Роман Куликов
На осколках чести

Глава 1

Пролог

Мягкий приглушенный свет в каюте включился вместе с первым сигналом коммуникатора. Настойчивые переливы звонка заставили Ладимира проснуться. Он несколько раз зажмурил глаза, фокусируя зрение, и посмотрел на часы, светящиеся на стене в ногах, – двадцать два пятьдесят семь внутрикорабельного…

Он только полчаса как заснул, после двенадцатичасового дежурства. Что могло случиться за это время?!

Еще не до конца придя в себя, Ладимир прикоснулся к клавише ответа. Экран засветился, и на нем показалось лицо сержанта Джонсона, который оставался на ночное дежурство в рубке.

– Что случилось? – спросил Ладимир.

Сержант выглядел неуверенно и даже как-то виновато.

– Прошу прощения, но господин майор приказывает вам явиться в рубку и заступить на дежурство, – сообщил он.

Ладимир опешил.

– Сержант, ты ничего не путаешь?

– Прошу прощения, господин лейтенант… но нет. Не путаю. Это приказ майора Рассела.

– Но час назад я сдал дежурство лейтенанту Самойлову, – сказал Ладимир, с трудом вникая в ситуацию.

– Я… я знаю. – Сержант заметно волновался. – Но лейтенанту Самойлову неожиданно стало плохо. Я только что принял у него руководство постом, а сам он направился в лазарет.

– Ясно, – сказал Ладимир, хотя не совсем понимал, почему вызвали его, а не кого-то из офицеров, чье дежурство шло следующим по расписанию. – Через пятнадцать минут буду.

С хмурым видом Ладимир стал одеваться. Он, кажется, догадывался о причине столь неожиданного ухудшения здоровья лейтенанта Самойлова. Еще при сдаче дежурства ему показалось, что тот немного не в себе. Спиртное официально запрещено на кораблях, но это никогда не служило помехой, и похоже, весь день кое-кто неплохо веселился. Да так, что вечером стало худо.

Ладимир вздохнул. Эти потомственные военные позволяли себе слишком много. Считали, что если они привилегированный класс, то могут вести себя как заблагорассудится. В обычной жизни – может быть. Раз император выделил своих офицеров и их семьи над другими и воздал такие почести, то, вероятно, заслуженно. Но сейчас ты не на гражданке, где балы и приемы сменяют друг друга, а дни и ночи пролетают в феерическом хороводе праздников. И за какие бы доблести твои прадеды, деды или отцы ни получили честь стать офицерами высшего ранга и привилегию передавать статус по наследству, сейчас ты на службе и обязан нести ее наравне со всеми.

Лейтенант поправил перед зеркальной панелью отличительные значки на воротнике и, еще раз вздохнув, вышел из каюты.

В рубке его встретил сержант Джонсон:

– Разрешите сдать вам пост, господин лейтенант.

Ладимир кивнул.

– Пост принял лейтенант Каменев, – сказал он для голосового опознавания. Компьютер рубки сравнил голос с имеющимся в его базе образцом и распределил приоритеты командования. Теперь Ладимир мог отдавать приказы штурману.

Выполнив эту первоочередную обязанность, он прошел на капитанский мостик, к коммуникатору и набрал номер старшего помощника капитана майора Рассела.

За глаза того все называли «вечный майор». Обычно на флоте это было переходное звание, между младшим и старшим офицерским составом, но майор Рассел оставался таковым уже десяток лет. На корвет «Звездный страж» он прибыл семь лет назад, и нынешний капитан когда-то служил у него в подчинении. Рассказывали, что когда-то Рассел совершил нечто такое, за что должен был угодить за решетку, но поскольку родом из знатной семьи, то избежал наказания и получил назначение сюда, старшим помощником капитана на сторожевой корвет, охранявший участок границы на дальних рубежах.

С Ладимиром у него возникли трения, как только тот вступил на борт сторожевика. Причину своей неприязни майор не скрывал и даже подчеркивал при каждой возможности. Он считал, что офицерами могут быть только по праву рождения и всякие выскочки типа Ладимира недостойны носить этот чин. Плевать, что ты совершил героический поступок, будучи еще подростком, и сам губернатор колонии просил за тебя на аудиенции у императора. В офицерской академии место только детям потомственных офицеров.

С этим впервые Ладимир столкнулся еще во время учебы. Когда некоторые его однокурсники и даже учителя, кичась своим происхождением, пытались всячески задевать его, юношу с провинциальной планеты, хотя и большой, но все же колонии, Ладимир не дал себя в обиду, а вскоре, благодаря своему уму, военной смекалке и врожденному чувству собственного достоинства, ему удалось снискать уважение среди других учеников и закончить академию с отличием. Правда о службе на имперских крейсерах и линкорах речи быть не могло, так что назначение на пограничный корвет казалось вполне естественным.

Единственное, что удивило – подобное отношение к нему на боевом корабле пограничных войск его императорского величества. В начале службы между ним и майором происходили постоянные стычки. Молодой лейтенант некоторое время терпеливо сносил хамские высказывания майора. Но однажды они остались одни, что в ограниченном пространстве корабля было редким случаем, и Ладимир несколькими жесткими фразами ответил Расселу, намеренно спровоцировав его. И когда тот полез в драку, лейтенант, отточенными на тренировках ударами, заставил обидчика пожалеть о своем к нему отношении. В тесном пространстве подсобного помещения, где они столкнулись, Ладимир блокировал устремившийся к его лицу кулак майора, ударом под колено сбил противника с ног и, без малейшего сожаления, впечатал его лицом в стену.

Через несколько часов о происшествии знал весь корабль, и капитан провел официальное расследование, но майор Рассел сказал на дознании, что просто поскользнулся и ударился о стену. Для него было легче соврать и дать Ладимиру уйти от наказания, чем признать, что какой-то юнец избил его.

С тех пор майор перестал в открытую цеплять лейтенанта, но пользовался каждой возможностью навредить ему, хотя и держался в рамках устава. Ладимир принял это как неизбежное, но не слишком значительное зло и перестал обращать внимание на придирки майора, относясь к ним и к самому Расселу с прохладным равнодушием. Но такие случаи, как сейчас, вызывали его негодование. Поначалу лейтенант хотел написать рапорт капитану, но потом передумал и решил сам поговорить с майором. Правда, Лад догадывался, что тот ему скажет, но не мог это так оставить.

На мониторе коммуникатора появилось изображение старпома. Тот сидел, развалившись в кресле, и, нахмурившись, смотрел на экран.

– Что вам, лейтенант Каменев?

– Прошу прощения, господин майор, но я меньше часа назад сдал дежурство.

– И что? В чем дело, лейтенант?

– По внутреннему распорядку полагается…

– Противнику вы тоже будете о внутреннем распорядке рассказывать?

– Нет, но почему бы вам не вызвать на дежурство Бурияму или Орвиса.

– Они бы также пошли вне графика. Так чем вы отличаетесь от них? Или считаете себя лучше других, лейтенант? – Глаза Рассела гневно сверкнули.

– Никак нет.

– Еще успеете выспаться, – сказал майор с недовольным видом и отключил коммуникатор.

Лейтенант еще с полминуты смотрел на погасший монитор, и желваки играли на его скулах.

Сержант Джонсон, стоявший рядом, улыбнулся:

– Вы всегда были у него в любимчиках, господин лейтенант.

Ладимир хмуро посмотрел на него:

– Займись своими делами А лучше вели принести мне чего-нибудь тонизирующего.

– Слушаюсь, – все с той же улыбкой ответил Джонсон. – Сок рории подойдет?

– Да, спасибо.

Ладимир прошелся по рубке. Кроме него и Джонсона на посту дежурили еще три человека: двое рядовых, наблюдающих и анализирующих показания радаров и датчиков, и штурман. Последний находился в управляющем коконе, подвешенном на гироскопах внутри шара из прозрачного углегласа, установленного посреди рубки, и подключен к нейроуправляющему контуру. Это позволяло пилоту, или, как было принято называть, штурману фактически слиться с кораблем, став с ним единым целым, и экономить драгоценные мгновения для управления в бою.

– Вот, возьмите. – Джонсон передал лейтенанту стакан густого оранжевого сока.

Ладимир благодарно кивнул, принял из его рук напиток и сделал небольшой глоток.

– Докладывай, – сказал он, чувствуя, как освежающая влага разливается по желудку.

– За время… э-э… вашего отсутствия, – Джонсон снова улыбнулся, – и моего пребывания на посту вахтенного офицера происшествий не зафиксировано. В зоне действия радаров не замечено ничего необычного. Состояние штурмана стабильное.

– Хорошо, – сказал лейтенант.

Со стаканом в руке он обошел вокруг штурманского шара, сам убедился в том, что показания датчиков, отслеживающих состояние находящегося внутри и подключенного к нейросети человека, соответствуют норме, потом направился к двум полукруглым терминалам радаров.

Стоя позади рядовых, он пробежался глазами по данным, выдаваемым приборами наблюдения, и уже хотел было вернуться на капитанский мостик, как вдруг его внимание привлекли показания датчиков, фиксирующих возмущения гиперполя. Ладимир подошел к терминалу.

– Что это? – спросил он дежурившего рядового.

– Обычное возмущение поля, – ответил тот.

– Обычное?

– Так точно.

– Это единичные возмущения? Или есть еще?

– Единичные… кажется.

Лейтенант нахмурился.

– Что значит, кажется? – Он отставил сок и пригнулся к монитору, всматриваясь в цифры. – Вы зачем здесь находитесь? Чтобы вам «казалось»?

– Ну они были замечены здесь, – рядовой вызвал на планшете объемную карту сектора и указал на отдаленную от границы область, – и непрерывно двигались в течение получаса, вот досюда.

Тактический планшет отобразил почти прямую линию, протянувшуюся до выпуклой оранжевой сетки, обозначающую границу.

– Почему не доложили сразу?

– Я хотел, но вахтенный офицер отправился в медпункт, а вы еще не подошли. А потом возмущения исчезли.

– Сержант Джонсон был на месте, – строго сказал лейтенант, – ты обязан был доложить ему. Сколько на службе?

– Полгода, господин лейтенант.

– Что случилось? – К ним подошел сержант.

– Полчаса назад обнаружено неизвестное движение в сторону границы, – желая исправить свою ошибку, доложил рядовой. – Нарушение не осуществлено. Возмущение исчезло.

Лейтенант сурово посмотрел на обоих подчиненных и кивнул Джонсону:

– Проверь.

– Есть, проверить, – ответил сержант. Он служил не первый год и знал, когда можно улыбаться с начальством, а когда лучше отвечать по форме, и, заняв место рядового, запустил анализ данных.

Ладимир подошел к обзорному экрану. Ему нравилось смотреть на звезды, холодные, мерцающие искры на черном фоне бездонного космоса. Пусть это была только проекция в реальном времени с внешних камер корабля, но их блеск помогал привести мысли в порядок, на душе становилось спокойно и умиротворенно.

Но что-то не давало лейтенанту покоя, какая-то тревожная мысль, пыталась вырваться наружу.

Всем было известно мастерство рудианцев при обращении с гиперполем. И это странное возмущение, отразившееся на радарах, вполне могло быть их манипуляциями. Внезапно Ладимира озарило. Он быстро подошел к сержанту:

– Покажи мне еще раз это возмущение.

Тот остановил анализ, вызвал журнал и спроецировал запись на объемную карту сектора. Рядом, красными столбцами, парили в воздухе характеристики явления. Но на них лейтенант сейчас не смотрел.

– Дай вектор движения, – приказал он.

Почти прямая линия, обрывающаяся, не достигнув границы.

– Продли вектор дальше границы.

Джонсон исполнил. Ладимир напряженно вглядывался в схему, пытаясь понять, что его так насторожило.

– Наложи вектор движения нашего корабля с момента появления возмущения.

Линии векторов сошлись в одной точке, и, судя по схеме, корабль находился сейчас как раз в месте их пересечения.

– Не может быть! – воскликнул сержант.

– Может, – отрезал Ладимир. – Объявляй тре…

Большой угловатый корабль появился из гиперпространства, прямо над корветом пограничников. Его темный силуэт заслонил собой звезды на обзорном экране.

Ударной волной гиперполя корвет отбросило в сторону. Всех, кто находился в рубке, раскидало, как котят. Ладимира швырнуло сначала вперед, на терминал устройств слежения, а затем назад, на прозрачный шар штурмана. От удара об углеглас у него перехватило дыхание.

Корвет задрожал. Протяжным скрипом заныли переборки и несущие опоры. Взвыла и тут же смолкла сирена боевой тревоги. С шипением закрылись пневматические двери, отрезая рубку от остального корабля, и над ними загорелись предостерегающие надписи «Разгерметизация».

Мониторы мигали и рябили, только несколько сумели восстановиться после воздействия ударной волны гиперполя и выдавали положенное изображение. Громкоговорители и коммуникаторы молчали – внутренняя связь, похоже, тоже не работала.

С трудом поднявшись, Ладимир направился к капитанскому мостику. Его пошатывало, и пришлось ухватиться за край терминала, чтобы не упасть. Добравшись до коммуникатора, он хлопнул ладонью по кнопке общего оповещения и проговорил:

– Тревога! Боевая тревога! Нарушение границы. Рудианцы вторглись в пространство Империи. Занять места по боевому расписанию.

Коммуникатор не подавал признаков жизни.

Ладимир обвел рубку взглядом.

Двое матросов на полу недвигались, у одного рядом с головой растекалась лужа темной крови, а другой лежал у стены, подвернув под себя ногу совершенно неестественным способом.

– Лейтенант! – позвал сержант Джонсон. Он поднимался, опираясь о стойку тактического шаблона, и заглядывал в его показания. – Посмотрите сюда!

Сразу после этих слов сработал сигнал, оповещающий о ракетной атаке.

– Это гасители!

Противник выпустил устройства дезактивирующие силовое поле корабля, чтобы затем нанести удар по оставшемуся без защиты судну.

Заработали автоматические орудия, распыляя устройства-паразиты в искрящуюся пыль.

– Штурман! Маневр уклонения! – скомандовал Ладимир.

В следующее мгновение заложило уши, когда нейроштурман попытался вывести корабль из-под удара. Но противник находился слишком близко, чтобы у пограничников получилось уйти.

Похожие на растопыривших лапы крабов, гасители плавали вокруг корвета, скользя по невидимой оболочке защитного поля и впитывая в себя его энергию.

Устройств было очень много, корабельные орудия не успевали расстреливать их, и поле снизило порог проницаемости.

В рубке замигали тревожными красными огнями индикаторы стабильности поля.

– Они уже могут пробить защиту! – крикнул сержант.

Ладимир успел оценить всю трудность ситуации. Он не думал о том, что сейчас командование находилось целиком в его руках и вся ответственность за судьбу корабля и экипажа тоже лежит на его плечах. Он просто делал то, что должен был, то, чему его учили, к чему готовили, – он вел бой. Точнее, пытался его вести.

– Штурман! Развернуться к противнику носом! Всю энергию на силовое поле. Приготовить торпедные батареи, произвести захват целей и открыть огонь… – Ладимир не договорил.

Десятки лиловых лучей ударили по кораблю пограничников.

Потом еще раз.

Пол под ногами заходил ходуном, и по корпусу судна пробежала судорога. Внутри корвета прозвучали несколько взрывов.

В рубке на мгновение погас свет, затем снова включился. Но даже без света там не было темно – красные огни, сообщающие о неисправностях и опасности, превратили темноту в кровавый полумрак.

– Они уничтожили все автоматические орудия и повредили маршевый двигатель. Связи нет. Мы здесь заперты, – доложил Джонсон, считав доступные данные.

– Попробуй открыть дверь. Я пока попытаюсь наладить коммуникатор, – сказал Ладимир.

Сержант бросился исполнять приказания. По пути он склонился над рядовыми и приложил пальцы к их шеям, проверяя пульс.

– Разорви тебя сверхновая! – выругался он и, оставив их, побежал к дверям.

Ладимир попытался найти повреждения в коммуникаторе. Программно запустить проверку на неисправности не удалось. Он попытался вскрыть корпус устройства, но тут подбежал Джонсон:

– Это бесполезно. На дверях выгорели все цепи. Пневматика тоже практически везде отказала. – По его лицу сбегали капли пота. – Я смог открыть шлюз только на внешний коридор.

– Как ребята?

Сержант отрицательно покачал головой.

Ладимир забежал в рабочий зал рубки.

Терминал мигал мониторами и сигнальными диодами. Лейтенант задал компьютеру тактического планшета показать голограмму корабля, набрал команду «Оценить повреждения» и отправил ее на выполнение. Через некоторое время на отображенной модели можно было различить множественные дыры в бортах корвета, развороченные гнезда автоматических турелей, дымящиеся дюзы двигателя. Вокруг сторожевика сновали три корабля рудианцев.

– Они могут уничтожить нас в любой момент, – мрачно прокомментировал из-за плеча сержант.

– Но почему-то этого не делают.

– Может, на абордаж решили взять?

– Никогда не слышал, чтобы рудианцы захватывали корабли. Всегда только уничтожали.

– Ну тогда я спокоен, – фыркнул сержант. – Что будем делать?

Лейтенант задумался. Нужно было принимать решение. По сути, корабль уже мертв. Защитное поле не работало, батареи почти все выведены из строя, двигатели повреждены, и корвет продолжал движение только по инерции.

На плоскость шаблона упала темная капля. Ладимир провел ладонью по лбу и посмотрел на руку – она была вся в крови. Наверное, он рассек голову, когда упал на терминал, и даже не заметил этого в суматохе.

– Будем выбираться, – принял он решение. – Как старший офицер на мостике, приказываю покинуть корабль.

Сержант молча смотрел на него.

Ладимир прошел к капитанскому терминалу, смахнул осколки предохранительного стекла над красной кнопкой и нажал ее.

Маленький буй вылетел из ствола миниатюрной шахты на корпусе корвета и, ощетинившись записывающими устройствами, поплыл в вакууме в нескольких сотнях метров над кораблем, постоянно посылая в эфир сигнал бедствия.

– Надо вытащить штурмана, – сказал Ладимир.

Они подошли к шару.

– Это Хопкинс, – сказал сержант. – Сегодня последний день его смены. Мы договаривались завтра в карты поиграть.

Лейтенант молча вводил код на сенсорной панели шара.

Когда прозрачная секция отъехала в сторону, в лицо подул свежий воздух. Автономные системы штурманского шара были сделаны очень надежно и работали исправно, им не повредила даже ударная волна от вышедшего из гипера в непосредственной близости от корвета корабля рудианцев.

Гироскопы постепенно замедлялись.

– Когда-нибудь вытаскивал пилота?

– Нет, не приходилось, – ответил сержант. – Как сами выбираются, видел, а так – нет.

– У него сейчас, скорее всего, болевой шок, – пояснял лейтенант, пока они ждали остановки вращающихся колец, напичканных всевозможными устройствами. – Надо будет разгибать пальцы на руках, их обычно сводит судорогой. Я уже раз вытаскивал пилота из кокона. Правда, на тренажере, но все равно еле отцепили. С головными контактами нужно осторожными быть.

Джонсон слушал, кивая его словам.

Наконец гироскопы остановились, и лейтенант дотянулся до матового кокона пилота.

– Открепляй эти контакты, – показал он сержанту, – а я схожу поищу, чем можно крепеж срезать.

Ладимир успел отойти от шара на несколько шагов, когда на обзорном экране появился корабль рудианцев. Казалось, тот завис прямо напротив рубки. Его орудия нацелились на корвет и вспыхнули голубоватым светом.

Когда обзорный экран потек на пол, Ладимир понял, что сейчас в рубку вместе с направленным потоком ионов ворвется холодный космос, вытянет весь воздух и заполнит помещение безжизненным вакуумом.

На слова времени уже не оставалось, лейтенант рванул назад, обежал шар, схватил Джонсона и бросился к двери, ведущей в коридор, таща сержанта за шкирку. Створки расходились мучительно медленно, у Ладимира засосало под ложечкой. Наконец проем стал достаточно широким, чтобы в него получилосьпротиснуться. Лейтенант ввалился в коридор, втягивая вслед за собой Джонсона, и стал нажимать на кнопку закрытия, но створки по-прежнему продолжали раздвигаться.

– А-а-а… – Ладимир давил на кнопку, но она не отвечала.

– Пневматика! – крикнул сержант.

Лейтенант ударил по панели ногой, выламывая ее. Раздирая в кровь пальцы, вытащил блок с «кишкой» проводов и, просунув руку в дыру на панели, нащупал рычажок переключателя и повернул его. Створки двери с шипением рванулись навстречу друг другу, и едва они закрылись, как корабль вздрогнул и раздался скрип раздираемого металла и защитной оболочки. Лейтенанта швырнуло на стену коридора, отскочив от нее, он упал на пол рядом с сержантом. Механизмы, скрытые за перекрытиями, ломались, не выдерживая нагрузки. Несколько тонких металлических стержней вырвались из-под пола, разорвав покрытие, и проткнули Джонсону руку. Он заорал и схватился за рану.

Ладимир встал рядом с ним на колени и быстро осмотрел:

– Кость вроде не задета. Я потяну. Будет больно. Расслабься. Готов?

– Д-да, давай…

Лейтенант взялся за руку сержанта, с обеих сторон от торчащих стержней, и резко потянул вверх.

Джонсон закричал. Лад испугался, что тот сейчас потеряет сознание, но сержант выдержал, только сильно побледнел.

Каменев закатал ему рукав рубашки, накрывая им рану, снял ремень и перетянул.

Потом, шатаясь, поднялся на ноги и потянул сержанта за собой:

– Нужно идти. Сможешь?

– Д-да, – дрожащим голосом ответил тот, поднимаясь.

– Быстрее! Вставай, вставай, вставай!

Ладимир увлек его за собой. Джонсон, спотыкаясь, побежал за лейтенантом, прижимая к животу раненую руку. Вокруг искрилась поврежденная проводка, кое-где возник пожар, и синее пламя упрямо лизало неподатливый пластик. Освещение мигало, а местами отсутствовало совсем.

– Давай к скафандрам, мы можем не успеть добраться до спасательных шлюпок, – сказал Ладимир.

Они бежали по коридору, направляясь в ближайший хозблок. Но там их ждало разочарование: отсек оказался разгромлен. Взрыв повредил переборки и разметал стеллажи со всем их содержимым. В дальнем углу загорелась какая-то жидкость и растеклась по полу огненным пятном. Отсек заполнялчерный едкийдым от расплавляющихся скафандров и прочей амуниции. Система вентиляции еще подавала признаки жизни и не давала дыму распространиться за пределы помещения, и тот висел в отсеке эдаким клубящимся шатром.

Ладимир прорычал сквозь зубы проклятие.

– Нужно найти уцелевшие скафандры! – сказал он и, закрыв лицо рукавом, бросился в клубы дыма. Сержант, морщась и зажав рот ладонью, последовал за ним.

Через полминуты он вылез из отсека наружу и, тяжело дыша, прислонился спиной к переборке. В кулаке у него был зажат серый комок индивидуального скафандра и медпакет.

Еще через полминуты из дыма показался Ладимир. Он выползал на коленях, надрываясь от кашля, по закопченным щекам текли слезы, оставляя светлые дорожки.

Сержант приподнялся и помог ему выбраться в коридор, где оба свалились на пол. Ладимир прижимал к груди два скафандра.

Отдышавшись, он протянул один Джонсону, но тот покачал головой, отказываясь и показывая, что тоже нашел.

Ладимир кивнул и стал разуваться – в скафандре можно находиться только босиком. При активации тот сам создавал необходимые жесткие части: ботинки, наколенники, пояс, налокотники, перчатки…

Сержант вытащил из медпакета кровоостанавливающий пластырь с анестетиком и стал накладывать на рану. Лейтенант помог ему снять жгут, перевязать руку и натянуть скафандр, потом тоже стал облачаться в защитный костюм.

Через полторы минуты, что почти соответствовало армейским нормативам, они были готовы продолжать свой путь. Ладимир активировал скафандр и почувствовал, как уплотнители охватили его тело, придав ему жесткости и упругости. Похожая на пленку мыльного пузыря прозрачная мембрана вздулась и осела, закрывая лицо. Включились коммуникаторы, автоматически настроенные на одной частоте.

– Готов? – спросил Ладимир.

– Да, то есть так точно!

– Давай пробираться к спасательному отсеку. Большинство проходов наверняка заблокированы или повреждены; думаю, придется поплутать. Не дрейфь, прорвемся.

Он хлопнул сержанта по плечу и устремился дальше по коридору, к выходу из хозблока.

Пневматика частично работала, и в отсеках с нормализовавшимся давлением можно было пройти.

Путь лежал по внешнему обводу корабля. В бортах зияли рваные дыры, затянутые стекловидной массой, дважды по пути попались тела мертвых матросов. Иссеченные осколками и изуродованые. Одного несчастного почти вытянуло в космос, когда восстановительный раствор зажал его в свою смертельную хватку, и теперь верхняя часть туловища нахордилась внутри корабля, а нижняя снаружи. Ладимир был рад, что не может сейчас видеть его лица, представляя, в каких муках тот умер. Несколько человек погибли от удушья, в дыму начавшегося пожара. Система пожаротушения, как и большинство приборов на корабле, не работала, частично среагировав на первые взрывы, а потом отказав.

– Лейтенант! – Сержант остановился и, упершись рукой в стену, согнулся. – Меня сейчас вырвет.

Ладимир подошел к нему, положил руку на спину:

– Дыши ровнее, глубокий вдох и медленный выдох. Вдох… выдох.

Сержант сделал, как ему велели. Через некоторое время он распрямился.

Лад встал перед ним и заглянул в глаза.

– Соберись, – сказал он. – Нам нужно двигаться дальше. Рудианцы могут в любой момент уничтожить корабль.

Словно в ответ на его слова, корпус вздрогнул, и в глубине него что-то заурчало. Сержант кивнул в ответ на вопросительный взгляд Ладимира, показывая, что справился со слабостью.

Они снова побежали вперед, иногда им приходилось сворачивать и продвигаться внутрь корабля. Там повсюду царило разрушение. Но, пробираясь через камбуз, они наткнулись на живого человека. Тот забился под мойку, и, если бы сержант не споткнулся рядом с ним о кастрюлю, они прошли бы мимо, не заметив его.

Когда кока вытаскивали, он отбивался и вырывался, истошно вопя. Лейтенанту пришлось усмирить его, отвесив хорошего тумака.

Очухавшись, тот с расширенными от страха глазами смотрел на людей в скафандрах, не в силах выговорить ни слова.

Лейтенант бросил ему оставшийся у него защитный костюм.

– Надевай, быстро! – скомандовал он.

И тут внезапно в переговорном устройстве они услышали еще голоса – кто-то догадался добраться до скафандров.

– Кто-нибудь слышит меня? – сразу запросил Ладимир. – Это лейтенант Каменев.

– Лад! Ты жив! – раздался радостный голос лейтенанта Артема Соболева, его товарища и однокурсника.

– Да, жив. Со мной еще двое, – ответил он, наблюдая, как кок неумело натягивает скафандр, а сержант помогает ему.

– Во имя Солнца, что произошло? Ты не знаешь?

– Рудианец вышел из гипера в десятке метров от нас.

– Не может быть! – удивленно воскликнул Соболев.

– Может. Я был в рубке в тот момент. Ударной волной выбило связь и почти все электрические контуры. Маневр уклонения не помог. Гасители налипли слишком быстро, и поле истончилось, тогда-то они и вдарили. Двигатели умерли, автоматические батареи тоже. Когда стало ясно, что кораблю конец, я выпустил спасательный буй.

– Сволочи!

– Ты не знаешь, где капитан?

– Его больше нет. Офицерские каюты превратились в одну большую дыру. Мне повезло, я в момент нападения находился у другого борта. Мы с Ежи в шахматы играли. А ты где сейчас находишься? – спросил Артем.

– Я на камбузе. А ты где?

– Рядом со шлюпками.

– Мы никак не можем к вам пройти, двери заблокированы, блуждаем уже полчаса.

– Да толку от шлюпок нет! – с досадой сказал Соболев. – Мы не можем ими воспользоваться!

– Почему?

– Рудианцы решили позабавиться и отстреливают шлюпки, как только те покидают корабль. Основные орудийные батареи почти все выведены из строя. А к внешним не можем добраться, мы заперты тут, как в ловушке.

– Понял, – коротко ответил Ладимир и задумался.

– Но это значит, и мы не сможем туда пройти? – вклинился в разговор Джонсон.

Лейтенант взмахнул рукой, заставляя его замолчать.

– Артем, как быстро вы можете погрузиться и отшвартоваться? – спросил он.

– Все шлюпки готовы. В некоторых уже сидят люди. Только что толку, никто не решается вылетать. Последних, кто осмелился, два рудианца поджарили лучами низкой интенсивности. Ребята сгорели заживо.

– Сволочи! – не выдержал Ладимир, повторив ругательство Соболева. – Артем, я могу попытаться прикрыть вас огнем с бортовых турелей.

– А ты можешь пройти к внешнему коридору? – Соболев не скрывал своей радости.

– Только что оттуда.

– И сможешь по внешнему обводу добраться до орудий?

– Думаю, да. Нас трое, и если сможем получить доступ к трем турелям, то шесть стволов поддержки вам обеспечено. По паре на каждого рудианца.

– Лад! Ты просто наш спаситель! – воскликнул Артем. Потом замолчал и поникшим голосом сказал:– Но вы-то не сможете уйти.

– Артем, мы еще у камбуза, до тебя нам добираться минут двадцать, а то и больше, если вообще сможем пройти. Почти ни одна дверь не работает. Как по-твоему, сколько еще рудианцы будут веселиться, пока им это не надоест и они не разнесут корвет в щепки. Думаю, что недолго.

Соболев промолчал, не придумав, что ответить.

– Лад…

– Времени мало. Готовь людей. Мы пошли к орудиям. Когда дам сигнал, стартуйте.

– Хорошо, – ответил Артем. – Спасибо тебе.

Тут внезапно ожил кок. К этому времени он уже надел скафандр и слышал, о чем говорили офицеры.

– Почему мы должны идти к этим орудиям? – нервным голосом спросил он. – Нам нужно пробираться к спасательным отсекам и пытаться прорваться мимо рудианцев.

– Никто не может прорваться, – ответил ему Соболев, – эти уроды охотятся за каждой шлюпкой и взрывают их.

– Это, кстати, объясняет, почему корабль еще не уничтожили, – сказал Ладимир.

– Вот именно. – Паника сквозила в каждом слове кока. – А когда вы начнете налить в них, они прихлопнут нас тут, как мух.

– Они и так нас прихлопнут… если ты еще не понял. Зато мы можем дать шанс другим выбраться.

– Да пошел ты, лейтенант! Я жить хочу!

Он ринулся бежать, сшибая со столов на пол кухонную утварь.

– Сержант! – Ладимир бросился за убегавшим коком.

Джонсон направился в другую сторону, через камбуз, наперерез беглецу, и перехватил на выходе из помещения. Повалил парня и заломил ему руку за спину. Подоспел Лад, и вместе они заставили кока подняться.

– Как тебя зовут? – спросил Ладимир.

Тот только злобно смотрел на него исподлобья сквозь лицевую пленку скафандра.

– Тебе задали вопрос! – Джонсон надавил на заломленную руку.

– Зигмунд, – ответил тот, застонав.

– Сержант, отпусти его, – приказал Ладимир.

И когда Джонсон отпустил руку кока, продолжил:

– Зигмунд, мы сейчас не в том положении, чтобы пререкаться. В спасательном отсеке десятки людей, которым нужна наша помощь. Снаружи три рудианца, и нас трое. Если они будут заняты, то шлюпки смогу спокойно набрать скорость и уйти в гипер.

– Вы не понимаете! Я не военный – я наемный повар! Я вообще тут две недели всего! – истерически завопил кок. – Нам же тоже нужна помощь! Кто поможет нам?

Лейтенант схватил Зигмунда за плечи и встряхнул. Тот был похож на загнанного в угол зверя – глаза бегали вокруг, словно ища спасения, губы дрожали…

– Перед тем как взорвали рубку, я успел послать сигнал бедствия! Для прибытия помощи необходимо двадцать пять – тридцать минут. – Лад врал – аварийный буй он, конечно, запустил, но вот до прибытия подмоги пройдет не менее часа. Но по-другому никак не заставить Зигмунда помогать. Когда рудианцам надоест играться со шлюпками, они примутся за корабль. И тогда всем точно конец! И сержанту, и этому трусливому коку, и ребятам в спасательном отсеке, и самому Ладимиру. – Нам только нужно время! Наши уже в гипере!

Видно было, что кок не верит Ладу, хотя ему этого и хочется.

Каменев не мог больше терять время.

– Хрен с тобой! – бросил он коку. – Джонсон, за мной.

– Сука, – презрительно процедил сержант отпихнув Зигмунда в сторону. Тот опустил глаза, потом посмотрел им вслед, сглотнул, и нерешительно сказал:

– Постойте… хор… – в горле пересохло от страха, – хорошо, я с вами.

Он догнал их.

– Тогда не отставай, – сказал Лад.

Джонсон ободряюще кивнул коку и направился следом за Каменевым, который выходил из камбуза, по пути во внешний коридор.

– Давай, нужно врезать этим гадам. У меня руки уже чешутся, – бросил он Зигмунду.

– Догоняйте, – крикнул Ладимир.

Сержант чуть прибавил ходу, а следом за ним поплелся кок. Джонсон несколько раз смотрел назад, убедиться, что тот не отстал.

Ладимир уже бежал по обводу, когда сержант догнал его. Лейтенант остановился и обернулся:

– Где Зигмунд?

Сержант тоже оглянулся.

– Вот сволочь! Надо было его перед собой толкать!

– Зигмунд!

Но ответом была тишина.

– Зигмунд!

– Простите, лейтенант. – Кок все же подал голос. – Я… я не могу. И я отключаю коммуникатор.

– Зигмунд! Вернись!

Но тот уже не отвечал и, по всей видимости, уже пытался найти проход к спасательному отсеку.

Джонсон ринулся было вдогонку, но Ладимир остановил его:

– Времени нет. Нам еще до орудий добраться.

Они развернулись и побежали по коридору.

– Сука! – выругался в коммуникаторе Соболев. – Если он сюда доберется, я лично его расстреляю. Недаром коммуникатор выключил. Что теперь делать?

– Ничего, действовать, как и решили. Выпустишь первые две шлюпки пустыми.

– Я лучше туда этого повара засуну.

Ладимир не ответил. Они с сержантом снова стали блуждать по коридорам, ища пути к турелям.

Наконец добрались, до одной. Шлюзовая дверь оказалась заблокирована, но пневматика работала и доступ к первому орудию получили.

– Одна есть. Джонсон, располагайся.

Сержант, молча проскользнув мимо своего командира, занял место в кресле наводчика и положил ладони на рукояти управления, а пальцы на клавиши гашеток.

– Не активируй, пока я не займу место, – сказал Ладимир. –Справишься?

Джонсон поднял раненую руку и пошевелил пальцами.

– Понял, – кивнул Лад.

Скрытая за бортом кабина управления представляла собой сферу с закрепленным в центре, на системе гироскопов, креслом стрелка. Обзор производился с помощью вогнутого девятисегментного проекционного монитора, колпаком висевшего перед креслом. Саму турель закрывали броневые ставни, когда они раскроются и два вращающихся ствола выдвинутся в боевое положение, на экранах стрелка запустится программа определения и захвата целей.

– Эй, лейтенант, – окликнул Джонсон, когда Ладимир повернулся, чтобы уйти.

– Да?

– Друзья зовут меня Элиот. – Сержант протянул ему руку.

– А меня – Лад.

Обтянутые скафандрами руки соединились в крепком пожатии.

Мужчины кивнули друг другу, и лейтенант продолжил поиски еще одной турели.

– Ну что, Лад? – с волнением спросил Соболев.

– Сейчас, Артем. Почти добрался.

– Ты правда успел выпустить буй?

– Да.

– Может, получится продержаться?

– Вряд ли…

Ладимир возился с замком, который никак не хотел открываться.

И в этот момент корвет задрожал в очередной раз.

– Они стреляют! – воскликнул Соболев.

– Лейтенант, я начинаю! – заорал Джонсон.

– Да открывайся ты! –Ладимир, нервными движениями вскрывал замок.

Ему надо было успеть. Он ДОЛЖЕН успеть.

Словно поддавшись его мысленному натиску, пневматика наконец сработала, и шлюз отъехал в сторону.

– Вижу их! – со злобой произнес сержант. – Лад, я начал! А-а-а…

И тут же зарычала, выплевывая свою смертоносную начинку, турель Джонсона. Ладимир рывком забросил себя в кресло наводчика, стукнул кулаком по кнопке активации, одновременно другой рукой застегивая крепежные ремни на поясе и груди.

Ставни разошлись, турель выдвинулась в боевое положение, мониторы перед Ладом запустились, передавая картину необъятных просторов космоса.

Три корабля рудианцев кружили вокруг неподвижного корвета, отдалялись от него и снова налетали, играя, как пресытившийся хищник с еще живой добычей. Справа, дальше по борту, турель Джонсона провожала их полет огненными росчерками.

Ближайший к лейтенанту корабль противника как раз пролетел мимо и подставил свою корму под огонь его пушек.

Лад быстро захватил цель в перекрестие и с яростью и азартом выпустил длинную очередь по рудианцу.

Плазменные лучи попали в мерцающие багровым светом дюзы. Корабль завертелся, и его стало сносить прочь от корвета. Но два других разошлись в стороны, развернулись и полетели на изувеченный сторожевик, осмелившийся огрызаться.

– Артем! Давай! Их двое осталось, на нас идут. Мы продержимся минут пять, не больше!

– Понял! Начали!

– Они приближаются, – сообщил Джонсон.

– Старайся стрелять по их орудиям! – посоветовал Ладимир, даже не осознавая, что кричит.

– Да! Хорошо! Ой, мама!

Рудианец летел прямо на турель Ладимира. Он поймал его в перекрестье и взял чуть ниже – под «брюхо» похожего на жука корабля. Два ствола его пушки крутились с огромной скоростью, выплевывая лучи непрерывным потоком. Противник ответил, и экраны перед Ладом залил огненный шторм. Ему показалось, что его окунули в жерло вулкана. Когда огненные потоки сошли, картинка на мониторе стала матовой. Если бы не автоматика, отслеживающая цели, Лад ни за что не различил бы рудианцев сквозь пелену.

– Элиот, жив?

– Так точно, господин лейтенант!

– Артем, а как вы?

– Почти все!

– Заканчивайте быстрее, следующей атаки мы не выдержим.

– Держитесь! Осталось пять шлюпок!

В душе у Ладимира вдруг образоваласьхолодная пустота. Ожидание было мукой. Подсознательно он хотел, чтобы рудианцы скорее напали. В этот момент Джонсон позвал его:

– Эй, Лад, знаешь такую песню: «Когда я с милой кувыркался, был безмятежен я и юн».

– Нет, Элиот, не знаю! – Отчего-то внутри стало тепло, он почувствовал, что рядом с ним товарищ, что он не один.

– Хочешь, научу?

– Конечно!

– Тогда подпевай… Когда я с миииилой ку-выр-кался… Это торпеды, Лад! Они запустили торпеды! А, боитесь нас, сукины дети! Был безмятеееежен я иии юн…

Лад вторил сержанту, бубня под нос слова незнакомой песни.

Он с трудом различал на мониторе летящие к кораблю снаряды – система наведения работала со сбоями, то включаясь, то пропадая с экрана. Лишь маленькие движущиеся искорки, на фоне неподвижных блесток звезд, выдавали их. Ладимир стрелял, и взорванные торпеды вспухали яркими, мгновенно гаснущими, шарами взрывов. Но к корвету устремились десятки снарядов, и сбить все у лейтенанта не получалось. Заключенная в оперенные стабилизаторами капсулы из металла, пластика и силового поля смерть неумолимо приближалась.

– Лад, мы ушли! – услышал он словно вдалеке голос Артема. – Спасибо вам! Держитесь, парни!

– Ушли – это хорошо, – пробормотал лейтенант. – Это хорошо.

Он стрелял до последнего, пока мог. Справа полыхнул первый взрыв, потом еще один и еще…

Корвет непрестанно содрогался.

– Элиот, – позвал Лад, но сержант не ответил.

Из-за тряски лейтенант пропускал все больше торпед. И вот они наконец достигли своей цели. Несколько взрывов превратили турель в обломки. Все девять сегментов экрана вспыхнули белым, на мгновение ослепив Ладимира, и погасли. Его чуть было не выбросило из кресла, но ремни держали крепко. Он почувствовал, что рот наполнился кровью.

Следом в борт корвета попали еще торпеды, разрывая корпус. Сферу кабины управления разворотило, словно какой-то огромный зверь хотел забраться в нее снаружи. Вслед за быстро полыхнувшим и погасшим огнем взрывов, помещение заполнил вакуум и принял человека в свои ледяные объятия. Сознание Ладимира окутала тьма, а торпеды все продолжали и продолжали разрывать корпус сторожевика на части…

Ладимир Каменев сошел с трапа пассажирского лайнера и полной грудью вдохнул воздух своей родной планеты.

Он не был дома двенадцать лет, с того самого момента, когда Император удовлетворил ходатайство губернатора о зачислении Ладимира в Офицерскую академию. Но при первом взгляде на окружающую обстановку складывалось такое впечатление, как будто он и не уезжал никуда. Та же атмосфера простого, чуть захламленного, но приветливого и какого-то уютного колониального порта. Вдалеке дымили трубы перерабатывающих заводов, немногочисленный обслуживающий персонал на поле деловито сновал по своим делам, над головами с писком проносились сарибы – местная разновидность обычных стрижей. Они настолько свыклись с жизнью рядом с космодромом, что даже грохот от взлетающих или заходящих на посадку планетарных грузовиков не мог вспугнуть многочисленные стайки. Сойдя с трапа и шагая к зданию порта, Ладимир даже усмехнулся – может быть, когда он будет подходить к своему дому, ему навстречу выбежит соседский пес, которого звали Жуль. Правда, откликался он на любые клички, и Ладимиру нравилось каждый раз придумывать новые смешные прозвища.

«Хотя вряд ли, – сказал сам себе Лад. – Пес и тогда уже был довольно старым».

Размышления Ладимира прервал негромкий мужской голос.

– Простите, вы – капитан Каменев?

Он остановился и посмотрел на высокого, одетого в стильный деловой костюм молодого человека. Оглядевшись, он не увидел среди людей, сошедших с лайнера, больше ни одного человека в форме – значит, вопрос задан для проформы.

– Да, я – капитан Каменев. Чем обязан?

– Меня зовут Виктор Изотов. – Парень улыбнулся и протянул руку. – Я заместитель директора по связям с общественностью в колониальном представительстве компании «Млечный Путь».

Ладимир пожал ему руку. Ладонь у Виктора была прохладной и крепкой, и сам он буквально излучал уверенность и силу.

– Я рад приветствовать героя на его родной планете и уполномочен предложить вам, от лица своей компании, всевозможную помощь в обустройстве на новом месте. – Парень смущенно улыбнулся. – Простите… в обустройстве на прежнем месте.

– Надо же. – Ладимир был слегка удивлен.

– Разрешите помочь вам с багажом.

– Спасибо, но у меня только этот чемодан. И я пока еще в состоянии нести его сам, – улыбнувшись, ответил капитан.

– Как пожелаете, – развел руками представитель компании. – Но думаю, от машины вы не откажетесь?

– Нет, не откажусь, – согласился Лад.

– Тогда пройдемте.

Большой серебристо-черный автомобиль, с изображением Млечного Пути на борту, ждал их.

Вот они – изменения. Когда Ладимир покидал колонию, таких машин здесь не было.

– Нравится? – спросил Виктор.

– Симпатично, – согласился капитан.

– Млечный Путь изображен с точностью до звезды, так, как его видно с Земли в августе – в этом месяце, двести три года назад, была основана наша компания.

– А-а-а, – протянул Лад.

Дверца лимузина поднялась вверх.

– Прошу, – гостеприимно сделал жест рукой Виктор.

– Благодарю, – ответил Лад, забираясь в салон. Внутри машина была еще шикарнее, чем снаружи.

Виктор расположился напротив и, когда дверь опустилась, негромко сказал: «Поехали».

Как лимузин тронулся, Ладимир даже не заметил, настолько плавным был ход машины.

Они сразу поднялись на третий воздушный уровень, хотя на таких небольших колониях, как Дейтона, трудно было попасть в пробку даже на обычных наземных дорогах, но, видимо, статус обязывал.

– Хотите что-нибудь выпить?

– Нет, спасибо.

– Даже соша?

Ладимир снова улыбнулся:

– Даже соша. Я на лайнере выпил его более чем достаточно. А вы неплохо подготовились.

– Это было не трудно, когда о вас говорили несколько дней подряд все средства массовой информации. А после того, как сам император вручил вам награду и присвоил внеочередное звание, история провинциального юноши, добившегося небывалых успехов, стала просто легендой.

– Правда? – Лад нахмурился. – Не думал, что это так выглядит со стороны.

– Будет вам смущаться! Лучше расскажите, как это – быть Золушкой?

Капитан умел оценить шутку, и они расхохотались вместе.

– Знаете что? Давайте, пожалуй, вашего соша.

– Конечно.

Еще один сюрприз ждал Ладимира, когда лимузин подъехал к его дому, где они некогда жили с бабушкой, которая воспитывала его после смерти родителей. Нет, старый Жуль не выбежал его встречать, его давно не было на этом свете, как не было соседского дома и того небольшого строения, которое раньше было для него домом. Оно осталось только в памяти, а на его месте высился двухэтажный особняк, стилизованный под старину, но напичканный под завязку современной электроникой, начиная от варьируемой прозрачности стен до зеркальной черепицы из солнечных батарей. Вокруг расположились зеленые лужайки с выложенными пластиком дорожками. Небольшой искусственный пруд поблескивал водной гладью.

Ладимир вышел из машины и замер в немом удивлении.

Представитель компании встал рядом и сказал:

– После смерти вашей бабушки дом заняла одна семья.

– Да, я знаю, мне сообщали.

– Компания выкупила дом для вас и провела небольшой косметический ремонт.

– Для меня? – в который раз удивился Лад.

– Почему нет? Не каждому в одиночку удается предотвратить нападение целого флота.

– Ну тогда я не знал, что кроме этих трех рудианцев прибудет еще и небольшая флотилия. Тогда я просто исполнял долг. А дальше – это только стечение обстоятельств.

– За «просто» наград не дают, – подмигнул Виктор. – Думаю, вы заслужили те почести, что вам оказывают. К слову сказать, на планете, которая должна была подвергнуться первоочередному нападению и, скорее всего, была бы уничтожена, находится представительство нашей компании. Так что вы спасли наши деньги, и мы вправе отблагодарить вас.

– Но такой дом стоит безумно дорого. Я не смогу выплатить такую сумму.

Виктор нахмурился.

– Это не покупка, это – подарок, – пояснил он.

– Я бы сказал – очень щедрый подарок…

– Экономить на героях – дурной тон.

Ладимир на секунду задумался… у него никогда не было такого дома, да и вряд ли когда будет. Зачем отказываться от подарка, который делала ему судьба?

– Сколько продлится ваш отпуск? – спросил тем временем Изотов.

– Сорок два дня. Я…

– Подождите секунду, – не дал ему сказать представитель компании. – Понимаю вашу нерешительность, но давайте так: вы посетите завтра вечером прием, устроенный в вашу честь в офисе нашей компании, и будем считать, что мы в расчете. Ведь это будет своеобразной рекламой для нас, и очень даже неплохой. А за рекламу подобного рода сейчас платят большие деньги. Согласны?

– Вы умеете убеждать. Правда, я не собирался отказываться, но вот насчет завтрашнего вечера мне нужно подумать. Светские рауты смущают меня, пожалуй, больше, чем такие подарки.

Виктор только улыбнулся в ответ:

– Думайте сколько угодно, но только до семи часов завтрашнего вечера.

Представитель компании протянул перламутровую визитку:

– Сорок два дня, это не так уж и много. Почему бы не провести их с комфортом. Если возникнут какие-то вопросы – звоните в любое время, буду рад помочь.

Потом сел в машину и сказал:

– До завтра, господин капитан. Я пришлю за вами машину.

Лимузин рванул с места, подняв воздушные вихри.

Лад простоял еще несколько минут, теребя в пальцах переливающийся прямоугольник и рассматривая свой новый дом. Потом вздохнул и направился по дорожке к входу.

Следующие несколько часов он потратил на то, что осматривал дом изнутри, изучая и опробуя все его новые возможности.

Заснул он далеко за полночь. Впервые за двенадцать лет он спал не на солдатской или офицерской койке, в казарме или каюте корабля, а в обычной постели.

Проснулся он только поздним утром, с тяжелой головой от непривычно долгого сна.

Чтобы прийти в норму, ему пришлось провести почти час в тренажерном зале, который он обнаружил вчера у себя в подвале, и еще по пятнадцать минут в ультразвуковом и обычном душах.

Холодильник был забит под завязку. И Ладимир приготовил себе на завтрак омлет, с весельем вспоминая, как делать простые вещи, от которых он отвык за время учебы и службы.

После полудня он оделся в гражданское и отправился прогуляться по городу.

В районе, где он жил, кроме его дома, больше ничего не изменилось. Те же обветшалые дома, с ободранным и выгоревшим на солнце пластиком стен, старенькие машины у гаражей. Такой резкий контраст с его новым особняком и прилегающей к нему территорией сразу бросался в глаза. На улицах бегали немногочисленные детишки. Почти все взрослое население городка сейчас находилось на работе, на приисках или перерабатывающем заводе, скорее всего принадлежащих компании «Млечный Путь». На Дейтоне были богатые залежи иридия, стратегического материала, использующегося в гипердвигателях. Самым влиятельным человеком колонии был губернатор, назначаемый императором. И от него напрямую зависело, какая компания будет иметь гранд на разработку местных месторождений. И как только между компанией и губернатором, как представителем императора, заключался договор, власть над колонией переходила к представителю компании, а роль губернатора в управлении сводилась к наблюдательной и совещательной. В его праве было подать жалобу императору на действия компании, но, как правило, губернаторы столько имели от заключенного договора, что жалоб никогда не поступало.

Вероятно, на Дейтоне сейчас наиболее удачливой или щедрой оказалась «Млечный Путь», потому что когда Ладимир покидал родную планету, на ней заправляла компания «Первопроходец». Это была даже не компания, а скорее конгломерат, подмявший под себя огромную часть внутриимперского рынка. Таких конгломератов в империи насчитывалось шесть или семь, и между ними постоянно велась борьба, зачастую похожая на войну. Компании были настолько богаты и влиятельны, что могли позволить себе иметь свои собственные небольшие армии, которые они называли службой безопасности.

Такое положение могло представлять угрозу для высшей власти императора, поэтому численность этих частных армий была жестко ограничена введенными законами. Их нарушение жестоко каралось, и тому были примеры, когда имперские силы наносили массированные удары по зарвавшимся конгломератам, в одночасье уничтожая их войска, аннулируя банковские счета, отбирая колонии. Власть императора была единой и непререкаемой. В то же время налоги, выплачиваемые компаниями-гигантами, составляли большую часть казны, поэтому к тем, кто держался в установленных рамках, высшая власть относилась лояльно и позволяла им многое. А на взгляд большинства обычных людей, которым приходилось работать на эти компании, то даже слишком многое.

Ладимир неспешно прогуливался по знакомым местам. Его район находился далеко от центра города, где обычно кипела жизнь, поэтому унылые улочки, засаженные высокими деревьями, вызвали у него легкий приступ ностальгии.

Но постепенно, с приближением его к сердцу этого небольшого колониального городка, на улицах стало более людно, появились всевозможные магазины и центры развлечений.

В отличие от окраин, деловой центр заметно преобразился. Первое, что бросалось в глаза, это громадное здание, сплошь покрытое черным блестящим стеклом, на котором сияли крупицы звезд.

Ладимир не смог сдержать восхищенного возгласа – «…Млечный Путь изображен с точностью до звезды, так, как его видно с Земли в августе…».

Небоскреб доминировал над городом, возвышаясь величественным монолитом. Вокруг него ютились здания гораздо меньших размеров, без претензий и амбиций своего горделивого соседа.

Капитан чувствовал себя туристом, разглядывая изменившийся город.

Внезапно его взгляд остановился на небольшой прозрачной витрине со скромной надписью: «Бар Старого Джо». Заведение было зажато с двух сторон магазинами с яркими голографическими вывесками и было практически незаметным.

Юношей Лад подрабатывал тут, и у него даже екнуло внутри, когда он увидел бар и вспомнил былые времена.

Перейдя на другую сторону улицы, Ладимир зашел в заведение. Над головой электронный голос, подделанный под женский, произнес:

– Мы рады приветствовать вас. Проходите и располагайтесь, через минуту вас обслужат.

Капитан прошел за столик и нажал кнопку меню. Прямо в столешнице засветился список подаваемых блюд.

– Надо же, – удивленно улыбнулся он и нажал на первую попавшуюся строчку.

Перед ним появилась голография сервированного блюда. Даже пар, поднимавшийся над поджаренным до розового куском говядины, был прорисован.

– Уже выбрали? Это наше фирменное блюдо. Рекомендую.

Лад поднял глаза. Рядом с ним в белом передничке стоял сам Старый Джо. Он ничуть не изменился за прошедшие годы – каким старым был, таким и остался.

– Гляжу, ты обзавелся всякими модными штучками, – ухмыльнулся Лад. – Помнится, лет эдак с двенадцать назад мне приходилось сотню раз на день описывать дежурное блюдо и повторять эту фразу.

– Э-э… простите. – Джо нахмурил и без того морщинистый лоб, вглядываясь в лицо посетителя.

Лад, улыбаясь, ждал, когда владелец бара вспомнит его. Улыбка стала еще шире, когда на лице старика отразилось узнавание.

– Мальчик мой! Неужели это ты?!

Лад поднялся, и бармен заключил его в свои объятия.

– Я слышал, слышал, что ты стал героем! Я горжусь тобой! Я даже сходил, поставил свечку в храме за покойного губернатора Свифта. Ведь это он не дал тебе пропасть в нашей дыре, он разглядел в тебе человека.

– Ты стал ходить в храм?!

Старик хитро улыбнулся:

– К старости начинаешь верить, что впереди не только серая мгла и сырая могила, а что-то большее. Да ты садись, садись, – засуетился старик. – Сейчас я принесу поесть и соша, по головизору говорили, что ты любишь сош.

– Перестань, лучше сам присядь, расскажи, как у тебя дела, вижу, посетителей не больно много, хотя заведение не назовешь загнивающим.

Старик оглядел пустой бар, пожал плечами и присел рядом.

– Дела нормально идут. Просто сегодня в башне готовят грандиозный прием… погоди, ты же должен знать, он же в честь тебя!

– Я только вчера прилетел во второй половине дня и недавно только проснулся. Я, конечно, знаю про прием, но не догадывался, что он будет грандиозным.

– Будет, будет, – с серьезным видом кивнул Джо, – я всех ребят туда отправил подзаработать, вот сегодня сам тут орудую. – Он указал на передник. – Вспоминаю молодые годы.

– Я, правда, еще не решил, идти мне туда или нет.

– Конечно, иди! – посоветовал старик. – Даже не думай! Я и повара своего туда отправил, а он готовит – пальчики оближешь. Нет, ты все же погоди, я соша принесу.

Старик резво поднялся, быстрыми шагами направился за стойку и вскоре вернулся с двумя бокалами напитка. Уселся на прежнее место и продолжил наставления:

– Сходи, поглазей на этих. – Джо неопределенно мотнул головой. – Они такую шумиху подняли по твоему поводу. Что вот, мол, герой с обычной колонии, исполнял свой долг, верно служил своему императору и удостоился высоких наград. Наши, конечно, тоже удивились, когда про тебя говорить начали. Даже на какое-то время успокоились и решили пойти на переговоры с этими ублюдками.

Ладимир удивленно вскинул брови:

– Переговоры?

– Ага. – Бармен неожиданно посмурнел. – Когда сюда пришли эти, из «Млечного Пути», стало хуже, чем при «Первопроходце». Те хотя бы по-честному рассчитывались, а эти с рабочих три шкуры дерут, а платят гроши. Вот наши и решили забастовку устроить. Но тут как раз тебя в новостях стали показывать. Сразу эта самая шумиха поднялась, ажиотаж. Компания стала показывать, как хорошо относится к гражданам. Говорили, что тебе даже дом шикарный подарили.

Он вопросительно посмотрел на капитана.

Лад кивнул, подтверждая:

– Документов я, правда, не видел, но парень, что встречал меня на космодроме, сказал именно так.

– Дом действительно так хорош, как его описывали?

Ладимир снова кивнул, не сумев скрыть улыбки.

– Я рад за тебя, мальчик. Очень рад, но пусть тебя не обманывает весь этот блеск и мишура, в «Млечном Пути» работают одни негодяи.

– Ладно, я буду иметь это в виду, но я все равно здесь только на месяц.

– Да, месяц пролетит незаметно, – вздохнул старик. – Ой, да что это я все болтаю, вот она, старость, хочется сказать все, что не успел раньше. Давай ты лучше расскажи, как служба, как вообще живешь.

Глаза бармена хитро сощурились.

– Ты взаправду императора видел?

– Взаправду.

– Какой он, расскажи, а то мы же его только по головизору видели.

– Высокий, почти как я, широкоплечий. Да не знаю, как еще описать. Приятный человек.

– «Приятный человек!» – вскинул брови Джо. – Ну только ты так можешь описать самого могущественного в мире человека.

– Ну а что он мне? Такой же человек, как все, только имеющий власть.

– Как все… – пробормотал бармен, – как все, да не как все!

– Если честно, то я тогда еще от лекарств не отошел. И грудь болеть начала.

– Да, говорили, что ты ранен был.

– Точно, Джо. Когда прибыла эскадра, от нашего корвета остались только обломки. Турель Элиота – сержанта Джонсона, с которым мы отвлекали внимание рудианцев, – разнесло в щепки. Мне повезло, торпеды попали совсем рядом, но, оказывается, достаточно далеко, чтобы я сейчас сидел тут и болтал с тобой, – улыбнулся Лад. – Мне потом рассказывали, что от моей турели осталось только кресло, один страховочный ремень выдержал и не дал мне улететь в космос. В нескольких сантиметрах от меня в борту корвета была здоровая дыра, и обломок обшивки торчал у меня из груди.

Джо сочувственно покачал головой, а капитан продолжил рассказывать о произошедшем как о чем-то обыденном:

– Меня скафандр спас. Герметизирующей пены было столько, что она не только в скафандре дыру залепила, но и во мне. Правда, вместе с этим она разъела мне легкое. И врачам пришлось его менять.

– Да, медицина сейчас может многое. Правда, не для всех она доступна, здешние больницы не могут похвастать высокими технологиями. Максимум, что они могут, – это вживить протез. Конечно, лучше, чем ничего, но на центральных планетах империи уровень жизни гораздо выше, чем тут на периферии.

– Несомненно, – согласился Лад. – Так было всегда. Хотя и там хватает своих проблем. Здесь тебя никто не ограничивает в количестве детей, которых ты можешь иметь. А там целая проблема завести даже одного.

Так они сидели, рассуждая о разных вещах, вспоминая былые времена и общих знакомых, до тех пор, пока солнце не начало клониться к горизонту, окрасив крыши домов в лиловый цвет.

– Ну мне пора, – поднялся капитан. – Как-нибудь еще поговорим.

– А чего как-нибудь? Завтра придешь обедать, и даже слышать ничего не хочу. Я заодно за счет тебя дела поправлю. – Старик хитро подмигнул.

Ладимир улыбнулся в ответ:

– Хорошо, тогда я к тебе буду часто заглядывать. Надеюсь, скидку ты мне предоставишь?

– Никаких скидок! Ишь, хитрец какой!

– Договорились, – подмигнул Лад и достал карточку для расчета.

– Но вот сош всегда за счет заведения, – остановил его бармен.

– Условия просто королевские! Я согласен.

– Еще бы не согласен! Давай, шагай уже! Тебе еще на прием собираться, не в этом же тряпье пойдешь!

– Это новая одежда, – запротестовал Лад.

– Вот я и говорю, шагай!

Капитан засмеялся и, оставив старика, пошел домой.

Лимузин «Млечного Пути» ждал его в восемь.

Ладимир вышел одетый в парадную форму Космических войск Его Императорского Величества. Мундир сидел на нем как влитой, выгодно подчеркивая все достоинства его спортивного телосложения.

Дорога до здания компании заняла почти столько же времени, сколько и пешая прогулка Лада. Вероятно, у водителя было указание провести капитана над вечерним городом, украшенным яркой иллюминацией, и показать все красоты, которых не заметишь днем.

Лад был не против, тем более это немного оттягивало тот момент, когда ему предстоит стать центром всеобщего внимания.

Но высокое черное здание с сияющими звездами Млечного Пути по-прежнему оставалось самым впечатляющим сооружением в городе, да и на всей планете.

У главного входа его ждал Виктор Изотов и несколько десятков празднично одетых людей, ставших по обе стороны от красной ковровой дорожки, расстеленной до самой проезжей части.

Ладимиру еще никогда в жизни не приходилось принимать участия в подобных приемах, да еще в качестве главного действующего лица.

– Не смущайтесь, – вместо приветствия сказал Виктор. – Представьте, что вы тут один.

– У меня не настолько развито воображение, – ответил Лад.

Изотов засмеялся, и они пошли рядом, мимо шумной толпы. Лифт унес их наверх с такой скоростью, что закладывало уши, капитан сглотнул, чтобы снять заложенность. Но когда они остановились, это было практически незаметно, зеркальные сворки неслышно разошлись в стороны, и банкетный зал компании «Млечный Путь» встретил их блеском огней и гулом голосов разодетых гостей. В ложе для музыкантов играл оркестр, Лад краем глаза заметил небольшое искажение на фигурах людей и понял, что он виртуальный. Он мысленно улыбнулся – при всем пафосе и немалых затратах, компания не могла заказать живой оркестр, а обходились дешевым, голографическим.

Как будто прочитав его мысли, Изотов склонился к Ладу и негромко сказал:

– Мы заказали для вашего вечера настоящих музыкантов, но по пути на лайнер напали корабли «Первопроходца». Они до сих пор не могут простить нам, что мы отобрали у них Дейтону. – Виктор самодовольно улыбнулся. – Ничего, они нам заплатят за это оскорбление. У них назревает серьезный конфликт с «Пангалактик», а мы тем временем создадим альянс с… – Он всплеснул руками. – Простите, Лад. Очень трудно не говорить о политике, когда живешь ею каждый день.

– Ничего, я вас понимаю.

– Но не будем забывать о главном! Это же ваш вечер! – Виктор умело пропустил Ладимира вперед и чуть отстал, поэтому создалось впечатление, что капитан появился в зале один. Присутствующие отреагировали на его приход бурными аплодисментами.

Все встали из-за столов и повернулись в его сторону. Ладимир ответил поклонами и сдержанной улыбкой.

Казалось, секунды, пока он стоял у всех на виду, превратились в минуты и даже часы. Лад не знал, что делать, продолжать глупо улыбаться, кивая головой как китайский болванчик, или…

Но тут на помощь пришел Виктор, он вышел из-за спины капитана, поднял руки, призывая всех к тишине, и, когда та более-менее установилась, произнес:

– Уважаемые дамы и господа, разрешите от лица всех здесь присутствующих приветствовать виновника этого торжества, капитана третьего ранга флота Его Императорского Величества Ладимира Каменева.

Зал снова разразился громкими аплодисментами.

– А теперь предлагаю перестать смущать героя Империи, – Виктор улыбнулся, и зал ответил ему дежурными смешками, – и заняться тем, зачем мы сегодня здесь собрались, – будем веселиться!

Благодарная аудитория зааплодировала в третий раз. А Изотов взял Ладимира под локоть и сказал:

– Пойдем, наш столик вон там.

– Мне сказали, что для этого приема были наняты лучшие повара.

– Именно так, – подтвердил Изотов.

– Если быть откровенным, то я очень проголодался.

Виктор засмеялся:

– Тогда не теряйтесь, у вас есть свой официант, который только и ждет, чтобы менять вам блюда.

– Это просто замечательно.

За одним столом с ними были представители колониального руководства «Млечного Пути», губернатор с супругой и двумя дочерьми, начальник местной полиции с супругой и некоторые представители, так называемой бизнес-элиты. Обо всем этом Лад узнал во время официального знакомства, проведенного Виктором, а потом начались обычные для таких раутов беседы – о политике, бизнесе и вооруженных конфликтах.

Лад, по мере возможности, налегал на угощение, действительно оказавшееся выше всяких похвал. И принимал участие в разговорах, только когда его спрашивали о чем-нибудь.

Вскоре он удовлетворенно почувствовал, что насытился, и внутренне улыбнулся. Одна из дочерей губернатора поднялась со своего места. Софи, так звали девушку, все это время почти ничего не говорила, а только иногда с интересом посматривала на Ладимира, слегка улыбаясь. Она подошла к нему, наклонилась, и Лад увидел, что декольте на ее платье очень откровенное.

– Вы были так голодны, что я не решалась потревожить вас раньше, – прощебетала она ему на ухо, – но сейчас, вижу, вы вполне сыты.

Ладимир улыбнулся ее проницательности.

– Позвольте пригласить вас на танец, господин капитан, – продолжила девушка.

Софи протянула ему руку и повела за собой в центр зала. Ладимир давно не практиковался в танцах, но преподаватели в академии вколотили основные движения в подкорку. И, выйдя на свободное место, они медленно закружили.

Софи была красива и отлично сложена. Дорогое платье подчеркивало все достоинства ее фигуры.

Запах ее духов дразнил обоняние и вызывал волну тепла, поднимающуюся снизу живота.

– Ваши духи… они такие, – проговорил Лад.

– Какие? – с невинным взглядом спросила Софи.

– Ну как минимум приятные.

– Вы не особо опытны в общении с девушками, – неожиданно спросила она, – ведь так?

Лад засмеялся:

– Как вы догадались?

– Я вообще умная девушка.

– Я заметил. А еще очень самоуверенная и… красивая.

– Капитан! Это первый комплимент. Вы способный ученик.

Теперь они засмеялись оба.

Софи оказалась очень приятной и веселой собеседницей, и весь дальнейший вечер Ладимира протекал под ее патронажем, чему он был рад.

Она часто вытаскивала его танцевать, пересадила ближе к себе. Отец косился на нее неодобрительный взглядом, но Софи проигнорировала его.

– Скоро станет грустно, – неожиданно сказала она.

– Почему? – удивился Лад.

– Я знаю, чем обычно заканчиваются такие вечеринки, все напиваются и начинают обсуждать, какая из корпораций сильнее. Не понимаю, какой в этом смысл. – Она наморщила носик. – Если они существуют – значит все примерно равны по силам.

– Согласен с вами. Все корпорации – фактически независимые державы. Они воюют между собой, содержат собственные армии, и только могущество империи держит в узде их алчность и амбиции.

– Т-с-с! – Она прижала пальчик к его губам. – Не говорите этого при Викторе. Иначе он такую полемику разведет, что через полчаса половина присутствующих уснет, а другая спрыгнет с балкона.

Лад заулыбался.

Изотов, со снисходительной улыбкой, смотрел на то, как девушка монополизировала все внимание капитана. Другого он и не ожидал.

В одном из танцев Софи прильнула к Ладимиру, и откровенный вырез почти обнажил ее грудь.

– Скажите, а правда, что у вас одно легкое? – Ее изящные пальчики пробежали по лацкану его мундира.

– Нет, неправда.

Казалось, девушка была разочарована.

– Но по новостям передавали… – Ее большие лазурные глаза сделались печальными.

– У меня оба легких на месте, просто одно из них искусственное.

– Ах вы, обманщик. – Она весело засмеялась. – Потом заговорщицки сощурила глаза и сказала: – А вы не хотели бы улизнуть с этого скучного приема? – Софи соблазнительно закусила нижнюю губку и добавила: – Вместе со мной?

Ладимир посмотрел в ее сияющие глаза.

Он понимал, что ей нужен не он, а герой, чье лицо несколько дней не сходило с ниш головизоров.

Но ведь и он не каменный, чтобы отказываться от такой красоты.

– Хотите, я покажу вам свой новый дом? – спросил он. – Только у меня нет машины.

– Зато у меня есть. – Жемчужные зубки блеснули в улыбке.

– Не подбросите меня? – улыбнулся он в ответ.

– Конечно, с превеликим… удовольствием.

Они постарались сделать это незаметно, но несколько пар глаз все же провожали их.

Виктор подсел к хмурому губернатору и положил руку ему на плечо:

– Напрасно расстраиваетесь, мой дорогой.

– Вам не понять, у вас нет дочерей.

– Я прекрасно все понимаю. И послушайте меня: капитан – хорошая партия для вашей Софи.

– Вы так считаете?

– Судите сами, перспективный офицер, принял орден из рук самого Императора…

– Но моя Софи – такая своенравная.

– Думаю, Ладимиру это придется по вкусу. Со временем мы могли бы предложить ему работу в нашей службе безопасности. Компании нужны талантливые космолетчики.

– Посмотрим, – ответил губернатор, но настроение у него заметно улучшилось.

Машина Софи – кабриолет последней модели – была припаркована возле балкона, с которого открывался великолепный вид на город, сверкающий ночными огнями. С такой высоты можно было различить даже огни добывающего завода и дорогу к нему, которая вилась темной линией, освещенной по обеим сторонам тысячами огней. Ладимир не сразу понял, что он видит, но потом не смог сдержать удивления. Софи стояла рядом и, заметив его реакцию, негромко рассмеялась:

– Млечный Путь, как он виден…

– …с Земли в августе месяце, – закончил за нее Лад.

– Виктор вас тоже уже достал этой фразой? – заулыбалась девушка.

– Еще нет, но, когда я вижу такое, ему даже не нужно произносить ее – она сама звучит у меня в голове.

Теперь они засмеялись вместе.

– Знаете что, капитан? Позвольте прокатить вас по Млечному Пути.

Лад посмотрел на девушку. В ее глазах отражались блестки огней.

– Я только что хотел попросить вас об этом, – сказал Каменев.

– Тогда что же мы стоим? – Софи поднялась на парковочную площадку и потянула капитана за собой.

Следующим утром, выйдя на улицу, чтобы проводить свою гостью, Лад увидел, что двое мальчишек трутся неподалеку, перебрасываясь мячом и частенько поглядывая в его сторону.

Капитан улыбнулся – за ним уже наблюдали. Неужели первые фанаты?

– Ты радуешься, что я уезжаю, или просто вспоминаешь эту ночь? – спросила Софи, приняв его улыбку на свой счет.

– Думаю, я не скоро ее забуду. – Он наклонился и поцеловал девушку. Она обвила его шею руками.

Краем глаза Ладимир заметил, что мальчишки стоят, показывая на них пальцем, и заливаются смехом.

Софи отпустила Лада.

– Когда снова увидимся? – спросила она. – Может, завтра?

– Созвонимся, – ответил он.

– Ну конечно. Я тебе сама позвоню. – Ее белоснежные зубы блеснули в улыбке. – Будешь ждать?

– С нетерпением.

Она еще раз быстро чмокнула его и села в машину. Подушка силового поля негромко загудела, поднимая автомобиль над асфальтом, Софи махнула через стекло ручкой, нажала кнопку акселератора и умчалась.

Лад вернулся в дом, но не успел отойти от двери, как раздался звонок.

На пороге стоял мужчина, примерно такого же возраста, как капитан, среднего роста, коренастый, с небольшими залысинами и яркими голубыми глазами.

– Моя разведка доложила, что наконец-то ты остался один, – сказал он, как только открылась дверь.

– Рауль! – воскликнул капитан, узнавая своего старого друга.

– Ну а кто еще-то! Я, конечно, понимаю, что теперь твои друзья ездят на лимузинах или последних моделях со страниц межпланетных каталогов, а я всего-то катаюсь на старенькой «мацусиме», оставшейся от отца. Но я все же решил проверить, вдруг ты снизойдешь до общения с нами, обычными людьми.

– Рауль! – Ладимир крепко обнял его.

За спиной друга он увидел мальчишек, которые играли в мяч. Одному из них было лет пятнадцать-шестнадцать, второму – десять или одиннадцать.

– Это и есть твоя разведка?

– Ага. А что, неплохо сработали?

– Привет, я – Алонсо! – Тот, что был постарше, вышел из-за спины Рауля и протянул руку. Ладимир пожал ее.

– Это мой младший брат, ты его не помнишь, наверное; когда ты от нас сбежал, ему года три было. А это – Сергей, мой сын, – представил Рауль младшего.

Ладимир поздоровался с ним и вгляделся в лицо мальчишки, черты показались ему знакомыми.

Рауль заметил это и кивнул:

– Вылитая мать.

– Светка!

– Точно!

– Так вы поженились?

– Я тебе это еще в школе говорил, что женюсь на ней!

– Можно было и не сомневаться, – засмеялся Лад. – Рауль, прости, я забыл о приличиях. Проходите!

– Я уж думал и не пригласишь, герой.

Лад не стал отвечать на колкость, пропустил гостей в дом, закрыл дверь и спросил у мальчишек:

– Давно тут отирались?

– Не очень, – ответил Алонсо, но его хитрая ухмылка говорила о противоположном.

– Вы в игровых приставках разбираетесь?

– Конечно! – в один голос ответили оба.

– У меня там, в конце коридора, зал для виртуальных игр и пара кристаллов с новинками. – Ладимир мотнул головой. – Он в вашем распоряжении, а мы пока с Раулем поговорим.

И весь остаток дня они провели, разговаривая, потягивая сош и вино, играя вместе с мальчишками в самые последние игры, превращавшие виртуальный зал то в гладиаторскую арену, то в разрушенные города с сотнями монстров, то в космические трассы для гонок на космобайках. Они дули лимонад, поглощали пончики и прочие продукты, не очень полезные для здоровья, но невероятно вкусные. На какое-то время Лад почувствовал себя снова шестнадцатилетним подростком, на которого свалилось неожиданное и оттого еще более приятное счастье.

Гости покинули его далеко за полночь, когда за ними пришла Светлана и забрала их.

Она улыбнулась Ладимиру, открывшему ей дверь, и сказала лишь, что рада его видеть, что он очень изменился, и спросила, где ее оболтусы.

Лад помнил ее молодой девушкой, симпатичной, серьезной и немногословной, в общем полной противоположностью Раулю. И, за исключением того, что она стала симпатичной взрослой женщиной, Светлана осталась такой же, как раньше.

На прощание Ладимир пригласил их прийти еще. Мальчишки с радостью согласились, а Рауль улыбнулся и сказал: «Посмотрим».

Этой ночью Ладимир заснул с улыбкой на губах.

Удивляясь сам себе, Ладимир проснулся только ближе к обеду. Он решил не завтракать, а сразу пойти пообедать в бар к Старому Джо.

Выйдя на улицу, капитан удивился тому, сколько там было народу. Многие здоровались с ним, он отвечал, кивал, улыбался. Большинство прохожих были ему незнакомы, но иногда встречались и те, кого он узнавал. Несколько раз он останавливался, чтобы обменяться с ними приветствиями и переброситься парой фраз.

Путь до бара занял гораздо больше времени, чем в прошлый раз. И все это время десятки людей, поодиночке или небольшими группами, направлялись в сторону центра.

– Джо, что сегодня творится? – спросил Ладимир, зайдя наконец в заведение старика. – Какой-то новый праздник? Столько людей на улице!

– Скорее уж наоборот, – спокойно ответил бармен. – Сегодня забастовка. Местный профсоюз решил наконец добиться улучшения условий.

– Что, действительно так плохо?

– Ну как тебе сказать… все в мире относительно.

Ладимир сел за столик, заказал обед, с удовольствием поел.

Потом взял большой стакан своего любимого соша, сделал несколько больших глотков, достал сигару и закурил.

Тут в бар влетел Алонсо.

Запыхавшийся паренек хлопнул по столу экспресс-обслуживания личной карточкой, схватил появившийся стакан сока и выпил его залпом. Вытерев губы тыльной стороной ладони, он отдышался и заказал еще.

– Стакан не проглоти, штоломный! – сказал Старый Джо.

– Некогда мне, – ответил Алонсо.

– Куда торопишься-то?

– Как куда? – удивился паренек. – На забастовку, конечно!

– Бастовать будешь?

– Еще бы! Достали уже эти уроды из «Млечного Пути». Отец с матерью вкалывают на них ежедневно, а платят гроши. Мы даже дом отремонтировать не можем.

– Пил бы твой отец поменьше, глядишь, и дом отремонтировали, – проворчал Джо.

– Ну это-то конечно, – безобидно согласился Алонсо. – Только не от хорошей жизни он пьет. Вот брат не пьет, а тоже кое-как концы с концами сводит.

Тут парнишка оглянулся и увидел расположившегося за столиком Ладимира.

– Лад! А ты почему сидишь? Пошли с нами!

– Нет, Алонсо, это не для меня, – ответил Ладимир и продолжил неспешно затягиваться сигарой, перемежая это занятие глотками тягучего соша.

– Тебя не волнует, что нас унижают? Что мы тут пашем, как рабы, но не можем даже отправить наших детей учится в университет?

– У тебя нет детей. – Губы Ладимира растянулись в улыбке.

– Но ведь будут! И у тебя будут! А если мы сейчас не постоим за себя и за их будущее, то какую жизнь мы сможем им подарить?! – Алонсо говорил с юношеским запалом. – Или, может, ты надеешься на свою пенсию? Так она не распространяется на твоих близких, а ты не вечен.

Он увлеченно взмахнул рукой, и взгляд военного ухватил знакомые угловатые очертания у него под рубашкой.

Лад сразу стал серьезным.

– Что это у тебя? – строго спросил он.

Паренек смутился. Он опустил руки и стоял, не зная, что ответить.

– Зачем тебе пистолет? Где ты его взял? – Лад поднялся и хотел подойти к Алонсо, но тот отпрянул и прижал оружие рукой.

– Если нас не захотят выслушать, мы заставим их это сделать! – Он дерзко вздернул подбородок, говоря явно не своими словами.

– А брат знает, что ты тут?

Лад сделал шаг по направлению к Алонсо, но тот испуганно отпрянул:

– Я не должен ему отчитываться! И я не отдам пистолет! Ты меня не остановишь! – Он выбежал из бара, опрокинув попавшийся на пути стул.

– Вот глупый мальчишка! – воскликнул Ладимир. – Забил себе голову всякой ерундой.

– Нет, – сказал Джо, становясь рядом с капитаном и глядя вслед умчавшемуся пареньку, – не он забил, а ему забили.

– Ну да, – согласился капитан. – Найти бы того, кто это сделал, и хорошенько отделать.

– Но и винить их в этом нельзя. Они уже не могут терпеть все эти притеснения со стороны компаний.

– Помнится, когда лет пятнадцать назад, была такая же ситуация, погибло несколько человек.

– Но ведь это принесло и свои плоды. В «Первопроходце» стали относиться к людям более уважительно и даже с некоторой опаской.

– Сейчас другие времена, и это не «Первопроходец».

– А ты действительно не хотел бы пойти с ними?

Ладимир нахмурился и не ответил. Ему-то, может быть, и хотелось пойти, все-таки не чужие люди, земляки, и он сам когда-то был таким же и, если бы не случай, то также работал бы на приисках или заводе. Но еще он знал, что как военнослужащий Императорского космического флота не имеет права вмешиваться в местные конфликты, пусть даже и на родной планете.

– Нет, не хотел бы, – ответил капитан.

– Ну дело твое.

– Я лучше домой пойду, Джо, – сказал Лад, расплачиваясь, – настроения нет. Лучше посмотрю дома какую-нибудь ерунду по визору.

– Ага, давай. Завтра приходи, в меню будут блинчики и салат с танцианской рыбой.

– Ладно, пока.

Ладимир вышел из бара и огляделся го сторонам. К центру города стекался народ. У здания «Млечного Пути» уже скопилась изрядная толпа. Она гудела как улей, кто-то агитировал, некоторые смеялись, словно собрались на праздничный митинг, другие просто наблюдали, стоя в отдалении.

Полиции не было, зато перед зданием выстроилась шеренга служащих охраны компании.

Вообще стражи порядка в колониях были силой почти номинальной. Малочисленные подразделения полиции занимались по большей части мелкими делами бытового характера, хулиганством, драками, кражами. Им даже оружия не выдавали, только шоковые дубинки. Убийства в колониях тоже случались, но такие расследования брала на себя Служба охраны, якобы по просьбе губернатора, и это была общепризнанная практика. Корпорации таким образом старались показать свою заботу о жизни граждан, соблюдении законности, а заодно лишний раз дать почувствовать, кто имеет реальную власть на планете.

Лад некоторое время смотрел на толпу и людей, присоединяющихся к ней, потом вздохнул, смял в руке сигару. Тлеющий табак обжег ладонь.

Капитан сморщился от неожиданной боли, дернул рукой и отшвырнул окурок.

Настроение было окончательно испорчено. Нахмурившись, Лад направился домой, быстро шагая навстречу потоку людей, направляющихся в центр.

Придя домой, он достал из бара бутылку местного вина, плеснул его в бокал, уселся на диван перед выключенным головизором, сделал большой глоток и, вздохнув, запрокинул голову на спинку, уставившись в потолок.

* * *

Лад проснулся оттого, что во входную дверь колотили. Он включил светильник, вскочил с кровати, натянул брюки и быстрым шагом спустился вниз. Когда его рука легла на дверную рукоятку, внутри у него все сжалось от дурного предчувствия. Снаружи раздавались тревожные голоса, и в дверь снова даже не постучали, а ударили. Ладимир открыл и на всякий случай сразу отошел в сторону.

– Лад! Как хорошо, что ты дома! – воскликнул Алонсо.

Он был не один. Позади него стояли еще пять человек, грязные, в разорванной и местами окровавленной одежде. У троих из них в руках было оружие.

Ладимир сразу все понял – забастовка переросла в бунт, и компания пустила в ход свою службу безопасности.

В этот момент в темноте, дальше по улице, послышались крики и звуки выстрелов.

Незваные гости затравленно оглянулись, переминаясь с ноги на ногу.

– Заходите, – быстро сказал Лад.

– Спасибо, – тут же улыбнулся мальчишка. И все пятеро быстро прошмыгнули в дом.

Капитан запер дверь и пошел следом за гостями.

– Что происходит? – сурово спросил он, когда они все были в гостиной.

Мужчины отводили глаза и не отвечали.

– Я задал вопрос и жду ответа. – Брови капитана сошлись над переносицей.

– Мы… – Алонсо никак не мог отдышаться. – Они… там были наемники, они начали стрелять! Мы ничего не делали, мы только хотели… а они стали стрелять! А сейчас они устроили облаву!

– Кто они? Какие наемники? И откуда у вас оружие?

– Лад! – Во взгляде Алонсо была мольба.

– Что «Лад»?! – Он обвел всю компанию суровым взглядом. – Вы что, не знали, к чему все это приведет?! Зачем брали с собой оружие, если не собирались его применять? Или забыли, что у компаний есть службы безопасности?!

Мужчины смотрели на него, не отвечая.

– Ладно, он еще подросток. – Капитан кивнул в сторону Алонсо. – Но вы-то уже взрослые люди!

В дверь снова постучали. Бунтовщики вздрогнули и сжали в руках бластеры так, что побелели костяшки пальцев.

– Не открывай! – дрожащим голосом прошептал паренек.

Лад напряженно размышлял, что ему делать.

– Алонсо, веди их на второй этаж и сидите тихо.

Они переглядывались между собой.

– Быстро, – рявкнул Лад.

– Думаешь, это разумно? – спросил один из мужчин хрипловатым голосом.

– Выполнять! – процедил сквозь зубы капитан. Ему было наплевать на них, но брата Рауля он не собирался оставлять в беде.

Лад подождал, пока они поднимутся по лестнице, бегло осмотрел гостиную – не осталось ли следов их пребывания – и направился к входной двери.

Когда он подошел, постучали еще раз, уже более настойчиво.

Едва Лад открыл, как какой-то высокий тип, с наглой мордой и с бластером в руках, без лишних церемоний попытался отпихнуть его в сторону и вломиться внутрь. Капитан упер ладонь ему в грудь и, сильно толкнув, вышвырнул наружу, под ноги его товарищам.

– Кто вы? И что вам надо? – грозно спросил Ладимир.

– Ах ты, мразь, – завопил выброшенный им человек, поднимаясь с пола и хватаясь за оружие.

– Я, Ладимир Каменев, капитан Императорского космического флота! – четко проговорил Лад. – Как вы смеете врываться в мой дом?!

Ответом ему было молчание. Пришедшие были сбиты с толку его напором и заносчивостью.

Ладимир тем временем разглядывал их.

Пять вооруженных мужчин – наемники. В глазах блеск азарта, жажды крови и наживы.

Наконец один из них, по всей видимости старший в группе, сказал:

– Как вам должно быть известно, – чувствовалось, что он тщательно подбирает слова, и, хотя звучали они вежливо, в тоне сквозила нотка издевки, – сегодня на офис компании «Млечный Путь» было совершено вооруженное нападение. Нам было поручено найти преступников. С этой целью мы проводим обыски в домах и просим вашего разрешения пройти в дом, чтобы осмотреть его.

– Я этого не разрешаю, – спокойно ответил Лад.

– Что?!! – завопил наемник, который пытался вломиться первым. – Ты чего с ним нянчишься?! Врежь ему как следует, и пошли посмотрим, чем… кого он прячет!

– Вы собираетесь напасть на офицера Его Императорского Величества?! – хмыкнул Лад. – А вы смелее, чем кажетесь… или глупее.

Его лицо снова стало серьезным.

Наемник запыхтел, но не решился ответить на оскорбление.

– Если у вас все, господа, то не смею больше задерживать.

Главаря это задело за живое.

Все с той же любезной ухмылкой он сказал:

– Как офицер, вы могли бы послужить закону и помочь в поимке преступников, а не препятствовать нам.

– Как только я увижу здесь представителей закона, так непременно окажу им всяческую помощь.

Предводитель банды мародеров засопел, не найдя, что ответить.

– А я думаю, что надо бы на всякий случай проверить его хибарку, – настаивал на своем выброшенный Ладом наемник. Он достал биосканер и хотел просветить дом.

Капитан ударил ему по рукам, прибор отлетел в сторону, ударился о плиты дорожки и заискрил.

– Ах ты!.. – Наемник дернулся было за прибором, потом к Ладу.

– Надеешься чем-нибудь поживиться? – спросил капитан.

Главарь остановил его, выставив руку, оскалился и ответил за своего подчиненного:

– Мы не воры. Мы просто выполняем то, что нам приказали. А приказано было обыскать все дома. – Его лицо исказила злобная гримаса. – И я не собираюсь делать исключений! Ну-ка, сдвинься в сторону!

– Если ты переступишь порог моего дома, я сверну тебе шею, – хладнокровно сказал капитан, не двинувшись с места.

– Ты мне угрожаешь?! – зашипел наемник.

– Я тебя предупреждаю.

Главарь угрюмо смотрел на Лада, но не делал попыток войти.

Рядом с домом опустилась машина.

– Эй! – Из нее появился человек в униформе «Млечного Пути». – Вам какого хрена тут надо? Ясно же было сказано – этот дом собственность компании. Вы что, спали на инструктаже? Простите, господин капитан.

Наемник покосился на Ладимира:

– А, так ты тот герой. Не признал в халатике.

Ладимир не ответил, а предводитель спустя некоторое время произнес:

– Ну если это собственность компании, то так и быть, мы не будем обыскивать этот дом. – Наемник направил бластер Ладимиру в грудь. – Но тебе, герой, я советую убрать отсюда свою героическую задницу и сидеть не высовываясь. И если я узнаю, что ты был причастен к мятежу, я лично прожгу несколько лишних дырок в твоем черепе.

– Ты мне угрожаешь? – надменно спросил капитан.

– Нет, – наемник слащаво улыбнулся и, растолкав своих людей, сошел со ступенек крыльца, – предупреждаю.

Он повернулся к подчиненным:

– Ну что встали? Пошли дальше, пока все окончательно не разбежались, – прикрикнул он на них. Бросил злобный взгляд на стоявшего в дверях Лада Потом снова заорал на своих, и они скрылись в темноте пустынных улиц.

Охранник проводил их взглядом, потом повернулся к капитану:

– Еще раз приношу извинения.

– Хорошо, но об инциденте я сообщу Изотову.

Тот кивнул, сел в машину и уехал.

Ладимир вернулся в дом, запер дверь, прислонился к ней спиной и облегченно вздохнул.

Потом быстрым шагом направился в комнату. Гостиная была пуста – следуя его указаниям, Алонсо увел всех на второй этаж.

Лад бросил взгляд в сторону лестницы наверх и прошел к видеофону.

Он набрал номер Рауля, подождал минуту, но на мониторе так и продолжала крутиться иконка вызова, а на том конце никто не отвечал.

– Кому звонишь? – раздался сзади угрожающий голос.

Капитан отключил видеофон и обернулся. Перед ним стоял один из мятежников, направив в лицо ствол пистолета. Ростом с Лада, темнокожий, с налитыми силой широкими плечами, он, видимо, был старшим в маленькой группе беглецов.

Ладимир сурово смотрел мужчине в глаза. Во взгляде того читались страх и настороженность.

Опасное сочетание.

По лестнице сбежал Алонсо.

– Самуэль! Убери оружие! Он же помог нам!

Но тот не опускал пистолет.

– Самуэль!

Мужчина скосил взгляд на паренька:

– Он…

Воспользовавшись моментом, Ладимир сместился с линии огня, перехватил запястье мятежника, ударом ноги под колено лишил противника равновесия и вывернул ему руку на излом. Мужчина вскрикнул и вынужден был выпустить оружие из рук.

Капитан перехватил пистолет и отпихнул мятежника.

Сверху на шум спустились остальные «гости». Ладимир обвел их холодным взглядом и посмотрел на поверженного противника.

– Куда я звонил – не твое дело, – высокомерно проговорил он. – Я не позволю всяким…

Ладимир хотел подобрать словечко покрепче, чтобы выразить свое отношение к тем, благодаря кому весь город оказался во власти наемников. Но вместо этого сказал:

– Вы уже помахали оружием, хватит! Чего вы добились своим мятежом?

– Мы хотели… – начал Алонсо, но Лад перебил его:

– Не нужно мне цитировать чужие слова и мысли. Тебя вообще следовало бы выдрать как следует. Ты думаешь, что уже достаточно взрослый, чтобы браться за бластер, но своей головой думать еще не научился. Чего вы надеялись достичь, пуская в ход оружие?

– Мы хотели нормальной жизни, – негромко произнес Самуэль, держась за поврежденную руку. Он отошел к соратникам, и Алонсо потянулся к ним. – Если не для себя, то хотя бы для своих детей и семей. Но ты все равно нас не поймешь! Ты теперь с ними!

Он с вызовом посмотрел Ладу в глаза.

Капитан не посчитал нужным отвечать на этот выпад. Он служил Императору, а не корпорации и не собирался никому ничего доказывать.

– Сейчас вы пойдете наверх, – тоном, не терпящим возражений, сказал он, – и будете сидеть там, пока все более-менее не уляжется. Еды в холодильнике на несколько дней.

Лад перевел взгляд на Алонсо:

– Ты отправишься домой, как только я свяжусь с твоим братом. Правда, его видеофон не отвечает, поэтому ты тоже марш наверх.

– Так ты ему звонил?

– Кому-то что-то непонятно?! – Ладимир повысил голос, осматривая мятежников.

Мужчины смотрели на него исподлобья и не отвечали.

– Я никого не держу здесь. – Лад кивком указал в сторону двери.

«Гости» ответили ему хмурыми взглядами, После минуты напряженного молчания один из них зашагал по лестнице на второй этаж, потом остальные. Самуэль смерил капитана недовольным взглядом, но, так ничего и не сказав, последовал за ними. Только Алонсо остался.

– Чего тебе? – Лад не был настроен разговаривать.

– Как считаешь, с Раулем все в порядке?

– Не знаю. Раньше ты об этом почему-то не думал.

– Я… – Паренек не нашел, что ответить, и опустил глаза.

– Возможно, просто неполадки с оборудованием. Вы случайно на центры связи не нападали, а? Революционеры доморощенные.

– Нет, не нападали, мы только в вестибюль здания корпорации ворвались. Дальше нас не пустили.

«Напали на здание корпорации… идиоты! – подумал Ладимир, покачал головой и вздохнул. – Конечно, дальше вестибюля вас и не пустят! У них система защиты третьего оборонительного класса. Там только с танками пробиваться нужно. Как еще не заперли и не потравили газом. Видимо, решили дать наемникам поразвлечься».

– Я беспокоюсь за Рауля, – сказал Алонсо.

– Почему? Он разве участвовал во всем этом?

– Нет, но… – Паренек явно что-то недоговаривал.

– В чем дело?! Говори, не тяни!

– Мне кажется…

– Ну?! – рявкнул Лад.

– Начальник охраны – Саврасов, мог меня узнать.

– Наверняка все вы записаны на видеослужбы безопасности, от этого никуда не деться.

– Нет, мы предусмотрели это и закрыли лица. – Алонсо достал из кармана и показал Ладимиру скомканный кусок материи.

«Хоть это сообразили», – подумал про себя капитан, а вслух сказал:

– Потрясен вашей смекалкой! Если охранник просто видел тебя в толпе забастовщиков, то это ничего не значит.

– Может, и не значит, а может, и значит… У этого охранника зуб имеется на брата. Он пытался за Светкой ухлестывать, та его отшила, но придурок не унимался. Ну Рауль и вкатил ему хорошенько.

Ладимир молча ждал продолжения, одновременно с этим размышляя.

– Охранник с дружками потом встретили Рауля, когда он с работы возвращался, – рассказывал паренек, – но вовремя наши подоспели, а то и убить могли. С тех пор Саврасов цеплялся к брату по малейшему поводу.

– А ты теперь предоставил ему отличнейшую возможность отомстить.

– Ну я же не знал, что так все получился! – с отчаянием воскликнул паренек.

– Иди наверх.

– Лад!..

– Иди, я сказал!

Понурив голову, Алонсо поплелся к лестнице.

Лад проводил его взглядом, потом прошел к бару, плеснул себе соша и выпил его большими глотками. Слова мальчишки зародили в груди тревогу. Ситуация такая, при которой могло произойти все, что угодно.

Он снова подошел к видеофону и набрал номер друга. Аппарат по-прежнему молчал. Может, действительно что-то с оборудованием?

Лад положил отнятый у Самуэля бластер за монитор, огляделся, проверяя, все ли в порядке и не осталось ли чего, указывающего на присутствие у него гостей, взял со столика рядом карточку Виктора Изотова и воткнул ее в прорезь аппарата.

Тот появился на экране почти сразу:

– А, Ладимир! Приветствую вас!

Он выглядел так, словно только что прибыл из дома на работу – свежий, причесанный, выбритый, в том же строгом костюме, в котором встречал Ладимира в космопорту.

– Здравствуйте, – ответил на приветствие капитан. – Вик, что происходит? Ко мне только что пытались вломиться несколько наемников, а с ними были ребята с эмблемами «Млечного Пути».

– Сегодняшняя демонстрация перешла в вооруженный мятеж.

– Это и есть причина, по которой всякий вооруженный сброд шастает по городу и вламывается в дома?

– Вы не понимаете, Ладимир. Это вынужденные меры. Нужно искоренить заразу еще в зародыше.

На мониторе Виктор обернулся к кому-то, что-то негромко сказал, капитан не расслышал, потом снова повернулся к Ладу.

– Простите, у меня сегодня бессонная ночка. – Он доброжелательно улыбнулся. – Давайте обсудим все завтра. Приглашаю вас на обед, думаю, к этому времени уже все наладится. Часть мятежников уже пойманы, остальных сейчас преследуют, как вы справедливо заметили, люди из нашей службы безопасности и сторонние специалисты.

– Наемники.

Вик улыбнулся и развел руками:

– Название более точное, но не такое корректное, как «сторонние специалисты», хотя ладно. Мы же тут все свои. Итак, Лад, вынужден попрощаться. Жду вас к обеду. И не беспокойтесь, вас больше не потревожат, я распоряжусь.

С этими словами он отключился. На мониторе вместо изображения представителя корпорации появилась заставка поставщика услуг связи.

Разговор с Изотовым показал, что корпорация была готова к случившемуся и сейчас только укрепляла свои позиции. А может быть, и намеренно спровоцировала людей на такой шаг, чтобы раз и навсегда поставить точку в вопросе «кто сильнее?».

Еще контакт с Виком показал, что со связью все в порядке.

Ладимир начал всерьез волноваться. Захватив с собой оружие, он быстро поднялся на второй этаж.

Расположившиеся на диване и на полу вокруг него мятежники встретили капитана тревожными взглядами. Алонсо вскочил и сделал шаг навстречу:

– Дозвонился?

– До Рауля – нет.

– Лад, может, ты?.. – нерешительно попросил парнишка. – Тебе же можно, тебя не тронут!

Лад посмотрел на Алонсо, противоречивые чувства боролись в капитане. Опрометчивый шаг мог поставить крест на его карьере, но и бросать товарища в беде он не мог. И прямо сейчас ему нужно было решить вопрос: кто теперь для него «свои».

– Я сейчас пойду, попробую добраться до него так. – Мгновения сомнений закончились. – Сидите тихо.

– Я с тобой!

– Даже не думай! – отрезал Ладимир. Потом посмотрел на Самуэля, бросил ему бластер и сказал: – Никому не открывать, у меня ключ есть. Свет лучше выключить.

Тот кивнул.

– Лад, я с тобой! – Паренек стоял возле капитана, зажав в руках бластер.

– Не обсуждается!

– Алонсо, он лучше справится без тебя, – неожиданно поддержал Самуэль.

Мальчишка оглянулся и растерянно посмотрел на старшего товарища.

– Ты нам здесь нужен.

– Да? – неуверенно переспросил он.

– Ты единственный из нас, кто был в этом доме раньше.

Похоже, слабый аргумент Самуэля вкупе с приказом Лада все же подействовали.

Прежде чем выйти из комнаты, Ладимир окинул взглядом всех собравшихся в его спальне мужчин и сказал:

– Пока меня не будет, подумайте вот над чем: может быть, корпорации было выгодно, чтобы вы взбунтовались? Может быть, вами просто воспользовались и банально подставили?

Он закрыл за собой дверь, оставив мятежников в недоумении.

Быстро спустился вниз, переоделся, проверил, с собой ли у него карточка-ключ, и, предварительно осторожно выглянув наружу и не заметив ничего опасного, выскользнул из дома.

* * *

Светлая ночь была наполнена тревогой. Отовсюду доносились неясные звуки, мелькали вспышки, иногда раздавались крики, ругательства и хлопки выстрелов. По темным улицам сновали вооруженные люди. Освещение отсутствовало, только два небольших спутника планеты рассеивали темноту желтовато-серым светом.

Словно почувствовав атмосферу, царившую в городе, поднялся порывистый ветер. Несколько раз он швырнул в Ладимира песком и пылью; по дороге, звонко подпрыгивая, прокатилась пустая пластиковая бутылка; пролетел обрывок пакета. Небо стали затягивать тучи.

Ладимир, перебегая от тени к тени, осторожно пробирался к дому Рауля. Деревья шумели листвой над его головой.

Вдали, на втором воздушном уровне, показался свет фар. Ладимир без лишней спешки ушел подальше от дороги и остановился возле стен одного из домов, намереваясь пропустить наемников. Внезапно стекло в окне, под которым он стоял, звякнуло и посыпалось вниз. Острые осколки оцарапали Ладу ухо и шею.

Капитан отпрянул, а из дома раздались ругательства.

– Ты чего, Патрик? – спросил женский голос.

– Чего-чего?! Оступился! Ты разбросала тут, – огрызнулся мужчина.

– А ты под ноги смотри! – парировала женщина.

– Да чего ты тут ищешь-то?

– Щипчики для бровей.

– У хозяйки бы спросила.

– Я спрашивала, но она молчит.

– Может, потому что ты ее об стенку головой ударила?

– Нечего было визг поднимать.

– Порой, Сью, я думаю, что ты парень.

– Напомни мне об этом завтра ночью, когда ко мне под одеяло полезешь.

Мужчина захохотал.

– Нет! У тебя точно два отца было и ни одной матери.

Ладимир слышал, что среди наемников есть женщины, и вот теперь убедился в этом.

Машина, от которой скрывался капитан, снизилась, но проехала мимо. Кабриолет с откинутым верхом двигался медленно, и Лад даже услышал, как один из охранников «Млечного Пути» рассказывал наемникам местные байки.

– Эй! – Из разбитого окна над Ладом, распахнув створки, высунулась Сью. Он замер и затаил дыхание.

Машина остановилась, и все обернулись в сторону дома. Ладу показалось, что они смотрят прямо на него, но глубокая тень хорошо скрывала.

– Кто это? – спросил один из наемников, вглядываясь.

– Это я – Сью. – Луч фонарика скользнул но ногам капитана, заставив его сжаться, и метнулся вверх – женщина посветила себе в лицо.

– Ты чего там делаешь? Патрик с тобой?

– Где же ему еще-то быть?

– Эй, Шептун, куда направляетесь? – крикнул тот из-за спины Сью.

– Просто так мотаемся, все хорошее уже подчистили. Надо в центр возвращаться.

Наемники перекрикивались не стесняясь – они чувствовали себя хозяевами города.

– Погоди, мы с вами. – Наемник хотел вылезти через окно.

Ладимир напрягся, приготовившись к драке.

– Скотина! Руку придавил! Чего ты лезешь? – зашипела Сью на напарника. – Через дверь выйти сложно?

Она оттолкнула его.

– Да ладно тебе, пошли быстрее.

– Вот и иди, а не лазай, как обезьяна!

Наемники на улице негромко смеялись, слушая, как она отчитывает своего дружка.

Ладимир перевел дыхание, когда пара мародеров удалилась в дом, а потом появилась на улице с другой стороны и присоединилась к остальным, запрыгнув на багажник Машина тронулась дальше.

Капитан выждал некоторое время и забрался в дом через открытое окно.

Внутри словно ураган прошелся – мебель поломана, веши разбросаны. Под ногами захрустело стекло, Ладимир двигался осторожно, стараясь не шуметь. В коридоре он нашел женщину – она лежала на полу, лицом вниз. Капитан присел рядом и аккуратно перевернул ее. На лбу несчастной была большая ссадина. Она застонала и открыла глаза.

Увидев Лада, женщина хотела закричать, но он закрыл ей рот одной рукой, а палец другой приложил к своим губам.

– Т-с-с! Тихо. Я не наемник, – негромко проговорил он. – Они еще неподалеку, поэтому не нужно кричать.

Она кивнула и тут же снова застонала.

Капитан убрал руку от ее губ и бегло осмотрел рану.

– Голова не кружится?

– Нет. – Она испуганно хлопала ресницами. – Болит…

Он прислонил женщину к стене.

– Еще кто в доме есть?

– Алекс.

Ладимир поднялся и стал осматривать комнаты. Мужчина лежал на полу в ванной, он был жив, только голова окровавлена Капитан вернулся к женщине:

– Вашему мужу нужна помощь.

– Мы не женаты, – прошептала она.

Лад даже сначала не понял, о чем она. Потом фыркнул и сказал:

– Да какая разница! Если можете, то помогите мне перенести его.

Женщина с трудом поднялась, опираясь о стену, и прошла за капитаном в ванную.

Он подхватил мужчину под мышки, она – за ноги. Когда его подняли, раненый застонал.

Они перенесли его на кровать.

– Нужно промыть рану и перебинтовать. – Ладимир присел рядом, осторожно осмотрел голову мужчины. В офицерской академии им преподавали медицину, предмет давался Ладу довольно легко, хотя некоторые потомственные военные от вида крови теряли сознание.

– Да-да, хорошо. Аптечка на кухне, – захлопотала женщина. – Я сейчас.

– Лучше всего, чтобы его осмотрел врач, хорошо бы еще швы наложить, – сказал ей вслед капитан, поднялся и осторожно выглянул в окно. Улица была пуста.

Женщина быстро вернулась и замерла с аптечкой и бутылкой воды в руках, растерянно глядя на него.

– Вы… вы уходите?

Лад вздохнул:

– Мне нужно идти. Свет лучше не включать.

Она кивнула, подошла к Алексу и, промокнув водой тряпку, дрожащими руками стала промывать рану. Не сдержалась, и из глаз потекли слезы.

– Не бойтесь. Вряд ли они вернутся.

Она снова кивнула, негромко всхлипывая. Ладимир быстро вышел из комнаты и услышал, как женщина сказала ему вслед «спасибо».

Он снова был на улице и сразу нырнул под сень деревьев. Серые тучи уже совсем затянули небо, скрыв за своей пеленой обе тусклые луны. Ветер стих, воздух стал влажным, собирался дождь, и первые капли не заставили себя ждать. Они зашлепали по листьям с тихим шелестом.

Капитан двигался вперед небольшими перебежками. Он почти добрался до своей цели, когда услышал в соседнем доме шум драки и женский крик.

Лад метнулся туда и заглянул в окно.

Посреди комнаты без чувств лежала девушка, двое наемников склонились над ней и срывали с несчастной одежду. В углу, связанный по рукам и но-гам, с кляпом во рту, извиваясь в попытках высвободиться, лежал молодой парень. Его лицо было разбито в кровь, он яростно мычал, но бандиты не обращали на него внимания.

Внутри у Ладимира все сжалось от жгучего гнева. Он отошел от окна и быстро обежал дом. Как Лад и ожидал, дверь была не заперта – на месте замка чернела оплавленная дыра.

Бесшумно и стремительно капитан проник внутрь, преодолел коридор и ворвался в комнату.

Наемники только вскинули головы, а капитан был уже рядом.

Он схватил первого за волосы и ударом колена в лицо отбросил бандита к дальней стене. Тот полетел, раскинув руки, и, сшибив по пути стулья, грохнулся на пол.

Второй наемник поднял лежавший рядом армейский бластер и направил на Ладимира. Капитан отбил оружие ногой в сторону и носком ботинка врезал ему в переносицу. Бандит, вскрикнув, опрокинулся назад и, выронив оружие, схватился за лицо.

Ладимир перешагнул через девушку и взял бластер. Первый наемник уже пришел в себя и выхватил пистолет из кобуры на поясе. Капитан увидел направленный на него ствол и прыгнул в сторону. Оранжевые лучи прожгли дыры в кресле, за которым укрылся Лад, и в стене у него над головой. Ладимир выставил бластер и не глядя выстрелил в сторону противника. Короткая очередь с хищным шипением нашла свою цель. Лад выглянул из-за кресла – мертвый наемник лежал возле окна, в его груди дымились два отверстия. Капитан поднялся и подошел ко второму наемнику, тот лежал без сознания, придавив ноги девушке.

По комнате разносился запах горелой ткани и обожженной плоти.

Связанный парень снова замычал. Ладимир пинком перекатил бандита в сторону, прикрыл девушку обрывками одежды и после этого подошел к нему.

– Твари! – процедил тот, как только Лад вынул кляп у него изо рта.

Парень перевернулся на живот, запястья стянутых за спиной рук были содраны в кровь, пластиковые ремни глубоко врезались в кожу.

Капитан поискал глазами, чем можно было разрезать путы, увидел на полу нож со сломанным лезвием, обломки которого валялись тут же.

«Вероятно, парнишка пытался им защищаться», – подумал Лад. Подобрал кусок лезвия и перерезал ремни. Парень тут же сел и стал растирать руки, пока капитан освобождал ему ноги. Потом он сразу бросился к девушке.

– Оксана! Ксюшенька! – Парень гладил подругу по щекам, убирал прядки волос с лица.

Девушка была без сознания.

Тут позади него застонал наемник. Парень, зарычав по-звериному, развернулся и с размаху ударил бандита в лицо. Тот снова застонал, но его бывшей жертве показалось это мало, он судорожными движениями прополз на коленях вперед, вытащил из пальцев мертвого наемника пистолет и, прежде чем Лад успел что-либо сказать или сделать, выстрелил.

– Сдохни, тварь! Тварь! Тварь! – повторял парнишка каждый раз, когда нажимал на курок. Из его глаз текли слезы.

Наемник вскрикнул только один раз – когда первый луч оставил длинный ожог на его груди, следующий заряд попал в голову, и больше он уже ничего не чувствовал.

Ладимир подскочил к парню и выхватил оружие из его дрожащих пальцев.

– Успокойся! – прошипел он – Иначе сейчас тут будет полсотни этих ублюдков.

– Они… они… – Его била крупная дрожь, от рыданий перехватывало дыхание.

Ладимир выглянул в окно, потом опустился рядом с ним.

– Тебя как звать?

– И-Иван.

– Так, Иван. Сейчас же прекратил истерику, – суровым тоном велел капитан. – Лучше вон Ксюше помоги. Давай, давай, не сиди!

– Да. Хорошо. – Парень утер глаза кулаком и пополз назад к подруге.

Ладимир приподнялся и снова посмотрел в окно, но по-прежнему все было тихо. Вероятно, большинство мародеров перебрались в центр, где все еще было чем поживиться.

– Ты не знаешь, у Рауля как дела? – задал Лад волновавший его вопрос.

– У Рауля? – переспросил парень, осторожно похлопывая девушку по щекам. – Нет, не знаю. До того как к нам вломились, вроде все тихо было.

– Дай ей нашатырь понюхать, если есть, – посоветовал капитан.

– Надо на кухне посмотреть.

– Посмотри, а потом убирайтесь отсюда. Есть где укрыться?

Иван задумчиво посмотрел на него, потом отрицательно покачал головой.

Ладимир достал из кармана пластиковый ключ и протянул парнишке:

– Вот держи. Мой дом находится…

– Я знаю, где он находится, я узнал вас.

– Хорошо. Когда пойдете, держитесь подальше от дороги. И когда войдешь в дом – осторожнее, там уже есть… – Ладимир замялся, не зная, как сказать. – Есть люди, они вооружены и здорово напуганы.

Иван понимающе кивнул.

– Если вас заметят, выброси ключ, а лучше сначала сломай, а потом выброси, чтобы опознать не смогли сразу. И не жалей! Вам в этом случае он будет уже не нужен, а попади ключ в руки наемников, многим придется туго, мне в том числе.

– Понял.

– Иди, нашатырь ищи.

– Вы сейчас к Раулю?

– Посмотрим. – Капитан пошел к выходу. – Поторапливайся и будь осторожнее. Прощаться не будем, если все нормально – еще увидимся.

– Спасибо, господин капитан.

Лад кивнул в ответ и направился к выходу.

То, что происходило вокруг, казалось жутким и нереальным кошмаром. Ладимиру было не по себе. Он только что убил человека. То, что он сделал это, защищая жизнь свою и других людей от мерзких мародеров, не играло роли.

Голова слегка кружилась, желудок стиснул чей-то огромный кулак. Он уже забыл, что такое убивать. Ведь последний раз с ним было такое двенадцать лет назад. И это были не люди.

В Академии их, конечно, прогоняли через тренировки с борьбой за выживание, где либо ты, либо тебя. «Бои гладиаторов», как называли их между собой курсанты, но там все было не по-настоящему. Как бы ни пытались самые совершенные компьютеры убедить в этом все его чувства, Ладимир жестко ощущал различия между виртуальным тренажером и реальной жизнью.

Сейчас все было настоящим.

И мертвые наемники, и тяжелый армейский бластер в руке, и легкий ожег от луча на шее – бандит все же задел его.

Дождь все еще только расходился, холодные капли изредка попадали на разгоряченную кожу. Лад набрал в грудь воздуха, показавшегося необычайно приятным после задымленного помещения, резко выдохнул и взял себя в руки. Сейчас нельзя было расслабляться.

Дом Рауля был рядом. Капитан решил не ломиться в парадную дверь. Обошел со двора, заглянул в окна, никого не увидев, он постучал в окошко. Никто не среагировал и не появился на его стук.

Лад подергал ручку двери – заперто. Приложив ствол к замку, он выставил перед лицом ладонь, прикрываясь от возможных брызг, и выстрелил. Луч расплавил механизм, обсыпав мокрый порог градом раскаленных капель, тут же зашипевших на влаге.

Капитан толкнул дверь, но та не поддалась – она была забаррикадирована изнутри. Ладимир даже обрадовался – значит, внутри кто-то был, и раз запоры на месте, то все должно быть в порядке.

Он подошел вплотную и негромко проговорил:

– Рауль! Это я – Ладимир. Если ты слышишь меня, открой. Я пришел узнать, все ли у тебя в порядке.

Ответа не последовало.

Внезапно он услышал тяжелую механическую поступь и жужжание сервоприводов. Капитан сразу бросился за угол дома и прижался к стене.

Осторожно выглянув, он увидел стоящего рядом с дверью робота. Модель Тр-ЕК12, робот сухопутного сопровождения, или, как называли его пехотинцы, «трек». Между метровой высоты механических ног расположилась приплюснутая с боков «голова». Она была снабжена многофункциональным визором и скорострельным бластером, ствол которого был направлен в сторону капитана.

В следующую секунду робот выстрелил, Лад едва успел спрятаться назад. Лучи прожгли дыры в стене и подпалили декоративные кусты, разделяющие соседние дома.

Каменев вспомнил советы одного знакомого десантника, как поступать, если столкнешься с «треком», – главное ослепить его.

Капитан, ковырнул носком ботинка траву под ногами, быстро нагнулся и схватил кусок мокрого дерна. В этот момент робот появился из-за угла, и Ладимир швырнул в него землю с травой, стараясь попасть в визор, и бросился бежать.

«Трек» выстрелил, но Лад уже спрятался за другим углом. Капитан поднял винтовку и прожег две полосы в стене дома на высоте вытянутых рук. Просунул пальцы в образовавшиеся выемки и подтянулся. Робот появился в ту же секунду, и Лад со всего маха врезал ботинком по залепленному грязью визору. «Трек» остановился, капитан расцепил пальцы и спрыгнул ему на «голову». Робот стал топтаться на месте, переваливаясь с ноги на ногу и пытаясь увидеть противника, но Лад держался руками за его механические лапы, стараясь сохранить равновесие. Наступив одной ногой на ствол бластера, он давил вниз. Потом взял винтовку в руку, размахнулся и ударил прикладом в район визора, потом еще раз и еще. На пластике устройства появилась трещина, капитан направил ствол на нее и выпустил половину обоймы.

Робот захрустел и стал заваливаться набок. Каменев слетел с него, и «трек» едва не придавил своего победителя. Капитан поднялся, тяжело дыша. Обожженные о края проплавленных в стене впадин пальцы саднили. Болели ушибленные ребра.

Лад быстро пошел назад к двери. Капитан нервничал – стрельба могла привлечь внимание тех, кого сопровождал робот. Каменев лишь надеялся, что это были наемники, которых он встретил в доме Ивана – пока сами развлекались, «трека» отпустили бродить по окрестностям.

– Рауль! – позвал он.

Лад вслушался – тишина, ни одного намека на движение. Он изругался про себя, но отступать не собирался. Провел рукой по косяку, нащупывая петли, и уже приготовился срезать их бластером, как внутри зашевелились. Скрипнула отодвигаемая мебель, и дверь открылась.

– Лад? – раздался из темноты приглушенный голос друга.

– Я это, я! – Капитан вошел в дом. – У вас тут все в порядке? Где Света и Сережка?

– Мы прячемся в подвале. – Он сжимал в кулаке кусок металлической трубы. – А ты чего примчался? Сейчас вроде не самое подходящее время для гостей. – Он скосил взгляд на оружие в руках Лада. – Или тебе… можно?

– Рауль! – осуждающе произнес капитан. Намек друга отозвался чувством обиды.

Повисла неловкая тишина.

Мужчины стояли друг против друга. За те двенадцать лет, что они не виделись, жизни их сложились и шли по-разному. Времена, когда они вместе учились, дрались, подглядывали за девчонками давно ушли. Теперь это были два совершенно разных человека.

Снаружи зашумел дождь, наконец набравший силу.

– Слушай, извини, – первым нарушил молчание Рауль. – Нервы просто… Давай в подвал спустимся.

Ладимир молча согласился. Они закрыли дверь, поставили платяной шкаф, перекрывая вход, и подперли его кухонным столом.

Потом Рауль повел его за собой. Они спустились в подвал, хозяин дома закрыл дверь на засов и поставил несколько пустых ведер на ступеньки под порог, устанавливая нехитрую ловушку.

Светлана встретила гостя испуганным взглядом, Сергей спал, положив голову на колени матери.

– Все нормально, – успокоил жену Рауль.

Она промолчала, посмотрела на бластер Лада и отвела взгляд.

Подвал освещался парой тонких люм-трубок. На стенах аккуратно висели инструменты, прибранный верстак служил импровизированным столом.

– Так чего тебе дома не сиделось? – снова поинтересовался Рауль.

– Я пытался дозвониться, но видеофон не отвечал.

– Я слышал вызов, но не стал выходить.

– Еще Алонсо сказал…

– Алонсо? – перебил его друг. – Где ты видел этого обормота? Вернется – все уши оборву!

– Он сейчас у меня. Там они пока в безопасности.

– Они?

Ладимир кивнул:

– Он привел ко мне своих друзей, когда за ними гнались наемники. Одного Самуэль зовут, остальных не знаю.

– Бластер у них взял.

– Нет, у соседа твоего.

– У Ивана?! У него-то откуда?

– Это не его. Там наемники были. Когда я пришел, они связали Ивана и… – Капитан покосился на Светлану, потом снова посмотрел на Рауля.

– Вот сволочи, – все понял тот.

– Я вовремя успел. В общем, я дал им ключ и тоже к себе отправил.

– Говорил я им, чтобы с нами тут спрятались, упрямые, как бараны! И братец мой такой же!

– Вы тоже тут не особо в безопасности, – осадил его Лад.

Рауль вопросительно посмотрел на него.

– Саврасов – начальник охраны в «Млечном Пути», знаешь такого.

– Еще бы не знать! – Он скривил презрительную мину. – Подонок и скотина, каких еще поискать. Была у меня с ним как-то размолвка…

– Алонсо рассказал, – кивнул капитан. – И сказал, что тот мог его узнать в толпе митингующих.

Рауль и Светлана с тревогой переглянулись.

– Ну и потом, когда видеофон не ответил, – продолжил говорить Ладимир, – мы забеспокоились, и я решил сходить на разведку.

Сверху раздался треск. Светлана негромко вскрикнула и прикрыла рот рукой.

– Мам, что случилось? – Мальчик проснулся и испуганно посмотрел на нее.

– Это передняя дверь, – сказал Рауль, вскинув голову, и схватился за обрубок трубы. Ладимир тоже непроизвольно поднял взгляд к потолку.

Треск повторился, только теперь он сопровождался грохотом.

– Диван опрокинули, – прокомментировал хозяин дома, – но там еще старый комод остался, его просто так не спихнешь.

– Но через пару минут они все равно вломятся в дом и начнут его обыскивать.

– У тебя же есть бластер.

– И что? Если мы окажем сопротивление, они банально закидают нас гранатами, и тогда погибнем все.

– Что же тогда?

– Нельзя позволить им обыскать дом, – решил Лад.

– И как ты это сделаешь?

– Я пойду наверх, – сказал он и направился к выходу. – Закроешь за мной дверь и выключи свет, – велел капитан.

– Думаешь, получится?

– В положении героя империи есть свои преимущества, – улыбнулся Ладимир, – особенно в таких ситуациях, как сейчас.

Он быстро выбрался из подвала, забежал в комнату, нащупал в кармане карточку, всунул ее щель приемника видеофона и нажал кнопку вызова. Потом, не спеша и уверенно, пошел ко входу.

Лад успел увидеть, как расплавилась верхняя петля на двери и та выпала наружу. Наемники тут же стали забираться в дом, перелезая через преграждавший путь комод.

Капитан повернул выключатель. Как только вспыхнул свет, мародеры застыли на месте, как участники детской игры – один рядом с опрокинутым диваном, другой присел прямо на комоде, третий – еще снаружи. Все вскинули свое оружие. Только вот «игрой» все происходящее никак нельзя было назвать, да и в руках у «игроков» были боевые бластеры, стволы которых в данный момент направлены на Ладимира.

Капитан был готов в любой момент уйти в сторону, если у кого-то из наемников окажутся слабые нервы и он надумает пальнуть по нему.

Лад стоял со спокойным видом, уперев оружие прикладом в сгиб локтя, стволом вверх. Он рассчитывал на удачу, которая в данный момент зависела от многих факторов – побывали ли наемники в соседнем доме, окажется ли в этой группе мародеров тот самый, с которым он повздорил на пороге своего дома. Наконец, будут ли среди них представители охраны компании, которые могли бы узнать его, и сумеет ли он обмануть их и в очередной раз воспользоваться своим статусом.

– Ты кто такой? – спросил ближайший мародер. Форма охранника «Млечного Пути» делала его официальным представителем властей, и сейчас это было на руку капитану.

– Ладимир Каменев, капитан Имперского космического флота.

По лицу охранника Лад понял, что тот и так уже узнал его.

– Кто вы такие, я спрашивать не буду, – продолжил он. – Сейчас я предлагаю вам, во избежание дальнейших недоразумений, покинуть этот дом.

– Что за бред? – нахмурился другой наемник, спрыгивая с комода. – Саврас, это что еще за прыщ?

«Значит, „Саврас", – подумал Ладимир. – Недоносок все же решил воспользоваться ситуацией. Вовремя я».

– Помнишь, приказ пришел не трогать один дом, в этом районе?

– Ну?

– Это вот про его хибарку.

Наемник окинул Ладимира оценивающим взглядом. На его щеках были неровные шрамы, на подбородке росла редкая рыжая бородка, правое ухо испещрено татуировками.

– Тогда какого хрена он тут делает, да еще и с оружием?

– Вот и мне интересно. – Саврасов, недобро прищурившись, посмотрел на капитана. – Нам приказали обходить твой дом и тебя самого стороной, но какого хрена тебе здесь надо? Это не твой дом и знаешь, в темноте так трудно разобрать, – охранник неприятно улыбнулся, – кто есть кто. Формы-то на тебе нет.

– Это дом моего друга, – пояснил Ладимир, – и он просил присмотреть за ним в его отсутствие.

– Отсутствие? – вскинулся охранник.

– А что такого? – сделав непонимающий вид, нахмурился капитан.

– Я видел его братца, этого крысеныша Алонсо, среди тех, кто напал на здание компании!

– Уверяю вас, что вы ошибаетесь, – хладнокровно сказал Лад. – Вчера, еще до обеда, Алонсо нашел меня в баре «У Джо», чтобы сообщить об их отъезде. Я сразу пришел сюда, чтобы проводить друзей. И поскольку он попросил меня присмотреть за домом, я, узнав, что в городе беспорядки, решил выполнить обещание. Поскольку я получил гарантии неприкосновенности своего дома, то пришел сюда.

– Пушка-то тебе зачем? – Наемник кивком указал на армейский бластер в руке Лада.

– Насколько мне известно, нападение на «Млечный Путь» было с применением оружия. Вот я и позаботился о своей безопасности. Идти на бластеры с голыми руками могут либо безбашенные храбрецы, либо идиоты. – Капитан улыбнулся наемнику почти дружески, как человеку, который должен его понимать. – Ни к тем, ни к другим я себя не причисляю.

Наемник продолжал хмуро смотреть на него, потом цыкнул языком и произнес:

– Ясно. Ну что будем делать, Саврас?

Начальник охраны угрюмо сопел. Его глазки бегали из стороны в сторону, стараясь не встречаться со взглядом Ладимира.

– Я ему не верю! Я видел Алонсо в холле «Млечного Пути»!

– Хотите сказать, что я вру? – процедил Лад, оставаясь подчеркнуто вежливым.

Охранник посмотрел на своих подельников в поисках поддержки.

Ладимир стиснул зубы.

Свою роль охранник выполнил – сообщил остальным, кто такой капитан и почему его нельзя трогать, пришло время выводить его из «игры».

– Мой друг хочет сказать, что, возможно, вы вводите нас в заблуждение, – осклабился наемник. Он надеялся чем-нибудь поживиться в доме, и это желание никуда не делось. Ситуация снова могла выйти из-под контроля. Поэтому Лад решил действовать.

Медленно, чтобы не провоцировать противника, он опустил оружие и не спеша, даже слегка вальяжно, прошел вперед. Но наемники все равно провожали его стволами своих бластеров.

Его целью был начальник охраны. Подойдя к нему почти вплотную, Ладимир с вызовом посмотрел Саврасову в глаза.

– Ты хочешь сказать, что я вру? – четко выговаривая каждое слово, произнес он. – Для тебя слово офицера Его Императорского Величества – пустой звук? Брехня собаки?

– Я такого не говорил. – Охранник был почти одного роста с Ладом, пошире в плечах и явно не из пугливых, иначе не стал бы начальником охраны.

– Значит, мне показалось? – настаивал капитан.

Саврасов бросил взгляд на других наемников. И тот, что был рядом с ним, и другой – все еще стоявший на улице, злорадно ухмылялись.

Ладимир заметил, как дернулась мышца на щеке у охранника.

– Мне плевать, что тебе там кажется! – Охранник приблизил свое лицо к лицу капитана. Лад был слегка удивлен, что от Саврасова пахло мятой. И тут же понял: к «свиданию» готовился мерзавец.

Холодная ярость вскипела в Ладимире.

– Как ты смеешь так со мой разговаривать? Не смей разевать пасть, ублюдок.

– Может, попробуешь заткнуть меня, офицеришка? Как ты был грязекопателем, так им и остался, хоть и нацепил мундир.

Он повернулся к наемнику и протянул ему бластер:

– Подержи.

Тот взял оружие и отошел на шаг назад, все так же ухмыляясь.

– Что? – недоверчиво осклабился Саврасов. – Думаешь, я драться с тобой буду? Да я пришью тебя, и дело с кон…

Лад не дал ему договорить, схватил запястье руки, в которой был бластер, развернулся корпусом, прижимаясь спиной к противнику, и наотмашь врезал локтем по лицу. Потом перехватил его запястье второй рукой и ударил об колено, заставляя выронить оружие. Саврасов уже пришел в себя после удара и свободной рукой обхватил шею капитана. Ладимир перехватил его ладонь, присел, одновременно уходя в сторону, и, выгнув кисть охранника на излом, вырвался из захвата.

Противник вскрикнул от резкой боли, а Лад уже потянул его вниз и на себя, чтобы встретить коротким и сильным ударом голени в переносицу. Начальник охраны полетел назад и с грохотом рухнул на пол рядом с комодом.

Наемник подошел и посмотрел на разбитое лицо Саврасова.

– Красиво, – прокомментировал он. – А говорил, что не безбашенный.

Саврасов тяжело поднялся, бешеными глазами посмотрел на капитана, тыльной стороной ладони размазал кровь, перевел взгляд на наемника, потом быстро выбросил руку и выхватил пистолет у того из-за пояса.

Лад стремительно бросился вперед и успел ударить ногой по руке с оружием за мгновение до того, как охранник выстрелил. Луч попал в стену, а Ладимир уже снова приблизился к Саврасову, перехватил руку с оружием и ударил в лицо локтем другой. Потом еще раз, затем дернул охранника на себя и швырнул об стену. По пути Саврасов зацепил ногой табурет, протащил за собой и упал на него, отлетев от стены. От удара деревянная ножка разделилась надвое, и острая щепка пробила начальнику охраны грудь с правой стороны. Он захрипел и затих.

– Не повезло, – поморщился наемник, потом посмотрел на капитана уже без улыбки и направил на него оба бластера.

– Может, теперь ты еще скажешь, что идиот?

Ладимир ответил наемнику спокойным взглядом.

– Перед тем как вы, – он покосился на дверной проем и продолжил, – вошли, я собирался связаться с Виктором Изотовым. Даже воткнул его личную карточку и нажал вызов. Вполне вероятно, что все это время он был на связи, ведь это его личная карточка, с приоритетом вызова.

– С Изотовым?

– Да. Виктор Изотов – колониальный представитель компании «Млечный Путь» на Дейтоне.

– Я знаю, кто такой Изотов, – нахмурился наемник. Видно было, как ему не нравится данная ситуация. – А ты все продумал, да, капитан? А если он не слышал, что происходит? Даже если и слышал, Саврасова ты вырубил, а я знать не знаю, что ты есть за птица. Стоишь здесь, права качаешь. Эй, Болтун, ты его знаешь?

Наемник обратился к третьему участнику группы, все это время стоявшему снаружи и молчавшему. И сейчас Ладимир понял почему – тот в ответ на вопрос только невнятно промычал, говорить он не мог.

– Болтун проиграл свой язык в карты, – осклабился первый наемник, – на целый год. Но он вроде тоже тебя не знает. А я вальну и тебя, и этого хмыря, начальника охраны, – рассуждал он вслух, – пусть потом разбираются, кто, где и с кем.

– Саврасов обманул вас, он шел в этот дом не потому, что здесь есть чем поживиться.

– Мы знаем, – ухмыльнулся наемник. – Он за бабой шел. А нам обещал заплатить, если в доме не окажется чего взять.

Ладимир невольно скривил презрительную мину.

– Могу предложить вам такой вариант: компания оплатит вам сверх договора некоторую сумму, которая компенсировала бы потраченное здесь время.

– Компенсирует, говоришь?

Лад не ответил, он просто смотрел на него, предоставив самому решать, как поступить в этой ситуации.

Наемник злился, не зная, как ему быть, потом выругался и сплюнул.

– А ты хитрец, капитан, – сказал он. – Ладно, так и решим, только сначала пошли посмотрим, что там с видеофоном. Болтун, ты посторожи вход, а мы с господином капитаном потолковать сходим.

Под дулами бластеров Ладимир прошел в комнату с видеофоном. Как он и надеялся, канал был активен. На мониторе отображался кабинет Изотова, но самого его не было.

Наемник, не отводя оружия от Лада, взглянул на экран и позвал:

– Эй, на том конце есть кто?

Никто не ответил.

Мародер перевел взгляд на капитана.

– Да, кто это? – В мониторе появился Изотов.

– Здравствуйте, господин Изотов. – Наемник снова повернулся к видеофону.

– Ты кто такой? Откуда у тебя эта карточка? – вместо приветствия спросил тот. – И почему ты полчаса занимаешь канал, заставляя меня смотреть на пустую халупу?

Наемник кивнул капитану, приглашая его подойти, а сам сделал шаг в сторону.

– Ладимир?! – изумился Изотов. – Что происходит, где вы находитесь?

– Еще раз приветствую вас, Виктор, – сказал Лад. – Тут снова возникла неприятная ситуация.

– Где вы? Я же просил вас никуда не выходить.

– Я в доме моего друга Простите, но я не мог позволить разграбить дом в его отсутствие. И кажется, успел вовремя.

Изотов недовольно вздохнул:

– Ладимир, вы же знаете, какая сейчас ситуация в городе!

– Знаю, поэтому и оказался тут. Я посчитал это своим долгом.

Виктор в очередной раз вздохнул и покачал головой:

– Пригласите, пожалуйста, кто там сейчас с вами…

Наемник подошел к видеофону.

– Он тут это… вашего, из охраны, малость повредил, – сказал он.

– Что?

– Савраса покалечил, – пояснил мародер.

– Саврасова?

– Угу.

– Я не позволю каждой скотине издеваться над честью мундира, пусть даже его на мне сейчас и нет, – сказал Лад, сурово глядя на наемника, но на самом деле говорил это для того, чтобы его услышал Изотов. И тот услышал.

– Уверен, что Саврасов заслужил то, что получил, – сказал Виктор. – Оставьте этот дом и господина капитана в покое. Передай это приказание своим людям.

– Одни запреты. Туда не ходи, этого не трогай, – пробормотал наемник, не решаясь открыто грубить представителю компании, но тот все равно услышал его.

– Ты забыл, с кем разговариваешь? – вспыхнул Изотов. – Выполнять, что я прикажу! Проконтролирую лично. Если узнаю, что ослушались, контракт будет пересмотрен. И я позабочусь о том. чтобы все узнали, кто послужил этому причиной.

– Не горячитесь, Виктор, – вступил в разговор Лад, ему не нужен был этот конфликт.

– Простите Ладимир, давайте лучше с вами у меня поговорим, приходите прямо сейчас.

Лад понимал, что он может отказаться от приглашения, но лучше этого не делать.

– Хорошо, но, думаю, мне понадобится сопровождение. – Он не мог допустить, чтобы наемники остались здесь.

– Да, конечно. Эй! Как тебя там, – позвал Изотов наемника.

– Петер.

– Сейчас ты проводишь господина капитана в офис компании и будешь очень вежливым. Ясно?

– Да, – ответил тот. После выволочки спеси в нем поубавилось.

– Виктор, – снова сказал Ладимир, – думаю, что моим телохранителям можно будет выписать небольшую премию?

– Да, конечно, – нетерпеливо отмахнулся Изотов. – Жду вас.

Он выключил видеофон.

– Высокомерный ублюдок, – не выдержал наемник.

– Пошли, – сказал капитан. – Пусть Болтун Саврасова возьмет, мне не нужно, чтобы он умер.

* * *

Начальника охраны они передали первой же встреченной группе, в которой были работники «Млечного Пути», и добрались до здания корпорации без лишних приключений. Всюду шел разбой. Корпорация отдала на разграбление наемникам не только рабочие кварталы, но и дома некоторых зажиточных и представительных людей города. Дождь то лил как из ведра, то снова накрапывал. Ладимир и его провожатые успели основательно вымокнуть.

Здание было по-прежнему великолепным, Млечный Путь сиял звездами на фоне черного глянца. Как будто и не было никакого вооруженного нападения. Только в вестибюле Ладимир заметил следы стычки. Там уже велись ремонтные работы.

Охрана остановила капитана и наемников еще на подступах к зданию и потом еще раз в холле здания.

Петер протянул охраннику бластер Ладимира:

– Это господина, капитана Не забудь о нашем договоре, – напомнил наемник и по-свойски хлопнул Лада по плечу. – Пошли, Болтун, господин капитан обещал не забыть нас, но если что, то мы ему напомним.

И вместе с напарником покинули здание.

К Ладимиру подошел человек в дорогом деловом костюме:

– Пройдемте, господин капитан.

Лад проследовал за ним. Лифт быстро доставил их на нужный этаж, чиновник жестом предложил капитану проходить вперед. Створы лифта закрылись сразу, как только Ладимир покинул его.

Рабочий стол Изотова располагался параллельно огромному, во всю стену, окну из полигласа с варьируемой проницаемостью. Даже сейчас, когда снаружи было еще темно, можно было видеть весь город, только в бледно-коричневых тонах.

С двух сторон от стола, в сторону лифта, разделенные длинным журнальным столиком с монохромной произвольно-твердой поверхностью, вытянулись два фибровых дивана. Белый и черный.

В одну из стен кабинета был встроен камин с зажженным настоящим огнем, в другую – небольшой, обрамленный декоративными скалами и на удивление тихий водопад.

«Игра контрастов», – разгадал задумку дизайнера Ладимир.

– Господин капитан, – раздался откуда-то справа голос Изотова, – проходите сюда. За водопад.

Лад подошел и увидел, что за сплошным потоком воды есть проход.

– Смелее, вода вас не намочит, она окружена силовым полем.

Он сделал шаг вперед, прошел сквозь воду – поле пробежало легким зудом по коже – и вышел с другой стороны.

– Что?! Не работает?! – удивленно воскликнул Изотов, увидев мокрого Лада. – Только этого мне сейчас не хватало!

– Работает. Просто на улице дождь!

– Ох, простите. Не подумал совсем! Такая ночь! Голова уже кругом идет. Это мой координационный центр. Слежу за всем. Особенно, чтобы наши «сторонние специалисты» слишком уж не набедокурили. Приходится координировать действия десятков отрядов. – Он показал на табло из десятка мониторов, где одновременно на связи с ним были семь человек. Проекция с одного из них транслировалась на рабочий стол Изотова. Три монитора работали в режиме ожидания. – Вы можете переодеться, вон там. В шкафу есть рубашки и брюки. Вам они, конечно, будут маловаты, но зато сухие.

Лад поблагодарил и отправился переодеваться.

– Как раз сейчас снова был неприятный случай недалеко от вашего дома.

Капитан насторожился:

– Надеюсь, ничего серьезного?

– Еще не знаю. Задержали парня и девушку. Они пытались убежать, но их поймали. Обоим здорово досталось, хотя мои люди клянутся, что это не их рук дело, утверждают, что кто-то поработал над ними раньше. – Изотов театрально вздохнул. – С трудом верится. Когда наружу выпускаются все низменные инстинкты, людей трудно контролировать. Эта парочка может быть из бунтовщиков, многим досталось в потасовке, прежде чем они разбежались. Парень по дороге выбросил сломанный ключ, сейчас выясняют, от чьего дома. Надо выявлять не только участников бунта, но и его организаторов. Это может быть зацепкой.

– Вы заделались следователем?

Виктор засмеялся:

– Нет, но знаете… это затягивает. В какой-то степени похоже на игру. Мы хорошие, они плохие, кто – кого.

– Знаете, – сказал Ладимир, подходя к нему, – там, снаружи, это не кажется игрой.

– Конечно, я просто неправильно выразился…

– И люди, которых сейчас грабят и насилуют наемники, они не плохие.

Изотов развернулся к капитану и, нахмурившись, посмотрел на него:

– Только не говорите мне, что поддерживаете мятежников.

– Я не поддерживаю их методы, но людей я понять могу. Не забывайте, я сам вырос среди работяг, и если бы не случай, то, возможно, сейчас ваши люди охотились бы за мной.

– Нельзя приготовить яичницу, не разбив яиц, – развел руками Изотов. – Мы стараемся по возможности избежать насилия.

На одном из неактивных мониторов замигал сигнал вызова и появилось изображение человека в форме охранника. Это был один из тех, кто пытался вломиться в дом капитана вместе с наемниками.

Ладимир отошел в сторону и сел на крутящийся стул. Тот автоматически принял форму его тела.

– Можете не отходить, – сказал Изотов, – ему проецируется только мое изображение на фоне кабинета. Даже если вы встанете у меня за спиной, он вас не увидит. – Он повернулся к проекции на столе: – Слушаю.

– Мы нашли два трупа. Оба из наших «гостей». Одного убили из пистолета, второго, судя по размеру дыр, прожгли из армейского бластера.

– Где?

– В одном из домов. Всюду следы борьбы. В соседнем доме тоже дрались, двери срезаны, на полу кровь.

– Нашли кого-нибудь?

Сердце Лада застучало от волнения. Когда сообщили о двух мертвых наемниках, он не беспокоился – это должно было произойти рано или поздно, но сейчас речь шла о Рауле и его семье.

– Нет, – ответил охранник, – оба дома пусты. Тот, в котором нашли трупы, принадлежит Ивану и Оксане Чередовым.

– Как? Повтори, – велел Изотов.

– Чередов Иван, Чередова Оксана.

– Жди! – сказал Виктор и переключился на другой монитор. – Сантьяго, как зовут тех, кого вы поймали недалеко от дома капитана Каменева?

– Чередовы Иван и Оксана.

Виктор торжествующе посмотрел на Ладимира и снова повернулся к монитору, не заметив его мрачного вида.

– Выяснили, кому принадлежал ключ?

– Нет, еще не успели.

– Выясняйте! – приказал он, потом снова вызвал проекцию монитора с охранником, доложившим о трупах. – Я знаю предполагаемых убийц.

– Уже? – изумился охранник.

– Да, – довольный собой, сказал Изотов. – Их поймали несколько минут назад.

– Хорошо, а то наемники бесятся. Крови хотят.

– Не «наемники», а хотя бы «гости», и передай, что будет им кровь.

Он отключил связь, монитор снова встал в режим ожидания.

– Вы отдадите им ребят?! – не выдержал Лад.

– Каких ребят? – не понял Изотов.

– Ивана и Оксану!

– Вы их знаете? Похоже, вы недоговариваете, Ладимир.

– Не трогайте этих ребят, – повторил Лад.

– Если вы мне ничего не расскажете, я буду вынужден отдать их на растерзание наемникам.

– Им и так досталось.

Представитель компании задумчиво смотрел на Ладимира, о чем-то размышляя. Потом встал, прошел к кофейному автомату и налил две чашки.

– Соша нет, к сожалению, – сказал он, протягивая одну Ладу.

Тот молча взял и сделал пару глотков. Изотов стал измерять помещение координационного центра шагами.

– Это ваш ключ был у них, не так ли?

Капитан сделал еще глоток, прежде чем ответить:

– Мой.

– У-гу, – протянул Виктор, продолжая расхаживать взад-вперед. – Не расскажете, где вы их встретили? Я вас не осуждаю, нет! Прекрасно понимаю ваши чувства.

Он сел, отключил все мониторы и с внимательным видом повернулся к Ладимиру.

Капитан не торопясь допил свой кофе, отставил чашку и, откинувшись на стуле, сказал:

– Я встретил их у них дома, когда Иван, связанный, извивался в углу на полу собственного дома, а на его глазах двое наемников, которых вы предпочитаете называть «гостями», разрывали одежду на его жене и собирались насиловать.

Изотов подался вперед и с волнением спросил:

– И что вы сделали?!

– Я пристрелил их!

– Убили наемников?! – воскликнул Виктор, сразу забыв о своих политкорректных терминах.

– С каких это пор самооборона считается убийством? – резко ответил Лад. – Что мне еще оставалось делать?

– Ничего! – Изотов вскочил и нервно заходил по кабинету. – Вы могли бы просто пройти мимо! Куда вы там шли, в дом друга? Вот и шли бы туда! Не знаю, смогу ли теперь помочь вам!

– Пройти мимо?! – недоверчиво переспросил капитан.

– ДА! ДА! Пройти мимо! А теперь что делать?! Вас могут причислить к мятежникам!

Ладимир наблюдал за ним, еще не до конца поняв, что так озаботило представителя компании.

– Но, может быть, вас никто не видел? – размышлял тот. – Тогда еще можно все замять. Никто, кроме меня и вас, не будет об этом знать. Да, точно. И то, что их поймали, это хорошо. Хорошо… – Он задумался. – Парень, конечно, бунтовщик, но защищал свою жену. Да, будет суд, а потом можно даже устроить амнистию… потом выпишем им чек и отправим подальше… или на рудники…

– Что?! О чем ты говоришь?!

– Я пытаюсь спасти твою жизнь и свою карьеру! – огрызнулся тот.

– Да неужели? – вскинул голову Лад и окинул Изотова холодным взглядом.

– Не надо на меня так смотреть, – огрызнулся Виктор. – Ведь это была моя идея сделать на тебя ставку! Если бы ты не лез, куда тебя не просят, то не было бы сейчас ничего. Я думаю, как сделать так, чтобы ты провел отпуск в своем уютном домике, в объятиях дочки губернатора, а не сел в тюрьму за двойное убийство и не коротал остаток своих дней на каторге.

Ладимир молча поднялся.

– Куда ты собрался? Хватит уже строить из себя звезду.

– Я офицер и не собираюсь выслушивать подобные речи. Ни одна корпорация не может арестовать меня. Я служу и подчиняюсь только императору.

– Твой мундир может не спасти тебя. К мятежам император относится резко отрицательно, и офицеру, который был пособником вооруженного бунта, не поможет даже орден трех созвездий. Я предлагаю тебе реальный выход из этой ситуации.

Ладимир вышел из координационного центра через едва слышно журчащий поток и направился к лифту.

Спустился вниз, быстрым шагом пересек холл, прошел мимо охраны и уже почти вышел на улицу, как его окликнули.

Ладимир приготовился к сопротивлению. Он не позволит просто так арестовать себя. Но его догонял всего один охранник, со свертком в руках.

– Господин капитан, вы забыли.

– Что? – нахмурился Лад.

Охранник, молодой парень лет двадцати пяти, смутился.

– Оружие ваше. Этот, из «помощников», нам передал, когда вы пришли.

– А, да! Хорошо, спасибо. – Он взял завернутое в кусок материи оружие.

– Я завернул его, а то чего по улицам с ним в открытую ходить, сейчас там всяких полно.

– Еще раз благодарю.

– Да не за что, господин капитан. – Парень улыбнулся и неожиданно сказал: – Завидую вам. С обычной колонии, из обычной семьи и в офицеры пробились. И уже капитан! Правда завидую.

У Ладимира было не то настроение, чтобы выслушивать любезности охранника, и уж тем более отвечать на них. Он развернулся и вышел из здания.

На несколько мгновений Лад задержался на ступенях. Над городом занимался рассвет, дождь прекратился, прохладный воздух был насыщен влагой, небо серело пеленой облаков. Легкий ветерок обдувал лицо. Неизвестно, как все обернется в дальнейшем, но Ладимир был уверен в одном – хлопот и неприятностей он себе заработал… и не жалел об этом. Если бы он поступил как-то иначе, то это уже был бы не он. Капитан вдохнул полной грудью, кивнул самому себе и пошел домой.

Виктор Изотов расхаживал вдоль огромного окна и смотрел, как встает солнце. Утренний ветерок кое-где разогнал тучки, и в образовавшийся просвет заглянули лучи, заиграв бликами на мокрых крышах. Почти два часа с тех пор, как капитан ушел отсюда, представитель корпорации «Млечный Путь» размышлял, как ему лучше поступить. Он прокрутил в голове десятки всевозможных комбинаций и отбросил большинство из них. То, что капитан не будет сотрудничать, стало понятно сразу, хотя тот вариант, который предлагал Виктор, был наиболее приемлемым. Этого парня, Чередова, конечно пришлось бы наказать, причем показательно, а потом, когда все забылось, через несколько лет, можно было бы выпустить его по амнистии. Он, Виктор, сам бы об этом позаботился. И о его жене тоже не забыли бы и выплатили неплохую сумму компенсации, чтобы она смогла куда-нибудь уехать, купить себе небольшой домик и ждать в нем мужа. Но нет! Капитан заупрямился. В благородство играет, в справедливость верит. И не перевелись же еще такие дураки!

Наконец у Виктора созрел план.

«Надо будет поговорить с Чередовым, – решил Изотов. – А еще лучше – с его женой».

– Прости, капитан, это был твой выбор, – пробормотал он, подошел к столу, сел в кресло и нажал кнопку вызова на коммуникаторе. На мониторе появилось изображение секретаря, того самого, который встречал Ладимира в вестибюле.

– Слушаю, господин представитель.

– Прикажи направить два взвода охраны к дому капитана Каменева. Никаких действий не предпринимать, только следить. Пусть засядут неподалеку и ждут дальнейших распоряжений.

– Хорошо, что-нибудь еще?

– Да. – Виктор прикидывал в уме, что он сейчас скажет. – Соедини меня с высшим руководством компании.

– Будет сделано. Только что доложили: начальник охраны Саврасов умер в госпитале.

– Направьте мои соболезнования семье и денежную компенсацию, как всегда.

– У него не было семьи, по крайней мере данные об этом отсутствуют.

– Жаль, очень жаль. После того, как я переговорю с руководством, соедини меня с губернатором.

Монитор погас, а Виктор Изотов откинулся в кресле, подпер подбородок кулаком, пробормотал: «Как удачно» и приготовился рассказывать о случившемся боссам.

Ладимир попал в свой дом не сразу. Ключа у него не было, кричать, стучать в окно или как-то еще привлекать к себе внимание он не стал. Да и настроение не располагало к тому, чтобы скакать под окнами и шепотом выпрашивать открыть тебе, как подросток, у подруги которого слишком строгий отец.

Лад подошел к гаражу, огляделся по сторонам, развернул бластер и двумя выстрелами выжег запирающий механизм. Он потянул за низ, и сегменты ворот разошлись в стороны, сложившись двумя веерами, открыв пустой ангар – машины у него не было.

Осторожно, чтобы не попасть под выстрел своих гостей, он зашел в дом. Внутри стояла тишина.

Капитан прошел в гостиную, сразу подошел к бару, плеснул себе соша и устало плюхнулся на диван, положив бластер себе на колени.

– Это я – Ладимир. Не вздумайте палить, – сказал он громко.

Ему никто не ответил, и Лад уже решил, что мятежники покинули дом за время его отсутствия.

«Может, так оно и к лучшему», – подумал он. Сейчас даже любимый напиток не приносил удовольствия, и Лад отставил стакан в сторону.

На лестнице раздались тихие шаги. Самуэль осторожно выглянул из-за перил, выставив перед собой ствол пистолета. Потом, уже не таясь, вниз спустился Алонсо.

– Ну как? – спросил он, вставая напротив капитана.

– Что как?

– Ну… – Парень смутился. – Ты видел брата?

– Видел.

– И… как он?

– Не знаю. Должен быть в порядке, по крайней мере, насколько мне известно, их не нашли.

Алонсо заулыбался и посмотрел на Самуэля, который тоже спустился вниз. Остальные трое мужчин шли следом за ним. Ладимир так и не знал их имен.

– Что в городе? – спросил один из них.

– Как тебя зовут? – вместо ответа спросил Лад.

– Мартин.

– Мартин. – Капитан смотрел на него снизу вверх. – Значит, тебя, Мартин, интересует, как обстоят дела в городе? А там все нормально – отряды «сторонних помощников» грабят дома, избивают и убивают людей, насилуют женщин на глазах их мужей. Тебя это интересовало? Или нужны подробности?

Все пятеро потрясенно смотрели на него.

– Что? – Ладимир сделал удивленный вид. – Вы ожидали чего-то другого?! Вы затеяли драку, а когда запахло жареным, сбежали, поджав хвосты! Корпорация отдала город на растерзание наемникам, и им все равно, кто при этом пострадает, виноватые или невиновные. Раз вы такие смелые, то почему не стали сражаться? Сейчас вы отсидитесь тут, пока другие будут расплачиваться за ваши дела, а скажите мне, пожалуйста, как вы потом будете смотреть в глаза людям? Что вы им скажете?!

Мятежники стояли, понурив головы, и не решались ничего сказать в ответ.

Ладимир снова взял стакан и смочил пересохшее горло.

– Мы… – начал Самуэль, потом сглотнул и кашлянул, прочищая горло, – мы не думали, что так получится. И твои слова…

– Что «мои слова»?

– О том, что это все провокация… Кажется, ты прав.

– Да что ты говоришь?! Решил списать собственную глупость на чужую хитрость? Только об этом раньше нужно было думать, а вы не только об этом, вы вообще не думали. Я знаю, можешь мне ничего не говорить. Одной забастовки вам было мало, решили оружием помахать. – Он взял с колен бластер и швырнул одному из мужчин. – Вот, держите! Идите, воюйте! Вы же хотели пострелять, вот и насладитесь вдоволь!

Раздался звонок вызова видеофона. Капитан поднялся и окинул мужчин хмурым взглядом. Они быстро отошли из зоны видимости, и Лад нажал кнопку ответа.

На экране появилась Софи.

– Ладимир! – воскликнула девушка. – С тобой все в порядке?

– Да, Софи. Почему ты спрашиваешь?

По ее виду можно было понять, что она испугана и сбита с толку.

– Я только что подслушала разговор отца с Виктором Изотовым. Он говорил о вас такие ужасные вещи!

– Софи, милая, не верь всему, что обо мне говорят.

– Но Виктор сказал, что вы убийца и мятежник!

– Я военный, и убивать – это часть моей профессии. А вот мятежником я вряд ли могу быть, поскольку все еще состою на службе императора.

– Так это все неправда? – Девушка была в смятении.

При других обстоятельствах капитана тронула бы такая забота.

– Вообще-то, Лад, я хотела тебя предупредить…

– О чем? Что наше свидание не состоится? – усмехнулся Лад. – Я бы и так догадался…

– Не нужно считать меня безмозглой дурой! – вспыхнула Софи. – Я хотела сказать, что к твоему дому направлены несколько взводов охраны и скоро подтянутся наемники. Очень надеюсь, что этот мой звонок не был ошибкой. Прощай.

Она выключила видеофон, и Ладимир не успел ничего сказать. Он стоял еще какое-то время, глядя на пустой монитор, и чувствовал себя глупцом.

– О чем она говорила? – встревоженно спросил Самуэль. – Что произошло, когда ты был в городе?

Вместо ответа Ладимир мрачно посмотрел на него.

Мартин бросился к ближайшему окну, другой мятежник – на противоположную сторону.

– Охрана! Четыре машины – это человек двадцать, – сказал первый.

– И здесь столько же!

– Что происходит? – Самуэль непонимающе смотрел на капитана. – Ты привел хвост?

Ладимир напряженно размышлял. Ситуация складывалась очень невыгодная. Если Изотов прислал охрану, то, значит, решил сыграть против него. Что же, теперь надо решить, как поступить.

– Если вам от этого будет легче, то они пришли не за вами, а за мной, – сказал он с легкой усмешкой.

– Почему?

– Потому что по пути мне пришлось исправить пару ваших ошибок. А как известно, на каждое действие есть противодействие.

– Да что произошло-то?!

В этот момент раздался звонок.

Мятежники снова ушли в сторону, и Лад принял вызов.

Виктор Изотов сидел откинувшись в кресле и улыбаясь смотрел с монитора.

– Утро доброе, господин капитан.

– Слушаю вас, Виктор, – с достоинством ответил Ладимир. – Вы прислали за мной эскорт? Думаю, лимузина с шофером было бы достаточно.

Изотов засмеялся:

– Рад, что вы не теряете чувства юмора.

– Прошу прощения, но я не могу относиться к подобной ситуации по-другому.

– Завидую вам, а вот я, напротив, совершенно серьезен. Ладимир, напрасно вы отказались от моего плана.

– Мы это уже обсуждали, Виктор. Я не собираюсь идти против своей чести, достоинства и жизненных принципов.

– Я вас понимаю, можете не верить, но это так. Я хотел, чтобы все решилось по-хорошему, выгодно для всех сторон. Подумайте, Ладимир.

– То, о чем вы мне говорили, я считаю неприемлемым для имперского офицера.

– Ну хорошо. Тогда и я вынужден сообщить вам, что Иван Чередов и его жена дали показания, что они участвовали в мятеже и, когда наши сторонние специалисты хотели их арестовать, вмешались вы и убили их. Затем, спасаясь бегством, забрались в соседний дом, владельца его мы еще не нашли, но это дело времени, взломанная задняя дверь говорит о том, что вы силой проникли внутрь. Когда вас обнаружил отряд, возглавляемый начальником охраны Саврасовым, который знал владельца этого дома, вы, испугавшись, что он выведет вас на чистую воду, спровоцировали драку и убили его. У нас есть два свидетеля этого инцидента. Руководство компании поручило мне задержать вас. Сейчас идут переговоры с министерством обороны о передаче вашего дела в гражданскую юрисдикцию.

– Вы же знаете, что все это ложь. – Злость подкатила к горлу тугим комом. Лад едва держал себя в руках.

– Знаю. Но не могу поступить иначе – своя шкура дороже. Вы же отказались сотрудничать.

– Понимаю вас, – кивнул капитан и стиснул зубы. – И предлагаю вам вызвать представителя министерства обороны. Разговаривать я буду только с ним. Если кто-то из ваших людей сунется сюда, то пожалеет об этом. До встречи, Виктор.

Ладимир оборвал связь.

Мятежники тут же сгрудились вокруг него.

– Что случилось, в конце-то концов?! – задал вопрос Самуэль. – Мы имеем право знать!

– Имеете право?! – закричал Ладимир, не в силах больше сдерживаться.

Самуэль отпрянул, так, словно его обдало жаром.

Вся жизнь Ладимира рушилась на глазах. Все, чего он достиг, что заработал собственным потом, все, что завоевал своей кровью. Все.

Лад взял себя в руки, заставив гнев отступить. Сейчас не время психовать.

– Сейчас мы тоже под ударом, как и ты, – снова сказал Самуэль. – О чем говорил этот сукин сын? Какие убийства?! Ты что, правда убил Саврасова?

– Насчет его я услышал впервые, как и вы. Но раз Изотов сказал, значит, так оно и есть, – ответил Лад и вкратце рассказал о том, что произошло с ним ночью. Постепенно он успокоился.

– Вот мерзавцы! – воскликнул Алонсо, когда Лад закончил. – А Иван тоже хорош! Ты их спас, а он против тебя показания дает! А ведь он даже на забастовку не ходил, дома отсиживался.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.