Рашит Халилуллин
В ноябрьскую метель

Темный ноябрьский вечер опустился на землю, окутав все вокруг лиловой темнотой. Рваные облака на небе, потеряв свою величавость, бежали что есть мочи, лишь изредка ненадолго открывая серп уходящей луны и сыпали снегом, словно заметая свой след.

Над землей словно дикий дух, бесновался, завывая ветер, бросая в стекла окон осыпи льдистого снега. Он уже пронесся по бескрайней казахстанской степи, не встречая преград и сейчас обрушил всю свою ярость на вставшие на его пути дома. Ветер старался проникнуть внутрь, выдуть тепло, лишить уюта, устроив разгром и беспорядок.

В приглушенном свете комнаты за накрытым для чаепития столом сидели, негромко переговариваясь о чем-то своем девушки, прислушиваясь к песне, которую пел, играя на гитаре, их одноклассник. Ребята расположились кругом на полу, на мягких подстеленном пледе. Парень с силой провел по струнам и последний аккорд отзвучал, постепенно затихая.

– Здорово, Рашит, это было классно. – Сказал Гани, сидевший рядом с гитаристом. – Напишешь мне потом слова песни? Я тоже хочу её спеть.

– Конечно напишу. – Ответил игравший на гитаре, движением головы откидывая в сторону густую челку каштановых волос. – Как после каникул выйдем на учебу, принесу в школу.

– Да, каникулы. – Протянул Гани. – Осталось совсем немного. Это наш последний, одиннадцатый класс.

– Ну мы пока только первую четверть отучились, остались ещё три. – Заметил Коля, другой одноклассник.

– Рашит, давно хотел тебя спросить. Вот скажи – ты же татарин? – Спросил Гани.

– Да, – согласно кивнул тот. – Ты меня уже об этом спрашивал.

– Вот смотри, я казах. – Указал на себя парень. – У меня волосы черные, как у всех казахов. А почему у тебя тогда волосы не черные, как у всех татар, а серые? А глаза серо-зеленые, и не узкие как у татар? И черты лица правильные? Ты больше на немца похож, как Женька и Вовка, чем на татарина.

– Ну не скажи. – Не согласился Рашит. – Вот Эдик, к примеру, немец, а у него волосы тоже черные и глаза темные. Так он что, казахом или татарином должен быть из-за волос? – Сказал парень. – И Юрка немец, и тоже шатен. А настоящие немцы вроде как, должны быть светловолосые и голубоглазые. Вообще люди разные бывают.

– Ну это они, может у них казахи в роду были. – Отмахнулся парень. – Ну а ты почему? – Не унимался Гани. – Видел я твоего папу, он же у тебя темноволосый.

– Потому что у меня папа казанский татарин, они не узкоглазые, но темноволосые. А я, наверное, в маму пошел. Она у меня полячка и волосы каштановые. Так что это может быть немного повлияло. – Пояснил Рашит.

Он, явно рисуясь перед друзьями и одноклассниками, взял новый аккорд и чистым, приятным голосом запел новую песню.

Одноклассники, сидевшие полукругом, начали подпевать.

– Так, мальчики, – в комнату зашла тетя Рая, мама одноклассника Коли, у которого дома они и собрались. – Мы с папой спать пошли, если вам чего-нибудь еще нужно, возьмете на кухне. Коля, ты знаешь, где что лежит. Когда домой пойдете, будьте осторожнее, там буран разыгрался, ветрище просто ураганный. И вообще, не засиживайтесь сегодня, пораньше домой идите, день сегодня не очень хороший по темну ходить.

– Спасибо, теть Рая. – Сказал Женя, невысокий плотный крепыш и снисходительно добавил. – Не переживайте, мы нормально дойдём. И девочек всех проводим прямо до дома, никого не бросим.

– Вот и хорошо. – Сказала тетя Рая и ушла.

Ребята переглянулись. Коля, их одноклассник, лицом пошел весь в свою маму, чернявую, невысокого роста, с черными глазами немку, а ростом и статью в отца, дядю Васю, высокого и статного мужчину, которого портил лишь только косящий левый глаз. Вот и Коля уже перемахнул за сто восемьдесят пять и был самым высоким в классе. Как раз именно то, что не давало покоя Гани.

– Ну что? – Поинтересовался Женя. – Как домой пойдем?

– В смысле как? – Не понял его Гани. – Ногами пойдем. – Рассмеялся он и тут же прервал смех. – Ну я как обычно вместе с Зезаг пойду. Нам все равно вместе домой, на Новую Базу идти.

Новой Базой, жители совхоза называли отделение животноводов, состоящее из жилых домов, ферм и загонов для скота, коров и овец, расположенное в паре километров от села.

Как раз там жила одноклассница Зезаг с родителями, братьями и с сестрами и её отец работал скотником на ферме.

Там же жил Гани с дедушкой и бабушкой. Когда-то он учился с ребятами в шестом классе, потом уехал жить в город и вот сейчас снова приехал из самой столицы, чтобы доучиться именно в сельской школе.

Учителя поговаривали, что ему просто нужен сельский аттестат, чтобы было проще поступить в университет. Но несмотря на его городские замашки, за что над ним нередко подшучивали, парень он был не злобный, да и давняя детская дружба давала о себе знать и ребята приняли его хорошо.

– Гани, скажи, а ты мимо кладбища домой ходить не боишься? – Спросил еще один одноклассник, Дима, высокий спортивный парень, как раз подходивший под описание истинного немца – русоволосый и голубоглазый, хотя и был русским.

Тот хотел было ответить что-то веселое, но глянув на окно, где как раз особенно сильный порыв ветра зло стеганул в стекло ударом снега, глубоко вздохнул.

– Страшновато, конечно. – Смущенно признался он. – Я с весны больше напрямки мимо кладбища не хочу, был один случай со мной, потом как-нибудь расскажу. Сегодня чего-то не хочется.

– Да ладно тебе. – Подначил друга Дима. – Начал говорить, так уже рассказывай. Нам же интересно.

– Сказал же – не сегодня. – Твердо отрезал Гани. – Тетя Рая уже говорила, что не нужно сегодня разных историй страшных рассказывать. Что бы не накликать. Не позвать, кого не нужно.

– Да что сегодня за день такой-то? – Не выдержал Ермек. Высокий, лишь немного уступающий в росте Коле и такой же широкий в плечах казах, он раздраженно стукнул кулаком по ладони, подражая герою недавно просмотренного иностранного боевика. – Вы еще скажите, что бояться нужно кого-то.

– Ну бояться не бояться, – сказал Володя, поправив волосы крупной ладонью, – но и болтать лишнего не нужно.

– А ты что-то такое знаешь? – Ухватился за оговорку Ермек.

– Ну так, слышал немного. – Осторожно ответил Володя.

– Так расскажи, что слышал. – Не отставал от него одноклассник.

– Я слышал, что сегодня какой-то родительский день. – Нерешительно начал парень.

– Да фигня все это. – Сморщился Гани. – Родительский день он же весной вроде.

– Ну да. – Сказал Женя. – После пасхи, кажется. Ты, Вова, ничего не путаешь?

– Да я что. – Володя оглядел друзей. – Вы лучше у Рашита спросите, он должен знать. Его мама ему по любому рассказывала.

Все парни, включая девушек, уставились на своего одноклассника, который увидев, что друзья смотрят на него, закончил петь.

– Ну давай, рассказывай, если знаешь. – Не выдержал Ермек, самый нетерпеливый из всех.

– Что рассказывать? – Спросил Рашит, продолжая наигрывать на гитаре.

– Ну что сегодня за день? – Поддержал друзей Женя. – Ты же знаешь?

– Да, знаю, – согласно кивнул тот. – Мне мама рассказала, что знала. Да и я сам читал немного об этом.

– Ну так говори. – Нетерпеливо придвинулись друзья ближе.

– Ребята, может не нужно? – Боязливо сказала Маржан, темноволосая девушка, опасливо посмотрел на окно, где на улице внезапно стало очень тихо. – Так страшно.

– Вот-вот. – Подтвердил Рашит. – Послушайте Маржан, лучше не говорить об этом линий раз, а то как бы чего не вышло.

– Да ладно тебе. – Решительно сказал Ермек. – Заладили все одно и тоже – не надо, не надо. Рассказывай уже, что знаешь.

– Ну если что случится, то я вас предупреждал. – Насмешливо хмыкнул Рашит и тут же согнал улыбку с лица и продолжил. – Вот правильно тетя Рая сказала – лучше не засиживаться сегодня. Да и не стоит говорить об этом лишний раз, но если уже начали, то ладно. Но вот домой все-таки нужно пойти пораньше, и всем вместе, а то как бы чего не произошло, да и погода не просто так испортилась. А вообще сегодня День Дзядов.

Он замолчал, снисходительно поглядывая на одноклассников.

– И что это за день такой? – Снова не выдержал нетерпеливый Ермек.

– Ну это как родительская суббота у православных, только родительский день у католиков. – Пояснил Рашит. – Празднуется на третью субботу после Покрова. Обычно выпадает на первую субботу третьего месяца осени. В этом году Покров когда был? Четырнадцатого октября, ну вот сегодня, второго ноября, как раз и День Дзядов, или если проще говорить – День Дедов, День Предков у католиков.

– Ну и чем же он отличается от родительского дня, который празднуется весной, после Пасхи? – Спросил Володя.

– Да все очень просто. – Пожал плечам Рашит. – Весной все едут на кладбище, прибирают могилы, приносят угощение для усопших родных и поминают там же. А вот на День Дзядов, все по-другому. – Парень немного помолчал и видя устремленные на него глаза друзей, продолжил. – В этот день готовят кушания дома, вчера вот в пятницу, были постные блюда, сегодня, в субботу, уже готовят с мясом, яйцами, молочное, главное чтобы все было свежее, только приготовленное.

– А почему именное горячее? – Спросил Женя.

– Потому что деды приходят к нам домой. – Негромко сказал Рашит. – Они вдыхают пар от горячей еды, угощаются так. Еще на стол кладут много ложек, для пришедших предков, и иногда могут называть их по имени. Там еще много обычаев. Например, готовят специальную поминальную еду, угощают, то есть кормят и поят души. Часть еды оставляли на столе или на полу. Те, у кого есть бани, протапливают их, чтобы души могли искупаться и согреться. Вот такие обычаи. Главное, что еще говорят старики – если в темноте возвращаешься домой, держись подальше от кладбища и ни при каких обстоятельствах не подходи к статуям или памятникам.

– Иначе что? – Тихо спросил Володя.

– Иначе может случиться беда. – Так же тихо отозвался Рашит. – Деды могут быть недовольны своими потомками.

Как будто дождавшись этих слов, за окном взвыл ветер и ударил по стеклам, так что они задрожали, словно кто-то злой снаружи свирепо саданул массивным кулаком по раме окна.

– Да ну. – Нарочно громко, рассмеялся Ермек. – Ерунда все это. У нас кладбище есть, и оно далеко от деревни, а вот памятников то и статуй разных и нет.

– Как это нет? – Спокойно спросил Рашит. – Возле школы у нас парк Победы, там стоит монумент-стела с солдатом и еще вечный огонь по памятным датам зажигают.

Ермек хмыкнул и его глаза на мгновение сузились, как будто какая интересная мысль пришла ему в голову. Правда, он тут же рассмеялся.

– Ну да, конечно, есть. Как мы забыли? – Он повернулся к друзьям. – Ребят, Рашит же просто смеется над нами. Кто у нас в классе лучше всех сочинения пишет? Ты, Рашит, наверное, писателем станешь. Сказки будешь писать. Знаешь, а у тебя хорошо получается.

Все одноклассники, особенно девушки, от этих слов облегченно выдохнули, сбросив с себя паутину страха и принужденно рассмеялись. Правда, все равно, не у всех страх ушел окончательно, он продолжал тлеть в глубине их глаз.

– Как хотите. – Равнодушно сказал Рашит, бережно откладывая в сторону гитару. – Можете верить, а может и нет. Дело ваше. Вы просили рассказать, что я знаю? Я вам рассказал. А дальше это меня не касается. Думайте, что хотите. В общем я буду собираться домой.

Казалось, что этими словами, он как будто запустил некий механизм и все остальные оживленно засуетились.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.