# Ты сможешь, ведьма!

Виктория Калленбах

Каково это – узнать, что твои любимые родственницы, которых знаешь с самого рождения – могущественные ведьмы и хранительницы древнего манускрипта, с помощью которого можно освободить из зеркального плена величайшее зло? Для меня – обычной белградской девчонки – подобно удару молнии в макушку. Теперь мне предстоит долгий и опасный путь к обретению себя, своих способностей и сил. Ведь я – единственный ключик, способный открыть древнейшую из тайн.

Виктория Калленбах

Ты сможешь, ведьма!


Глава 1

Меня разбудил крик петуха. «Неужели уже утро», – подумала я. – «Как быстро, однако». Выключив будильник, орущий голосом сумасшедшей птицы, я потянулась и открыла глаза.

К сегодняшнему дню нужно было подготовить иллюстрации для детской книжки про домового, и вчера я работала допоздна, пытаясь придумать и воплотить образ маленького человечка вплоть до мельчайших деталей. У меня было уже порядка десяти различных вариантов, но ни один из них мне не нравился. Все они казались нелепыми, картонными и плоскими. Вот ведь, забивают детям голову разными глупостями. Напридумывают того, чего и в помине нет, а потом удивляются, что детишки не спят по ночам.

А ведь я всегда могла создать четкий и продуманный внешний вид персонажей. Есть у меня такая способность – создавать живую картинку по мельчайшим штрихам образа. За то меня и любят в родном издательстве. Правда, шеф постоянно твердит, что это какие-то ведьминские штучки, но я не обижаюсь. Что есть, то есть. Вот чувствую я их, и все тут. А в этот раз, не сработало…

«Ну, что ж, – подумала я – заброшу все варианты в издательство, а потом решу, как доработать». Наскоро собравшись и завязав длинные черные волосы в тугой узел, я покидала в рюкзак самое необходимое, схватила свой рабочий портфель, вставила ноги в кроссовки и выбежала за дверь. На кофе времени не было. Выпью где-нибудь по дороге. Запрыгнув в авто, припаркованное возле дома, я выехала на дорогу, и вклинившись в поток машин, понеслась навстречу с заказчиками.

Утренний Белград гудел как растревоженный улей. Припарковавшись на стоянке возле издательства, я решила-таки перехватить стаканчик кофе в ближайшей пекаре. Запах свежих булочек был божественным, но я усилием воли заставила себя взять только кофе. Скоро лето, а я, итак, набрала пару лишних кило. Выйдя на улицу, зажмурилась от яркого солнца, бьющего мне в глаза. «Нужно было захватить очки, теперь буду жмуриться как крот». Времени до планерки оставалось катастрофически мало, я рванула сквозь людской поток, ловко лавируя между пешеходами. До входа в издательство оставалось совсем немного, когда я словно влетела лбом в прозрачную стену. Сумка слетела с моего плеча и упала на асфальт.

На миг перед глазами померкло, голова закружилась. Мне показалось, что я сейчас упаду, однако, на мое удивление, этого не произошло. Меня подхватили крепкие сильные руки. Подняв взгляд, я увидела суровое, небритое, но довольно молодое лицо и ярко синие, с фиолетовыми прожилками, глаза. Незнакомец смотрел на меня изучающе, будто пытался прочитать мои мысли. Затем его лицо приобрело странное пугающее выражение, и мне показалось, что он буквально отбросил меня от себя.

– Нур дас хат дефелт! – прорычал он, глядя куда-то мне за спину.

– Что, простите? – пролепетала я, но тот, подхватив свой портфель, резво рванул прочь.

Пожав плечами, я подняла свою сумку с эскизами и направилась к вращающимся стеклянным дверям. Внезапно телефон в кармане затрезвонил. Номер был мне незнаком.

– Ана Лекович? – голос в трубке был жестким и властным. Чувствовалось, что говоривший не отличается особой деликатностью.

– Да, это я.

– Вам что-нибудь говорят имена Джюрджица и Слободанка Сарич?

Неприятное онемение окутало мое тело. Просто так не задают такие вопросы. Голос в трубке был мне незнаком, и это порождало еще большую тревогу.

– Да, это мои бабушки. – ответила я.

– Соболезную, ваши бабушки скончались.

– Как? Вот так сразу? Вместе? – Я все еще не могла поверить услышанному.

Это какой-то бред. Нелепая ошибка. Так не бывает.

– Что произошло? – набрав в грудь побольше воздуха, выдохнула в трубку я. – Несчастный случай?

– Что-то типа того. – Уклончиво ответили на том конце. – Вы единственный родственник, с которым нам удалось связаться. Будем признательны, если вы как можно быстрее приедете к нам, в полицейское управление города Лозница. Нужно… – голос замялся, – опознать тела.

– Хорошо, – непослушными губами прошептала я, – я приеду.

Последний раз я видела их лет пять назад. Еще до того, как поступила в университет и переехала в столицу. Тот заснеженный зимний день мгновенно вспыхнул у меня перед глазами. Божич. Великий сербский праздник. Начало нового летоисчисления, новой жизни и надежд. Мои неугомонные бабушки, вечно что-то придумывающие и собирающие всю семью вокруг себя. Старый дом, полный книг и запаха свежей выпечки. Мама и папа. Они тогда еще жили здесь, в Сербии, в маленьком городке на самой границе с Боснией. Где родилась и выросла я. В невероятном, волшебном месте, где прошло мое детство. А потом, они переехали в Зальцбург. И с этого момента моя жизнь разделилась на до и после. Снежный склон, сошедшая внезапно лавина… И такой же бесстрастный голос в трубке, сообщивший мне, что их больше нет.

Погрузившись в воспоминания, я не заметила, как вошла в холл издательства.

– Ана, ну где ты ходишь? – налетела на меня с порога Мила, секретарша шефа, – все уже собрались. – И что случилось с твоей курткой?

Опустив взгляд, я увидела огромное коричневое пятно, расплывшееся на груди.

– Черт! – выругалась я, – это, наверное, кофе. Со мной сейчас такое произошло…

– Иди, иди, потом все расскажешь. Буду ждать тебя на кухне после планерки.

Войдя в зал совещаний, я уселась на свое место и сделала вид, что чутко внемлю речи начальства.

– Так, а вот и Ана, – он прервался и испепеляюще посмотрел на меня. – Ну-с, дорогая наша, чем порадуешь?

– У меня есть несколько набросков, нужно лишь выбрать один из вариантов.

Я открыла портфель и остолбенела. Что это? Странные приспособления, какие-то кристаллы, огромный тесак, веревка. Где мои эскизы?

– Эмм.. – я не знала, что сказать, – вы не могли бы подождать до завтра, пожалуйста.

Я лихорадочно соображала, что произошло. Это определенно был не мой портфель. Тогда где мой? Перед глазами промелькнуло мое столкновение с незнакомцем. Он сбежал, подхватив портфель. Мой портфель! Черт! Черт! Черт! И что же теперь делать.

– Извините, – пробормотала я, – мне только что сообщили, что погибли мои бабушки, я должна срочно уехать. Простите.

Я подхватила свои вещи и выбежала из комнаты. Уже подходя к машине, опять ощутила вибрацию телефона. Да что ж за день сегодня такой!

– Халло! – произнесла я.

– Ана, это вы? – спросили на том конце.

– Да, я. С кем я говорю?

– Меня зовут Зорица Маркович, я адвокат вашей семьи. Ваши бабушки…

«У моей семьи был адвокат? Вот это новости. Что еще я не знаю о вас, дорогие мои?»

– Да, спасибо, я уже знаю, – перебила я ее, не желая вновь слушать весь этот ужас.

– Ах, вот как, – кажется, она была озадачена. – Так вы приедете?

– Да, сегодня к обеду, – сказала я.

– Отлично! Сразу же приезжайте ко мне в офис. Это дело не терпит отлагательств. У меня есть один клиент, он предлагает отличные деньги за дом сестер Сарич.

– Но я не хочу продавать дом, – я была просто поражена ее напором.

– Поверьте, исходя из состояния постройки, это более, чем щедрое предложение. Нужно ковать железо, пока горячо.

– Я буду у вас после обеда, – сказала я, чтобы как-то остановить этот словесный поток, и положила трубку.

Спустя мгновение, я поняла, что понятия не имею как называется ее контора. Но в тот момент я настолько растерялась, что просто позабыла об этом факте. Ну, что ж, спасти меня может только он – великий и ужасный Гугл. Набрав в поисковой строке имя адвоката, я была поражена количеству ссылок. От удивления я аж присвистнула. Ничего себе! Да она, практически, почетный член города. И почему раньше я о ней не слышала? Ок, с этим разберусь позже.

Примерно через два часа, я въехала в городок, всегда погружавший меня в воспоминания о беззаботном детстве. «Бања Ковиљача. Добро дошли у Србиjу» гласила надпись на выцветшем дорожном указателе. Проехав мимо прекрасного королевского парка, в это время года больше напоминавшего кадр из какого-нибудь триллера, в котором героиня бежит в тумане, не разбирая дороги и поскальзываясь на грязном рыхлом снегу, я свернула на одну из боковых улочек. Узкая извилистая дорога вела меня почти на самый верх, к тому месту, где заканчивались дома и начинался крутой склон горы Гучево.

Спустя буквально пару минут, я остановила авто у небольшого приземистого домика. Цоколь его был сложен из огромных валунов, а черепичную крышу украшали резные деревянные гребешки. Ставни были плотно закрыты на шпингалеты. Дом будто спал, я чувствовала это, как всегда чувствовала его. Он мог радоваться, грустить, подсматривать за обитателями и иногда немного чудить. Все эти ощущения были привычными и обыденными.

В детстве, я не могла понять удивления взрослых, когда рассказывала им об этом. Я-то считала, что все видят то же самое. Со временем я перестала доказывать им что-то. Зачем лишний раз испытывать терпение вечно занятых людей. Они называли это фантазиями, потом шалостями, потом начинали злиться и говорить, чтобы я выкинула из головы «всю эту дурь» и занялась чем-то полезным. Единственными, кто разделял мой маленький секрет, были бабушки.

Открыв калитку, я шагнула в маленький дворик, огороженный высоким каменным забором. Круглое бетонное крылечко местами потрескалось, но все еще казалось крепким и добротным. Вынув из кармана тяжелый металлический ключ с резной головкой, я аккуратно вставила его в замочную скважину. Таких ключей было всего два, и бабушки всегда настаивали, чтобы один хранился у меня. «Потому что дом впустит только того, кто его слышит», – подмигивали мне они, таинственно улыбаясь.

Дверь со скрипом повернулась на петлях, и на меня пахнуло чем-то родным, теплым и давно забытым. На глаза навернулись слезы. Все это время я отказывалась верить в то, что больше никогда их не увижу.

«Так, не время раскисать», – сказала я себе, проходя внутрь. Увиденное, меня удивило. Сколько я себя помнила, в доме царил абсолютный порядок. Идеально накрахмаленная скатерть, сложенные стройными рядами в огромном буфете всевозможные тарелочки, вазочки, пиалочки. Изящный старинный сервиз, из которого пили кофе, а не просто смотрели, как он годами пылится на полке. Сейчас же на кухне царил полный бедлам. Буфет предстал передо мной огромным монстром с вывернутым нутром. Ящики были вынуты, а их содержимое рассыпано по полу, дверцы открыты. Красивая старинная посуда валялась на ковре перед ним, и мне показалось, что я слышу ее стоны.

Пройдя вглубь дома, я увидела примерно ту же картину. «Что же тут так тщательно искали, – подумала я. – И, главное, кто?» В то, что весь этот беспорядок устроили мои старушки, не верилось ни грамма.

Оставив рюкзак на диване в гостиной, я вышла из дома и тщательно заперла дверь. Пора бы наведаться к этому уважаемому члену города. Что-то мне подсказывает, что она сможет пролить немного света на все эти странные события.


Глава 2

Адвокатская контора «Маркович и сыновья» располагалась в самом центре городка. В новеньком помпезном здании, недавно выстроенном местным воротилой строительного бизнеса. Вращающаяся дверь буквально втянула меня внутрь, и я оказалась в огромном холле. Мраморный пол, позолота и мебель в стиле Барокко. Новодел, но как выглядит! Просто захватывает дух. «Ох, ты ж! Прям Версаль», – подумала я, проходя к стойке администратора.

– Здравствуйте, мне нужна контора «Маркович и сыновья», – как можно приветливее произнесла я.

Девушка за стойкой подняла на меня густо подведенные черным карандашом глаза, пару раз моргнула и, словно кукла чревовещателя, отрапортовала глядя в пустоту:

– Четвертый этаж. Добро пожаловать.

«Странная какая-то девица», – промелькнуло в голове. Ну да ладно, главное – цель ясна. Пройдя к лифту, я нажала кнопку вызова и двери тут же распахнулись, явив мне вполне обычную кабину. А я-то уже приготовилась к тому, что там будет красная обивка и мягкий диван. Нет, ну а что – исходя из убранства холла можно было ожидать чего угодно.


Лифт выплюнул меня в небольшое открытое пространство.  Коридор со множеством стеклянных перегородок. Вполне современно и никак не соответствует тому, что я видела внизу. Секретарши не было. Не было никого, с кем я могла бы поговорить. Я решила пройти по нему и, пока шла, смотрела на фотографии в строгих рамках, висевшие на единственной глухой стене. В основном это были портреты. Женщины на них, казалось, смотрели на меня, и я почувствовала, как у меня слегка зачесалась кожа на затылке. «Очень странное место», – подумала я.

Почему-то захотелось позорно сбежать, бросить все и вернуться в наш милый домик. Навести чистоту и порядок и подумать, что делать дальше. Но сделать это, по понятным причинам, я пока не могла.

– Эй! – позвала я.

На этот раз я услышала шум. Но это был не человек. Это была какая-то птица. Я дошла до конца коридора, слева от меня была открытая дверь. В центре комнаты стояла огромная клетка. Я подошла к ней, не обращая внимания на остальное пространство. Оно было красиво оформлено, но я смотрела только на существо, которое находилось передо мной. Это был прекрасный ворон, и я могла сказать, что тот, кто владел этой птицей, очень её любил. Сама клетка, вероятно, стоила больше, чем я зарабатывала за месяц, а птица казалась спокойной и почти безмятежной.

Увидев меня, она захлопала крыльями и начала неистово каркать. В ужасе отшатнувшись, я, тем не менее, не могла отвести от нее взгляд. «Помоги мне! Помоги мне! Помоги мне!» – билось в моем мозгу в такт птичьим крикам.

– Что случилось? – спросила я у нее, прекрасно отдавая себе отчет в нелепости происходящего.


– Он просто сварливый старый хрыч, – сказал кто-то у меня за спиной.

Я удивлённо обернулась, потрясенная тем, что кто-то подкрался ко мне. Хотя я не делала ничего плохого, почему-то почувствовала себя так, будто меня поймали с поличным, когда я запускала лапы в банку с печеньем. На женщине, стоявшей передо мной, был костюм, скроенный идеально по ее высокой стройной фигуре. Волосы были собраны в тугой пучок, идеальный макияж подчеркивал выразительные черты лица.

– Вы, должно быть, Ана? – спросила она.

– Да, это я, – ответила, протягивая ей руку. Влажную и холодную от только пережитого. Фу, аж самой противно.

Однако, женщина не выказала недовольства.

– Следуйте за мной, – произнесла она.

Она повернулась и, не оглядываясь, пошла по коридору. «Показываешь свое превосходство? Ну что ж, посмотрим кто ты на самом деле», – подумала в тот момент я и пошла следом, не отрывая взгляда от ее идеально ровной спины. Ворон в клетке пару раз хлопнул крыльями и обреченно затих.

Мы вошли в кабинет, на удивление похожий на самый обычный офис. В нем не было ничего жуткого. Большой стол с креслом и двумя стульями для посетителей с другой стороны. По всей комнате были расставлены растения. Видимо, Зорица любила зелень. Там были цветы и пара кактусов. В одном углу даже стояло миниатюрное деревце.

– Присаживайтесь, – указала она на один из стульев.

– Как умерли мои бабушки? – задала я вопрос в лоб.

– Мы точно не знаем. – Пауза. – По официальной версии их сбил грузовик. Тела нашли недалеко от города, на окружной дороге. Что им там понадобилось в столь поздний час никто не знает, однако, факт остается фактом. При них были личные карты, только так и удалось установить кто они. Сами понимаете, опознавать там особо нечего было.

– Где их тела? – я сглотнула комок в горле.

– В местном морге, где же еще, – Зорица посмотрела на меня в упор и странный огонек блеснул в ее глазах.

– Я должна поехать в полицию. Меня просили их опознать.

– Не думаю, что это доставит вам удовольствие, – она усмехнулась, – Сами понимаете, после такой аварии…

Меня неприятно поразил откровенный цинизм ее слов, который та даже не пыталась скрыть.

– Это мои самые родные люди! – вспылила я, – и я хочу увидеть их тела!

– Ну, раз вы так настаиваете, я могу это устроить и без помощи полиции – протянула женщина.

Взяв телефон, она набрала номер, и, немного подождав, проговорила в трубку:

– Чао, дорогой! У меня тут наследница Сарич, хочет увидеть тела. Да, хорошо, мы подъедем минут через двадцать.

Здание морга было маленьким, приземистым и отдающим невероятной тоской. Неопределенного цвета линялые стены, когда-то выкрашенные то ли сизой, то ли лиловой краской, обшарпанное крыльцо и давно не мытые окна.

У входа нас уже ждал невысокий упитанный мужчина в полицейской форме.

– Добрый день, вы, должно быть Ана? – произнес он, протягивая мне руку. – Деян Павич, я звонил вам. Спасибо, что смогли так быстро приехать.

Мы прошли по узкому коридору и повернули в сторону приоткрытой двери. Просторный зал, яркие светильники под потолком, невероятно белым, как и стены, выложенные глянцевой мелкой плиткой. Посередине стояли два стола, на которых под накинутыми белыми простынями угадывались очертания тел.

– Проходите, – услышала я голос и, обернувшись, увидела маленького пухлого старичка, копошащегося в углу возле тележки с инструментами. – Я уже закончил.

Он подошел к нам и улыбнулся.

– Желаете взглянуть? – произнес он, глядя на меня, словно торговец на турецком базаре, пытающийся впарить незадачливому туристу ненужную побрякушку.

– Да, – сухо ответила я.

Подойдя к первому столу, он стянул простыню, и моим глазам предстала картина, которую я не забуду уже никогда. Тошнота подкатила к горлу, но усилием воли я заставила себя подойти ближе. Вся верхняя часть тела была обезображена до неузнаваемости. Целыми остались лишь руки, что спокойно лежали вдоль тела. Я посмотрела на кисть и замерла. В свете неоновых ламп блеснуло кольцо, которое я сразу же узнала. Уроборос, выполненный из старинного серебра. Дрюрджица!

Воспоминания накатили на меня. Бабушка никогда с ним не расставалась. Единственный раз, когда я видела, что она снимала его, был в тот день, когда они вытаскивали меня из огромного колодца на заднем дворе своего дома. Сознание заволокла тьма. Сквозь нее, словно сквозь слой плотного тумана начали пробиваться воспоминания. Меня долго пытались убедить в том, что это были всего лишь видения от обморока. «Девочка просто перегрелась на солнце. Немудрено, в нашем-то климате». Я тогда долго сидела на заднем дворе, перебирая мелкие кварцевые камешки, что в изобилии можно было найти на горе напротив их дома. Ливни и сель обнажали породу, и она осыпалась мелким кварцем практически под ноги. Я очень любила собрать их, и потом, придя домой, погрузить в таз с водой, промыть и выкладывая на солнышке, любоваться переливами розового и серебристого. Мне казалось, что я слышу, как они шепчут мне свои старые тайны, собранные за столетия пребывания в недрах горы.

И вот я выливаю воду, аккуратно, чтобы не высыпался ни один камешек. Затем отношу их к бетонной площадке вокруг колодца и высыпаю «на просушку». Камешки разлетаются в стороны и уверенно совершают побег на крышку люка. Боясь потерять свои детские «сокровища», я стремительно подбегаю, нога опирается на крышку. Пытаясь собрать все как можно быстрее, я становлюсь на нее второй ногой, и чувствую, как сердце ухает в пятки, под которыми простирается пустота. Я ожидала чего угодно. Боли, падения в ледяную воду, резкого удара, но только не того, что тогда произошло. Я будто погрузилась в плотное облако, белое и ватное, как если бы из перины выпотрошили все перья, но они не разлетелись по дому, а застыли шаром. Голова кружилась, тело было расслаблено, кажется, в какой-то момент я даже начала задремывать. Вдруг перед глазами мелькнула неясная тень. Темная и мрачная. Я мгновенно пришла в себя и сжалась в комок. Вторая тень налетела также стремительно и принялась кружить вокруг меня. Это было до того ужасно, что я не могла ни дышать, ни шевельнуться. Сумрак начал сгущаться, и я почувствовала, как меня потянуло вниз. Что есть силы, я закричала и дернулась, пытаясь вырваться. Внезапно яркий луч, похожий на плеть прорезал пространство. Мне кажется, я даже услышала характерный щелчок. И еще раз, и еще, пока неведомый аркан не зацепился за мою руку и меня стремительно дернуло вверх. Яркий свет ударил в лицо, и я потеряла сознание.

– А я говорила тебе, что нужно его закрыть. Позвать Мирослава, чтобы он запечатал его раз и навсегда. – Голос, доносящийся словно сквозь вату. Родной, успокаивающий.

– Ты же знаешь, что проход нельзя запечатывать. Это не в нашей власти. Последний раз это делали в 1939 году. Помнишь, что тогда произошло? Его не смогли отправить назад. То-то же. Мы же не хотим, чтобы все это повторилось.

– Ох, – вздохнул первый голос, – и то верно. Давай-ка я перевяжу тебе ладонь. Смотри, почти до кости рассекла. А кольцо цело. Выдержало, молодец, змеюка, в очередной раз помогла.

Я тряхнула головой, отгоняя воспоминания. Повинуясь неведомому инстинкту, протянула руку и перевернула кисть трупа ладонью вверх. Кожа была идеально гладкой. Ни малейшего следа. Еще не совсем отдавая себе отчета в том, что делаю, я обошла стол и проделала то же самое с другой ладонью. Пусто.

– Откройте второе тело! – потребовала я.

– Как скажете, – пожал плечами старичок.

Но и на втором теле не было никаких отпечатков. Я подняла глаза и посмотрела на присутствующих.

– Это не они. – Твердо сказала я. – Это не мои бабушки.

– Но, документы, одежда, да даже кольцо! Все знали его, она никогда его не снимала. – Адвокат начала заметно нервничать.

– А вот кольцо я заберу. Это реликвия нашей семьи. Не знаю, что произошло и куда вы дели моих родственников, но совершенно точно собираюсь это выяснить!

Глава 3

– Ну, что, бездари, опять все провалили? – Зорица постучала длинными красными ногтями по столу и взглянула на двух амбалов, сидящих перед ней.

– Ну, мам! Мы все сделали как ты сказала. Кто ж знал, что она такая въедливая. Просто заноза в жо…

– Не сметь ругаться, – прикрикнула она. – Когда вы уже научитесь вести себя как люди? Уважаемые, порядочные люди, какими все нас здесь должны считать!

– Мам, я больше не могу, – заканючил второй, – можно нам уже вернуться домой? Ну невыносимо, правда.

Он стянул с головы парик, обнаживший красную абсолютно голую кожу черепа с маленькими рожками.

– Невыносимо? – глаза ее сделались красными, и в них на миг вспыхнуло пламя. – Я все сделала за вас. Даже дом погрузила в стазис! Вам оставалось только найти этот чертов манускрипт! Но вы и с этим не справились! Вот уж и правда демоново отродье. Все ваш папаша, будь он неладен. Порченое семя. Еще и старух упустили!

– Кто ж зал, что они так быстро отреагируют? Ползали вечно, как сонные мухи, а тут раз, и за полдня все следы подчистили. Мы все проверили, они не пересекали границу, в Сербии их тоже нет. А маяк был настроен на кольцо. Никто не думал, что она рискнет его оставить.

– Ну что ж. Теперь оно у девчонки. А это значит, что не все потеряно. Рано или поздно она приведет нас к тому, что мы ищем. – Зорица потянулась в кресле. – Свободны, бездельники. Идите, имитируйте добропорядочную жизнь. И чтоб больше без глупостей. Ты меня услышал, Кайл?

– Ох, госпожа Зорица, забываетесь, – осклабился тот, нарочито кривляясь, – Драган, меня зовут Драган.

– Пошли вон, – устало произнесла она и прикрыв глаза откинулась в кресле.


Вернувшись в дом, я приступила к уборке. Тщательно перемыв и расставив посуду по местам, перешла в гостиную, пол которой был усеян книгами, осколками некогда красивых ваз и разными мелочами, которые так любили мои старушки. Статуэтка балерины лежала в самом углу, отброшенная за ненадобностью теми, кто перевернул этот дом вверх дном. Голова отломилась при падении и теперь лежала недалеко от искалеченного туловища. Взяв ее в руки, я попыталась приладить фарфоровую голову к телу, продумывая варианты реконструкции. Внезапно, взгляд мой зацепился за полость внутри фигурки. Взглянув повнимательнее, я различила в самой глубине обрывок бумаги, свернутый в тугой рулончик.

Порывшись в рюкзаке и вынув маникюрный набор, я взяла пинцет и начала аккуратно вытаскивать бумажку. Эта, казалось бы, несложная работа, заняла у меня достаточно времени. И вот, рулончик был у меня в руках. Развернув его, я оторопело вчитывалась в строки, написанные аккуратным мелким почерком Слободанки.

«Девочка моя, если ты это читаешь, значит то, чего мы так боялись, все-таки произошло. Мы долго пытались уберечь тебя от всего этого. Но, видимо, настала пора узнать правду. Наш мир не совсем такой, каким может показаться на первый взгляд. Он не статичен, а текуч как смола. Время в нем может замедляться и ускоряться по твоему желанию. А еще, в нем иногда появляются дыры. Проходы, как мы их называем. Но пройти через них может лишь тот, кто наделен особым чутьем и способностями. Это великое знание, передающееся из поколения в поколение и тщательно оберегаемое от посторонних. Таких семей осталось очень мало, и наша одна из них. В детстве ты открыла эту завесу, но была не готова, да и опасно это было. Но теперь настало время действовать. Помнишь колодец на заднем дворе? Это один из самых старых и стабильных проходов. Доверься своему чутью и ступай. Мы найдем тебя по ту сторону. Уроборос подскажет тебе дорогу, слушай его и ничего не бойся. Твоя Ба».

Я вновь и вновь перечитывала строки на старой пожелтевшей от времени бумаге, пытаясь уложить в голове столь невероятные факты. Виски покалывало, чувство тревоги нарастало. И тут я осознала, что именно не давало мне покоя с самого приезда. Дом! Я его не слышу! Поднявшись, я принялась медленно обходить по кругу каждую комнату, проводя руками по стенам, прислушиваясь пытаясь проникнуть в самую его суть, как учили бабушки. «Что с тобой случилось, милый? Ответь мне, пожалуйста». Выйдя на крыльцо, я подняла глаза к резному деревянному украшению, подковой нависающему над входом. Внезапно глаз кольнуло, будто солнечный зайчик попал в зрачок. Приглядевшись повнимательнее, я обнаружила практически невидимую глазу тонкую серебристую ниточку, свисающую почти до самой двери. Я потянулась, чтобы ухватиться за нее, но рука лишь схватила воздух, пройдя насквозь. Попробовала еще раз – тот же результат. «Как все это странно, не усталость ли и воображение играют со мной злую шутку?» Воображение! Точно! «А почему бы и нет?» – подумала я.

Мысленно представила, что моя рука, такая же серебристая и эфемерная, тянется к ниточке, и хватает ее. И, о чудо! Ниточка натянулась и поползла вниз. «Так, молодец, еще немного», – подбодрила я себя. Вскоре, у меня в руках оказался целый клубок, словно я случайно распустила свитер, незримо окутавший дом своим плотным покровом. Резко потянув, я услышала громкий хлопок и вздох облегчения, прокатившийся по двору и отразившийся от каменной ограды.

– Что? Где? Кто здесь? – услышала я странный голосок позади. Оцепенев от ужаса, я повернулась и увидела стоявшего на пороге маленького взъерошенного человечка с копной рыжих волос и крохотной метлой наперевес. Он едва доставал мне до колена. Я резко зажмурилась и помотала головой. Приоткрыв один глаз, поняла, что видение никуда не исчезло, а даже, наоборот, перехватив метлу поудобнее за черен, направило на меня острые прутья.

– Ты что такое? – еле смогла выговорить я.

– Хэнде хох, лазутчик! – произнесло существо, подмигнув мне.

– Я сошла с ума, – прошептала я и перед глазами померкло.

Поток воды резко ударил мне в лицо. Я распахнула рот, пытаясь вдохнуть, и открыла глаза. Капли застилали глаза, но сквозь них я вполне отчетливо видела нечто рыжее, копошащееся возле моего лица. Мягкое полотенце коснулось меня, заботливо стирая остатки влаги.

– Ну, наконец-то, я уж думал придется тащить тебя в дом. Я, конечно, сильный, но такую тушу поднять это надо постараться. А я в грузчики не нанимался, – ворчало существо.

– Никакая не туша, во мне всего-то пятьдесят килограмм, – зачем-то принялась оправдываться я.

– Ну вот, я так и сказал. – надо мной склонилось круглое веснушчатое лицо с озорными глазками. – Вставай, я уже чайник поставил.

Я села, потирая ушибленный затылок. Видать, знатно так об порог приложилась, когда падала. Чувствуя себя восставшим зомби, я поднялась и поковыляла в дом. Усевшись за стол, внимательно посмотрела на человечка, деловито расставляющего чайные чашки, сахарницу и вазочку с печеньем. Причем делал он это так ловко и быстро, что я аж поразилась. Вот он прыгает на соседний стул, бац! И передо мной уже изящная чайная пара. Секунда рыжего вихря, проносящегося мимо, и вот уже пузатый стеклянный чайник, источающий аромат свежезаваренных трав и лимона занимает свое почетное место на столе.

– Так, давай начнем с начала, – немного успокоившись, сказала я. – Ты живой, да, настоящий?

– Удивительная наблюдательность, – фыркнул человечек.

– Так, отлично. И кто ты такой?

– Что значит кто? Домовой, конечно! Странные какие-то у тебя вопросы.

– Ничего не странные. До сегодняшнего дня я была уверена, что вас не существует.

– Это как не существует? Что за крамола, барышня? Вот так и забывают старых друзей, – он печально вздохнул.

– В смысле? Каких еще друзей? Да я тебя первый раз в жизни вижу!

Домовой уставился на меня немигающим взглядом, а потом на глаза его навернулись слезы.

– Ты меня что, совсем-совсем не помнишь? – всхлипнув, спросил он.

– Не-а, – честно ответила я, – а должна?

– Ну конечно! – воскликнул он. – Мы же все твое детство тут провели! Бегали по лесу, играли в догонялки. Я учил тебя ловить мышей, а ты снимала меня с дерева!

– Слушай, я не в курсе, откуда ты знаешь такие подробности, но все это я проделывала с бабушкиным котом – Мицо.

– А-а-а! – расплылся в улыбке домовой и хлопнул себя по лбу. – Вот с этим, что ли?

Внезапно он весь мелко задрожал, а потом так стремительно перекувыркнулся через голову, что у меня зарябило в глазах. Секунда – и передо мной уже сидит огромный рыжий кот.

– Обалдеть… – произнесла я, чувствуя, что пространство передо мной опять начинает плыть.

– Эй, эй! Стоп! Куда? А ну, отставить! Одного раза вполне достаточно! – раздался голос у меня в голове.

Я вновь посмотрела на кота. Кот как кот, ничего необычного. Может, все-таки, привиделось?

– Нет, не привиделось, смирись и давай к делу. – Вновь ворвалось в мое сознание.

– Ты читаешь мои мысли? – спросила я.

– Скорее, мы можем понимать друг друга без слов, когда я в этом обличии.

– Так, давай лучше по-номальному, пока что, – попросила я, – мне нужно время, чтобы все это утрясти в своей голове. Столько всего произошло…

Миг, и кот превратился обратно в маленького человечка.

– Вот, об этом я и хотел с тобой поговорить.

Он налил себе чаю в изящную фарфоровую чашечку, громко отхлебнул и добавил:

– Ты уже в курсе, что произошло с твоими бабушками?

– Не совсем, но я точно уверенна, что они не погибли. А еще… Я нашла записку, вот эту, – я протянула ему клочок бумаги.

– Аха, – проворчал он, пробегая глазами ее содержимое. – Значит, все-таки ушли.

– Ты же должен быть в курсе таких вещей, как-никак домовой, – я скептически на него посмотрела.

– Ну, знаешь ли, то, что я волшебная сущность, еще не означает, что у меня не может быть своей личной жизни, – фыркнул он.

– Ладно, ладно, извини. Так что мне делать? Я ничего не понимаю. Какой проход? Какая другая сторона? Что здесь вообще произошло и почему я не слышала дом?

– Ну, тут, как раз, все просто. Ты знаешь, что такое стазис?

– В общих чертах. Состояние полной остановки любых физиологических процессов в организмах живых существ. По крайней мере, так его описывают в разного рода фэнтезийных романах.

– Ну, почти так. Только вот наложить его можно не только на живых существ, но и на неживые сущности, обладающие тончайшими плетениями энергетических нитей, ну, или по-вашему, душой. Это и произошло с нами. И с ним, – он кивнул куда-то в потолок, – и со мной. Я как раз вернулся от… ну, из гостей, скажем так. Собирался хорошенько вздремнуть, и тут бац! Как будто ледышкой по голове ударили. Все онемело, мне кажется, я даже не дышал. А очнулись мы, когда ты расплела тот ужасный кокон, которым нас опутали. Смотрю – мать честная, весь дом вверх дном, и кто-то топчется на пороге. Потом присмотрелся, а это ты, – его щеки растянула улыбка. Такая широкая, что уши отодвинулись к затылку.

«Ну точно, кот», – подумала я.

Резкий стук в дверь оторвал меня от обдумывания услышанного. Я открыла, гадая, кто бы это мог быть. На пороге стоял незнакомец, в которого я так нелепо врезалась в Белграде. В той, еще понятной, годами сформированной жизни, в которой не было место всем этим тайнам и мистике.

– Это твое, – сказал он, протягивая мне портфель.

– Мог бы, для приличия, поздороваться, – буркнула я. – И вообще, как ты меня нашел?

– Это было нетрудно, ведьма, – бросил он, заглядывая мне через плечо.

– В смысле, ведьма? – опешила я. – Я нормальный человек.

– А что, ты считаешь, что ведьмы ненормальные? – он улыбнулся гаденькой улыбочкой, и мне, почему-то, захотелось врезать ему по физиономии, чтобы стереть ее.

– Я считаю, что ты хам! – глядя ему прямо в глаза ответила я.

– А я считаю, что ты не знаешь, во что ввязалась.

– У меня не было выбора, – буркнула я.

Он все также стоял на пороге, и, как мне показалось, не собирался никуда уходить.

– Ну, проходи, раз пришел, – нехотя сказала я.

– О, Миро! Дружище, сколько лет, сколько зим! – услышала я голос домового.

– Вы еще и знакомы! – раздражение во мне нарастало.

– Еще бы! – ответил тот, ухмыляясь. – Сколько веков вместе сохраняем баланс этого мира.

– Эй, потише, не такой уж я и старый, – отозвался… маг?

Теперь я в этом уже не сомневалась. Все завертелось так неожиданно, но я уже не сомневалась, что окунулась в некое подобие сказки. Вот интересно, может меня тоже сбил грузовик? И я нахожусь в каком-то эфемерном пространстве, где сны кажутся реальностью?

Пройдя на кухню, села за стол и внимательно уставилась на этих двоих.


– Так-с, и что теперь делать? – я откусила печенье и начала медленно пережевывать. Идей не было абсолютно никаких.

– Вы нашли записку Слободанки? – Спросил Мирослав.

– Это все Ана! – домовой подмигнул мне, – Родная кровь, не могла не заметить!

– Я знал, что они готовились к переходу в Морфалию.

– Куда? – остолбенела я.

– В Морфалию – мир вечной весны, гармонии и счастья. Где каждый может быть таким, как он хочет. И куда нет пути разрушению и смерти.

– Ничего себе! – присвистнула я, – а такой реально существует?

– Еще как! Нет ничего невозможного, если ты открыт душой и сердцем.

– Так, и что же нам делать? – спросила я.

– Как что? Идти, конечно же! Тебе четко написали – иди! Ну что ты как маленькая.

– Куда? – не выдержала я.

– Ох, девонька, – тяжело вздохнул домовой. – Тяжко мне с тобой придется. Пойдем. Ой, только один момент.

Он легко взмахнул рукой и стол стал абсолютно чистым. Чашки и блюдца, идеально чистые, заняли свои места в шкафу, а печенье отправилось в шкафчик.

– Ничего себе, – присвистнула я, – вот это клининг сотого левела. Хотела бы и я так уметь.

– Да, я такой, – самодовольно усмехнулся Мицо, засовывая в мой рюкзак припасы и разные мелочи. «На всякий случай. Никто не знает, где нас выбросит».

– К сожалению, не смогу составить вам компанию, у меня есть еще неотложные дела в этом мире. – Отозвался Мирослав, беря протянутый портфель. На этот раз, действительно, его.

– Жаль, жаль, – отозвался Мицо. – Ты бы нам очень помог.

– Увы, не могу. Но я, отчего-то, чувствую связь с этой ведьмой. Наверное, сила рода зовет меня. Еще в первую встречу, я понял, что она из наших. Если будет совсем тяжело, просто позовите меня. Вот, держи – он протянул мне странного вида камень.

– Потрешь его вот здесь – он взял мою руку и приложил ладонью к рельефному боку переливающегося камня. – И я отвечу тебе, если, конечно, в этот момент, меня не будут пытаться убить.

Он ухмыльнулся и пристально посмотрел мне в глаза. Тело внезапно покрылось мурашками.

– Конечно, – ответила я на автомате, беря камень и скользя своими пальцами по его крепкой кисти.


Я стояла у края колодца и смотрела в его непроглядную черноту. Толстые стены, выложенные из валунов, и глубина, в которой не видно дна.

– Я туда не полезу! – наотрез отказалась я. – Что хочешь со мной делай, но ни за что. Нет. Даже не предлагай.

– Делай, что хочешь? – задумчиво произнес он, – Ну, сама предложила, никто за язык не тянул.

– Давай, лучше найдем другой спо… – внезапно я почувствовала резкую боль под коленями, а затем, мир перевернулся, и я полетела вниз головой навстречу темноте.


Глава 4

– Мицо! – прокричала я в туман, окутавший меня.

Невозможно было разобрать, где верх, а где низ. Плотное белесое облако окутывало меня, не давая пошевелиться. Ощущение, прямо скажем, жутковатое. Внезапно, что-то пощекотало меня за голую пятку. «Голую? Где моя обувь?»

– Кто здесь? – выкрикнула я.

Ответа не последовало. С трудом подняв руку, я увидела, что из бабушкиного кольца бьет тонкий серебристый луч, прорезающий пространство. Присмотревшись, я заметила легкие колебания, производимые им. Вот луч изогнулся, сместился чуть левее, и на конце его появилась маленькая змеиная головка с блестящим глазом-пуговкой. Головка застыла, как бы принюхиваясь. Могу поклясться, что в этот момент, я увидела крохотный раздвоенный язычок, высунувшийся из пасти. Ощупав им пространство, змейка внезапно вытянулась в струнку и рванула вниз, увлекая меня за собой. От неожиданности, у меня перехватило дыхание. Голова закружилась, а в ушах появился шум, как при взлете самолета.

– Йохху!!! – услышала я совсем рядом довольный голосок. – Давай, Ури, поднажми.

Хлопок, будто рядом со мной взорвался воздушный шарик. Резкий удар и темнота.

– Вот послали же небеса. Ведьма, из старинного рода, а дохлая как кляча. – Услышала я словно сквозь толщу воды.

– Нифево не дохфая, – я закашлялась. Разлепив один глаз, я поняла, что лежу в куче песка. Странного песка. Мелкие серые гранулы, подозрительно похожие на наполнитель для кошачьего туалета. Внезапно земля подо мной задрожала и отчетливо послышался звук мягких, но достаточно тяжелых шагов.

– Бежим! – крикнул Мицо, хватая меня за руку.

Я подняла голову и остолбенела. К нам вальяжной походкой приближался кот… Размером со слона. Вскочив, я сунула ноги в ботинки, валяющиеся неподалеку, и что есть мочи рванула следом за домовым. Впереди была стена, высотой примерно с мой рост. Подпрыгнув, я повисла, ухватившись за край. Подтянуться сил не было. Внезапно я почувствовала, как по мне кто-то карабкается. Мгновение – и домовой был уже наверху.

– Держи меня крепко, – прокричал он, и с неожиданной для его размера силой, рванул меня за руки вверх. Перевалившись через забор, я отползла на пару метров и подняла голову. Кот, если это вообще можно назвать котом, спокойно копался в песке, не обращая на нас ни малейшего внимания.

Я огляделась вокруг. Нет, когда-то, в далеком детстве, я читала книжку про незадачливого парнишку, залезшего по бобовому стеблю в дом великана, но никогда не могла представить, что такое бывает на самом деле. Мы оказались посреди ванной комнаты. Но что это была за комната! Умывальник, размером с небоскреб, огромный унитаз и ванна, больше похожая на космический корабль. Я стояла посреди всей этой фантасмагории, не в силах сдвинуться с места.

– Чего стоим? Нам еще два перехода. Давай, живее.

– Что это такое? – все еще не веря своим глазам, спросила я Мицо.

– Пересадочная станция. Нужно спешить. Этот мир не так безопасен, как может показаться на первый взгляд.

– Мы что, приземлились в кошачий лоток?

Домовой заржал, как мне показалось, совершенно неприлично.

– Скажи спасибо, что в этот раз он, хотя бы, был чистый! Вот помню, однажды.. Хм, ну ладно, всякое, короче, бывает, так что нам еще повезло.

Высунув нос в приоткрытую дверь, Мицо быстро оценил обстановку, и потащил меня по коридору, в конце которого виднелась лестница. На верхней ступеньке вальяжно разлегся еще один монструозный представитель семейства кошачьих.

– Придется прыгать. Ты готова? – спросил он.

– Нет! – запыхавшись, ответила я.

– Отлично, тогда вперед!

В следующую секунду, я ощутила, что земля ушла из-под ног.

Миг полета, и моя тушка спружинила на упругую и мягкую поверхность. Оттолкнувшись, повисла в воздухе, снова упала. На этот раз болтанка прекратилась и мне удалось перевести дух.

Это оказался громадных размеров диван. Повернув голову, я увидела, что домовой уже ловко спускается по подлокотнику. Повторив его маневр, я приземлилась на пол и кинулась следом.

– Так, это должно быть где-то здесь, – бормотал он, протискиваясь сквозь нагромождение корзин и коробок. – Ага, вот оно! Осталась сущая малость. Нам надо во-о-он туда.

Он указал на рабочую поверхность невероятно высокой кухни. Там, на самом верху, виднелась раковина с гладким отполированным краном, вытянувшим свою шею подобно древнему ящеру.

– И как мы туда попадем? – уныло произнесла я.

– Хех, вот сразу заметно, что ты часто падаешь, – хихикнул он. – А Уроборос нам на что! Эта змейка весьма многофункциональна, если ее хорошенько пнуть, разумеется. Дай-ка мне свою руку. Да не эту, другую.

Он взял мою кисть, постучал пальцем по кольцу и прошептал:

– Ури, радость моя, нам нужна помощь.

Тишина. Какое-то время ничего не происходило, а потом, клянусь своей карьерой художника, змейка повернула голову и подмигнула мне. В тот же миг из ее пасти вырвался яркий луч, похожий на лассо, закрутился вокруг Мицо, и, подняв его, закинул на столешницу. Я проводила того немигающим взглядом.

– Ну давай, теперь ты! – крикнул он мне с высоты, так сказать, своего нынешнего положения.

– Но как? – все еще переваривая увиденное, отозвалась я.

– Просто пожелай оказаться наверху!

– Легко сказать, – пробормотала я, разглядывая вновь застывший Уроборос.

– Эй, – погладила я змейку, – помоги мне, пожалуйста.

Тишина. Кольцо оставалось просто кольцом.

– Ничего не выходит! – бессильно прокричала я домовому.

– Всему-то тебя нужно учить. Вы с ним одно целое, просто пожелай!

Вытянув руку вверх, и чувствуя себя девочкой, которая выжила, я произнесла:

– Хочу оказаться наверху!

Если бы не приоткрытая дверца навесного шкафчика, я бы, наверное, унеслась прямо в потолок. Но она, как бы это сказать, слегка затормозила мой фееричный полет. Смачный «шмяк» ознаменовал мое приземление в раковину.

– Я вот не пойму, у тебя башка чугунная что ли? – надо мной склонилось улыбающееся лицо. – Сколько можно уже обо все биться? Пора себя и поберечь, а то момент встречи с прародителями может наступить раньше, чем ты думаешь.

– Очень смешно, – огрызнулась я. – Помоги лучше подняться, и объясни, зачем мы здесь прыгаем, как горные козлы.

Вместо ответа он залез на кран и поднял вверх рычажок, открывающий воду. Струя рванула вниз и начала закручиваться вокруг меня.

– Задержи дыхание! Надеюсь, ты умеешь плавать? – прокричал он, прыгая ко мне, прежде чем вода стремительно понесла нас к сливу раковины.


Глава 5

– В следующий раз, спрашивай такие вещи заблаговременно, – отфыркиваясь, прошипела я.

Вокруг, сколько хватало глаз, простиралась водная гладь. Не море – вода пресная и глаза не щиплет. Река? Озеро? Но почему не видно берегов? И небо… Такое странное, нежно-розовое, с двумя лунами четко вырисовывающимися на нем, подобно глазам огромного животного.

– Где мы? – спросила я, пытаясь держаться на плаву, хотя намокшая одежда так и тянула вниз.

– Мир иллюзий! – мечтательно закатив глаза, ответил дрейфующий рядом домовой. Перевернувшись на спину, он плавно перебирал руками и ногами, нарезая вокруг меня круги, словно голодная акула. Казалось, холодная вода и одежда не доставляли ему ни малейшего дискомфорта.

– А хоть какая-то суша здесь есть? – спросила я, начиная терять терпение.

– Здесь есть все, что ты захочешь! Настоящий рай, а не мир. Но есть одно «но» – не верь всему, что видишь вокруг, пока не поймешь, что это, действительно, реально.

– Это как? – не поняла я.

– А вот так, – ответил он и щелкнул пальцами.

В тот же миг его маленькое тельце подкинуло вверх, и домовой оказался лежащим на огромном надувном круге с головой фламинго.

– И вот так, – второй щелчок, и в руке у него оказался высокий бокал с торчащими из него соломинками и разноцветным зонтиком.

– Ничего себе, – вытаращила глаза я.

– Ты тоже так можешь, попробуй, – игнорируя соломинки, отхлебнул он из бокала. – И помни, чем сильнее желание, тем отчетливее оно материализуется. Вот, чего ты сейчас хочешь?

– Согреться, – уже начиная стучать зубами, ответила я.

– Ну вот и представь себе что-нибудь такое.

Я подумала о том, как было бы сейчас хорошо закутаться в свитер, и пить горячий чай. Хлопок и меня потянуло в низ с ужасающей скоростью. В отчаянии, я начала барахтаться, путаясь в чем-то огромном, словно сеть, стремительно напитывавшемся водой и тянувшем меня на дно.

– Ты что там намечтала?! – услышала я крик домового и тут же почувствовала, как меня схватили за руку, вытягивая на поверхность.

– Нифево, – отплевываясь, прохрипела я, – хотела теплый свитер и чай.

– Ну кто же так загадывает! Конкретнее надо, конкретнее!

– Ну хорошо, – разозлилась я, – Эй, вы, – я, зачем-то подняла голову вверх и посмотрела на небо, – хочу оказаться на суше, и чтобы было жарко! И давайте без фокусов!

Два лунных глаза на мгновение мигнули, затем раздался хлопок, и я ощутила под ногами твердую поверхность. С наслаждением упав на горячий песок, прикрыла глаза и почувствовала, что проваливаюсь в сон.

– Девочка моя, бедненькая, какой горячий лоб, – я ощутила прикосновение мягкой ладони к голове. – Опять простудилась. Ну, ничего, сейчас заварю тебе чай с медом и все пройдет.