# Звездный Десантник - Проект легион

Дмитрий Сакчехен

Человечество давно вышло за пределы Земли, колонизировав Луну, Марс, спутники Юпитера и Сатурна, а также далёкие миры в поясе Койпера. Благодаря революционным технологиям — магнитным двигателям, сверхсветовым прыжкам и терраформированию — люди расселились по галактике, создавая новые дома на чужих планетах. Но с расширением границ пришли и новые угрозы: сепаратисты, религиозные культы, мутанты и таинственные враги, скрывающиеся в глубинах космоса. Александр Кутузов, бывший военный, а ныне школьный учитель истории, думал, что его дни сражений остались в прошлом. Он наслаждался спокойной жизнью в своём доме, рассказывая ученикам о великих космических кампаниях. Но всё изменилось, когда ему поступило загадочное предложение — присоединиться к «Проекту Легион», секретной инициативе Федерации, направленной на создание новой военной машины.

## Глава 1

Человечество несло в космос всё, что у него было: культуру, религию и, конечно же, войну. Начало космической экспансии человечества стартовало в 2030 году, когда ООН подписала Меморандум Циолковского вблизи космодрома Восточный. В этом документе все государства-члены ООН обязались нескольким важным принципам. Во-первых, это экономическая и технологическая помощь странам, не достигшим среднего уровня экономического развития, таким как государства третьего мира или слаборазвитые страны. Во-вторых, и это самое главное, все космические программы теперь объединялись в единую структуру, получившую название Объединённая Земная Космическая Программа, или ОЗКП.

Выполнение первого пункта Меморандума Циолковского привело к тому, что к 2047 году Объединённая Земная Космическая Программа (ОЗКП) получила невероятный импульс в ресурсах и технологиях. Были построены десятки новых космодромов, сотни шахт, предприятий, заводов и фабрик, которые выпускали тысячи тонн оборудования и материалов, необходимых для космической экспансии. Это стало возможным благодаря объединению усилий всех стран и перераспределению ресурсов в пользу научно-технического прогресса.

Вместе с развитием аэрокосмических технологий совершенствовались и экологические решения. Одним из ключевых достижений сталимодульные автономные фермы, которые можно было размещать в любых условиях — будь то центр пустыни или ледяные просторы Арктики. Эти фермы, работающие на основе гидропоники и аэропоники, производили достаточно пищи, чтобы обеспечить растущее население Земли, при этом практически не требуя плодородных земель и минимально влияя на окружающую среду. Это не только решило проблему голода, но и значительно снизило нагрузку на природу, позволив восстановить экосистемы, разрушенные десятилетиями интенсивного сельского хозяйства.

Параллельно с этим распространениеядерных реакторов, включая реакторы на основе быстрых нейтронов (БРЭМ), решило проблему энергоснабжения по всей планете. Эти реакторы были безопаснее, эффективнее и производительнее своих предшественников. Конечно, возникла необходимость в топливе для них, но сотни шахт по добыче урана, гафния и других высокоэнергетических руд справились с этой задачей. Энергия стала доступной и дешёвой, что ускорило развитие всех отраслей промышленности.

Таким образом, выполнение первого пункта Меморандума не только обеспечило человечество едой и энергией, но и создало прочную основу для дальнейшего освоения космоса. Это был первый шаг к тому, чтобы сделать Землю не только домом для человечества, но и отправной точкой для его звёздной экспансии.

К 2055 году Луна, вечный спутник Земли, стала новой ресурсной и производственной базой. Подземные города, построенные в бывших лавовых трубках, превратились в процветающие поселения. К 2070 году ОЗКП была реорганизована в Колониальный департамент Земли (КДЗ), который начал колонизацию Марса.

В 2089 году на Марсе вспыхнули первые военные конфликты. Объединённые силы Земли отправили свои войска для подавления сепаратистских движений на Красной планете. В ходе операции «Единение» сепаратисты были уничтожены, а заговорщики казнены.

К 2090 году человечество уже имело колонии на Луне, Марсе, спутниках Юпитера и Сатурна, а также дальние колонии в поясе Койпера. Главным вопросом стало преодоление скорости света. Первым решением стало неожиданное открытие: не поле на основе тёмной или антиматерии, не кротовые норы, а магниты. В ходе экспериментов были созданы магнитные источники, искажающие пространство вокруг объекта, позволяя ему двигаться со скоростью света без искажения времени. Изучая этот магнитный феномен, в 2104 году был изобретён первый двигатель, позволяющий космическим кораблям перемещаться быстрее скорости света. Магнитный двигатель позволял кораблям совершать сверхсветовые прыжки, а также создавать искусственную гравитацию на борту.

Благодаря этому уже в 2107 году первый колониальный корабль прибыл в систему Альфа Центавра, основав колонию на одной из планет, пригодной для жизни человека. С развитием магнитного двигателя и сверхсветовых прыжков человечество начало колонизацию галактики. Люди расселялись на множестве планет, как пригодных для жизни, так и требующих терраформирования.

И тут возникла новая проблема – терраформирование миров. В её решении помогли биологи и, неожиданно, войска радиационной, химической и биологической защиты (РХБЗ). В сотрудничестве они создали бактерию «Терраформер». Она запускалась на планету с помощью тактических боеголовок, которые распылялись в атмосфере и на поверхности. В ходе ядерных и биологических ударов планета окутывалась облаком, и бактерия начинала свою работу. Она могла завершить процесс за 5 лет, а могла и за 50. После этого появлялась планета с примитивной атмосферой, на которой ещё нельзя было дышать, но теперь в дело вступали терраформеры – установки, которые доводили атмосферу до нужного состояния. Затем подключались люди, заселяя мир своей флорой и фауной.

В ходе экспансии человечество встретило другие цивилизации, и, к счастью, они оказались мирными. Но люди несли в космос всё, что у них было, включая конфликты. Среди множества колонизированных миров были и те, кто, скажем так, не стремился к единению. Речь не только о сепаратистах. Религиозные культы, орды мутантов и бог знает что ещё – всё это стало частью новой реальности.

Одна из колоний, которая в течение десятилетий превратилась из демократической планеты в тоталитарную империю, где люди обязаны были аугментироваться во славу вождя или императора, стала ярким примером таких противоречий.

Сейчас, в 200 году космической эры, человечество объединилось в единое государство – Солнечную Республику, или Земную Республику. Главным органом власти стал Сенат или же Сенаторум. Прошло несколько десятилетий с тех пор, как колонии и некоторые миры восстали против Сената Солнца. Две военные кампании похоронили сепаратистов, но угрозы всё ещё существуют.

— Всем ясно? — крикнул я, школьный учитель на уроке истории. Бывший военный, а ныне историк Александр Кутузов. Мальчики и девочки сидели с таким видом, будто только пара из них действительно слушала. Я вздохнул и уже собирался продолжить, но тут прозвенел звонок. Каждый из учеников погасил голограмму своего экрана, схватил портфель и помчался к двери, бросив на ходу: «До свидания, мистер Кутузов!»

Заполнив пару документов и собрав свои вещи, я потянулся и отправился домой. Мой частный дом находился на краю посёлка, в российской директории на Земле. Тихий, уютный уголок, где можно было отдохнуть от шума и суеты.

По пути я проходил мимо огромного экрана с новостями. Там мелькали заголовки: «Новые технологии в производстве еды», «Глайдеры стали доступнее», «Аэрокарты для путешествий по Марсу» и, конечно же, реклама военной службы. Я хмыкнул и двинулся дальше. Дома меня ждал ужин.

Еды, как всегда, не было, но можно было заказать. Пачка суши — и я сыт. Заказ доставлялся за считанные минуты. Небольшой дрон прилетал быстро и без лишних вопросов.

Всё шло как обычно, пока я не заметил новое сообщение. Мой личный компьютер, состоящий только из голографического экрана и небольшого блока, мигнул, привлекая внимание.

«Есть предложение, мистер Кутузов», — гласило сообщение. Я пробежался глазами по тексту, но суть стала ясна только в конце. Военная кампания. Мне стало откровенно интересно, но в то же время я почувствовал раздражение. Опять эти военные. Нет, хватит. Не хочу. Моей пенсии и работы вполне хватает.

Но тут пришло ещё одно сообщение. Они что, следят за мной? Хотя, конечно, следят. Это же военные.

— И что вам надо? — сказал я вслух, будто кто-то мог меня услышать.

И снова сообщение. Любопытство взяло верх. Я открыл его и начал читать.

Хотим предложить контакт по уникальной службе. Вы, как ветеран двух компаний, нам очень нужны. С уважением, Военный Департамент Земли.

Департамент! Земли. Охерел я. Это не просто военкомат, а больше. Я мог отказаться, но мне стало еще интереснее. Решено — завтра пойду.

Завтра.

Военкомат как военкомат. Вот только позади него транспорт, да еще и военный. Маркировки мне не знакомы. Да куда там мне. Я хоть и ветеран, но не Рембо. Да, бывал в боях, да, убивал. Но не больше. Боевых выходов — не больше десятка. Я всегда был осторожен, и теперь я здесь.

Внутри было тесно. Кто-то служил, кто-то на срочку. Но я сразу заметил небольшую группу людей, стоящих у одного из кабинетов.

Сидящих я не знал. Так что просто сел. Да и никто не говорил. Все сидели и ждали своей очереди.

Вот и вышел очередной человек. Бурча что-то себе под нос, он прошел мимо. "Чего он несет? Бред," — подумал я.

Вот и моя очередь. Небольшой кабинет. Офицер в синем кителе с погонами полковника. Мужчина средних лет. Легкая бородка и короткая стрижка, по-военному.

— Товарищ Александр Кутузов, — начал он, просматривая документы. — Награжден серебряной наградой. Прошли две компании. Закончили в звании сержанта. Все так.

— Всё так? — спросил я, взглянув на мужчину, который протянул мне планшет с лёгкой улыбкой. На экране был текст документа под названием«Проект Легион». Специальный военный экспериментальный проект, проводимый для совершенствования военной машины Земли.

— Здесь не сказано, что это за проект, — заметил я, пробежав глазами по тексту. Документ был написан сухо, без конкретики, что меня откровенно смущало. Военные проекты редко бывают настолько стерильными. Обычно в них хотя бы упоминаются цели или задачи, но здесь — ничего.

— Это спецпроект по обкатке и выявлению проблем нового оружия, — пояснил мужчина.

— И что это? Автоматы, костюмы или что-то экзотическое? — поинтересовался я.

— Второе и первое вместе. Так что скажете? — он смотрел на меня с лёгким вызовом.

— Честно? Я тут просто из любопытства. Было интересно, что это за проект, — ответил я, понимая, что он ведёт меня к чему-то.

— Разве? Может, вас тянет? — он улыбнулся, словно знал, что я читал его сообщения.

— Ну да, — протянул я, понимая, к чему он клонит. Они следили за мной. — Почему я?

— Почему вы? — он задумался на секунду. — Среди всех демобилизованных вы являетесь неплохим кандидатом.

— Почему? — я наклонился вперёд, облокотившись на стол и сложив руки в замок.

— Первое: вы не погибли. Это очевидно. Второе: у вас неординарное мышление. В ходе боёв и обороны вы и ваши сослуживцы не только выжили, но и обратили противника в бегство или уничтожили его.

— Мало конкретики, — заметил я.

— Всё же это секретно. Так что скажете? — он смотрел на меня, ожидая ответа.

— Убедите меня, — резко выдал я, решив поддеть его.

Он усмехнулся и откинулся на спинку стула.

— Федерация сейчас в очень напряжённых отношениях.

— С кем? — я усмехнулся. — Свободные миры? Независимые планеты? Или что-то ещё?

— Всё вместе, — холодно ответил он. — В данный момент идут десятки мелких военных конфликтов. В основном это сепаратисты. Но есть и более опасные вещи. Сенат решил подготовиться. Идёт мобилизация. Строятся заводы, фабрики, верфи.

— Но? — я поднял бровь.

— Ресурсы. Редкие ресурсы. Они есть не везде. А у нас их много. Сами вспомните кампании.

И тут он был прав. Две последние кампании, в которых я участвовал, это показали. Первая была против открытых нацистов, а вторая — против сепаратистов, готовых вырезать всех несогласных. И это только крупные конфликты. А сколько было и сейчас идёт мелких стычек? Те же конфликты на лунах Трёх Сестёр, захваченных культами.

Что-то щёлкнуло у меня в голове. Надо подписать. Я не был ярым патриотом Сенаторума и Федерации, но я был военным. Когда-то я выбрал этот путь. Да, ради пенсии и спокойной жизни, но всё же...

Рука сама потянулась к документу.

— Собака ты, — выдал я, глядя на него. — Ты же знал, что сказать мне — Он лишь кинул.

## Глава 2

Оставив дом на друзей и знакомых (родных уже не осталось, а те, что были далеко, давно исчезли из моей жизни), я собрал сумку и отправился до пота. Сумка была лёгкой — несколько смен одежды, планшет, пара личных вещей. Ничего лишнего. Всё, что мне было нужно, уже ждало меня на базе.

До сих пор не могу понять, как я это сделал. Как подписал этот чёртов договор. Может, сыграло роль любопытство? А может, просто захотелось встряхнуться, вырваться из этой бесконечной рутины. Или, может, это была усталость — от тишины, от одиночества, от того, что каждый день стал похож на предыдущий. А может, просто подумал: «А хрен его знает что, посмотрим, что будет».

Бетонная площадка с приземистыми зданиями, которые служили малым космопортом. Вокруг собралась дюжина человек. Все такие же, как и я. Кто-то более ветеранистый, кто-то менее. И все так же непонятно, как приняли решение и подписали бумагу. Что-то объединяло всех нас, но что именно, я не мог понять. Пока не заговорил старший мужчина с сединой и небрежной бородкой. Его хриплый и прокуренный голос разнёсся даже в дальних метрах площадки. «Громогласный мужик», — подумал я.

— Чего, чего подписали? — начал он, оглядывая нас. — Две кампании, сколько лет вы все воевали. А скажу. Более 500 дней. Пятьсот дней боёв и военной жизни. Нет, товарищи, это не ПТСР или психоз. Это иное. Я бы сказал, что это военный инстинкт нового подсознания. Поясню. Это значит, что каждый из вас хочет чего-то нового. Другими словами, более понятными: вы, как и я, фанатики войны. Да, много заумных слов, но так и есть. Это не вид ПТСР или психоза, как я уже сказал. Это мы. Такие вот люди. Кто-то писатель, финансист или художник, а мы — военные.

— Чего-то не похоже, — отозвался кто-то из толпы. — Меня больше заинтересовал именно этот проект «Легион». А всё остальное — херня.

— Фанатики войны? — поддержал первого ещё один голос. — Фигня. Просто этот проект, в котором мы просто протестим новое оружие, и всё. Может, кто согласится, так это его дело. А твои слова — херь.

Дедушка сплюнул и топнул ногой. Никто его не понял. А вот я смог, хотя и не был согласен. Но говорить было не время. В этот момент на бетонную площадку приземлился корабль. Серебристый корпус, с четырьмя двигателями по бокам, тихо гудел, уже находясь на земле. В такой аппарат мог поместиться взвод в боевом снаряжении, а нас тут было всего человек семь.

Мы приземлились на военном полигоне где-то в глубинах Сибири. Вокруг такие же бетонные площадки и десятки зданий. Всё выглядело мрачно и функционально, как и подобает военному объекту.

Множество зданий, ухоженные дороги, ровно стоящие и строем шагающие военные. Где-то вдалеке бегали антитеррористические группы, выгоняли военную технику, а над нами, высоко в небе, но всё ещё видимым, был космический корабль.

К складу шли все, и это был пёстрый коктейль из людей всех наций и военных доктрин. Но, видимо, всех объединяли одно, все были с Земли. Хм, вот это интересно. Среди нас были африканцы, азиаты, арабы и ещё десятки других национальностей. Всех нас собрали здесь, словно для какого-то глобального эксперимента.

Мы пришли на склад, или ангар — массивное здание с бесчисленными ящиками. Один такой ящик мне приглянулся. Сложив вещи, я столкнулся с униформой, которую выдали прямо у входа. Переодеваться пришлось тут же, на месте. Так что мой левый глаз случайно зацепил полуголую девушку в чёрном бюстгальтере. Но ей, похоже, было всё равно.

И вот я стою, озираюсь. Куда дальше? Народ вокруг такой же, как и я: просто стоит и ждёт чего-то. И тут я заметил знакомое лицо — старика, которому форма шла как влитая. Он тоже меня увидел и подошёл.

— О, хоть одно знакомое лицо, — пробурчал он. — Я Сергей.

— Александр, — представился я, пожимая протянутую руку.

— Ну, будем вместе, хе-хе, — ехидно рассмеялся старик.

— С чего так? — нахмурился я, изобразив гримасу непонимания.

Старичок жестом подозвал меня поближе. Я немного наклонился, и он начал шептать:

— А я знаю, что за проект. — Шёпотом и так, чтобы никто не услышал, — добавил он, оглядываясь. Ну и хитрый дедок, подумал я. Какой весёлый в свои-то годы. А что ему? Омолаживающие процедуры, да плюс стволовые клетки. И будешь как в двадцать себя чувствовать. И при этом ещё и выглядеть солидно.

— А что это? — уже с интересом спросил я.

— А вот пройдёшь тесты — скажу. Тут будет три этапа: подготовка, оружие и последний бой. С ботами будут.

— А чего мне говоришь? — смутился я, подумав, что это тоже часть теста или что-то вроде того. Или дет поехал крышей.

— Из всех здесь присутствующих ты, как по мне, нормальный. Да и ты, внуку учишь мою. Ты же историк.

— А, — протянул я. — А чего тебя раньше не видел? Ничего, что на «ты»?

— Да не за что, говори. Я, скажем так, огородом занимался. А тут такое. Ну, вот мои каналы нашептали мне, и я тут как тут. А до огород уже как то надоел.

— Понятно. Так ещё долго ждать?

— А хрен его знает, — махнул старик. — Так как тебя зовут-то полностью?

— Александр Суворов, — гордо произнёс я, выпячивая грудь.

— Ишь ты, ха! Ну, мне спутник и попался. А я Сергей Сомов. Будем знакомы.

Ждать пришлось недолго. В помещение вошёл человек. Каменное лицо, короткая стрижка. Он встал по стойке «смирно», словно это его обычная поза. Его громогласный крик «Смирно!» пробудил рефлексы, которые спали глубоко в сознании. Все, кто стоял, моментально выстроились в ряд. Следующее, что он сказал, было: «Строиться и выходить!»

Колонна по три двинулась ровным шагом, в едином унисоне, до полигона. Там нас уже ждали наблюдатели. И тут началось. Бег, отжимания, подтягивания, работа с весом. Одним словом — физическая подготовка. Её я прошёл быстро. Как и Сергей. Старик оказался не просто качком, а настоящим суперчеловеком. Настолько быстрого и выносливого я ещё не видел.

Также я подметил ещё пару человек. Ту самую милашку в чёрном белье, которую я заметил раньше. И только сейчас я разглядел её получше: высокая брюнетка с вечно холодным и безэмоциональным лицом. Так, а она тут откуда? Вроде бы здесь только ветераны. Выглядит моложе. Я то бородатый.

Оглядевшись незаметно, я увидел ещё женщин. Их было четверо от общего числа. Как всегда, пока не нужно, не замечаешь. Хотя, что мне? Это не важная вещь. Ну, женщина, и что? Ну, она красива, и что? Враг, полезный инструмент или просто интерес? Нет, так что тебе надо, кожаный? — говорил мне мой мозг, пытаясь разобраться в этом всём.

Физическая подготовка закончилась, и нас повели кормить. Столовая была огромной, конечно, под наше число, да и, скорее всего, такая же по количеству солдат, которые обычно здесь питались.

— Ну, ты как? — похлопал меня по плечу Сергей. Ростом мы были одинаковые. — Качок, что ли? — усмехнулся он.

— Ага. Как ты. Тебе лет 170, а на брусьях так прыгаешь, словно гравитации не было, — парировал я. Сергей загагатал и рассмеялся.

— Это да. Кстати, говоря, видел? Часть людей отсеяли от нас.

— Да. Первые отсеявшиеся. Хотя странно. Парочка из них выполнила всё как надо, — заметил я. Это меня как раз смутило. Когда начались упражнения, часть тех, кого отвели, выполнили их — да ещё и похлеще, чем я. Они не возмущались, а смирно подчинились. Странно.

— Ммм, вкусняшка, — облизнулся Сергей. На столах была еда. Супы, каши, мясо — как варёное, так и жареное. Стейки, рыба, салаты, и к этому всему ещё и алкоголь, хотя нет его не было. И это норма. Военный кормили как надо.

Моя тарелка выглядела так: суп на первое, картошка с мясом на второе, сок. И чтобы не было проблем с ЖКТ, стакан белой субстанции — «Белок-45». Сергей, заняв столик, принялся за своё. У него был какой-то другой суп, стейк и тот же «Белок-45».

— Хочешь, аппетит испорчу? — не успел я начать есть, как Сергей уже заговорил.

— То, что мясо у тебя и у меня — переделанная генетически созданная человечина? — я уже догадался, что он скажет. Это была старая байка, которая ходила по войскам. Суть её в том, что якобы мясо, которое подают, — это выращенная человеческая плоть, переделанная для лучшего усвоения. Шуму было много, но оказалось, что это фальшивка. Мясо действительно было синтетическим, но созданным на основе свиньи, коровы и курицы, а не человека. Так что меня это не удивило.

— Не, так не интересно, — словно обиженно сказал Сергей.

Тут к нашему столу присели двое. Араб по имени Мали, невысокий, но крепкий, и здоровяк выше двух метров по кличке Юго — африканец с ярко-синими глазами, которые словно светились.

Разговор с ними завязался быстро. Мали начал с того, что рассказал о тех, кто ушёл. А Юго вдруг начал говорить что-то о человечине. Мали чуть не подавился, потеряв аппетит, а Сергей только усмехнулся, явно довольный тем, что его шутка получила продолжение.

— Кстати, вспомнил, — начал я, глядя на Сергея. — А что за философию ты выдал в порту?

Сергей, пережёвывая кусок стейка, вопросительно посмотрел на меня. Потом остановился, кивнул и, наконец, проглотил. Старик, конечно, мужик — ест, как будто это его последний ужин.

— Философская блевотина, — наконец ответил он, махнув рукой. — Хотел сказать что-то заумное. Да и не вышло.

— Понятно, — хмыкнул я, удовлетворённый ответом.

Теперь самое интересное — оружие. Сборка и разборка на скорость. И тут началось самое занимательное. В зависимости от директории, человек получал своё оружие. Мне достался калаш. Старый добрый, только нового времени. Одним словом — калаш. Да и другие получили что-то похожее, только под себя: M4, HK и подобные.

Хотя настоящее и будущее в какой-то мере схожи с древним колониальным временем, оружие всё же эволюционировало. Это всё ещё огнестрел, но есть и новинки. Кроме старого оружия, которое модернизировано под современные реалии, существуют и лазерное, плазменное, импульсное. Всё это есть и используется всеми. Вот только в зависимости от задач, вида противника, атмосферы и гравитации. На астероиде, например, не так удобно стрелять из калаша, а из лазера — в самый раз. Поэтому солдат обучают пользоваться всеми видами оружия.

Основная стволовая единица Федерации — это импульсная винтовка «Страж» или F-2500. Удобная, убийственная. Производится в Немецкой директории. А стала она такой популярной просто потому, что была первой массовой моделью такого типа. Впоследствии массово стали появляться и другие типы, но на вооружении как стандарт осталась именно она.

Стрельбище находилось в здании. Такое же длинное, как и предыдущее, но теперь со шкафчиками для оружия и стрельбищем на его половине.

Сперва выдали огнестрел и провели навыки стрельбы на нём. Старый добрый калаш словно влитой лёг в руке. Отстрелялся я как по учебнику — чётко, быстро, без промахов. Ощущение было знакомым, почти родным, как будто я вернулся в прошлое, на свои первые учения.

Потом выдали лазерник, или, как его называли, «лазган». Длинное, гладкое оружие с прицелом и вставным магазином, который, по сути, был массивной батареей. Взял его в руки, почувствовал лёгкий вес и холодный металл. Прицелился, нажал на спусковой крючок.

Выстрел. Мощный яркий луч белого цвета пронзил воздух, просуществовав пару секунд, и исчез. Цель была прожжена насквозь, оставив после себя лишь дымящееся отверстие.

щё пара людей. Ещё отчёты. Кто-то что-то тыкал в экран, наблюдая за процессом. Теперь на стрельбище занесли оружие. До этого нам его уже выдавали, но это было что-то новое. Что-то особенное. Атерия Божья.

Длинный белый корпус, изогнутый приклад, массивный квадратный прицел, квадратный магазин. И одно массивное дуло, которое сразу бросалось в глаза. Это был образец химического оружия — HN-3 «Химера». Тип химического оружия, который выстреливает то ли плазмой, то ли химическими патронами. Эффект от выстрела был как от пламени или небольшого снаряда — всё на своём пути прожигалось или разрывалось на части.

Голубые всплески пронзали воздух. Бронированная цель разлетелась в щепки. Хорошее оружие. Даже лучше, чем я ожидал. Но, как оказалось, оно не везде встречается, да ещё и очень сложное в управлении. Требует ежедневного техосмотра, иначе может запросто взорваться в руках.

— Ни фига себе, «Химеру» притащили, редкая вещь — почесав седые волосы, сказал Сергей. Я лишь скептически хмыкнул в ответ.

Теперь отсеяли ещё больше людей. Чуть ли не половину из толпы. Хотя сколько нас было изначально? Человек 50, 60, наверное. А теперь осталось не больше 20. Нас вывели из ангара, и тут мы с Сергеем увидели ещё группы. Таких было ещё пять. В каждой по 20–30 человек. Интересно. Отбор у них серьёзный.

Осмотревшись, нас отвели в казарму. Трёхэтажное здание. Каждый из отрядов отправился на свой этаж в своё помещение. Нас, 17 человек, разместили на первом этаже в левой от входа казарме. Тут было больше места, хоть и на всех, но нас разделили. Зачем-то.

— И что теперь? — обратился я к Сергею. Все вокруг так же ходили и размышляли, что будет дальше. Уже сформировались первые группки по паре человек.

— Бой. С ботами, как мне известно, — говорил он шёпотом. Мы сидели поодаль от всех в третьем кубрике.

— Хм. Командный бой, типа того.

— Да. И, думаю, надо найти ещё людей в нашу команду, — предложил Сергей.

— Можно, — поддержал я. — Вот только кого и сколько.

На этом и решили. По возможности найти других, и они нашлись быстро. Такая же парочка — Мали и Юго — сама предложила ту же идею, что и Сергей. И теперь у нас есть отряд. Да, как оказалось, все так же поделились. Так мы оказались самыми последними.

— Так что будет? — спросил Юго. — Думаете, что теперь?

— Я думаю, бой. С ботами, скорее всего, — скрывая свои знания, сказал Сергей. Говорил так, словно только что придумал это. Хитрый дедок, я скажу. То шутит, то суровый мужик. Скорее всего, у него такая деформация психики.

Через час по приказу нас отвели на полигон. Густой лес с, укрытиями, дотами и окопами, выстроенными по всей его территории.

Склад, куда нас завели, был полон оружия. Экзоскелеты, всё возможное оружие. В основном это были «Ратники». Мы же всё-таки в Российской директории. Хотя там, сбоку от входа, были и другие модели, видимо, отдельно для иноземцев.

— Старые добрые «Ратники-7», — радостно произнёс старик. — Моя родненькая. А стволов-то... — И тут я с ним согласился. Огнестрел, кинетика, лазерное. На любой вкус и цвет. — Что возьмёшь? — повернулся ко мне Сергей.

Экзоскелет «Ратник-7» — это современная боевая система, разработанная для повышения выживаемости и эффективности солдата на поле боя. Встроенные сервоприводы, расположенные в ключевых узлах экзоскелета, придают пользователю дополнительную силу и выносливость.

Я размышлял. Выбор огромный. Калаши, ружья, пистолеты — одним словом, целый арсенал. Понимая, что будут боты (как сказал Сергей, а ему я пока верил), нужно было взять что-то бронебойное.

Я выбрал АК-70-УБ, или Автомат Калашникова усиленный бронебойный. Огнестрельная модель с бронебойным типом патронов. Магазин на 20 патронов калибра 10.62. Но у этой модификации было одно очень удобное дополнение: в дуле был небольшой магнит, добавляющий убойности пуле. Сами пули — бронебойные с крепким сердечником. Дополнительно я взял энергетический пистолет — небольшая ручка с квадратной коробкой с линзой. И гранаты, термитные, только они.

Сергей же схватил «Вепрь». Модернизированная версия под современные реалии. Но, в отличие от моего, у него не было магнита в дуле. Его версия стреляла 10-мм патронами типа «шило» — один массивный патрон, почти мини-ракета. «Чёрт, я сам до этого не додумался», — подумал я. Ну ладно, что взял, то взял.

Юго и Мали взяли FM500 — улучшенную безгильзовую винтовку и импульсный пулемёт M90K. Сами же они были уже в экзокостюмах европейских директорий. В отличие от российского, который был зелёного цвета, как в доколониальные времена, их костюмы выглядели более современно: серые с чёрными вставками, с лёгкой разгрузкой и креплениями для гранат и магазинов. Но вот я с Сергеем ещё и подсумки себе взяли: на правом бедре у меня было три запасных магазина и две гранаты.

Теперь мы стояли одной линией, а перед нами ходил инструктор. И, блин, да. Сергей был прав.

— Вас ждёт полигон. Ваша задача — войти на противоположной стороне. Против вас будут боевые боты. Одни управляются ИИ, другие операторами. У вас боевое оружие. У них — спец. Ваши экзоскелеты имеют блок-систему. Любое попадание будет схоже с реальным. То есть при попадании в руку костюм её отключает. И теперь без руки бегайте! Ясно вам?

Мы ответили согласием. «Так точно», «Да, сер», «Да, господин». Как же это было комично.

Грузовики, больше напоминающие ТМР, но без верха, версия «люкс», отвезли нашу группу к лесу. Там у ограждения нас построили. Выстрел — и началось. Кто-то бросился вперёд, кто-то пошёл спокойно, оценивая обстановку. Одним словом, начался финальный тест.

## Глава 3

Наш отряд медленно шёл по лесу, высматривая противника. Перед этим мы полностью проверили наше снаряжение. Я и Сергей вооружились специально против ботов: бронебойные патроны и гранаты. А вот Юго и Мали немного разочаровали, ну, наполовину. Их оружие было высокоэффективным, это факт, но вот гранаты... Мали взял обычные осколочные, а Юго удивил — он прихватил пару вакуумных гранат. Они поджигают воздух, вызывая мощный взрыв, особенно опасный в закрытых помещениях.

Проверили патроны, расположение гранат и самое главное — систему маскировки. В каждом экзо или костюме, даже на тех, что у ботов, установлена система «Тень». Это маскировочное устройство не позволяет системам наведения, камерам и роботам нацеливаться на цель. Она просто не даёт захвата, никакого. Так что приходится целиться самому.

Вдали прозвучали первые выстрелы. А вот и враг. Звук донёсся до нас, и мы замерли, готовясь к встрече.

— Впереди, — сказал Сергей. Говорил он по закрытому каналу, так что слышали его только мы. — В метрах 50. На два часа. — Он указал рукой на нечто, что было едва видно вдали.

Массивная гуманоидная фигура. Квадратные части тела, в которых были встроены оружейные системы. На правой руке — встроенный пулемёт. Из кисти шёл трос за спину к основному магазину.

Боевой бот модели «Скала». Двухметровый боевой робот медленно шёл, его сканеры осматривали всё вокруг, голова поворачивалась из стороны в сторону. Бот был примерно в семи метрах от нас. Мы засели в небольшой лощинке, рядом с которой упало дерево.

Сергей подполз к краю и выставил свой «Вепрь» вперёд. Я присоединился и прицелился. Мали и Юго сделали то же самое.

— Бронированный гад, — сказал Юго.

— Да, — согласился Мали. — А наше оружие его пробьёт? Надо было лазер взять.

— Цельтесь в оружие, — сказал я. — Смотрите, трёхствольный пулемёт, хоть и пустой, наверное, или холостой. Выведите его из строя, а там ему и конец.

— Если что, граната наготове, — подытожил Сергей, доставая гранату из подсумка.

Бот остановился и начал осматриваться. Видимо, услышал нас или увидел. Я дал сигнал, и четыре ствола выдали единым эхом огонь. Мелкие пули отлетали от брони, либо били её. Мои выстрелы, как и Сергея, пробили элементы брони бота. Ствол и его патронташ были пробиты.

Он был расстрелян: части брони пробиты, а некоторые видимые элементы начали искрить. Голова пробита, и часть корпуса просто пробита, отвалился небольшой кусок.

Бот был выведен из строя. Уничтожен, одним словом. Элементы брони пробиты, внутренние детали и процессоры уничтожены. И теперь бот застыл, как статуя, опустив руку и голову.

— Повезло, — постукивая по боту, сказал Мали. — Один такой мог нас всех завалить.

— Не факт, — не согласился Юго. — Запыхался бы, но не убил. Но странно другое, друзья. Звуки стрельбы были как из автомата, а у этого пулемёт.

— Значит, здесь есть и другие модели, — ответил Сергей. — Это модель «Скала», а значит, тут могут быть и «Болваны».

— «Болваны»? — не понял я. — Что ещё за «Болваны»? Или это такая аббревиатура?

— Это BOLVin модель, или же «Болван». Старая, как и эта, но всё ещё эффективная. Нам повезло. Если будем скрытно передвигаться, то пройдём. Такие железки надо из чего покрепче бить. Но они не выдали. Интересно.

— Идёмте, пока ещё не пришли, — подтолкнул я всех.

Дальше, прокладывая путь по лесу, мы вышли к месту боя. Два тех самых «Болвана». Это такие же боевые гуманоиды, но в руках они держали оружие, а под ногами лежало двое. Два бойца, распростёртые на земле. Я перевернул одного и увидел зловещее зрелище, а потом услышал голос.

— Брат, нас перебили! — ответил «мертвец». — Вылезли и заметили.

— Ага, вижу, — ответил я «мертвецу».

— Эй, трупак! — Сергей пнул его ногой. — Чего ты говоришь? Молчи, ты же мёртв.

— Пошёл ты, старик!

Кусты, небольшая речушка, ещё пара уничтоженных ботов и ещё тела. Так мы вышли к доту. У бетонной коробки шёл бой.

С нашей стороны мы увидели всех. У линии окопов сидели люди. Дюжина человек с парой выбывших. Они успели завалить три «Скалы» и пару «Болванов». Но на них наседала куча «Болванов» вперемешку со «Скалами».

— Что делать? Уйдем? — спросил Юго.

— Значит так, — сказал Сергей беря командование на себя. — Юго, ты занимай эту позицию. За этим бугром ты в укрытии. Мали, ты к окопам. Вот тебе две термитных гранаты. Если кто вылезет... — Сергей достал гранаты и передал их Мали, тот засунул их в свою разгрузку. — А мы с тобой, Саш, в обход. У нас с тобой бронебойные патроны. Так что должны их завалить. Всё ясно?

— Может, я с вами? — не согласился Мали. — Его к ним.

— Завалят их, а потом и за нас возьмутся, — ответил Сергей. — У тебя термитки, закинешь их, и любой бот в кашу сварится. Да и оружие у тебя какое? Обычное. Тебе весь магазин надо выложить, чтобы завалить бота.

Мали согласился, кивнув, а Юго был недоволен. Его пулемёт мог выплевывать огромное количество железа по противнику.

Ждать не стали и начали. Я и Сергей ринулись в обход, в кусты и мелкие деревья. Мали бросился к доту, а Юго, издавая радостный крик, зажал ствол своего пулемёта.

Сразу же он начал расстреливать «Болванов». 7.62-мм патроны пробивали их лёгкую броню. Боты держали в руках какие-то карабины, которые стреляли холостыми, но, видимо, система показывала, куда и как они стреляют.

Мали же проскочил к людям, резко появившись позади них. На него тут же навели оружие, но через секунду убрали. Быстро объяснив, что у него есть термитные гранаты, он прошёл дальше. За небольшим углом шёл бой. Два человека стреляли единичными пулями, а боты отвечали тем же.

Мали встал позади стрелка, кивнул и бросил термитную гранату. Она перелетела угол и, ударившись об стену, упала за ней. Произошёл взрыв. Мощный термитный взрыв был настолько сильным, что Мали и стрелки ощутили его даже в костюмах. Часть окопа и дота просто испарилась. Таким образом, Мали завалил пятерых «Болванов».

Их уничтожение позволило людям занять дот и окопы перед ним. На небольшой поляне перед укреплением шли две «Скалы» и пара «Болванов». Как только произошёл взрыв, они начали отходить. Люди же заняли позицию и открыли огонь.

Два «Болвана» тут же были уничтожены. Юго перевёл огонь на ботов перед дотом. Оставшиеся пытались спрятаться за скалами, отходя и отстреливаясь. Тут полетела вторая термитка. Последняя. Две «Скалы» и «Болваны» исчезли, оплавившись от яркой вспышки.

— Спасибо, братан, — Мали похлопал здоровяка с калашом в руках. — Выручил нас. Чёт я не додумался взять хотя бы одну термитку. Я-то только осколочную и одну вакуумную. Ты один.

— Нет. Перемещайся, гаси ботов в леске – приложив руку к виску, после он перевел взгляд к бойцу - Сколько их, кстати?

— Ну, здоровяков дюжина была. А тощих — десятка два где-то.

Как и сказал боец, тут же вдали показались боты. Они рассредоточились и открыли огонь. «Болваны», укрываясь за деревьями, вперёд выдвинули «Скалы». Началась пальба, такая, что сидящие в окопах и доте люди были прижаты так, что и голову поднять не удавалось. Ну так они думали.

Даже Мали, который был дальше всех, попал под расстрел. Невидимая очередь прошла по нему, и левая рука немного перестала двигаться, словно её что-то зажало.

Пробегая кусты, я и Сергей уже были позади ботов. Сергей кинул в сторону противника гранаты. Одна термальная, ктоаря поелтела к скале,а втрая ко втрому грамиле.

Термитная граната вспыхнула мини-взрывом, оплавив «Скалу» и парочку «Болванов» рядом. Вакуумная же рванула у другой «Скалы». Мощный хлопок, и «Скала» дёрнулась. В следующие секунды в круге пары метров от бота воздух загорелся. Пламя появилось на пару секунд и тут же испарилось.

Как только гранаты сделали своё дело, мы открыли огонь. Я тут же приметил «Болвана», который присел у дерева. Я навёл оружие. Прицел моего автомата был встроенным, не какой-то коробочкой с лазером или коллиматором. Я так привык к такому прицелу, что теперь мне просто неудобен другой. А зрение мне повезло — не убито годами за голубым экраном. Ну, точнее, было убито, но армия мне всё подкорректировала. Хоть мне и неудобны другие прицелы, так как мне надо видеть противника. Я всё же не побрезгаю другими прицелами.

Пару раз дёрнул курок, и бронебойные патроны пробили броню. Полетели искры, отлетели металлические пластины, и «Болван» был уничтожен.

Ещё один сидел дальше. Ещё пара выстрелов — и новый минус. В этот раз пули попали прямо в голову. «Болван» скинул свою голову и упал.

Сергей же отстреливал очередного «Болвана». Массивные пули, которые больше похожи на мини-ракеты, рвали куски брони у «Болванов», отрывая какие-то детали, металл и платы.

Боты отвлеклись от укреплений и перенесли огонь на нас. Видя, как они поворачиваются, я кинулся вниз, а Сергей уже лежал за деревом и стрелял по «Болвану» перед нами. Этот идиот попытался пойти в атаку, но первый выстрел отправил его на землю, а следующие добили. Я достал ещё одну гранату — вакуумную — и бросил её в сторону противника. Хлопок, но я никого не задел. Сергей посмотрел на меня с явным негодованием. Я лишь пожал плечами и высунул оружие, продолжая стрелять.

Оставшиеся боты наседали, но по ним открыли ответный огонь бойцы из укрытий. Юго же сменил позицию. Он перебежал поближе и на небольшом трухлявом пне поставил свой пулемёт, залив огнём последнюю «Скалу». Пули выбили искры, оторвали куски брони и в конце концов перебили пулемётную ленту.

Оставшиеся «Болваны» были быстро уничтожены. Неожиданно из густой травы и мелких деревьев раздались выстрелы. Мощные снаряды ликвидировали одного «Болвана» за другим. Выстрел — и шея «Болвана» разлетелась в дребезги.

Так неизвестный стрелок отстрелял всех ботов, что были в поле зрения. Да и, похоже, всех, кто был тут.

Стрелком оказался некто в «Ратнике» с разгрузкой на груди и чем-то, что я даже сразу не понял. То ли ружьё, то ли карабин, то ли дробовик. Длинное, с небольшим магазином и здоровенным глушителем. Звук он хоть и глушил как мог, но главное — не позволял засечь человека.

— Боты тут туповатые, — выдал я, оглядывая поле боя.

— Ага, только вот уже, сколько выбывших мы видели. А? — ответил мне Сергей.

— Хрен его знает, но звуков стрельбы что-то не слышно. Кроме нас, конечно. А кто этот стрелок? — я указал на выходящего из густых зарослей человека. Он шёл в сторону дота.

— Слушай, — я начал подбирать слова, чтобы аудиторы или кто там за нами следит, в погонах не поняли, что я и Сергей знаем о проекте. Ну или хотя бы знали о тестах. — А кто это вообще? — я повторил вопрос и попытался сказать это как можно нейтральнее. Но как-то не вышло. Сергей же смотрел на меня как на идиота, пока его старая башка не озарилась.

— Нет, не знаю. Это может быть кто угодно, — начал он неопределённо отвечать. А вот руки писали на земле скорее «да», а потом и «нет».

Удовлетворённо я кивнул и поднялся. Более чётко осмотрев поле боя, я увидел кучу «Болванов», пару «Скал» и всё. Тут же в голове послышался голос Юго:

— Всё чисто. Но меня эм... ранило. Рука нормально не шевелится. Иду к доту.

— Принял. Идём туда.

У дота собрались все. Наш отряд и отряд Коли, как он представился. Как оказалось, ранение Юго можно было исправить. И один из людей Коли это сделал. Он перебинтовал и залил медгелем рану, и рука снова стала рабочей. Это было клёво. Почему они не сделали всё более реалистичным? Были методы. Да чёрт с ними. Что есть, то есть.

— Спасибо тебе, неизвестный, — похлопал по плечу Коля того стрелка, который перебил «Болванов». Стрелок не ответил, только отмахнулся рукой и пошёл к выжившим, снимая с них магазины. Точнее, с одного. Патроны подходили.

Коля хмыкнул и приказал сделать то же самое. Выбравшиеся отряды обыскали поле, собрали трофеи и зарядились. Их аккуратно положили в сторону, чтобы ничего не затекло.

Стрелок же отсортировал свои магазины и начал их заряжать. А когда закончил, оставшиеся патроны засыпал в подсумок.

Теперь нас было девять человек. А всего нас было двадцать. То есть одиннадцать уже выбыло. Стрелок неохотно, но присоединился к нам. И теперь вся наша орава пошла дальше. До выхода с полигона осталось недолго.

Шли мы медленно, озираясь на любой шум или шорох. По пути встретили отряд «Болванов» во главе со «Скалой».

Меткие броски гранат полетели в ботов. Они разорвались, но, к сожалению, не нанесли должного урона. Только повреждения, пебиыте детали и не более.

Одновременный огонь снёс весь отряд железок в пух и прах. «Болваны» разлетелись и пали, а «Скала» тут же лишилась оружия и просто расстреляна чуть ли не в упор.

На шумев мы быстро ринулись в сторону. Найдя удобную лощину и поваленное дерево, мы укрепились, ожидая противника. Прождав так некоторое время, никого не было.

Как раз на проверке выяснилось, что боезапас уже подходит к концу. Его ещё хватало, но было мало. Взять магазины и гранаты с выбывших немного помогло. У меня осталось пару магазинов, не считая того, что в оружии. У Сергея ещё хуже. Уж не говоря про Юго и Мали. У здоровяка остался один рожок.

Пробираясь к концу полигона, мы поднялись на небольшой холмик среди деревьев. Выход был перед нами: ворота и стена. Охраняли всё это одна «Скала» и «Болваны». «Скала» стояла как статуя посередине, а «Болваны» — штук шесть — ходили вдоль, патрулируя окружность.

— Что-то здесь не так, — беспокойно сказал Сергей.

— Чем именно? — подползая к нам, спросил Коля. — Думаешь, засада?

— Скорее всего, — ответил Сергей.

— Ну да, как-то странно. Здоровяк на самом видном месте. Хелед в лево. Ясу и Велков на прав. Я тут рядом.

Мы кивнули Коле. Стрелок же занял позицию рядом, между деревьев, и прицелился. Спустя пару минут Коля сообщил, что на флангах чисто и они поддержат.

Мы же вчетвером поползли вперёд. Теперь стрелять надо было более уверенно. Да и теперь я знаю, куда стрелять. Немного ниже шеи, между защитных плит у «Болванов», — и его нет. А «Скалу» должен вывести стрелок. Он просто молчит и даже не сказал, как его зовут. Шизик. Или шизика, да ладно.

Меткий выстрел, и оружие «Скалы» отлетело в металлолом. «Болваны» же, ориентируясь на звук, пошли к нам. Где-то справа Коля открыл огонь, переведя часть ботов на себя. А дальше, справа и слева, никого нет. Может, и правда засада. Хотя они сообщали, что чисто.

Ещё выстрел, и голова «Скалы» улетела в сторону, но бот всё ещё жив. Конечно, голова — не главная часть бота. Там содержатся часть устройств и камер с софтом, но всё же основные системы — в корпусе.

«Болваны» полезли на нас как никогда. И тут до меня дошло: они управляются через сеть. В удобном кресле или с джойстиком сидит боец и управляет ботом. Удобно и безопасно. Пока не включат глушилку или не кинут глушащую гранату. Да хотя бы ЭМИ кинуть. Боты перейдут в перезагрузку, и их можно будет просто расстрелять. А такого нет.

Ох, чёт успел я сказать, как увидел, что в меня начали целиться. Бот медленно целился. Система «Тень» не давала ему навестись на меня. Я просто не попадаю в прицел, меня, одним словом, нельзя захватить — система автонаведения не работает.

Я резко кинулся в сторону, укрывшись за бугром. Рядом прилёг Сергей. Его выстрел дёрнул бота в сторону, пробивая броню, отрывая часть корпуса и вырывая провода. Всё заискрило, и тот пал бездыханно. Ещё выстрел — и ещё один в грудь.

Я достал автомат и открыл огонь по следующему боту. Но его тут же завалил мощный выстрел. Стрелок всё ещё работает.

Сбоку заклокотала канонада. Юго палил последние патроны. Боты же укрылись за деревьями и скалами, методично отстреливаясь.

В нас полетела граната, да откуда, он достал её. Я прицелился и дал короткую очередь. Бронебойные патроны влетели в корпус, туда, где у человека рёбра. А бот тут же помер. Видимо, задел что-то важное, может, блок питания или управляющий чип.

Я приподнялся и увидел, что всё. Ха. Я завалил, считай, двоих, а остальные уже были уничтожены. Один передо мной, ещё один за ним. «Скала» посреди поля. В лесу слева остальные лежали.

Оглядевшись, я прошёлся взглядом. Юго и Мали выбыли. Мали совсем, а Юго не может двигаться нормально. Он вроде как тяжело ранен, но ещё в боеготовности.

Сергей его с собой тащит, вышел стрелок, и всё. А где? Не понял.

— Коля, ты где? — открыв канал, сказал я. Подождав, вновь повторил, но ответа не было.

Я повернулся, оглядев лес позади. На бугре лежал Юра. И он не двигался.

— Бля, — выругался я. Резко присел и в таком виде двинулся назад. Стрелок и Сергей увидели меня, так же присели и начали целиться куда-то в лес.

Чуйка меня не подвела. Оглядевшись, я увидел врага. Сергей упал под канонаду стерльбы. А тот стрелок повернулся за мной. И это был не бот. Человек в боевом костюме. Зелёный, в гладкой броне.

Он начал палить по нам. Его оружие издавало такие же звуки, как и оружие. Видимо, стреляет холостыми, а система рассчитывает попадание. Минус, ты не видишь попадания.

Стрелок выстрелил пару раз по врагу. Но тот в ответ укрылся за деревом, но один из патронов попал в него. Но тому было пофигу. Блин, опять они сделали что-то вроде робота. Теперь полностью схожий с человек, да и управляет им тоже человек.

Противник метнулся на нас. И метнулся он как призрак, стреляя на ходу. Стрелок укрылся за деревом, выстреливая. Я поднял оружие, и открыл огонь. Пули попали по ногам, но тот продолжил бой, немного замедлив.

Я кинулся дальше, укрывшись за холмиком, над которым был Коля. Стрелок же упал и повалился вниз. Враг держал меч или катану. Я видел, как он просто рядом со стрелком взмахнул и тот выбыл.

Снова канонада, и уже по мне. Я помчался дальше, находя более удобное укрытие. А враг палил по мне. И, блин, метко. Я же отстреливался по сомалийский.

Выглянув, я увидел врага. Он присел и перезаряжается. Не упуская момент, я прицелился и дал очередь. Пули прошли прямо, не задевая его. Но это дало мне шанс. Ещё выстрел и я пропал по оружию. Его ствол, схожий с «Бизоном», улетел в сторону. И теперь у меня один рожок, а у врага — меч. Он его моментально достал и, выглядывая из-за укрытия, смотрел на меня. Гладкая зелёная броня. Круглый шлем с одной массивной плитой и 4 индикаторами на лице. Жутковато, я скажу.

У Коли я взял его автомат и, как рембо с двумя калашами, побежал вперёд. Враг помчался мне навстречу, но увидел, как я палю в него из двух калашей мощным рывком, спрятавшись за деревом.

Я же оставил автомат Коли, кинулся в сторону тела стрелка. Я пролетел вниз по бугру, оставляя за собой вздыбленную землю. Противник же кинулся за мной. Но я был быстрее и уже держал в руках здоровенную винтовку. Выстрел — и враг упал навзничь, но тут же встал. Его шлем улетел в сторону, и я увидел это.

Механическая голова с двумя глазами красного цвета. Плоская, но при этом округлой формы голова. Словно мышцы шли из-под брони, хотя это были то ли провода, то ли защитные элементы.

Я ещё выстрелил, но целился в руку. Перчатка и металлическая рука под ней улетели в сторону. А противник схватился за культяпку.

Я уже готовился выстрелить ещё раз, но он выставил руку в перед в останавливающем жесте. Я немного не понял, что происходит, но продолжал целиться. Он же отряхнул повреждённую культю, из которой что-то текло и вылезали провода. Еще раз отряхнув её, он ушел. Я же так и лежал, провожая его взглядом и дулом.

Это что, такое? Это бот? Ладно, синт. Более продвинутая версия, да ещё и управляемая оператором. Ну что, видимо, проект не удался. Он-то не мог меня завалить. Это же проект «Легион». А мы так, мальчишки, для, битья. А может нет. Хер с этим скажут после. Надо на выход.

Солнце уже давно стояло в зените. Подняв ствол стрелка, я схватил его владельца и Сергея. Последний что-то бормотал невнятно, матерился. Я же тащил их, благо в костюме экзоскелета встроенный усилитель. Так что тащить этих двоих было не тяжело.

«Вот сейчас оттащу этих двоих, потом следующих», — подумал я, бросая выбывших. За выходом меня уже ждали. Проверяющие. Куча народа с носилками, которые, как только я вышел, начали вытаскивать солдат. «Мля, подумал я, ведь поучаствовал, вытащил только двоих — Мали и Юго. Блин».

Но отчаиваться мне не пришлось. Все, кто выжил, будут проверены. То есть, пояснил мне наблюдатель, даже те, кто выбыл, на следующей последней стадии тоже имеют шанс пройти дальше. А это уже хорошо. На мой вопрос про бота наблюдатель только пожал плечами.

— Я сам не знаю, что это. Но начальство сказало это игнорировать. А вы, мистер Кутузов, поздравляю — вы прошли.

— Херовый это тест, скажу я вам. А если честнее— херня какая-то.

## Глава 4

После теста нас отвели обратно в часть. Разгрузившись, меня, как единственного выжившего, сразу отправили в местный актовый зал.

На длинной веренице стульев, словно в театре, только просторнее для ног, сидело ещё несколько человек. На мой приход какой-то мужик средних лет крикнул мне:

— О, ещё один. Здорово, братан! — Он встал, протянув руку и указывая на себя. — Теперь у нас пополнение.

Кроме этого мужчины, впереди сидела золотистая брюнетка. Короткие волосы и пофигический взгляд. Позади него — лысый здоровяк, афроамериканец с очень добрым лицом, как мне показалось. Ещё один мужчина, только с бородой и уже с морщинами. И азиат, который просто смотрел на меня, не подавая виду.

Я присел перед ними в ожидании.

— Вам что-то говорили? — повернулся я с вопросом ко всем.

— Нет, — развёл руками болтун, тот самый, который меня приветствовал. — Сами здесь уже, сколько сидим и ждём. А кстати, как тест?

— Нормально, — ответил я. — А синта вы видели?

На мой вопрос повисло недоумение и непонимание в воздухе. Я почти чувствовал эту фразу, витающую в воздухе. «Какой нафиг синт?»

— В зелёной броне со шлемом. Такой вот, с четырьмя глазами что ли, — я попытался описать то, что видел. Взгляды были ещё те. Никто не помнил, о чём я. Но тут заговорила девушка.

— Эм... Видела его. Выкосил целый отряд. Я успела уйти от него. Думала, боец или спецбот. Так как ты понял, что это синт?

— Снёс шлем. А под ним — голова бота. А потом отстрелил руку, и из него потекла жижа. Он аж остановил меня жестом, потом просто шёл.

Последняя фраза их прямо убила. Они смотрели на меня как на ангела, сошедшего с небес. Глаза — пятаки, и непонимание на лицах.

Всё это прервалось шагами человека. Чёрная форма, мне незнакомая, хотя она схожа с формой спецкорпуса армии — смесь разведки с войсками специального назначения. Звание — генерал-полковник. Мы резко поднялись и встали по стойке «смирно».

Мужчина. Коротко пострижен, лёгкая, уже немного отросшая щетина. Усталый и одновременно злобный взгляд. Руки в карманах, а сам он немного горбился.

— Поздравляю, товарищи, — хрипящим голосом сказал генерал. Теперь он выпрямился и вытащил руки из карманов. За ним вошёл ещё один человек. В звании генерала. Старик, морщинистый, с лёгкой белой бородкой и чертами, похожими на Сергея. Он что-то сказал старшему по званию, и тот кивнул: — Заводи.

Пришедший генерал прикоснулся к уху, где у него была бусинка связи, и что-то тихо произнёс. Спустя минуту в зал вошли ещё люди. Они начали рассаживаться по местам, и тут я увидел Сергея и Юго.

— Хе-хе, а вот и... — Сергей поднял мне руку, когда меня увидел, но, когда он повернулся и увидел генерала, его лицо сменилось на брезгливое. Так он просто стоял, пока все не расселись. Потом сел рядом со мной и поздравил меня с победой. Я же указал на сцену внизу.

— Семён, — брезгливо произнёс Сергей. Тот генерал усмехнулся.

— Сергей. Ты ещё жив. Светлой любовью на штурмы это странно, — так же язвительно ответил, получается, Семён.

Сергей слегка то ли усмехнулся, то ли рыкнул на него и сел рядом.

— Знакомый? — спросил Юго.

— Хуже. Брат, — выдал озлобленно Сергей.

— Старые проблемы, — сказал уже я.

— Ну, почти, — почесал голову Сергей. — Он же и сказал мне про проект. Но мог же напрямую. Доступ же есть.

Я усмехнулся, слушая его «Санта-Барбару». Но тут кто-то положил на моё плечо руку. Я повернулся и увидел ту самую красивую брюнетку. Холодное и беспомощное лицо.

— Спасибо, что вытащил, — неожиданно сказала она мне. Я лишь кивнул и повернулся обратно. Но в голове было замешательство. Стало быть, это она — стрелок. Ничего себе. На вид молодая, и 25 не дашь.

— Дорогие военнослужащие, — начал генерал-полковник, — если вы хотите покинуть данный проект, прошу на выход. Если вы останетесь, то выхода нет. — На его слова прозвучали только лёгкие смешки. Было ясно: никто из присутствующих уж точно не уйдёт. Не ради этого сюда пришли и всё это проходили. Толи хотели знать, что будет дальше толи заинтересованы в самом проекте.

Тут в зал зашёл тот самый синт, только без брони. Большая часть тела не имела бронеэлементов. Под ними было что-то вроде мышц, они были похожи, даже очень, только более металлические.

— Позвольте представить — Максвел, — указал рукой генерал-полковник. — Меня же зовут генерал-полковник Дёмин. А это, — он указал на брата Сергея, — генерал Сомов. Вы выбраны для проекта «Легион». Это, — теперь он указал на синта или, всё же, бота, — наш ключевой элемент.

— Зовите меня Максвел, — снова представился бот. — Вам, наверное, интересно, что это такое. — Он указал на своё тело. — Это спецюнит типа «Легионер». Кто-нибудь скажет, на каком расстоянии я могу им управлять?

Кто-то из людей ответил: — Километров 500. При нормальной связи — почти до 1 тысячи километров. Но такого никогда такого не будет.

— Верно. Враг не позволит такому вооружению работать в полную силу. Но я сейчас на орбите.

Эти слова удивили и смутили всех. Кто-то был ошарашен, кто-то не верил.

— Скоро вы все поймёте, — с усмешкой сказал Дёмин. — Ещё вопросы? — Тут каре шестёрки впереди меня подняла руку. Генерал кивнул, разрешая ей говорить.

— Генерал-полковник, а что вы сделали, что мы все так легко подписали документ?

Дёмин, не скрывая ухмылки, ответил: — А на это я отвечу, когда вы станете частью проекта. А так — секретно. У вас нет доступа.

Сергей рядом со мной тихо прошептал:

— Металлики, — говорил он мне. Я заметил это, когда его немигающий взгляд смотрел на меня не менее 10 секунд.

— Пси-отдел, — шёпотом ответил я. Сергей же кивнул. Я слышал про такое. Психоактивные люди могут читать мысли, внушать их и всё такое. А могли ещё и свернут тебя в бублик. Но это другой тип. Но такие люди — хрен их знает, как появляются. Я думаю, эксперименты, типа создания на основе какого вещества или мутации. Хрен его знает. Доступа нет. Ну, это к слову, если верить Дёмину.

Дёмин кивнул Сомову и Максвелу. Прозвучал приказ: — Все на выход. Вылет через 15 минут.

Отправили нас на посадочную полосу. Пару транспортов там уже стартовали, но мы ждали своего. Сумки с вещами, документами и наша толпа в 60 человек загрузились в массивное судно.

Расположенные по местам, словно древние самоцветы, магнитные индукторы ожили. Судно слегка дрогнуло, и корабль плавно поднялся вверх. Мы летели быстро, но внутри этого не ощущалось — ни вибраций, ни толчков, лишь тихая мощь технологий, несущих нас в космос.

Уже в открытом пространстве, когда должна была появиться невесомость, её не было. Автоматика сама активировала гравитацию на корабле. Я понял это по лёгкому давлению, которое тут же исчезло, оставив лишь привычное ощущение устойчивости под ногами.

Транспортник приближался к массивному изящному серебристому, корпусу военного корабля. Длинный, серебристый, видно только с верфей. По всему корпусу, на равных расстояниях друг от друга, располагались магнитные установки. Их округлые, голубоватые формы светились мягким, холодным светом. Это было ещё одно творение магнитной технологии, позволяющее кораблю двигаться в любой плоскости. Просто взять и полететь вверх, а в случае необходимости — совершить магнитный прыжок.

Перед нами был военный эсминец Федерации «Кераг». Пятьсот метров стального великана, экипаж — около семисот человек. Хотя, казалось бы, должно быть больше. Но автоматизация и боты упростили всё до минимума. Осталось лишь самое сложное — построить такую махину.

Да, этот корабль является основным типом судов Федерации. И если на одном таком может находиться не больше тысячи человек, то крупные миры, вроде земли, способны выставить сотни, а то и больше. И это не считая других классов — крейсеров или линкоров. Такие гиганты могли в одиночку захватить планету, если бы возникло такое желание.

Крупный ангар уже был заполнен парой других кораблей. Вокруг сновали инженеры, их рабочие боты. Магнитные тележки перевозили оборудование, патроны, инструменты и прочее снаряжение.

Благо, в Федерации корабли действительно большие. Пятьсот метров — это настоящая стальная громадина, способная не только сокрушать врагов, но и прыгать в соседние звёздные системы. Длинный коридор, лифт — и вот наша казарма. Комнатки на четверых. Никаких излишеств, но просторно и удобно. Размеры позволяют.

В кубрике оказались я, Сергей и ещё двое — Антон и Пьер. Парни оказались нормальными. Меня даже похвалили за то, что я смог выстоять в той стычке. Как оказалось, до меня никто не справлялся с этим синтом.

Корабль уже отлетел от планеты, готовясь к мощному магнитному прыжку. Он отошёл на приличное расстояние от места нашей посадки. Корпус судна загудел, словно вибрируя от нарастающей энергии. Миг — и корабль исчез в вспышке света, который сам по себе казался живым, пульсирующим. Этот момент ощутили все, длился он недолго, всего пару мгновений.

Мы направлялись в систему Барисова, бывшую систему Барнарда. Её переименовали около 60 лет назад, и теперь она стала домом для потомков представителей Российской Директории и Европейской Директории, но с заметным славянским акцентом. Русские, Белорусы, Украинцы, Сербы, Болгары, Словенцы и другие малые народы, которые веками жили бок о бок, теперь осваивали этот уголок космоса.

И тут начинается интересная история. Как историк, я всегда рассказываю её своим ученикам. Во времена эпохи колонизации ОЗКП поделили между собой миры. Большая часть человеческого разнообразия отправилась заселять дальние уголки галактики. Однако система Барнарда долгое время оставалась в тени. Планета в этой системе была пригодна для терраформирования, но процесс был слишком долгим и дорогим. Так как были более удобные миры, с хоть какой-то атмосферой или богаты очень нужными ресурсами.

Именно поэтому систему приватизировала Российская Директория. Пока остальные члены ОЗКП колонизировали по несколько миров, создавая колонии и торговые пути, Российская Директория сосредоточилась на Барнарде. Были построены верфи, колонии для добычи ресурсов, инфраструктура. И когда, наконец была создана бактерия-терраформер, её применили на планете Гестонозис, позже переименованной вНовославянск.

После терраформирования планетарная система ожила, как никогда раньше. Новославянск стал столичной планетой, сердцем системы, но вокруг него закипела жизнь и на других мирах. Два спутника, вращающиеся вокруг Новославянска, каждый размером примерно в половину земной Луны, тоже нашли своё применение. Один из них превратился в крупную верфь, торговый хаб и логистический центр, где кипела работа, а корабли сновали туда-сюда, как пчёлы в улье.

Другие планеты и планетеоиды, колонизированные ещё до Новославянска, тоже разрослись и нашли своё уникальное место в системе.Каменск, например, стал крупным купольным миром, расположенным на одной из каменных планет, напоминающих Луну или Плутон. Под его массивными куполами кипела жизнь: здесь были и жилые кварталы, и промышленные зоны, и даже парки с искусственной растительностью, которая создавала иллюзию земного ландшафта. Каменск стал символом человеческой изобретательности, превратившей безжизненный каменный мир в процветающий центр.

Не менее впечатляющим былДальненск, мир-верфь, где строились и ремонтировались корабли. Орбита Дальненска была усеяна десятками верфей, доков и складов, где кипела работа. Но самым удивительным достижением жителей Дальненска стал 30 киметровый астероид, который они пригнали к своей орбите и превратили в передвижную верфь. Этот гигантский инженерный проект стал настоящим чудом технологий, позволяя не только строить корабли, но и перемещать верфь в нужное место системы.

Но самой необычной планетой системы сталНовый Союз, бывший Шахтинск. Эта планета изначально привлекла внимание последователей коммунизма. Множество шахт, были соединены и превращены в гигантские подземные города-пещеры. Под поверхностью планеты выросли целые мегаполисы, где псевдонебо, состоящее из световых панелей, имитировало настоящее. Эти панели не только создавали иллюзию неба, но и излучали солнечный свет, поддерживая жизнь в подземных городах.

В ходе миграции на Шахтинск прибыли апологеты коммунизма и социалисты, которые со временем стали доминирующей силой на планете. Их идеология проникла во все сферы жизни, и в итоге Шахтинск был переименован вНовый Союз. Эта планета стала своеобразным памятником коммунистическим идеалам, где равенство, коллективизм и общее благо были возведены в абсолют.

Пока Партийный Совет не поднял вопрос об отсоединении от Федерации. Эту идею не поддержали сенаторы из Сенаторума, которые также были приверженцами социалистических идей. Однако партийцы оказались не так единодушны, как казалось на первый взгляд. Несмотря на построенные верфи, военные корабли и сформированную Красную колониальную армию, новый секретарь партии перевернул всё с ног на голову. Он объяснил многим колеблющимся, что подобные действия — это чистый авантюризм. Таким образом, они только подтвердят, что коммунистические идеи — это зло и человеческое безумие. Вместо этого, по его словам, нужно демонстрировать единство, благополучие и достижения науки и культуры, чтобы доказать, что социалистическая система может быть успешной в рамках Федерации.

Самых ярых сторонников отделения пришлось изолировать, отправив их в отдалённые поселения или под арест. Флот и армия, которые уже были готовы к возможному конфликту, стали частью общих сил системы Барисова, сохранив свою структуру, но подчинившись центральному командованию Федерации.

Население системы Барисова распределено неравномерно, отражая уникальную роль каждого мира в её структуре. Новославянск, столица системы, является самым густонаселённым и развитым миром. Здесь проживает около 400 миллионов человек, что делает его не только политическим и культурным центром, но и главным экономическим двигателем системы.

Дальненск, мир-верфь, населяет всего 11 миллионов человек. Это относительно небольшое число объясняется спецификой планеты: основное её население — это инженеры, техники, рабочие и их семьи, занятые в космической промышленности. Несмотря на скромное количество жителей, Дальненск играет ключевую роль в системе, обеспечивая строительство и ремонт кораблей, а также обслуживание передвижной верфи-астероида.

Каменск, купольный мир на каменной планете, стал домом для более чем 21 миллиона человек. Его население сосредоточено в огромных подкупольных городах, где жизнь кипит в условиях, максимально приближённых к земным. Каменск — это центр добычи ресурсов и тяжёлой промышленности, а также важный логистический узел системы.

Новый Союз, бывший Шахтинск, стал самым урбанизированным и плотно заселённым миром после Новославянска. Здесь проживает более 50 миллионов человек, большинство из которых сосредоточено в гигантских подземных городах.

Коарбль вышел из искажающенго проства в меж планетарном путоте между каменском и новославянском.

Коарбль снвао хагудел и вдинулся к Сталчиыной планете. Активировав магниыте индикторы, ктораябль искажал прсово и тмрпеь мог летеь бытрее. За пару часво мы добрались до столицы.

## Глава 5

Место нахождения: Система Галес.


Территория: Дальний предел.


Локация: Фронтир.


Объект: Планета Галес.


Принадлежность: Федерация (номинально), Совет Кланов (фактически).

Планета Галес — это мир саванн, бескрайних равнин, покрытых высокой травой, и оазисы, разбросанных по её поверхности, словно зелёные острова в золотом море. Тысячи таких оазисов, каждый из которых стал домом для небольших поселений или даже целых городов, усеяли планету. Эти поселения, раскинутые по всей Галес, были разделены между множеством кланов, каждый из которых имел свои традиции, законы и территорию.

Города и поселения на Галес были уникальны. Одни представляли собой укреплённые крепости, окружённые высокими стенами, другие — города с фермами и фабриками. И чаще всего города были нейтральной зоной для множество кланов.

Что за кланы? Вопрос действительно интересный и сложный.

Изначально колонисты, прибывшие на планету Галес, не были "клановцами". Это были обычные люди — учёные, инженеры, фермеры и рабочие, которые занимались терраформированием планеты. Они запускали терраформеры, высаживали флору, разводили фауну и постепенно превращали Галес из мира с плотной химической атмосферой в пригодный для жизни, после терраформе бактерии.

Почва планеты, насыщенная множеством элементов после терраформирования, оказалась невероятно плодородной, что сделало её идеальной для сельского хозяйства.

Однако колонизация шла медленно. За первые пару десятилетий на планету заселились лишь сотни семей и отдельных групп. Эти первые колонисты объединялись в общины, которые со временем превратились в первые города. Но по мере того, как на планету прибывали новые колонисты, они начали расселяться по всей её поверхности, основывая новые поселения. Каждая семья или группа старалась найти своё место под солнцем, и так год за годом население планеты росло.

Со временем первые колонисты, обладавшие ресурсами и знаниями, стали лидерами небольших общин. Эти общины начали объединяться, формируя первые кланы. Каждый клан имел свою культуру, знамя и иерархию. Но настоящий перелом произошёл, когда на планету прибылинастоящие кланы — группы людей, которые уже имели опыт жизни в клановой системе. Некоторые из них были потомками скандинавских или арабских традиций, другие — выходцами из культур, где клановая структура была.

Эти новые кланы оказались более эффективными. Они быстрее развивали сельское хозяйство, строили больше поселений и лучше организовывали свою жизнь. Увидев их успехи, местные колонисты начали перенимать их методы и структуру. Так клановая система укоренилась на Галес, став основой её общества.

К нынешнему времени население планеты составляет1,7 миллиона человек. На Галес появились крупные портовые города, развилось производство, началась торговля с соседними системами. Добыча полезных ископаемых и их переработка стали важной частью экономики. Вокруг планеты теперь вращаются две орбитальные станции, которые служат как торговыми хабами, так и оборонительными пунктами.

Верховном оргаоном стал совет кланов. В него входли предвители выелкиих кланов. Теотсь самых больших и сильных организаций. В их соство входят меньшие клны или явля их союзниками.

Гаральд Херук облачился в экзокостюм — серый, пластинчатый, с массивным шлемом, дисплей которого напоминал буквуТ. Быстрым шагом он шёл по богато украшенному залу. В углах стояли декоративные вазы и огнивы, а стены были покрыты резными узорами. Его броня, изрисованная скандинавскими рунами и символами, выделяла его как представителя клана Херуков — одного из тех, кто прибыл на Галес в поисках новой жизни.

Пройдя по залу, Гаральд вошёл в небольшое помещение, где его уже ждали двое —Марк и Гегк, старые приятели. Они сидели в наблюдательном пункте, окружённые множеством экранов и панелей. Это был пульт управления локальной системой обороны, включавшей одну лазерную установку и пару небольших пусковых установок.

— О! Гаральд. Чего приперся? — поднял голову Марк, блондин с одной косой и лёгкой бородкой, его голос звучал с лёгкой иронией.

— Проверка, — коротко ответил Гаральд, оглядывая помещение.

— Что, опять темнишь, темны призраки ноктюрна? — усмехнулся Гегк, его голос был полон сарказма.

Гегк, коренастый мужчина с густой рыжей бородой, сидел, откинувшись на спинку кресла, и явно наслаждался моментом. Марк же, более сдержанный, но не менее ироничный, продолжил:

Гаральд лишь хмыкнул в ответ, подходя к одному из экранов. Его внимание привлекли данные с датчиков, показывающие активность на границе территории клана.