Мария Медведева
Дело Игрока

Предисловие

Николас Келли вышел из кабинета Главного. Новости о стажерах его совсем не радовали, он считал, что проходить практику нужно в других отделах, студенты последнего курса не могут быть полезны в его работе.

Келли был самым суровым следователем по особо важным делам. К своим 36 годам, он достиг многого, ему завидовали и его боялись. Ник любил работать один, у него не было друзей и семьи. За это его прозвали волком-одиночкой, кто посмелее звал его Альфой, потому что никто не хотел оказаться у него на пути, ни при каких обстоятельствах. Он не допускал никого в свои расследования, и в свою жизнь. Ходили слухи, что он связан с преступным миром теснее, чем это нужно для работы в Управлении. Его военное прошлое было засекречено, и он игнорировал вопросы, про свою работу ДО перевода в полицию. Несмотря на взрывной характер и даже драки, с некоторыми особо любопытными сотрудниками, начальство благоволило Нику. У него были лучшие показатели раскрываемости, ему давали самые сложные дела и у него была привилегия самому выбирать себе команду.

Попасть в отдел Альфы было почетно – такого опыта нельзя было получить нигде, Ник был профессионалом, и страшно – потому что и вылететь из команды тоже было легко. Сработаться с Ником мало кто мог. Первому, за несколько лет это удалось Томиславу Лукичичу – новому патологоанатому. Он был молод, талантлив, так же повернут на своей работе и удивительно дотошен к мелочам, это нравилось Нику и давало свои плоды в расследовании его дел.

Узнав, что в Управление приедут пять стажеров, которые пройдя стажировку должны пополнить ряды сотрудников, Ник не обратил на это внимания, пока Главный не сказал, что один из стажеров достанется ему.

– Мне нужны опытные и стрессоустойчивые ребята, а не молодняк. «Хорошо провести время в моем отделе не получится», – почти со злостью говорил он.

– Ник, пойми, у нас договор с Университетом, мы можем, конечно, отказаться от них после стажировки. Но смысл в том, чтобы попробовать рассмотреть в них потенциал, который, я уверен есть. – пытался уговорить Ника Главный. – Ты сам жаловался, что не хватает людей.

– Людей, а не детей! – выпалил Ник.

– Все когда-то были сопливыми юнцами, даже ты! Сегодня приедет 3 парня и 2 девушки, по характеристикам – лучшие на своих факультетах, я бы обратил твое внимание на Джека и Винса, но решать, как всегда, тебе. Выберешь любого! Для начала можешь гонять по простым поручения, дадим им роль ассистента. Но через полгода-год, надеюсь увидеть подписанную тобой характеристику и рапорт о переводе уже в качестве спеца. – Главный дал понять, что разговор окончен.

Ник вышел и направился в свой кабинет. По дороге он захватил кофе в автомате и теперь стоял у окна, обдумывая, как ему быть. Перед ним на подоконнике лежали резюме 5 человек, из которых он должен был выбрать.

Ребят, которых рекомендовал Главный, он посмотрел первыми, и их резюме полетели в корзину спустя 3 минуты. Далее было резюме с фотографией пышногрудой красотки – сразу нет! Следующее резюме взбесило его пафосным описанием способностей – улетело в корзину. Осталось одно. «Может, взять не глядя», – подумал Ник. Нет, уж! И он погрузился в табель оценок, характеристику из универа, с удивлением заметил дополнительный лист из практики. В отличие от предыдущих претендентов, которые закрыли необходимый минимум по практике, тут Ник был приятно удивлен количеством и разнообразием работы, почти везде был высший балл. Он вернулся к началу – Энн Джекман. «Девушка? Не будет в моем отделе женщин!» – Ник отхлебнул еще горячего напитка…. Хотя, это единственное резюме, достойное внимания. Фото нет, много училась, много работала на практике, возможно из нее будет толк. И скорее всего она обычная, не будет отвлекать ребят от работы.

Ник смотрел в окно и допивал свой кофе. На стоянке припарковалась машина, из нее вышли 5 студентов.

– А вот и наши стажеры, – устало проговорил он, сузил глаза и с интересом наблюдал за ними.

Парни вышли первыми, один из них открыл дверь и подал руку девушке. Та самая красотка поднялась из машины и тряхнула волосами. Другая задняя дверь тоже открылась и вышла, видимо, другая девушка – та, кого выбрал Ник. Он внимательно следил за ней. Она немного задержалась, ремень от сумки слетел, и она долго пыталась его пристегнуть. Потом поправила шапку и побежала догонять остальных.

Боясь передумать, Ник взял ее резюме и направился в кабинет к Главному, зашел без стука и бросил резюме на стол.

– Я возьму в отдел вот эту! Если через месяц не сбежит, поговорим о должности моего ассистента.

– Ты не останешься? Они сейчас должны приехать, мог бы поговорить со всеми, а не выбирать только по характеристике. – сказал уже в спину Нику Главный.

– Нет, остальных даже не буду рассматривать. Разбирайте! – Сказал он, обращаясь к руководителям отдела, которые сидели в кабинете, изучая резюме своих будущих стажеров. Не дожидаясь ответа, Ник вышел.

На лестнице он встретил тех четверых, что зашли первыми. Они весело обсуждали свои перспективы. Следом шла Энн Джекман, она что-то искала в сумке, параллельно набирая сообщение в телефоне. Энн не смотрела вперед, а Ник никогда никому не уступал. Она врезалась в него, извинилась на автомате, отправила сообщение и подняла голову, шапка упала на лестницу, но она даже не заметила.

«Красивые глаза» – подумал Ник. «Не такая уж она и простая, парням придется туго. Надеюсь, я не пожалею о своем выборе.» Он свернул в коридор и направился к кабинету.

Энн проводила его взглядом и подумала, что от этого неразговорчивого типа очень вкусно пахло бергамотом и лимоном. «Прям, мой любимый чай», – промелькнуло у нее в голове. Она улыбнулась и поспешила в кабинет, где ждали только ее.

Когда Энн вошла, все уже сидели за столом и руководители отделов задавали свои вопросы стажерам. Она села с краю, и тут Главный обратился к ней.

– Энн Джекман, если не ошибаюсь?

– Да, это я. – робко ответила Энн.

– Дорогая, поздравляю! Тебя сегодня не будут мучить вопросами, потому что уже известно в каком отделе пройдет твоя стажировка. Я желаю тебе успеха и побольше терпения.

– И в какой отдел меня распределили. – уточнила Энн.

– Отдел Николаса Келли, нашего лучшего следователя. Я бы предпочел видеть там кого-то из парней, потому что дела у Ника сложные и, как правило, самые неприятные. Но тем не менее, это прекрасный опыт. Должен предупредить, что руководитель тебе достался не из легких. Он очень требователен, но справедлив. Надеюсь, вы сработаетесь. Очень надеюсь…

Последнюю фразу он произнес как-то обреченно, и Энн не понимала радоваться ей или нет. Но она никогда не искала легких путей. Несмотря на то, что ее отец был полицейским, у нее не было поблажек в институте, все зачеты и экзамены сдавала сама. Ей нравилось учиться на эксперта-криминалиста, что удивляло ее мать, радовало отца и забавляло брата.

– Спасибо, я буду очень стараться. – ответила она. – Могу я узнать, куда мне идти, я так понимаю, мистера Келли нет здесь.

– Да, верно, он недавно вышел. Спустись вниз и по коридору налево, в конце увидишь кабинет 18. Там располагается твой новый отдел. Удачи!

– Благодарю. – Энн встала, попрощалась со всеми и вышла.

Она без труда нашла 18 кабинет, постучала, ей никто не ответил. Энн открыла дверь. В кабинете было три человека. Два стола слева и два справа, за столами слева сидели двое мужчин, при ее появлении они оторвались от дел и удивленно посмотрели на нее.

–Девушка, вы заблудились? – спросил один из них.

Энн не успела ответить, как с правой стороны, где за столом, заваленном папками, сидел третий мужчина, прозвучало

– Коллеги, это Энн, с сегодняшнего дня она ассистент отдела.

Его было плохо видно из-за кипы бумаг и Энн подошла ближе.

– Добрый день, куда я могу положить свои вещи? И какие будут поручения на сегодня?

Он наконец поднял голову и удостоил ее взглядом. «Чай!» пронеслось в голове Энн, тот самый мужчина, с которым столкнулась на лестнице.

– Вы мистер Келли? – уточнила она, хотя была на 100 % уверена, что это он.

– Я, но можешь звать меня Николас, мы не любим тут церемониться. Ребята улыбнулись, но Ник сохранял серьезное выражение лица. – По поводу поручений: первое – разобрать мой стол, твой рядом, – Ник кивнул на пыльный и тоже заваленный какими-то документами стол, который, судя по чашкам, кофейным разводам и пачке печенья, использовался как кухонный.

– Разобрать в хронологическом порядке, все что старше 5 лет – в архив, остальные рассортировать по годам. Ясно?

– Да, … Николас.

– Второе – если хочешь работать в моем отделе, надо быть предельно внимательной.

– Я внимательна…

– Не заметно! – перебил ее Ник, и положил на стол ее шапку. Энн автоматически подняла руку к голове, как бы надеясь найти там свою шапку. – Мне все равно, какое отношение у тебя к своим вещам, но это не должно отразиться на работе.

Энн молчала. Поняла, что с ним лучше не спорить.

– На сегодня хватит. На работу не опаздывать, в дела нос не совать. То, что я буду считать нужным – расскажу. Сейчас мне надо уехать, ребята немного расскажут о нашей работе, вернусь в 17 и поговорим. – Ник встал, кивнул парням и вышел из кабинета, Энн почувствовала себя мебелью, но она не собиралась так легко сдаваться. Она проводила его взглядом. Ник был высокого роста, худощавый, русые волосы немного спадали на глаза, и он периодически запускал руку, чтобы поправить их, глаза были серые или зеленые, Энн не поняла, но взгляд очень глубокий, она бы даже сказала рентгеновский. Он был спортивен, но скорее жилист, чем накачан. «Интересный…, – подумала она, …. Сложный, все как я люблю. Надеюсь, он не уволит меня.»

«Надо было брать парня, того выскочку, чтоб потом без сожаления от него избавиться». – думал Ник, спускаясь к машине: «Что забыла это девочка в полиции?» -сев в машину, он посмотрел на окна отдела. «Интересно, на сколько ее хватит?» – он вспомнил, как они столкнулись на лестнице, и поймал себя на мысли – он хочет, чтобы ее хватило надолго…

Глава 1. Фото неизвестного.

Энн приехала на работу за 30 минут до начала рабочего дня. Шеф в последние пару недель был почти всегда не в духе, не хотелось давать ему повод. Закрыв синий форд, который отец подарил ей на совершеннолетие, она бросила взгляд на свое отражение.

«Может купить пару костюмов? Думаю, Стелла с удовольствием составит компанию, шопинг – ее стихия. Хотя, лучше и удобнее джинс еще ничего не придумали! Я ношу рубашки – это вполне офисный стиль. И вообще, на должности ассистента можно и не стараться, как говорит Ник – я не на подиуме, да и зарплата не позволит пока шиковать»

Энн тряхнула копной каштановых волос, проверила карманы – пропуск, ключи, резинка для волос – все на месте, и направилась к главному входу Управления Полицией.

Кофе она пила на работе, потому что каждая минута сна была бесценна. Нажав кнопку, Энн нервно постукивала пальцами по автомату.

– Привет красавица, похвальное рвение к работе! – услышала она голос за спиной и чуть не подпрыгнула от неожиданности.

– Том, зараза, напугал! – воскликнула Энн, – хорошо, что Кофе был не в руке, а то б расплескала половину! Нельзя так подкрадываться.

– И тебе доброе утро! – сказал Том, улыбаясь. – Извини, не хотел тебя пугать, видимо, сказывается редкое общение с живыми людьми. Мои пациенты никогда не жалуются на мои шутки.

– Очень смешно, – саркастично заметила Энн. – Сам-то чего так рано пришел?

– У меня сосед вступил в романтическую фазу. «Весеннее обострение…» —загадочно сказал Том и закатил глаза. – И по утрам он особенно … ЯРО доказывает очередной даме сердца свою «благосклонность»

– Боже, можно опустить подробности?

– Да. Поэтому утром я просыпаюсь без будильника и иногда раньше, чем планировал. Слушать концерт за стеной нет желания, и я еду в свое царство смерти, где тишина и покой.

– Послушать тебя – морг это идеальное место!

– Так и есть! А Старые кладбища… это вообще сказка… там иногда встречаются, такие надгробия…

– Спасибо, Том! Я, пожалуй, поползу в волчье логово и примусь за бумажки.

– Поползешь? Ты ж кофе взяла, сейчас взбодришься и день пролетит незаметно

– Поползу, потому что я книжный червь нашего отдела.

– Не преувеличивай, Николас тебя ценит, и рассуждения по делам у тебя очень полезные.

Они шли по коридору, в сторону Кабинета Николаса Келли. Кабинет был не совсем его, скорее отдела, но так как Ник был в нем изначально, а все остальные ребята появились позже, то и привыкли считать кабинет ЕГО, между собой называя его Логовом, а Ника одиноким волком. Ника в отделе, да и во всем управлении, побаивались, хотя он никогда не вступал в открытые конфликты, и вообще был крайне профессионален и сдержан. Но его колючий взгляд был способен ввести в ступор. А если Ник злился и начинал говорить тихо, то даже матерые сотрудники были готовы провалиться сквозь землю и спешили сбежать при первой возможности. Энн такая роскошь была недоступна, как ассистент Ника, она в полной мере могла оценить все грани его непростого характера.

– А толку-то все равно никому не интересно, что я думаю. – заключила Энн стоя у двери логова.

Она открыла дверь и оглядела кабинет.... Да, беспорядок даже больше обычного. И это полицейское управление… Особый отдел....

– Интересно, если бы я каждое утро не наводила порядок – он хоть что-нибудь нашёл бы?

– Думаю раскрываемость точно бы упала – заметил Том.

– Черт, я вслух это сказала? Хорошо, что ты это услышал, а не Он.

– М-да… Дела совсем плохи? – спросил Том, глядя с сочувствием на Энн.

– Я не знаю, пропустила пару совещаний, Ник меня отослал в архив… Меня не посвящают в это дело, я же тупая ассистентка… – съязвила она.

– Не злись, мы все тебя очень любим. Уверен босс тоже тебя ценит…, в глубине души.

– Видимо, очень глубоко!

Том подмигнул и направился в свое царство мёртвых!

– Не кисни, все будет хорошо! – бросил он на прощание.

– Да, я стараюсь…. Пока, Том.

Энн бросила свою сумку на стол, завязала волосы в высокий хвост (Ник уже делал ей замечание пару раз, что «тут офис, а не подиум, чтобы волосами трясти»), глотнула кофе и осмотрела «фронт работ».

«Где справедливость? Мы с Томом закончили обучение с разницей в 2 года, он почти сразу стал ведущим специалистом – патологоанатом, а я все из ассистентов не выберусь.» – думала она, начиная уборку.

Когда 2 года назад друг отца Стэн предложил ей эту стажировку, она была на седьмом небе от счастья. А в итоге "принеси-подай"… Такое впечатление, что она мебель… Нет – Робот-пылесос и кофеварка в одном лице.

«Я что зря училась? И ладно бы еле закончила универ и меня пожалели, но я же была одной из лучших на курсе. Сокурсники думали я сразу дела свои вести буду, завидовали. Было б чему завидовать… Стелла со мной с одного курса, и в ассистентах меньше полугода просидела…. А мне даже сдача на квалификацию не помогла, Ник не подписал мои рекомендации.» – продолжала злиться Энн.

– Вот что ему не так! Бесит! – бормотала Энн, разбираясь на столе.

«Понятно, почему уборщица приходит только после обеда… Сейчас на пол страшно смотреть. Выкинешь бумажку, а там были "его важные заметки, от которых зависит успех дела" и плевать, что выглядели они как мусор и валялись за шкафом…» – Энн собирала обрывки с пола, просматривала их и сортировала – что в корзину, что на стол.

«Почему все считают, что я «не готова». Стэн вообще сказал – «у тебя отличная, непыльная работа, за нормальные деньги. Никаких опасностей и стресса. Ты же девушка, зачем тебе эти убийцы и маньяки?» – она поправила постоянно выпадающую прядь волос.

«Ага, непыльная, по утрам особенно! И абсолютно без стресса! (вспомнила как Ник кинул в нее пепельницей полгода назад, когда она высказалась по поводу версии. Ну не совсем в нее… Наорал сначала, прогнал, а потом вдогонку швырнул пепельницу…) Кстати, тогда я была права!» – она протёрла стол, помыла 4 чашки из-под кофе – Шеф явно сидел пол ночи в офисе.

На полу у магнитной доски с материалами дела и заметками шефа она нашла фото молодого парня… «Наверное, с доски упал», – подумала Энн. Хлипкие магниты уже, надо новые заказать.

Посмотрела на доску: «Где же ты висел?» Попробовала найти мужское имя, рядом с которым нет фото – не нашла. Ладно…, еще раз внимательно посмотрела на фото… «Интересно ты жертва или свидетель?» Жертв было три, и они все на месте…

Последний месяц шеф искал серийного убийцу бизнесменов. Уже объединили 3 дела. А зацепок кроме игральных карт на месте преступления не было. Никаких улик, никакой связи между жертвами. Мотив тоже был не понятен, но убийцу прозвали Игрок, так как объединяли всех жертв – карты, найденные рядом с телами. Была версия, связанная с родом деятельности убитых – все они были богаты, влиятельны и у всех был свой успешный бизнес. И, собственно, все.

Энн прикрепила фото с краю, где висел магнит: «Скорее всего отсюда! Раз магнит есть, а фото нет», – заключила она. С "уборкой" пришлось повозиться дольше обычного. Хорошо, что шеф опоздал. Ой, нет – задержался.

Энн могла бы сказать, что Ник красив, как-то дико красив, но старалась не думать о нем как о мужчине, достаточно того, что он бесил ее как руководитель. При этом она им восхищалась, наверное, он был единственным мужчиной кроме отца, кого она считала идеальным. Умный, харизматичный, с чувством юмора, высокий, спортивный, принципиальный, честный… Она считала, что ей безмерно повезло, что в ее жизни было целых два мужчины, кого она почти боготворила. И если один покинул ее – заснув за рулем, то второй был ее руководителем. Бесячим и идеальным одновременно.

Ник был аккуратен в делах и небрежен в одежде. У него была любимая кожанка и два дорогих пиджака из твида, которые он носил круглогодично, при этом выглядел шикарно… рубашки или футболки всегда были чистыми, но часто мятыми, что ни капли его не смущало, галстуки он ненавидел, официальные костюмы тоже, будь его воля – везде и всегда ходил бы в джинсах и футболке. Все в нем выдавало холостяка, что и привлекало, в свою очередь, больше женщин, желающих покорить и осчастливить его. Когда Энн только попала в отдел, Ник провел с ней «душеспасительную беседу», как он тогда это назвал. И ясно дал понять, что его интересует только ее профессионализм, на который он рассчитывает, и ее умение держать язык за зубами, потому что подробности дел, которые расследует ЕГО отдел, не должны выходить за пределы кабинета. Еще он очертил границы их взаимоотношений – для него существует только работа, (потом Энн рассказали, что Ник считает преступным для следователя иметь семью и любые привязанности). «Поэтому, Энн, просьба не пытаться впечатлить меня или кого-то из отдела стройными ногами и глубоким декольте. Мы здесь работаем и от качества и скорости нашей работы часто зависят человеческие жизни.» Энн тогда оскорбилась и что-то ответила ему, довольно грубо. Она даже не помнила, что именно, но смысл ему понравился и больше они не возвращались к подобным разговорам.

Сегодня Ник задержался! Он зашёл в кабинет, привычно проведя пятерней по волосам, которые падали на лицо, и сразу начал куда-то звонить.

– Энн, куда ты дела все кружки? – бросил он, не глядя на нее.

– Помыла и убрала на место. Вам кофе?

– Нет! Сбегай за минералкой.

«Я что прислуга тут?» – хотела высказаться она, но он уже с кем-то разговаривал на повышенных тонах. Стиснув зубы, Энн молча направилась к автомату с батончиками и напитками. Повезло, осталась одна минералка. Энн быстро забрала её и пошла обратно. В этот момент в кармане завибрировал телефон – сообщение от мамы.

«Энн, через пару дней прилетает Джон на годовщину смерти отца. Он сказал, что у него отпуск и он хочет провести его дома. Я так рада, наконец-то в доме будет не так одиноко. Ты могла бы мне помочь, и встретить его?»

Этого ещё не хватало! Видимо всех девушек в своём городе перепортил, донжуан недоделанный, решил в родных пенатах проверить – вдруг кто новый появился. Невольно вспомнила самодовольно лицо брата. Слава богу мы сводные, так хоть меньше стыдно за его выходки. Ну на годовщину, понятно. А в отпуск то зачем? Энн набрала матери.

– Мам, неужели успешный адвокат не нашёл места поинтереснее для отпуска? Или он уже не такой успешный?

– Дорогая, не кипятись! Он расстался с девушкой и хочет побыть дома.

– С какой ИЗ?

– Энн, не начинай. Он умен и, не будем скрывать – красив, да и молодые люди в его возрасте еще не готовы к серьезным отношениям. Лучше о себе подумай, я была бы рада познакомиться с твоим парнем.

– Мам, вообще-то я младше на 5 лет. Мысль о том, что я тоже не готова к отношениям не приходила к тебе в голову?

– Это другое! ты – девушка!

– Можно только без лекции про «часики тикают»?

– Можно, но меня беспокоит, что ты думаешь только о работе. Карьера, это прекрасно, но и о себе не стоит забывать. Ты сбежала от меня в свою квартиру, чтобы я не «выносила тебе мозг», но дома я хотя бы была спокойна, что ты нормально питаешься.

– Я б не назвала это «карьерой», конечно. Но не переживай, я нормально питаюсь (вспомнила, что ничего не ела с утра). И я не забываю про себя, иногда даже хожу в бассейн. Но пока у меня нет парня, которого бы я хотела видеть рядом с собой и тем более знакомить его с тобой. Обещаю, как только он появится, ты узнаешь об этом первой. Сейчас приедет Джон и у тебя будет куча времени слушать про его личную жизнь и приключения, он отлично справляется за нас обоих!

– Энн, ты неисправима.

– Все мама, пока, надо бежать. Я заеду вечером.

Она вернулась в кабинет. Ник стоял у окна.

– Ты не понимаешь – цедил он в трубку, – эти выскочки только под ногами будут мешаться, толку от них ноль. Мне не нужна их "помощь", от Энн и то больше пользы.

Энн громко поставила бутылку на стол. Ник повернулся, удивленно подняв бровь.

– Ясно. – закончил разговор Ник, положил трубку и почти кинул телефон на стол.

– Спасибо. – сухо поблагодарил шеф.

– Не за что! – буркнула Энн. – Что-то случилось? – больше из вежливости спросила она.

– Да, к концу недели у нас будет "прибавление", мы долго топчемся на одном месте и нам присылают "подмогу" из дружественной организации.

– Из первого отдела?

– Да. – он осушил половину бутылки залпом. Все знали, как он ненавидит любые вмешательства в свои дела. А приезд сотрудника первого отдела означал, что помимо нового человека нам будет обеспечено пристальное внимание высшего руководства.

– Тяжёлый вечер? – спросила Энн, кивнув на стопку папок на столе Ника.

– Последние две недели тяжёлые. – отрезал Ник и пошёл к доске. Минуту внимательно смотрел на все схемы, стрелки, фото мест, перечитывал все записи… Вдруг увидел фото парня, которого Энн прикрепила сегодня утром

– Откуда он здесь?

Глава 2. Появление Брауни.

Ник вопросительно посмотрел на девушку, вертя фото парня в руке.

– Я нашла его на полу у доски и решила, что он упал с этого места.

– Допустим. – Ник еще раз смотрит на парня, как будто пытается что-то вспомнить. – Ладно, пусть пока повисит, возможно, вчера я сам его повесил, может появилась идея … плохо помню вчерашний вечер.

Плохо помнит вечер? Судя по кружкам, пил только кофе… И долго.... Может потом продолжил с алкоголем и в "компании музы", так Ник называл свои разовые связи. Мог и на работу потом вернуться, конечно. Странно, что тут не уснул. С принципами Ника про отношения Энн была согласна в чем-то… Хотя у нее был пример отца и его друзей, кто совмещал работу в полиции и личную жизнь, но они не вели такие сложные дела, как Ник… «Ой, пусть делает, что хочет. Взрослый мужик, не хочет отношений, не хочет семью – не мое дело.» И все же эти его музы…., почему-то ее раздражали. Тряхнув головой, чтобы отогнать навязчивые мысли, Энн занялась документами.

Вскоре Ник уехал на встречу с возможными свидетелями, взяв с собой Ральфа. До обеда их точно не будет, а то и до вечера. Энн подошла к доске.

– Итак, господа следователи, чем «Брауни» может вам помочь?

Идея «подрабатывать» Брауни (домовой) появилась полгода назад, когда надежда на повышение или перевод разбилась об очередной отказ Ника подписать рекомендации, а вишенкой на торте стал полет пепельницы.

Тогда Энн убежала к Мэри в архив. Мэри работала в Управлении с первых курсов института, всегда веселая, открытая и улыбчивая блондинка. Она никогда не могла отказаться от сладкого, и об этом знало все управление. Только ленивый не приносил ей шоколадку или маленький тортик. Девизом Мэри было «Любой кипишь, кроме голодовки». Ее можно было назвать пышкой, то полнота ей очень шла, фигура «песочные часы» с округлыми формами, казалась Энн максимально женственной.

Рыдая в архиве на плече у Мэри, Энн и придумала, что будет «подбрасывать анонимки» со своими идеями и наблюдениями по разным делам. Подруга поддержала эту идею, и даже отдала старые, списанные конверты, которые раньше использовали для заказных писем, чтоб в них складывать анонимки и прятать у Ника на столе.

– Хорошо, не успели утилизировать, вот, пригодятся еще! – радовалась Мэри.

– Спасибо тебе, а то я совсем расклеилась. Душит он меня. – сказала Энн, взявшись рукой за горло.

– Кто? – испугано спросила Мэри.

– Ник.

– Да брось, не бери в голову, просто он такой.

– Какой?

– Сухарь! – и Мэри засмеялась, – Я знаю, девочки даже спорили на него, что если кто-то разведет его на эмоции – то остальные скинутся ей на ящик шампанского!

– Так это легче легкого, он когда не в духе на такие эмоции разводится, не удержать! Вот я сейчас у тебя ревела почему? Потому что кто-то слишком эмоциональный!

– Я не про те эмоции, – хитро улыбнулась Мэри.

– Типа романа?

– Ну, роман вряд ли, хоть на флирт, комплимент…

– хахаха…. Флирт? От Ника?… нереально, а комплимент – ну иногда он Тома хвалит!

– Вот, именно, он никогда никому комплиментов не говорил, хотя девочки старались. Даже сами приглашали его на кофе, просили подвезти, все это при полном параде, естественно.

– А он чего?

– Говорил, что кофе уже пил, им стоит вызвать такси, и вообще им «не по пути». Даже стали думать, что он гей! Тома -то он хвалит. – Мэри начала хихикать.

А Энн стало как-то неприятно, что шефа заподозрили в иной ориентации, даже поймала себя на мысли, что, если бы это было правдой, она бы расстроилась.

– Том очень способный парень, Ник его ценит, да и не только Ник, между прочим. Нет, точно нет! Как же его «музы»? Ребята говорили, что видели его в баре с разными девушками. И вел он себя явно не как монах, или гей. И потом он же брутал, я бы скорее поверила, что он бабник.

– Возможно, его принципы заканчиваются за пределами Управления, и он пускается во все тяжкие, – предположила Мэри. – А интересно какой он….

– В смысле?

– В том самом – Мэри пару раз выразительно подняла брови вверх

– Мэри, ты тоже что ли в доле на ящик шампанского? Или архивная пыль тебе мозг разъедает? Начни еще смотреть турецкие сериалы на работе!

– Вообще-то я смотрю… иногда… когда совсем дел нет, – попыталась оправдаться девушка.

– О, Боги, я пойду!

– Да нет, оставайся, твоя трагедия вполне в духе турецкого сериала! Аллах-Аллах!

Они засмеялись, представляя как бы сегодняшняя ситуация выглядела в творении режиссеров из Турции.

– И между прочем, в сериалах очень часто самая сумасшедшая любовь начинается с ненависти. Ваш Ник такой загадочный и грубый, может у него была несчастная любовь? Точно! Она ему изменила, или ее убили, а он не смог этого пережить и решил отказаться от любых отношений. А ты, возможно, похожа на ту женщину, и он вымещает на тебе свое горе. – тараторила подруга.

– Мэри, из него вышел бы отличный герой, но скорее детектива или боевика, а не любовного романа. Думаю, все намного проще. И я его не ненавижу! Да, бесит, но это другое.

– От любви до ненависти…. – многозначительно пропела Мэри.

– Да, От Любви, а не наоборот! И я его не ненавижу! – заключила Энн. – Ладно, смех смехом, а идея с Брауни мне нравится!

– Значит, несмотря ни на что, ты в деле, Детка?

– Я в деле!

С тех пор на столе Ника стали появляться конверты без подписи, внутри были замечания, мысли по делу, иногда даже целые версии. В отделе автора прозвали Брауни, как доброго духа типа домового, который помогает раскрывать дела. Набожная уборщица предлагала освятить помещения, но все запротестовали. Никто не хотел терять этого «помощника». Ник сначала разозлился, но после второго письма сказал, что внештатно берет Брауни в отдел и стал даже шутить, что без его подсказок нет смысла ездить по допросам, Дух почти всегда прав. Все эти шутки сопровождались такой загадочной улыбкой, что Энн становилось не по себе.

Конечно, Ник не мог оставить без внимания такой инцидент. После появления первого письма он задержался на работе, проверил кабинет на предмет прослушки и камер. Затем сам установил камеру над своим столом, тщательно ее замаскировав.

– И кто у нас такой шутник? Скоро узнаю, и голову оторву! Юмористы недоделанные, —говорил себе под нос Ник, проверяя качество записи.

Примерно через неделю он нашел под клавиатурой еще один конверт. Демонстративно вскрыл его при коллегах.

– Ребята, у нас вторая анонимка! – громко произнес Ник, внимательно следя за реакцией. Вдруг автор себя выдаст. То, что это кто-то из отдела, он не сомневался. Ребята все еще его побаивались и часто отмалчивались на совещаниях. Всегда высказывался только Том.

– Дельная хоть? – поинтересовался Ральф.

Ник зачитал, версию, которая приятно его удивила. С такого ракурса они на жертву не смотрели. По логике автора у них появлялось еще два подозреваемых. Ребята не были рады дополнительной работе, но признали, что улики против их основного подозреваемого косвенные, и вполне может быть, что он невиновен. Тогда они бы оказались в тупике и потеряли время.

– Может имя ему уже дадим? Анониму? – предложил Кевин.

– Какие предложения по имени? Энн, у тебя есть варианты?

– Надо подумать. Логично было бы взять имя какого-то известного детектива, типа Холмса или Пуаро. – пожав плечами, сказала Энн.

– Он же у нас бесплотный дух, появляется ниоткуда, пропадает в никуда, как Эльф – заметил Ральф.

– Тогда может, Брауни? Как домовой. Может это дух Управления – засмеялся Кевин.

– Решено! Будет Брауни – согласился Ник.

Вечером он остался в офисе один, все привыкли, что шеф уходил последним. Через минуту, как закрылась дверь за Кевином, который, как назло, задержался, Ник открыл файл с записью.

Перемотал на вчерашний вечер и вскоре увидел, как Энн забирает грязную чашку с его стола и аккуратно кладет под клавиатуру конверт. Он даже не сразу заметил, как она это сделала, просто понял, что когда она подошла конверта не было, а когда отошла от стола – уже был.

– Вот чертовка! – не без удовольствия воскликнул Ник.

Он не ожидал, что это будет она. Он был рад, что это оказалась она! Энн не только прошла стажировку и осталась в его отделе, она забрала почти всю бумажную работу на себя, чем существенно облегчила работу Ника. Он ценил ее за выдержку, терпение к нему, готовность помочь, но не давал ей участвовать в расследованиях наравне с парнями. Он по-своему берег ее. Сам не отдавал себе отчета, что переживает и не хочет подвергать ее опасности. Поняв, что это Энн, он еще раз перечитал оба письма.

Нельзя было отрицать незаурядные способности его ассистента. Она оказалась лучшим сотрудником, с которым ему когда-бы то ни было приходилось работать. Ее «женская логика» работала круче, чем мозги ребят из группы. Больше всего его удивило внимание к деталям. То, что он так ценил в Томе, теперь демонстрировала Энн.

Его забавляло желание Энн участвовать в расследовании таким образом.

– Что же мне с тобой делать? – задумался Ник.

Желание оберегать Энн казалось ему естественным – она единственная девушка в отделе, дочь их бывшего коллеги. Он не подписывал ее характеристики – если хочет работать в полиции, то будет работать только с ним. Ник успокаивал себя тем, что его забота об Энн простая дань уважения ее отцу. Он должен был знать, чем она занята, что ей ничего не угрожает – она не поедет допрашивать возможных убийц, не попадет в случайную перестрелку, не будет выслеживать наркоторговцев, сидеть в засаде и рисковать собой хоть как-то. Пусть лучше консультирует его парней в переписках и варит ему кофе! Тем вечером он решил не разоблачать ее.

После второго письма Ник стал чаще просить Энн присутствовать на собраниях, под видом «обучения на практике». Думал, что так она закроет свою потребность принимать участие в работе отдела, но он ошибся.

Спустя полгода Энн «наигралась», ей стало МАЛО! Она хотела полноценного участия, хотела высказываться на совещаниях сразу, а не бежать в архив, чтобы записать новую подсказку от Брауни. Она стала раздражительной, метала молнии на Ника и злилась от своего бессилия.

Ник видел это, и ждал… Ждал, когда она решится признаться. Он тянул время, всячески избегая разговоров о Брауни, старался не оставаться с ней наедине. Понимал, что, когда она созреет, ей будет проще сказать это только ему. Ник знал – после ее признания, ему придется перевести ее на роль специалиста, а этого он не хотел больше всего на свете.

Последние письма от Брауни стали его беспокоить, он понимал, что эту информацию нельзя достать, сидя в офисе. Энн вела свое расследование. Его бесило, что она действует самостоятельно и пугало, что она рискует. Теперь он сам думал о том, чтобы поговорить с ней и запретить ей вмешиваться.

Казалось бы, проще простого – вызвать ее на разговор, сказать, что все знает и приказать действовать в рамках ее полномочий, не предпринимать ничего без его ведома. Но вероятность того, что он обидит ее, и она уволится из отдела, не давала ему покоя. Что он будет делать, если она уйдет? Как ему смириться с тем, что не будет видеть ее каждый день, знать, что с ней все в порядке? Надо было что-то делать, но он пока не знал, что.

Глава 3. Женская логика.

Энн стояла перед доской и пыталась понять, что общего между этими людьми? Версия с казино или другой карточной игрой, казалась ей слишком простой. И это первое, что стали проверять – казино, подпольные игорные дома. Такой продуманный убийца не стал бы так очевидно намекать на связь, тут безусловно замешана игра, но не карточная, а его игра со следствием и с жертвами. И как писали в учебниках – маньяки подсознательно хотят, чтобы их остановили, поэтому и дают подсказки.

Один из преподавателей любил говорить, что чтобы поймать убийцу, надо думать, как убийца, при этом важно не сойти с ума.

– Итак! Что должны были сделать эти «хозяева жизни» с машинами, яхтами, компаниями и кучей денег, чтобы я захотела их пытать и потом убить? – размышляла Энн.

На первый взгляд, они между собой никак не связаны, но как-то он их выбирает!? Где можно их всех увидеть в одном месте? Компании занимались разными сферами бизнеса, так что деловые встречи и форумы не подходят. Конференции по бизнесу? Только если в общих чертах, а конференции обычно направлены на определенную целевую и профессиональную аудиторию, связанную одним видом бизнеса… тоже мимо. Театры, опера, премьеры? Возможно, но они из разных городов, вряд у всех троих были одинаковые вкусы. К тому же, громких премьер давно не было. Машины, яхты, аукционы? Судя по записям, увлеченным коллекционером был только один, второй боялся воды и у него не было яхты, машину использовал только рабочую и как средство передвижения. Что еще модно в этих кругах? Благотворительность? Не помню, чтобы об этом упоминали. Надо проверить.

Энн лучше думалось, когда она рисует, точнее схематически записывает информацию и группирует ее. На доске было место Ника, поэтому Энн воспользовалась блокнотом.

Первая жертва – 43 года, из соседнего города, найден под мостом, рядом его машина, но доказано, что его туда привезли уже мертвым, т.е. пытали и убили в другом месте – там просто выкинули и оставили машину. В машине ни единой улики на убийцу – водительское сидение тщательно продезинфицировано. Никаких отпечатков, следов ДНК, кроме жертвы. Рядом с жертвой игральная карта – 8 треф. Может копнуть в нумерологию?

«В нумерологии число 8 олицетворяет материальное и кармическое. Символизирует достижения и изобилие. Известное как “число власти”, символизирует успех в постановке и достижении целей, а также властное и напористое поведение»

– Ну пока все логично, – вслух рассуждала Энн. – За что только этого властелина убили?

Посмотрим на вторую жертву. Убит через 9 дней, из нашего города, 33 года, найден в своем загородном доме в подвале. Машина в гараже, следы только его. На двери гаража предположительно следы взлома, но очень аккуратного, как будто бы сам пьяный царапнул ключом. Убит в своем подвале, много крови, судя по фото, орудия пыток и убийства не найдены. Рядом с телом 6 пик.

«В нумерологии число 6 для мужчины означает присутствие в характере романтичности, ранимости и искренности. Личность “под номером” 6 имеет тонкую интуицию и может распознать светлое и темное в любом человеке.» Как-то не помогла парню интуиция – не ехать в загородный дом.

Бред пока какой-то…..

А если значение игральных карт в гадании посмотреть….

Тогда 8 треф – Встреча с человеком, которая принесет пользу…. Сомнительная польза – умереть под мостом.

6 пик – Карта указывает на скорую поездку…. Да уж, он точно приехал….

Что там с третьей жертвой? Бизнесмен, приехал в командировку на 2 недели, подписывать контракт, 38 лет, найден в лесу через 5 дней после второй жертвы, приехал на машине компании, машина у дороги, в 50 метрах от тела. Принесли на руках, убийца, судя по следам был в резиновых сапогах. Камер на этом участке дороги нет, да и ближайшие далеко. Много развилок, отследить не получилось, когда проезжал последнюю камеру за рулем был сам. Рядом с телом 9 треф. Это у нас – сотрудничество или деловое партнёрство. «Число девять в нумерологии говорит о частом везении и светлых энергетических потоках, приносящих удачу.»

Итак, что общего? Карты все черные, цифры явно что-то значат. Если рассматривать их по старшинству, то не вяжется, 8-ка был старше 9-ки. Может это какая-то иерархия? Или может они сами замешаны в убийствах или изнасилованиях, и тогда цифры, это число ИХ преступлений?

Кстати, по третьей жертве нет информации о месте убийства, его же тоже пытали и должно было быть много крови, понятно, что лес, но 50 метров не так много, чтобы изучить их. А вот – есть запись, что его, как и первую жертву убили в др месте, и просто привезли в лес. Стоп! Тогда не понятно. Он же ехал сам, на последней рабочей камере он один в машине и за рулем. Значит….. думай, Энн, думай… значит он встретил убийцу, поехал с ним куда-то, там его пытали, убили, погрузили в машину и привезли в лес. Надо изучить этот участок дороги, там много населенных пунктов. Даже слишком много….. Энн с тоской смотрела на карту…. Даже, если отпуск возьму не успею проверить и половину. Голова разболелась… надо пойти перекусить.

Эн спустилась в архив, чтобы предложить Мэри составить ей компанию.

– Привет, мисс Марпл! Нарыла что-то?

– Пока нет, думаю. Кажется, что мы что-то упускаем и это точно связано с цифрами.

– Что там за цифры?

– Тише, не кричи, вообще-то это конфиденциальная информация и я не могу ее разглашать

– Я, ВООБЩЕ-ТО! Тоже в полиции работаю, если ты не заметила)) – надулась Мэри.

– Пошли поедим, по дороге расскажу – подмигнула Энн.

Они зашли в кафе за углом, где Мэри обожала брать десерты и каждый раз причитать сколько в них калорий, и как долго ей придется потом худеть. При этом никогда не была замечена в спорт зале, на пробежке, в бассейне или где-то еще. На диетах не сидела, говоря, что это все маркетинг и для организма только зло. Энн с ней соглашалась, но в бассейн ходила, хотя, честно говоря, ей там просто лучше думалось.

Девушки взяли салат, суп, и конечно, по десерту. Если заказать два десерта – комплимент от заведения – чайник чая с любым вкусом. Энн всегда брала с бергамотом.

– Ну? Я – само внимание, – сказала Мэри вожделенно откусывая кусок торта «три шоколада»

– 8 треф, 6 пик и 9 треф

– Ты пытаешься последовательность из них какую-то сложить, типа Фибоначчи?

– Ого какие познания? Видимо не только сериалы смотришь, но и книжки читаешь!

– Детектив читала и запомнила фамилию красивую. На этом все!

– Нет, не Фибоначчи, не подходит. Там смысл в том, что каждое последующее число равно сумме двух предыдущих. А тут они хаотичны, даже не «растут».

– А масти к чему?

– Пока только 2 масти и обе черные.

– Мммм… блаженство!

– Не поняла?

– Это я про торт. А черные масти, может, потому что они – злодеи.

– Я тоже так подумала, надо покопаться в их прошлом…

– Возможно оно грязнее, чем кажется! У нас же считается, раз жертва – то святой! О мертвых хорошо, или никак.

– Это тебе к Тому!

– Томи – некрофил? Симпатяга, но такой скромный!

– Это кто его таким прозвищем одарил? Том нормальный парень!

Энн очень хорошо относилась к Тому, можно сказать он был ее единственным другом, который всегда поддерживал перед Ником, и такое прозвище задело даже ее. Ничем этот милый хорватский парень с забавным акцентом не заслужил такого отношения.

– Не помню уже. Просто он всегда так про морг говорит, и никого туда не пускает.

– Как это никого? Ник туда постоянно ходит, и я была пару раз. Ты сходи, уверена – тебя пустит))

– Что я там забыла? Я точно лишусь своего тортика от тех ароматов. Спасибо, нет!

– Ладно, пора возвращаться

– Какую версию будешь рассматривать первой? – поинтересовалась Мэри.

– Хочу проверить последнее место, которое могло бы их объединять – благотворительность. Потом может съезжу в лес, где нашли последнего, мне покоя не дают данные камеры. Про цифры пока не знаю, что думать, надо поплавать вечером, может что-то нащупаю.

– Удачи! Потом расскажешь.

– Возможно. – Улыбнулась Энн.

Подойдя к кабинету, Энн встретила Ральфа, который шел к выходу.

– Пока, Энн, я уже не вернусь, так что до завтра.

– Быстро вы сегодня. Пока… Ну вот, все при деле…. Подумала она, может все же поговорить с Ником?

В кабинете Ник был один. О! На ловца! Понять бы какое у него настроение…

– Как успехи?

– Никак. – ответил Ник, не отрываясь от компьютера.

«Черт, настроение не очень» – подумала Энн

– Не вспомнили про парня на фото?

– Нет. Он кажется мне смутно знакомым, но явно не по этому делу. Прогони его фото по базе, может всплывет. Ты же помогала Мэри из архива с папками прошлогодних дел, возможно оттуда выпал. Или это проделки "Брауни", что думаешь? – Ник посмотрел на нее, и что-то в его взгляде заставило ее смутиться и отвернуться.

– Понятия не имею, но вы же сами говорили, что он редко ошибается и нам бы такого сотрудника. – быстро ответила она, забирая фото.

– Когда определишь личность, собери по нему все, что найдёшь. Я уехал, вернусь после пяти или позже.

– Хорошо. «Вот и поговорили…» – подумала Энн, глядя на захлопнутую Ником дверь.

Оставшись одна, Энн начала искать парня в базе. Довольно быстро поиск дал результат, видимо, из-за небольшого срока давности. Молодого человека звали Сэм Сомерс, он пропал чуть больше года назад. Примечательно, что он был сыном полицейского из их участка – Дика Сомерса. Ему было 16 лет и дело быстро закрыли, значилось, что он сам сбежал и спустя неделю прислал письмо, что с ним все хорошо – просто устал от опеки отца. В деле были показания отца, который говорил, что не сильно опекал парня, да и некогда ему было – он же работал. Было предположение, что отец его поколачивал, но коллеги отзывались о Дике положительно, он был суров, но справедлив. Мать парня давно умерла, соседи тоже считали, что их отношения вполне доверительные и недоумевали, почему парень сбежал. Как бы то ни было – дело закрыли. В деле было фото отца.... отец мальчика был Энн знаком, но она не могла вспомнить, где его видела.

Ник вернулся хмурый. Ещё один труп нашли на заброшенном складе. Опять крутой бизнесмен, его даже не успели подать в розыск, последний раз видели вчера вечером. До утра он не дожил. Тело у Тома, через пару часов обещал дать первое заключение.

Ник сел, обхватил руками голову.

– Какая карта была рядом с телом? – поинтересовалась Энн.

– Тройка треф. Чертовы карты, зачем он их оставляет…. Кстати, ты узнала что-то про парня или мне ждать пока Брауни подкинет пару вариантов? – съязвил Ник.

– Я нашла! – Энн, рассказала, все, что удалось поднять из старого дела.

– Я его знаю, это Дик Сомерс, он погиб в своём доме, взрыв бытового газа. Дело закрыли, это было через пару недель после пропажи сына.

Энн внимательно слушала.

– Мне он тоже кажется знакомым. – сказала она.

– Не удивительно, они общались с твоим отцом! Не скажу, что дружили, но отзывался о нем Патрик хорошо.

Энн вспомнила отца. Она всегда старалась заслужить его одобрение, Джон тоже, они даже соревновались и считали – кого папа больше за неделю похвалил. Энн всегда побеждала и бурно радовалась! Теперь она была уверена, что отец и брат ей подыгрывали. – мечтательная улыбка на минуту поселилась на ее лице.

– Получить одобрение твоего отца, заслужить его доверие – дорого стоило, а Дика он уважал.

Голос Ника вернул Энн в реальность.

– Как же так случилось, что он погиб в собственном доме, это никого не насторожило? Неужели крутой коп был так беспечен?

– Он взял отпуск, начал свое расследование – не верил, что сын сбежал. Соседи утверждали, что стал прикладываться к бутылке и мог сам недоглядеть за баллоном. Экспертиза показала, что баллон был закрыт не до конца, и вспышка от сигареты привела к взрыву.... Надеюсь, он не мучился, хороший был полицейский, принципиальный, честный.

– Я вспомнила! Он приходил к отцу незадолго до папиной смерти, папа тогда ушёл с ним за дом, но я слышала про какое-то тайное общество или типа того. Это было всего один раз, а через месяц папа попал в аварию…

Ник молчал, но заметно нахмурился, когда Энн сказала про тайное общество.

– Дик пришел на похороны, но стоял далеко, думаю, только я его и заметила. Странный он, конечно.

В этот момент зашёл Том с первыми результатами. Энн задержалась, чтобы узнать больше подробностей....

– Привет трудоголикам! Ник, я нашел нечто странное на четвертой жертве.

– Что именно? – заинтересовался Ник.

Том оглянулся на Энн, подбирая слова.

– Можешь говорить при Энн, она же мой ассистент, – сказал Ник, сделав упор на слове Ассистент.

– Я нашел у него татуировку, довольно необычную. Три точки в ряд.

– Ты уверен, что это татуировка? Где она?

– Уверен. И место странное, как будто хотели скрыть. Точки в паху. Я сначала не заметил, думал такой рост волос, но парень светлый, а точки темные.

– Странно, но может просто хотел что-то набить, потом передумал?

– Может, но почему тогда не часть рисунка, ни линия? Да и место, мягко говоря, оригинальное.

– Три точки, и карта тоже тройка! А на других жертвах есть похожие точки? – вдруг спросила Энн.

– Я не проверял – растерялся Том.

Ник выпрямился, стал очень серьезным.

– Интересная догадка, мисс Джекман. Вперед! – Ник двинулся к двери.

– Можно мне с вами? – робко спросила Энн.

– Бритву хочешь подержать? – хохотнул Том.

– Нет свечку – огрызнулась она.

– Это твоя версия, конечно пошли. В любом случае нужно будет сделать фото. Если тебя не затруднит и не смутит снимать причинные места наших жертв… – сказал Ник, следя за реакцией Энн.

– Я не боюсь трупов, и с фотоаппаратом справлюсь.

– А членов? – поинтересовался Том.

– Том! Прекрати пошлить – Ник дал Тому подзатыльник, но лишь для того, чтоб отвернуться и скрыть, что сам тоже улыбнулся.

«Детский сад, старшая группа» – подумала Энн.

В морге было прохладно и тихо, в коридоре иногда мигала лампочка, делая это и без того мрачное место еще более жутким. «Как Том тут целыми днями работает?» – размышляла Энн, еле поспевая за Ником.

Энн взяла камеру, а Том и Ник стали изучать точки. Обнаружив их на ВСЕХ жертвах, Ник нервно постукивал пальцами по столу, глаза его заблестели и стали темнее обычного, в таких случаях коллеги, говорили «волк напал на след».

– Сколько точек на третьем теле?

– 9

– на втором 6?

– Да! – констатировал Том.

– На первом … 6, 7,8. Восемь! – радостно воскликнул Ник.

– Карты и точки совпадают! – подытожила Энн.

– Энн, ты, прям, капитан очевидность! – заключил Ник.

«Почему это звучит, как издевательство?» – промелькнуло в голове, и она не смогла сдержаться

– А ваши комплименты безукоризненны!

– Брейк, брейк. Только не в моем морге!

– Ладно Том, сегодня ты меня порадовал. Распечатай фото, позже Энн за ними зайдет.

Довольный Ник почти летел в кабинет, наконец-то дело сдвинулось с мертвой точки…. Благодаря точкам….

Энн пока не понимала, что они значат, но им удалось найти то, на ЧТО намекал убийца.

Глава 4. В тихом омуте.

Ник зашел в кабинет и направился к доске. Нарисовал точки рядом с картами. Потом что-то вспомнил и вышел, видимо опять к Тому.

«Черт, может слухи не врут. Нет, бред! Он по делу пошел к Тому, тем более сейчас, когда открылись новые обстоятельства. Наверно, спать всю ночь не будет – останется в офисе. Вот я сейчас уйду, а он останется. Том, возможно, тоже останется…. И осадочек у меня в голове останется. И я начну верить в сплетни. Брррр»

Энн, задумчиво собирала вещи: «А ведь хотела поговорить с ним сегодня, и настроение у него улучшилось, он меня даже почти похвалил. Может подождать?»

В это время вернулся Ник.

– Ты еще здесь?

– Да, уже собираюсь… Я хотела…

– Ммм, Да. Ты что-то сказала, Энн? – Ник рылся в документах на столе.

– Что-то ищите?

– Ну да, очередную подсказку от Брауни.

– Я же была здесь, никуда не уходила.

– Вот именно. – Ник выпрямился и внимательно посмотрел на нее.

Энн почувствовала, что ее уши краснеют и щеки заливает теплом. Черт!

– Мне пора. – быстро выпалила она и направилась к двери.

– Может хватит записки, как в школе подбрасывать?

– Не понимаю, о чем вы. – сказала Энн, стоя у двери, не поворачиваясь к Нику. «Вот, хотела поговорить, а в итоге сбегаю»

– Я давно знаю, что это ты, Энн. «Неужели я бы позволил кому-то почти 6 месяцев проникать в офис безнаказанно?» —спокойно спросил Ник.

«Он явно не злился. Это хорошо» – успела подумать Энн.

– Как вы догадались? – тихо спросила она.

– Поставил камеру, и второе письмо ты прятала на столе уже «под присмотром».

– Почему ничего не сказали? – Энн пыталась дышать ровно, чтобы хоть как-то вернуться к нормальному цвету лица, перестать краснеть.

– Мне было интересно, насколько хватит твоего терпения. Помогать, быть в тени, получать идиотские поручения, молчать, что часть дел могла быть еще в работе, если бы не ты.

– Я не тщеславна. – Энн наконец повернулась к нему – Но вы тоже терпеливый… – процедила злобно она. – Знали со второго письма! И продолжали надо мной издеваться! (все доводы и фразы, которые она заготавливала для аргументированного разговора о своем допуске к делам, моментально вылетели из ее головы! Говнюк! Он все знал! Садист!)

– Я все ещё считаю, что ты не готова. – спокойно произнес Ник.

– Не готова к чему? – спросила Энн с вызовом. – Ездить на места преступлений? Смотреть на трупы? Доставать улики из сточных канав? Все это намного лучше, чем сидеть и перебирать бумажки.

– Я пытаюсь оградить тебя от опасностей нашей работы.

– Я этого не просила! – Энн сама не заметила, что повысила голос. – Оградить от всего невозможно. Если боитесь, что я ошибусь, то достаточно быть рядом, направлять меня, и со мной ничего не случится.

– Твои попытки помочь, судя по последним письмам далеки от сидения в архиве. – Ник начал злиться, его глаза потемнели. Никто не смел разговаривать с ним в таком тоне. – Ты самостоятельно допрашивала свидетелей, без удостоверения, как частное лицо, как "знакомая потерпевших или ещё кого-то". Твоя самонадеянность может плохо кончиться.

– Но ведь, все в порядке! Не хотите учить сами, подпишите рекомендацию и я пойду в другой отдел.

– Нет! – Рявкнул Ник. -Просто прекрати лезть на рожон, и я подумаю о твоем участии в расследовании.

– Просто хватит считать меня маленькой девочкой. Я уже доказала, что выросла из роли ассистента. – Энн почти шипела на него, от обиды в глазах стояли слезы, и она боялась моргнуть, чтобы они не скатились по щекам. Надо выдержать этот взгляд, не показать ему, что мне так важно, иначе он из принципа ничего не подпишет.

Ник подошел вплотную, его лицо было близко, очень близко… Запах табака и бергамота щекотал ноздри.

– Просто заткнись. – прорычал тихо Ник.

Энн открыла рот, чтобы возразить, но тут он накрыл ее губы своими… Энн моргнула от неожиданности, слезы прокатились по щекам, колени подкосились, но она стояла у двери, это дало какую-то опору, Тут же Энн почувствовала, как Ник обхватил ее одной рукой, второй прижал дверь. Поцелуй был сильным, требовательный и глубоким. Энн ответила.... Не знала сколько прошло времени, наверно меньше минуты, но она как будто долго падала в темный и глубокий колодец. Ник оторвался от ее губ, прислонился лбом к ее лбу, но не ослабил хватку на талии.

– Внезапно… – тихо прошептал он – Думал, ты мне по яйцам врежешь, – сказал он с улыбкой.

Энн еле дышала, все ещё бесконечно падая в свой тёмный колодец....

– Прости, не знаю, как так вышло. – Он убрал руку с талии Энн, и знакомым движением запустил руку в волосы, пытаясь спрятать взгляд.

Он смущен?!!! ОН ?

Что там говорят, про шок? Что люди со сломанной ногой могут еще какое-то время идти… Нет, это про болевой шок… У Энн был другой! Она очнулась – мгновенно взлетев на поверхность из того самого темного колодца, в который секунду назад еще падала. Схватила его за лацкан пиджака и притянула к себе… Теперь уже дверь была прижата их телами так плотно, что вряд ли её открыли бы без усилий….

Спустя несколько минут, раскрасневшаяся Энн, спускалась по лестнице к выходу. Ник шел следом.

«Что он обо мне думает? Идиотка! Я почти на него набросилась. Нет! Это он на меня набросился. Не может быть…. Ник меня поцеловал? Мне это снится. Или у меня галлюцинации, просто не может быть такого.» – думала Энн, выходя на улицу.

– Ты куда? Машина в другой стороне. – окликнул ее Ник.

– Машина? – Ах да, он сказал, что подвезет. Я продолжаю выглядеть имбицилкой. Энн, соберись.

Ник открыл дверь, Энн села, дверь захлопнулась.

– Куда тебя отвезти? Я не знаю твой адрес.

– Я …. Сейчас секунду.

– Забыла адрес? – улыбнулся Ник, ее растерянность его умиляла. – Энн, успокойся.

Успокойся! Самое дурацкое слово, которое можно сказать беспокойному человеку!

– Нет, конечно, просто вспомнила, что сегодня планировала ехать не домой. Точнее не к себе домой, то есть к себе, но не на квартиру, а к маме. – спутанно проговорила Энн.

– Хорошо. К маме, так к маме!

Энн назвала адрес и уставилась в окно. Не могла на него смотреть. «Он точно решит, что я больная. Сначала с ним целуюсь, а потом молчу и не могу на него взглянуть. Надо как-то поддержать беседу… Дура! Какую беседу? Он молча ведет машину! Черт!»

– Я тебя смутил!

– Смутил? Неет. «Конечно смутил, это не то слово! Я до сих пор в шоке!!!!» – хотелось кричать Энн, но она сжала губы и пыталась ровно дышать: «Хорошо темно и не видно, что я бордовая от стыда.»

– Я понимаю, что я старше тебя, и твой отец не одобрил бы отношения со мной.

Энн замерла и перестала дышать вовсе, как ей показалось. «Он меня поцеловал, а сейчас я слышала слово – отношения? Это точно Ник? Может в морге в него вселился дух одной из жертв?»

– Я всегда избегал отношений, тем более на работе. – продолжил он. – Слишком много было печальных примеров. И уж тем более, никогда не планировал заводить семью. Не понимаю, что произошло сегодня… Думал, я тебе не интересен и даже противен – улыбнулся он. – Я же изводил тебя дурацкими поручениями, гонял в архив по поводу и без, повышал голос, пару раз даже наорал на тебя.

– И пепельницу бросил! -вдруг подала голос Энн.

– Да, и пепельницу. Прости, мне так было легче… Я хотел, чтобы ты ушла из отдела.

– Почему?

– Потому что, ты мне сразу понравилась, это пугало. Противоречило моим принципам. У следователя не должно быть никаких привязанность. Я даже собаку не завожу, с моим графиком могу только кошку себе позволить.

– Но я просила перевод! А мне сказали, что ты не дал характеристику.

– Да, помню, приходили пару раз, появилось место в отделе Майкла, и потом еще у Стивена… Как представил, что ты им кофе несёшь… – Желваки заходили на его лице. – В общем, порвал бланк для характеристики.... Считай, что я собственник! Я готов был отпустить тебя в "спокойное" место, типа адвокатской или нотариальной конторы.

Энн не знала, что думать. Злиться, что он не дал ход ее карьере? Радоваться, что он хотел быть рядом и заботился о ней? Она решила – продолжить пребывать в шоке. Сейчас способности анализировать покинули ее.

Машина затормозила и Энн, поняла, что они уже у дома ее матери. Черт, как быстро…

– Спасибо, что подвезли.

– Добавь еще, мистер Келли! Энн, мне кажется, ты можешь на постоянной основе перейти со мной на «ты», а не только в порыве гнева – он взял ее за руку, она вздрогнула. – Даже если пока мы ехали, ты решила, что это ошибка. – Ник убрал руку. – Тогда просто оба сделаем вид, что ничего не произошло и я обещаю, никогда тебе…

– Я не решила, – перебила его Энн. – Просто не ожидала такого «поворота»….

– Никто не ожидал, – улыбнулся Ник. – Спокойной ночи!

– Ага, до завтра.

Энн быстро вышла и почти побежала к дому. «Спокойной ночи» – будет чудом, если я сегодня вообще смогу уснуть. Надо успокоиться, а то мама заметит, что я не в себе.»

Ник сидел в машине, провожая ее взглядом, подождал пока Энн перешла дорогу и скрылась за дверью.

– Ну ты даешь, Ник…. О чем ты думал? – пробормотал Ник сам себе. Он завел машину и повернул в сторону своего дома. – Был бы жив ее отец, морду бы тебе уже начистил. Хотел от всего ее уберечь, а сам? Теперь она точно из отдела никуда не уйдет. Да я и не хочу, чтоб она уходила. Как все не вовремя, это дело еще…. Что она в тебе нашла? Ты для нее стар, грубоват, помешан на работе, не особо привлекателен – Ник автоматически посмотрел в зеркало заднего вида, надо подровнять бороду немного… Кто поймет этих женщин?

В этих мыслях Ник доехал до дома и поднялся в свою пустую квартиру. Принял душ, включил телевизор, поставил его на слип. Пытался следить за сюжетом, чтобы не думать, об ассистентке, которая становилась для него не только самым ценным сотрудником, но и кем-то большим. Кем-то, кого Ник никогда не планировал пускать в свою стабильно-опасную жизнь.

Глава 5. В новом статусе.

На ватных ногах Энн зашла к маме. Сразу поднялась в свою комнату под предлогом переодеться и вымыть руки. Судя по запахам, мама решила тренироваться в званных обедах перед приездом Джона, и Энн предстояло оценить ее кулинарные изыски.

В своей комнате Энн упала на кровать и закрыла лицо руками. «Боже, почему я так себя веду, мне же не 15! Может поэтому он считает меня «не готовой»? Может веду себя как школьница, только не замечаю этого. Нет… Это просто сейчас так, ситуация нестандартная. СИТУАЦИЯ! Энн, ты меньше часа назад целовалась со своим начальником, самым грозным следователем, неприступным «волком одиночкой», и… который тебе нравился, чего уж теперь себе врать! Но никогда, никогда бы я не поверила, что такое возможно….»

Кстати…. Ящик шампанского! Энн тихо засмеялась. Захотелось с ноги открыть дверь кафе на работе и, гордо осмотрев всех претенденток, сказать коротко – «Выкусите»!

«Заманчиво, но Нет. Вообще, никто не должен знать! Мало того, что романы на работе не приветствуются, я сама еще не поняла, что из этого выйдет. Ник выглядит спокойным, даже очень спокойным…может, потому что он взрослый? А ты маленькая! Черт! Соберись, тряпка!» – Энн резко встала с кровати, зашла в ванну, умылась, побила себя по щекам и спустилась вниз, на ходу придумывая, как переключить маму от своего растерянного вида на что-то другое.

– Наконец-то! – радостно приветствовала Энн мама. – Надеюсь, ты голодная! Я тут немного вспомнила старые добрые времена и решила приготовить мясной пирог, пару салатов, рулетики и десерт.

– Мааам, мясной пирог на ночь, ты смерти моей хочешь?

– Что за глупости, я вообще не уверена, что ты сегодня ела. Не обязательно съедать его весь, но обещай, что попробуешь все хоть по кусочку.

– Хорошо, но после еды дашь мне таблетку от переедания!

– Ты что боишься поправиться? Решила заняться внешностью? Есть повод? – мама сыпала вопросами, как из пулемета.

– Мама! Я просто хочу спокойно выспаться, а не ворочаться пол ночи от тяжести в животе! Не усугубляй, а то шансы увеличить число наших встреч начнут стремительно падать, – Энн мило улыбнулась.

– И как мне удалось воспитать такого приятного мальчика, как Джон и такую оторву, как ты? – со вздохом заключила мама.

– Это потому, что он давно с тобой не живет, – парировала Энн.

– Засранка, – засмеялась мама. – Приятного аппетита! Сегодня меня интересует только твое мнение о блюдах. Ни слова о работе!

«Знала б ты, что сегодня было у меня на работе» – мечтательно подумала Энн. – «Но вот к чему я точно «не готова» так это к маминому потоку сознания по поводу своей личной жизни.»

Ужин прошел спокойно, Энн плохо помнила, о чем говорила мама. Было что-то про новые рецепты, Джона, подготовку его комнаты, планы на выходные. Закончив хвалить мамину стряпню, Энн сказала, что устала и пошла спать.

Сон не шёл, думала о Нике. Не верила, что это происходит с ней. Боялась проснуться и понять, это был сон. Как отключилась, не помнила, но спала крепко, так, что чуть не пропустила будильник. Собираясь на работу, машинально проверила телефон – сообщение от Ника – «Прости, не смогу заехать за тобой, с утра на ковер к боссу, я уже в офисе.»

«Точно, моя машина осталась на стоянке, надеюсь таксист попадется шустрый.» – Энн поняла, что ужасно нервничает. – «Сейчас в офисе, я его увижу, надо вести себя спокойно. Делать вид, что ничего не произошло!» Она посмотрела на себя в зеркало – «Какая-то я бледная. Ничего! Я справлюсь!»

На работе все было как обычно, мир не рухнул, розовый туман не застилал глаза, и Энн немного успокоилась. Ник был сосредоточен, дежурно поздоровался с ней, когда зашел, но Энн заметила, что голос его изменился – стал как-то нежнее. Он старался не смотреть на неё, и она почему-то испугалась. Ник попросил кофе. Когда Энн ставила чашку на стол, он как будто случайно коснулся ее руки. Ей показалось, что у нее начинается аритмия. Спокойствие, только спокойствие.

Когда весь отдел был в сборе, Ник вызвал Тома и начал собрание. Энн не отослали в архив и не дали никаких далеких поручений, как обычно. Она впервые за эти две недели осталась в кабинете во время собрания.

– Итак, коллеги, в нашем деле есть подвижки, и появились они не без участия Энн. – начал Ник. Все взгляды обратились к ней.

– Энн давно с нами и теперь, видимо, стоит взять ее в команду!? – Ник говорил, так как будто надеялся, что кто-то будет против, захочет его переубедить. Но, никто не рискнул оспаривать решение шефа.

Ребята бурно поддержали участие Энн. Том, незаметно подмигнул ей и потом шепнул, проходя мимо

– Я же говорил, что ты будешь в команде, надо было немного подождать!

Ник рассказал про точки, карты. Энн робко предложила проверить связь с благотворительностью, получила одобрение и после собрания помчалась к Стелле в отдел, чтобы проверить свои догадки.

Со Стеллой они дружили еще с университета и были теми двумя девушками, кто попал на стажировку в Управление два года назад. Энн была лучше Стеллы во всем, что касалось учебы, а Стелла давала Энн сто очков вперед по романам со старшекурсниками и не только. Да и карьера в Управлении у Стеллы пошла в гору быстрее -в ассистентах она просидела всего 5 месяцев, против почти двух лет у Энн. Девушки были похожи внешне, разве, что у Стеллы грудь была пышнее, и одевалась она более откровенно. Ее начальником был Сэм Робертс, который был не столь консервативен как Ник, и декольте Стеллы его только радовало.

Стелла, сидела за компьютером и сверяла что-то из блокнота.

– Ты чего носишься, как ошпаренная, волки за тобой гонятся что ли? – подняла она голову, осматривая запыхавшуюся Энн.

– Не волки, а Волк и гоняется он только за преступниками, – выдохнула Энн. – Я к тебе по делу!

– Кто б сомневался. Выкладывай, но потом обещай задержаться на пару минут! «У меня тоже к тебе «дело»», —заговорчески прошептала Стелла.

– Мне нужна информация по всем благотворительным фондам, которые есть у нас в городе, и их финансировании. Ах да, финансирование из бюджета не интересует, только частные пожертвования.

– Ты решила поставить крест на личной жизни и помогать сирым и убогим? Энн, детка, не все так плохо, мы найдем тебе парня, не отчаивайся – игриво замурлыкала Стелла.

– Ты с моей мамой ментально связана? У нее тоже идея-фикс заняться моей личной жизнью. Мне это нужно по реальному делу, надо кое-что проверить.

– Аааа. Опять твои милые подсказки?

– Нет, Ник взял меня в команду! А про Брауни…, он меня раскрыл, причем давно! Так что теперь можно записки не писать – выдохнула Энн.

– Каков жук! А чего сразу не сказал, что догадался? Вот же садист! – возмутилась Стелла.

Еще вчера Энн была бы рада перемыть кости Нику, обзывая его садистом, сухарем и непробиваемым упрямцем, но теперь он уже не казался таким уж бесчувственным. Вспомнив про Ника, она покраснела. Стелла ничего не заметила, потому что уже искала нужные папки на рабочем столе.

– Так, что мы имеем? Тебе надо сортировать по видам деятельности? Типа – детские дома, дома престарелых, хосписы, больницы с раковыми больными?

– Мне скорее нужно проверить – есть ли где в благодетелях эти фамилии? – Энн протянула список с данными 4 жертв.

– Садись, не маячь. Пока я ищу, подумай, когда у тебя будет часик пробежаться со мной по магазинам. В ТЦ сезонные скидки, я хотела присмотреть кое-что, нужно твое беспристрастное мнение, а то куплю что-то сексуальное, но не практичное – улыбнулась она.

Стелла очень любила ходить с Энн на шоппинг, та терпеливо ждала, пока Стелла перемерит пол магазина, и давала дельные советы. Иногда даже получалось развести Энн на обновку для себя. Фигуры у девушек были похожи, вкусом не была обделена ни одна из них, но Стелле надо было блистать, а Энн предпочитала удобство и комфорт, изредка разбавляя свои образы яркими акцентами. Стелла всегда могла взять в «аренду» у Энн вещи из ее гардероба, когда ездила к родителям и деду, чтобы «не травмировать родственников».

– Часик? Знаю я тебя, пол дня надо под это освобождать, тем более скидки. Ты – жертва рекламы. Хотя, мне куртку тоже стоило бы заменить, надоело все черное и серое!

– Кто ты? И что ты сделала с моей подругой Энн? – уставилась на подругу Стелла. – Кто бы ты ни была, побудь в ее теле пару недель, пока скидки не закончатся – взмолилась она.

– Чтооо? Я не могу хотеть новую куртку? – улыбнулась Энн.

– Можешь! Но ты всегда любила серый, темно синий, черный, коричневый цвета. Говорила они… какое-то противное старческое слово… А! НЕ МАРКИЕ!

– Фу, вот так ты меня видишь? Я все поняла – я проклята! Ты видишь во мне бабку, Ник – школьницу! Мое реальное воплощение скрыто под этими личностями.

– Нет, я рада переменам! Ты не влюбилась часом? Если влюбилась, то это прекрасно – я покажу тебе лучшие магазины, мы закупимся по полной, изменим тебе имидж….

– Эй, притормози! Мне зарплату еще не повысили, а ты уже раза три ее потратила! – воскликнула Энн.

– Мечтать не вредно! А любовь творит чудеса, главное, не в вашего одинокого волка. – заключила Стелла.

– Чем он так тебе не угодил? Или…

– Что или? Никаких ИЛИ, не мой типаж, слишком суровый и недоступный. Хотя, красивый и … умный, но мне с умными не везет. – засмеялась Стелла.

– Я не про это. Мэри рассказала про ящик шампанского, думала ты в доле.

– А, нет! Я про это слышала, но не стала участвовать. Дохлый номер. Николас Келли – скала!

Энн молчала как партизан. Но ей было до жути приятно осознавать, что эта неприступная скала – не такая уж и прочная.

– Готово! – Стелла вытащила флешку.

Энн потянулась за ней, но Стелла отвела руку.

–Нет, нет, нет. Сначала ты скажешь, когда мы пойдем по магазинам.

– Сдаюсь! Давай завтра, после работы, но обещай, что не больше 2 часов.

– А в выходные не можешь? – надула губки Стелла.

– Нет. В пятницу приезжает Джон. В субботу мы поедем на кладбище, а в воскресенье я буду лежать и смотреть в потолок (хотя, не хотелось бы, может Ник будет свободен, и мы сможем увидеться?) – подумала Энн.

– Джон? Это тот красавчик, твой сводный братец?

– Да! Но тут я могу предостеречь тебя, как ты меня! Он непостоянен, не хочу, чтоб ты расстраивалась.

– Я ж не замуж за него собралась, – подмигнула Стелла. – Ладно. Не задерживайся завтра! Стелла отдала флешку, и Энн убежала проверять свою интуицию.

В отделе уже никого не было, все разъехались. Энн была этому только рада, любила работать в тишине. На просмотр, анализ, группировку по жертвам ушло два часа. Все четыре жертвы активно участвовали в благотворительности! Все четверо помогали детским домам, двое еще и больницам. Тройка и Шестерка – детские дома, Восьмерка и Девятка – Детские дома и больницы. Энн взяла телефон и написала Нику. Он тут же прочитал и позвонил.

– Привет, поздравляю! Думаю, мы на верном пути, на совпадение не похоже, надо будет завтра наведаться в эти больницы и детдома. Поедешь со мной?

– Конечно! – ответила Энн и поняла, что опять краснеет.

– Ты еще в офисе?

– Да, но хотела еще в архив сходить, вернуть фото сына Дика Сомерса.

– Хорошо, не уезжай. Я скоро буду, отвезу тебя к маме.

– Ладно…

– Что-то случилось? – голос Ника стал напряженным. – Не хочешь, чтобы я приезжал? – тихо проговорил он.

– Нет, ты не так понял, просто не думала, что сегодня опять сможешь подвезти. Моя машина так и стоит на стоянке.

– Привыкай! А про машину не переживай, если хочешь отгоним ее потом, куда скажешь. Есть шанс, что я перестану опаздывать на работу.

Ник положил трубку, а Энн с блаженной улыбкой и фотографией парня пошла к Мэри. В архиве было тихо, как и всегда ближе к концу рабочего дня.

– Энн, как хорошо, что ты зашла, сегодня какой-то мертвый день, я боюсь, что скоро начну кроссворды отгадывать с тоски.

– И вязать шаль? – хохотнула Энн.

– И вязать шаль! И это не смешно! – обиделась Мэри.

– А у меня новости – Ник взял меня в команду, я больше не простой ассистент!

– Ура! Наконец-то! Стелле сказала?

– Да, как раз сегодня надо было у нее кое-что уточнить!

– Поздравляю! Ты заслужила, как никто! Что там у тебя? —спросила Мэри, увидев фото.

– Выпал из дела Дика Сомерса, надо найти и вернуть на место.

– Ок, сейчас принесу, не успела еще разложить ту охапку, что мы с тобой разбирали

– Ты помнишь его? – удивилась Энн.

– Да, если честно, мутное дело! Парень сбегает, потом пишет письмо, что с ним все в порядке, отец погибает – это показывали в новостях, а сын даже не приехал на похороны. Ну достал тебя старик – все понимаю, но похоронить отца можно было? – возмущалась Мэри.

– Действительно, странно.

Мэри принесла папку. Энн, пролистала файлы, всегда любила больше работу с документами, чем с экраном.

– Странно, в электронном виде документов меньше.

– Да, такое бывает, оцифровывают суть старых дел. Например, берут последний допрос, на котором строилась защита или обвинение, а остальные хранятся в архиве. Это дело было быстро закрыто, ничего криминального – побег и несчастный случай. По факту побега даже не стали открывать производство, про него упоминается тут, только потому что это вроде как стало причиной того, что Дик начал пить, и косвенно это стало причиной взрыва.

– А можно я возьму его домой на пару дней? – осторожно спросила Энн.

– Бери, запишу в журнал, что на вашем отделе значится. Только зачем оно тебе?

– Спасибо. – Энн прижала папку к груди. – Если даже ты считаешь его мутным, может я что-то найду. Буду тренироваться.

– Здравствуй Мэри, – низкий голос Ника заставил Энн обернуться.

– Добрый вечер, Ник. – ответила Мэри. – Я уже закрываю свою «библиотЭку». Так что, если вы что-то хотели, то говорите быстрее, а лучше приходите завтра.

– Хм, первый раз за пару месяцев зашел и уже приходите завтра – усмехнулся Ник, – мешаю вам сплетничать?

Девушки удивленно распахнули на него глаза.

– Мы не такие, – надув губы заметила Мэри, – Энн так вообще только по делу приходит, хотя я всегда рада ее компании.

– Ладно, не дуйтесь, ухожу. Энн, к тебе есть пара вопросов, подожду тебя на улице.

– Хорошо.

Ник поднялся по лестнице и свернул в коридор.

– Шикарная задница – с чувством сказала Мэри.

– Мэри!

– Что? Я же вижу, как ты пялишься, и я с тобой согласна! Я б его отшлепала…

– Сидение в архиве тебя погубит!

– Это не причем, я просто констатирую факт! Или хочешь сказать, что ты не находишь его привлекательным? Возможно, геем, возможно, самодуром, но привлекательным самодуром!

– Ладно, согласна – задница – огонь! И руки красивые, особенно пальцы… – Энн вспомнила, что всегда любила смотреть, как Ник перебирает документы, печатает. У него были красивые, длинные пальцы с аккуратными ногтевыми пластинами (или как называется, когда ногти не обрубки), вспомнила, как эти пальцы держали ее за талию…

– Ау! Ты здесь? Энн, ты чего – поплыла?

– Куда поплыла?

– Не куда, а от кого! Нет, нет, нет! Даже если он точно не гей, я – против!

– Против?

– Конечно! Как истинная подруга, я помогла бы тебе с ящиком шампанского, но боюсь распивать мы бы его стали, собирая осколки твоего разбитого сердца!

– Не драматизируй, я не поплыла. (ага, бульк-бульк….) Все под контролем (черта с два!). Ладно, пойду.

– Пока, помни, что я сказала! Я – прооотив!

Энн зашла в отдел, убрала дело Дика в сумку, туда же засунула блокнот со своими записями. «Знали бы вы, как этот «гей» целуется» – мечтательно подумала Энн. Затянуло низ живота. «Спокойно, он ждет внизу. Что там в животе у влюбленных – бабочки? Почему у меня аритмия? Кидает то в подростковые страхи, то в старческие болезни… Мечта, а не женщина!»

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.