Ирина Смирнова
Динвишвуд. Нефритовое попадание

Глава 1

Лиля в который раз затормозила перед зеркалом, любуясь на свое отражение. Изумрудное платье идеально подчеркивало фигуру, выделяя небольшую, но упругую грудь, обтягивая талию, а потом пышными воланами спадая по бедрам, до колен.

Мама, расщедрившись, поделилась своими зелеными туфлями, так как сбегать в магазин Лиля уже не успевала. Платье висело в шкафу почти год, дожидаясь своего часа. И наконец он пришел, а вот аксессуаров к платью не нашлось.

Изначально Лиля хотела идти на свидание с Генкой в любимом черном наряде. Вот только каким-то чудом на нем спереди, под воротником, оказалось жирное пятнышко, которое никак и ничем не получалось спрятать. Брошь смотрелась неуместно, а в шаль пришлось бы кутаться всю встречу, чувствуя себя до отвращения глупо.

Другой одежды, соответствующей ресторану, выбранному Генкой для примирения, у Лили не нашлось. Только зеленое платье, к которому не было ни украшений, ни туфель, ни сумочки. Но, едва примерив, девушка поняла, что пойдет на свидание именно в нем… и трава не расти!

Туфли нашлись сразу, сумочку пришлось взять белую. А вот поиск гармонирующих с изумрудной зеленью украшений оказался безуспешным.

– Мне этот гарнитур твой прадед из Китая привез, – уж от кого никто не ждал помощи, так это от бабы Вали.

Обычно старушка игнорировала всех родственников и жила, словно в коммуналке. Причем все, даже родной сын и единственная внучка, обращались к ней на вы и по имени-отчеству.

Но, неожиданно, Валентина Сергеевна выплыла из своей комнаты со шкатулкой, в которой лежали серьги и бусы из нефрита.

– Цвет «зеленый чай», – пафосно пояснила старушка, протягивая шкатулку Лили.

На самом деле зелеными были серьги и восемь крупных бусинок, а вот девятая, центральная, больше походила на зеленовато-желтый янтарь, чем на нефрит.

– Спасибо, бабуль! – неожиданно даже для самой себя расчувствовалась девушка и чмокнула Валентину Сергеевну в щеку.

– Бывший твой лучше пусть остается бывшим, – проворчала старушка, старательно делая вид, что ничего необычного не произошло. – Но место для встречи он выбрал хорошее. Мне в том ресторане твой дед предложение делал. Подсел к столику, отпихнул моего кавалера в сторону и замуж позвал.

– А вы?! – нет, логично, что раз сказано было про деда, с которым баба Валя прожила вместе пятьдесят лет, значит, рано или поздно, но ответ «Да» все же прозвучал. Только неужели прямо сразу, незнакомцу, да еще настолько наглому?!

– А я люблю мужчин, которые знают чего хотят. Мой тогдашний кавалер уже два месяца как мялся, обдумывал, с духом собирался. И вместо того чтобы осадить нахала, забился к стеночке и смотрел на меня жалобно, чисто теленочек. Поглядела я на него и поняла: не надо мне такого счастья. Зато с твоим дедом жила как за каменной стеной. Так что пусть и тебе сегодня повезет.

Лиля, не зная, что ответить, смутилась и снова чмокнула Валентину Сергеевну. А потом, быстренько надев бусы и серьги, выбежала во двор, так как за ней уже приехал Генка.

Однако, усевшись рядом с ним на переднее сиденье, девушка все никак не могла выбросить из головы слова бабушки о счастье. Конечно, на теленочка ее бывший походил мало, зато козел из него порой проглядывал знатный.

«Ладно, посидим в ресторане, а там видно будет», – успокоила себя Лиля. – «В конце концов, не в загс же еду!»

В ресторане царил полумрак, подсвечена была лишь небольшая сцена, на которой сидело трое музыкантов: пианист, гитарист и солист. Девушка, обладающая идеальным музыкальным слухом, болезненно скривилась, а узнав, что их столик во втором ряду, буквально у сцены, с трудом удержалась от шутки про беруши в меню.

Правда, на ее счастье, минут через пятнадцать песнопения закончились. Пара как раз успела выбрать, что будут есть и пить, и озвучить заказ официанту. Потом Генка начал делать пробные выпады, выбирая тему для разговора, а Лиля кратко отвечать или загадочно улыбаться.

Еще вчера, сразу после довольно неожиданного предложения о встрече, она решила, что без явных извинений ни о какой второй попытке даже речи быть не может.

Месяц назад Генка ускакал вдаль, именно как горный козел, причем внезапно, безо всякой видимой причины, не предупредив. И вот объявился, с цветами и приглашением провести вечер в лучшем на три ближайших района ресторане. Вместо того чтобы гордо послать в ту же даль, откуда вернулся, Лиля решила встретиться и выслушать, вдруг и правда существует достойное оправдание? Работа, болезнь, наследство – мало ли причин после полугода совместной жизни резко сорваться и скрыться в неизвестном направлении?!

– Ну извини, понимаю, что поступил плохо. Возникли срочные дела…

– И ты месяц сидел без средств связи? – с сарказмом протянула Лиля.

Ехидство не помешало ей заняться сырной нарезкой, а глоток белого вина внес в душу умиротворение. Так что вместо гомерического хохота Гене досталась лишь очередная таинственная улыбка.

– Понимаешь, милая, – мужчина тоже улыбнулся, снисходительно, словно говорил с ребенком, – срочные дела надо было решать срочно!

– Угу, ни минутки свободного времени не нашлось, – вздохнув с наигранным сочувствием, Лиля сделала еще один глоток вина и принялась изучать зал, при этом свободной рукой теребя бабушкины бусы. Имелась у нее дурная привычка, задумавшись или волнуясь, перебирать что-то в руках.

– Когда наваливается целая куча важных дел, мужчина сначала должен их решить, а потом вернуться с победой домой!

Лиля покосилась на Генку, хмыкнула и решительно встала из-за стола.

– Мужчина должен сначала позаботиться о спокойствии своей женщины, потратить несколько минут, прежде чем отправляться на подвиги, обнять ее перед уходом, сказать: «Жди меня, милая, я вернусь…»

– Гена?! Ты куда пропал?! – очень красивая, яркая, восточного типа девушка, до этого спокойно идущая за метрдотелем, свернула к их столику и замерла как раз рядом с Лилей, разглядывая заметно напрягшегося Геннадия.

– Дела у него, срочные, – отодвинувшись в сторону, чтобы освободить красавице путь к своему месту за столом, Лиля ласково потрепала Гену по щеке: – Напряги свое воображение, милый, придумай для нее что-то более убедительное! Приятного аппетита, – это девушка уже пожелала незнакомке. Но та не собиралась усаживаться, зато на Гену смотрела так недобро, что Лиля даже посочувствовала своему бывшему. Где-то глубоко в душе, само собой.

– Ты сбежал, потому что узнал, что я беременна?! – Красотка, окатив мужчину презрением, развернулась, а потом подхватила Лилю под руку, удерживая: – Оставайся, давай посидим втроем, поболтаем. Геночка все оплатит, правда, милый?

– Развлекайтесь! – деловой подлец, вытащив из кармана карточку, бросил ее на стол и быстро ретировался прочь.

– Красивый жест, как раз в духе Геночки, – удовлетворенно кивнула красавица, подзывая внимательно наблюдавшего за бесплатным спектаклем метрдотеля. – Несите меню, мы сегодня будем кутить!

В процессе выбора девушки успели друг другу представиться и выяснить, что вкусы у них совпадают не только на мужчин.

Заказав почти всю выпивку, сладкое, легкое, вкусное… в общем, почти треть имеющегося в меню, Георгина тут же всучила официанту карту, поручив снять с нее оплату как можно скорее.

Лиля сначала не поняла, к чему такая поспешность. Но, спустя пару бутылок игристого, ее новая знакомая снова подозвала официанта и попросила просто проверить карточку. Выяснилось, что та уже заблокирована.

– Он же жмот редкий, – радостно щебетала Георгина, налегая на сладости. – Наверное, для тебя решил выпендриться. Значит, надеется вернуть. Рассчитывал, что ты от меня сбежишь, а я останусь здесь, закажу еды и не смогу расплатиться.

– Ну… обычно я бы так и сделала, – подумав, признала Лиля. – Просто сегодня вечер такой, странный. Зато я поняла, почему у Гены срочные дела возникли! – Она догадалась об этом сразу же, едва Георгина упомянула о том, что ждет ребенка.

Всему виной купленный в аптеке тест, спугнувший нервного сожителя на целый месяц. Решил сбежать, не дожидаясь разговора, пересидел с другой, теперь появился прекрасный повод вернуться к брошенной и вроде бы не беременной.

– Редкостный подлец, давай выпьем за это!

– А как же малыш? Ему же вредно? – на четвертой совместно распитой бутылке заволновалась Лиля.

– Да нет никакого малыша, придумала я, – со смехом призналась Георгина. – Отличная проверка мужика, между прочим. Потом всегда можно сымитировать выкидыш, а можно и вправду забеременеть. Смотря какие результаты будут.

В общем, несмотря на козлиную натуру Гены, вечер у Лили прошел прекрасно.

Такси Георгины приехало первым. На прощание девушки пообещали друг другу еще раз встретиться. Причем обе понимали, что, скорее всего, никогда больше не увидятся.

Оставшись у ресторана в одиночестве, Лиля подошла поближе к двери, чтобы успеть забежать внутрь, если появится кто-то подозрительный. На душе становилось почему-то все беспокойнее, и даже поглаживание нефритовых бусинок не помогало.

Потянувшись поправить волосы, Лиля задела пальцами серьгу, ойкнула и, непонятно каким образом, поцарапалась об застежку. Да еще, вместо того чтобы сразу отдернуть руку, сначала сжала пальцы. Не иначе как из-за бурлящего в крови алкоголя.

– Ну и ладно… – обиженно буркнула девушка, вновь вцепившись в бусы.

Но тут дурное предчувствие решило отработать по полной программе!

Глава 2

Неприятность явилась, как Змей Горыныч, – сразу с тремя головами.

Троица молодых парней, о чем-то негромко переговариваясь, шла по той же улице, на которой стояла Лиля. И если бы девушка была в более трезвом состоянии, она бы заметила их пораньше, сообразив смотреть не только налево, но и иногда направо.

Но Лиля напряженно поглядывала лишь в одну сторону, а сейчас вообще уткнулась в телефон. Проклятое такси ехало откуда-то из Тьмутаракановска, не иначе! Потому что, судя по приложению, ждать оставалось еще минут десять.

Девушка уже решила вернуться в ресторан, но не успела. Парни, заметившие ее гораздо раньше, перестав болтать ускорились и окружили свою жертву, перекрыв ей доступ к двери.

Последовали стандартные шутки о том, почему такая красивая и в одиночестве. Лиля уж было понадеялась, что все обойдется, но тут один из парней, невысокий блондин, схватил ее за руку. Причем как раз за оцарапанную. Девушка ойкнула, поморщившись от боли.

– Да ты у нас неженка? – вместо того, чтобы отпустить, парень, недобро прищурившись, еще крепче стиснул Лиле пальцы.

Конечно, надо было закричать, и охранник ресторана обязательно пришел бы на помощь, но девушку буквально парализовало. В груди все сдавило от возмущения. Такой чудесный вечер разлетелся вдребезги из-за трех отморозков!

– Что у нас под платьицем? – похабно ухмыляясь, второй парень, пристроившись сзади, нагло полез под подол. А первый, продолжая сжимать пальцы Лили, попытался свободной рукой сдернуть с нее бусы.

Тут накативший на девушку паралич отступил. Со всего размаха открытой ладонью она заехала по уху стоящему перед ней блондину, одновременно лягнув каблуком под коленную чашечку того, кто стоял сзади.

Вырвавшись, Лиля дернулась к дверям ресторана, но на ее пути встал третий парень. Попытка ударить его локтем под дых с первого раза не получилась, а другого шанса ей никто давать не собирался.

– С-с-стерва! – один из уже пострадавших накинулся сзади, схватил и дернул девушку назад, плотно прижимая к себе, лишив возможности пнуть ногой засранца. И заткнул рот, причем не ладонью, а какой-то тряпкой. От нехватки воздуха у Лили закружилась голова, к тому же выпитый алкоголь тоже еще не выветрился, зато отлично разбавился адреналином.

Драться девушка не умела, но азам самообороны отец научил ее еще лет в двенадцать, когда она стала возвращаться домой попозже, в темноте. Конечно, обычно родители старались ее встречать, но у них не всегда получалось. Вот и пришлось освоить несколько приемов. Правда, большинство из них уже было использовано, а какими-то воспользоваться не получалось.

Но самым важным, по мнению отца, являлось спокойствие. Его надо было сохранять до последнего, что Лиля и делала.

Спокойно рассудив, что раз ноги и руки зафиксированы, она прижала подбородок к груди – благо рот ей затыкали не слишком сильно, – резко откинула голову назад и ударила затылком по какой-то части тела того, кто ее держал.

Вскрик, стон, ругань… главное – хватка ослабла! Девушка помчалась прочь, даже не оглядываясь. Слышимый сзади громкий топот трех пар ног, пыхтение и не слишком ласковые эпитеты придавали ей сил.

Район был знакомый, и ориентировалась в нем Лиля прекрасно. Куда примерно бежать, представляла хорошо. Правда, бег она никогда не любила, наряд тоже не соответствовал. И даже вроде бы явный плюс – сильное алкогольное опьянение у догоняющих, перекрывался таким же, если не более сильным опьянением у убегающей.

Но все равно девушка успела пробежать несколько улочек, крича «Помогите!» так, что у самой уши закладывало, прежде чем троица вновь ее окружила.

– С-с-стерва! А я ведь с тобой по-хорошему хотел, – выдохнул ей в лицо самый настырный, схватив за запястья, но предусмотрительно близко не наклоняясь.

Лиля с удовлетворением оценила изменившийся, гнусавый голос и начавший подпухать нос, а потом от души врезала приставале между ног. Конечно, ей было страшно, она представляла… вернее, даже не хотела представлять, что эти трое могут с ней сделать. Однако собиралась бороться, пока есть возможность.

Надеяться на появление такси было уже глупо, но, может, кто-то догадался вызвать полицию?

– Двинь ей пару раз, бусы отними и валим, – посоветовал блондин. Похоже, он был самый разумный из троицы.

Отматерившись после удара, гнусавый хорошенько встряхнул девушку и попытался обхватить оба ее запястья одной рукой, чтобы добраться до украшения.

– Фиг тебе… это бабушкино! – храбро отреагировала Лиля, внутри леденея от паники.

Вырвавшись, она сама быстро стянула бусы, сжала их в кулаке и ударила со всей силы, прямо в лицо настырному приставале.

И тут внезапно триллер превратился в фантастический боевик…

Откуда ни возьмись появилось восемь удивительно похожих друг на друга молодых русоволосых мужчин в зеленовато-коричневой одежде: широкие, восточного типа шаровары и обычные свободные футболки с круглым вырезом.

Обувь оценить Лиля не успела – не до того было, когда такое нашествие высоких, мускулистых, широкоплечих защитников. Глаз не отвести!

– Это еще что за… – успел удивиться гнусавый, прежде чем оказаться лежащим на асфальте, лицом в уличную грязь. Два его дружка прилегли одновременно с ним.

– Быстро или медленно? – в духе спартанских традиций поинтересовался у Лили один из восьми близнецов.

– Эм-м-м, – девушка, пребывающая в легком ступоре от увиденного, не сразу сообразила, что именно имеется в виду.

– Свернуть шею, проломить череп, разорвать на части? – с поразительным равнодушием близнец принялся предлагать различные варианты кончины хулиганов.

– Как следует избить, не повредив жизненно важных органов. – Лиля решила побыть милосердной, хотя идея насчет быстрого сворачивания шеи ей очень импонировала.

Ведь эти гады наверняка и раньше так развлекались. А раз до сих пор на свободе, значит, умудрялись выкрутиться, уйдя от справедливого возмездия. Только встроенные с детства установки о ценности любой человеческой жизни, даже таких отморозков, мешали согласиться с тройным убийством.

Все же парни только приставали. Не били, а лишь запугивали. Конечно, это не повод простить и отпустить, потому что от воспоминаний о чужих руках под подолом платья резко хочется под душ. И во рту до сих пор противный вкус от тряпки.

Душа Лили требовала мести, а разум – проучить, чтобы больше никогда, даже в мыслях…

– Сломать руки и ноги. – Главный близнец перевел пожелание девушки на спартанский, и остался стоять с ней рядом, пока остальные выполняли приказ.

– А вы кто?

Воспользовавшись возможностью отвлечься от неприятного зрелища, Лиля решила выяснить, что за спецназ неожиданно пришел ей на помощь.

– Кри́сталлы. Клан Нефритов, Дом Фрины. По состоянию на год отбытия – четвертый номер в шестом десятке первой сотни.

– А-а-а, – многозначительно протянула Лиля.

Мысленно она уже решила завязать с алкоголем на пару месяцев, даже с пивом. И найти себе хорошего парня, вместо Генки. Потому что если это не глюки после удара головой и не психологическая защита разума, создавшего восьмерку из шестого десятка, дабы отвлечь от происходящего с ней в реальности надругательства, значит, это белочка. Белая горячка чистой воды.

Как иначе объяснить так вовремя неизвестно откуда взявшуюся компанию мускулистых мужчин, защитивших Лилю от обидчиков?

Глава 3

Тут наконец-то, хотя на самом деле достаточно быстро, если ориентироваться не по ощущениям, а по часам, послышалась полицейская сирена. Лиля испуганно ойкнула, так как сейчас с точки зрения закона виноватыми будут ее защитники, а троица наглых говнюков – пострадавшими, причем достаточно ощутимо.

– Защищать или исчезнуть? – в том же спартанском стиле поинтересовался главный близнец.

– А вы успеете исчезнуть? – растерянно уточнила Лиля и тут же снова ойкнула, потому что восемь молодых мужчин действительно исчезли. Мгновенно. Точно так же как появились.

Лиля отреагировала на это очень эмоционально, воспользовавшись выражениями, которыми девушке из приличной семьи даже знать не полагалось. Но потом попыталась успокоиться, сосредоточиться и придумать максимально логичную версию для поспешно вылезающих из машины полицейских. Заодно бусы снова на шею надела, чтобы не потерялись.

– Они за мной от ресторана гнались, а потом, когда поймали, передрались между собой, – старательно всхлипывая, выдала девушка первое, что пришло в голову. – Они что-то очень забористое принимали и наверняка уже очень давно, – вспомнив про белую горячку, Лиля решила, что на нее как раз можно свалить историю о восьми близнецах. – Потому что дрались они между собой, но так, как будто на них еще кто-то невидимый нападает… Было очень страшно, – совершенно искренне призналась девушка и разрыдалась уже по-настоящему.

– Заявление писать будете? – сурово поинтересовался у нее один из полицейских, уже не сильно молодой и повидавший гораздо более тяжелые случаи, чем трое переломанных, но живых парней на асфальте.

– Нет… наверное, нет, – как следует все обдумав, Лиля повторила уже уверенно: – Не буду.

За хулиганство (а что еще вменять троице, если на девушке даже синяка приличного не наблюдалось?) полагался лишь штраф. И выплачивать его, скорее всего, будут не сами паразиты, а их родители. Конечно, они виноваты, что у них выросло такое чадо, но и так страдают от этого постоянно. К тому же им еще лечение переломов придется оплачивать.

– Их же не посадят? – на всякий случай уточнила Лиля. И по выразительному молчанию и недовольно поджатым губам полицейского сразу угадала ответ.

– Вас проводить? – вызвался второй полицейский, помоложе, после того как записал телефон, адрес, имя и фамилию. Девушка едва не согласилась, но потом вспомнила про восьмерку защитников и отказалась.

– Доберусь. Мое такси наконец-то подъехало…

Такси действительно подъехало и стояло у ресторана, судя по приложению, уже почти две минуты. И потом подъехало снова, уже туда, где его ждала Лиля. Так что до дома девушка добралась без приключений.

Но, как бы ей ни хотелось поскорее принять душ, смыв противные воспоминания, а потом улечься в теплую кроватку и уснуть, сначала она решила выяснить, что за близнецы пришли ей на помощь.

– Поговорить надо, – сказала она, усевшись на скамейку у подъезда и подергав рукой за бусы.

Конечно, мысль, что восемь мужчин – это восемь бусинок, попахивала безумием. Но других, более разумных версий у Лили не было. Зато подсознательно беспокоила нестыковка в количестве: одного близнеца не хватало.

– Говорить не люблю, – в этот раз перед девушкой появился только один из восьмерки и встал напротив, чуть ли не по стойке смирно.

– Садись, – Лиля похлопала ладонью по свободному месту на скамейке. И, видя, что мужчина сомневается, уточнила: – Мне голову задирать неудобно.

Вот только вместо того, чтобы усесться на скамейку, главный близнец скрутился в позу лотоса прямо на асфальте и выжидающе уставился на девушку.

– Откуда вы взялись?

Лиля много болтать тоже не очень любила, а еще терпеть не могла недосказанность и неопределенность. Поэтому с бусами хотела разобраться сразу и до конца. Тем более их же завтра придется вернуть бабушке.

– Из другой галактики. Путешествовали. Наша госпожа получила право на пространственно-временные перелеты, а мы ее сопровождали.

Ответ вносил некоторую минимальную ясность, но Лиле, естественно, требовалось больше.

– Вы не люди?

– Кри́сталлы.

«Повторение – мать учения», – хихикнула про себя девушка, глядя на абсолютно серьезного парня. У него на лице ни один мускул не дрогнул.

– А можно подробнее?

– Наше основное тело – камень. Если возникнет желание взаимодействовать с себе подобными, зародится второе тело.

– А почему человеческое? – настырно продолжила допрос Лиля.

– Так заведено, – мужчина передернул плечами. В его глазах сверкнуло что-то типа недоумения. Наверное, он никогда раньше даже не задумывался об этом. – Это решение изначальных кри́сталлов из клана Алмазов.

– Хо-ро-шо, – смирившись, что на эту тему больше ничего не выпытать, Лиля перешла к другой, не менее интересной: – Почему вы пришли мне на помощь?

– Ты вывела нас из стазиса. Кровью.

Тут девушке было все более-менее ясно. Кровь от царапины размазалась по бусинкам, и они очнулись. Фантастически бредово, но логично. Пожалев, что нельзя одновременно задать два одинаково волнующих ее вопроса, Лиля с трудом сделала выбор:

– А почему не ожил девятый?

– Госпожа Фрина ушла в вечный стазис, не пережив надругательства над ее камнем.

Фраза вышла длинная, но абсолютно непонятная. Мужчина и сам догадался об этом, без наводящих вопросов. И попытался прояснить:

– Звездолет потерпел крушение, мы не успели выйти из стазиса, когда нас подобрали и придали основным телам одинаковую форму. Мы – братья, поэтому легко смирились с тем, что теперь наши вторые тела еще больше похожи. А госпожа Фрина не смогла. Она была одной из первых красавиц Динвишвуда, – судя по грусти, промелькнувшей в голосе мужчины, он испытывал к своей госпоже искреннюю симпатию.

– Ясно, – закусив губы, Лиля инстинктивно покрутила пальцами желтоватый нефрит и вдруг ощутила болезненный укол. Как будто игла проткнула, причем очень глубоко.

Ойкнув, девушка резко отдернула руку, потрясла ею в воздухе и быстро засунула кровоточащий палец в рот.

«Слияние началось», – раздался механически-бездушный, но вроде бы женский голос у нее в голове. – «До поглощения физического тела осталось три… две… одна…»

Глава 4

На мгновение Лиле показалось, что свет померк, а сердце остановилось. Кожа покрылась мурашками, и внутри все заледенело. Сегодня ей еще не было настолько страшно!

Но время шло, ничего не происходило, если не считать неприятных ощущений, словно девушка уснула в очень неудобной позе и теперь тело мстило ей за это. Потом Лиле нестерпимо захотелось не просто сжать в руке желтый нефрит, а спрятать его в карман, укрыть от посторонних глаз.

«Смерть Кощеева в яйце…» – прозвучало в голове девушки голосом сказочницы из старого фильма. «А твоя в камне», – нервно хихикнуло подсознание. Ну а что еще оставалось делать? Орать, топать ногами и стучать кулаками по скамейке?

Интуитивно Лиля уже догадалась, что теперь намертво связана с желтой бусинкой. Только пока еще не смирилась.

«Спасешь мою семью – отпущу», – предупредил все тот же механический голос. – «Запускаю экстренное возвращение».

Девушка открыла было рот, чтобы поинтересоваться у главного близнеца, что за экстренное возвращение такое, но тут у нее закружилось… буквально все! Она как будто полетела с горы кубарем, потом подпрыгнула, резко приземлилась, скрутилась в клубок, влетела во что-то твердое и помчалась вверх на огромной скорости.

* * *

Очнулась Лиля на огромной поляне и на мгновение ощутила себя Белоснежкой… Нет, Спящей красавицей из сказок Пушкина. Потому что вместо гномов вокруг нее стояли богатыри, пусть и в восточных шароварах. Ну да, их было не семь, а восемь, но это уже совсем мелочи.

– С возвращением в Динвишвуд, госпожа Фрина, – низко склонился перед ней старший из близнецов. – Благодарим, что удостоились чести путешествовать с вами.

«Вот говнюк!» – эмоционально, но пока еще мысленно, выругалась девушка. – «Со мной он, значит, спартанец, а тут соловьем заливается! Сейчас я его удивлю… »

И Лиля предвкушающе-злорадно усмехнулась:

– У меня для вас всех есть приятный сюрприз. Не знаю, где ваша госпожа, но я – не она.

Восьмерка обреченно поникла, как ромашки на поляне после заката.

– Вечный стазис… – обреченно прошептал один из близнецов.

– Не уберегли… – горестно вздохнул другой.

– Но раз экстренное возвращение сработало, значит, слияние произошло? – с надеждой посмотрел на старшего третий.

Лиля тоже с интересом уставилась на мужчину, ожидая объяснений. Впадать в истерику, требуя вернуть ее обратно, она решила чуть попозже. Вдруг ее использовали исключительно как средство возврата близнецов на родину и теперь телепортируют в родной мир?

Она была согласна перетерпеть снова все кульбиты, головокружение и прочие неудобства перемещения. И едва не лопнувшие от собственного крика перепонки. И противное ощущение тошноты… Пусть ей потом станет плохо, только бы у родного подъезда!

– Да. Госпожа Фрина проиграла, уступив свою силу этой… – Мужчина прервался в последний момент, хотя по его взгляду все и так было ясно. Нет у него никаких добрых чувств к Лиле. С трудом сдерживая раздражение, он закончил: – … нашей новой госпоже. – И, выдержав небольшую паузу, чтобы собраться с духом, процедил с недовольной миной: – Позвольте, мы проводим вас в ваш дом?

– Я хочу обратно, в свой мир, в свой дом! – это, конечно, была еще не истерика, но и на спокойное требование уже не походило. Девушку начало слегка потряхивать. Вечер оказался богат на приключения, и последнее было лишним. – Верните меня на Землю, немедленно!

– Если наш Дом по-прежнему в первой сотне, вам дадут право воспользоваться звездолетом, как только мы компенсируем стоимость предыдущего, – лицо мужчины, после того как он узнал о подмене своей госпожи, снова превратилось в непроницаемую маску, однако говорить он стал немного больше. И даже более-менее понятно. Вот только звучало сказанное совсем не оптимистично. Слишком уж много «если».

– Хорошо, пойдем и все выясним, – смирившись, Лиля сама поднялась с земли, проигнорировав восемь протянутых ей рук. – Только как можно быстрее!

Поляна, на которую их экстренно вынесло, на самом деле оказалась огромным бескрайним полем, ослепляющим разноцветным великолепием. Красные, синие, белые, желтые цветы различной формы – и ромашковой, и колокольчиковой, и перьями покачивались где-то на уровне Лилиных колен.

Близнецы окружили девушку, то ли как эскорт и охрана, то ли как конвой, чтобы не сбежала. В отличие от нее они знали, в какую сторону надо идти, хотя Лиле казалось, что поле везде одинаковое. И никаких тропинок!

Однако через минут десять-пятнадцать молчаливого передвижения компания вышла на утоптанную дорожку, а вскоре вдалеке замаячило достаточно высокое здание, очень похожее по форме на сундук.

– А как там узнают, что вы – это вы, а я – это ваша госпожа Фрина? – неожиданно напряглась Лиля.

– С помощью магии. Не переживайте, – успокоил девушку один из близнецов. И тут же сжался под суровым взглядом старшего. – Простите, что посмел заговорить с вами, госпожа.

– Ты все сделал правильно, – недовольно зыркнув на главу нефритовых богатырей, Лиля одобрительно кивнула ответившему ей. – Когда госпожа задает вопросы, ей надо отвечать, – и девушка едва удержалась от желания показать язык резко присмиревшему деспоту.

Конечно, такого плана отношения были для нее в новинку. Она только недавно устроилась на работу, перейдя с дневного обучения на вечернее. Но студентку четвертого курса делать начальницей никто не спешил. Цель была просто закрепиться в отделе, чтобы потом постепенно карабкаться вверх по карьерной лестнице.

И вот пожалуйста – сразу госпожа, только неизвестно где!

Главное, после ее слов старший близнецов словно сдулся и поник, а вот тот, кого она похвалила – расцвел. Похоже, парни решили, что произойдет смена власти или появится новый любимчик. Но Лиля наводить свои порядки не торопилась.

Сначала надо было выяснить, сколько ей придется тут проторчать, прежде чем удастся вернуться домой. Если дня два-три, то смысла дергаться не было никакого, если месяц…

Нервно передернувшись, девушка постаралась отогнать панические мысли. Один раз нефритовые космонавты уже добрались до Земли, значит, и еще раз сумеют. Так что надо расслабиться и задуматься о другом.

– То есть, если слияние произошло, я теперь как вы, связана с камнем? – Лиля старалась запихать поглубже и вопли интуиции, и логику, подсказывающую ей, что иначе она бы сейчас спокойненько сидела на скамеечке у дома.

– Вы заняли место нашей госпожи… – обвиняюще выпалил старший близнец, развернувшись и уставившись на девушку. В его зеленоватых с коричневыми крапинками глазах плескался гнев, грозя вырваться наружу в любое мгновение. – Мы вас спасли, а вы!..

– Что «я»?! Ты всерьез думаешь, что я предпочла бы свалить с родной планеты неизвестно куда, неизвестно с кем, да еще и став зависимой от какой-то бусинки?! – Лиля решила сыграть на опережение и дала волю эмоциям. Она надеялась просто выговориться на повышенных тонах, но, неожиданно для себя, накинулась на мужчину с кулаками и принялась со злостью стучать его по груди и по плечам. Всхлипывая, но очень стараясь не расплакаться.

Не хватало еще разрыдаться сразу при восьми незнакомцах!

Лиля даже при подругах таких слабостей старалась не позволять, а последнее время и при родителях тоже. Только наедине и лишь когда совсем припрет. Но сейчас приперло так, что сдерживаться становилось все труднее.

Мужчина стоял молча, не сопротивляясь, даже не пытаясь защититься или хоть как-то увернуться. Смотрел он при этом куда-то вдаль, мимо Лили, грустно и обреченно. Казалось, что он тоже плачет, глубоко внутри.

Зато другой близнец, с которым девушка недавно переговаривалась, подойдя сзади, робко промямлил:

– Госпожа… но зато вы теперь будете жить вечно, молодой и красивой.

– Я не хочу вечно! Я хочу домой… к родным… к друзьям… мне на работу завтра! И в институт через месяц! И…

Запал внутри у Лили постепенно затихал, зато накатила дикая усталость. Девушка поняла, что не готова ничего сейчас выяснять, потому что ужасно хочет спать. Настолько сильно, что готова заснуть прямо на дороге. Встряхнувшись, она сначала чуть не упала на близнеца, рискнувшего ее остановить и утешить, а потом… потом почему-то оказалась на руках старшего в восьмерке.

Исключительно инстинктивно Лиля обняла мужчину за шею и уткнулась лицом в грудь, ту самую, по которой от души настучалась кулаками. А спустя несколько минут мерного покачивания неожиданно крепко уснула.

Глава 5

В полудреме Лиля ощутила, как ее уложили на что-то мягкое, как кто-то ловко снял с нее туфли, как ее сверху накрыли покрывалом… но прежде чем снова провалиться в сон, она схватила за руку того, кто ее принес:

– Останься!

Лиля совершенно не желала проснуться одной в незнакомой комнате, незнакомом доме, незнакомом мире. И, как ни странно, больше всего она доверяла именно старшему из близнецов.

– Как пожелаете, – в этот раз в голосе мужчины не чувствовалось ни злости, ни раздражения. Только обреченное смирение, которое злило и раздражало Лилю, но не настолько, чтобы помешать ей снова уснуть.

Правда, отдохнуть во сне не получилось. Девушку снова кружило, мотало, крутило как на аттракционах, она то взлетала вверх, то резко падала, вскрикивая от ужаса. И все это сопровождалось мерным механическим бормотанием: «Спаси мою семью! Спаси мою семью!»

На каком-то уж очень крутом вираже Лиле удалось вырваться из кошмара, и, резко подскочив, она некоторое время просто сидела на кровати и смотрела в одну точку. Наконец, чуть придя в себя, встретилась с напряженным взглядом мужчины. Он сидел на полу, в позе лотоса, и пристально смотрел на свою новую госпожу.

– Ну что, когда я смогу улететь? – не скрывая надежды поинтересовалась девушка.

– Стоимость звездолета получится компенсировать правительству через четыреста восемьдесят три года, при условии, что мы с братьями уйдем в стазис, а вы станете жить в режиме жесткой экономии.

Не совсем понятный смысл фразы поверг девушку в тихий ужас, к горлу подкатил удушающий комок, а желудок старательно намекнул, что очередная новость и ночные кошмары вызывают у него отталкивающий, вернее, выталкивающий рефлекс. Поэтому продолжение Лиля выслушала с каменно-равнодушным лицом, старательно борясь с собственным организмом.

– Но предварительно нам надо, чтобы наш Дом снова попал в первую сотню. Тогда правительство будет выплачивать вам определенную сумму на содержание, а вы сможете ее возвращать в счет уплаты долга за звездолет.

– …четыреста восемьдесят три года, – прошептала Лиля, пытаясь осознать настолько внушительный временной период. Земля за этот срок превратится для нее в такой же инопланетный мир, как тот, в который она попала сейчас.

– Да, не так уж и много. – Мужчина абсолютно не понял испытываемых его собеседницей эмоций и даже попытался кривовато улыбнуться. – Главное – попасть снова в первую сотню. А когда получите право на новый звездолет, выведете нас из стазиса и мы сделаем временную петлю, вернув вас в ваш мир.

– …временную петлю, – уже чуть бодрее повторила Лиля. – То есть я вернусь не просто на Землю, а в тот момент, из которого перенеслась сюда?

– Возможны некоторые незначительные погрешности, но не более одного-двух оборотов вашего светила. Проблема в другом.

Лиля, уже морально приготовившаяся восстанавливать порядок Дома и жить впроголодь пять сотен лет, только бы потом снова оказаться на лавочке у своего подъезда, насторожилась. Сжав пальцами покрывало, она замерла, выжидающе глядя на мужчину.

– Вы же останетесь связаны с камнем. А мы не сможем вернуться без вас в Динвишвуд.

– Ничего, – решительно тряхнув головой, Лиля спрыгнула с кровати. – Придумаем что-нибудь.

Выдавать, что их госпожа вроде бы жива и здорова, по крайней мере настолько, чтобы говорить в ее голове, девушка не собиралась. Но ведь ей как раз и пообещали свободу, после того как она спасет семью этой Фрины. Непонятно, правда, почему та не стала сама участвовать в спасении, а переложила все проблемы на ничего не соображающую в местных порядках землянку.

Тут подозрение ядовитой змейкой ужалило девушку и чуть сбавило ее радужный настрой.

– Есть же какие-то подводные камни, верно? – даже не оценив, какой вышел интересный для местного мира каламбур, Лиля прожгла взглядом уже вставшего с пола мужчину. – Какие-то нюансы, о которых ты умолчал?

– Движение вверх до первой сотни достигается за счет поощрений правительства и дуэлей между госпожами Домов, с последующим порабощением или уничтожением проигравшей.

– Та-а-ак, – глубоко вдохнув и выдохнув, Лиля снова попыталась настроиться на позитивный лад. – А на каком мы месте сейчас?

– Девятый номер в седьмом десятке третьей сотни.

Мужчина очень старался произнести плохие новости так, как будто они хорошие. Даже опять попытался натянуть на лицо улыбку, но вышло как-то уж очень неубедительно.

К горлу девушки снова подступил удушающий комок. Если им надо попасть в первую сотню, то до цели еще сто шестьдесят девять дуэлей! Не удивительно, что хитрая Фрина предпочла залечь на дно, особенно если она в любой момент может отвязать свой камень от тела Лили.

– Скажи, а вашей прежней госпоже приходилось сражаться? – любая исторически подкованная землянка при разговоре о дуэлях представляла или бой на шпагах, или обмен выстрелами из пистолетов. Конечно, никаким видом оружия Лиля не владела, но ведь всему можно научиться, было бы желание.

– Только два раза. И оба раза было использовано право замены.

– То есть не обязательно участвовать самой? – в душе девушки вновь затрепетала надежда. Правда, две дуэли – это не сто семьдесят. Но если есть возможность выставлять вместо себя кого-то более опытного, уже приятно.

– Если ваша соперница согласна и тоже выставляет замену. Но госпожи низших домов любят сражаться сами, – Лиля не смогла определиться, с осуждением или восхищением была произнесена последняя фраза, потому что следующая ее буквально ошеломила: – Обычно их вторая форма еще не полностью видоизменилась под женское тело.

– То есть… – забыв про шпаги и пистолеты, девушка попыталась осознать последнюю свалившуюся на нее новость. – То есть вы умеете менять пол?!

– Первоначальная вторая форма всегда похожа на ту, которую в вашем мире принято называть мужской. Право ее видоизменить и стать госпожой надо заслужить. Но после проигрыша вторая форма снова меняется, так как в Доме должна быть лишь одна госпожа.

– Но я родилась женщиной и изменить форму у меня не получится, – Лиля растерянно уставилась в окно, за которым манило яркими красками бескрайнее цветочное поле. – Да и на дуэлях драться не умею.

Растеряв позитивно-боевой настрой, девушка горестно вздохнула и вернулась на кровать. Буквально упав на нее, она уставилась в потолок. Ее чувства метались между безысходностью и яростью.

Если бы Фрина сейчас находилась в зоне ее доступа, Лиля бы придушила гадину безо всяких угрызений совести.

– Тогда вам придется остаться в Динвишвуде и через лет двадцать-тридцать впасть в стазис.

Мужчина, снова устроившись на полу, обреченно ссутулился.

– Почему именно через двадцать? – лениво поинтересовалась Лиля, продолжая изучать идеально белый потолок.

Ни пылинки, ни соринки, ни пятнышка, словно какая-то магия поддерживала в доме порядок.

«Точно…», – все так же вяло-лениво вспомнила девушка. – «Вчера же упоминали про магию!»

Просто ей тогда так хотелось спать, что было не до выяснения подробностей. Теперь же очень хотелось или кого-то прихлопнуть… или пробежаться по цветочной поляне, крича при этом что-то типа «А-а-а-а!», чтобы выплеснуть сразу и страх, и гнев.

– Нас восемь. Можно продавать по одному и несколько лет выплачивать налог за женскую вторую форму. Но потом придется или сменить ее на мужскую и найти себе новый Дом, или впасть в стазис.

Глава 6

В голове у Лили кружились сотни вопросов, но пока что было не до них. Ей требовался надежный план для возвращения домой.

Мало того, девушка подозревала, что ее поджидают еще сюрпризы от Фрины. Значит, нужен дополнительный план, чтобы обезопасить себя от этой хитрой бестии, вживившей ее тело в свой камень.

– Что ваша госпожа могла подразумевать под словом «семья»? Вас?

– Семья? Это ровесники из одной колонии. У кри́сталлов несколько этапов развития. – Мужчина наконец-то сообразил, что неплохо бы кратко рассказать историю их мира, и выдал удивительно длинную для него речь: – Мы зарождаемся на одной из планет-колоний, из минералов. Кристаллизуемся, растем, осознаем в себе личность, создаем вторую форму по подобию наших воспитателей. Потом нам объясняют законы и правила, учат идеально соответствовать предназначению, – тему про предназначение Лиля решила оставить на потом, чтобы не перебивать разговорившегося мужчину. – В группе обычно около десяти кристаллов. Нас было двенадцать. Вырвавшись в Динвишвуд, каждая семья старается держаться вместе, так проще выживать, – судя по тому, что теперь близнецов восемь, кое-кого они все же потеряли. – Госпожа Фрина заботилась о своей семье. Все ее братья жили здесь, вместе с ней.

– И где они сейчас? – слегка оживившись, Лиля приподнялась, оперевшись на локти, и уставилась на притихшего богатыря.

– Ушли в стазис, как и остальные, едва закончились оставленные им деньги. Или раньше, – уже не так уверенно добавил мужчина после паузы. – Раз правительство до сих пор не забрало дом, значит, задолженность по налогу на имущество не слишком большая. Этого можно было добиться, если сократить налог на живых членов Дома.

– Такое впечатление, что никуда не улетала, – нервно хихикнув, Лиля снова упала на кровать, раскинувшись звездой, и закрыла глаза. – Налог на имущество, налог на жизнь, налог на женскую форму… А зарабатываете вы как? – на этом вопросе девушка свесилась вниз, чтобы было удобнее смотреть на собеседника.

– Война, технологии, наука и искусство, – мужчина, похоже, не привык говорить так много, поэтому снова перешел на спартанский. – Мы с братьями управляем звездолетами.

– Хреновато вы управляете, раз потерпели крушение, – безо всякой жалости пнув близнеца сарказмом, Лиля вновь слезла с кровати.

В голове голосом матери зазвучали различные варианты пословицы «Под лежачий камень вода не течет»: фарш сам себя не провернет, картошка сама себя не почистит, комната сама не уберется… Ну и план по спасению сам не придумается.

– То есть зарабатывать можно и без дуэлей? – Возможность выкрутиться поэтапно очень воодушевляла. Судя по всему, деньги требовались еще вчера. Значит, первым делом надо добыть именно их, а уже потом начинать борьбу за движение по иерархической лестнице.

Планировать бюджет девушка более-менее умела и азы экономики уже знала: не зря училась на финансово-экономическом. Правда, на работу она устроилась обычным менеджером, с надеждой потом достичь полагающихся ей высот.

– Можно, только звездолет правительство вам не выдаст, – напомнил главный близнец.

– Это я поняла, – небрежно отмахнулась Лиля.

Какой звездолет, когда у них тут налог на налоге, и все не выплачены? Проблемы следует решать поэтапно.

– Мне нужна информация по вашему миру, по законам, обычаям, кланам. Все по максимуму, – смирившись, что прямо сейчас ее домой не отправят, девушка приготовилась составлять план по выживанию и процветанию, а для этого требовались знания.

Консультанта бы найти хорошего. Вот только тех, кто дает дельные советы, да еще и бесплатно, даже на Земле отыскать не так-то просто.

– В школах, – обдумав, выдал мужчина, озабоченно почесывая затылок. – Как только мы привыкаем ко второй форме, нас отправляют учить законы, чтобы лучше выполнять предназначение.

– И какое же у вас предназначение? – наморщив нос, Лиля уселась боком на подоконник, покосилась на своего собеседника, а потом уставилась в окно, на цветущую поляну.

Попасть в школу ей, скорее всего, не светило. Или сделать вид, что стукнулась, амнезия, научите по новой? Интересно, у камней бывают сотрясения мозга?

– Нефриты – звездолетчики. Наше предназначение находить планеты, подходящие для разведения кристаллов.

– То есть вы к нам на Землю заявились в поисках места для очередной колонии? – Лиля, оторвавшись от умиротворяющей пасторали, с возмущением уставилась на мужчину.

– Планеты, на которых существует разумная жизнь, совместимая с нашей, мы не колонизируем, – судя по интонации, главный близнец не чувствовал никакой вины. Не оправдывался, а просто информировал. – Если планета подходит по условиям, мы захватываем свободные территории и развиваем там месторождения. Если не подходит – мы оцениваем уровень опасности разумной жизни для Динвишвуда, и если он высок – вызываем цитринов.

– А цитрины – это?..

Лиля, нахмурившись, сверлила богатыря взглядом, но тот по-прежнему сидел с равнодушно-спокойным видом. Девушку так и подмывало встряхнуть этого брутального красавца, или хотя бы подколоть снова пообиднее. Сделать больно если не физически, то хотя бы морально.

Близнец раздражал до нервного тика. Однако пока что он являлся единственным источником информации, которому можно доверять.

С его братьями тоже нужно побеседовать. Только они запуганы или прежней госпожой, или своим главарем, и сведения из них придется выжимать, как сок из апельсинов.

– Цитрины – это элитные войска Динвишвуда.

– Ну… знаешь… – Лиля зажмурилась, чтобы не испепелить своего собеседника. – А на Землю вы этих ваших цитринов вызывали?

– Раз ваша разумная жизнь совместима с нашей, значит, вы являетесь нашими потомками или предками. К вам надо отправлять селенитов и пиритов, ученых и купцов.

– А… ну ладно, – с таким подходом девушка была согласна и тут же, поерзав на подоконнике, уточнила: – Им, случайно, не понадобится помощь коренного жителя? Я бы помогла чем могла. Столько всего интересного рассказала бы, прямо на месте…

– Как только выяснится, что вы – не госпожа Фрина, а иномирянка, обманом проникшая в Динвишвуд, вас уничтожат, – все так же равнодушно предупредил Лилю мужчина. – И нас всех раскупят другие Дома.

– Тебя же это не устраивает? – на всякий случай уточнила девушка, после того как нервно откашлялась.

И так было ясно, что собеседник в распродаже не заинтересован, пусть и предлагал ее как один из вариантов решения проблем. Но Лиле хотелось услышать явное подтверждение – словами, а не намеками.

– Часть моей семьи сейчас живет в другом Доме. Мы страдаем друг без друга. Я бы не хотел потерять остальных братьев, – четко сформулировав свою позицию, мужчина встал с пола и внимательно посмотрел на Лилю. – А еще я очень надеюсь на возвращение своей госпожи. Она выкупила нас всех, и мы поклялись оберегать ее. Но не уберегли. Нарушение клятвы постепенно разрушает первую форму. Это смерть для кристалла. Мне пока не хочется умирать.

– Что ж, я тебя прекрасно понимаю, – облегченно выдохнула Лиля. – Мне бы тоже хотелось, чтобы ваша госпожа вернулась к вам, а я – к себе. И для этого мне надо как можно больше знаний о вашем мире. Смогу ли я попасть в вашу школу?

Глава 7

Мужчина, поджав губы, медленно помотал головой. Что ж, на легкую победу Лиля уже не рассчитывала.

– Давай же, думай! Я про ваш мир не знаю ничего, ты тут вырос. Как нам выкрутиться без сотни дуэлей и массового стазиса?! Хороший сон, конечно, полезен для здоровья, но с вашими налогами в следующий раз мы проснемся на улице. И, кстати… – Она попыталась максимально дружелюбно улыбнуться, вместо того, чтобы как следует потрясти несчастного, пока тот не вспомнит наконец что-то полезное. – Меня зовут Лилия, ну или Лиля. А тебя?

Близнец, склонив голову набок, несколько секунд изучал девушку, словно проверяя, не шутит ли она над ним. И только потом выдавил:

– Фархат.

После чего снова замолчал, как будто издеваясь над бедняжкой, старательно сжимающей и разжимающей за спиной кулаки, подавляя желание вцепиться в так медленно соображающего собеседника.

– Нас можно звать не по именам, – глядя куда-то мимо Лили, выдал он наконец. – Имена – это для семьи. Обычно госпожи дают прозвища, чтобы было проще запомнить.

– Ну у меня все хорошо с памятью, – самонадеянно заявила девушка. – Да и вас пока что всего восемь…

– То есть я могу представить вам своих братьев? – Лиля инстинктивно почесала ухо, проверяя, все ли у нее хорошо со слухом. Потому что ей померещилось в голосе Фархата легкое такое ехидство. Почти весь диалог был как киборг, иногда поплевывая возмущением, а тут вдруг эмоции решил проявить?

– Да, я не против. Кстати, а как тут дела обстоят с питанием? Мне уже пора завтракать.

– Питание? – ехидство резко испарилось, сменившись озабоченностью. – Кристаллы не едят…

– Офигенно, – устало выдохнула Лиля, плюхаясь обратно на кровать. – Хорошо. Давай сначала решим, чем меня накормить. Потому что вряд ли я сумею вам всем помочь, если умру от голода.

– Я думал, это мы вам помогаем, – снова вернул насмешливые интонации Фархат.

«Надо было раньше знакомиться», – сделала вывод Лиля. – «Вон как взбодрился! Того гляди соображать начнет», – и она с одобрением покосилась на мужчину.

Если на время забыть о том, что перед ней не совсем обычный человек, и перестать злиться на его заторможенность, следовало признать – Фархат очень даже симпатичный. А медлительность разума вполне простительна для той мегазадницы, в которую они все провалились. Да и не всем же быть гениями. Зато с хулиганами близнецы разобрались очень быстро.

– А как у вас тут с личной жизнью? – пытаясь заглушить вновь нарастающую из-за чувства голода панику, поинтересовалась девушка. И, оценив недоумение в зеленовато-желтых глазах, попыталась конкретизировать: – Романтичное взаимодействие, поцелуи, объятия?..

– Вторая форма гиперчувствительна лишь на этапе привыкания, чтобы за всей семьей закрепились определенные внешние характеристики, – отмахнулся занудно канцелярской фразой Фархат. – Со временем чувствительность снижается, особенно у переходящих через трансформацию изменения пола. Это единственная разрешенная правительством серьезная корректировка внешности после получения вида на жительство в Динвишвуде.

Все фривольные мысли быстренько выветрились из Лилиной головы, зато желудок вновь настойчиво напомнил о себе агрессивным урчанием.

– Мне надо что-то съесть, – ответила девушка на заданный мимикой вопрос. – Мясо, фрукты, овощи.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.