Таисия Сасикова
Удивительное тепло жизни

Пролог

Светло-голубое небо было безоблачным и напоминало ключевую воду, способную освежать в жаркие дни. Пение птиц не прекращалось с раннего утра, заманивая все дальше в глубь лесов.

Колёса ландо медленно катились по неровной каменистой дороге. Оно аккуратно продвигалось меж раскидистых, густо покрытых листвой ветвей, так и норовящих задеть взрослую леди, сидящую позади извозчика. Страх за прическу – главный в ее жизни на данный момент. Она провела своими изящными пальцами по волосам, проверяя их состояние от такой дороги.

Извозчик, похоже, никогда не обращал внимания на свою одежду, чего нельзя было сказать про его госпожу – на ней было пышное (из-за чего довольно тяжёлое) бальное платье небесного цвета. Казалось, что все элементы наряда дополняли друг друга: рукава-фонарики, аккуратный корсет, переходящий в юбку со складками, и кремовые кружевные оборки из шёлковых нитей с маленькими стразами, которыми была отделана ткань. Длинные серьги с грушевидными огранёнными бриллиантами и жемчужное ожерелье блестели на солнце, а кремовые туфли уже давно стали неотъемлемой частью её жизни.

В этот раз дорога на бал отличалась от всех прошлых, ведь совсем недавно сообщили о временном перекрытии их с извозчиком излюбленной тропы, так что леди на протяжении всего пути наслаждалась расстилающимися вокруг просторами, избавив свою голову от всех мыслей хотя бы в этот день. Они проехали множество посёлков, лесов и озёр, но только лишь одна заброшенная деревушка произвела на леди настоящее впечатление. В груди что-то защемило.

Медлительность ландо позволила внимательно рассмотреть безлюдное селение.

– И как я раньше не поняла? – прошептала она себе под нос. – Останови здесь, пожалуйста.

Извозчик растерялся от неожиданно прервавшейся тишины.

– Мы ведь так опоздаем.

– Всё будет хорошо, останови ландо.

Мужчина перестал сопротивляться, заметив твердость намерений своей госпожи. Он остановил ландо и подал ей руку, помогая сойти на каменистую тропу.

– Я ненадолго, – кинула леди и двинулась в сторону нетронутой травы.

Леди оглянулась, позволяя своим воспоминаниям подсказать ей, в какой части деревни она находилась: вокруг были старые перекосившиеся домики и высокая, давно не кошенная трава. В дали виднелось озеро, расположившееся рядом с лавандовым лугом.

«Он как будто бы похорошел».

Недолго думая, леди направилась в направлении луга, взяв в руки свои кремовые туфли. Босой ногой она медленно коснулась травы, нехотя дотрагиваясь до прохладной земли, так и не согревшейся под ярким солнцем. Все ее тело покрылось гусиной кожей.

Прошло несколько мгновений, прежде чем леди оказалась на лугу. У нее перехватило дыхание. Закрыв глаза, она вдохнула аромат лаванды настолько глубоко, насколько позволял тугой корсет. Блаженная дрожь накатила новой волной. В душе проснулось то беззаботное чувство, когда можно было распустить волосы, выкинуть из головы все мысли и бежать, бежать. Леди легким движением сорвала на память веточку лаванды, а затем сделала еще один глубокий вдох, втягивая носом запах травы, цветов и погружаясь в давно забытые воспоминания.

1 глава

Лето. Ей шесть, ему десять. Они мчались по лавандовому лугу, справа от которого расстилалось поле. Запах свежескошенной травы будоражил их детский азарт, так и соблазняя кубарем скатиться прямиком к кромке безбрежного лазурного озера, у которого на дальнем берегу располагались горы, вершины которых были покрыты густым туманом и многолетними тайнами. Именно такие мгновения позволяли наслаждаться жизнью здесь и сейчас.

В тот день солнце было по-особенному ярким. Тёплый воздух растрепал волосы девочки, запутывая их с каждой секундой всё сильнее. Все это ей казалось ненастоящим, как будто происходящее являлось лишь сном.

За девочкой все время неотступно следовал её верный друг – Рион. История их знакомства была ей неизвестна, но она наверняка не таила в себе жутких тайн. Девочка восхищалась своим другом. Ей казалось, будто бы он почти ничего не боится, но ключевое слово – «почти». Отец – вот кто внушал Риону главный страх. Кристиан, этот смерч во плоти, сметал все на своем пути, и никто и ничто не могло остановить порыв его ярости.

Несмотря на столь юный возраст, эти дети уже понимали и осознавали происходящее не хуже взрослых. Жизнь заставила их повзрослеть быстрее, чем следовало.

На улице тем временем начинало темнеть. Облака сгущались, застилая светлое небо тёмной грозовой пеленой. Лёгкий ветер сменился порывами, выбивающими из волос веточку лаванды, подаренную Рионом. Наступающая непогода не была бы так страшна, ведь до их домов рукой подать, если бы не страх гроз и молний у девочки. В ушах у нее начинало звенеть.

– Мирабель! Ты меня слышишь?! Мы уже совсем рядом с домом! Всё хорошо, слышишь? Всё будет хорошо.

– Я… Я… – с тревогой залепетала Мирабель. – Да, слышу.

– Только слушай меня внимательно, и мы избежим неприятностей. Я тебе помогу. Ты мне веришь?

Лазурно-голубые глаза Риона всегда были предельно искренние, из-за чего Мирабель верила ему беспрекословно, верила несмотря ни на что.

Быстрым шагом они устремились с луга в сторону домов. Облака продолжали сгущаться. Отвлекая себя от гнетущих мыслей, Мирабель представляла тёплый дом, пропитанный запахом горячей еды и треском горящих брёвен. Ей хотелось как можно скорее оказаться рядом с мамой и папой. Однако грезы улетучились, как только её блуждающий взгляд наткнулся на замок на вершине горы. Именно его всегда скрывал туман, но почему-то в тот момент он рассеялся, являя величественность замка.

Рион сразу заметил смену настроения в лице Мирабель. Он понимал, что, если они здесь задержатся, – беды не миновать.

– Мирабель, он не стоит твоего внимания. Прошу, перестань на него смотреть, – заглянув ей в глаза, он заметил подступившие слёзы. – О нет…

Смотря в зелёные и хрустальные от слёз глаза, Рион принял лишь одно решение – он подхватил Мирабель на руки и быстрым шагом, чуть ли не бегом, устремился в сторону дома. Она уткнулась носом в его плечо, зажмурившись до красных пятен под веками, и мысленно пыталась убежать от своих страхов.

За считанные минуты они оказались у дверей дома Мирабель, где Рион смог опустить ее на землю. К счастью, непогода не застала их на улице. Горящий в доме камин освещал теплым светом всю комнату, поглощая ужасающие размышления и задвигая их в дальний угол чердака.

Просто так попасть в дом в их семьях было невозможно – слишком уж они переживали за свою безопасность, а потому ввели в обиход уникальные пароли. Мирабель постучала в дверь два раза, сделала небольшую паузу и стукнула ещё один раз.

Дверь открыла мама – Луиза. Женщина она была довольно справедливая, хоть и добрая, и если уж и ругала, то заслуженно. К моменту прихода ребят, домочадцы были уже в сборе.

Хоть семья Мирабель не отличалась численностью, и всех можно было пересчитать по пальцам одной руки – мама, папа, старшая сестра и, собственно, сама Мира, – их двухэтажный дом словно был построен для большой семьи. Однако осознание своего материального положения не дало родителям завести еще больше детей, поэтому изначально маленькие комнатки со временем объединили, создавая увеличенные пространства.

На первом этаже, справа от входа, находились объединенные кухня и гостиная с камином, у которого за чугунным витиеватым ограждением покоились наколотые отцом дрова. Слева от входа красовался диванчик и кресло-качалка, пользующееся популярностью у отца, с пледом и маленьким столиком для чтения книг, шкаф для которых находился за креслом. Вечерами, после завершения своих дел, Мирабель частенько любила смотреть на картинки в книжках. От дальней стены шла лестница на второй этаж, где располагались жилые комнаты семейства. У Миры – самая дальняя, наличием которой она гордилась, не жалуясь на размер и положение. Само её наличие могло повергнуть в шок любого другого ребёнка в деревне.

– Ну что, нагулялись? – мягким и успокаивающим голосом спросила Луиза, поглаживая волосы пришедших. – Вовремя, а то вон как тучи собрались уже. Ливень вот-вот хлынет.

– Мы, если быть предельно честными, поэтому и ушли оттуда, – высказался сразу же Рион.

– Я даже не удивлена, – сестра закатила глаза, скрещивая руки на груди, – Мелочь вновь испугалась грозы?

Никакое обсуждение не могло произойти без её вмешательства и издёвки. В понимании старшей, рождение на десять лет раньше позволяло ей открыто выражаться.

– Каролина, хватит наговаривать на сестру, – отец толкнул ее в плечо. – Сама мышей боишься так, что в соседней деревне все содрогается от крика.

Рион не смог сдержать смешок, увидев исказившееся после замечания лицо Каролины, совсем уж она не привыкла к упрекам в свою сторону.

– Так и что? – в один голос спросили мама с папой.

В этот же момент молния прорезала небо, захватив с собою ливень и заставив Мирабель подпрыгнуть на месте. Капли дождя неустанно забарабанили по железной крыше и подоконнику, и вода, стекающая по сточной трубе, издавала оглушительный шум.

– Примерно вот это, только без всего такого шумного, – Рион медленно обвел в воздухе рукой окно, на котором безмерное количество капель соревновались между собой на скорость.

Предательски порозовевшие щёки Мирабель выдавали все её эмоции и мысли. После того, как Рион ещё и дополнил свой рассказ уточнением про замок, мама подошла к дочери, приобняла за плечи и начала успокаивать:

– Моя милая Мирабель, даже не думай о том, что это постыдно. Все чего-то боятся и то, что ты испугалась – совершенно нормально, и ни в коем случае не переживай из-за этого.

– Полностью согласен с твоей мамой, – поддакнул отец, наблюдающий за движением стрелок на часах.

– А про то, что замок стало видно, это правда? – заинтересовалась сестра.

– Да, да и еще раз да, – эта тема словно взбудоражила интерес Ориона. – Я сам сначала опешил, когда увидел. Он стоит на горе за озером. Если быть предельно честным, сам я тоже немного напрягся, когда его увидел, так как вот что-что, но его там видеть я был не готов.

В доме повисла напрягающая тишина, дополняющаяся ударами капель успокаивающегося дождя и треском брёвен.

– Что-то мы все приуныли. Давайте лучше сядем, поедим. Вам двоим точно нужно отведать моего супа и набраться сил.

– Думаю, – начал Рион. – Я все-таки лучше пойду домой.

– Такая непогода, оставайся, – настаивала Луиза. – Ты уже давно стал частью нашей семьи.

– Мне правда очень приятно, но меня начнут искать бабушка с дедушкой, а задерживаться, сами знаете, не к добру.

– Тогда пусть будет так, но не стесняйся, приходи чаще, мы все будем только рады.

Когда Рион ушёл, дождь совсем утих, и лишь испорченная дорога могла усложнить его путь до дома.

В гостях у своего друга Мирабель была всего один раз в жизни. Ей тогда ещё не было известно, какой у него дом, какая семья, но, самое главное, она не знала, какой у него отец.

2 глава

Около недели назад.

На часах было семь утра. Мирабель только проснулась, родители с сестрой, как было заведено, работали в поле. Девочка спросонья посмотрела в окно на яркое и пригревающее солнце, заставляющее прищуриться и пробудиться для начала своего трудового дня. За окном щебетали птицы. Их пение всегда успокаивало и придавало сил на весь грядущий день. Мирабель надела свой бессменный комплект одежды, состоящий лишь из длинной сероватой рубахи, неизменно хорошее состояние которой не могло не радовать глаз.

Луиза с утра испекла буханку хлеба, аромат которого чувствовался даже на лестнице. Мира употребила его с печёным картофелем и запила прохладной водой. От радости после завтрака девочка не удержалась и решила немного прогуляться по двору, хоть и скромному, но позволяющему побегать по мягкой траве, похожей на тёплое покрывало, манящее в свои объятья. Но всё-таки, понимая, что куры сами себя не накормят, девочка направилась к ним. Курятник, который Мира находила довольно уютным, находился на заднем дворе.

– Эй, Елизавета, Элиона, Марья, София, идите сюда, я вам тут кое-что принесла.

От налетавшей временами скуки, девочка наградила именами некоторых своих любимцев, ограничиваясь скупыми знаниями имён. Мирабель раскидывала по земле ячменные мякины, смешанные с небольшим количеством зерна. Куры мигом мчались в сторону своего питания, неменяющегося на протяжении всей их жизни. Проверив наличие яиц и взяв несколько в руки, она направилась к корове Бурёнке, складывая по пути собранное богатство в корзинку.

Корова была довольно ласковой (насколько это возможно в их рамках), благодаря чему её можно было кормить с рук. Перед работой Луиза уже подоила Бурёнку, но не навестить её младшая никак не могла. У их семьи имелись и овцы и вот как раз на них фантазия Миры полностью себя исчерпала, поэтому это были просто овечки. Их она любила больше остальных животных, даже невзирая на их безымянность. Их мягкая шерсть чем-то напоминала огромную подушку, так и манящую лечь на них и заснуть. Девочка надеялась всем сердцем, что их не отведут на скотобойню, а если когда-нибудь и повезли бы, то главным её условием было – умолчать о произошедшем. После встреч со всем скотом девочке было велено выполнять дела по дому.

Отец в прошлом году сделал дочери собственную прялку, на которой красовалось небольшое количество завитков. Навыки младшей не уходили дальше базовых, но узнавать и пробовать новое никто не запрещал. Любимое дело Мирабель – это наматывать нитки на цевки, трепать лен и после прясть из него нитки. Для неё это был очень важный момент, потому что именно из этого мама с сестрой ткали полотенца со скатертями и пояса. Для девочки было важно видеть вклад в будущее своей семьи и понимать свою значимость.

После окончания прядения ниток, раздались резкие удары в дверь. Затаив дыхание, она выжидала ключевого третьего удара. *Стук*. От сердца отлегло. Мира поняла, что это кто-то из своих, но всё же не решилась открывать дверь полностью.

– Давно меня начала бояться, дитё?

– Никакое я не дитё, Ри, я уже взрослая.

– Да-да, сама взрослость, – с насмешкой продолжал он.

– Так что, зачем пришёл? Тебе же вроде работать надо.

– Я вот как раз по этому поводу и пришёл. Мне сегодня сказали, что нужно на рыбалку сходить. Если хочешь, можешь со мной, а то всё равно одному скучно.

Мирабель не долго раздумывала и сразу же согласилась провести этот день с другом. Как оказалось, Рион заранее взял все принадлежности, и дети сразу же выдвинулись к озеру.

– Ну что, старушка, в долгий и тернистый путь нужно будет нам с тобой отправиться. Для меня-то он вон, пять минут и у озера, а для тебя уже проблемно получается.

Девочка тяжело вздохнула. Его постоянные насмешки вызывали у неё недовольство.

– Что, ты уже устала?

– Нет, с чего бы?

– Так тяжело вздыхаешь, будто бы мы на другой конец планеты идем. А, прости, для тебя это так и есть. Ну ничего страшного, понимаю, – Рион похлопал её по плечу.

– Хватит, – Мира взмахнула руками, – ты вообще-то старше меня, и вообще… – дальше ей не удалось ничего придумать.

– Ой-ой, кто-то обиделся, прямо как ребёнок.

– Ничего я не обиделась. А вообще знаешь что? Сейчас развернусь и пойду домой.

– Ну ладно, ладно, не буду больше, бабуль, честно.

На самом деле, Мирабель не была заядлым любителем рыбалок и тихих времяпрепровождений на природе – в таких местах её всегда склоняло ко сну.

До озера они добрались быстро, но все время Мирабель провела в туфлях, что приносили ей некоторое неудобство, поэтому, как только дети оказались у озера, она предпочла от них избавиться. Под босыми ногами песок оказался приятным и уже немного тёплым от лучей солнца. Водная гладь, взгляд на которой застыл у девочки, отличалась своим умиротворением и спокойствием.

У озера были небольшие деревянные пристройки – помосты. На одном из таких и расположились друзья. Усевшись на край мостка, они свесили ноги и Мира прикрыла глаза, томясь под летними лучами солнца.

– Дитё, ой, старушка, что, не достаешь до воды? – ноги и правда были еще далеки от водной глади, а его как раз касались поверхности. – А вот знаешь? Такая водичка прохладная, прия-ятная, – с издевкой продолжал Рион, растягивая гласные.

Мирабель решила не мириться с насмехательством со стороны друга и решила действовать. Она немного потянулась к воде, с надеждой хотя бы одной ногой коснуться воды. Не важно как, главное прикоснуться. Уж слишком Ри соблазнил её этим

– Эй, малявка, ты чего творишь? – с этими словами он резко схватил Миру за локоть, боясь последствий. – Она ведь холодная, заболеешь, и мне еще потом от твоей мамы прилетит.

– Да подумаешь. Я всего лишь хотела её потрогать.

– Так иди потрогай с берега, – парень указал головой вбок.

Мирабель с огорчением согласилась, опуская голову и возвращаясь обратно на помост. Она направилась по небольшой деревянной пристройке обратно к песку.

«Какой же он всё-таки приятный, этот песок».

Мирабель осторожно коснулась воды большим пальцем ноги, дабы не рисковать с самого начала. От неожиданной прохлады она резко отдернула ногу, но желание зайти в озеро всё же брало над девочкой верх. Справа послышался смешок Ри.

– Ты только далеко не заходи, буквально по щиколотки, а то мы всё-таки не знаем, какая там глубина и как рано она начинается.

Пока Ри производил различные махинации с удочкой, Мирабель набиралась смелости для повторного касания воды. В этот раз ей уже не было так холодно, как в первый. После преодоления неприятной температуры девочке удалось ступить в озеро двумя ногами. То, что вначале напугало Миру, теперь стало ей приятно и желание вернуться на сушу отпало. Теперь уж девочка спокойно прогуливалась вдоль берега, весело пиная водную гладь.

– Далеко не уходи, а то моргнуть не успею, а ты уже где-нибудь спрячешься, – послышался возглас из-за спины.

– Не завидуй, – крикнула Мира ему в ответ.

– Завидовать чему?

– Тому, что я могу ходить и бегать, а ты только сидеть и ждать улова.

– Нет, вот интересный же ты человек. Сейчас, подожди, – ей показалось, что Рион настроен слишком серьёзно.

И она была права. Парень сошел с помоста, оставив не заброшенную удочку на подставке в виде рогатки и направился в сторону подруги.

– А ты это куда идешь? Тебе работать надо. Вдруг рыба клюнет, а ты и не узнаешь, – Мира продолжила стоять на месте, глядя на его перемещения.

– Если ты приглядишься, старушка, – Ри направил свою руку в сторону их привала, – то заметишь, что удочку я ещё не закинул, поэтому пока могу себе позволить.

Орион быстро вошел в воду, словно её температура была схожа с кипяченным молоком.

– Слушай, и правда приятная вода, лучше, чем при простом касании, – с усмешкой проговорил он, подходя вплотную к подруге.

Мирабель направила свой любимый взгляд исподлобья на Риона, и она не была бы собой, если бы не воспользовалась этой возможностью.

– Ты вóда! – и побежала к помосту.

– Вот сейчас это было совсем нечестно.

– Всё честно, честно.

Настроение девочки в мгновение улучшилось. Догонялки в роли "жертвы" ей особенно приходились по духу. Смех Миры, кажется, можно было тогда услышать даже на другой улице. Убежать от Риона всегда ей казалось чем-то невозможным и на моменте приближающейся смены ролей девочка применяла свой коронный метод:

– Я в домике! – встав на помост и подняв руки над собой, протараторила та.

– Эх-эх, как же я тебя не смог догнать, не понятно, – парень сделал явный акцент на последних словах. – Всё, мне пора ловить рыбу, – Рион стал возвращаться в исходную позицию.

Мирабель, упоённая своей победой, решила присоединиться к занятию своего друга. Ри закинул удочку в озеро, выжидая улова. Девочка уже знала, что лучше не шуметь в таких случаях, иначе ни о какой рыбе и речи быть не может, но ранняя резвость ребят на берегу должно быть чуть распугала живность. И то, чуть – это слабо сказано.

Первая рыба не заставила себя долго ждать. Когда Мире выдалась возможность побывать на рыбалке с отцом (правда, всего один раз), он одну рыбу больше часа вылавливал. Но даже несмотря на быструю скорость ловли Ри, девочке быстро это наскучило, и, чего и следовало ожидать, начало клонить в сон. Чтобы не тревожить рыбака, Мира решила спать на помосте.

– Ты чего это на досках улеглась? Хочешь, чтобы потом я тебя окончательно бабкой называл? – шёпотом спросил Ри.

– Почему потом будешь так называть? – Мира привстала на локтях.

– Так ведь болеть потом всё будет. Только и будешь говорить, что спина затекла иль ещё что.

– Что ж, а ты прав. Я не хочу, чтобы это прозвище сохранилось со мной до конца моих дней. И что ты мне предлагаешь?

– До дома доберемся мы ещё не скоро, так как план ловли я пока не выполнил. Поэтому, если прям очень хочешь спать, то можешь пока на мне прилечь.

– Так я тебе только мешать буду.

– Нет, ну как хочешь. Моё дело – предложить, – парень пожал плечами.

Сопоставив все плюсы и минусы от предложения Риона, Мира всё же решила поставить свой комфорт выше стеснения.

– Тем более бабкам нужен дневной сон, – произнесла девочка, переваливаясь к боку друга.

– Святые, я не успел это сказать.

Мирабель довольно хмыкнула, поставив точку в их словесной перепалке. Как только она коснулась плеча Риона, то практически моментально провалилась в сон, отгораживаясь от внешнего мира и чрезвычайной тишины.

Услышав сопение своей подруги, Ри стал более медленно и аккуратно вылавливать рыбу, чтобы ни в коем случае не потревожить сон Миры. Оставалась буквально одна рыба и можно было бы им пойти домой – Рион тоже немного устал сидеть в тишине, которую прерывали лишь звуки насекомых, сгущавшихся к вечеру над поверхностью озера, но не придал им значения: на кону, как-никак, рыба. К их несчастью, Мирабель начала уже просыпаться, и первое, что она услышала – громкое жужжание. Ещё не открыв глаза, девочка подумала, что это оса, а их она боялась не меньше грозы, из-за чего непроизвольно вскочила и закричала.

– Ты зачем кричишь? – грубым шёпотом спросил Рион.

– Я… я не хотела, прости. Я просто услышала жужжание и подумала, ч-что это оса. Я их очень бо…

– Рыба была уже почти поймана, и мы могли бы уже скоро уйти, но теперь ещё неизвестно сколько здесь находиться! – перебив Миру, всё с той же интонацией продолжал он.

Повышенный голос для Мирабель был словно поражение копьем. Увидев его недовольное и злое лицо, она почувствовала, как к глазам подступали слёзы, и, чтобы Ри не заметил этого проявления слабости, Мира быстрым шагом направилась в сторону дома. Вставая с помоста, девочка начала шмыгать носом, стараясь это сделать как можно тише, чтобы не быть услышанной.

– Мирабель! – уже своим обычным и спокойным голосом окликнул её Орион.

Его лицо сменилось на испуганное. Ри аккуратно положил удочку на доски, не вынимая её конец из воды, резко встал и пошел за подругой. Быстрая ходьба Миры, по сравнению с его обычным шагом, были наравне, поэтому ему было несложно нагнать её, даже особо не отдаляясь от места ловли. Рион взял девочку за плечи и развернул к себе. Попытки отвернуться не увенчивались успехом.

– Прости, я не хотел.

Мирабель всё ещё тщетно пыталась отвернуться.

– Хватит уворачиваться. Если ты это делаешь только для того, чтобы я не видел твоих слёз, то знай: это уже бесполезно.

Девочка подняла заплаканные глаза, устремляя свой взгляд на огорчённое лицо Ри, на котором красовалась легкая улыбка.

– Ну и что ты теперь улыбаешься?

– Да просто шутку вспомнил.

– Какую? Какую? – Мира запрыгала от нетерпения на носочках.

Дети пошли обратно к одиноко лежащей удочке. Ей уже не хотелось плакать или грустить, а вот желание проказничать лишь приумножилось. Мира немного толкнула Ри под ребра, но от этого тот лишь немного пошатнулся.

– Что, теперь мне отомстить хочешь? – с более явной улыбкой спросил он.

– Не-е-ет, ты что?

– Да ладно, я и так всё про тебя знаю, – после этого он рукой взлохматил волосы подруги.

Мирабель возмущенно посмотрела на парня, что сел на корточки, благосклонно склонив перед ней свою голову.

– Это ты зачем сейчас делаешь? – Мира потупила на месте.

– Даю тебе возможность отомстить мне сейчас, чтобы было один-один, и ты не столкнула меня после с помоста.

Взлохматить его и так кудрявые волосы оказалось куда сложнее, чем её, отличающиеся своей гладкостью и длинной. Вспомнив, как весело Мире было накручивать его кудряшки себе на палец года так в три, она сразу же принялась взъерошивать его волосы со всей силой.

– Всё-всё, хватит, а то без волос меня оставишь.

Друзья уселись на все тот же край помоста.

– Теперь уж тебе лучше не спать. Сейчас рыба должна пойматься быстро, и тогда пойдем домой.

– Почему домой, а не по домам?

– Я подумал, что ты ведь никогда не была у меня в гостях, а у тебя я достаточно частый гость. Неправильно это как-то. Если ты сегодня можешь, то приглашаю.

– Только я зайду к себе домой поесть и пойдём.

– Да у меня дома поешь, никто не расстроится, да и ты никого не притеснишь.

Они и правда очень быстро поймали рыбу и сразу же выдвинулись в сторону дома Риона. Но ни он, ни она не знали, что это будет не лучший день для гостей.

3 глава

Мира и Рион валились с ног от утомления, потому что шли дольше, чем когда-либо. Разговаривать особо не хотелось, поэтому до дома Ри они добрались в приятной тишине. Мысли Мирабель были наполнены стеснением и неловкостью от того, что ей впервые выдалась возможность побывать у друга в гостях и поглядеть на его семью.

«Что они подумают, узнав, что я была с Ри на его работе?»

Рион же, в свою очередь, думал лишь о хорошем улове.

Когда они остановились, Мира подняла глаза и в очередной раз убедилась, что дом друга и ее собственный почти ничем не отличались, кроме того, что у Риона он был одноэтажным. Ри ударил кулаком в дверь три раза, делая большие паузы. После этого в доме послышались шаги.

– Не знала, что у вас тоже есть пароль.

– А как ты могла узнать, если ни разу здесь не была?

«И правда», – почему-то Мира на этот счёт не задумывалась. Дверь приоткрылась, и за ней показалась пожилая женщина. От нее пахнуло запахами супа и муки.

– Вернулся, – нежно проговорила она хрипловатым голосом. – Сегодня ты дольше обычного.

– Да, баб Нюр, – Ри повернулся и указал на Миру: – Только вот сегодня я вернулся не один.

Бабушка перевела взгляд в ее сторону, и Мира решила представиться:

– Здравствуйте, я Ми…

– Мирабель, да-да, наслышана о тебе, – глаза гостьи чуть ли не полезли на лоб от удивления. – Мне о тебе Ри рассказывает иногда з…

– Ну ба! – перебил её Рион, ощутив неловкость и легкое покраснение на щеках.

– Нет, ну а что? Правду ведь говорю. Ой, а что это мы с вами на пороге все разговариваем? Проходите, не стесняйтесь.

– Давно я в своем доме должен стесняться?

– А что ты сейчас делаешь?

– Ничего.

– Ну вот когда к зеркалу подойдешь и посмотришь на свое отражение, тогда узнаешь, что ты делаешь, – с легкой ухмылкой произнесла бабушка.

Вместе они прошли в дом. За входной дверью располагалась небольшая лестница, состоящая буквально из пяти или шести деревянных ступенек. Выглядели они ново и, на удивление, даже были покрыты лаком, словно бы дом был построен совсем недавно. Когда они поднялись по лестнице, то Мирабель почуяла запах древесной смолы, аромат которой наполнял весь дом. После лестницы следовала кухня, совмещенная с гостиной, а еще дальше, если никуда не сворачивать, можно было дойти до коридора, откуда можно было попасть в еще две комнаты: справа располагалась спальня Риона, слева – бабушки с дедушкой.

Они застали деда Риона читающим книгу на диване в гостиной. Мира поспешила ему представится.

– Так вот как ты выглядишь, чудное дитя, – он привстал и отложил в сторону открытую книгу: – Здравствуй, зови меня дедушкой Филиппом.

Обменявшись любезностями, взгляд Миры упал на старую и затертую обложку.

– А что вы читаете? – с неподдельным интересом спросила она.

– Это книга для взрослых, и тебе пока рано читать подобное.

– А про что она?

– Про войну.

– Ой, у меня такие книги читает папа. Было бы так здорово, если бы вы встретились и поговорили о них!

– Думаешь? – с ухмылкой спросил он.

Она усиленно закивала.

Тем временем, бабушка успела достать из печи суп, и запах древесины потерял для Миры всю свою значимость. Ощутив аромат вкусной еды, Мира еще больше проголодалась. Что уж можно было говорить о Рионе?

– Мы пойдем, чтоб не мешаться, – произнес он, проходя мимо гостиной.

– Вы уже уходите? – с удивлением спросила бабушка.

– Мы хотели пойти в комнату.

– Успеете ещё. Побудьте с нами, расскажите про рыбалку.

Рион принес для Мирабель стул из своей комнаты. Бабушка заставила детей сесть за деревянный прямоугольный стол. Его длинные ножки были такими толстыми и крепкими, что смогли бы сойти за подпорки для крыши. Стулья не уступали ему в массивности. Из-за всего этого Мирабель никак не могла залезть на предложенный ей. Однако бабушка заметил ее затруднение и помогла ей забраться на него.

Стул оказался таким высоким, что Мире удавалось свободно болтать ногами. Дома у нее никогда этого не выходило!

Мирабель всегда любила наблюдать за людьми, за их поведением, хоть и не всегда осознанно, и в этом доме её интерес приумножился. Бабушка небольшого роста, с собранными в пучок волосами, суетилась на кухне. Она бегала от печи к тарелкам и обратно. Постоянно толкала и ругала деда, чтобы добиться от него помощи. Со стороны Филиппа только и слышалось: «Сейчас-сейчас» и «Скоро помогу».

Бабушку Нюру такой расклад, конечно же, не устроил, поэтому ее терпения надолго не хватило, и она вырвала у него из рук объект изучения.

– Хватит читать свои книжонки. Сейчас есть дела поважнее.

– Ну что же это такое, Анют? Дай мне спокойно полежать!

– На том свете полежишь. Не видишь, что ли? У нас гостья!

Тут же Мира задала вопрос, сразу же ее заинтересовавший:

– Ри, а Нюра и Анна – это одно имя?

Он с удивлением кивнул.

Его бабушка с дедушкой оказались настолько же разными людьми, настолько близкими друг для друга.

«Удивительно! Как же они еще не перессорились?»

– Так, про что я вообще говорила? – спросила бабушка у всех присутствующих. – А, вспомнила! Как вы на рыбалку-то сходили?

– Вообще я не очень люблю рыбалку, но мне понравилось, – затараторила Мира. – Вода в озере была прохладной, а солнце так пригревало, что хотелось поскорее искупаться!

Внимательно выслушав поток ее слов, все, кроме Риона, продолжили молчать.

– Бабушка, а что ты мне не напомнила к зеркалу-то подойти, а то ты так на меня косишься, что аж не удобно становится.

Бабушка рассмеялась. И сделала это так искренне, что Мире захотелось к ней присоединиться.

– А почему мне нельзя на тебя смотреть? – она начала прищипывать Риона за бока.

– Хватит-хватит! Я уже взрослый.

– Нашёлся взрослый, – бабушка встала из-за стола и ушла в свою комнату, чтобы вернуться оттуда уже с зеркалом, – вот ваше зеркало, мужчина, посмотрите на себя, полюбуйтесь.

Мирабель не смогла сдержать смешок.

– И что не так? – Рион искренне ничего не понимал, внимательно рассматривая свое лицо с разных сторон.

– Святые, если делаешь вид, что не видишь, то делай это хотя бы убедительно, – бабушка Нюра сложила руки в замок. – На щеки свои посмотри.

– Щёки как щёки. Не пойму, что не так.

Не засмеяться было невозможно. Мире очень нравилось наблюдать за семьей Риона.

– Вот, – присоединился к ним дед. – Даже твоя подружка уже всё поняла, а ты – нет.

– Все, заканчивай кривляться перед зеркалом. Я потом тебе на ушко шепну.

На самом деле, Мира так ничего и не поняла, а слова бабушки Нюры были для нее лишь взрослой колкой фразой.

Она открыла рот, чтобы задать вопрос, но ее перебил громкий и сильный удар в дверь.

4 глава

– Один. Пауза слишком затянулась – не наш это, – с опаской произнёс дед Филипп.

– Выходи из дома, кто бы там ни был! – послышался ор из-за двери.

Присутствующие резко затихли.

– Откройте дверь сейчас же! – доносилось из-за двери.

Дед Филипп был поражён такой вольностью пришедшего. Подойдя к окну, он увидел рядом с порогом двух мужчин, облачённых во всё черное. Что удивительно, они были на лошадях. Между двумя фигурами стоял ещё один конь, определённо не предназначенный для прогулок и забав.

– Где мое ружьё? – Задался вопросом дед.

– Ружьё?! – с ужасом на лице спросила Мирабель.

– Да, так безопаснее открывать дверь, – баба Нюра погладила девочку по плечу.

– Неужели нельзя без него? – решила уточнить Мирабель.

Последовало ещё три мощных удара в дверь.

– Я знаю, что дома кто-то есть. У вас дым из трубы валит. Открывайте немедленно!

Рион заслонил Миру своей спиной. Его тело было всё напряжено, дыхание учащённое и прерывистое.

– Что ж твориться-то опять, – пробурчала бабушка, словно молясь. – Дед, ты идёшь или нет?

– Да-да, всё. Не теряйте бдительность.

Все в один голос согласились.

Дед подошел к двери и спросил:

– Кто?

– Тот, кому ты должен немедленно открыть дверь.

– Ишь какой нашёлся. Кто ты?

– Я всё уже сказал, открывай по-хорошему, иначе выбью дверь.

Филипп затаил дыхание, отодвинул задвижку и приоткрыл дверь. За ней показался всё такой же силуэт, во всём черном. На голове у непрошеного гостя был накинут капюшон, скрывающий лицо. Этот человек медленно и надменно начал его снимать. Теперь уж перед дедом стоял до ужаса знакомый мужчина.

– Здравствуй, Кристиан, – проговорил сквозь зубы дед.

– И тебе не горевать, – с издёвкой проговорил мужчина.

– Какими судьбами тебя сюда занесло?

– Какими надо. Орион дома?

Филипп ответил утвердительно, осознав, насколько бесполезно выпытывать из Кристиана информацию о том, зачем конкретно ему понадобился мальчик.

Кристиан прошёл в дом, слегка оттолкнув деда в сторону. Как только гость появился в дверном проеме, бабушка охнула и схватилась за сердце. Рион даже не шелохнулся.

– Привет, Орион, давно я тебя не видел. Вырос так, – по интонации Кристиана было слышно всё его безразличие. – А ты кто такая? – он перевел недовольный взгляд на Мирабель. – Почему у вас в доме ещё какие-то дети? Или я чего-то не знаю?

– Я не знаю, кто ты и откуда знаешь мое имя, но не надо её в это впутывать, – произнёс Рион.

– Ты не знаешь кто я? Удивительно, что про меня твои бабка с дедкой не рассказывали, однако, раз уж ты подал голос, то отвечай теперь на все мои вопросы.

Ри вопросительно посмотрел на бабушку с дедушкой. Они лишь кивнули, давая знак, что перечить здесь не стоит.

– Сколько тебе сейчас лет?

– Десять.

– Кто эта маленькая девочка и что она здесь делает?

– Это Мирабель, моя подруга. Она просто пришла в гости. Не более.

– Мне нужно с ним сейчас поговорить наедине, – на последнем слове он сделал особый акцент.

Кристиан взял Риона за плечо, сжав на нём свои пальцы, и повёл в его же комнату. Дверь захлопнулась. Мирабель подбежала к бабушке Нюре, та сразу же приобняла девочку, прижимая к себе.

– Кто этот мужчина?

– Отец Риона.

– Он разве не погиб вместе с его мамой?

– Как видишь, но надо отдать должное, что за эти десять лет сейчас он появился лишь второй раз.

– А когда приходил в первый?

– Около пяти лет назад. Рион тогда спал, поэтому не знает об этом. Кристиан сообщил, что будет присылать гувернеров для обучения внука и дал нам сотню указаний. Мы старались следовать его наказам. Он сообщил, что приедет следующий раз в десятилетие Риона, и мы решили скрыть правду, для его же блага.

– А если честно, то где его мама?

– Ее смерть – это правда, только…

Их вновь перебили. На этот раз отец с размаху открыл дверь. Он был невероятно зол, пот проступил на красном лице, а желваки пульсировали.

– Молния ударила, вот и умерла, – рявкнул на Мирабель Кристиан, сверкнув глазами.

От неожиданно повысившегося голоса девочка резко прижалась к бабушке.

Рион так и не вышел из своей комнаты. Мирабель не смогла долго ждать и решила направиться к нему. Её шаги были медленными и аккуратными. Дверь, после резкого выхода Кристиана, была приоткрыта. Мира заглянула в щель, сумев углядеть Риона, сидящего на краю кровати. Он оперся локтями в колени, держась руками за голову.

– Уходи, – злобно произнес Орион.

– Но я… ладно, – девочка начала медленно отходить от двери.

Ри резко поднял свой потерянный и задумчивый взгляд на подругу. Его глаза были красны от слёз.

– Прости, я думал, это он. Заходи, – взгляд парня был потерянным, – если ещё хочешь.

Мирабель с опаской вошла в комнату, села рядом с ним на край кровати и приобняла. Почему-то она решила, что от этого ему станет чуть легче. Парень не стал сдерживаться и обнял девочку двумя руками, склонив голову к её хрупкому плечу.

– Прости, – шёпотом, хлюпая носом, прошептал он, – я не знал, я правда не хотел, но мне придётся.

– Что? Я не понимаю, о чём ты, – Мира попытаясь заглянуть ему в глаза.

– Мне… мне придётся уехать.

– Но, – девочка была сбита с толку, – ведь это хорошо. Будешь путешествовать, мир увидишь. Разве это плохо?

– Нет, ты не поняла, – Рион выбрался из её объятий. – Мне придется уехать навсегда.

Глаза Миры округлились.

– Нет, это неправда, ты мне врёшь.

– Мне бы и самому хотелось так думать, но, к сожалению, мне правда придётся.

– А других вариантов нет? – слёзы скапливаться в уголках глаз девочки.

– Нет, да и уезжаю я на пять лет, но, как по мне, это вся жизнь.

– А, так ты всего на 5 лет. Тогда всё хорошо. Ты приедешь обратно и всё будет как раньше.

– Не будет.

– Почему? Куда ты вообще уезжаешь?

– На обучение. Сюда гувернеры не смогут больше ездить. Когда я вернусь, ты будешь уже как я сейчас, представляешь? За эти пять лет столько всего может произойти, что мне страшно, – Рион заглянул ей в глаза, – просто страшно.

– Не бойся. – Мирабель положила свою руку другу на плечо. – Я, если что, всегда буду стараться быть рядом.

– В этом и вся проблема, – произнёс Рион так тихо, что Мирабель ничего не разобрала.

– Через сколько ты уезжаешь?

– Через одиннадцать дней, в следующее воскресенье.

– Зато у нас сейчас есть одиннадцать дней, чтобы нагуляться. Правильно? – с надеждой посмотрела Мира.

– Да, дурёха, – парень взъерошил её волосы.

Мирабель не захотела терпеть подобное и принялась в ответ щекотать друга. Когда они вышли из комнаты, то отца уже не было в доме, что не могло их не радовать. Бабушка с дедушкой сидели со слезами на глазах, но, как только они заметили появление детей в гостиной, то быстро вернули себе позитивный настрой.

– Зачем нам всем сейчас думать об этом человеке и его приходе сюда? Вы же так до конца и не рассказали, как сходили на рыбалку.

Время быстро пролетело за разговорами, льющимися рекой. Бабушка накормила всех сытным супом.

– Ой, Мирабель, – произнесла бабушка Нюра, – а у тебя случаем не осталось дома дел каких-то? А то вдруг мы тебя сейчас отвлекаем.

– Не переживайте, я всё успела сделать с утра, – Мирабель посмотрела на время, – только мне и правда пора уже домой, засиделась тут у вас.

– Ри, что ты сидишь, иди проводи девочку до дома, – настойчиво произнес дед Филипп.

Парень так и собирался сделать. Дорога до дома Миры была не длинной, но Рион все равно был рад вырваться из тех домашних мыслей.

Рион подошел к бабушке и очень-очень тихо сказал ей на ушко:

– Я, кажется, понял.

– Что ты понял? – своим обычным голосом спросила Нюра.

– Про зеркало, – и улыбнулся, продолжая также тихо говорить.

Ребята сразу же вышли из бурлящего жизнью дома Ри и направились к Мире.

– Тебе не будет страшно одной дома после сегодняшнего?

– Не знаю. По крайней мере мне хочется в это верить.

– Ты прости нас всех, что так получилось, но если вдруг что, ты знаешь, куда обращаться эти одиннадцать дней.

Дойдя до точки назначения, дети обнялись на прощание.

– Спасибо, – прошептал Рион.

Как только домой вернулись взрослые, Мирабель начала посвящать их в весь свой насыщенный день. Остановить поток её слов никто не посмел. А вот новость про отъезд Риона по-настоящему затронула лишь Луизу.

– Ничего страшного, найдешь себе ещё друга, – сказал отец, допивая стакан горячей воды.

– Такого вряд ли, – решила не соглашаться с ним мама, – ты бы видел, как они светятся от общения друг с другом.

– Даже не знаю, – глава семейства растянулся на стуле. – Детский лепет какой-то, – решил настаивать он на своём.

Мирабель долго не могла заснуть, не переставая прокручивать прошедшие события в голове.

5 глава

На следующий день им так и не удалось встретиться. Рион за всё время ни разу не вышел из дома, решив обдумать произошедшее более глубоко, попытавшись разобраться в речах отца и бабушки с дедушкой. Мирабель решила не беспокоить в этот раз своего друга пустыми разговорами.

В ту ночь девочке приснилась смерть мамы Риона. Женщина работала в поле. Погода с самого начала не сулила ничего плохого. Со временем, грозовые облака сгущались всё сильнее, не привлекая к себе внимание женщины. Хлынул дождь. Капли скатывались по её взлохмаченным волосам, которые выбились из-под платка. Прогремел гром. Женщина не собиралась уходить с рабочего места. Подобная погода как никогда радовала её после знойного дня. Молнии засверкали в небе. Множество мелких полосок забегали в облаках. Несколько молний ударили в землю и одна из таких попала в мать, поразив её насмерть.

Мирабель закричала от страха, проснувшись в холодном поту. До этого девочке долго не удавалось заснуть, а теперь сон отбило окончательно. Мира никогда ранее не думала о том, что её страх гроз и молний настолько силён. Девочка не знала, как ей теперь заснуть, поэтому решила накинула на себя шерстяной плед, аккуратно сложенный в углу комнаты, пытаясь избавиться от возникшего холода.

Мирабель спустилась на первый этаж укладываясь на кресло-качалку в гостиной. На столике перед ней лежала закрытая книжка. Открыв её в поисках картинок, Мира, практически сразу же, отложила книгу в сторону, не найдя ничего стоящего.

На улице потихоньку вставало солнце, освещая раскинутые ветви деревьев. Мире редко выдавалась возможность увидеть ранний рассвет, поэтому всё её внимание было сосредоточено на окне. Даже прошедший день и сон не смогли испортить прекрасный рассвет. Ярко-оранжевый свет проникал в гостиную через окно, подогревая деревянный пол.

Мирабель решила подойти к окну, подставляя своё лицо под тёплые лучи. Из окна дома вдали виднелось то самое озеро. По всей территории с утра стелился прохладный туман.

Девочке слишком уж сильно захотелось прогуляться по рассветной деревне, не снимая с плеч шерстяной плед. Мирабель обратила своё внимание на туфли, стоящие у выхода, и сразу же приоткрыла дверь, вдыхая прохладный летний воздух, в котором витал лёгкий аромат цветов и клубники. С утра всё ощущалось по-особенному, все смешавшиеся запахи пробирали до мурашек. Птицы, уже вовсю пели, успокаивая, но в тоже время не оказывая усыпляющий эффект. От раскрывающегося пейзажа исходила тишина и умиротворенность, сопровождающаяся мелодией птиц. Они словно останавливали время, давая возможность побыть в моменте, ощущая настоящую свободу.

Шаг в прохладную росу, покрывающую траву, был для Миры сравним с шагом в манящую неизвестность. Придерживая рукой плед на плечах, она побежала по траве. Видела бы это её мама, то сразу загнала бы домой.

Если смотреть на дом Миры, то справа от него можно было заметить территорию их поля для посадки овощей. А вот сразу за ней стоял дом Риона. Девочке было жутко интересно узнать, что в тот день делал Орион и о чём думал.

***

Вчера в комнате Ориона.

Отец крайне быстро завёл сына в комнату, захлопнув за ними дверь. Развернув Ри к себе лицом, мужчина начал спрашивать:

– Что происходит, ты мне можешь объяснить? Почему препираешься со мной? – повышенным голосом спросил отец.

– Я не припираюсь.

– А что же ты делаешь?

– Ничего, я же ответил на все твои вопросы, – парень продолжал быть непоколебимым.

– Да, ответил, но зачем ты заступаешься за какую-то девку? Кто она тебе вообще такая, чтобы ты ослушивался меня? Ей же пять отроду, – не стесняясь и не подбирая слова произнес отец, глядя в глаза сына, всё также держа за плечо.

– Какая тебе разница? Ты же не ради этих вопросов сюда пришёл, – уже не сдерживаясь заговорил Орион.

– Как ты смеешь повышать на меня голос? – Кристиан толкнул сына в грудь.

Орион был слишком шокирован таким поведением незнакомца и подальше от беды решил в будущем сдерживать себя в эмоциональных проявлениях.

– Я и правда пришел с другой вестью, – немного успокоившись начал отец. – Ты уезжаешь через полторы недели.

– Ч-что? Куда? – сын не на шутку растерялся.

Кристиан сумбурно и очень кратко рассказывал всё самое важное, как будто бы он куда-то опаздывал. Все слова уже не укладывались у Риона в голове из-за зависшей перед глазами фразы:

«Ты скоро уезжаешь».

Единственное, что Рион успел ухватить из рассказа Кристиана, так это то, что уезжает он на пятилетнее обучение куда-то далеко. В ушах звенело от количества поступающей информации, а голова начала болеть совсем не на шутку.

– И да, можешь забыть про свою подружку, как там её? Изабель? Не важно. Главное, что она просто не для тебя.

– Она Мирабель, – сквозь зубы произнес Рион.

– Да мне плевать. Я тебе всё сказал. Лучше сейчас забудь её и потом ещё спасибо мне скажешь.

– У меня всё равно это не выйдет, – шёпотом и со злостью произнес тот.

– Что ты сейчас сказал? Мне не послышалось? Не сработает? А ты пробовал? Хотя, если ты к ней неравнодушен, то, конечно, не получится, – передразнивая, начал провоцировать его отец.

– Я не знаю.

– Что ты именно не знаешь? – продолжил Кристиан, раздражаясь из-за затянутости и бестолковости их диалога.

– Про все вопросы, связанные с Мирабель. Я ничего на этот счёт не знаю, – пробурчал Рион, глядя в пол и не понимая, с какой целью выпалил эти слова.

Однако такое раскрытие души отец не оценил и решил закончить диалог, возвращаясь к своей первоначальной цели.

– Как я и сказал ранее, мне абсолютно всё равно, что ты там чувствуешь к этой девочке. У тебя нет других вариантов.

Резкий прилив адреналина пробудил в Орионе желание крушить всё на своём пути, а если быть точнее, то, что находилось в комнате.

– Хватит истерить и не забудь мои слова. Через одиннадцать дней в четыре утра за тобой приедут люди.

Отец не то чтобы вышел из комнаты, а вылетел, чуть ли не выбивая дверь. После его ухода в комнате осталась витать напряженная атмосфера, не дающая возможности успокоиться. Всё, на что падал взгляд Ориона, побуждало в нём всё большее желание испортить целостность вещи. Стул, стол, кровать, и он даже взял уже вазу в руки, чтобы разбить её о пол, но вовремя одумался.

"Нет, это мне не поможет решить проблему. Потом еще ругань бабушки слушать…"

Аккуратно поставив вазу на подоконник, Рион обессилено упал на кровать. В его голове всё снова и снова прокручивались слова отца, и на глазах стали проступать слезы. Ему ранее не приходилось проявлять свои эмоции на людях и боясь быть замеченным, тот схватился за голову, пряча взгляд.

Услышав шаги, парню подумалось, что это отец. Орион сел на край кровати. Как только до него донёсся уже родной и испуганный дрожащий голос, то Рион сразу же пробудился от своей ненависти, обращая своё внимание на маленькое ходящее солнце, освещающее всё пространство при своём появлении.

Ориону было крайне сложно сообщить подруге о своем отъезде – она этому тоже не обрадовалась бы. И это было сильнейшей правдой. В её глазах парень увидел столько грусти и непонимания, что в какой-то момент пожалел о произнесённом.

Теперь Рион неосознанно пытался запомнить каждый её жест, улыбку, смех. Он точно знал, что рано или поздно это всё закончится, и Мирабель останется лишь в воспоминаниях, но в тот момент он не хотел об этом задумываться.

После объятий с Мирабель парень всегда чувствовал себя лучше, как будто она ими была способна не то, чтобы исцелять, а возрождать.

Расставаться с ней в конце дня ему было по-особенному тяжело, словно уже тогда им приходилось прощаться навсегда. Ри не отходил от её дома, пока девочка не скрылась за дверью. Домой он шел вновь опустошённым. Придя к себе, парень пожелал бабушке с дедушкой спокойной ночи.

Как только он закрылся в своей комнате, то эмоции сразу же накрыли его с новой силой. Слова отца и Мирабель закружились в голове, словно в быстром вальсе.

Чтобы не тревожить бабушку с дедушкой, Орион лёг на кровать лицом в подушку и только тогда дал волю рыданиям. Сложно было понять, от чего именно. То ли просто от усталости из-за отсутствия выбора, права на мнение, на своё слово. То ли от того, что всё вокруг было, словно, против его счастья. В голове мелькали теплые воспоминания, связанные с бабушкой, дедушкой, друзьями, Мирабель. Как бабушка успокаивала в сложные моменты, помогала с учёбой. Как дедушка учил его основным знаниям и техникам работы. Его поддержки Рион практически не получал, но даже просто присутствие Филиппа облегчало ситуацию.

Бабушка с дедушкой заменили парню родителей. Они всегда были рядом, несмотря ни на что. Да, они не всегда были к нему справедливы, да и разногласия были, но у кого их нет. Ссоры и ругань тоже были, но по сравнению с положительными эмоциями, это всё не имело значения. Безграничная любовь ко всем людям из его окружения переполняли сломленную душу.

И теперь, после такой новости от отца, Риону нужно было от всего этого отказаться и идти против своих желаний и мечтаний.

Немного успокоившись, парень попытался найти положительные стороны во всей ситуации. Он перевернулся на спину, остановив свой взгляд на потолке. За всё время ему не удалось схватиться хоть за что-то хорошее, и парня вновь накрыло воспоминаниями.

Лёжа в слезах, Рион подумал, что ему никто не будет запрещать писать всем письма, сообщая о своих новостях.

«Но как же объятья, улыбки, смех, грусть? И всё это я не будет видеть ближайшие пять лет».

Парень вновь сменил позу: лёг на бок и свернулся в комок, словно потерявшийся и замёрзший котёнок. В таком положении ему нравилось спать в глубоком детстве и так ему удавалось достаточно быстро засыпать, но не в этот раз. От солёных слёз ему стянуло кожу лица. В душе Риона словно образовалась зияющая дыра. Такое в своей небольшой жизни ему ещё не приходилось ощущать и парню очень хотелось верить, что это в первый и последний раз.

Теперь Рион понимал, что его жизнь разделится на до и после, перевернувшись на все 180 градусов. В голове не укладывалось, что через одиннадцать дней жизнь парня больше не будет прежней, и он не будет просыпаться в своем доме, зная, что его ждут и любят.

Проведя всю ночь в размышлениях и опустошённом состоянии, Орион даже не заметил восхода солнца. Заснуть так и не получилось. Из-за того, что он больше не менял положение, всё его тело ужасно затекло. Недолго думая, Рион решил немного размяться и походить по комнате, но, подумав, что такого пространства ему маловато, пошёл в гостиную. В ней всё также витала напряжённая атмосфера вчерашнего вечера. От нахлынувших воспоминаний парень съёжился, по телу пробежались мурашки. Еле передвигая ноги, он подошел к окну и посмотрел сквозь грязноватые стекла. Как назло, глаза Ри наткнулись на бегающую по своему участку Мирабель. Такую счастливую и беззаботную, словно ничего и не произошло. Почему-то ему подумалось, что даже после отъезда она особо не заметит исчезновения друга. От этой мысли на глазах парня проступили слезы.

Вдруг Рион услышал шаги в комнате бабушки с дедушкой и скрип открывающейся двери. Быстро смахнув стекающую слезу, он повернулся в сторону исходящих звуков.

– Ой, напугал ты меня. Что ты здесь так рано делаешь? – сонным голосом спросила у Ри бабушка.

– Да так, что-то не спится, – парень потер кулаком глаза.

– Понимаю, ой, – бабушка Нюра схватилась за поясницу, – понимаю. Эта ночь, наверное, у многих из нас была бессонная.

Бабушка решила не отставать от внука и также подошла к окну. На ее лице промелькнула ухмылка. Рион проследил за её взглядом: конечно, она увидела Мирабель.

– Тебе правда она симпатична?

От неожиданного вопроса парень опешил.

– Не знаю, – ничего лучше не придумав, произнёс тот, почесав затылок.

– Ну я так и поняла. Ладно, тебе и так сейчас сложно, не буду допытывать.

– Спасибо, – на выдохе проговорил Орион.

Завершив неудобный диалог, Нюра с внуком принялись завтракать. Дед всегда встает позже бабушки, поэтому его они дожидаться не стали.

Прошедшая ночь дала Риону понимание о том, что жить с мыслью о своём отъезде краше судьбу не сделает, а настроение ухудшит. Поэтому парень принял решение забыть о прошедшем и жить как раньше, не думая о завтрашнем дне, чтобы всё шло так, как шло.

6 глава

Утренняя прогулка пошла Мирабель на славу – отяжеляющие мысли немного развеялись вместе с ветром.

Накладывая себе завтрак, девочка всё ещё ощущала лёгкую прохладу ветра, который всего мгновение назад обдувал её лицо. Быстро перекусив, Мира сделала свои домашние дела, не менявшиеся изо дня в день. Ближе к часу дня её начало клонить в сон, но, как только она заметила улучшающуюся погоду, это желание сразу отпало.

Мирабель выбежала на улицу в своей белой рубахе и туфлях без каблука, собрав волосы в не тугую косу. Как и любой другой девочке её возраста, Мире хочется одеваться в нарядные объемные платья, подобранные под дорогие украшения и красиво собранные волосы, но в их арсенале лишь однообразные и ничем не примечательные платья, идущие комплектом с такими же туфлями.

На улице солнце пекло намного сильнее, чем с утра, хоть ветер и остался таким же мягким, словно объятья с каким-то дорогим человеком. Мирабель решила пройтись по деревне и понаблюдать за жителями. Выйдя на тропинку, девочка встала перед выбором: либо пойти налево – в сторону дома Ри и дальше, мимо луга, к другим жителям, либо направо – в сторону поля, на котором трудились взрослые. Недолго думая, она выбрала второй вариант.

Мирабель пошла медленными шагами, дабы успевать осматриваться и впитывать летнюю красоту. Всё такой же лёгкий ветерок колыхал листья деревьев, создавая некую колыбельную. Вдоль тропинки были высажены стройные берёзы. Рядом с каждым домом находилась территория для высадки овощей, а если её не было видно, то значит, что она находилась за домом.

В своих туфлях Мира чувствовала каждый камешек на дороге, создавая не самые приятные ощущения. Вдруг девочка услышала такие же размеренные шаги за спиной, но не обратила на них должного внимания. В их деревне хоть было и не очень много людей, но на тропинках иногда встречались.

Впереди виднелось поле, на котором в сгорбленном положении работали жители разных возрастов. Если приглядеться, то можно было даже издалека увидеть, как они все устали. Молодые девушки и пожилые женщины, все они трудились не покладая рук. Пока Мирабель шла в своих мыслях её кто-то резко схватил за плечи и потянул в сторону. В этот момент её сердце чуть не выпрыгнуло из груди, а ноги стали ватными. Мира попыталась обернуться, чтобы увидеть того, кто её испугал до таких чёртиков, но у девочки всё никак не получалось.

– Куда идете, миледи? – послышался грубый мужской голос из-за спины.

– Ч-что? – из-за испуга девочка не узнала своего голоса.

– Ты так моего голоса пугаешься словно не узнала, – после этой фразы прозвучал звонкий смех Риона.

– Святые! Ты зачем меня так пугаешь, дурак, – толкая в бок произнесла Мира. – Ещё бы чуть-чуть, и тебе бы пришлось объясняться перед моими родителями, что произошло и почему я бледная, как снег.

Рион все также продолжал смеяться и держаться за живот, чуть ли не катаясь по дороге от смеха. Мирабель лишь фыркнула и пошла дальше, не решая присоединяться к этому затяжному развлечению

– Да подумаешь, я знаю, что тебе тоже смешно, – утирая слезы от смеха, произнес Рион.

– Да-да, очень смешно, просто обхохочешься, – остановилась девочка, скрещивая руки на груди и смотря в его бесстыжие глаза.

– Ты что, серьезно обиделась? Эх, ничего ты не понимаешь, – с лёгкой ухмылкой сказал Ри и щелкнул подругу по носу. – Ладно, обиженка, куда собиралась-то?

– Во-первых, я не обиделась, а значит и не обиженка, – девочка развернулась к Риону, указывая на него пальцем. – Во-вторых, какая разница куда я собралась?

– Да, не обиделась она, видела бы ты своё выражение лица, – немного посмеиваясь, проговорил Ри. – Но мне на самом деле просто интересно, куда ты собралась. Или это уже считается великой тайной?

– Подожди со своими вопросами. Ты мне лучше вот что скажи: как ты заговорил тем голосом?

Парень приподнял бровь, понимая, что это прекрасный случай для повторной демонстрации своего таланта.

– Ты про этот прекрасный бархатный голос? Да, знаю, он прекрасен.

– Именно про этот «неотразимый» голос, – в такой же шуточной манере продолжала Мира, закатывая глаза к небу.

Парень искренне не понимал, как ему удавалось выдавливать тот голос, но сам он получал необыкновенное удовольствие от результата.

– На твой вопрос я ответил, теперь отвечай на мой.

Мирабель молчала.

– О-о, а у тебя я смотрю уже проблемы с памятью, старушка, никакая ты не миледи.

– Не перебивай мои мысли, я помню вопрос. Никуда я не собралась, просто вышла погулять, дома всё равно делать нечего.

Засунув руки в карманы своих легких черных брюк, Рион медленно, словно наслаждаясь своим повседневным голосом, спросил:

– А почему не пришла ко мне и не позвала тоже пойти, мне, может, тоже нечего было делать?

Мирабель уставилась на него, пытаясь понять, шутит он или нет.

– Да ладно, – из-за его резкой смены томного тембра на звонкий и веселый, девочка немного опешила, – ты видимо все ещё не поняла, какой я гениальный шутник, но тебе, как истинной старушке такая оплошность простительна. К тому же, я сам только недавно освободился от дел и увидел, как ты выбежала из дома.

– Ничего я не выбегала, – уперев руки в боки, проговорила Мирабель.

На самом деле, как только она увидела хорошую погоду, то сразу же вылетела из дома. Мира никогда не думала о том, что будет говорить, из-за чего частенько попадала в неудобное положение. Брови Риона мгновенно поползли наверх.

– Поня-ятно, – протягивая гласные, начал он, – мало того, что меня боишься, так теперь и врёшь. Да-а, не ожидал я от тебя такого.

– Ой, вот не начинай только.

Ребята держали свой путь в никуда, за ни зачем и разговаривая ни о чем. Они полностью погрузились в спокойствие от простого нахождения друг с другом. Им не требовалось множество слов, чтобы чувствовать себя комфортно. Друзьям хватало перешептываний листвы, что говорила вместе с теплым летним ветерком. Изредка Мира и Рион пихали друг друга в бок, что вызывало у них искренний смех.

Все их разговоры были поверхностными и не уходили в совместные душевные терзания, но каждый из них боролся со своими крутящимися вопросами, так и оставляя их на корне языка, проглатывая все сильнее. И был у них один вопрос на двоих, задавать который не осмеливался никто:

«Как тебе удается сохранять позитивный настрой, не смотря на произошедшее?».

Состояние Риона выдавали хотя бы синякам под глазами, а вот Мирабель как была свежей и веселой, так и осталась.

К тому моменту они уже обошли всю деревню, но не собирались останавливаться. Недосказанность переплела их руки, не давая возможности разойтись по домам.

– Может, – Рион почесал затылок, – ты хочешь у меня что-то спросить?

Конечно ей хотелось, но комок слов, пытающийся переползти на кончик языка, вызывал не самые приятные ощущения. Неуверенно по размахивая руками, Мире всё же удалось выдавить из себя тот самый вопрос.

– Ничего себе неинтересные вопросы. На самом деле я об этом тоже недавно задумался и, на удивление, точного ответа не нашёл. Просто, если взять позавчерашний день, то я очень нелегко его пережил и, – Рион замолк, – как бы мне ни было стыдно это признавать, но той ночью я то и дело, что рыдал, – парень отвернул голову от своей подруги.

Глаза Мирабель округлились, а его щёки кажется даже порозовели.

«Дура я, дура».

Только девочка пообещала себе, что будет хорошо думать перед тем, как что-то спрашивать и все же не смогла изменить себе. Ранее Мире даже в голову не приходило, что тот Рион, которого она знает, умеет плакать.

– Извини за такой вопрос. Если не хочешь, можешь не продолжать.

– Да что уж, раз вопрос задан, то я должен на него ответить, – на самом деле для него это было возможностью наконец выговориться, скинув хотя бы небольшой груз своей боли. – Когда ты пришла после отца в комнату, мне стало легче, правда. Я ещё боялся, что зайдет бабушка или дедушка, а если бы они меня увидели в том состоянии… Не хочу, чтобы они лишний раз переживали.

– Если тебе станет легче, я могу тебя ещё раз обнять, – Мирабель считала, что может избавить таким образом человека от боли, переняв её на себя, но и пользовалась своим жестом она лишь с избранными.

– Было бы неплохо.

Ри присел на корточки, становясь на уровне Миры и после объятий он и впрямь ощутил облегчение. Ему это всегда помогало.

– Так вот, после полученной информации, которая меня просто убила… Извини, но я не могу её тебе пока рассказать и не знаю даже когда удастся, – Мира понимающе кивнула. – После всего, мне было крайне тяжело, и даже не знал куда себя деть. Ты очень мне тогда помогла, даже не подозревая об этом. Всю ночь я провёл в огромном количестве мыслей, которые просто не хотели укладываться в голове. В итоге, тогда я не спал всю ночь. Весь день со мной была бабушка – дед уехал по каким-то своим дедовским делам. И хоть я и пытался скрыть своё состояние, Нюра всё равно всё видела и чувствовала. Мы с ней обсудили прошлое, настоящее, будущее, что творилось у меня в душе, и после вроде как успокоился. Хоть разговор и помог мне снять первичное напряжение, но страх всё равно утяжеляет мое существование. На людях я надеваю что-то вроде маски, показывая, что со мной всё хорошо. И как бы я ни хотел всех обманывать о своём состоянии, я понимаю, что у вас свои проблемы и нагружать ещё и своими… Это было бы максимально не по-мужски.

– Но сейчас ты же смог мне почти все рассказать. Надевать свою маску передо мной не нужно. Я хоть и не всё смогу понять, но постараюсь.

– Ты – это другое. Тебе я могу всё рассказать, но и ходить постоянно грустным и с плохим настроением тоже не хочется, – Рион поймал себя на мысли, что слишком разговорился. – Однако ты всегда можешь поделиться со мной всем, о чём ты думаешь, даже если это что-то плохое и связано со мной, – с легкой ухмылкой произнёс он.

– Жизнь тебя, видимо, ничему не учит, – девочка покачала головой. – Может, у тебя есть ко мне какой-то вопрос?

– Знаешь, на самом деле да, но я их не могу сформулировать. Слова как-то путаются, – парень потер лоб.

– Прости ещё раз.

– Забудь, главное, что обсудили тот момент. Но тут уже должен извиняться я – занял всё время нашей прогулки.

К тому моменту ребята вернулись к дому Миры и прощаясь, Рион кинул на прощанье:

– Пока, старушка, не врежься в дверь.

Отвлекшись на пробегающую кошку, девочка врезалась в дверь. Звонкий смех Риона оказался оглушительным. Парень сел на корточки, чуть ли не задыхаясь.

– Это карма, – через смех крикнул он.

– Ой, всё, иди от сюда.

Мире было крайне тяжело скрывать и свою реакцию от такого, поэтому, как только зашла домой, то наполнила пространство своим заливистым детским смехом.

7 глава

Утро. День. Вечер. Ночь. Не важно. Главное, что во всей стране было всего несколько мест, вечно покрытых густым и непроглядным туманом, и самым известным была гора Сартаз.

Об этой горе несколько веков ходили десятки легенд. Хоть каждая из них и гласила о своём, но все они сводились к одному и единственному концу – гибели каждого, кто осмеливался вступить в этот туман. Те, кто туда уходили, больше никогда не возвращались. Эти истории пробуждали в жителях страх самого тумана – наверное, поэтому они в них верили очень долгое время.

Но другая часть населения, которая не поддалась на эти мифы, и те, кто знали на самом деле, что скрывалось в тумане, никогда этим не делились с другими. Во-первых, других не переубедишь, если только они сами не проверят, а, во-вторых, им нравилось наблюдать за незаинтересованностью пугливых людей в правде.

Семья Мирабель принадлежала к тем, кто знал правду, но самой девочке об этом никто никогда не рассказывал, пока ей самой не предоставилась возможность увидеть всё своими глазами.

Верхушка горы была увенчана замком, покоившегося на своем месте более двух веков и то, как его установили на такое место, долгое время оставалось также неизвестным. Кто-то предполагал, что он высечен в горе; кто-то – что гору обрабатывали несколько лет, чтобы была возможность построить, но всё было куда проще: во времена освоения территории люди искали самое безопасное место для постройки замка, и нашли его на этой горе. Её вершина была будто срублена и идеально подходила для расположения резиденции.

В конце шестнадцатого века некий Грегор Киндэс вступил на престол. Народ его выбрал самостоятельно, так как прошлая династия была полностью истреблена за предательство своего государства. Из-за прошедших событий, народ относился положительно к новому правительству. За время своего правления Грегору удалось поднять много городов и деревень с низов, буквально возрождая из пепла. Он дал начало одной из самых долгих династий, что видела история их страны. В отличии от других больших государств, что окружали с двух сторон, их страна имела более менее устоявшуюся власть.

У Грегора Киндэс было пять детей: три сына и две дочери. Сам правитель и четверо из его отпрысков умерли во время эпидемии чумы. Здоровье выдержало только у старшего сына Габриэля – во время пика заражаемости он был в отъезде: находился за границей по просьбе отца. Неизвестно, специально отец таким образом сохранил жизнь своему сыну или нет, но вне зависимости от обстоятельств, жители были ему благодарны.

Габриэль был словно копией отца, как внешне, так и внутренне. Он был такой же благородный, честный, любящий человек. Женился он на госпоже Элизе, которую встретил как раз таки во время своей поездки за границу. Она родила ему две дочки и сына, которого любила даже больше собственного мужа, а если быть точнее, то Габриэля она не любила вовсе. Побуждения Элизы выйти за него замуж были совершенно эгоистичны – чтобы сделать своего будущего сына королем. Она этого добилась, отравив Габриэля через свою наемную служанку. Конечно, она позаботилась о неразглашении этой тайны, но какой ценой никто не знает и сейчас.

В семнадцатом веке на престол вступил сын Элизы – Эдгар. Он был очень богат, унаследовав от отца приличное наследство. Эд был избалован безграничной любовью своей матери, переходившая все рамки дозволенного, позволяя сыну всё и не упрекая ни за что. Он не забывал также вести разгульный образ жизни, пропивая все возможные и невозможные деньги. В таком состоянии следить за своей страной было просто невозможно. Народ его ненавидел, устраивал протесты, пытаясь свергнуть правителя, но его жена – Ив – предпринимала все возможные попытки, чтобы их угомонить. Как раз её народ и любил. Она всегда старалась помочь людям, раздавала нуждающимся все, что им было нужно. Для них она была личным солнцем, единственным источником света во всей этой суматохе и неразберихе.

Из-за своего разгульного образа жизни у Эдгара было шестеро детей. Из них четыре дочери и два сына. Старшего звали Джон, а младшего Томас. Эду было абсолютно все равно на всех, кроме матери. Она практически одна воспитывала шестерых маленьких детей. Говорить, как ей было сложно – это ничего не говорить.

Томас был самым младшим не только среди братьев, но и в семье в целом. Он рос маленьким проказником, за которым было невозможно уследить. Том постоянно всем надоедал, везде бегал и что-то ломал. Ив не могла сидеть только с ним, поэтому приняла решение не обращать на него внимания и вовсе. Таким бездействием она совершила огромную ошибку.

В один из зимних дней дети гуляли на улице. Кто-то играл в снежки, кто-то катался с горки, а кто-то просто лежал в снегу. Братья играли в снежки только вдвоем, не допуская к опасному развлечению сестер. Джон пытался делать небольшие снежки, чтобы брату не было больно, но младший не считал это нужным. Томас делал снежки размером с голову и со всей силы кидал в старшего брата. В один момент ему совсем стало скучно кидать лишь снег, и мальчик решил кидать снежки, внутри которых прятал ледышки больших и малых размеров.

В момент Джона окликнула одна из сестёр. Парень, не задумываясь, повернулся к ней, и в этот же момент ему в висок прилетела глыба льда. В глазах темнело, ноги подкашивались. Все сестры мигом оказались у старшего брата. С их стороны доносились всхлипывания и фразы:

«Очнись», «Открой глаза», «Ты нас слышишь?», «Мама! Позовите маму!», «Томас, ты что сделал?!».

Эти фразы кружились в воздухе, словно ураган, вызывая в теле Томаса дрожь, но он не чувствовал ни обиды, ни тяжести на душе от содеянного. Ему было абсолютно всё равно. Белый и пушистый снег медленно становился алого цвета, а из глаз сестёр неумолимо текли слёзы, падая на уже мёртвое тело старшего брата.

После этих событий Томасу, конечно же, не досталось от отца, выпившего как всегда больше нужного, но мама была в бешенстве. Она была готова сделать всё что угодно, но простить себя за недосмотр никак не могла. Погрузившись в разочарование в себе, Ив не ела, окончательно перестала следить за детьми и помогать населению. Сёстры переняли эту ответственность на себя по собственному желанию. Эдгар стал выпивать ещё больше только после смерти старшего сына, но подобное совпадение он отрицал. Правитель не смог пережить боль утраты и в один из дней перешёл грань и выпил уже непозволительно много алкоголя.

Через месяц на престол вошёл Томас. По образу правления он не сильно разнился со своим отцом. Даже его жена была чем-то похожа на Ив. Единственное отличие – меньшее количество выпитого алкоголя.

В их браке было четверо детей. Первым ребёнком был сын, вторым и третьим – дочери, и последним – сын, умерший сразу после рождения вместе со своей матерью. Она не смогла пережить свои четвёртые роды. Томас хоть и был разгильдяем, но жену свою любил искренне. Она, наверное, была единственным человеком, которого он любил. Смерть жены окончательно выбила его из колеи, что подкосило также и народ. Но истории их семьи не переставала находить совпадения с предшествующим. Смерти Тома была идентична причине смерти его отца – спирт.

Следующим королем стал его сын – Фред, которому абсолютно не было дела до всего и всех. По словам Фреда, его детство было крайне тяжелым. Эту фразу он использовал всегда, когда не хотел что-либо делать или не мог придумать стоящую отговорку. Его жена также не была заинтересована в помощи своему народу, детям или кому-либо ещё. Жители вновь устраивали протесты. Они долго молчали – несколько десятков лет. Разногласия и непонимание с двух сторон достигли апогея. Протест происходил за протестом, но никто так и не осмеливался даже близко подходить к замку, поэтому все попытки народа шли впустую. Фред, конечно же, знал о происходящем, но никак на это не реагировал. Он был максимально спокойным и ни о чем не переживал.

Их дети были копией Фреда. До конца семнадцатого века они ничего не меняли, никак не улучшая и не ухудшая жизнь населения. Жители уже свыклись со своими проблемами, из-за чего протесты прекратились.

Но восемнадцатый век начался с лучшего. На престол вступил Бредли – праправнук Фреда. Он хотел изменить эту страну. Придумывал стратегии для улучшения условий жизни. Все его в этом поддержали и предлагали свои идеи. Народ практически сразу стал ему доверять. Им всем надоела застоявшаяся жизнь, народ хотел перемен и они их получили.

Началась война. Город за городом, деревня за деревней – всё разрушалось и приходило в негодность. Бредли был слишком молод для построения и подготовки серьёзной, сильной армии. Ему в помощь приходили старые записи его дедов. Хоть они и не стремились к изменениям, но к возможной войне всё равно готовились. Благодаря неплохо прописанным стратегиям Бредли смог удержать позиции, и, к слову, война была выиграна. Несмотря на это, потери оказались невероятно огромными, и в семьи не вернулось множество сынов и мужей, но главное – победа и практически не разрушенные центральные города.

На этой войне погибло два сына правителя. Две дочери помогали матерям в городе следить за маленькими детьми. Спустя несколько месяцев после военных действий у Бредли родился ещё один сын. Сам король скончался от остановки сердца, когда его младшему и единственному сыну исполнилось шестнадцать.

Следующие правители пытались восстанавливать страну от последствий войны. Это происходило крайне медленно, но главное, что не было застоя. Люди были только рады изменениям в лучшую сторону, хоть и уставали от бесконечных строек.

В конце восемнадцатого века правителем был суровый Гамильтон, которого побаивались даже самые дерзкие в своих высказываниях люди. Он держал всех в ежовых рукавицах, не давая никому спуска. Его войска были воспитаны, дисциплинированны и готовые даже среди ночи биться насмерть. Гамильтоном гордились, его почитали, и, на удивление, любили. Его женой была хрупкая девушка, имя которой история то ли забыла, то ли специально замалчивала, словно она ничего не сделала на благо государства.

У них было пятеро детей: три дочери и два сына. Старшего назвали Ричард, а младшего Роберт. Как раз во время правления Ричарда сейчас и живет Мирабель.

Ричард был копией своего отца. Скорее всего, жители даже и не заметили бы смену правителя, если бы им об этом не сказали. Всё такой же суровый, жесткий и с железной хваткой человек. Его жена была такой же хрупкой девушкой, но её происхождение кардинально отличалось от бывших жен королей.

Однажды Ричард был в разъездах по деревням, где он случайно пересёкся с юной девушкой Софи. Их роман был максимально тайным и скрытым от посторонних глаз. Ричард, понимая, что скоро взойдёт на престол (его отец был тяжело болен), хотел видеть эту голубоглазую, хрупкую девушку рядом с собой. Поначалу она не знала о его статусе, но после раскрытия карт стала побаиваться такого высокого положения её избранника и столь низкого своего.

Брать в жены девушку такого низкого положения было непозволительно и позорно, из-за чего Ричард долго ломал голову, пока одним вечером он не понял, что сможет объявить Софи баронессой, но сделать это надо было крайне аккуратно, чтобы не вызывать никаких подозрений. Через некоторое время ему удалось провернуть свою идею, но единственное, что оставалось – поменять ей имя. Она стала Кейт.

– Очень красивое имя, – застенчиво прошептала она.

– Я долго выбирал и рад, что тебе оно пришлось по душе, – засунув руки в карманы, искренне произнес Ричард.

Года шли, а детей у них так и не было. Жители пускали грязные слухи про Кейт, которые доходили как до неё самой, так и до Ричарда. Никто из правителей не был в восторге от происходящего, но и убивать всех причастных к слухам было бы неправильно. Подослав своих людей в столицу, Кейт узнала, кто был источником слухов – младший брат Ричарда. Роберт всегда знал правду, и ему не нравилась ни правда, ни сама Кейт (для него она всегда оставалась Софи). Он долго испытывал её терпение, и однажды девушка не выдержала. Своей любимой и самой преданной служанке Кейт дала маленькую скляночку с ядом, который должны были подсыпать Роберту. Всё произошло так, как она и планировала, Роберта не стало.

Король несколько месяцев допрашивал слуг, возможных свидетелей, но все труды были тщетны. Если бы в один момент он не наткнулся на ту склянку, в прошлом наполненную ядом, спрятанную в горе мусора на кухне. Когда-то он уже её видел в том же месте, но по своей глупости не обратил на неё должного внимания, так как у Кейт множество безделушек. Теперь же пазл в его голове стал складываться самым неожиданным образом.

Ричард не хотел в это верить – любимая девушка убила его родного брата. Да, может не самого лучшего и любимого, но брата. Спустить подобное с рук он никак не мог. У него был только один выход – ответить убийством на убийство: таковы были правила. Но Ричард не хотел, чтобы такое видели все, кто захотят. Он не хотел быть униженным и опозоренным, ведь такое не пройдет для него бесследно.

Казнь прошла в присутствии только самого короля, его жены и палача. На следующий день Кейт объявили погибшей от тяжелой и неизлечимой болезни. Король долго переживал эту утрату, но, время шло, а детей от Кейт у него всё же не было – опасно для династии и государство.

В срочном порядке Ричард начал искать себе девушку и спустя несколько недель поиска ему удалось найти Даяну, что напоминала ему Кейт своими чертами и повадками. От этого брака у них две дочери, да и только. Ни одного приемника.

– Всё, теперь твоя душа спокойна? – сонным голосом спросила у дочери Луиза.

– Да, но как-то у них всё было сложно и страшно.

– А как без этого? Всё только так и происходит в мире.

– А Ричард ведь и сейчас правит с Даяной?

– Да, так и есть, – зевая, проговорила мама.

Мирабель зазевала параллельно с мамой, промямлившая что-то невнятное, сворачиваясь в клубок.

8 глава

Рассказ Луизы про историю правящей династии завладел сильным вниманием Мирабель. Девочке было тяжело уместить весь восторг в своем маленьком теле и она приняла решение, что Рион будет лучшим дополнительным сосудом. Днём Мира быстро нацепила свое лёгкое голубоватое платье и направилась к дому друга. Девочка все утро прокручивала у себя в голове их будущий диалог, представляя реакцию Ориона.

Как только Мирабель занесла кулак над дверью его дома, то резко вспомнила о стуке «для своих». Долго девочке пришлось стоять у входа, копаясь в своих воспоминаниях. Все это не приводило Миру к разгадке.

Отчаясь, девочка осела на ступеньки, постукивая себя кулаком по лбу до того момента, пока наконец то самое воспоминание не всплыло в голове – «Ри ударил кулаком в дверь… пауза… Так он повторил ещё два раза».

Мирабель повторила нужную комбинацию, но так и не услышала за дверью шаги. "Неужели ошиблась, и сейчас ко мне выйдет дед с ружьем?". Она еще раз повторила удары и вновь тишина. Былой азарт угасал с каждой новой паузой. Мирабель разочарованно опустила голову. Уже развернувшись, девочка услышала осторожные шаги за дверью. Мирабель резко встрепенулась и с пробудившейся надеждой посмотрела в сторону двери. Со скрипом, не торопясь, та начала отворяться, и за ней показалась бабушка Нюра.

– Ой, Мирабель, это ты? Ты уж прости, что я так долго не открывала дверь. Задремала слегка.

– Извините, что разбудила. Я не хотела вас потревожить, – щёки Миры стали покрываться румянцем. – Мне бы с Рионом увидеться.

– Да уж вряд ли ты ко мне решила заглянуть, – по-доброму усмехнулась Нюра, – Он сегодня с раннего утра уехал с дедом покупать всё самое нужное для отъезда, а то выяснилось, что у него много чего не хватает.

Мирабель переступала с ноги на ногу.

– А завтра?

Бабушка Нюра тяжело вздохнула.

– Завтра он тоже будет занят и всё так же с раннего утра, – увидев лёгкую печаль в глазах девочки, она продолжила. – Ты его тоже пойми, такой важный период жизни у него начнётся скоро, ему нужно очень хорошо подготовиться. Последнее время он даже со своими друзьями не видится, что и для них не в привычку.

– Да, я представляю, – хотя на самом деле не очень-то она и понимала этого. – Ну ладно, всё равно спасибо вам за информацию и простите меня ещё раз, что потревожила ваш сон. До свидания.

– Ничего страшного, всегда будем рады тебя видеть. Пока, Мирабель.

Мирабель сгорала от интереса – куда, почему и зачем Рион уезжает. Она могла бы спросить у его друзей, но они с минимальной вероятностью рассказали бы ей правду. Однако совсем оставлять этот вариант девочка не хотела.

Раз уж Мирабель не удалось поделиться своими впечатлениями про династию с Рионом, то следующей своей жертвой она выбрала свою подругу – Роуз. С ней они уже общались около двух лет. Роуз была старше Миры на два года, а жила та всего через улицу.

Первая их встреча произошла, когда их семьи работали на поле. Тогда они одновременно пришли их навестить, но, так как Мире было только четыре года, то она пришла с Рионом в качестве сопровождения.

– Видишь эту девочку? – немного толкая Миру, прошептал Рион.

Мирабель кивнула.

– Мне про неё бабушка уже все уши прожужжала, что вот какая хорошая девочка. Как по мне, – Орион прищурился, – так самая обычная.

Мирабель решила с ней познакомиться, так как подруг у нее всё не было, а общаться хотелось не только с курами.

– Я Роуз, но можно просто Роза, – с лучезарной улыбкой произнесла та, протягивая Мире руку.

Длинные чёрные волосы, вьющиеся на концах, были слегка взлохмачены и разбросаны ветром на белоснежной коже. Темновато серо-голубые глаза были обрамлены длинными ресницами, что чуть ли не касались бровей. Оттенок глаз Розы был схож с озером во время приближения грозы.

– А это твой брат? – указывая пальцем на Риона, произнесла Роуз.

– Нет, слава кому-либо. Это всего навсего мой друг Ри.

– А почему это слава кому-либо? – с лёгким недоумением спросил он. – Мне, конечно.

Раньше Мирабель чаще общалась с Розой, но после того, как стало известно об уезде Риона, то все изменилось. Девочки любили пообщаться ни о чем, проводя так большую часть своего времени. С Рионом так делать было сложнее.

Семья Роуз выходила за рамки понимания Миры. Мама всегда при деле – то в доме, то в поле. Отец тоже работает, но как только возвращается домой, то не делает ничего, кроме разжигания внутрисемейных костров. Он постоянно повышал голос на Розу, на её маму, сестер и братьев. В их семье было шестеро детей: две дочер и четыре сына. Роуз – самая младшая из них.

Больше всего удивляло в данной семье общеизвестное рукоприкладство. Мирабель иногда замечала синяки на руках подруги, что заставляло ее волноваться с каждый разом все больше. Но на удивление Миры, по Розе нельзя было сказать, что она несчастна и практически каждый день проживает в страхе. Её улыбка и блестящий взгляд могли указывать лишь на то, что у девочки самая добрая семья из всех.

В начале общения Мирабель по-настоящему не замечала за подругой плохого настроения, но чем чаще они проводили время вместе, тем лучше у Миры получалось считывать истинные эмоции.

Друзья Риона, про которых напомнила бабушка Нюра, как раз таки были одними из братьями Роуз. Один из них Джеймс, а другой Раймон. Они были двойняшки, но внешне можно было смело сказать, что между ними разница как минимум год. Братья ровесники Риону.

У Джеймса были светло-карие глаза, которые с самого начала общения гипнотизировали своей теплотой. Каштановые волосы средней длины вились на концах, также, как и у Розы. Густые брови, прямой нос с легкой горбинкой и узковатые губы. Всё это идеально сочеталось с мягкими чертами его лица.

Раймон же был гораздо выше своего брата, а лицо его имело угловатые резкие черты. Прямые брови, прямой нос без единого намека на горбинку, тонкие губы, которые он как будто бы всегда поджимал. Его голубые глаза под палящим солнцем приобретали ледяной отлив. А светло-русые волосы, которые Раймон считал своей гордостью, всегда старался зачесывать назад.

С Джеймсоном общение у Миры заладилось практически сразу после знакомства, а вот с Раймоном они были словно два магнита с одинаковым полюсом.

Мирабель, осознав, что давно не общалась с подругой, решила заглянуть к ней в гости, по пути уделив своё внимание природе. Она наблюдала за птицами, что перелетали с ветки на ветку. Какие-то из них сидели в гнездах, из которых слышался писк птенцов. Ветви некоторых деревьев были склонены крайне низко, да так, что, подпрыгнув, Мира могла бы оторвать листок, каждый из которых не был похож на какой-либо другой, поэтому, девочка любила их время от времени разглядывать. Однако делать это летом было не так интересно как осенью, когда их оттенки невероятным образом сочетались между собой, окрашивая всю окружающую среду в различные цвета.

Наблюдая за природой, Мира не заметила, как пришла к дому своей подруги. Их жилище было двухэтажным, раскрашенным в синий и белые цвета. Над вторым этажом (в крыше) находилось маленькое круглое окошко – чердак. Подойдя к двери, перед которой находится несколько ступенек, Мира облегченно выдохнула, понимая, что у них нет никаких опознавательных знаков. Сразу же после ударов в дверь послышались быстрые шаги, которые замедлялись при приближении к двери.

– Это кто? – произнес звонкий голос.

– Это я, Мирабель.

Послышался щелчок задвижки и дверь моментально открылась. На пороге стояла худая девочка с собранными в хвост короткими черными волосами. Роуз сразу же бросилась обниматься.

– Ты чего так долго ко мне не заходила? – Роза легко ударила подругу по плечу.

– А ты сама почему тоже не заходила? – Мира выставила руки в бока.

– Я заходила, но тебя постоянно не было дома. Я начала отчаиваться уже настолько, что хотела пойти к Риону спрашивать, куда ты запропастилась.

Мирабель искренне извинилась перед подругой за свою пропажу. Ей и самой не нравилось такое стечение обстоятельств.

– А где ты пропадала-то? – девочки стали проходить в дом.

– Да там столько всего произошло, что дня не хватит рассказывать.

– У меня как раз есть такой день.

Когда Мирабель впервые зашла домой к Розе, то ее поразили масштабы комнат. Хоть дом Миры также был двухэтажный, однако выглядел он куда меньше. Мебель вся деревянная, с изящно выпиленными узорами, зеркала, находящиеся практически в каждой комнате – всё это производило на девочку ни с чем не сравнимое впечатление. Но было и сходство между их домами – расположение комнат. Гостиная и кухня на первом, жилые комнаты на втором этаже и на третьем чердак.

– А что у вас на чердаке находится?

Роуз пожала плечами.

– То же, что и у всех.

– Я не знаю, что у всех там находится, – опуская в пол глаза, произнесла Мира.

– Ты сейчас серьезно говоришь? У тебя же у самой он дома есть, – девочка кивнула своим мыслям. – Тогда сможем подняться посмотреть, только переоденусь, – с легкой улыбкой произнесла Роза, направляясь в свою комнату.

Пока девочка переодевалась, то Мирабель бесцельно ходила по коридорам, рассматривая то потолок, то стены. Роуз выпорхнула из своей комнаты так неожиданно, что Мира подпрыгнула на месте. Теперь уже подруга была в новой рубахе с красными узорами на рукавах. На ногах – туфли бежевого цвета, а волосы она решила распустить, поэтому её черные короткие пряди, которые чуть сильнее, чем ранее, вились на концах, контрастируя со всей остальной одеждой.

– Ну что, как я выгляжу? – Роуз покрутилась.

– Прекрасно.

– Спасибо, тогда отправляемся на чердак.

Лестница на третий этаж находилась в углу, поначалу Мира её даже не заметила. Она выглядела так, будто ей уже лет пятьдесят, не меньше, из-за чего не внушала доверия от слова совсем. На мгновение Мирабель подумала, что не так уж ей и хочется смотреть чердак. Роза уловила недоверие подруги и сразу же поспешила сказать:

– Давай сначала я полезу, а потом ты, чтобы, если что, тебе помочь забраться.

Мирабель с восхищением смотрела на Розу, что бесстрашно и легко поднималась по ступенькам, да ещё и в длинной рубахе.

– Теперь ты. Только не беспокойся за свое платье, всё с ним будет хорошо. Главное – крепко держись руками за края лестницы.

«Легко сказать», – подумала Мирабель, но сразу же вспомнила, что несколько секунд назад Роуз все продемонстрировала. Первый шаг Миры дался тяжело, так как она не переставала беспокоиться о платье, что только недавно мама вычистила и выгладила. Второй дался ей легче. Оставшиеся несколько ступенек девочка преодолела с тем же трудом, но зато практически поднялась. На предпоследней ступеньке Мирабель не понимала, как так нужно ступить, чтобы не упасть обратно, поэтому Роза смогла приподнять девочку за руку и поставила на соломенный пол чердака. Само собой, он деревянный, но сверху был покрыт соломой.

На третьем этаже было слишком жарко и душно по сравнению с остальными этажами. Вокруг было темно, поэтому поначалу они смогли углядеть лишь витающую в воздухе пыль, подсвеченную солнечными лучами, что пробивались через маленькое круглое окошко. Под ногами слышался хруст соломы и скрип деревянных досок. С каждым шагом Мире казалось, что вот-вот пол проломится.

– Не бойся ты так, всё нормально, пол крепкий, проверен годами.

С этими словами Мирабель двинулась к какому-то огромному ящику. В нём валялась куча перьев, выбившиеся из льняного мешка, находящегося неподалеку от самого ящика. Пройдя чуть дальше, девочка увидела огромную кучу сушёного лука и разных трав. В другой стороне лежала стопка различных бумаг. Мирабель заинтересовано начала их рассматривать.

– Если я не ошибаюсь, то это рисунки моего деда или прадеда. Кого из них, точно не помню. Он рисовал то, как хочет видеть мебель в нашем доме и таким образом продумывал всё до мелочей. Собственно, вся мебель, которую ты можешь увидеть в доме, – его рук дело.

– Потряса-ающе-е, – сидя на корточках и рассматривая рисунки, прошептала Мира.

Они молча рассматривали все бумаги, уделяя как можно больше внимания на мелкие узоры. Последние листы Мирабель осматривала уже одна – Роуз отошла к окну, греясь под лучами солнца.

– Ну вот, собственно, всё, что здесь хранится. По сути, ничего необычного.

– Я бы так не сказала. Рисунки были очень красивые, – Мира подошла к подруге.

– Разве что они, – Роза лучезарно улыбнулась Мире.

Вглядываясь в вид из окна чердака, девочки заметили две знакомые макушки, направляющиеся в сторону дома. Джеймс и Раймон.

9 глава

– Не думала, что они вернутся так рано, – с легким разочарованием произнесла Роуз.

Девочки направились в сторону лестницы, решив не задерживаться на чердаке. Как только Мирабель вновь оказалась у злополучных ступенек, то недавно пережитый страх вернулся к ней. Чтобы хоть немного отвлечься от скорого спуска, она решила не прекращать диалог.

– А откуда они вернулись?

Роуз повернулась спиной к лестнице и начала аккуратно по ней спускаться.

– Они работали на поле. В какие-то дни они рыхлят почву, в какие-то удобряют, а когда-то и то, и то.

– А где третий брат? – начиная спускаться по лестнице, проговорила Мира.

– Он продолжает работать, – спрыгнув с последней ступеньки и отряхивая руки, продолжила Роуз отвечать на вопросы подруги. – Арчи работает полноценно на полях оттого, что ему уже четырнадцать.

После первого знакомства с Розой Мира расспрашивала её о всех остальных членах семьи. Тогда и выяснилось, что первый брат, как и сестра, которая является самым старшим ребенком в семье, уже женились и жили в соседних деревнях. Однако на счет Арчи она мало что знала, да и видела его единожды. Роуз про него рассказывала, что он практически ни с кем не разговаривал, так как младшие дети ему никогда не были интересны, а со старшими разговор не клеился.

– Сможешь спрыгнуть с последней ступеньки или тебе помочь?

– Я сама попробую.

– Не буду мешать, – с этими словами Роза отошла в сторону, сложив руки в замок и наблюдая за потугами подруги.

Мирабель опускала со ступеньки и ставила обратно то одну, то другую ногу, но так и не сумев перешагнуть свои страхи.

– Можешь дать мне руку? – Мирабель повернула голову в сторону подруги.

– Ох, самостоятельная ты наша, давай.

Мира цокнула языком, притопнув ногой, насколько это позволяла сделать узкая и неустойчивая лестница. Чуть не упав, девочка поняла, что сделала это зря – ещё бы чуть-чуть, и она полетела бы на пол с предпоследней ступеньки. Роуз успела среагировать и подхватила Миру за талию, аккуратно опустив на пол.

– Всё? Теперь не будешь выпендриваться?

– Я подумаю, – Мирабель вздернула нос чуть ли не к потолку.

Как только подруги спустились на первый этаж и подошли к выходу, братья принялись стучать в дверь, ошибочно предположив, что она закрыта изнутри на щеколду. Роуз крикнула им, что вход открыт, и, не успев дотянуться до ручки, дверь распахнулась, и первое, что они увидели, так это ехидную улыбку Раймона, что стоял со скрещенными руками на груди.

– А почему это две девочки находятся в незапертом доме?

– Отстань, Раймон, – пихая брата в сторону, огрызнулась Роуз.

Парень встал у неё на пути.

– Хорошо, – выдыхая, продолжила она, опуская голову вниз. – Достопочтенный брат, не соизволите ли вы сойти с моей дороги и пропустить меня с этой прекрасной леди на улицу?

– А ты еду нам состряпала? А то мы после работы очень хотим плотно поесть.

– Да, всё стоит на столе и ждет вашего присутствия на трапезе, – приглашая рукой в дом и отходя чуть в сторону, произнесла Роуз.

Заливаясь от смеха и держась за живот, Раймон продолжил:

– Ой, вот так бы всегда – и я был бы безмерно рад находиться в этом жилище.

– Ладно, Рэй, хватит издеваться над девочками, – подключился к диалогу Джеймс, всё это время стоявший за спиной брата.

– И давно ты таким интеллигентом-то стал? – проходя в дом, продолжил Рэй.

– Пораньше твоего. Впрочем, обед может подождать и два прекрасных отрока могут составить компанию дамам.

– Это, прости меня, кто? Я бы с удовольствием прошлась с такими, да только не знаю, где искать, – произнесла Роуз.

– Так мы вдвоём, – показывая пальцем то на себя, то на Раймона проговорил Джеймс.

– А, пф-ф, ты про этих «прекрасных отроков». Тогда, пожалуй, откажусь.

Мирабель лишь поддакнула подруге, решив хоть как-то поучаствовать в диалоге.

– И зачем ты из себя джентльмена тут строил, если можешь нормально разговаривать? – проходя дальше в дом, поинтересовался Рэй.

– Да это я просто решил тебе подыграть, – Джеймс положил руку на плечо брата

– Да, конечно, я так и понял.

После этих слов Роза с Мирой закрыли дверь с обратной стороны, начиная отдаляться от дома.

– Во дураки у меня братья. Не повезёт же их будущим женам.

– Если такие вообще будут.

– Верно подмечено.

Мирабель вспомнила, что так и не рассказала о произошедших событиях подруге, и поэтому, чтобы обсудить всё без лишних ушей, Роза предложила им пойти к озеру, которое было одним из уединённых мест в деревушке. Вприпрыжку девочки добрались до места назначения, не переставая при этом напевать песни. Вскоре перед их взором появилось лазурное озеро – единственный водоём, который им удавалось видеть в своей жизни, но они были убеждены, что красивее и умиротворение места нет нигде.

Девочки спускались к песку по склону, предвкушая предстоящие несколько часов разговоров. Только ступив на помост Мира начала свой рассказ. В него она включила и историю про рыбалку, и поход к Риону домой, и разговоры с родителями и с другом о своих чувствах и переживаниях, которые тогда заполняли ее душу до краев.

– Слушай, я, конечно, ничего не хочу сказать, но, по-моему, ты променяла нашу дружбу на Риона.

– Надеюсь, что ты сейчас просто неудачно пошутила, так как в последние дни мы встречались больше случайно, чем специально. Да и он скоро уедет на несколько лет, так что…

– Что, прости?! Куда уедет? Зачем?

– Ой, а я это тебе ещё не сказала?

– Нет, ты про это ни слова не произнесла, но теперь я не то что удивлена твоим рассказом – я шокирована.

– Я тоже была шокирована не меньше твоего, поэтому понимаю, но я сама ничего про это не знаю. Он сказал, что мне это не нужно знать, да и я особо не просила.

– Как это ты не просила? Ты была обязана попросить его объясниться, иначе что нам вообще думать?

– Я сомневаюсь, что он вообще хоть кому-нибудь рассказал всю суть своего отъезда. Даже твоим братьям, но можем спросить, когда обратно пойдем.

– Обязательно, так и сделаем, – Роза активно почесала свою макушку, пытаясь уложить всю информацию от Миры в голове. – Так, и что ещё произошло в твоей жизни?

– На самом деле больше ничего, но мне мама такое рассказала…

– Что именно? – обратилась она ко подруге, уже заранее округляя глаза.

Немедля, Мирабель начала свой рассказ, который пока что хорошо помнила. Ей никогда в жизни не могло взбрести в голову, что ей удастся с таким неподдельным интересом рассказывать историю династии. Несмотря на свою память, рассказ Миры выдался лишь слегка скомканным, но подруга всё не переставала демонстрировать свою заинтересованность.

– То есть вот там и правда есть замок, – Роза указала рукой на гору, вершины которой всё так же тонули в густом тумане, – но только он не такой уж и загадочный и опасный, как про него все говорят?

Мирабель учащённо закивала.

– Удиви-ительно. И почему я раньше не задавалась этим вопросом? Но зато я теперь одна из тех, кто знает правду. Это радует.

Наконец Мирабель смогла поделиться тем, что томилось в её душе, так и не находя выхода. После не затяжного молчания Мира решила спросить о событиях, произошедших в жизни Роуз.

– У меня? Да у меня по сравнению с твоими историями вообще ничего не произошло.

Мира поддержала свою подругу, внимательно ее слушая.

– Значит, мой старший брат сообщил о беременности своей жены. А старшая сестра, родила два дня назад дочь, я попросила, чтобы она её назвала Мирабель.

– Ха-ха, надеюсь, она не согласилась.

– Почему же? Они с мужем это имя стали рассматривать, как и остальные ими выбранные. В принципе всё, больше у меня нет новостей.

– Ну знаешь, это немало важно. Такой наплыв известий про детей я не слышала до сегодняшнего дня.

– Хотя нет, есть ещё кое-что… Только мне немного стыдно такое рассказывать, – оглядываясь по сторонам, продолжила Роуз.

Мирабель придвинулась к Розе, готовясь к секретам.

– Мне понравился мальчик.

Мира удивленно посмотрела на подругу.

– А что в этом плохого?

– Ну как сказать… Просто, если об этом узнают мои братья, то они меня засмеют. Раймон уж точно.

– Плевать на него, да и как он об этом узнает, – Мирабель не задавала вопроса, так как было понятно, что никак, разве что если не услышит от самой Роуз.

– Не знаю, но от этого мне страшно.

– Так и кто этот счастливчик?

Роуз не переставала озираться по сторонам в поисках интересующихся людей и ёрзала, сидя на помосте. Мира положила руку ей на спину, пытаясь хоть немного успокоить.

– Это мальчик, который живет через дом от моего.

– Стив?

– Не-ет, он слишком стар для меня.

– Двадцать не так уж и много, – с усмешкой продолжила Мира.

– Эй, – толкая подругу под рёбра, возмутилась Роуз, – ты что, надо мной решила поиздеваться? Подруга ещё называется.

– Не обижайся, я же пошутила. Это Эрик?

– Да, у меня других соседей и нет.

– И как давно?

– Около полутора недель назад. Я тогда выходила кормить скот у нас на участке.

Роза рассказала, что была одета как обычно в незамысловатый рабочий день – в длинную рубаху. На голове бардак примерно такой же, как и на чердаке. В общем, была она не в самом лучшем виде. Роуз, заметив сомнительное движение на огороде, примерно в полсотне километров от нее. В тот день все должны были работать на главном поле, но никак не на огороде. Розу не на шутку испугало присутствие незнакомца: вдруг кто-то хочет уничтожить их урожай? В момент, девочка решила аккуратно подойти ближе и, поначалу, парень долго её не замечал. Он обратил на неё внимание только тогда, когда девочка подошла вплотную к огороду и крикнула:

– Ты кто и что здесь делаешь?

Он же медленно повернулся в её сторону, приглядываясь.

– А ты кем, собственно, будешь?

– Я здесь живу, но ты ведь так и не ответил на мой вопрос.

После этого парень стал подходить ближе. Расстояние между ними стремительно сокращалось и только тогда Роуз смогла заметить, что до этого незнакомец вспахивал землю, которую ее семья оставила не засеянной на это лето. Девочку одолело чувство стыда, ведь она отвлекла парня от работы, за которую ему, скорее всего, платили. У него были очень широкие шаги, поэтому к концу её размышлений он стоял от нее в двух метрах.

– Живёшь здесь, но не в курсе, что я у вас работаю и помогаю с огородом? Удивительно – проговорил парень, осматривая Розу с ног до головы.

Только тогда она вспомнила, как выглядит, и, чтобы не показать своего смущения, Роуз решила не молчать.

– К твоему сведению, меня не вводят в курс всех домашних дел.

– Но зато теперь знаешь. Эрик, – подходя ещё ближе и протягивая ей отряхнутую об штанину руку, повернутую ладонью вверх, произнес он.

Роза опешила и не сразу поняла, что к чему. Она медленно подавала ему свою руку, а он в свою очередь аккуратно обхватил её ладонь и поцеловал в костяшку среднего пальца. И все же щёки Роуз предательски покраснели.

– Роуз, но можно просто Роза.

Ребята обменялись любезностями.

– Ты, наверное, знаешь, но я живу через дом от вашего.

– Да, слышала такое, но не признала, поэтому извиняюсь, что отвлекла тебя от работы.

– Ха-ха, ну по сути, ты это сделала, хоть и не осознанно, в минус для своей же семьи, поэтому мне не особо обидно. Тем более, я хотя бы с кем-то познакомился из вашего дома. Работаю у вас я, если что, через день, когда-то через два. Перерыв у меня один, но его больше трачу на еду, чем на общение. Если ты будешь не против, то я могу к тебе иногда заходить, просто пообщаемся.

– Нет, я не против. Если что, то обычно я освобождаюсь часам к трём.

Эрик сообщил, что намерен наведать Роуз через два дня, но так и не сдержал своего обещания. Она переживала весь свой рабочий день и усиленно ожидала весь оставшийся.

Пока девочки все обсуждали, то солнце к тому моменту медленно клонилось к горизонту, птицы прятались в своих гнездах и всё меньше слышались их мелодии. Лёгкий ветерок, что вызывал приятную прохладу на теле, мог в ближайшее время усилиться, особенно у берега озера, волны которого тихо ударялись об основание помоста.

Мира с Розой медленно встали и уже собирались покинуть место разговора, ведь им вдвоем надо было готовиться к приходу родителей.

– Завтра сможем встретиться? А то мы еще много чего не обсудили, – тихо, чтобы не нарушать гармонию природы, проговорила Роуз.

– Да, в три часа дня на этом же месте.

Распрощавшись, девочки обнялись и разошлись по разным сторонам, сохраняя приятное тепло душевных разговоров.

10 глава

На следующее утро Мирабель вскочила с кровати сразу же после крика петуха. Ночь выдалась у нее практически бессонной из-за периодически возникающего желания поскорее услышать новые истории Розы.

В комнату бил яркий солнечный луч, согревающий деревянные половицы. Мирабель надела свою повседневную длинную рубашку и направилась кормить кур. Зайдя в место их жития и заглянув немного вглубь, девочка заметила несколько яиц.

– Я надеюсь, вы не сильно будете против, если я их заберу у вас.

Время шло, а Мира всё так же продолжала разговаривать с животными. Девочка перебиралась от яйца к яйцу на корточках, стараясь быть незаметной для птиц. Сложив около шести яиц в корзинку, Мирабель поняла, что больше не видит ни одного и с небольшой корзинкой вернулась в дом, оставив собранное на кухне. На обратном пути девочка прихватила с собой ячмень, вспомнив, что позабыла накормить птиц.

После всех своих рутинных дел, связанных с животными, Мирабель наконец пошла завтракать. Сегодня у нее был ржаной хлеб, печёный картофель и вода. Подобный набор не вызывал глубокой любви к себе. Больше ей по душе приходилась мамина каша, но и от картошки было бы грех отказываться. Вариантов других у нее всё равно не было.

В нетерпеливом ожидании встречи со своей подружкой Мирабель не знала, чем себя занять. Большую часть времени она пряла нитки, другую часть потратила на небольшую уборку в доме. Как только она заметила, что время уходило за два часа дня, Мира поняла – больше ждать не может и отправилась в дом Роуз.

За дверью дома Розы прозвучал протяжный крик:

– Минуточку.

Мирабель облегченно выдохнула, до этого находясь в сомнениях, есть ли подруга дома.

– А ты чего так рано? – Роза выглядела запыхавшейся. – Мы же вроде на три договаривались, или я перепутала что-то? – девочка поправила свой переполох на голове.

– Нет, нет, всё нормально, ты ничего не перепутала. Просто я всё уже сделала и не смогла больше ждать.

Роуз понимающе закивала.

– Однако я пока не всё, но, если хочешь, можешь мне помочь, – приглашая в дом кивком, произнесла та.

В доме витал запах чистоты. Казалось, словно ни одной пылинки нет в этом здании.

– Ты убиралась? – приглядываясь, проговорила Мира.

– Да. Надеюсь, что это заметно.

– Очень даже. А в чём мне тебе помочь?

– Я не успела пока убраться у себя в комнате. Думаю, ты помнишь, где она находится.

Подтвердив мысль подруги, Мира поднялась на второй этаж и в тот же момент вспомнила, что забыла взять ведро воды. Бросив тряпку для мытья полов, она вернулась к лестнице и, начав быстро по ней спускаться, чуть не столкнулась лбами с подругой.

– Аккуратней, куда ты несёшься так? – с легким недовольством произнесла Роза. – А, ведро. Ты думаешь, что смогла бы его поднять?

– Приходилось и такое делать.

Роуз согнула руку в локте, обращая внимание подруги на то самое ведро.

– Ты только сильно не старайся в моей комнате. В ней нужно убраться лишь для галочки.

Кивнув и закатав рукава рубахи, сшитой на вырост, Мирабель приступила к работе. Как только она открыла дверь, то ей в лицо ударила жуткая духота, царившая в комнате, выходящей на солнечную сторону. Сделав всё для создания сквозняка и осмотрев зону работы, Мира поняла, что закончит тут быстро.

Заправленная кровать стояла напротив двери вдоль стены, тумбочка слева от входа, а справа зеркало во весь рост. Намочив тряпку в ведре и встав на колени, Мира приступила к протиранию полов. Всего пару раз ей понадобилось обмакнуть тряпку в ведре, чтобы доски блестели то чистоты. Второй подобной материей Мирабель начала смахивать пыль с тумбочки и зеркала.

Закончив свое дело, девочка схватила ведро и направилась к лестнице, где вновь столкнулась с Розой.

– А я так смотрю, это прям место нашей встречи, – с улыбкой произнесла она.

Роза забрала у Миры ведро, что-то бормоча себе под нос. Оказавшись на первом этаже, Роуз убрала все атрибуты в небольшой шкафчик под мойкой, и подруги двинулись на выход, держа вместе ведро с грязноватой водой. Подойдя к яме, в которую они опрокинули ведро с водой, Мирабель предложила сегодня поговорить не где-то на природе, а дома у Розы.

– Дома? – девочка призадумалась, направив свой взгляд в потолок. – Сейчас да и в ближайшие нескольких часов вроде никого не наблюдается… Так что думаю, что можно и здесь.

Недолго думая, девочки обустроились на диване на первом этаже, усевшись друг напротив друга.

– Ты остановилась на том, что Эрик так и не пришел к тебе.

– Ах да, точно. После примерно недельного отсутствия Эрика в моей жизни я решила его забыть, как страшно прекрасный сон. Но в один из дней я опять-таки выхожу к нам на участок утром и вновь вижу человека у нас в огороде.

– Эрик? – немного с опаской крикнула девочка.

Силуэт вдали повернулся в её сторону, и она увидела, как парень приложил руку ко лбу, закрываясь от солнца и приглядываясь.

– Роуз? – послышался голос парня.

Он всё так же, как и в прошлый раз, опустил рабочий инструмент и стремительно направился в сторону Розы. Девочка вся напряглась и, кажется, превратилась в натянутую струну. Эрик, оказавшись в метре от неё, заговорил:

– Ты прости меня, пожалуйста, что не пришел. Я правда собирался, но…

– Что но? – Роуз перебила его. – Я ждала несколько дней после, но всё было тщетно! А ты даже не удосужился сообщить мне об этом!

– Прости ещё раз, но я правда не смог – заболел. Я хотел тебе сказать, но не знал как, ведь мне неизвестно, умеешь ли ты читать.

Роуз только открыла рот, для оглашения новой партии возмущений, но сразу же осеклась, а предательские щёки вновь покраснели.

– Прости, что так накричала на тебя. Я-я не знала… прости меня еще раз, – смущённо проговорила Роза.

– Ничего страшного. Я могу понять твои недовольства и возмущения, которые вполне оправданы, – парень одарил ее легкой улыбкой.

– Мне кажется, ты зря на него накричала, – проговорила Мирабель.

– Ты даже не представляешь, насколько мне стыдно за своё поведение.

– Но знаешь, что хорошо?

– Что? – с надеждой в глазах спросила Роза.

– Что он не отвернулся от тебя и не повысил голос в ответ. Это многого стоит.

Чтобы надолго не отвлекать Эрика от работы, они решили вместе пройти в поле и продолжить диалог уже там. Парень кратко рассказывал о себе, о своей семье, не с большим интересом вдаваясь в подробности.

– А как он выглядит хоть, сколько лет? – прервала подругу Мира.

– А я не сказала? Он высокий, широкоплечий, брюнет с густыми бровями и карими глазами. У него слегка заострённые черты лица, да и в целом выглядит хорошо. Только вот возраст… А, вспомнила, ему четырнадцать.

– Вот это ты описание дала, конечно.

– Ну знаешь ли, я тебе кто, чтобы подробно описывать? Просто по общим чертам прошлась.

Прогулка Розы и Эрика была назначена на завтра и Мирабель, не теряя возможности, выдвинула небольшое условие:

– Только вы обязательно мимо моего дома пройдите. Я хочу на вас посмотреть.

Эрик, долгое время находившийся в согнутом положении, стал с тихим кряхтением разминать спину.

– Я хоть и смогу встретиться с тобой, но только лишь часов до шести, в крайнем случае до семи вечера.

– Я как раз до этого времени и смогу, – Роза могла находиться с Эриком до любого времени.

– Может, ты тоже что-то о себе расскажешь? А то я про тебя все еще знаю только имя да фамилию.

Тут Роуз моментально опомнилась, затараторив про свои многочисленные и в тоже время бессмысленные истории, наматывая круги вокруг работающего Эрика.

– И всё? – Мирабель удивленно уставилась на подругу.

Взгляд Розы нервно забегал по лицу Миры.

– После мы просто попрощались, и я пошла в дом, однако это уже не очень то и интересно.

– А как попрощались? – с лёгким прищуром спросила Мира.

Роуз встрепенулась, вспомнив о нерассказанном.

Эрик повернулся к Розе , опять-таки, опуская рабочий инструмент на землю и отряхивая руки от засохшей грязи.

– А как мне, собственно, к вам обращаться? – и протягивает вновь ей руку, повернутую ладонью вверх. – Просто Роза слишком просто для тебя.

В этот раз Роуз не растерялась и протянула ему свою руку.

– Как вам угодно.

– Так вот как, – целуя её руку, – тогда с вами приятно иметь дело, мадмуазель.

– Тогда я пропустила лишь небольшой смешок, но зайдя в дом, запрыгала от счастья.

– Это. Очень. Романтично.

– Согласна, согласна и ещё раз согласна, – Роза вскочила с дивана, запрыгав на месте, словно демонстрируя себя в тот день.

– Я так за тебя рада, – взяв подругу за руку и также пища от эмоций, проговорила Мирабель.

Через несколько минут в дверь постучали.

– Неужели уже прошло столько времени, что братья вернулись? – с недоумением спросила Мира.

Роза с недовольством направилась на звук.

– Открывай давай, братишки твои любимые вернулись.

– У меня таких нет, уходите.

Парни, быстро отчаявшись, произнесли свои имена. Как только дверь отворилась, то Раймон с Джеймсом вальяжно вошли в дом. Мирабель поприветствовала тех практически с искренней улыбкой.

– Привет–привет, – одновременно повторили они.

– Каким ветром занесло? – спросил Раймон.

– Каким надо, – ответила Роуз за подругу.

– Должен признать, сразу стало понятно. Про еду спрашивать, так уж и быть, не буду.

Роза сделала шутливый реверанс, благодаря своего старшего брата.

Джеймс и Раймон, словно хозяева, направились по скрипящему полу к лестнице, ведущей на второй этаж.

– Стойте! – окликнула их Мира, чему удивилась даже Роза, – у меня к вам вопрос.

Два брата медленно повернулись и на лице Джеймса застыло такое же удивление, как и у их сестры. Раймон удостоил Мирабель язвительной улыбкой.

– Слу-ушаю, – протянул Раймон, складывая руки на груди. На лице Джеймса отражалась заинтересованность.

– Что вам известно об отъезде Риона?

– А-а, так вот к чему ты все же неравнодушна, а если быть точнее, – Раймон запнулся из-за того, что Джеймс толкнул его под ребра, – то к кому, – парень сделал глубокий вдох. – Нам известно ровно столько же, сколько и тебе. Что уезжает через четыре дня на пять лет по каким-то важным делам. Какие именно дела, он не сказал, – протараторил Раймон, устремив незаинтересованный взгляд в потолок.

– Мы тоже спрашивали у Риона что да как, но он сказал, что нам это не нужно знать, – добавил Джеймс.

Мирабель поникла, поблагодарила братьев и медленно опустила голову.

– Не расстраивайся, – Роуз подошла сбоку и приобняла подругу, – это было ожидаемо, но попробовать стоило.

Как только Мира успокоилась и смогла подавить свою грусть, то решила собираться домой.

– Сможете погулять у нашего озера? – решила кинуть Мирабель Розе.

– А ещё что тебе?

Мирабель уставилась на Розу умоляющим взглядом.

– И как тут устоишь, – поглаживая по волосам Миру, проговорила Роза. – Ладно, дитё, уговорила. Жди нас там.

Мирабель радостно запрыгала, безостановочно благодаря подругу.

– А ещё…

– Ну что тебе еще?

– Можно про Эрика рассказать Риону?

– Нет, – резко возразила Роуз, – ни в коем случае.

– А вдруг он сам увидит?

Затяжное молчание постепенно угнетало Миру.

– Эх, ну только если сам увидит и этим, – указала она кивком на потолок, – ни слова не скажет.

– Он будет молчать как рыба, я прослежу.

Девочки залились смехом, так как обе понимали, что та никак не сможет за ним проследить.

11 глава

С двух часов дня Мирабель безустанно расхаживала по дому, в поисках занятия, что могло бы ее отвлечь.

Спускаясь со второго этажа, девочка услышала стук во входную дверь. Любые удары пугали ее и заставляли замереть с того дня у Риона дома. Вслушиваясь в каждый новый удар, Мирабель успокаивалась и увереннее направлялась ко входу.

– Кто? – окликнула Мира.

– А тебе было мало определенных ударов?

– Да, мало. Так кто это? – не переставала девочка.

– Ты что же, совсем позабыла всё, старушка? Это…

Мирабель быстро распахнула дверь и выкрикнула:

– Не смей меня так называть! – она сразу же собралась её захлопнуть, но нога гостя встала на пути закрывающейся двери.

– Отпусти её, – буркнула я.

– Если приглядишься, то заметишь, что я её и не держу, а просто подпираю.

– Значит перестань это делать! И ты так и не сказал, кто пришёл. Незнакомцев нельзя впускать в дом.

– И правда, – парень почесал подбородок. – К тебе пришёл я – твой верный друг Орион.

– Какой друг? Я таких не знаю, уйдите, пожалуйста.

– Ах вот как? Уже и не друг?

– Верные друзья не бросают на пять лет! – прокричала Мира, так и не совладав со своим голосом из-за подступивших слез.

– Так вот в чём дело… Тогда давай по-другому. Миледи, не соизволите ли вы впустить к себе в дом паршивца и мерзавца, который является или не является вам другом?

– Соизволю… – открывая до конца дверь и утирая нос рукой, промямлила Мирабель.

Оторвав взгляд от пола и устремив его чуть вверх, девочка увидела, что перед ней стоял всё тот же Рион, всё тот же друг. Однако смириться со скорой сменой ситуации у Миры всё не получалось. Лицо Ориона было полно радости, но в то же время и понимания. Парень прошёл в дом, неторопливо закрыв дверь, и после сразу устремился в гостиную.

– Я же правильно понимаю, что ты одна дома?

Девочка покорно кивнула. Рион повторил ее действие.

– Просто я бы хотел немного объясниться, так как понимаю и свою вину во всем этом, – почёсывая рукой затылок, произнес он. – Ситуация правда очень запутанная и я всё так же не смогу тебе объяснить, что происходит в моей жизни.

Мирабель продолжала неотрывно следить за другом и за тем, как он прохаживался из стороны в сторону.

– И не смотри на меня так. Не могу и точка.

– Я уже поняла, – девочка направилась к дивану.

– Вот так ты значит заинтересована в диалоге?

– Так я же сижу и слушаю, а не сплю.

– Тоже верно, – Рион продолжил ходить по гостиной. – Я знаю, что ты приходила и спрашивала, где я. Мне бабушка доложила о вашем разговоре во всех красках, и у меня появилось такое ощущение, словно я обманываю и предаю всех. Кстати, твои слова о том, что друзья не предают, очень меня задели. Я тебя не предаю…

– Но оставляешь на пять лет.

– Да, – Орион медленно направился в сторону подруги, – но ведь мы всё равно потом встретимся. Давай считать это моим небольшим путешествием, за время которого мы всё равно не перестанем поддерживать связь. Что думаешь?

– Но ведь, когда ты вернёшься, всё будет не так, как раньше.

– Да, будет по-другому, ведь мы вырастем и станем на порядок старше, но кто запрещает нам видеться и общаться?

Мирабель лишь пожала плечами в знак незнания ответа на данный вопрос.

– Ну вот видишь, и в этом нет ничего страшного, – Рион сел на корточки напротив Миры и большими пальцами рук начал стирать остатки слёз с ее лица. – Ты даже глазом не успеешь моргнуть, как я вернусь.

– А-а ты точно будешь со мной общаться в… сколько тебе тогда будет лет?

– Ха-ха, никак не пойму, ты то дитё, то старушка. Мне будет пятнадцать и да, буду. Какая разница сколько лет?

Мирабель вновь пожала плечами. Рион уселся рядом с подругой на диван.

– Ты не паршивец и не мерзавец, – промямлила Мира.

– Приятно слышать, но к чему это?

– Ты сказал, чтобы я впустила паршивца и мерзавца. Я хоть и впустила, но таковым не считаю.

– А, ты всё про это, – Орион пропустил смешок. – Я уже и забыл, но спасибо. Так чем ты здесь вообще занималась до моего прихода?

Настроение девочки резко улучшилось, как только она вспомнила про свою подругу и стала погружать друга во все свежие новости.

– Вот это я вовремя пришел. А что за друг? Я хочу знать всё про него и про их общение.

Мирабель начала с огромным интересом рассказывать всё, что знала, а память у нее на такие вещи хорошая. Рион внимательно вникал и удивлялся так, словно он был самой главной сплетницей деревни.

– И во сколько они будут здесь?

– В три он за ней зайдёт, а дальше, как получится.

– Я удивлён, что ты смогла её уговорить пойти на озеро.

– Поверь, я удивлена не меньше.

Часы показывали три, а это значило только то, что скоро ребята станут свидетелями зарождения новой пары.

– Как ты думаешь, он ей нравится? – искренне спросила Мира.

– Сложный вопрос, но думаю, что скорее да, чем нет.

Терпение у двоих закончилось куда быстрее, чем ожидалось, и Мира с Рионом приклеились к окну, что как раз выходило на озеро. Мимо проходили и взрослые люди, и дети, но в каждом из проплывающих силуэтов они пытались разглядеть Роуз с Эриком.

– А это не они? – Мирабель ткнула пальцем в окно.

– Похоже, что они, – задумался Рион.

– Да, да, точно они, смотри, шаги замедляют потихоньку. Нагнись только, я скажу, когда выглянуть, – Мира потянула парня за рукав вниз.

В сторону дома повернулась девочка с яркой улыбкой на лице. Роуз. Мирабель помахала рукой и улыбнулась в знак приветствия. Эрик шёл по правую руку от нее, поэтому не видел мимолетное взаимодействие подруг. На секунду Мира выставила вперед указательный палец, означающий подождать, и в тот же момент толкнула ногой Риона. Парень моментально вырос и показался в окне, но Роза не оценила его присутствия, выставляя наблюдавшим язык.

Мирабель с Рионом громко засмеялись и Роуз не смогла сдержать смешок, из-за чего Эрик повернулся в ее сторону и уточнил в чем дело. У наблюдающих был великий шанс оказаться замеченными. Ребята резко пригнулись и ударились лбами. От происходящего их хохот заполнял весь дом, забираясь во все недоступные для людей углы. Рион сидел под окном, заливаясь смехом, пока его подруга уже валялась на прохладных половицах. По щекам Миры текли слезы, но в этот раз лишь от смеха.

Как только ребята пришли в себя, они решили вернуться к наблюдениям за парочкой. На одном из помостов сидели двое людей и с их расстояния были видны лишь взаимодействия расплывчатых силуэтов. Орион не смог долго терпеть простого просмотра.

– Нет, ну ты представляешь? Целую рыбу поймал, а потом и ещё одну рыбку.

– Что ты несёшь?

– Я озвучиваю этого паренька, – Рион тыкнул в окно. – Ты только посмотри, как он активно жестикулирует.

Мира, по несложной логике, взяла на себя роль Роуз.

– Договорились. Так, значит, пошёл я в лес, а там белка размером с медведя. Я уж подумал, что со мной что-то не так, ну знаешь, с кем не бывает.

– Со мной.

– Ах да, дама или как он там её назвал?.. А, мадмуазель. Ничего больше не смог что ли придумать?

– А ты прям тот ещё фантазер: миледи, старушка и дитё – вот это наборчик, конечно.

– Так, – Орион выставил ладонь вперед, – неважно. Я лучше прозвища даю. Или ты не согласна?

– Согласна, согласна.

– Мы отвлеклись от главной нашей цели… И говорю я, значит, этой белке…

Озвучивание диалогов продолжалось крайне долго. Больше часа ребята придумывали незамысловатые диалоги, что скорее складывался нескладным и нелогичным, будто у них белая горячка.

Устав от разговоров, Рион с Мирой решили лишь повторять действия пары на помосте. Ходили взад-вперёд, прыгали… Мирабель все никак не могла понять, о чем те разговаривают, но уже и не нужно было – Роза с Эриком собрались расходиться ещё задолго до заката.

Мирабель усиленно ждала момента, когда парочка будет прощаться, так как Эрик наверняка бы поцеловал бы руку Роуз, как и раньше. Про это она Риону, само собой, тоже рассказывала.

– Вот гений. Весь грязный и ещё лезет целовать девушку. Никакого уважения.

Когда Эрик с Розой стали возвращаться на песчаную дорожку, то в момент девочка указала пальцем на дом подруги, параллельно что-то объясняя Эрику. Он понимающе ей кивнул и встал ровно перед ней, чтобы начать свой прощальный жест. Орион и Мира не стали пренебрегать повтором и данной сцены.

Рион встал напротив Миры, протягивая руку таким же образом, что и Эрик, даже не смотря в окно. Мирабель, в свою очередь, поглядывала практически за каждым жестом своей подруги, боясь сделать что-то не так. Взгляд Ри устремился на девочку.

– Не сочтёте ли вы за сложность, миледи?

– Нет, милорд, – Мира протянула ему руку.

– Ого, откуда таких слов набралась?

– Подготовилась, – откидывая прядку волос назад, произнесла Мирабель.

Взгляд Ориона всё так же не отрывался от девочки и, кажется, именно в тот момент она поняла, почему Роза так эмоционально описывала данную сцену. Хоть Мира и старалась показывать свою непосредственность в этом жесте, но внутри у нее всё сжалось в маленький комок. Рион поцеловал девочку в костяшку среднего пальца в тот же самый момент, когда губы Эрика коснулись руки Розы. Теперь уж ребята начали смеяться разве что от неловкости. Роуз направилась к дому Миры, а Эрик в сторону рабочего поля.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.