхала у стены.

– Марш-бросок у первого курса боевого факультета, – ответила она и привстала на носочки.

– А, – протянула я, припомнив, что это единственное окно в нашем общежитии, что выходило на сторону тренировочного поля. – Они теперь будут бегать как минимум три раза в неделю. Еще успеешь полюбоваться.

– Девочки, он снял рубашку! – радостно воскликнула одна из девиц в толпе.

И я узнала голос Эмбелии Гловер, рыжеволосой красавицы с факультета артефакторики. Эта редкостная змеища конечно же была в первых рядах. Она происходила из очень богатой семьи василисков и не упускала случая, чтобы уколоть тех, кто был ниже ее по статусу. Аристократия и прочие условности давно канули в небытие. Мужчины, женщины имели равные права, иначе о какой империи “равных” может идти речь, но в натуре людей и нелюдей имелись червоточины, от которых не так то просто отказаться. Деньги, власть, сильный дар, родители на значимых должностях при лорде позволяли некоторым думать, что они лучше других. Собственно, такой и была Эмбелия. Меня она не трогала, так как я происходила из “приемлемой” семьи. Фамилия Блумов была на слуху среди кланов. Не одно поколение мои предки вносили свой вклад в науку. А вот моей соседке Алане нередко доставалось от Эмбелии. Не будь красавица василиском, давно бы подцепила проклятие, но ее раса отличалась невосприимчивостью к темной магии и ядам.

Первокурсница не выдержала и бросилась в толпу, активно работая локтями.

– Пустите! Я тоже хочу посмотреть! – потребовала она.

– Эй, тут занято! – раздалось возмущенное в ответ.

Не знаю, чем бы все закончилось, но в коридоре появилась лира Тандурия. Коренастая гномка держала в строгости все общежитие. Поговаривали, ее побаивается даже ректор. Оно и не мудрено. Эта боевая женщина могла бы дрессировать серпопардов, если бы ей захотелось, но к счастью диких животных, дрессировала лира Тандурия только нас.

– Что это вы тут устроили! – строго спросила она, уперев руки в крутые бока. – Живо все разошлись! Ишь, бесстыдницы. Мужчин они разглядывают. В мое время за такое бы высекли.

– Это лет триста назад? – ехидно уточнила одна из первокурсниц.

Понять, что она в академии новенькая было не сложно. Любая опытная адептка знала неписаное правило: нет более легкого способа испортить себе жизнь, чем поссориться со смотрительницей общежития. Особенно если это лира Тандурия.

– Как остроумно, адептка Лестер, – улыбнулась гномка, отчего у меня по коже пробежали мурашки.

Девушка если и удивилась, что ее имя запомнили, то виду не подала. Наоборот, она дерзко вскинула подбородок. Не иначе родственница какого-нибудь лорда.

– Между прочим, я все еще жду заселения. Мне так и не выделили комнату.

Я тихо присвистнула. А вот это она зря. Очень зря. Нельзя говорить с лирой Тандурией, как с прислугой.

– Требовалось время, – почти ласково произнесла смотрительница и ее губы растянулись в зловещей улыбке. – Вам выделена отдельная комната, как вы и просили без соседки. Можете занимать четвертую комнату на втором этаже.

– Так бы сразу, – фыркнула она и задрав нос прошла мимо.

Явно осталась довольна тем, что поставила гномку на месте.

В спину Лестер неслись тихие смешки. Первокурсница даже обернулась, не понимая что происходит. Ну да в неведеньи ей находиться недолго. В прошлом комната номер четыре была чуланом без окон. Длинная, узкая каморка вмещала в себя стол, кровать и шкаф. Вся мебель располагалась вдоль стены. Но это еще цветочки. Действительно непригодной для жизни комнату делала близость к общей уборной и душевой. Шум хлопающих дверей, льющейся воды и нескончаемых разговоров (где еще обсудить последние сплетни, если не в очереди в душевую?) начинались ранним утром и заканчивались только поздним вечером.

Лира Тандурия проводила первокурсницу взглядом, а когда та скрылась из виду, повернулась к остальным.

– А вы чего ждете? – спросила она, хмурясь.

В такой позе, да еще и с косами, заплетенными по бокам в бублики, она напоминала разгневанного барашка.

– Ничего, – поспешила ответить я и скрылась за дверью.

Наконец-то тишина. Комнаты в общежитии были обставлены просто. Казенная мебель без изысков. Стол, стул, кровать и шкаф с одной стороны и точно такой же комплект с другой. Но все вполне удобное и новое. Никаких сбитых углов, или продавленных матрасов. Я опустилась на кровать. Свежевыкрашенные стены смотрелись пустовато. Но мы это конечно исправим.

Алана сидела за письменным столом и уже делала домашнее задание. На голове небрежный пучок, заколотый карандашом. Несколько пепельных прядей тем не менее выбились и мягкими завитками обрамляли красивое овальное лицо.

– Лира Тандурия всех разогнала? – спросила соседка и подняла взгляд.

Ее губы застыли в легкой полуулыбке, но глаза… Я в очередной раз отметила какие же они печальные.

– Ага. Не понимаю, почему все девочки так переполошились?

– С первым курсом бегал новый декан. Скажем так, некоторые адептки перевозбудились по этому поводу.

– Серьезно? Он же такой… пугающий, – призналась я.

Алана изумленно приоткрыла губы, а я покраснела, так осознала, что слукавила. У лира Варгаса явно было на что посмотреть… Но это не отменяло того факта, что он опасен для глупых наивных девушек из клана людей!

– Мы точно об одном мужчине говорим? Лир Варгас, могущественный дракон с сильным даром огня. А еще он неприлично красив и баснословно богат. Странно, что все вышеперечисленное тебя пугает.

– Неприлично красив это как? – осторожно уточнила я.

– Это когда ты смотришь на мужчину и невольно представляешь его без одежды, – заявила Алана.

В воображении всплыла картина лира Варгаса без рубашки. Воображение с лихвой дорисовывало то, чего я не видела. Развитые мышцы груди и пресса, широкие плечи, рельефные руки, ягодицы… Я почувствовала как кровь приливает к щекам. Несколько мгновений и соседка заливисто рассмеялась.

– Лилиана, какая же ты милая.

– Да ну тебя! – буркнула я, а затем сама улыбнулась.

Взяв из шкафа вещи, я хотела пойти в ванную, но вспомнила о лире Тандурии. Не хотелось бы попасться ей под горячую руку прямо в начале учебного года. Я осторожно открыла дверь и выглянула в коридор. Там, встав на сотканный из магии стульчик, лира Тандурия смотрела в окно. В отличии от адепток, гномка подготовилась и принесла с собой бинокль.

Я тихо закрыла дверь и решила отложить банные процедуры. Странные дела нынче творились в академии. Впервые на моей памяти назначение нового преподавателя вызвало такой ажиотаж в академии.

Глава 2

Из отчета первого советника, лира Киарана Дарейгхартха Варгаса

Прибыл в Мерканд. Назначение на новую должность прошло гладко. Преподавательский состав воспринял эту новость настороженно, но высказать свои сомнения вслух никто не посмел. Коллег, чья реакция показалась подозрительной, взял на заметку. Что же касается нашей задачи, я пришел к неутешительному выводу: найти объект будет сложнее, чем мы предполагали. В академии учится и работает много рыжих девушек. Этот цвет волос часто встречается среди людей и других рас. Не все обладают зелеными глазами, так что мне еще предстоит отсеять тех, кто не подходит, но делать это придется лично, так как дела адептов и преподавателей не содержат точные параметры всех физических данных. Но это даже плюс, так будет проще выявить объект. Мои следующие действия: допросить потенциальных девушек из предсказания.

* * *

Лилиана

Ранним утром, пока все общежитие спало, я направилась в оранжерею, чтобы одной из первых выбрать себе самые лучшие грядки. Зельевару важно научиться не только варить сложные микстуры и смешивать порошки, но и ухаживать за растениями. Нельзя полагаться только на покупку ингредиентов.

На первом курсе я растерялась и получила клочок земли, что располагался в теньке, да еще и отличался сыростью. Ох и намучилась я тогда. Зато приобрела бесценный опыт: в большой семье, клювом не щелкают, а в академии тем более!

Оранжерея встретила меня теплым, влажным воздухом. Я обвела взглядом залитое светом пространство и улыбнулась. Закрепить за собой грядки заняло совсем немного времени. Я набросала на листочек схему. На перерыве нужно будет тщательно продумать, как с максимальной выгодой использовать пространство, а заодно учесть травы, которые плохо уживаются друг с другом.

Затем я пошла в столовую. В этот час там тихо и безлюдно. Обычно в такие моменты меня переполняло предвкушение нового учебного года, но не в этот раз. Я ощущала себя цветком, что впервые почувствовал холодное дыхание осени. И вроде бы все как прежде, но… что-то безвозвратно изменилось. Может быть сказывались последний курс и неопределенность. Где я буду жить, когда получу диплом? Куда устроюсь работать? И пусть до решения этих вопросов имелось предостаточно времени, я не могла о них не думать. А еще меня волновало появление нового декана. Если преподаватели боятся возможной проверки тайной канцелярии – а Таврос говорил, что декан работал именно там – то у меня могут возникнуть серьезные проблемы. Особенно если кто-то поймает меня в лаборатории во внеурочное время. Но что-то тут не сходилось. С каких это пор тайной канцелярии есть дело до мелких махинаций в академии? Самое страшное, что они тут могли найти это взятки, да вот таких нарушителей правил вроде меня. Не тянет на межклановое расследование.

Я так глубоко задумалась, что не заметила, как налетела на кого-то.

– Ой, – пискнула я, и попыталась отпрянуть, но в итоге потеряла равновесие.

От падения меня спас незнакомец. Сильные руки обвились вокруг талии и помогли устоять на ногах. Меня окутал приятный запах дыма и амбры.

– Простите, я… – замерла на полуслове, осознав, что столкнулась с новым деканом боевого факультета. – О нет…

Последнее прозвучало сдавленно. Меня накрыло его энергетикой. Слишком близкий контакт. На физическом плане его огненная аура не обжигала, но я чувствовала, как она… пробует меня на вкус и пытается понять насколько я съедобна. Или опасна.

– А вы…

Я уловила вопросительные нотки в голосе декана. Вертикальные зрачки его глаз стали почти круглыми. Бездна меня поглоти, он точно пытался заглянуть мне в душу!

– Адептка Лилиана Блум, – хрипло ответила я. – Не могли бы вы…

– Что? – спросил он низким голосом, от которого по коже пробежали мурашки.

– Не могли бы вы отпустить меня.

На его лице мелькнуло удивление. Он убрал руки с моей талии, но я все равно продолжала чувствовать жар в местах, где дракон меня касался. Я сделала шаг назад и почувствовала облегчение. Огненная аура тоже перестала пытаться меня… облапать. Ох и неудачно же я наткнулась на дракона!

– Что ж, Лилиана Блум, – повторил он мое имя. – Я Киаран Дарейгхартх Варгас, декан факультета боевой магии.

– Приятно познакомиться, лир Варгас, – кивнула я, ища пути к отступлению. – Еще раз простите, что налетела на вас.

Я сделала еще шаг назад. Вот сейчас самое время развернуться и уйти…

– Ничего страшного. – Дракон сделал шаг вперед, тем самым снова сокращая расстояние между нами. – Я приму ваши извинения, если произнесете мое полное имя.

– А? В смысле…

Его требование меня удивило.

– Я хочу услышать свое полное имя, – твердо повторил он, точно приказывал.

А декан-то новый оказался с чудинкой! Да еще какой! Смущенная, я судорожно попыталась припомнить, что там шло после Киарана… Ну и попала я в переплет. Сбежать мне явно не удастся, а выговорить его имя тем более.

– Эм, лир Киаран Дар… Дарейтхар Варгас.

– Дарейгхартх, – поправил он меня.

Овальные зрачки резко сузились, превратившись в одну тонкую линию. Видимо он разозлился, что я исковеркала его имя, но даже сам Тхырз – божество, любившее проказы и пожары, – не смог бы произнести это странное сочетание рычащих букв!

– Да точно. Простите, можно я пойду? Боюсь опоздать, – последнее прозвучало как мольба.

Он медлил с ответом, так что я до боли сцепила пальцы в замок.

– Идите, адептка Блум, – смилостивился он и отошел в сторону.

Стараясь не выдавать своих чувств, я прошла мимо него и огненная аура в последний раз потянулась ко мне и… лизнула. Плечо обдало жаром. Не настоящим. Энергетическим. Я подпрыгнула от неожиданности.

– Чувствуете чужую энергетику? – спросил лир Варгас.

Я запоздало поняла, что это была проверка. Вот Тхырз! О своей особенности я старалась не распространяться. Ходили слухи, что такие как я, чуть ли не мысли читать могут по ауре, но на деле… Мы скорее могли при близком контакте чувствовать эмоции. А еще прабабка-ведьма совсем не то родство, которым хочется хвастаться в приличном обществе. Слишком много ведьм из клана людей в свое время пошло в услужение темным силам.

– Немного, – уклончиво ответила я. – Мой дар в большинстве случаев глух, я различаю ауру только тех, у кого сильный дар.

– Как в моем случае, – заключил лир Варгас. – Ладно, идите адептка Блум. Иначе пропустите завтрак.

Я чуть ли не бегом побежала в столовую. Уже у самой двери я обернулась и заметила, что декан пристально смотрит мне вслед. По спине пробежал холодок. Странный этот лир Варгас. И откровенно пугающий.

Шумиха вокруг назначения нового декана не утихала.

– Я связалась с отцом вчера вечером, он сказал лир Варгас еще не женат, – многозначительно заявила Эмбелия, во время завтрака.

Я сидела неподалеку и была обречена слушать пустую болтовню. Вот только при упоминании лира Варгаса, все мое тело невольно напряглось, а слух обострился.

– Значит есть девушка, или еще хуже – невеста, – вздохнула одна из ее подружек.

– А невеста еще не жена. Если нужно подвинется, – заявила Эмбелия.

– Невест не двигать надо, а отправлять в закат, – хмыкнула Шайла Рум. – Или ты готова висеть на шее у мужа с кем-то еще?

Она училась на пятом курсе боевого факультета. Загорелая рыжая красавица из клана саламандр владела стихией огня и считалась самой сильной среди адептов своего потока.

– Фу, как грубо. Некоторым девушкам лучше помалкивать. За умных сойдут. А так рот открыла и сразу вылезла деревня, – сморщила хорошенький носик Эмбелия.

– Лучше деревня чем Тхырзовы помои, – не осталась в долгу Шайла.

Разговоры вокруг стихли. Две девушки уставились друг на друга так, что я всерьез начала переживать не вспыхнет ли за завтраком драка. Эмбелия и Шайла давно недолюбливали друг друга. Возможно причина была в том, что они являлись полной противоположностью.

Тонкая, как тростиночка, Эмбелия отличалась благородной красотой аристократки и прескверным характером. Молочно-белая кожа подчеркивала яркую медь рыжих волос, а зеленые глаза напоминали изумруды. Эмбелия никогда не прощала промахов и не забывала обид, как и все василиски.

Шайла тоже была рыженькой, но на этом сходство заканчивалось. Постоянные тренировки на солнце сделали ее кожу смуглой, а фигуру более подтянутой, но не лишенной женственности. Тонкая талия, упругие ягодицы и длинные ноги сводили с ума весь боевой факультет. А еще Шайла могла вспылить, и в моменты гнева напоминала огнедышащего Тхырза, но при этом быстро отходила. Думаю, если бы не постоянные уколы Эмбелии, никакой вражды бы не существовало, но первая змея академии почему-то не упускала случая сказать что-то нелестное в адрес Шайлы. Наверное видела в ней соперницу.

– Идемте, девочки, – холодно сказала Эмбелия своей свите. – Здесь дурно пахнет.

– Так может в следующий раз выберешь себе другой парфюм? – ответила Шайла.

Эмбелия проигнорировала этот выпад и с видом царственной особы покинула столовую.

– Зря ты так, – сказал Таврос, что сидел за одним столиком с Шайлой. – Она ж припомнит.

– И пусть. Я тоже могу дать сдачи.

В общем, все в академии обсуждали лира Варгаса. Я старалась держаться в стороне и, пока адептки сходили с ума, составляла схему на грядках.

– Ступочка моя, – ко мне за столик подсел Таврос, – ты не передумала насчет выходных?

Я подняла на него взгляд.

– Ну ладно-ладно. Я ж просто спросил. Не нужно убивать меня своими изумрудными глазками.

– Таврос, – я подалась вперед. – Можно попросить об одолжении?

– Ради тебя все, что угодно, – с готовностью согласился он и тоже пододвинулся ближе.

– Оставь меня в покое.

На этом я отодвинула стул и пошла на первую лекцию по ядам. Но и там чувствовалось присутствие бесплотного духа лира Варгаса. Адептки перешептывались, посылали друг другу записки. Адепты, недовольные таким раскладом, пытались перевести на себя внимание и вели себя хуже обычного. Бросались бумажками, задавали глупые вопросы преподавателю и посылали понравившимся девушкам иллюзии пауков и прочих букашек. Другими словами, вокруг царил полнейший бардак, а лира Дудука не обращала на это никакого внимания. За ее спиной мелок выводил на доске основные тезисы лекции. Сама преподавательница витала в облаках и вздыхала. На ее столе лежало маленькое зеркальце, в которое она нет-нет, да поглядывала. А ведь лира Дудука чистокровная орчанка! Они в принципе не отличаются влюбчивостью и самолюбованием.

Даже после занятий в библиотеке оказалось невозможно сосредоточиться на деле. Я зашла туда в надежде почитать в тишине, но у стойки библиотекаря стояла очередь из желающих взять книги, а в читальном зале две адептки не могли никак поделить справочник по зельям. Их пытался рассудить библиотекарь, но те, словно крабы, вцепились в книгу, и не хотели выпускать ее из рук.

– Да что здесь происходит? – спросила я библиотекаря, милого старичка с которым за годы обучения подружилась.

– Адептки как с цепи сорвались. Такого интереса к зельеварению не было за всю историю академии.

Я невольно усмехнулась. Если и этот переполох связан с лиром Варгасом, надеюсь он будет крайне осторожен во время приема пищи. Подозреваю, в зельеварении адепток сейчас интересовал один конкретный раздел: с любовными зельями. Впрочем, меня это не касается.

Пришлось возвращаться в общежитие. Я поднялась на свой этаж и заметила у двери девушку.

– Лилиана! – радостно помахала она.

Я узнала свою постоянную клиентку. Кайла частенько покупала у меня глазные капли, меняющие цвет радужки. Ей не нравился серый цвет глаз, и она предпочитала менять его на ярко-голубой, а иногда даже фиалковый.

В академии я старалась не афишировать, что подрабатываю, но Кайла была одной из немногих, кто знал о моем секрете. Однажды она увидела меня в аптеке со свежей партией зелий, и с тех пор, я делала для нее капли.

– Что-то случилось? – спросила я.

– Хочу новые капли, меняющие цвет на изумрудно-зеленый, – сообщила она.

– Сейчас не самое удачное время. Может быть на следующей неделе…

– Нет, ты не понимаешь, – она сцепила пальцы, посмотрела по сторонам и добавила: – Капли нужны мне как можно скорее. Я доплачу за срочность.

– Даже не знаю. Начало учебного года, у меня нет многих ингредиентов, и я планировала купить их на выходных.

– Пожалуйста, – взмолилась она. – Это вопрос жизни и смерти!

– Боги, это же капли, а не зелье от неизлечимой болезни, – удивилась я такому напору.

– Поверь, я не стала бы просить, если бы это не было действительно важно! – горячо заверила Кайла.

Я вздохнула. От дополнительной оплаты глупо отказываться, тем более скоро мне придется потратиться на дорогие семена. Да и мало ли зачем ей капли, я сама недавно вот так же умоляла лира Фенимора, и не могла не посочувствовать знакомой.

– Хорошо, попробую сделать их к завтрашнему дню, – сдалась я.

– Спасибо! – просияла Кайла и тут же вложила в мою ладонь несколько монет. – Это задаток. Ты моя спасительница.

Она ушла в свою комнату, а меня не покидало ощущение, что я ввязалась в авантюру.

Домашнее задание пришлось отложить из-за срочного заказа. Я оставила учебники в комнате и взяла сумку. Раньше я бы воспользовалась запасами лира Фенимора. Преподаватель разрешал брать недостающие ингредиенты из хранилища. Потом я их восполняла. Но в этом году все пошло наперекосяк. Если меня поймают за руку в лаборатории, это одно. А кража ингредиентов совсем другое. Для своего же спокойствия я решила отправиться в город.

Время поджимало. Лавка травницы, которой я доверяла, закрывалась в шесть и мне нужно было во что бы то ни стало успеть.

По пути к воротам, что отделяли академию от города я столкнулась с пятым курсом боевого факультета. Взмыленные, грязные и уставшие, они возвращались с тренировочного поля.

– Лилиана, ты куда это так поздно? – увидел меня Таврос.

– В город! – отозвалась я.

Среди адептов заметила выделяющуюся фигуру лира Варгаса. Я прибавила шагу. Не знаю, что именно заставляло меня спешить: желание купить необходимые ингредиенты, или скрыться от пронзительного взгляда карих глаз.

Вот еще одна причина по которой мне следовало отказать Кайле. У нас в академии дракон из тайной канцелярии, а я собралась нарушать правила. Нужно было отказаться, но чего уж теперь.

Я попала в торговый квартал Мерканда как раз перед самым закрытием. Торговцы убирали с улицы товары и прилавки. Запыхавшись, я влетела в лавку травницы.

В нос ударил резкий запах пряных трав, специй, сушеных цветов и еще невесть чего.

– Лира Ролана, – выдохнула я и облокотилась на колени.

Успела!

– Боги, деточка, – женщина лет шестидесяти взглянула на меня исподлобья. – Где пожар?

Ее очки, похожие на дольки, сползли на самый кончик крючковатого носа.

– В академии. Срочный заказ, – пыталась отдышаться я и протянула ей список нужных мне трав, порошков и семян.

Лира Ролана пробежалась по нему взглядом.

– Брюзка изумрудная нынче популярна, – пробубнила она под нос и исчезла в глубине лавки. – У вас в академии новая программа?

Ее голос звучал приглушенно, но я все еще могла разобрать слова.

– Нет, а что такое? – поинтересовалась я.

– Да тридцать лет держу здесь лавку и никогда не видела, чтобы столько адептов ее искали в начале учебного года. Только сегодня продала почти весь годовой запас.

Эта новость меня удивила. Травница вернулась из подсобки с моим заказом.

– Вот, все что осталось.

Я проверила бумажный пакетик с зеленым порошком. На несколько порций хватит.

– Спасибо! – поблагодарила я и расплатилась за покупки.

Обратно до академии шла уже не спеша. Лучше поберечь силы. Впереди меня ждала бессонная ночь. Нужно было сварить обещанные капли и подготовиться к занятиям. На город опустились вечерние сумерки. Часто встречались прохожие. В основном драконы. Это в выходные улочки заполонят представители разных кланов, а в будний день вечером нагуливали аппетит перед ужином местные жители. Чистые улочки, теплая осенняя погода, аккуратные каменные дома и яркие краски желтой и красной листвы – все это радовало взгляд и я снова залюбовалась Меркандом.

По спине пробежал холодок. Я точно почувствовала на себе тяжелый пристальный взгляд. Столица драконьего клана считался одним из самых безопасных городов в империи Равных. Но меня не покидало странное ощущение, будто за мной кто-то следит. Не выдержав, я резко обернулась. На меня чуть не налетел мальчуган с корзинкой. В остальном ничего необычного. Тряхнув головой, я попыталась выбросить глупые мысли из головы. Мерещится же всякое. Да кому вообще есть до меня дело? Я всего-лишь сирота из чужого клана.

В булочной около академии я купила пирожки и с этим богатством вернулась к себе в комнату. Алана делала домашнее задание, и увидев меня удивилась:

– Ты выбиралась в город?

– Да, за ингредиентами для зелий, – кивнула я и протянула кулек с пирожками. – Угощайся.

Она взяла один и с довольным урчанием откусила.

– Что, снова пропустила ужин? – спросила я, собирая учебники и конспекты. Пока зелье варится, попробую что-нибудь выучить.

– Угу, в этом году сложная программа. Зачиталась и не заметила как время пролетело. Даром меня Боги обделили, приходится брать усердием.

Ее голос звучал ровно, даже небрежно, но мне все равно стало не по себе.

– Алана, зачем ты так?

– Это же правда, – пожала она плечами.

Я с тоской посмотрела на соседку. Она была права. Вот только в слабом даре виноваты не боги, а прежде всего ее родители.

Обряд бракосочетания в храме проводился один раз на всю жизнь. Поэтому и мужчины и женщины не спешили жениться, и очень серьезно подходили к выбору пары. И дело не в консервативных законах империи. Такова природа магии. Она может слиться с чужой только раз. Благодаря единению, в браке рождались сильные маги, тогда как дети, появившиеся у пары вне магических брачных уз, не получали и половины сил родителей. Магия вынуждала хранить верность до смерти одного из супругов. Но она не гарантировала любви. Связи до брака не возбранялись. Многие пары встречались, затем какое-то время жили вместе, а после совершали обряд. Поэтому так были востребованы труды зельеваров, и я знала что где бы не оказалась точно не останусь без работы. Зелья от нежелательной беременности давали женщинам время разобраться в себе. Но зелья не панацея. И дети вне брака, такие как Алана, все же рождались. И жизнь их была, мягко говоря, трудна. Слабый дар закрывал многие двери в карьере, разбивал надежды на замужество. Найти пару было ой как не просто. У некоторых рас из-за недостатка сил еще и сокращалась жизнь.

Это драконы, василиски, эльфы и многие другие, вне зависимости от силы магии, жили несколько сотен лет. Такова их природа. А у людей, орков и гномов от дара зависела продолжительность жизни. Сильные маги могли жить до трехсот лет, тогда как вот такой рожденный вне брака ребенок в лучшем случае сотню. Был конечно выход. Женитьбы на ком-то сильном и одаренном. Тот же обряд бракосочетания благодаря магии продлевал жизнь. Слияние уравнивало отведенное на земле время. Но случалось такое крайне редко. Все искали себе пары среди равных.

Я сочувствовала соседке по комнате, но не позволяла себе жалость. Может Алана и не обладала сильным магическим даром, зато силе ее характера и уму позавидовал бы любой адепт!

– Постараюсь вернуться до отбоя, – предупредила я.

Алана кивнула, жуя пирожок и не отрываясь от конспекта.

На улице окончательно стемнело. Я прошла в здание главного корпуса. Там было тихо и пустынно. Занятия давно закончились, как и ужин, а значит все адепты хлынули либо в город, либо в свои комнаты.

Боясь привлечь к себе внимание – каждый шаг по мраморному полу отдавался эхом – я наложила на туфли заклятье тихих шагов и побрела в лабораторию. За одним из поворотов я увидела лира Варгаса. Он разговаривал с лирой Дудукой, и на зеленых щеках преподавательницы ярко выделялся розовый румянец. Ее рука с длинными черными ногтями покоилась на предплечье дракона. Я замерла, не зная как быть. Пройти мимо, или развернуться и подождать где-нибудь, пока они не уйдут? Но вот лира Дудука заметила меня и мягкая улыбка сменилась раздраженной гримасой. Лир Варгас обернулся. Вздрогнув, я вцепилась в сумку и промчалась мимо них.

– Извините-простите! – выпалила скороговоркой и скрылась в проеме, что вел на винтовую лестницу.

– Адептка Блум! Подождите! – донесся мне вслед голос лира Варгаса.

Нужно было послушаться. В конце концов я же не сделала ничего плохого. Просто пришла в поздний час в академию. До закрытия еще оставалось время. Я не нарушала правил, но что-то толкало меня перепрыгивать через ступеньки и ускорить шаг. Сердце бешено колотилось. На втором этаже я выскочила в коридор, добежала до лаборатории. Руки тряслись. Открыть дверь получилось не с первого раза, но я справилась. Затем прошмыгнула внутрь и закрылась на замок.

Тяжело дыша, я прислушалась. Раздались быстрые шаги, но, кажется, лир Варгас ничего не заметил и прошел мимо. Я простояла около двери еще несколько минут. Не знаю, чего я испугалась. Может быть лиру Дудуку. Орчихи страшны в гневе. А может и самого лира Варгаса. Что от меня понадобилось декану боевиков? Странный он. Возможно снова хотел чтобы я произнесла его имя? Нервно усмехнувшись, я включила светильник на лабораторном столе лира Фенимора и принялась за дело. Мандражировать буду потом. Сейчас следовало сварить зелье. Не зря же я носилась по всему Мерканду!

Подготовка заняла время. Но вот все ингредиенты варились в медном котелке и мне оставалось только поддерживать нужную температуру.

Живот истошно заурчал и я потянулась к пирожкам. Есть всухомятку не хотелось. Впрочем, в лаборатории я оставалась часто, так что еще на первом курсе завела свою чашку, которую прятала на нижней полке, за большими круглодонными колбами. Так я поставила рядом с котелком вторую горелку, на которой вскипятила воду и заварила чай. Последний я одолжила у лира Фенимора.

Усевшись на преподавательское кресло, я уже хотела перекусить, как вдруг услышала странный скрип. Я резко повернулась на звук. Кто-то с той стороны поворачивал ручку, пытаясь открыть дверь. Внутри все сковало в ледяные тиски.

– Есть кто-нибудь? – донеслось с той стороны и я узнала голос лира Варгаса.

Тхырз его побери! Что он привязался? Я уж и думать забыла об инциденте в коридоре. Неужели все это время он меня искал? Несколько долгих минут я сидела с пирожком в одной руке и чашкой в другой, боясь даже пошевелиться. Но вот вроде бы все снова стихло и возмутитель спокойствия ушел.

Я понемногу приходила в себя, и даже осмелилась скушать пирожок. Затем проверила зелье. Влила немного магии для активации ингредиентов. В принципе все было готово, но я боялась идти домой. Если лир Варгас все еще там, у меня будут проблемы. Я пыталась понять, что же такого срочного понадобилось от меня декану. Возможно, я застала его врасплох и он не хотел афишировать отношения с лирой Дудукой? В этом был смысл. Тогда сразу становилось ясно, зачем первый советник лорда драконов устроился работать в академию. Он просто хотел быть ближе к любимой, что на мой взгляд весьма романтично. Мне следовало почувствовать облегчение. Нет тайных проверок – нет угрозы моим делам, но отчего-то на сердце остался легкий осадок. С грустной улыбкой я вспомнила слова кухарки Шоны: хороших мужиков разбирают еще щенками, так что не зевай в академии. Но какое там, я едва успевала учиться. Вот еще одна неопределенность в моей жизни, интересно, после окончания академии у меня появится время на личную жизнь?

Я разлила зелье по баночкам и запечатала их, а затем вернулась в кресло. Что ж, на всякий случай, лучше остаться в лаборатории до утра. При удобном случае заверю лира Варгаса или лиру Дудуку, что не собираюсь никому рассказывать об их отношениях. Глядишь можно будет дальше спокойно варить зелья, не боясь всяких тайных проверок и расследований.

Я взяла в руки учебник и попыталась сосредоточиться на предмете. Вот только перед глазами, все стояла сцена в коридоре. Лира Дудука явно выглядела счастливой. Вспомнив, как ее рука касалась лира Варгаса, я почувствовала как что-то больно кольнуло сердце. Тогда, в коридоре, все произошло так быстро, что я не успела разобраться в себе и сейчас никак не могла понять, почему чувствую этот странный осадок. Я отложила учебник и прикрыла глаза. Возможно, все дело в любви. Мне тоже хотелось бы встретить такого мужчину, как лир Варгас, который ради любимой мог бы пожертвовать своими амбициями.

Глава 3

В общежитие я вернулась ранним утром, как раз к открытию. Когда я вошла в холл на первом этаже, то заметила незнакомую мне гномку. Наверное, первокурсница.

– Доброе утро, – сонно произнесла я.

– Ишь, учеба только началась, а они уже ночами пропадают невесть где. Пятый курс, адептка Блум! Серьезнее нужно быть.

Открыв рот, я слушала ворчание гномки и не верила своим глазам. Предо мной стояла лира Тандурия, но с нашей последней встречи с ее внешностью произошли поразительные метаморфозы. Она перекрасила волосы в рыжий и распустила их так, что длинные локоны касались пола. Вечно поджатые губы, благодаря помаде превратились в тонкую розовую линию. На щеках отчетливо виднелись следы румян. Но больше всего меня поразили глаза. Они горели словно два изумрудных кристалла, что делало ее образ еще более жутким. Ночью я приняла бы лиру Тандурию за маленькую банши!

– Ну что встала? Иди давай, пока очередь в душевые не набежала. На вашем этаже технические работы. Помыться можно только на втором. Боги, неужели мы все были такими бестолковыми в молодости…

Я пошла на свой этаж, то и дело оборачиваясь на смотрительницу общежития. Все ждала что морок спадет и она вернется в свой привычный облик.

Алана еще спала, так что я тихо взяла необходимые вещи и отправилась мыться. Хорошо академия была оснащена по последнему слову артефакторики и можно было купаться, стоя под лейкой, из которой текла теплая вода. Не знаю, куда меня закинет судьба после пятого курса, но я точно буду скучать по такому комфорту.

Когда я вышла, в ванную и вправду собралась очередь. Я смотрела в основном под ноги, и не сразу обратила внимание на странность, но стоило мне дойти до лестницы, как я обернулась и поняла: каждая вторая девушка в очереди была рыжей! Имелись здесь и блондинки, с золотисто-медными локонами, и фурии с ярко-красными волосами. Я даже протерла глаза на всякий случай. Вдруг мне мерещится от недосыпа, но нет! За ночь, что я провела в лаборатории, мир сошел с ума.

Девушки что-то оживленно обсуждали.

– Пожалуйста, пропустите меня, – умоляла одна из девушек с тюрбаном на голове. – Если передержу краску то сожгу волосы.

– Мы все тут на смывку стоим, – ответила другая. – Нужно было раньше занимать.

Дверь около входа в душевую распахнулась. Я узнала первокурсницу из чулана.

– Да сколько можно?! – возмущенно крикнула она, сжимая кулаки. – Тут люди спят, а вы…

Волосы растрепаны, под глазами темные круги. Ночная сорочка мятая, неглаженная. Еще бы. Тут нет служанок, которые будут следить за гардеробом. Девушка так и не договорила. На ее глазах выступили слезы. Она поджала дрожащие губы и захлопнула дверь. От напыщенной знатной красавицы не осталось и следа. Мда, четвертая комната быстро сбивает спесь.

На моем этаже меня уже поджидала Кайла. С полотенцем на голове, она нервно мерила шагами коридор.

– О, Лилиана, скажи, что у тебя все получилось!

Глаза горят, дыхание прерывистое. Мне невольно захотелось проверить глазные капли на зависимость.

– Да, минутку.

Я зашла в комнату, взяла бутылек, и вернулась в коридор.

– Дозировка обычная. По одной капле в каждый глаз. Действия хватит на сутки, – предупредила я на всякий случай.

Кайла кивнула, а затем вцепилась в мою ладонь.

– А у тебя есть еще? Вдруг ты сварила с запасом? Так я все куплю! Главное не продавай больше никому, хорошо?

– Да что происходит? – не выдержала я, а затем заметила как у девушки из-под полотенца на лоб скатилась алая капля. – Боги, Кайла, у тебя кровь!

– Что? – она отпустила мою ладонь и провела пальцами по коже. – Нет, это всего-лишь краска. Я решила немного поэкспериментировать с цветом. В общем, – она осмотрелась по сторонам, а затем прошептала. – Это все ради дела.

– У тебя были красивые натуральные волосы. Краска же их испортит. Они станут сухими и ломкими…

– Знаю, – вздохнула она. – Но на что не пойдешь ради любви.

– Так это тебя твой ухажер попросил? – я окончательно перестала что-либо понимать.

На мой взгляд, ни один мужчина не стоил таких жертв.

– Не совсем, – она снова огляделась по сторонам, словно боялась, что нас могут подслушать. – Понимаешь, лир Варгас очень завидный жених, а я как его увидела в первый день, так поняла – вот за такого мужчину я выйду замуж.

Мне отчего-то сделалось неприятно от слов Кайлы, но я списала все на раздражительность после бессонной ночи. В конце концов, личная жизнь лира Варгаса меня не касалась.

– Я все еще не понимаю при чем тут краска для волос и капли.

– Да в том-то и дело, – вздохнула Кайла. – Он проявляет особый интерес именно к таким девушкам. Это все заметили. Лир Варгас подходит только к рыженьким с зелеными глазами и под всеми возможными предлогами просит произнести его полное имя.

Мне вспомнился тот странный разговор в коридоре. Так получается лир Варгас проделывал этот трюк со всеми?

– Кстати, к тебе он должно быть тоже подходил, – голос Кайлы стал холоднее, она прищурилась будто только сейчас заметила, что я подхожу под описание и являюсь ее потенциальной соперницей.

От неловкого разговора спасла Алана. Она вышла из комнаты и удивленно уставилась на меня с Кайлой.

– А что вы тут делаете? О, какое-то новое зелье? – соседка с интересом посмотрела на бутылек в руках Кайлы.

– Спасибо, – выпалила ты и, всучив мне оплату, убежала, словно боялась, что эти священные капли у нее отберут.

Мимо прошла группа рыжих девиц. И глаза моей соседки стали шире. Судя по всему, чудесные метаморфозы пропустила не я одна.

Но полный масштаб рыжего нашествия я осознала в столовой. За завтраком собралась вся академия. Эпицентр находился около столов, за которыми обычно ели преподаватели. Я взяла поднос с едой и не знала куда сесть. Все стулья были заняты. Если не считать столика, где сидела Эмбелия. С чувством собственного достоинства она вкушала завтрак и иногда бросала на рыжих дев снисходительный взгляд. Ее подружки-подпевалы отсутствовали. Пожав плечами, я села за ее столик. Хотя бы поем в тишине. Вряд ли Эмбелия захочет со мной перекинуться парой вежливых фраз. Увы, молчание нарушил Таврос.

– Что, тхырз побери, произошло? – не здороваясь он подсел к нам. – Почему все рыжие?

– Жалкое зрелище, – сказала Эмбелия ни к кому конкретно не обращаясь. – Все эти глупышки думают, что если перекрасить волосы и поменять цвет глаз, то им удастся привлечь внимание лира Варгаса. Но в итоге они слились в одну рыжую массу.

В ее словах была доля истины. Вожделенный прекрасной половиной академии объект вошел в столовую. Десятки рыжих голов повернулись в его сторону. Лир Варгас опешил. На долю секунды. Не больше. Подозреваю, сказывалась работа в тайной канцелярии. Он взял свой завтрак и сел за свободный преподавательский стол, где его тут же окружили рыжеволосые преподавательницы. Расторопнее всех оказались лира Дудука и лира Тандурия. Последняя вообще в столовой ела редко, но с появлением лира Варгаса многое в академии изменилось.

Адептки разочарованно уткнулись в свои тарелки.

– Не понимаю, что они все по нему с ума сходят. Дракон как дракон, – буркнул Таврос.

Восхищения лиром Варгасом у него явно поубавилось.

– Дракон как дракон? – повторила его слова Эмбелия и рассмеялась, – Лир Варгас знатен, богат, занимает видное место в клане драконов, не женат, божественно красив и благороден. Я назвала тебе как минимум шесть причин хотеть за него замуж. Впрочем, – Эмбелия насмешливо посмотрела на девушек, что продолжали робко поглядывать на дракона, – все их потуги бесполезны. Сердце лира Варгаса уже занято.

Я удивленно посмотрела на Эмбелию. Неужели она тоже знает про лиру Дудуку?

– И кем же? – полюбопытствовал Таврос.

– Мной, – твердо заявила Эмбелия.

Я поперхнулась чаем и закашлялась.

– Ну что же ты, Ступочка моя ненаглядная, – Таврос похлопал меня по спине.

Точнее погладил и задержал ладонь чуть ниже лопаток. Я уже хотела его одернуть, как Таврос вдруг зашипел и убрал руку.

– Лилиана, могла бы и просто попросить.

Я непонимающе уставилась на него. Таврос же принялся дуть на кисть, на которой отчетливо виднелся красный след от ожога.

– Но я ничего не делала, – ответила растерянно.

– Забыли, – отмахнулся Таврос, но я прекрасно видела, что он обиделся.

По спине пробежали мурашки. Снова это чувство, будто кто-то пытается прожечь меня взглядом. Я заозиралась по сторонам в поисках шутника, что решил укольнуть Тавроса заклинанием, и заметила лира Варгаса. Его нахмуренный взгляд был направлен в нашу сторону. Неужели это сделал он? Да быть не может! Поступок больше похож на выходку обиженного сокурсника.

– Я же говорила, – промурлыкала Эмбелия, тем самым прервав мои размышления. – Он глаз с меня не сводит, с момента как вошел в столовую. Вот только я на шею вешаться не буду. Лиру Варгасу самому придется за мной побегать.

Едва она это сказала, как лир Варгас встал и направился прямо к нам. Эмбелия расплылась в улыбке.

– Живо сгинули из-за столика, – произнесла она, не смыкая губ, точно жуткий чревовещатель.

– Нет, хочу увидеть представление с самого лучшего места, – упрямо заявил Таврос.

Я тоже не собиралась слушать приказы Эмбелии, но мне и вправду пора было уходить. А то еще лир Варгас вспомнит, что вчера видел меня в академии. Вопросы задавать начнет.

Протиснувшись, сквозь столики, я уже направлялась к выходу, когда заметила Шайлу. Кошачьей походкой, она шла к столам с раздачей. Ее кожаные тренировочные штаны так плотно облегали ноги и бедра, что казалось девушка вот-вот из них выпрыгнет. Завершала образ свободного кроя рубашка. Шнуровка у горла была расслаблена и открывала вид на декольте. Тряхнув копной густых рыжих волос, Шайла пронеслась мимо меня. Томный запах пряный духов следовал за ней по пятам. Я обернулась. Лир Варгас вместо того, чтобы свернуть к столику Эмбелии почему-то направлялся тоже к выходу.

В этот момент на него и налетела Шайла. Вскрикнув, она грациозно взмахнула руками и повисла на плечах лира Варгаса. От вида этой картины мне стало неприятно. Все же Шайла перегибала палку, вот так вешаясь на дракона.

– Ах, простите, – с придыханием произнесла она, хлопая ресницами. – Должно быть я растянула лодыжку, лир Варгас.

– Нужно быть осторожнее, – придерживая ее под локти, он отстранился. – Присядьте на ближайший стул. Вам помогут.

– Но, – глаза Шайлы забегали и она снова попыталась прижаться к декану. – Мне больно, я надеялась вы отнесете меня в лазарет. Это может быть вовсе на растяжение, а перелом!

– Вы правы, – кивнул лир Варгас и силой усадил ее на стул. – Здесь есть целители?

Адепты, наблюдавшие со стороны молчали. Такой предупреждающий у Шайлы был взгляд. Красноречивее всяких слов, он говорил: “только подай голос и тебе конец”. Так что все сидели тихо как мыши, словно весь целительский факультет в один миг вымер или позабыл основы своей профессии.

– Что за шум? – к лиру Варгасу подошел декан факультета целительства.

– Адептка… – дракон сделал паузу, пытаясь припомнить фамилию Шайлы.

– Рум, – с нажимом произнесла она.

Все пошло не по плану и теперь девушка явно злилась. Ее ожидания мне, конечно, были понятны, но методы…

– Адептка Рум подвернула ногу, ей требуется помощь целителя…

Я предпочла покинуть столовую, не дослушав. И так задержалась, наблюдая за представлением, что устроила Шайла.

Уже в коридоре меня окликнул знакомый голос.

– Адептка Блум, подождите секунду.

Я вздрогнула. Так значит он и вправду тогда шел ко мне? Обернувшись, посмотрела на лира Варгаса. Широким, уверенным шагом он сокращал между нами расстояние. Внутри что-то екнуло. Мелькнула мысль, а не дать ли деру? Слишком завораживающим и опасным был вид нового декана боевого факультета.

– Я хотел поговорить с вами о вчерашнем.

– Да-да, – опомнилась я и смущенно прижала к груди учебники, пытаясь скрыть волнение и бешено бьющееся сердце. – Обещаю, никому не расскажу о вашей ситуации.

Лир Варгас напрягся.

– Так вы знаете, почему я здесь? – его голос звучал ровно, но зрачки предостерегающе сузились и превратились в две тонкие линии.

– Скорее догадываюсь, и все понимаю. У меня нет привычки лезть в чужие дела и тем более разносить сплетни. Передайте лире Дудуке, что я сохраню вашу тайну.

– Постойте. При чем здесь лира Дудука? – удивленно спросил лир Варгас.

– Ну как же… Вы встречаетесь.

У лира Варгаса задергалось левое веко. Он на секунду прикрыл глаза и зажал переносицу большим и указательным пальцем.

– С чего вы вообще… Хотя нет, не хочу знать. Мы с лирой Дудукой не встречаемся, адептка Блум.

– О, значит, у вас все только начинается, – предположила я.

– Ничего не начинается! – неожиданно рыкнул лир Варгас и я вжала голову в плечи. – Я профессионал в конце концов, и не в моих правилах заводить отношения на работе!

– Хорошо-хорошо, – понятливо закивала я.

А на сердце отчего-то стало легко. Не знаю почему, но новость о том, что они не вместе меня… обрадовала?

– А остановил я вас, чтобы спросить, что вы вчера вечером делали в академии. И главное куда пропали, хотя я отчетливо просил вас остановиться.

– Ох… Это… – я смутилась под взглядом лира Варгаса.

Он оказался неожиданно близко и меня бросало то в жар, то в холод. Виной тому, подозреваю, было обаяние драконов и его огненная аура, что так и тянулась ко мне. А еще Лир Варгас и вправду очень красивый мужчина, я не могла это отрицать. Но его пытливый взгляд словно пытался проникнуть под мое платье… Я с ужасом прижала холодные ладони к разгоряченным щекам. О боги, о чем это я вообще думаю?!

– Адептка Блум, вы объясните свое поведение? – продолжал напирать лир Варгас.

– Я растерялась, что застала вас за интимной беседой, – наконец произнесла я.

– Беседа не была интимной, – с нажимом поправил лир Варгас.

– Ну вот. Я все не так поняла, разволновалась и сбежала.

– Куда? – продолжал пытку вопросами дракон, словно мы не в академии, а в тайной канцелярии на допросе.

В голове у меня прояснилось. Драконий шарм развеялся и я взяла себя в руки.

– Куда глаза глядят. Уже не помню. Просто сбежала, а потом вернулась в общежитие и легла спать. А… лир Варгас, почему вы спрашиваете?

– Праздное любопытство, – его губы растянулись в улыбке, которая подозрительно напоминала оскал.

Я неуверенно улыбнулась в ответ.

– Что ж, адептка Блум. Идите. У вас скоро начнется занятие. И в следующий раз не додумывайте то, чего нет.

– Хорошо, лир Варгас. – кивнула я.

Все же что-то с ним было не так. А еще… кажется и со мной в последнее время творилось нечто необъяснимое. Эмоции, чувства зашкаливали в присутствии этого кареглазого дракона, а мысли наоборот путались. Я никак не могла понять, что же у этого мужчины на уме. Подозревает он меня в чем-то, или я тороплюсь с выводами, как в случае с лирой Дудукой?

Первым занятием оказалось обществознание. Небольшой курс по основам устройства нашей империи и общества был обязательным для факультетов, так что лекции очень часто проходили в больших аудиториях-амфитеатрах. Вот и сегодня нас – зельеваров – объединили с боевиками и артефакторами.

– Титул лорда носят только главы кланов. Эта почтенная наследуемая должность передается от отца к сыну, или ближайшему родственнику мужского пола. Кто знает, в каких случаях меняется глава клана? Дам подсказку, их всего три, – лир Октав обвел взглядом аудиторию.

Преподаватель давно разменял восьмой десяток, но несмотря на преклонные годы, обладал острым умом. Обществознание не было самым увлекательным предметом. По крайней мере мне так казалось, ведь куда интереснее практика и теория магии, чем пространная наука об обществе, но лир Октав умел заинтересовать и я всегда с удовольствием посещала его лекции.

– Адептка Гловер, – кивнул он Эмбелии.

Она поднялась с места.

– В случае смерти лорда, его добровольной передачи титула более молодому наследнику, а также в случае вынесения вотума недоверия Советом Старейшин или Верховным советом.

– Прекрасный ответ, – похвалил лир Октав.

С самодовольным видом Эмбелия села на место.

– Итак. Поговорим о наших органах управления. В Верховном совете собираются лорды всех кланов. Тогда как в совете Старейшин собираются представители самых знатных семей одного конкретного клана…

Раздался стук в дверь. В аудиторию вошел секретарь ректора и направился к лиру Октаву. Они перекинулись парой фраз. В аудитории была отличная акустика, но преподаватель установил полог тишины.

– Я отлучусь на пятнадцать минут, – сказал лир Октав, сняв заклятье.

Лир Октав и секретарь вышли из аудитории.

– Боги, наконец-то садовый гном ушел, – выдохнул Таврос и потянулся.

Он сидел несколькими рядами ниже, так что я прекрасно его видела. Захотелось спуститься и дать боевику затрещину за такое нелестное прозвище. Лир Октав был хорошим талантливым преподавателем и не заслужил подобного обращения. Да, длинная до пола седая борода, кустистые брови и острый колпак придавали ему некое сходство с садовым украшением, но все же поведение Тавроса было как минимум некрасивым.

Словно почувствовав мой неодобрительный взгляд, боевик обернулся и с лукавой улыбкой подмигнул. Я отвернулась.

– Ой, Таврос, а что у тебя с рукой? – спросила одна из адепток, что сидела рядом с ним.

– Это символ моей безответной любви, – ответил он и картинно вздохнул.

– Странные у вас игры, или ты из тех кому нравится пожестче? – пошутила Шайла и посмотрела на меня.

Я почувствовала как кровь приливает к щекам. Таврос давно подбивал ко мне клинья и многие были свидетелями его шутливого флирта.

– Когда любишь розы, любишь и их шипы. Я же боевик и привык терпеть боль.

– Ну-ну, – хмыкнула Шайла. – А кто чуть ли не рыдал на прошлой тренировке?

– Ты ударила меня по очень чувствительному месту! – возмутился Таврос.

Адепты захихикали и он нарочито оскорбленно дополнил:

– Не знаю о чем вы подумали, но я имел в виду по носу.

Я не смогла сдержать улыбку. Таврос неисправим. Он частенько посмеивался над остальными, но при этом и сам играл роль балагура и не считал зазорным посмеяться над собой. На такого человека сложно долго злиться.

– Боги, ну где лир Октав? – проявила нетерпение Шайла. Она скрестила на груди руки. – Поскорее бы практика боевой магии.

– А тебе разве можно после растяжения? – не удержалась и спросила я, хотя прекрасно понимала, что все произошедшее в столовой театральная игра.

– Ничего серьезного, его уже вылечили, – отмахнулась Шайла.

– Кое-кто просто не хочет пропускать занятие у лира Варгаса, – донесся ехидный голос Эмбелии.

– Завидуй молча! – ответила Шайла, даже не обернувшись. – Некоторым только и остается что смотреть на лира Варгаса издалека.

Сегодня конфронтация между двумя красавицами чувствовалась особенно остро. До этого они просто друг друга недолюбливали, но после появления лира Варгаса явно вышли на тропу войны.

– Интересно, почему лир Варгас просил рыжих девушек произносить его имя? – задала я вопрос, чтобы направить всеобщее внимание в другое русло.

Ну и заодно разрядить обстановку.

– Тут все просто. Рыжие зеленоглазые девы явно его типаж, – ответила Шайла. – А имя… Ну мало ли какой у мужчины фетиш. Может ему доставляет особое наслаждение слышать, как женский голос томно произносит “Киарррааан”.

И с таким томным придыханием она произнесла это имя, что даже я почувствовала смущение и неловкость.

– Или ему важно, чтобы его имя произносили правильно, – предположила одна из адепток.

– Ха, тогда лиру Варгасу не повезло. Его полное имя способен выговорить разве что логопед, – заключил Таврос.

В этот момент вернулся лир Октав и занятие продолжилось. Я же все думала о лире Варгасе. Почему-то мне казалось, что должно быть какое-то другое объяснение. Он не был похож на мужчину, который возбуждался от звука своего имени. И тем не менее, он хотел чтобы я произнесла его правильно. Значит последняя теория все же верна? Интуиция твердила обратное. Я тряхнула головой и попыталась сосредоточиться на обществознании. Мне стоило больше заниматься учебой, а не думать о высоких темноволосых драконах.

Глава 4

Из отчета первого советника, лира Киарана Дарейгхартха Варгаса

Ситуация усложнилась.

Людей и представителей других рас, способных назвать мое имя без ошибок, можно пересчитать по пальцам. Какие только варианты я не выслушал, пока отбирал подходящих под описание девушек. Но это еще не все. За последние два дня вся прекрасная половина академии неожиданно решила сменить цвет волос и глаз. Мне тяжело это признавать, но я просчитался и не учел все факторы. Женщины заметили мой интерес к определенному типажу и изменили свою внешность. Теперь помимо поиска объекта, я трачу уйму времени и сил, пытаясь отбиться от адепток и даже преподавательниц, жаждущих внимания. Эту проблему мне предстоит как-то решить.

А пока я отобрал несколько девушек, которые вызвали у меня больше всего подозрений.

Эмбелия Гловер. Будущий артефактор с сильной стихией огня. Из клана василисков. Ее отец один из советников лорда. Два года назад у нас был конфликт из-за расследования коррупционного дела, что я вел по поручению тайной канцелярии. С тех пор их лорд держит на меня зуб. Хоть тогда все и происходило в рамках закона, василиски славятся своей злопамятностью. Здесь прослеживается явный мотив.

Следующая кандидатура: Шайла Рум из клана саламандр. Огонь – ее родная стихия. Более того, она учится на моем факультете и с первого дня доставляет проблемы. Ее попытки сблизиться доходят до абсурда, и мне видится в этом скрытый смысл. Каких либо стычек с представителями клана саламандр я не помню, но вполне мог кому-то перейти дорогу, когда работал в тайной канцелярии. Продолжу за ней наблюдение до выяснения всех обстоятельств.

И последняя девушка, которая привлекла мое внимание, это Лилиана Блум. Человек. Будущий зельевар. Является одной из лучших адепток на факультете. Подходит по всем параметрам, но не обладает выдающимися магическими силами, если не считать дар чувствовать энергетику. Последнее значит, что в ее роду были ведьмы. Совпадение? Я в них не верю. В отличии от всех остальных блум будто избегает меня, а порой даже боится. В ее биографии есть несостыковки. Происходит из известной семьи ученых, но учится бесплатно по гранту империи. Одевается скромно. Не носит украшений. Есть подозрения, что занимается незаконными экспериментами в лаборатории академии. Пока не удалось поймать ее с поличным, да и прямой связи с нашей проблемой нет, но чутье редко меня подводит. Не просто так эта девушка раз за разом притягивает мой взгляд.

На этом я заканчиваю отчет. Прошу направить мне бумаги о вышеупомянутых адептках и их семьях, что есть в тайной канцелярии. Как я и писал в предыдущем отчете, личные дела адептов академии оказались крайне неинформативны.

* * *

Лилиана

Лир Варгас преследовал меня. По крайней мере мне так казалось. Мы часто сталкивались в коридорах академии. Стоило увидеть его лицо, мое сердце начинало учащенно биться. А ночью мне снились странные запутанные сны, где дракон, объятый огнем, протягивал руку, а я никак не могла решиться ее взять. Я списывала все на волнение и страх из-за нарушения правил, а также на одержимость академии новым преподавателем. Воистину, в каждом закутке старого замка звучало его имя. Думаю, он снился не мне одной. Что же касалось моей проблемы с правилами академии, я решила пока не варить зелья и держаться от лаборатории подальше.

И тем не менее было в моих странных чувствах к лиру Варгасу что-то еще. Я стала ловить на себе его взгляды. Неужели слухи правдивы и я приглянулась ему из-за цвета волос и глаз? Умом я понимала, что это невозможно. В академии столько красавиц. Взять хотя бы Шайлу или Эмбелию. Но и игнорировать интерес лира Варгаса я не могла. И вот уже сама того не замечая, я искала его взглядом в столовой, когда проходила мимо тренировочного поля и даже ждала редких встреч в широких коридорах академии. Это был замкнутый круг оправданий и соблазнов.

Однажды утром я встала пораньше и пошла в оранжерею, чтобы проверить взошли ли травы. Дорожка, что вела к ним, как раз огибала тренировочное поле и я украдкой посмотрела, нет ли лира Варгаса. Иногда я видела его мельком на утренней тренировке, но в этот раз там никого не было.

Вздохнув, я почувствовала легкое разочарование, но тут же себя одернула. Нельзя поддаваться лихорадке, охватившей академию Мерканда. Лир Варгас декан боевого факультета, дракон и сам говорил, что не смешивает личную жизнь с работой. Мне же стоит быть посерьезнее и сосредоточиться на получении диплома.

Так я думала, когда вошла в оранжерею. Стоило переступить порог, как меня обдало жаром. Лир Варгас стоял прямо около моих грядок и гипнотизировал маленькие зеленые ростки. Я же замерла, держась за ручку двери, не зная войти в оранжерею или наоборот сбежать. Сердце учащенно забилось. Редко кто посещал это место до занятий. Вокруг не было ни души. Подавив первое желание сбежать, я набралась смелости и направилась к дракону. Не бросать же свои бедные травки ему на съедение. Если он еще несколько минут так простоит над моими посевами, они точно завянут.

– Доброе утро, лир Варгас, – поприветствовала я и как можно дружелюбнее спросила: – Решили приобщиться к садоводству?

– Доброе утро, – кивнул он. От взгляда карих глаз по коже пробежали мурашки. – Да вот, смотрю что растет в наших оранжереях. Какие необычные травы.

Он указал на темно-красные ростки.

– Это огнецвет. Используется для согревающих зелий, – пояснила я. – Нескольких капель достаточно, чтобы целую ванну с водой довести до комфортной для мытья температуры.

Зимой такие зелья расходились на ура. Не все жилища в Мерканде были оснащены артефакторными нагревателями. Так что я неплохо зарабатывала за сезон. Именно поэтому огнецвету отводилось много места на моих грядках.

– И для жидкого огня, – заметил лир Варгас, не отводя взгляд.

Было в нем что-то пытливое или даже предостерегающее, что я невольно съежилась. Когда-то давно боевые маги брали жидкий огонь на задания. Разлитое по бутылочкам зелье, подходило для бросков на небольшие расстояния. Использовали его осторожно. В основном против монстров и опасных магических существ. Но после нескольких несчастных случаев, зелье убрали из боевой выкладки и внесли в список запрещенных. Неужели дракон подозревает меня в чем-то?

– Я не собираюсь варить жидкий огонь. Просто выращиваю огнецвет, – сказала в свою защиту.

– Адептка Блум, я и не думал обвинять вас в этом. Тем более лир Фенимор вряд ли бы позволил такое одной из своих лучших учениц.

Повисло молчание, и я окончательно поняла, чем было вызвано повышенное внимание лира Варгаса. Он полагал, что я варю запрещенные зелья в лаборатории академии. Поэтому и следил за мной, точно кот за мышкой. Уверена, он сразу узнал огнецвет, а вопрос его был не чем иным как проверкой, на случай если я захочу солгать. Меня захлестнуло разочарование. Пусть мы были плохо знакомы, но подобные намеки оскорбиляли до глубины души. Хотя… правила я все же нарушала. Но одно дело пользоваться лабораторией для своей выгоды, другое варить нечто запрещенное! Да за кого он меня принимает?

– Вы побледнели, – заметил лир Варгас.

Я взяла себя в руки и гордо вскинула подбородок.

– Здесь душно. Простите, нужно полить травы до завтрака.

В моем голосе сквозил холод. На этом я развернулась и пошла за лейкой, давая понять, что разговор окончен. Может мне и стоило вести себя более уважительно, но лир Варгас даже не был деканом моего факультета. Мы находились в оранжерее, которая не имеет отношения к боевикам. Доказательств незаконной деятельности у него не было и не могло быть, а значит в будущем в рамках приличий можно ограничиться сухим приветствием.

Когда я вернулась, лир Варгас уже ушел. Наверное, мне следовало благодарить богов, что не пришлось поливать грядки под его пристальным взглядом.

На этом мои неприятности не закончились. Когда я вернулась после занятий в общежитие, лира Тандурия передала мне письмо от дядюшки Тревора. После смерти родителей он стал моим опекуном. С его легкой руки я отправилась в пансион с проживанием. Он же получил в распоряжение мое небольшое наследство. Часть средств ушла на оплату школы, а остальное дядюшка Тревор невыгодно вложил в ценные бумаги и в результате потерял. Впрочем, я не держала на него обиду. Никто не застрахован от неудач. Моя жизнь была не такой уж и плохой. Да, безумно не хватало родителей, но в пансионе мне повезло с учителями и подругами, а на каникулах я вольготно жила у дяди, предоставленная сама себе. И какое-то время его все устраивало. Я не требовала внимания и сама занимала свой досуг, он не трогал меня. Вот только перед моим поступлением в академию у дядюшки Тревора возникла навязчивая идея выгодно устроить мою личную жизнь. Он даже пытался отговорить меня от дальнейшего обучения. “В чем смысл пытаться получить грант, если у тебя нет денег даже на мелкие бытовые расходы?” – говорил дядюшка и был прав. Но я верила в себя. Верила, что решу все проблемы и найду деньги. А выгодно продать свое имя и совершить магический обряд по расчету мне казалось неправильным. Словно предать свое сердце.

Хотя я не осуждала тех, кто шел по этому пути. Все люди разные. Страстные и эмоциональные натуры, как Шайла, конечно же рассматривали брак только по любви. Девушки, вроде Эмбелии, надеялись отхватить себе двойной куш: любовь и выгодную сделку. А еще были такие как мой дядюшка Тревор. Они считали чувства вздором и строили отношения на взаимной выгоде. Так он когда-то женился на богатой лире вдвое старше его. У дяди имелись молодость и фамилия, что была в обществе на хорошем счету. У нее баснословное состояние. Увы, воочию увидеть их союз мне не удалось. К моменту, когда я стала приезжать к дядюшке на каникулы, тетушка уже умерла. Так что пытаясь меня выгодно пристроить, скорее всего, дядя желал мне счастья. Пусть и видел его иначе, чем я.

Я покрутила в руках конверт. Не нужно быть медиумом, чтобы догадаться о чем пишет дядя. Пятый курс. Конец обучения. Скоро я отправлюсь в свободное плавание, а значит пора снова подумать о замужестве. По крайней мере по мнению дяди. У себя в комнате я открыла письмо и оказалась права. Он хотел встретиться и поговорить о моем будущем.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.