Лана Добровольская
Про Машу

Великая сила искусства. (про Машу)

Жара…Столбик термометра неуклонно приближался к тридцати, цветы перед домом печально сникли и даже птицы и коты, разморенные летним зноем, не издавали привычных звуков. Маша сидела в беседке и чистила яблоки на повидло, с печалью поглядывая на два непочатых ведра даров сада. В голове промелькнуло   « Но впереди ещё месяц отпуска и долгожданная поездка на море»  – эта приятная мысль сразу подняла настроение и Маша улыбнулась. Раздался звонок. На проводе была Лидочка, школьная подруга. Лидочка работала в художественной школе и была Машиным гидом в мире искусства. «Машуль, в музее ИЗО выставка «Вся Россия», приглашаю на открытие, до встречи.»

 Марья Петровна поставила ведра с яблоками в сарай, повидло подождёт и начала собираться к выходу в свет. Искусство Маша любила, особенно изобразительное.

–Куда ты так вырядилась? На подиум собираешься? с улыбкой спросил муж.

–У меня свидание с Лидочкой в музее. Выставка всероссийская, если хочешь, пошли.

Муж искусство любил тоже, и через пару часов все трое стояли у нарядного здания в стиле «барокко». Поднявшись по широкой мраморной лестнице, Маша, затаив дыхание, вошла в храм искусства. «Здесь весь бомонд, в том числе и мы с вами», подмигнула Лидочка, протискиваясь ближе к центру. «Я пойду, с коллегами пообщаюсь, а вы пока картины посмотрите».

Маша остановилась у центральной стены, здесь экспонировались произведения на разные темы. Трагические события, мирные будни и героическое прошлое нашей Родины были представлены в различных жанрах – от скромного натюрморта до масштабного исторического полотна. Многие работы ей откровенно нравились, Марья Петровна, воспитанная на классике, даже вспомнила Русский музей. Так же вспомнились слова экскурсовода о мастерстве, о том, как тщательно изучали в Академии анатомию и перспективу.

Некоторые работы были выполнены не в классическом ключе, но были интересны сюжетом, композицией, оригинальным прочтением темы. На некоторые, Маша взирала с откровенным недоумением. Взгляд остановился на огромной картине по метражу сопоставимой с « Утром стрелецкой казни». Картина называлась « Парадигма» и на ней была изображена …табуретка. Подскочила запыхавшаяся Лидочка.

– А это одна из дебютанток, молодая художница Верочка Стрекозкина. Она ещё учится, азы постигает, но сами понимаете…

–Лидусь, не понимаем. Но, ладно Малевич, Кандинский, мужики с биографией, ты нам объясни, как это молодое дарование на выставку попало? Муж вопрошающе посмотрел на нашего гида.

– А вот ещё « пробы кисти» , а под этой « кракозяброй» написано, что создатель ее Академик и членкор, а под этими каракулям и написано…

Лидочка вздохнула.

– у Стрекозкиной папа очень обеспеченный, он помогает музеям, галереям, современный меценат, одним словом. А академик, вспомним Пикассо. Он рисовал очень реалистично, а потом ему это надоело, и он стал искать новые пути…

–Лидусь, а ты почему не выставилась? Вроде и образование у тебя есть, и рисуешь хорошо.

–Да я свои работы предлагала, не взяли, отказали. Говорят, тут не совсем касания с фоном выдержаны, там фигуру нужно было передвинуть чуть влево, а там рама не совсем подходящая. Раму перезаказала, все равно не взяли. А эта Стрекозкина у меня в группе была в художке. То ходит, то не ходит, то болеет, то по заграницам с родителями ездит.

Поступила в училище, там то же самое, преподаватели жаловались, табуретку нарисовать не могла…

 -Лида, ты не права, Верочка очень способная девочка. Она в нашей школе училась- по литературе одни пятерки. И английский на лету схватывала. Вежливая, воспитанная, очень хорошая девочка.

Маша решилась вступить в разговор.

–Я не говорю, что плохая. Пусть бы поступала в Иняз.

–Конечно, мы не специалисты, просто зрители. Но, по-моему, Лидусик, ты ей просто завидуешь. А тут даже философия просматривается…ПАРАДИГМА!

–Ты бы Лидусик, лучше бы своими оболтусами занялась, вот Машка говорит, что у них русский хромает и литература, не читают совсем классику. А насчёт мастерства, так табуретка нарисована весьма прилично, с перспективой, вон моя супружница так не сможет, хоть посещала художку в нежном возрасте.

–Да смогу я, и табуретку и стул смогу, только не пойму, почему это на выставке, которую по всей России возят представлено. Эти четыре квадратных метра можно было заполнить людьми, деревьями, домами, еще чем-нибудь. Мне , кажется, что было бы интереснее.

-Так люди и деревья так бы не цепляли, а тут все останавливаются. Муж улыбнулся.

У противоположной стены, окружённые корреспондентами, под прицелами камер и в свете софитов стояли академики, заслуженные художники и Верочка Стрекозкина.

Организатор выставки много и долго говорил об искусстве. О том, что нужно поднимать реалистическую школу, о том, что нужно опираться на классику,  и возить по городам за государственные деньги произведения реализма, а андеграунд должен вывешиваться в гаражах…

Лидочка, закусила губу, выглядывая из -за голов собравшихся   – там, на другом конце зала, все поздравляли академиков и Верочку Стрекозкину. Потом все дружно хлопали. Маша тоже хлопала и думала -

 «А что – такое андеграунд?»  в Манеже она видела выставку, где были представлены творения, аналогичные некоторым экспонатам выставки.

.Марья Петровна задумалась – «Как сложно у них все, в этом большом искусстве. Но я не специалист, наверное,  ничего не понимаю. Впрочем, летом буду в Питере, похожу по Эрмитажу. А это, это ещё не вся Россия».

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.