Ольга Нуднова
СТРУНЫ

Все имена и события вымышлены.

Все совпадения случайны.

«Не бойтесь перемен и чужого мнения. Будьте восхитительно неправильны для окружающих. И уверенно счастливыми для себя!»

(цитаты о жизни)

Пролог

«Главное – верить! Если веришь, то все обязательно будет хорошо. Даже лучше, чем ты сам можешь устроить…»

(цитаты о жизни)

Все, через что ты проходишь, подготавливает тебя к тому, о чем ты так просил, о чем ты так мечтал.

Свет потихоньку начинал гаснуть. Все постепенно погружалось в полумрак. Становилось темно, неуютно и как-то тревожно. Приближалась депрессия или как там еще называлось это состояние. В мозгу зажигалась пульсирующая красная лампочка. Она словно бы предупреждала: «Стоп! Осторожно! Здесь опасно! Danger zone!»

Амелия стояла почти на самом краю сцены. Свет рампы разлучал ее со зрителями. Она была от них слишком далека и совершенно им непонятна.

В этой причудливой игре мрачных теней, полутеней и света чудилось что-то роковое и мистическое. Жизнь подошла к невидимой черте, после которой нет выхода. Хотя выход есть всегда. Из любой ситуации, из любого жизненного тупика. Выход незаметный и почти невидный глазу.

Амелия стояла на краю сцены совершенно одна. Одинокая и никому ненужная. Партнера нигде не было видно. Он исчез где-то в темных кулисах. Да и был ли он вообще? Она так и не поняла до конца. Зрители, сидевшие так близко от сцены, в удобном партере, с любопытством ее разглядывали. Им доставляло удовольствие ее растерянность, ее беззащитность и ее беспомощность.

Амелия была одна. Сердце ее бешено колотилось. Оно готово было выпрыгнуть из груди.

Амелии было страшно. Она дрожала от ужаса и беспомощности. Казалось, она была обнажена перед всеми. Все на виду. Все на виду. Все ее чувства, мысли и эмоции. Словно с нее, живой, сдирали кожу и пытались залезть куда-то внутрь, в ее душу, где дрожали и трепетали от Любви струны ее светлой, чистой и красивой души. Всем хотелось увидеть их – а что же, что же там на самом деле?

Амелия вся дрожала. Ей было очень страшно. Она подошла совсем близко к краю сцены. К этой черте, разделяющей ее со зрителями, этой толпой, жаждущей хлеба и зрелищ.

Амелия не знала, что ей делать дальше. То ли прыгнуть прямо в зрительный зал и стать одной из них. То ли остаться на месте, у всех на виду, выдержать это жизненное испытание, этот суровый урок и остаться собой.

Как поступить? Что сделать?

Ладони Амелии вспотели. Что-то мешало и кололо ей руку. Она разжала пальцы и поднесла предмет близко к глазам. Ее пальцы держали тонкий крючок. Он был острый, с неровными краями, с капельками крови. Крючок, который вытащили из ее души. Поэтому ей было так больно.

Амелия охнула, попыталась выбросить его на пол, избавиться от него. Но у нее ничего не получилось. Крючок сидел крепко. Прошлое никак не хотело ее отпускать.

Амелия вся дрожала, была растерянна и тревожна.

«О, этот крючок! О, этот зацеп! Как избавиться от него и снова стать свободной и счастливой?» – Амелия чуть не плакала.

Должно же было что-то произойти такое, чтобы остановить, побороть этот непреодолимый страх, весь этот ужас. Чтобы струны ее усталой души снова зазвучали в унисон с другой такой же душой. Чтобы настоящая душа-близнец наконец-то нашла ее и защитила от всех.

Внезапно сзади раздались шаги. Кто-то вышел из-за кулис и направился прямо к ней.

Амелия знала, что это идет он, ее любимый, ее мужчина. Но она боялась оглянуться, посмотреть на него и узнать его в суете нашего бренного мира. Сколько раз она ошибалась! Принимала желаемое за действительное.

Сердце Амелии продолжало тревожно бухать и стучать в ее груди.

«Обернись! Обернись!» – прозвучал голос в ее голове.

Вдруг партер встал. Зрители, невидимые в темноте, начали аплодировать Амелии и тому, кто остановился позади нее, и кого она так боялась увидеть.

Аплодисменты раздавались все громче и громче. Зрители не жалели своих ладоней. Постепенно аплодисменты начинали превращаться в громкий рев, крики, стук и скрежет по металлу.

Струны души Амелии вибрировали, метались, грозили разорваться. Та тонкая невидимая волшебная нить внутри ее души трепетала, скручивалась, раскручивалась, постепенно превращалась в музыку.

«Неужели никто не слышит ее? Музыку моей души?» – подумала Амелия и открыла глаза.

Она все еще была погружена в свой необычной сон. Но звуки и стук в дверь были уже настоящими. В дверь действительно стучали.

Волшебство сна переходило в реальное пространство, в режим он-лайн. Но ведь волшебство – это всего лишь вера в себя. И когда тебе это удается, то удается и все остальное.

К тебе приходит счастье. А что такое счастье?

Счастье – это просыпаться утром без боли в душе, теле и сердце.

Счастье – это не ждать того, кто никогда не придет, а спокойно от пустить тех, кто хочет уйти.

Счастье – это жить настоящим, мечтать о лучшем будущем, не оглядываться на свое прошлое. Его все равно не изменить.

Счастье – это набирать любимый номер и быть уверенным, что там ждут твоего звонка.

Счастье – это видеть улыбки родных, друзей и бесконечно любимых людей.

Это просто счастье. Обычное человеческое счастье.

И все мы еще верим, что музыка нашей души – один из величайших даров, что дают человеку Высшие силы. Струны души всегда играют красивую мелодию Любви. И в этом они правы.

Тум Балалайка

«У каждой встречи свое время.

Опоздания исключены!»

(цитаты о Любви)

В дверь стучали. В дверь действительно стучали. Стучали так громко и так опасно, что внезапно заболела голова от напряжения и стука.

Амелия открыла глаза, распахнула их так широко, насколько это возможно. Но ничего не происходило. Ничего не было.

Вокруг нее была темнота. Такая, что глаз коли. И была тишина. А потом этот назойливый, словно оса, стук в дверь.

Тишины уже не было. Минуту назад все еще было тихо. Ничто не предвещало опасности. Но теперь все поменялось, резко поменялось…

Этим вечером Амелия смотрела кино. По ее любимому каналу шел фильм. Обычная любовная история. Очередная мелодрама. Но что-то в ней Амелию зацепило в сюжете, что она не стала переключать каналы дальше, чтобы найти что-то более интересное. А остановилась и стала увлеченно смотреть душераздирающую историю Любви.

Вдруг дом, ее огромная многоэтажка, подпрыгнул на месте. Да-да, подпрыгнул. Это было именно так!

Дом подпрыгнул на месте. И в то же мгновение на улице у дома заорали, завыли автомобили. Их сигнализация сработала. Мгновенно и у всех сразу!

Амелия встала с кровати, открыла дверь на лоджию, вышла туда босыми ногами и свесилась, посмотрела вниз. Внизу была темнота. Где-то вдалеке горел одинокий фонарь. Но ничего не было видно. Ничего!

Автомобили продолжали выть и сигналить.

Амелия закрыла дверь на лоджию, повернула ручку в двери. Потом она вернулась на кровать, свернулась клубочком под теплым, пушистым одеялом, подоткнула его со всех сторон и уставилась на экран.

В телевизоре все шло своим, обычным чередом. Герой фильма произносил с придыханием любовные слова. Он собирался обнять и поцеловать Героиню.

В этот самый душещипательный, сентиментальный момент, на самом интересном месте, телевизор внезапно выключился. И во всей квартире погас свет.

Наступила полнейшая темнота. Даже фонари не светили. Луны тоже не отмечалось. Была темнота. И тишина.

Амелия с сожалением вздохнула, пощелкала на всякий случай пультом. Каналы не переключались. Она подсветила себе фонариком с телефона. Но ничего не изменилось. По-прежнему стояла темнота, и гробовая тишина.

Она опять вздохнула, положила пульт и телефон на тумбочку у настольной лампы, поглубже укрылась одеялом, оставив на виду только нос, чтобы дышать, и стала ждать погружения в сон.

На этот раз Амелия задремала довольно быстро. Она уснула и погрузилась в сон. Сон ей снился яркий, неожиданный и совсем необычный. Подсознание вытащило из своей глубины наружу все образы, мысли, чувства и переживания Амелии.

Вдруг в дверь начали стучать. Этот стук мог разбудить даже мертвого. Стучали и кричали так, что сон сняло, как рукой. Сон сдуло, словно ветром.

Хриплый мужской голос там, за дверью, кричал громко и занудно. Словно громкая сирена, словно заезженная пластинка, мужчина постоянно повторял: «Угроза взрыва! Открывайте! Срочная эвакуация!»

Амелия соскочила с кровати и ринулась к двери. По пути она налетела на стол с компьютером, больно ударилась коленкой, уронила кресло. Она никак не могла понять, кто это говорит и где. Голос звучал совсем рядом.

Амелия схватилась за ногу. На глаза навернулись слезы.

По стене на ощупь она добралась до входной двери, стала крутить замок, пытаясь открыть дверь. Но дверь почему-то не открывалась. Ее как заклинило.

Амелия в панике крутила ручку нижнего замка. Из ее головы совсем вылетело, что дверь закрыта на верхний замок.

Амелия чуть не плакала. Дверь никак не открывалась.

Мужчина за дверью монотонно бубнил: «Не волнуйтесь! Попробуйте еще раз! Вы одна здесь проживаете? Кто-нибудь еще живет на этаже? Не волнуйтесь! Не волнуйтесь!»

Амелия, как сомнамбула, слушала этот мужской голос и постепенно успокаивалась. Раз у мужчины может быть такой приятный, успокаивающий и внушающий надежду голос, то ничего плохого просто быть не может.

Наконец, дверь поддалась слабым рукам Амелии и распахнулась.

На пороге стоял мужчина в форме МЧС. На голове на каске у него был надет фонарик. Но на этаже была темнота по-прежнему. Света не было.

Возраст мужчины Амелия не поняла. Но голос у него был приятный и молодой.

«Собирайтесь!»-сказал мужчина, и еще раз спросил у нее: «Больше на этаже никого нет?»

У Амелии перехватило горло. Она сдавленно прошептала: «Я здесь одна. Напротив, в квартире живет семейная пара. У них трое детей. Они, наверное, уже спят. За стенкой живет молодой парень. У него собака красивая, палевого цвета, порода корги. Но что-то собака не лает. Наверное, его нет дома. Дальше за поворотом еще семейная пара живет, пожилая. Больше, вроде бы, никого нет!»

Она выдохнула.

«Собирайтесь!» – повторил мужчина.

Он так и стоял в дверях. Свет от фонарика был тусклым и горел только рядом с ним.

Амелия заметалась по своей маленькой студии. Она натыкалась на мебель, ударялась об острые углы, ойкала от боли и никак не могла сосредоточиться. Что одевать, что брать и что ей делать вообще.

В одной кружевной ночнушке, со спадающими бретельками, Амелия все-таки нашла джинсы, натянула их, застегнула сапоги, накинула теплую куртку.

«На улице ведь холодно!»-неожиданно вползла в ее мозг растерянная мысль.

Свитер Амелия не надела и держала его в руках. У двери она схватила сумочку и ключи от квартиры. В сумочке были документы. Амелия после пресловутого теракта на Дубровке «Норд-Ост» всегда носила с собой паспорт. Чтобы легче было опознать потом, если что. На всякий случай.

Она перекинула сумку через плечо и вышла в коридор.

«Закрывайте квартиру!» – сказал мужчина и пропал в темноте, где-то в глубине этажа.

Амелия послушно закрыла дверь, положила ключи во внутренний кармашек сумки и двинулась на свет фонарика. Он мелькал где-то впереди. Так, в распахнутой куртке, в кружевной ночнушке с узкими бретельками, заправленной в джинсы, держа в руках свитер и сумочку, она шла на свет фонарика, как бабочка на яркий свет лампы.

Амелия помнила, что где-то за углом, за поворотом, должен быть лифт.

«Куда!» – сильная мужская рука больно схватила ее за плечо, – «Идите на черную лестницу!»

Где черная лестница у них на этаже, Амелия не знала.

Но мужчина с фонариком на лбу уверенно открыл какую-то дверь. Амелия увидела лестничные пролеты и прыгающий от фонарика свет. Мужчина слегка подтолкнул ее к этой лестнице.

Было темно. Но глаза уже привыкали к темноте. И можно было разглядеть перила и ступеньки.

Амелия уцепилась руками за перила, нащупала ступеньки и начала спускаться вниз. Лестничные проемы были целые. Но кое-где обвалилась штукатурка. Она противно хрустела под ногами.

Амелия все шла и шла вниз. Казалось, этот бесконечный спуск никогда не закончится.

Мужчина шел где-то сзади. Фонарик на лбу освещал пространство только рядом с ним. Но уже было не так страшно. Амелия была не одна.

На одном из этажей к ним присоединился какой-то пенсионер, а потом молодая пара с ребенком на руках. Малыш спокойно сосал пустышку и был всем доволен, не плакал.

Все шли молча, сосредоточенно и дружно. Все понимали ситуацию и всю серьезность произошедшего. Все испугались последствий.

Мужчина решил разрядить обстановку и объяснить, что же все-таки произошло, сказать хоть какую-то информацию.

«Это взорвался подземный газопровод. Почему и как? Пока никто не знает. Есть угроза повторного взрыва. Поэтому два ваших дома эвакуируют!»-вещал мужчина, пока все спускались вниз.

«Но у нас в квартирах газа нет. Только электричество!» – робко сказала Амелия.

«Это неважно. Газовая труба взорвалась всего в 150 метрах от дома. Ударная волна была такая, что выбиты стекла до четвертого этажа. Повреждены более тридцати машин. Это совсем не шуточки. Все очень серьезно!» – сказал мужчина.

Иногда все в жизни может поменяться в одно мгновение. И ты даже не знаешь, почему.

Никогда не поздно, никогда не рано. Все всегда происходит вовремя. И в нужном месте.

Чао, бамбино!

«Мир меняется, но и мы не стоим на месте.

Жизнь полна сюрпризов!»

(цитаты о жизни)

Никто не знает своей истории и того, кто станет в ней Героем. В любой момент жизнь может тебя очень удивить.

Амелия открыла дверь на улицу.

В лицо сразу ударила удушливая волна. В горле запершило. На глаза навернулись слезы.

«Наверное, это и есть газ!» – подумала девушка.

На улице было довольно холодно и морозно. Ночная свежесть и прохлада не смогли перебить запах газа.

Амелия вышла во двор.

Стояла темнота. Уличного освещения нигде не было. Фонари не горели ни во внутреннем дворике, ни по внешнему периметру дома. Было темно, зябко, неуютно, некомфортно и даже страшно.

Появились пугающие мысли: «Что же будет дальше?»

Молодой мужчина в форме МЧС, следовавший за ними, тронул Амелию за рукав куртки. Твердым, сильным голосом мужчина произнес. Этот голос, жесткий и властный, сразу успокоил ее.

«Идите вдоль дома, в арку. Там люди из вашего дома, будет не так страшно!» – он ободряюще улыбнулся, оглядел маленькую группу людей из Амелии, пенсионера и молодой пары с ребенком, и пропал, – «Мне пора!»

Мужчина исчез на выходе из внутреннего дворика.

Там стояли огромные красные пожарные машины, полицейские машины с мигалками, кареты скорой помощи с красными крестами на боку.

Было очень много чужих, незнакомых людей. Все двигались, суетились, что-то оживленно говорили друг другу. Казалось, ночь тихого ужаса только начиналась. Хотя было уже далеко за полночь.

Амелия пошла вдоль дома в сторону арки. По пути она сняла куртку, надела на себя теплый свитер, который до сих пор держала в руках, потом опять натянула на себя куртку, застегнула сапоги на молнию, перекинула сумку через плечо, поправила рукой растрепанные рыжие волосы.

У самой арки она увидела толпу людей.

Все говорили. Каждый сам по себе и как-то все одновременно. Кто-то звонил по телефону, взволнованно кричал в трубку мобильного об угрозе взрыва. Он постоянно повторял: «Там просто быть ничего не может! Это просто газ! Хотя его в доме нет и быть не может!»

Амелия подошла ближе.

Она вслушивалась в слова, реплики, случайные фразы и разговоры. Ей становилось не по себе. Как много мусора, как много всего лишнего, суетного могут внести люди в свои домыслы и фантазии!

Амелия набрала номер Джанки.

Подруга ответила не сразу. Голос у нее был сонный.

Он прозвучал в телефонной трубке глухо и протяжно: «Что случилось, Элечка? Мы уже спим! Завтра трудный день!»

Услышав в трубке родной, знакомый голос, Амелия взволнованно стала говорить подруге. Обо всем.

О том, как дом подпрыгнул на месте, что есть угроза взрыва газа, хотя газа в их доме нет. О том, что в арке дома собралась целая толпа растерянных и взволнованных людей. Все говорят! Никто никого не слушает. Никто ничего не знает. Что надо делать? Что будет дальше? И прочее, прочее…

Джанка деловито сказала: «Давай собирайся и приезжай к нам! Мы тебя встретим, приютим, обогреем, накормим, спать уложим. Все плохое сразу забудется!»

Амелия заулыбалась в телефонную трубку: «Я бы с удовольствием к вам рванула! Но метро уже закрыто. Транспорт не ходит. Да и нас никуда не пускают. Все оцеплено кругом!»

«Ну, тогда до завтра! Я к тебе заеду!» – шепотом сказала Джанка и отключилась.

Амелия прислонилась к стене дома.

Здесь было как-то теплее. Ветер не так задувал. Но руки все же постепенно леденели. Не спасали даже карманы куртки.

Ночь, темнота, взволнованная, неуправляемая толпа, гул голосов наводили тоску и тревогу о бренности жизни. О том, что все в жизни непредсказуемо, что все может поменяться в один момент. От плюса к минусу. Впрочем, и наоборот тоже все может быть.

Так, в мыслях о смысле жизни, пролетело где-то часа три.

Неожиданно в арке появился все тот же молодой мужчина, сотрудник МЧС, с фонариком на каске. Он объяснил, что газ перекрыли, угроза взрыва миновала, что все могут расходиться по своим квартирам.

Амелия вернулась к своей парадной.

Света внутри по-прежнему не было. Но народ уже потянулся внутрь, в темноту и тепло. Ожидание на холодном, пронизывающем ветру затянулось, грозило превратиться в окоченение, заболевание от неимоверного холода.

На лавочке у парадной сидело двое пенсионеров.

Дед в кепочке повторял проходившим мимо жильцам парадной: «Мы еще посидим здесь, подождем. А то страшно как-то! Вдруг еще что-то поменяется! Все так зыбко и непредсказуемо!»

Амелия вошла в парадную, нашла в темноте перила лестницы, вцепилась в них мертвой хваткой и начала медленно подниматься по ступенькам. Идти было довольно далеко и высоко. Как-никак десятый этаж!

Было темно, как в склепе. Но опять же, здесь она была не одна.

Впереди шла женщина с маленькой собачкой на руках. Песик выглядел усталым. Он часто-часто дышал, вывалив розовый язык. Он очень переволновался от ночных перегрузок.

Мужчина с большой спортивной сумкой через плечо крепко держался за перила. Он остановился, чтобы перевести дух от такого неожиданного подъема и отсутствия лифта.

Мужчина даже начал шутить от поразительной обстановки вокруг и даже в тему. Юмор, особенно черный и специфический по своей сути, помогает успокоиться, восстановиться и жить дальше.

Мужчина рассмеялся: «Теперь золото, бриллианты и бабосы кладите поближе к сердцу, в сумку и держите прямо у порога. В любой момент неадекватности взял и пошел! Как говорится, се ля ви! Чао, бамбино!»

Амелия тоже рассмеялась…

В квартире она, обессиленная, рухнула на кровать и сразу отключилась.

Под утро громко заорал телевизор. Ведь он так и остался не выключенным.

Амелия ошалело стала искать пульт, нажала на красную кнопку и опять провалилась в сон.

Ночное приключение подошло к концу.

Во сне Амелии снился молодой мужчина, сотрудник МЧС. Она улыбалась ему и была счастлива.

Все, что неожиданно изменяет нашу жизнь – не случайность!

Чем меньше ожиданий будет в нашей голове, тем больше будет в жизни сюрпризов. Наверное, когда-нибудь осознание этой простой житейской истины придет и к Амелии!

Тише! Пусть она спокойно спит…

Все мы, бабы, стервы!

«Какими бы мы, женщины, ни были стервами, внутри всегда ожидаем чуда!..»

(цитаты о жизни)

Утро тоже началось со стука в дверь.

Амелия, хмурая, лохматая, не выспавшаяся от ночного происшествия и кошмара, недовольно заворчала, как старая, кудлатая дворняжка на завалинке: «Ну, что это такое происходит? Спать не дают совершенно? Выходной сегодня, выходной!»

В дверь опять постучали.

«Ну, кто там еще?»-Амелия поплелась к двери.

«Элечка, открывай, дорогая! Это мы с Жориком к тебе пришли, принесли привет, хотим рассказать, что солнце вовсю уже встало!» – родной голос Джанки разбудил Амелию окончательно.

«У тебя почему-то звонок не работает! И домофон тоже. Хорошо, что у вас живут замечательные люди, без вопросов впустили в парадную. Даже приятно!» – подруга была как всегда улыбчива и доброжелательна.

Она говорила, не умолкая: «Сейчас мой Жорик тебе все починит! Он умелец на все руки…от скуки!»

Амелия распахнула дверь настежь. Замки открылись сразу.

На пороге ее квартиры стояла подруга Джанка и ее верный муж, долговязый Жорик.

«Встречай гостей, хозяйка!» – прошепелявил Жорик, – «Давайте, накрывайте стол, а я пока звонок посмотрю!»

Жорик деловито снял куртку, повесил ее на вешалку в коридоре, снял кроссовки, поставил их на коврик у порога. Потом он включил свет в маленькой прихожей и стал сосредоточенно смотреть вверх на провода. Очевидно, искал причину не функционирования дверного звонка.

Джанка тоже разделась, потом прошла в комнату, которая одновременно служила и кухней.

Маленькая студия в огромном людском муравейнике, служила убежищем в суете жизни. Но это жилище для гномов было совсем не расположено к приему гостей. Поэтому сюда заглядывали только избранные. Такие друзья у Амелии или Элечки, как ее называли только близкие, к счастью были.

Амелия включила чайник, открыла холодильник, задумчиво заглянула в его недра. Она спросонья плохо соображала, чем бы накормить своих ранних гостей, этих ранних пташек.

Джанка ее остановила: «Не суетись, Элечка! У нас все есть, все с собой. Поесть, попить, помечтать. Бутерброды, конфеты, пирожные к чаю. И даже шампанское! Хотя с утра пить как-то несподручно! Ну, это неважно! Чем богаты, тем и рады!»

«У нас какой-то праздник? Я что-то пропустила?» – ошеломленно спросила Амелия.

Она еще не осознавала до конца, что все это ей не снится! Подруга, ее муж, пирожные, шампанское на столе…Мир сходит с ума! К чему бы это?

Джанка словно угадала ее мысли: «Ты отправляешься в путешествие. Едешь мир посмотреть и себя показать. Мы сейчас отпразднуем твой отъезд. Жорику на работе вручили путевку на отдых в довольно приличный санаторий. Псковская область, русская глубинка, деревня далеко от благ цивилизации… Природа, лечение, отдых…Можно принимать процедуры, гулять, мечтать, ни о чем таком не думать. Твои воспаленные извилины в мозгу отдохнут от городского шума и суеты, от стресса, от непонятных впечатлений и происшествий. Ты же все равно в отпуске! Чего дома взаперти сидеть?»

Подруга выпалила все на одном дыхании, а потом добавила: «Еще Жорик говорит, что там отдыхает много лиц мужского пола. Вдруг встретишь своего суженого, своего любимого и Единственного. Пора тебе заканчивать с твоим глупым одиночеством!»

Амелия застыла столбом посредине комнаты: «Джанка, не надо быть свахой! Ты же знаешь, как я от ношусь к этому вопросу. И вообще я не поняла. Куда это я должна ехать в свой отпуск? Да и зачем? Мужчины какие-то…Мой последний ухажер навсегда отбил у меня желание знакомиться с кем-либо, да еще и замуж выходить. Мне это не надо!»

«Да, ладно тебе! Ложка дегтя не испортит бочку меда!» – Джанка достала бокалы, тарелки, одновременно все раскладывая и наливая.

При этом она не теряла нить разговора: «Я понимаю твои завышенные требования к мужчине. Сочетание мужского и женского. Физическая сила, мужество, отвага, харизма, активный образ жизни, высокие интеллектуальные способности, ум, ответственность, логика. И в то же время чуткость, мягкость, сопереживание, понимание, проявление заботы, хорошо развитая интуиция.

Элечка, милая! Это все твой идеал и все только в твоей голове. Идеальный мужчина! Но в жизни так не бывает. Мужчина прежде всего должен быть любимым и желанным, твоим. А все остальное просто приложится! Искра должна быть, чтобы струны твоей души завибрировали на него!»

Джанка стала наливать чай в яркие высокие бокалы.

Жорик проверил звонок: «Все, девушки! Принимайте работу!»

Он несколько раз нажал на кнопку звонка, послушал мелодичный звон, удовлетворенно крякнул. Потом он помыл руки, вытер их кухонным полотенцем, висевшим на крючке, и уселся за стол, где стоял компьютер.

Жорик развернулся лицом к Джанке и Амелии и произнес: «Дура ты, Элька! Дура и стерва! Жена права. Одной плохо! А ты все не хочешь этого признавать. Все мечтаешь о Принце, о чем-то несбыточном, витаешь в иллюзиях и облаках. Нет принцев! Есть обычные мужики! Да и ты не Принцесса! Посмотри вон на себя в зеркало! И не обижайся на меня! Я ведь по-дружески тебе говорю. Спутник жизни нужен. Хотя бы просто поговорить. Да и ночью одной плохой, никто не погладит, слова ласковые не прошепчет на ушко. Признайся, Элька! Ведь плохо одной, плохо! Да и красота такая пропадает!»

Амелия задумчиво посмотрела на него: «Может быть, ты и прав! Мне не хочется об этом думать и говорить!»

Жорик заработал сердитый взгляд Джанки.

Он поднял вверх руки и рассмеялся: «Все, все, милая, молчу! Кстати, Эля, ты помнишь Фила? Филиппа? Он по молодости тоже был в нашей компании. И даже, вроде бы, неровно к тебе дышал. Он тут недавно заезжал к нам. В разводе, не дурен собой и даже спрашивал о тебе. Ведь Джанкина любимая подружка только ты!»

Джанка заинтересовалась разговором: «Правда, Эля, а что в нем было не так? Почему не получилось? Ну-ка, расскажи нам!»

Амелия на минуту задумалась: «Кто такой этот Филипп?»

Она совсем не запомнила этого парня. Ей даже в голову не приходило, что надо помнить. Из памяти выплывало что-то непонятное, мутное, неопределенное без всяких очертаний и контуров…

Но надо было вспомнить, представить его.

Да, были в одной компании. Да, был такой парень. Высоченный, атлетический, с горой мускулов. Медно-рыжие волосы, зеленые глаза… Даже пытался за ней ухаживать.

Но при ближнем общении оказался не так хорош, как казался. Скучный, вовсе не интеллектуал.

Из того давнего знакомства Амелия вынесла о нем совсем не лестное впечатление: «Если парень красивый, и эта красота зашкаливает, то он просто не так умен, как хотелось бы!»

Это мнение было окончательным и бесповоротным, поэтому Амелия его и не запомнила. Струны ее души молчали.

Но тогда надо было отдать должное этому Филиппу. Он искал ее, проявил недюжинную смекалку и сноровку. Вместе с другом завалился к ней на работу, выпросил у девчонок ее телефон. Девчонки даже звонили ей и спрашивали: «Можно ли это сделать?»

Но это было так давно, так несущественно, что Амелия и думать об этом забыла.

Да и было им тогда лет по двадцать. Жорик и Филипп вернулись из армии. Десантные войска, молодые и красивые на фото…

Джанка с Жориком нашли и обрели друг друга.

А Филипп пропал из поля зрения всех, куда-то уехал и даже женился.

А Амелия решила тогда, что никого ждать не будет. Никого и ничего. Ей и так было хорошо. Без всех. Она хотела просто жить. Просто для себя. Просто в свое удовольствие. То, что суждено, придет само.

И нет такого возраста, в котором поздно было бы менять Судьбу…

Рыжая

«Рыжий – это гораздо больше, чем цвет волос!»

(цитаты о жизни)

Амелия стояла на автобусной остановке на большом проспекте. Здесь проходила федеральная трасса в сторону Пскова. Она ждала автобус.

Сегодня она уезжала в санаторий, отдыхать, лечиться, постигать мудрость жизни, философствовать, а может быть, и встретить свою вторую половинку, найти спутника жизни. Как знать?

В нашей жизни все не так просто. Хотя мы сами все порой усложняем. Но все может измениться в любой момент.

Билет на автобус и обозначенное в нем место, все у Амелии было. Но она собралась сесть в автобус не на автовокзале, а по пути его следования, на остановке у метро. Все как всегда. Самостоятельность решений, все не так, как у людей. Упертость, настырность, а в результате, сплошная невезуха…

Амелия имела сложный, неуживчивый характер. Она была не склонна к компромиссам, терпению, желанию подстраиваться под других. В коллективе ее не любили. А многие ее знакомые считали ее не милой, не доброй, не покладистой особью женского пола. Скандалистка, истеричка, дурилка картонная… Способная сделать человеку больно и даже не задуматься, не пожалеть об этом.

Ах, эти слова, слова, слова! Сплошное словоблудие!..

Но какая бы Амелия не была, так или иначе, сейчас, в настоящий момент времени, она стояла на автобусной остановке, спрятавшись под стеклянный козырек. Нежданный дождь поливал, как из ведра. А зонтик Амелия почему-то не взяла и теперь очень жалела об этом.

Амелия стояла на автобусной остановке и думала про себя, сердилась и злилась на себя за то, что подруга и ее муж так легко уговорили ее на эту авантюру.

Амелия думала: «Ну, вот зачем мне все это надо? Какой же Жорик упертый! Сама она была в прекрасном состоянии здоровья. У нее ничего не болит. Ну, разве что душа, совсем немного, после очередной любовной истории. Вот что она там будет делать? В окружении всех этих стариков и старушек, совсем не подходящих ей по возрасту?»

Амелии было почти тридцать. И она была не замужем. Детей у нее тоже не было. Хотя ее биологические часики тикали вовсю. Тик-так, тик-так… И ей, как и всем остальным одиноким и незамужним дамам под тридцать и за тридцать, пора было задуматься о продолжении рода, о муже и замужестве. Главные ценности женщины, как считало общество, да и все вокруг.

Но Амелия замуж не хотела. А если и хотела, то только по Любви. Амелия ждала Любовь, настоящую и Единственную. И проходить снова жизненные уроки, порой жестокие и неприятные, приобретать бесценный жизненный опыт, ей совсем не хотелось.

Амелия просто хотела любить и быть любимой. Но вот только в этом вопросе ей как-то не очень везло.

Красивая, но безответная школьная Любовь, закончилась сразу, как только на выпускном вечере прозвучал школьный вальс.

Амелия пригласила на белый танец своего Идеала, парня из параллельного класса, красивого брюнета с карими глазами восточной наружности, по которому она сохла весь последний год в школе.

Амелия даже начала читать любовную лирику. И парень ей даже начал сниться по ночам. Она сидела под одеялом с фонариком и лила горькие слезы от жизненной несправедливости. Пока мама не поймала ее с поличным и не отобрала фонарик.

«Глаза испортишь!» – был мамин вердикт.

И Амелия перестала читать стихи.

На вечере школьный Казанова снисходительно посмотрел на Амелию сверху вниз, усмехнулся, отвернулся от Амелии и пригласил на танец ее красивую длинноволосую одноклассницу. Они закружились в ритме вальса.

Конечно, он поступил некрасиво. Амелия имела все права танцевать с ним первая. Ведь был белый танец, как сказал диджей за своим пультом.

Но парень ей отказал.

Амелия расплакалась, выбежала из зала и долго гуляла по темным улицам города. Ночь она переживала и плакала, а потом взяла себя в руки и навсегда забыла эту свою школьную Любовь, первое светлое, но неудачное чувство. Ну, что взять с него? Только забыть!

Амелия была рыжей от рождения. Рыжие волосы, длинные ниже пояса, вьющиеся мелким бесом, как при химической завивке, но естественные, огромные зеленые глаза в пол лица, делали девушку яркой, заметной, не лишенной своего шарма и изюминки, на фоне безликой толпы, на фоне огромного количества блондинок и брюнеток.

Но Амелия не знала о своем шарме. Она была уверена в том, что мужчины не любят таких женщин. Самооценка ее страдала. Она была нервной, впечатлительной, эмоциональной. Так называемая форма защиты в человеческом мире.

Она реагировала на каждое недоброе слово, брошенное в ее адрес. Скандалистка и истеричка – вот мужское мнение о ней. Она не стала бороться с этим повешенным на нее ярлыком. Амелия была умна и решила промолчать и не спорить.

Ее рыжие волосы были ее гордостью. Это был ее символ пламени и страсти, которое горело внутри нее. Оно ставило ее в список рядом с великими рыжеволосыми женщинами всего мира и всех эпох.

Иногда Амелии казалось, что она очень любит свои рыжие волосы. Это делало ее более смелой. И что ее волосы похожи на извержение вулкана. Рыжий – это гораздо больше, чем просто цвет волос.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.