Анастасия Ватутина
Разбитое отражение. Круговорот. Часть 4

От автора

От автора

Уважаемые читатели!

Обратите, пожалуйста, внимание на то, что в книге 25 глав и эпилог. Если у вас в приложении ЛитРес отображается меньшее количество глав, то Вам нужно обновить черновик вручную. Для этого необходимо удалить файл из памяти и скачать книгу заново.

Информацию, связанную с работой над книгами, новости и обновления можно найти в моих официальных группах:

Вконтакте: Анастасия Ватутина | Автор | ВКонтакте

Телеграмм: https://t.me/anastasia_vatutina_author

Глава 1

На кладбище было тихо. В сгущающихся сумерках едва можно было различить узкую аллею, петляющую меж темнеющих по обе стороны памятников. Узловатые ветви старых деревьев отбрасывали причудливые тени на припорошенные первым снегом могилы. Яна медленно шла вперед, то и дело оглядываясь и вздрагивая от каждого шороха. С каждым шагом ощущение чужого присутствия становилась все более отчетливым. Внутренний голос молил развернуться и бежать отсюда прочь, но Яна отказывалась к нему прислушиваться, упрямо двигаясь туда, где, как она знала, скрывались ответы на все ее вопросы.

На развилке она, не задумываясь, повернула направо. Уже почти совсем стемнело, и Яна боялась, что без фонарика не сумеет найти нужную ей могилу. Она напряженно вглядывалась в надписи на надгробьях, когда заметила впереди какое-то движение. От одного из гранитных памятников медленно отделилась тень, и в тусклом свете Яна с трудом различила силуэт стоявшего к ней спиной мужчины. Словно почувствовав ее присутствие, Он обернулся, и на мгновение показавшаяся из-за туч луна осветила Его лицо. Встретившись с ней глазами, мужчина широко улыбнулся:

– Я знал, что ты придешь, – Он протянул ей руку, и Яна, словно завороженная, шагнула ему навстречу.

Когда его ледяные пальцы сомкнулись на ее запястье, по всему телу прошла дрожь. Яна замерла, пристально всматриваясь в знакомые черты. В голове роились сотни вопросов, но Он не дал ей возможности озвучить ни один из них. Едва она раскрыла рот, мужчина резко притянул ее ближе к себе и, обдавая щеку холодным дыханием, прошептал:

– Пришло время изменить судьбу. Ты готова? – Яна испуганно дернулась, но руки мужчины только крепче стиснули ее запястья. – Я слишком долго ждал, любовь моя, теперь ничто не помешает нам быть вместе.

Яна предприняла еще одну попытку вырваться из его цепкой хватки, и в ту же секунду мужчина резко разжал руки. Она инстинктивно сделала шаг назад и начала терять равновесие, когда вместо обледенелой земли под ногами оказалась пустота. Яна в последний раз неловко взмахнула руками и с громким криком полетела в вырытую для нее могилу.

– Скоро увидимся, – услышала она, прежде чем ее поглотила тьма.

Яна села на кровати, тяжело дыша. Уже несколько месяцев ее мучили ночные кошмары, которые с каждым разом становились все более пугающе реалистичными, и по-прежнему в каждом из них она видела мужчину, чье лицо стиралось из памяти, стоило только открыть глаза. Яна снова испытала жгучее разочарование оттого, что ей никак не удается ухватить эту ниточку, которая, она не сомневалась, ведет к разгадке не только причины ее кошмаров, но и той надвигающейся опасности, которую она ощущала каждой клеточкой своего тела.

Яна откинула с лица спутанные волосы и потерла ноющее предплечье, все еще чувствуя на себе чужое прикосновение. В комнате как будто было холоднее обычного, и она готова была поклясться, что в воздухе ощущается едва уловимый запах сырой земли.

Яна потянулась за телефоном, и с кровати соскользнули бумаги, которые она просматривала накануне вечером. Наблюдая за тем, как испещренные пометками и схемами листы медленно опускаются на пол, она пыталась вспомнить, на чем остановилась до того, как провалилась в тревожный сон. Уже больше месяца каждый ее день заканчивался тем, что она снова и снова перечитывала материалы дел, которые передал ей майор Кулешов: искала среди множества убийств и загадочных смертей те, которые подходили бы под описанные в дневнике Карины ритуалы и были совершены в местах из ее же списка. Она неплохо продвинулась в своем расследовании: большую часть ритуалов удалось расшифровать и отыскать среди десятков совершенных за последние два года убийств те, в которых бы угадывались элементы обрядов. Напротив десяти из двенадцати мест силы стояли галочки – их уже использовали для проведения ритуалов.

На одном из листов был нарисован круг, своеобразное Колесо года, на котором Яна отмечала языческие праздники, во время которых совершались убийства. Пока точно можно было сказать, что за последние два года ритуалы обязательно проводились в дни равноденствий и солнцестояний. Остальные праздники менялись, словно тот, кто стоял за всеми этими преступлениями, экспериментировал, искал, когда же грань между миром живых и мертвых окажется достаточно тонкой, чтобы душа, которую он так отчаянно жаждет вернуть, наконец преодолела этот невидимый барьер.

Про себя Яна называла этого человека Кукловодом. Каким-то образом ему удавалось внушать людям веру в невозможное – воскрешение из мертвых. Он умело манипулировал другими, заставляя делать чудовищные вещи, при этом сам всегда оставался в тени и наблюдал за действиями своих марионеток издалека. Они пока ни на шаг не приблизились к тому, чтобы раскрыть его личность, а тем временем неумолимо приближался День зимнего солнцестояния – дата, в которую, Яна не сомневалась, будет совершено очередное убийство.

Собрав разлетевшиеся по комнате бумаги, она вернулась в постель и, натянув одеяло до подбородка, закрыла глаза. До рассвета было еще далеко, но сон не шел. Она снова и снова прокручивала в голове недавний кошмар, пытаясь вспомнить лицо человека, столкнувшего ее в могилу, но видела лишь размытое пятно. Интересно, может ли гипноз помочь вытащить его образ из памяти? При мысли о том, чтобы снова оказаться на жесткой серебристой кушетке регрессолога Анны Владимировны Кац, Яна содрогнулась. Пусть в прошлый раз она так и не смогла погрузиться в собственные воспоминания о прошлой жизни, но повторять этот опыт не было никакого желания. Образ спокойного и собранного гипнотерапевта отчего-то вселял в нее неподдельный ужас.

Щеки коснулось легкое дуновение, и Яна нехотя повернулась. Как она и подозревала, старуха сидела на стуле, буравя Яну взглядом.

– Сейчас три часа ночи, – простонала Яна, усаживаясь в кровати.

– Ты же все равно не спишь, – пожала плечами та.

С того дня, как впервые увидела дух Степаниды, Яна пыталась заставить старуху придерживаться хоть какого-то графика, чтобы ее посещения не были каждый раз пугающей неожиданностью, но та, как Яна подозревала, намеренно делала вид, что не слышит ее просьб.

– А чем ты занимаешься, когда не донимаешь меня своим присутствием? – вполголоса поинтересовалась Яна, кутаясь в одеяло, – в присутствии призрака ей всегда было немного зябко.

– Не тем интересуешься, – хмуро заметила старуха.

– Отчего же? За месяц, что ты здесь провела, ничего нового я не узнала, так расскажи хотя бы, куда постоянно сбегаешь вместо того, чтобы обучать меня, как обещала.

– Ты не одна здесь требуешь моего внимания, – туманно ответила старуха

– Интересно, – Яна приподнялась на локте и наклонилась ближе к старухе, – получается, когда ты передашь мне свои знания, нет никакой гарантии, что твоя душа отправится дальше, и я больше не буду лицезреть твое недовольное лицо в самые неподходящие для этого моменты?

– Ты так говоришь, как будто тебе есть чем занять время, – зло усмехнулась Степанида. – Целыми днями перебираешь свои бумажки, ходишь на работу, которую терпеть не можешь, избегаешь людей, которых любишь, всего боишься, во всем сомневаешься… Чем дольше я за тобой наблюдаю, тем сильнее убеждаюсь в том, что ты просто страшишься жить.

– Сейчас не самое подходящее время читать мне нотации, – нахмурилась Яна.

– Время всегда подходящее, просто ты не хочешь слышать правду, а в этом и заключается твой главный урок: научиться принимать все происходящее спокойно и с благодарностью.

– Извини, я не могу спокойно принять то, что кто-то второй год убивает ни в чем неповинных женщин, что Марк скрыл от меня возвращение своей мертвой невесты, которая пыталась выгнать меня из моего же тела, а хозяйка магазина, у которой я работаю, замешана в каких-то темных делишках и намерена каким-то образом впутать в них и меня!

– Вот об этом я и говорю: ты боишься.

– Да, боюсь! – Яна не заметила, как повысила голос. – Любой человек на моем месте точно так же боялся бы!

– Но ты не любой человек, – спокойно возразила Степанида. – Ты Видящая – связующее звено между миром живых и миром мертвых, но страх мешает твоему дару раскрыться в полную силу.

– Я думала, что ты осталась здесь, чтобы как раз и помочь мне с этим, научить всему, что знаешь сама.

– Я могу рассказать тебе все, что знаю, – согласилась старуха, – но от этого не будет никакого толку до тех пор, пока ты не примешь свой дар. Тебе необходимо преодолеть свой страх.

– Это невозможно, – уверенно заявила Яна. – Страх необходим человеку для выживания. Если я не буду бояться, то…

– Что? – перебила ее старуха. – Станешь смелее? Увереннее? Перестанешь избегать проблем и начнешь, наконец, их решать?

– Я не намерена все это выслушивать, – Яна решительно откинула одеяло и, нашарив под кроватью тапки, зашагала к выходу из комнаты.

– И ты снова сбегаешь от правды! – донесся ей вслед хриплый голос старухи.

Яна с силой захлопнула дверь ванной и резко дернула шпингалет, отчего тот едва не слетел со старых разболтанных шурупов. В заляпанном и покрытом белесыми брызгами зеркале она с трудом различала свое отражение. Сейчас ей больше всего на свете хотелось, чтобы жизнь снова стала обычной, скучной и предсказуемой. Целый месяц старуха то появлялась, то исчезала, толком ничего не говоря и не объясняя. Получив ее силы, Яна стала себя чувствовать гораздо лучше физически, но морально была совершенно истощена.

Она шагнула в тесную душевую и задернула покрытую желтыми разводами шторку. Из крана хлынула ледяная вода, и Яна инстинктивно отскочила в сторону, больно ударившись локтем о стену. На глаза навернулись злые слезы – день не задался с самого утра.

Глава 2

Она снова была здесь. В нос ударил запах вишни и жженого сахара – аромат, который раньше сводил его с ума, но теперь приторно-сладкий парфюм вызывал тошноту, с каждым вдохом все больше напоминая удушающий смрад разложения. Марк лежал с закрытыми глазами, притворяясь спящим в надежде на то, что она исчезнет, но тихий смех за спиной говорил, что его уловка не сработала. Со вздохом откинул одеяло и сел. Сквозь неплотно задернутые шторы пробивалось серое московское утро, но даже такой тусклый зимний свет резанул по глазам, отозвавшись в голове острой болью. Он заставил себя встать и, пошатываясь, побрел в ванную.

Марк старался не смотреть на Карину, но все-таки краем глаза заметил ее размытый силуэт на второй половине кровати. С трудом подавив желание запереться в тесном помещении ванной и не выходить оттуда до тех пор, пока морок не рассеется, он оперся руками на раковину и посмотрел в зеркало. Лицо осунулось, в воспаленных глазах, испещренных красноватыми прожилками, появился нездоровый блеск. Месяц назад Маргарита сказала, что от него веет могильным холодом, и сейчас он и сам это явственно ощущал.

За спиной ему почудилось какое-то движение, но он и не подумал обернуться – в последнее время ему постоянно что-то мерещилось. Карина неотступно следовала за ним везде, не давая передышки даже во снах, которые теперь все больше напоминали кошмары, после которых оставалось вязкое и давящее чувство неотвратимо приближающегося конца.

Холодный душ не разогнал привычную усталость, а чашка кофе не придала бодрости. Марк сидел за кухонным столом, задумчиво крутя на пальце кольцо. Оно должно было стать для него обручальным – символом их неразрывной связи с Кариной, и в каком-то смысле так оно и вышло, только вот узы оказались не брачными.

– Почему ты не оставишь меня в покое? – спросил он в пустоту, не надеясь получить ответ, хотя не сомневался в том, что Карина его слышит.

Марк постоянно ощущал ее присутствие, видел призрачный силуэт в отражениях, слышал, как она бродит по ночам в пустых комнатах, но за месяц не услышал от нее ни слова. Он бы о многом хотел ее расспросить, но главный вопрос, что занимал все его мысли: почему она так с ним поступила?

Впрочем, не только Карина хранила молчание. Яна также не выходила на связь, но этому Марк был только рад: не хотел, чтобы она видела его в таком состоянии. Он знал, что несмотря на все, происходящее между ними, она бросится его спасать, а он не мог допустить, чтобы ее беспокоило еще и его стремительно ухудшающееся самочувствие. Яне и так приходилось непросто, и если Марку не под силу уберечь ее от участия в расследовании, то он хотя бы постарается как можно дольше скрывать от нее то, как стремительно Карина высасывает из него силы.

Чтобы быть хоть сколько-нибудь полезным, все свое время Марк посвящал поискам ведьмы, о которой говорили Арсений, убивший Веронику Матвееву, чтобы воскресить дух славянской жрицы Радмиры, и Александр Кузнецов – убийца Лизы Романовой. И пока Яна занималась изучением ритуалов воскрешения, а Кулешов искал связи и зацепки в старых нераскрытых делах, Марк проводил дни и ночи на всевозможных эзотерических форумах. Он давно миновал этап, когда серьезность обсуждаемых ритуалов вводила его в ступор, внутренне смирившись с тем, что люди всегда будут искать легкий способ добиться желаемого. Но его не интересовали привороты, заговоры и порчи – по крайней мере, не те, что так активно обсуждали участники форумов, ему нужно было найти ведьму, которая может сделать невозможное – воскресить мертвого.

Листая страницу за страницей, он частенько натыкался на рекомендации колдунов и колдуний, бабок и экстрасенсов, но чаще всего это были либо разрекламированные участники популярных телешоу, либо шарлатаны с экзотическими псевдонимами. Марк был уверен, что нужная им ведьма вряд ли стала бы активно продвигать себя в социальных сетях, но надеялся, что где-то должно быть хоть одно упоминание о ней, иначе как бы на нее вышла Карина? А Марк все больше убеждался в том, что его покойная невеста обращалась именно к той ведьме, которую они ищут. Ему не давал покоя дневник Карины, и он раз за разом перечитывал его, но не находил ни одной подсказки, способной навести его на след женщины, которой под силу вернуть мертвого с того света.

Интересно, когда Карина начала вести свои записи? Их совместное фото, приклеенное на первой странице дневника, было сделано почти три года назад. Они тогда только начали встречаться, и Марк был безумно влюблен. Он горько вздохнул. Сейчас от этих чувств не осталось и следа. Любовь сменилась разочарованием и обидой на то, что его использовали, превратили в безвольную игрушку, лишив права выбирать как жить и что чувствовать. Но три года назад он пребывал в счастливом неведении и искренне верил, что у них с Кариной все по-настоящему. Возможно ли, что приворот, который с каждым днем по капле высасывает из него жизнь, тоже сделала ведьма, которую они разыскивают?

Марк положил подбородок на сцепленные в замок руки и задумался. Карина всерьез увлекалась магией и не останавливалась ни перед чем, чтобы добиться желаемого. Но могла ли она обрести эти знания самостоятельно? Вероятно, но, как он уже успел понять, в открытом доступе не найти по-настоящему действенных ритуалов, они хранятся в строжайшей тайне и передаются, что называется, из уст в уста. Если предположить, что Карина на самом деле в результате своих многолетних поисков наткнулась на настоящую ведьму, то она наверняка не упустила бы возможности напроситься к ней в ученицы. А если так, то встречаться они должны были регулярно и где-то в вещах погибшей невесты должны храниться номер телефона и адрес ведьмы. Основная проблема состояла в том, что телефон Карины бесследно исчез в момент аварии. Сотрудники ГИБДД, прибывшие на место ДТП, предположили, что в момент удара мобильный вылетел из машины и, скорее всего, до сих пор лежит где-нибудь в лесу под слоем снега и опавшей листвы. Но почти год назад ни ему, ни родителям Карины и в голову не пришло поехать на место аварии, чтобы отыскать пропавший телефон, и сейчас он очень об этом жалел – в нем могли храниться ответы на многие его вопросы.

Мысль пришла в голову так внезапно, что Марк удивился, как не подумал об этом раньше. Быстро собрался, схватил ключи от машины и выбежал на улицу. Морозный воздух обжег лицо, и в первую секунду Марк задохнулся от неожиданности. Он и не помнил, когда выходил из дома в последний раз, а тем временем на смену промозглой осени пришла зима. Правда, редкие морозные дни все еще сменялись слякотными неделями дождей и мокрого снега, но город уже пестрел яркими шарами, сверкал новогодними елками и переливался разноцветными гирляндами. Раньше он любил гулять по праздничным улицам, сейчас же лишь равнодушно скользнул взглядом по ярким витринам, задержавшись на мгновение дольше на окнах магазина «Пятнадцатый аркан», который единственный не был украшен к Новому году и потому казался особенно мрачным и пугающим на фоне сияющих огнями заведений.

Подавив желание зайти поздороваться с Яной, Марк сел в машину и завел двигатель. Со дня аварии, в которой погибла Карина, ее внедорожник находился на платной стоянке на окраине города. По документам автомобиль был оформлен на Марка, поэтому именно ему предстояло решить, что с ним делать дальше. Он смутно помнил, как кто-то говорил ему, что машина восстановлению не подлежит, но тогда заниматься ее утилизацией не было ни сил, ни желания, и внедорожник просто эвакуировали на стоянку, где он и находился до сих пор.

Оставив свой автомобиль у угрожающе накренившегося бетонного забора, Марк направился прямиком к металлической бытовке, в которой дежурил охранник. Тот как раз спускался по шаткой лестнице, на ходу доставая из кармана форменной куртки сигареты.

Марк поздоровался и коротко объяснил ему цель своего приезда, охранник окинул его оценивающим взглядом и задумчиво пожевал губами кончик незажженной сигареты.

– Гришку надо звать, – наконец заключил он.

– Гришку? – переспросил Марк.

– Да, парнишка в автосервисе по соседству работает. Он у нас частенько халтурит, если кому нужно быстро машинку подлатать. Руки золотые! Ты подожди, я ему наберу, он мигом все сделает.

Марк успел окончательно замерзнуть и сердито пританцовывал, пытаясь согреться, когда из-за угла, наконец, появился парень лет двадцати.

– Привет, Егорыч, – поздоровался он с охранником и протянул перемазанную машинным маслом руку Марку. – Григорий.

Марк ответил на рукопожатие и в очередной раз рассказал, зачем приехал. Гришка озадаченно почесал покрытый клочковатой щетиной подбородок и неуверенно протянул:

– Это надо смотреть. Ничего не обещаю.

Марк кивнул и, руководствуясь указаниями охранника Егорыча, повел своего нового знакомого вдоль бесконечных рядов автомобилей. Машины, не подлежащие восстановлению, стояли в самом дальнем конце участка. Еще издали Марк выхватил белое пятно смятого внедорожника, и от одного вида автомобиля, в котором погибла Карина, у него защемило сердце.

– Вот этот, – хрипло сказал он, указывая Гришке на искореженную машину.

– Да, знатно ее помотало, – пробормотал парень, обходя внедорожник со всех сторон. – Сейчас посмотрим, что можно сделать.

Он протиснулся на водительское сиденье, и Марк отвернулся. Воспоминания о том страшном дне вновь ожили и, несмотря ни на что все еще причиняли боль. Он мог сколько угодно злиться на Карину, но ни один человек не заслуживает такой мучительной и преждевременной смерти.

– Готово, – минут через сорок громко сказал Гришка. Марк за это время успел несколько раз обойти стоянку в безуспешной попытке хотя бы немного согреть онемевшие от холода ноги. – Пришлось повозиться, но чудо, конечно, что система все еще работает.

Марк подошел ближе и увидел, что мастеру удалось вернуть к жизни встроенный навигатор на приборной панели автомобиля.

– Вам что посмотреть нужно?

– Историю поездок и сохраненные адреса.

Гришка быстро стучал пальцами по экрану, ругаясь себе под нос, когда поврежденный сенсор отказывался реагировать на его команды.

– Есть! – Гришка неловко выбрался из автомобиля, освобождая место Марку. Пересилив себя, тот наклонился и протиснулся в салон внедорожника.

Карина пользовалась навигатором постоянно, сохраняя в его памяти все нужные ей адреса. Когда-то его забавляла ее привычка запускать приложение, даже если она ехала по уже давно знакомому маршруту, но Карина говорила, что с навигатором чувствует себя увереннее, и сейчас Марк мысленно благодарил ее за то, что в поездках она не любила полагаться на свою память.

Марк замер, увидев последний незавершенный маршрут – Карина следовала туда, где должна была состояться их свадьба – в усадьбу «Возрождение» в Подмосковье. Она выехала из офиса и примерно на середине пути на безлюдной дороге не справилась с управлением, машина улетела в кювет и перевернулась. Карина погибла.

Марк провел пальцем по экрану, просматривая историю ее поездок. В целом, ее передвижения ограничивались маршрутами на работу, домой, к родителям и в их новую квартиру, куда они с Кариной собирались переехать сразу после свадьбы. Незнакомые адреса Марк фотографировал на свой телефон, чтобы позже дома внимательно их изучить. Один адрес встречался чаще остальных, но Марк отметил, что за месяц до своей смерти Карина перестала ездить по этому маршруту. Он уже собирался выходить, когда в нос ударил запах вишни и жженого сахара. Марк резко выпрямился. Температура в салоне упала как будто еще на несколько градусов, он развернулся, чтобы поскорее выбраться из машины, но нога зацепилась за что-то, и ему никак не удавалось ее высвободить.

– Где ты был, когда я умирала? – шепот, казалось, раздался прямо у него в голове. Марк замер, не веря, что все происходит на самом деле. – Я истекала кровью прямо здесь, в этой машине. Она повсюду: пропитала сиденье, обивку салона, просочилась в каждую щель этой чертовой железяки. Ты чувствуешь это? Тебе нравится, когда на твоих руках кровь? Моя кровь! – последние слова она выкрикнула так громко, что Марк дернулся и больно ударился затылком об искореженную стойку автомобиля. Он снова попробовал вылезти из машины, и в момент, когда его взгляд скользнул по разбитому зеркалу заднего вида, он встретился глазами с Кариной. Она смотрела на него, не мигая, а по щекам ее текли красные слезы, оставляя неровные кровавые дорожки на неестественно бледных щеках. Марк почувствовал, как сдавило горло, он пытался сделать вдох, но ничего не выходило.

– Эй, мужик, ты как? – Гришка постучал по крыше автомобиля, заглядывая в салон.

Марк судорожно ловил ртом воздух и оглядывался в поисках Карины, которая еще мгновение назад была здесь.

– Давай помогу тебе, а то ты бледный какой-то.

Гришка протянул руку, и с его помощью Марк выбрался из машины и, опершись на капот, стоял, тяжело дыша. Парнишка подошел сзади и похлопал его по плечу:

– Сейчас полегчает. Немудрено, там вонь такая стоит. Наверное, крыса под капотом сдохла. Ты дыши, дыши.

– Спасибо, – прохрипел Марк. Голова кружилась, лоб покрылся испариной, а ноги предательски дрожали.

– Пойдем к Егорычу, он тебе пятьдесят граммов накапает, сразу отпустит.

– Нет, я за рулем, – помотал головой Марк.

– В таком состоянии не стоит вести машину, – обеспокоенно заметил Гришка.

– Все нормально, – Марк выпрямился и пошатнулся. Вовремя подоспевший Гришка подхватил его и помог удержать равновесие. – Проводи меня до моей машины, пожалуйста.

Гришка с готовностью кивнул и повел Марка к выходу со стоянки.

– Ты болеешь, что ли? – поинтересовался парень, когда за ними со скрежетом закрылись высокие металлические ворота.

– Вроде того, – уклончиво ответил Марк.

– Погано, – сочувственно протянул Гришка. – Но ты молодой, выкарабкаешься.

– Выкарабкаюсь, – мрачно согласился Марк. Он поблагодарил Гришку за помощь и не без труда забрался в свой автомобиль. С опаской глянул в зеркало заднего вида, но в машине кроме него никого не было, тогда Марк устало опустил голову на руль и закрыл глаза.

Глава 3

Яна сидела за большим круглым столом, уставившись в одну точку. Приближался День зимнего солнцестояния, но она уже которую неделю не могла заставить себя придумать традиционную праздничную композицию, которая украшала бы магазин. Вокруг стола несколько дней в беспорядке громоздились коробки со свечами, еловыми венками, разноцветными кристаллами и человеческими фигурками, скрученными из грубой мешковины, и редким покупателям приходилось лавировать между нагромождениями магических артефактов, из-за чего они бросали в сторону Яны недовольные взгляды, многозначительно цокая языком и закатывая глаза. А она же не могла отделаться от мысли, что пока любители славянских традиций, маги и эзотерики будут жечь свечи и загадывать желания, где-то Кукловод снова будет проводить свой чудовищный ритуал, лишая жизни очередную ни в чем не повинную жертву.

Поэтому она собрала все разбросанные по полу коробки и отнесла в подсобку, решив, что в этот раз никаких праздничных украшений не будет: Маргарита все равно на работе не появляется, так что некому будет упрекнуть ее в недобросовестном исполнении своих обязанностей. Возвращаясь в торговый зал, она ненадолго остановилась перед стоявшим в углу старинным зеркалом. Разглядывая себя в его покрытой мелкими трещинами поверхности, Яна отметила, что выглядит изможденной – сказывается постоянный стресс и бессонные ночи. Она протянула руку и коснулась кончиками пальцев своего отражения. За спиной мелькнула тень, но обернувшись, Яна обнаружила, что позади нее никого нет. Магазин был пуст.

Она не знала, сколько времени простояла перед зеркалом, пытаясь снова уловить то едва заметное движение, и была настолько погружена в свои мысли, что не услышала перезвон колокольчиков над входной дверью магазина.

– Есть кто живой? – голос прозвучал так неожиданно, что Яна резко отшатнулась от зеркала.

– Я здесь, – она торопливо вышла навстречу посетительнице.

У кассы стояла женщина средних лет, одетая в теплый пуховик и пушистую мохеровую шапку. В руках она нервно сжимала телефон, время от времени озабоченно поглядывая на его светящийся экран.

– Вы же Яна, правильно? – посетительница поправила съехавшую на глаза шапку и с надеждой посмотрела на девушку.

– Да, это я, – осторожно ответила она.

– Я Ольга, помощница по хозяйству Марка Владимировича, – пояснила женщина, снова переводя взгляд с Яны на темный экран мобильного. – Вы не знаете, где он может быть? Он не заходил к вам утром?

– Марк? – удивилась Яна. – Нет, я его уже несколько дней не видела. – Или недель, если уж говорить честно.

– Да что ж такое! – Ольга в отчаянии топнула ногой, и глаза ее наполнились слезами. – Думала, что вы-то наверняка знаете, куда он запропастился.

– А что случилось? Расскажите по порядку, – нервозность Ольги начала передаваться и Яне. Она подвела женщину к столу и усадила на ближайший стул.

– Марк пропал, и я нигде не могу его найти. Телефон недоступен, машины на обычном месте нет. На работе никто не знает, где он. Его помощница пытается связаться с ним с самого утра, но ни на звонки, ни на письма он не отвечает. Я надеялась, что хотя бы вы в курсе, куда он мог уехать, но раз это не так, то мне остается только звонить в полицию, – Ольга всхлипнула, и Яна осторожно положила руку ей на плечо.

– Но почему вы думаете, что с ним обязательно что-то случилось? Он мог просто поехать куда-то по делам или пойти, скажем, в кино, поэтому не отвечает на звонки.

– Да вы его видели в последнее время? – Ольга раздраженно отмахнулась от Яны. – Он же еле на ногах держится. Я его таким только после смерти Карины помню! Мне, естественно, он ничего не рассказывает, но я же вижу, что его что-то гложет. Яна, – она подняла на нее полные мольбы глаза, – он ведь только начал в себя приходить, я нарадоваться не могла! Он столько о вас рассказывал, и я решила, что опасность миновала, и Марк снова начинает жить. К нему вернулся аппетит, он стал веселым и общительным, почти таким, как раньше. А месяц назад что-то произошло. Он опять замкнулся в себе, перестал есть и почти не выходит из дома. Сегодня я, как обычно, пришла убирать, а его нет. Поначалу не придала этому значения, мало ли какие дела у Марка Владимировича, но он все не возвращался. Я позвонила ему, он не ответил, а сейчас телефон и вовсе выключен, и никто не знает, где он. Яна, я боюсь, как бы в таком состоянии он не наделал глупостей. Вы же знаете, приближается годовщина гибели его невесты, не могло ли это спровоцировать возвращение депрессии?

– Нет! Это исключено! – Яна кинулась к своей сумке и достала телефон. – Уверена, что все в порядке и вы зря тревожитесь. – На самом деле никакой уверенности она не чувствовала, прекрасно понимая, что Ольга права: Марк не из тех людей, которые исчезают, никого не предупредив. Но в этот момент телефон в ее руке разразился громкой трелью, и Яна с улыбкой продемонстрировала экран Ольге: – Видите, он сам звонит.

Но едва Яна поднесла телефон к уху, ее улыбка тут же померкла. Она нашарила на столе ручку и листок бумаги, что-то записала и, попрощавшись со звонившим, схватила сумку и торопливо натянула висевшее на спинке стула пальто.

– Что там? – Ольга наблюдала за ней, испугано прижав руки к груди.

– Марк в больнице, – коротко ответила Яна. – Я еду к нему.

Ольга всплеснула руками и принялась всхлипывать. Яна не обращала на нее никакого внимания, все мысли ее были заняты Марком. Голос звонившего звучал спокойно и уверенно, но то, что он отказался давать какие-либо объяснения по телефону, заставило воображение Яны рисовать картины одна страшнее другой. Пообещав позвонить Ольге сразу, как что-то узнает, она отправила ее домой, а сама словно во сне заперла магазин и вышла в морозную ночь.

Такси приехало быстро, но едва машина вырулила на шумный проспект, Яна поняла, что вечерний час пик еще не миновал. Всю дорогу до больницы она ерзала на пассажирском сиденье, чем заслужила не один неодобрительный взгляд от водителя. Ей даже показалось, что он вздохнул с облегчением, едва она выскочила из автомобиля и бегом помчалась к приемному отделению больницы.

– Здравствуйте, я к Яновскому, – выпалила она, подбегая к посту дежурной медсестры.

– Посещения с семи тридцати до одиннадцати тридцати, – не отрывая глаз от яркого глянцевого журнала, лениво протянула та.

– Мне позвонили и сказали, чтобы я приехала, – изо всех сил сдерживая рвущееся наружу беспокойство, сказала Яна.

– Кто позвонил? – растягивая каждое слово, произнесла медсестра, на этот раз лениво поднимая на Яну глаза, полные нескрываемого презрения.

– Я не знаю, – удивленно ответила Яна. – Сказали приехать, вот я и приехала.

– Ну, значит, уезжайте обратно и возвращайтесь в часы посещения, – медсестра снова уткнулась в журнал, всем видом показывая, что разговор окончен.

– Вы хотя бы можете мне сказать, что с ним?

– Все вопросы по телефону с часу до двух, – медсестра кивнула на стоявшую на стойке табличку с рядом цифр.

Взбешенная таким пренебрежительным отношением Яна уже готова была разразиться гневной тирадой, но ее отвлек звук шагов, эхом разносившийся по пустому коридору.

– Что здесь у нас, Леночка? – немолодой мужчина в очках с улыбкой подошел к медсестре, заботливо приобнимая ее за покатые плечи.

– Да вот, Евгений Викторович, дамочка больничный режим нарушает. Думает, раз они богачи, то могут в больницу как к себе домой в любое время дня и ночи ходить.

– Мне позвонили и сказали приехать, – снова упрямо повторила Яна.

– Ах, вы должно быть Яна? – радостно воскликнул Евгений Викторович и шагнул ей навстречу. – Это я звонил вам. Пойдемте. Леночка, – он с улыбкой повернулся к медсестре, – вы же не возражаете?

– Идите, – недовольно буркнула та, снова погружаясь в журнал.

– Что с Марком? – Выпалила Яна, когда Евгений Викторович торопливо вел ее к лифту.

– Марка Владимировича доставили на скорой пару часов назад. Его обнаружили в автомобиле без сознания. Повезло, что какой-то рабочий, проходя мимо, заметил его машину и решил поинтересоваться у водителя, все ли в порядке. Место там довольно безлюдное, если бы не этот парнишка, последствия могли быть гораздо более трагическими. – Врач бросил на Яну осторожный взгляд. – Сейчас жизни Марка Владимировича ничего не угрожает. Мы взяли у него анализы, результаты будут утром. Сделали МРТ, но на снимках ничего не обнаружили. Так что пока причины его обморока неясны. Правда, он сильно истощен и, судя по всему, испытывает затяжной стресс. Если к утру не поднимется температура и анализы будут в норме, из больницы мы его выпишем, но я настоятельно рекомендую вам следить за состоянием здоровья супруга. Он должен полноценно питаться, заниматься спортом и соблюдать баланс между работой и отдыхом.

Яна машинально кивала, все еще совершенно сбитая с толку.

– Когда Марк Владимирович пришел в себя, попросил позвонить вам. Сейчас он, скорее всего, уже спит, но вы можете побыть с ним. – Врач распахнул дверь палаты, пропуская Яну внутрь. – С Леночкой я договорюсь.

Марк лежал на больничной койке, до подбородка укрытый тонким одеялом. Тусклый свет, падавший из коридора, выхватывал из темноты его бледное лицо с заострившимися чертами. Яна не видела Марка месяц, и теперь то, как он похудел и осунулся, бросалось в глаза особенно сильно. Сердце болезненно сжалось, и на глаза навернулись слезы, которые она торопливо вытерла рукавом. За ее спиной с тихим шорохом закрылась дверь – Евгений Викторович тактично удалился.

Яна подошла к кровати и села на стоявший возле нее стул. Не удержавшись, накрыла своей ладонью лежащую поверх одеяла холодную руку Марка. От ее прикосновения он вздрогнул и открыл глаза.

– Прости, не хотела тебя разбудить, – прошептала Яна.

– Прости, что пришлось тебя потревожить, – он слабо улыбнулся. – Когда меня спросили, кому позвонить, ты была единственной, о ком я подумал. Не стоило мне тебя беспокоить, – Марк попытался сесть, но Яна его остановила, и он послушно опустился обратно на подушку.

– Что произошло?

– Не знаю, – Марк тяжело вздохнул и отвел глаза, – помню, что сел в машину и все, дальше – провал. Очнулся, когда меня уже везли на скорой в больницу.

– Ольга подняла тревогу, хотела звонить в полицию, чтобы тебя начали разыскивать.

– Нужно сказать ей, что со мной все в порядке, – Марк снова попытался сесть, чтобы дотянуться до телефона.

– Я отправила ей сообщение, – Яна поспешила его успокоить, – и она взяла с меня обещание, что я не отойду от тебя ни на шаг, так что придется тебе терпеть мое общество до самого утра.

– Как-нибудь справлюсь, – улыбнулся Марк. – Но, Яна, – уже серьезно добавил он, – ты не обязана быть здесь со мной. Я в порядке, правда, просто устал. Месяц выдался тяжелым, – Марк слабо сжал ее руку. – Здесь замечательные врачи и внимательные медсестры, они прекрасно обо мне позаботятся. Так что поезжай домой и отдыхай. И еще раз прости, что побеспокоил.

– Ну уж нет, – Яна с трудом проглотила стоявший в горле ком, – так просто ты от меня не отделаешься. Я хочу быть уверена в том, что ты снова не окажешься морозной ночью на каком-нибудь пустыре.

– Кстати об этом, – Марк протер глаза, безуспешно пытаясь прогнать сонливость, – мне удалось извлечь из навигатора, встроенного в машину Карины, адреса, по которым она ездила чаще всего. Мне кажется, среди них вполне может оказаться тот, где живет нужная нам ведьма.

– Давай сейчас не будем об этом, – Яна наклонилась ближе и нежно погладила его по щеке, – тебе нужно отдохнуть.

– Я не смогу уснуть, зная, что ты всю ночь будешь мучиться, сидя на этом неудобном стуле.

– Тогда подвинься, чтобы я тоже могла прилечь, – Яна шутливо толкнула его в бок.

Марк не улыбнулся. Он внимательно смотрел на Яну несколько долгих секунд, но все же немного сдвинулся в сторону, освобождая для нее место. Она скинула сапоги и легла на узкую кровать, обнимая Марка одной рукой. Яна чувствовала, как быстро бьется его сердце, и надеялась, что он не заметит, как сильно стучит ее собственное. Она старалась успокоиться, медленно вдыхая пропитанный запахом лекарств и антисептика воздух. Уже засыпая, она почувствовала, что к больничным запахам примешивается такой знакомый ей аромат вишни и жженого сахара.

Глава 4

Яна открыла глаза и в первую секунду не поняла, где находится. Ее рука свисала с узкой койки, упираясь в металлическую стойку для капельниц, над головой гудели и попискивали какие-то аппараты, а спиной она ощущала размеренное дыхание Марка. Он крепко прижимал ее к себе во сне, и она позволила себе еще немного насладиться исходящим от него теплом, прежде чем снова начнет убеждать себя в том, что ничего, кроме дружеских чувств, к нему не испытывает. Вчера по дороге в больницу она ясно поняла, что иллюзорное желание самостоятельно выбирать свою судьбу сыграло с ней злую шутку. Она могла разорвать связь между ними, но любовь, которая жила в ее сердце, никуда не делась, потому что была искренней и настоящей, а не являлась следствием договора, заключенного их душами, как она считала. Вслушиваясь в спокойное дыхание Марка, она размышляла о том, насколько все-таки была права Степанида, говоря, что Яна совершила ошибку, отказавшись от любви.

Марк зашевелился, и Яна тут же выскользнула из его объятий, усаживаясь на край больничной койки.

– Доброе утро, – сонно пробормотал он, приподнимаясь на локте.

– Доброе, – нарочито весело ответила Яна. Она сидела к нему спиной и отчаянно пыталась пригладить растрепавшиеся волосы, но те упрямо отказывались собираться хоть в какое-то подобие прически.

– Как ни странно, чувствую себя отдохнувшим и полным сил, – потягиваясь, заметил Марк. Казалось то, что они провели ночь в объятиях друг друга, нисколько его не смутило.

– Я тоже, – улыбнулась Яна, поворачиваясь к нему. – Впервые за долгое время мне не снились кошмары.

– Аналогично. Яна, – Марк осторожно коснулся ее руки, – спасибо, что была рядом. Я знаю, как тебе непросто находиться со мной, и потому вдвойне ценю то, что ты для меня сделала.

Яна не успела ничего ответить, потому что в палату ворвалась шумная и суетливая медсестра. Она торопливо начала измерять Марку давление, температуру, параллельно рассказывая о предстоящих ему процедурах. Чтобы не мешать, Яна вышла в коридор и побрела к автомату с кофе и шоколадками в дальнем его конце. Потягивая приторно-сладкий капучино, она наблюдала за тем, как снуют из палаты в палату медсестры, медленно тянутся на завтрак больные, что-то живо обсуждают, зарывшись в бумаги, интерны. Мимо пробежал лечащий врач Марка, но заметив Яну, притормозил и развернулся к ней.

– Здравствуйте! А я как раз направляюсь к Марку, – с улыбкой приветствовал он Яну. – Все анализы в норме, как я и предполагал. Думаю, нет смысла держать его в больнице дольше, но настоятельно рекомендую вам обратить внимание на его образ жизни. Затяжной стресс не лучшим образом сказывается на его моральном и физическом состоянии. Но пара недель отдыха на теплом побережье вернут ему силы и бодрость духа.

– То есть он вчера потерял сознание просто из-за того, что устал? – Яна недоверчиво смотрела на врача.

– Видите ли, Яна, – Евгений Викторович пристроился на узком подоконнике рядом с ней, – мы часто не замечаем, насколько постоянный стресс и нервное напряжение подтачивают здоровье наших близких. Марк Владимирович молодой сильный мужчина, но работа в режиме нон-стоп еще никому не шла на пользу.

– И вы уверены, что все дело только в этом?

– Абсолютно, – врач оттолкнулся от подоконника и повернулся к Яне, – выписные документы будут готовы через час, а до этого времени проследите, пожалуйста, чтобы ваш супруг хорошо позавтракал. И подумайте над моими словами: хороший отдых для Марка Владимировича сейчас жизненно необходим.

Яна слабо улыбнулась и, выбросив в урну недопитый кофе, пошла в столовую за порцией сероватой овсянки для Марка.

– Дорогой супруг, устраивайся поудобнее, я принесла тебе восхитительные деликатесы, – сказала Яна, пристраивая поднос с тарелками на шаткий столик у кровати. Марк удивленно смотрел на нее, и она, смутившись, объяснила: – В больнице все думают, что мы женаты. Я не стала их разубеждать, поскольку сомневаюсь, что в таком случае мне бы разрешили остаться здесь на ночь.

– Дорогая жена, – Марк с сомнением окинул принесенную Яной еду, – очень надеюсь, что это приготовила не ты.

– Разумеется, нет, – рассмеялась Яна, – до таких кулинарных высот мне еще далеко.

Марк улыбнулся и без энтузиазма ковырнул успевшую покрыться неаппетитной пленкой кашу.

– В моем телефоне сохранены адреса из навигатора Карины, если хочешь, можешь посмотреть, пока я наслаждаюсь изысканными яствами, – сказал Марк и, поморщившись, отправил в рот еще одну ложку остывшей овсянки.

Яна кивнула и принялась перелистывать сделанные накануне фотографии.

– Это не адрес Маргариты, – разочарованно сказала она, дойдя до регулярно повторяющегося маршрута.

– Тоже думала, что именно она наша ведьма?

– Да, – кивнула Яна. – Слишком много странностей связано с ней. К тому же она пропала, и уже месяц я никак не могу с ней связаться. Телефон выключен, дома ее нет, в магазине она не появляется, хотя все счета оплачиваются регулярно.

– Любопытно. Выходит, после нашего последнего разговора вы больше не встречались?

– Нет, – Яна помотала головой. – Я каждый день прихожу на работу, надеясь, что она окажется там, но все зря. Однажды она уже исчезала, а потом появилась для того, чтобы рассказать мне о том, что твоя покойная невеста подпитывается моими силами и жаждет занять мое место. Поэтому очередного ее возвращения я жду со страхом.

При упоминании Карины Марк поморщился.

– Я знаю, что должна стать частью какого-то ее плана, и меня это пугает, – продолжала Яна, не обратив внимания на его реакцию. – В последнее время меня мучают кошмары, и мне кажется, что их причина кроется не только в том, что мы пытаемся вычислить убийцу, но и в том, что я нахожусь в постоянном напряжении, стараясь разгадать замысел Маргариты.

– Может, тебе лучше бросить все и уехать? – Марк отложил ложку и с надеждой посмотрел ей в глаза, – Яна, ты ведь не обязана всем этим заниматься. Кулешов – профессионал, у него на руках достаточно данных, чтобы самостоятельно вести расследование. Уверен, что он рано или поздно отыщет убийцу и выведет Маргариту на чистую воду.

– Нет, я не смогу, – вздохнула Яна. – Мы должны разобраться с Маргаритой, Кариной, маньяком, убивающим девушек… У нас недостаточно доказательств, но я чувствую, что все они как-то связаны, и неслучайно именно я оказалась втянутой во все это.

– Я боюсь за тебя.

– Мне тоже страшно, – призналась Яна. – Но, как сказала одна моя новая знакомая, рано или поздно придется посмотреть своему страху в глаза. Я и так слишком долго отказывалась принимать то, что со мной происходит, и, как видишь, ни к чему хорошему это не привело. – Она с тоской посмотрела на Марка. – Если бы не я, ты бы не оказался на больничной койке.

– Яна, – нарочито бодро сказал Марк, – твоей вины в этом нет. Врач сказал, что это все из-за стресса. Я и впрямь слишком много работал в последнее время, мало спал и иногда забывал поесть, но обещаю, что исправлюсь.

– Я беспокоюсь, что твое плохое самочувствие может быть вызвано тем, что Карина подпитывается твоей энергией. Мы ведь знали, что она теперь связана с тобой напрямую, но я не думала, что твое состояние будет ухудшаться настолько быстро.

– Нет, – Марк старался, чтобы его голос звучал уверенно, – она уже месяц никак себя не проявляет, не наводит на меня морок и не насылает кошмаров. Кто знает, может, она успокоилась и скоро добровольно покинет наш мир?

– Сомневаюсь, – задумчиво сказала Яна, но после его слов ее плечи заметно расслабились, – в любом случае, мне кажется, пришло время ее отпустить. Я обязательно найду способ снять приворот и помогу ее душе перейти дальше.

Марк благодарно сжал ее руку:

– Не думай пока об этом, сейчас у нас есть дела поважнее.

За дверью послышался чей-то громкий смех. Яна не обратила на него никакого внимания, а Марк сразу напрягся – голос Карины он узнал бы из тысячи.

Яна стояла у окна и наблюдала за тем, как робкие снежинки опускаются в бурую московскую грязь. Они с Марком вернулись из больницы уже час назад, и Яна оставила Ольгу хлопотать вокруг него. Судя по витавшему в его квартире запаху пирожков, рекомендации врача по поводу питания его помощница восприняла крайне серьезно. Ольга и Яну пыталась усадить за стол, но та, сославшись на срочные дела, пошла к себе, чтобы немного привести мысли в порядок. Слова врача о том, что состояние Марка улучшится, как только он начнет меньше работать и больше отдыхать, Яну не успокоили. Она и сама не раз слышала точно такие же рекомендации и прекрасно понимала, что до тех пор, пока рядом с живым человеком находится душа покойника, никакой отпуск не поможет. Поэтому нужно поскорее разорвать связь между Марком и Кариной.

Краем глаза она отметила движение слева от себя, но упрямо делала вид, что не замечает появления старухи.

– И долго ты будешь меня игнорировать? – не выдержав, просипела Степанида.

Яна тяжело вздохнула, но головы так и не повернула.

– А я думала, ты хочешь избавиться от покойницы, которую оставила в этом мире, – издевательски протянула старуха.

– Я оставила? – Яна резко развернулась и возмущенно уставилась на Степаниду. – Напомню, что покойная невеста Марка высасывала из меня силы без моего ведома! Или ты думаешь, я бы согласилась подпитывать ее добровольно?

– Поэтому не придумала ничего лучше, чем разорвать связь с родственной душой, – укоризненно цокнула языком старуха.

– Тогда мне казалось, что я все делаю правильно, – оправдывалась Яна.

– А сейчас? Что ты чувствуешь сейчас?

Яна снова отвернулась и молча уставилась в окно.

– Это не имеет значения, – наконец сказала она.

– Все имеет значение. Все слова, мысли, поступки, чувства – все важно. Ты, не подумав, расторгла договор, заключенный вашими душами, и тем самым все только усложнила.

– Но ты сказала, что мы можем все исправить.

– Если успеем.

– В каком смысле? – Яна сразу почувствовала недоброе.

– Видишь ли, разорвав связь с родственной душой, ты подписала ему смертный приговор.

– Что? – Яна снова повернулась к старухе и смотрела на нее расширившимися от ужаса глазами.

– Я думала, ты знаешь, – как ни в чем не бывало продолжала она. – Вы были связаны, все трое: ты, он и покойница. Когда ты разорвала связь, остались только он и мертвая невеста, которая теперь тянет его за собой в могилу. Раньше в этом мире его удерживала твоя душа, она подпитывала его, давая возможность сопротивляться наложенному на Марка привороту. Видишь ли, магическая привязка оказывает гораздо более разрушительное действие на человека, нежели простое соседство с призраком. Сейчас у его души нет якоря, который удерживал бы его в мире живых, так что, боюсь, Марк обречен.

– Как обречен? – Яна почувствовала, как у нее подгибаются колени.

– Я бы могла сказать, что в следующей жизни вы справились бы лучше, но… – старуха демонстративно развела руками, – скорее всего, вы больше не встретитесь.

– Нет! – Яна отчаянно замотала головой, отказываясь верить в то, что только что сказала Степанида. – Этого нельзя допустить. Марк должен жить! Я могу попробовать восстановить связь между нами, заключить новый договор, снять приворот в конце концов! Я обязана его спасти!

– Обещать ничего не могу. Ты сама видела, в каком он состоянии. Как бы он ни пытался убедить тебя в том, что во всем виноват стресс и накопившаяся работа, в глубине души ты знаешь, что это не так.

– Слушай, – Яна подошла к старухе вплотную, – я сделаю что угодно. Стану такой ученицей, о которой ты не смела и мечтать, только, пожалуйста, умоляю, помоги мне спасти его!

– Ладно, – старуха хитро прищурилась, – для начала нам нужно выяснить, какой приворот она использовала.

– И как это узнать?

– Думай, – старуха пожала плечами.

– Да ты издеваешься? – Яна почти кричала.

В дверь настойчиво постучали, и через мгновение до Яны донесся голос соседки Аллы:

– Яна, у тебя все в порядке?

– Да, все хорошо. По телефону разговаривала. Извините, что громко. – Яна никак не могла привыкнуть к тому, что старуху видит и слышит только она, поэтому для окружающих ее беседы с самой собой могли показаться странными.

За дверью раздалось нечленораздельное мычание, но по интонации Яна догадалась, что участившиеся в последнее время эмоциональные «телефонные разговоры» стали порядком раздражать соседей по коммунальной квартире. Вслушиваясь в удаляющиеся шаги Аллы, Яна повернулась к стулу, на котором сидела старуха, но той уже не было. Исчезла. Как всегда не вовремя.

Глава 5

Запах вишни и жженого сахара щекотал ноздри. Марк открыл окно, впуская в кабинет свежий воздух, но избавиться от приторного аромата никак не удавалось. Казалось, что он пропитал всю мебель, въелся в стены и просачивался сквозь щели между старых скрипучих половиц.

Ольга, хлопотавшая вокруг него все утро, наконец ушла, оставив его в одиночестве. Вчерашний день стал для Марка предупреждением: время на исходе. Он надеялся, что ему удалось успокоить Яну, хотя сам прекрасно понимал, что дни его в этом мире сочтены, поэтому нужно спешить: он не сможет умереть, пока не будет уверен, что Яна не будет в безопасности.

Марк посмотрел на мигающий огонек на экране телефона. По дороге из больницы он отправил Кулешову предполагаемый адрес ведьмы, и тот пообещал выяснить все, что получится. Решив, что не будет тратить время на переписку, Марк набрал номер майора и стал ждать ответа.

– Яновский, ты же вроде представитель поколения, которое использует телефон исключительно для переписки, почему же ты мне постоянно названиваешь? – раздался в трубке веселый голос Кулешова.

– Хотел услышать твой голос, – усмехнулся Марк.

– Тогда устраивайся поудобнее и наслаждайся, – хохотнул майор, но тут же посерьезнел: – вообще, конечно, странная история с этим адресом. Несколько месяцев назад здание было продано, новый собственник сейчас делает там ремонт, планирует открыть салон красоты. Предыдущим владельцем была фирма «Авант», которая закрылась аккурат после завершения сделки по продаже.

– Но в этом же нет ничего подозрительного, – заметил Марк.

– Конечно, потому, что ты со своим ценным комментарием влез на самом интересном месте, – съязвил Кулешов. – ООО «Авант» осуществляло деятельность по предоставлению персональных услуг, каких именно не уточняется. По налогам все чисто, не подкопаешься.

– Но? – подтолкнул его Марк.

– …но владелец фирмы понятия не имел, что несколько лет был владельцем бизнеса.

– Это как?

– А вот так. Более того, дед – тяжелый инвалид, лежачий. Я связался с его родственниками, они ни о какой фирме слыхом не слыхивали. Его семья понятия не имеет, кто и как мог открыть на его имя компанию и какие делишки там проворачивались.

– Интересно, – задумчиво протянул Марк. – Я так понимаю, что отзывов в интернете тоже нет?

– Верно, – мрачно заметил Кулешов. – Но есть одно любопытное совпадение.

– Какое?

– Одновременно с закрытием ООО «Авант» было открыто ООО «Пятнадцатый аркан», владелицей которого является хорошо нам знакомая Литвинова Маргарита Андреевна.

– Совпадение?

– Не думаю. Видишь ли, деятельность по предоставлению прочих персональных услуг как раз и может включать в себя работу гадалок, магов и экстрасенсов. Те, кто хотят легализоваться, пользуются именно этой формулировкой, поскольку наше законодательство напрямую их деятельность не запрещает, а значит – разрешает. Вот такой вот фокус. Так что, вероятно, ты прав, по этому адресу действительно могла принимать ведьма, но кто она и где ее искать сейчас, нам по-прежнему неизвестно.

– Тупик, – заключил Марк.

– Чем дольше я работаю над этим делом, тем сильнее убеждаюсь в том, что за преступлениями стоит кто-то очень влиятельный. Убийства совершались в разных точках страны, почти все – «глухари». Пока мы знаем имена только двух преступников, и то исключительно потому, что сами их и поймали. Правда, оба убийцы, скорее всего, будут признаны невменяемыми и отправлены на принудительное лечение, а в протоколах допросов в данный момент по какой-то причине нет никаких указаний на то, что у них были сообщники или кураторы. Даже упоминание о ведьме, которая подсказала Арсению ритуал воскрешения, чудесным образом испарилось из материалов дела. А я, как ты понимаешь, передал следствию всю информацию.

– Все выглядит так, будто кто-то очень хочет замять эти преступления.

– Именно. И, разумеется, связать два последних убийства никому не пришло в голову, поскольку ни жертвы, ни убийцы не имеют между собой ничего общего.

– Кроме того, что оба они проводили ритуал.

– Да, но в деле об этом говорится только в контексте того, что убийца был не в себе, – вздохнул Кулешов. – Яна считает, что двадцать первого декабря будет еще одно убийство, – добавил он после паузы. – Это День зимнего солнцестояния, в прошлом году в эту же дату погибла Анна Некрасова, студентка. Все выглядело так, будто она покончила жизнь самоубийством – выбросилась из окна одиннадцатого этажа. Судя по показаниям свидетелей, девушка увлекалась магией и эзотерикой, поэтому начерченная на полу ее комнаты пентаграмма и оплавившиеся свечи, не натолкнули следствие на мысль, что девушка могла стать жертвой убийства. Честно говоря, если бы ее адрес не фигурировал в списке твоей невесты, я бы тоже не связал ее смерть с серией ритуальных убийств.

– Пока она единственная девушка, которая погибла не в лесу и не на безлюдном пустыре, а в собственной квартире, – заметил Марк.

– И может оказаться, что ее смерть вообще не связана с нашей серией, – согласился Кулешов.

– Или Яна все-таки права, и девушка на самом деле стала жертвой смертельного ритуала, но раз в отчете ничего не сказано про следы борьбы, это может значить лишь одно: она знала убийцу и впустила его в дом добровольно.

– Не знаю, – с сомнением протянул Кулешов. – Слишком много допущений: могла знать убийцу, а могла и не знать, могла стать жертвой ритуала, а могла пытаться самостоятельно вызвать в своей комнате демона… Не забывай, что девчонка интересовалась всей этой магической темой.

– В любом случае предлагаю проверить эту версию, – твердо сказал Марк. – Я могу съездить завтра к ее дому, попробую расспросить соседей, вдруг кто-то что-то видел.

– Только без глупостей, Яновский, – предупредил Кулешов. – Помни, что официального расследования нет, ты лицо гражданское и не имеешь права никого допрашивать.

– Майор, я взрослый человек, – Марк закатил глаза, – скажу, что блогер, снимаю сюжет о загадочных смертях.

– Да кто ж тебе поверит? – рассмеялся Кулешов. – Яновский, у тебя на лице написано, что ты богатый московский мажор.

– Таким меня считаешь только ты, – усмехнулся Марк, – и сильно заблуждаешься.

– Ладно, – сдался майор, – но постарайся действовать аккуратно.

– Обещаю, – сказал Марк и сбросил вызов.

Кулешов, очевидно, недостаточно верил в актерские способности Марка, потому что убедил Яну поехать к дому Анны Некрасовой вместе с ним.

– Интересно, почему этот дом оказался в списке Карины? – поинтересовался Марк, разглядывая обычную серую многоэтажку. – На первый взгляд дом как дом в типичном спальном районе.

– Да, – кивнула Яна, – но дело в том, что на месте этого и нескольких соседних домов раньше было большое деревенское кладбище.

– Но в списке только этот адрес, – Марк вопросительно посмотрел на Яну.

– Мне удалось найти старые карты и наложить их на план современной застройки, и оказалось, что этот дом стоит чуть в стороне, на самой границе старого кладбища.

– А за границей кладбища хоронили утопленников и самоубийц, – догадался Марк.

– Именно. Поговаривают, что их неупокоенные души все еще здесь. Я читала, что жильцы этого дома постоянно жалуются на странные звуки, шорохи и скрипы. А еще в этом доме довольно часто происходят загадочные смерти.

– Как в случае с Анной Некрасовой? – уточнил Марк.

– Да, но я уверена, что ее смерть никак не связана с присутствием здесь призраков утопленников и самоубийц. Ее убили, и убийца все еще на свободе.

– Тогда пойдем попробуем его отыскать, – Марк вышел из машины и помог выбраться Яне.

Уже темнело, и с неба сыпалась мелкая ледяная крупа, которую сильные порывы ветра яростно бросали прямо в лицо. Яна поежилась и накинула капюшон, жалея, что нельзя его затянуть так, чтобы остались видны одни лишь глаза. Марк стоял рядом с ней в легком пальто, на его волосах оседали крупинки снега, а он как будто не чувствовал холода.

– На Новый год подарю тебе шапку и шарф, – сказала Яна, поднимая на него глаза.

– Я в порядке, – улыбнулся Марк. – Но ты права, в такую погоду, пожалуй, глупо надеяться встретить кого-нибудь на улице.

– Думаешь, мы зря приехали? – с надеждой спросила Яна, желая как можно скорее снова оказаться в теплом салоне автомобиля.

– Разумеется, нет, – улыбка Марка стала еще шире. – Яна, вспомни себя студенткой. Неужели ты проводила все вечера дома?

– Нет, – Яна смутилась. – Чаще всего я по вечерам занималась у Лики, либо сидела в университетской библиотеке до закрытия.

– Ты не ходила в кафе и клубы? – удивился Марк.

– У меня не было денег, – Яна пожала плечами. – Но я знаю, что многие подростки в нашем районе собирались в дешевой пивной или в гараже, который принадлежал отцу одного из соседских ребят.

– Так, гаражей здесь я не наблюдаю, – Марк внимательно смотрел по сторонам, пока они шли между рядами однотипных домов, – но, похоже, вон там, – он указал в сторону темнеющего леса, – стоит какая-то заброшка.

От ледяного ветра слезились глаза, и Яна с трудом различала в темноте силуэт невысокого недостроенного здания. В одном из темнеющих окон мелькнул огонек, как будто кто-то чиркнул зажигалкой.

– Похоже, ты прав, – удивленно сказала она и потянула Марка в сторону леса.

– Не спеши, – он уверенно перехватил ее руку, – мы же не можем заявиться к подросткам с пустыми руками, они даже разговаривать с нами не станут.

– И что ты предлагаешь?

– Сюда, – Марк подтолкнул ее к магазину с красно-белой вывеской.

– Я не позволю покупать детям алкоголь, – твердо сказала Яна, когда они остановились перед длинным стеллажом с напитками.

– И в мыслях не было, – невинно взглянул на нее Марк. – Газировка и чипсы подойдут?

– Не самая полезная еда, – скривилась Яна.

– Согласен, но на яблоки и зерновые батончики нам вряд ли удастся выменять много информации.

Яна не могла не признать его правоту и со вздохом кивнула.

Еще на подходе к заброшенному зданию они услышали громкий взрыв смеха. Марк подал Яне руку, помогая перебраться через груду битых кирпичей.

– Держись за меня, здесь может быть опасно, – тихо сказал он, и Яна крепче вцепилась в его руку. Запах пыли и сырости щекотал нос, и, не удержавшись, она громко чихнула. Смех тут же стих, и в наступившей тишине послышались чьи-то тихие осторожные шаги.

Марк вышел вперед, заслоняя собой Яну. В темноте они видели пляшущий луч фонарика, который обшаривал стены, медленно приближаясь к ним.

– Есть тут кто? – Судя по голосу, говорившему не было и двадцати.

– Мы пришли с миром, – выкрикнул Марк и для чего-то поднял руки, с трудом удерживая в одной из них тяжелый пакет.

– Дядь, здесь занято, – из темноты появился щуплый паренек в безразмерной куртке.

– Мы ищем друзей Анны Некрасовой, девушки, погибшей в прошлом году.

– Копы, что ли? – парень заметно напрягся и отступил, готовый броситься наутек в любой момент.

– Нет, – Марк поморщился, услышав иностранное обращение к сотрудникам полиции, и живо представил себе выражение лица Кулешова, если бы подросток посмел так назвать майора, – мы блогеры.

– А не староват ты для блогера? – осклабился наглец.

– Не знал, что в этой профессии есть ограничения по возрасту, – невозмутимо ответил Марк.

– А в пакете что? – парень кивнул на пакет.

– Еда и напитки.

– Напитки говоришь…– в темноте глаза парня жадно блеснули, – ну пойдем, познакомлю вас с остальными. – Меня Кос зовут, если что.

– Я Марк, а это Яна, – она выглянула из-за его спины и приветливо помахала.

– А отчество? – нахмурился подросток.

– Имени будет достаточно, – подавив страдальческий вздох, ответил Марк.

Кос окинул его недоверчивым взглядом, развернулся и, ловко проскочив через провал в стене, скрылся из виду. После секундного колебания Марк и Яна последовали за ним.

За очередным поворотом Кос остановился, дожидаясь, пока они его нагонят, а потом не спеша направился по коридору туда, где мерцал огонь.

– Ребят, – громко сказал он, заходя в тесную комнату, – у нас гости.

Как по команде несколько человек, расположившихся вокруг импровизированного стола, заставленного бутылками и заваленного упаковками от чипсов и шоколадных батончиков, вскочили на ноги, настороженно глядя на Яну и Марка.

– Спокойно, – скомандовал Кос, – это блогеры. Хотят о самоубийстве Аньки узнать.

– Не будем мы вам ничего рассказывать, валите отсюда, – выкрикнула густо накрашенная девица. Ее черные волосы свисали у лица грязными сосульками, отчего она напоминала героиню из фильма ужасов.

– Да не кипятись, Мах, – стоявший рядом лысый парень в черной толстовке и такой же безразмерной, как у Коса куртке, схватил ее за руку, возвращая на место. – Что узнать хотели? – с вызовом спросил он, глядя на Марка и Яну.

– Для начала, добрый вечер, – спокойно сказал Марк, смахивая со стола бутылки и обертки и расставляя на освободившемся месте закуски и напитки из пакета. Подростки все это время с любопытством наблюдали за ним.

– Дядь, на улице холод собачий, а ты нам ледяную газировку принес. Ты нормальный вообще? – хохотнул Лысый, тем не менее хватая со стола банку и делая жадный глоток.

– Простите, горячего чая не было, – сказал Марк, присаживаясь на перевернутый деревянный ящик. Яна пристроилась рядом, с любопытством разглядывая собравшихся.

– Чая? – Лысый громко расхохотался и закашлялся, подавившись газировкой. – Ну ты и сказанул!

– Так зачем вам про Аньку знать? – Маху угощения нисколько не заинтересовали, она все так же буравила испепеляющим взглядом Марка.

– Есть подозрение, что ее смерть носила насильственный характер, – осторожно сказал Марк.

– Я уже год всем это твержу! – яростно выкрикнула Маха, а потом ко всеобщему удивлению громко всхлипнула. – Мы с Анькой лучшими подругами были. Она бы никогда из окна не шагнула добровольно! Никогда!

Яна потянулась и накрыла руку девушки своей. Та дернулась, но не отстранилась.

– Расскажите нам, что произошло? Что заставляет вас думать, что Анна не добровольно ушла из жизни, – спокойно спросила она, глядя девушке в глаза.

– Родители Аньки в тот день уезжали, поэтому мы договорились с ней устроить девичник: накупить еды и всю ночь смотреть ужастики. Я звонила ей перед выходом из дома, спрашивала, что принести. Пока разговаривали, к ней кто-то пришел, я слышала в трубке звонок в дверь. Она попрощалась со мной и пошла открывать. Я не знаю, кто это был, она не сказала, но, когда через час я пришла к ней, дома ее уже не было. Простояла полчаса на морозе, звонила в домофон и на мобильный, но она не отвечала. Я так разозлилась на нее, решила, что кинула меня ради хмыря своего, а утром узнала, что Анька умерла. Выбросилась из окна.

– Вы говорили об этом полиции? – мягко спросила Яна.

– Да, но они как будто не хотели слушать. Сказали, что Анька была в депрессии, увлекалась сатанизмом, а значит, имела проблемы с психикой, вот и решила в какой-то момент свести счеты с жизнью. Но не было у нее никакой депрессии, понимаете?

Глаза Махи горели лихорадочным огнем, ее заметно трясло, поэтому сидевший рядом Лысый стащил с себя куртку и набросил на плечи девушки. Та благодарно взглянула на него и плотнее закуталась в пуховик.

– А про какого «хмыря» вы говорили? – подал голос Марк.

– Ой, это такой дебил, – простонал Кос. Он стоял чуть в стороне, привалившись плечом к стене. – Появился здесь года полтора назад. Он вообще не из нашего района, ошивался какое-то время возле местного колледжа. Я его сразу приметил, потому что он странный очень: тощий, бледный, патлы сальные свисают – чудик, в общем.

Марк окинул взглядом компанию, которая в его понимании тоже полностью соответствовала этому описанию, за тем исключением, что один из ее членов был лысым, но промолчал.

– Взгляд у него был странный, – продолжал Кос, – как у хищника. Я, когда его в первый раз увидел, решил, что маньяк какой-то, жертву выискивает. Но он вроде вел себя тихо, ни к кому не приставал, поэтому я через некоторое время перестал на него внимание обращать. А потом Анька привела его к нам.

– Как его звали? – напрягся Марк.

– Черный.

– Черный?

– Ну да, погоняло такое.

– А настоящее имя?

– Да откуда я знаю? Мы с ним не особенно общались, терпели только ради Аньки.

– Она с ним встречалась? – поинтересовалась Яна.

– Нет, – хрипло сказала Маха. – Он преследовал ее. Сначала она отшучивалась, говорила, что он слишком навязчивый, а потом стала бояться. Он задвигал ей какие-то стремные темы про вечную жизнь и воскрешение из мертвых.

Как по команде Яна и Марк подались вперед, жадно ловя каждое слово девушки.

– А можно поподробнее? – попросил Марк.

– Да я не знаю ничего! – всхлипнула Маха. – Мы сначала между собой с Анькой смеялись над ним, а потом она вообще отказывалась о нем говорить, потому что Черный пугал ее до жути. Мне кажется, она и меня тогда позвала к себе ночевать, потому что боялась оставаться одна. Нужно было сказать ей, чтобы не открывала дверь и дождалась меня, – Маха уже рыдала, а Лысый крепко прижимал ее к себе успокаивая.

– Думаете, это был он? – после долгой паузы задала вопрос Яна.

– Уверена, – девушка вытерла рукавом слезы, размазывая по щекам тушь. – Он ее и выбросил из окна, потому что она ему отказала. Менты не стали меня слушать, но мы выяснили, что незадолго до того, как он здесь объявился, его девушка погибла. Вроде как изменяла ему с другим, вот он и свихнулся, когда Анька тоже не захотела с ним встречаться.

– Откуда вы знаете про смерть его бывшей девушки? – Марк переводил взгляд с Махи на Лысого в ожидании ответа. Те взволнованно переглянулись, после чего парень, тяжело сглотнув, сказал:

– После похорон Аньки мы поняли, что менты расследовать ее смерть не будут. Они решили, что она поехала кукухой и сама сиганула из окна одиннадцатого этажа. Но мы-то все знали. Черный после ее смерти исчез и в нашем районе не появлялся, но мы его разыскали. Точнее, не его, а его приятеля. Он сказал, что Черный в дурке. Якобы у него случился нервный срыв, и родители отправили его на лечение. А через некоторое время этот приятель позвонил и сказал, что Черный умер. Повесился в палате.

– А телефон приятеля у тебя сохранился? – прищурился Марк.

– Дядь, – Лысый весело улыбнулся, – у вас, блогеров, денег куры не клюют, а мы бедные студенты местного колледжа, сечешь?

Марк ухмыльнулся, прекрасно поняв намек, и выложил на стол три купюры. Лысый удовлетворенно хмыкнул, достал из заднего кармана джинсов телефон и продиктовал номер.

– Последний вопрос, – сказала Яна, поднимаясь на ноги, – полиция сказала, что в комнате Анны была начерчена пентаграмма. Вы практиковали какие-нибудь вызовы или что-то в этом роде?

Маха яростно замотала головой:

– Невозможно. Вы не смотрите, что мы одеваемся так мрачно, на самом деле мы не сатанисты и не чернокнижники. Анька вообще всей этой темы боялась, поэтому и шарахалась от Черного, когда он начал ей тему про ритуалы задвигать. Не было у нее в комнате никакой пентаграммы, а если и была, то начертила ее не она, а тот, кто ее убил.

Глава 6

– Алло, – голос звучал сдавленно и приглушенно, как будто говоривший прикрывал телефон рукой.

– Андрей? – на всякий случай уточнил Марк, не уверенный в том, что на другом конце трубки нужный ему человек.

– Подождите секунду, я в коридор выйду, – прозвучало уже чуть громче.

В трубке послышался шорох и скрип закрывающейся двери.

– Да, слушаю.

– Андрей, меня зовут Марк, я оставлял вам сообщение…

– Я помню, – перебил его собеседник, – вы из какого-то подкаста вроде, да? Расследуете загадочные самоубийства?

– Вроде того. Меня интересуют обстоятельства смерти вашего друга, Черного. Я знаю, что незадолго до гибели он пережил трагедию, которая могла спровоцировать тяжелую депрессию.

– Кирюхи-то Чернова? – мрачно пробормотал Андрей. – Да, пару лет назад телка его умерла. Он тогда совсем с катушек слетел: забил на учебу, дома почти не появлялся, никто не знает, где он был и чем занимался.

– А вы знаете, как погибла его девушка?

– Разбилась на мотоцикле. Ему сказала, что предки наказали, не выпускают гулять, а сама укатила с каким-то типом на мотике. Вот они с ним оба и влетели в дерево на полном ходу. Кир как узнал, реально обезумел: он-то ее любил, а она у него за спиной хвостом крутила.

– Но я слышал, что через некоторое время он смирился с утратой и вроде как с кем-то встречался, – осторожно сказал Марк.

– Да не, бред, – уверенно заявил Андрей. – Не верю, что он так быстро мог Катьку забыть. В день похорон на гроб бросался, кричал, что никогда ее не отпустит. Жуткое зрелище было. Родители его потом даже к психологу какому-то таскали, чтобы там ему мозги вправили.

– Помогло?

– Не знаю, – вздохнул Андрей. – Он тогда перестал со мной общаться. Я как-то встретил его незадолго до того, как его в дурку упекли, окликнул, но он сделал вид, что не заметил меня. Странный какой-то был, дерганый.

– А не помните, когда это было?

В трубке ненадолго воцарилась тишина, а потом собеседник неуверенно произнес:

– Да как будто бы ровно год назад дело было. Я еще тогда подумал, зачем ему два пакета свечей? К Новому году, что ли, так рано готовится?

Свечи. Похоже, год назад Кирилл на самом деле к чему-то готовился, только вот к празднику это не имело никакого отношения.

– Похоже, все сходится, – устало сказал Марк, садясь в машину и убирая телефон в карман. Голова раскалывалась, хотелось лишь одного: закрыть глаза и провалиться в глубокий сон.

– Ты хорошо себя чувствуешь? – озабоченно спросила Яна, вглядываясь в его лицо. – Если хочешь, я поведу.

– Нет, все в порядке, – Марк попытался улыбнуться, но вышло не очень убедительно. К горлу подступила тошнота, а перед глазами заплясали черные точки. – Хотя, знаешь, пожалуй, я все-таки уступлю тебе водительское кресло.

Яна кивнула и быстро поменялась с ним местами. Снегопад набирал силу, видимость была плохой, поэтому дорога до дома заняла гораздо больше времени, чем они ожидали. Марк дремал на пассажирском сиденье, прислонившись головой к холодному окну. Когда машина остановилась у их подъезда, он дернулся и удивленно потер глаза:

– Я что, уснул?

– День был долгим, – тихо сказала Яна.

Марк кивнул и уже потянулся к ручке, чтобы открыть дверь, но Яна его остановила.

– Нам нужно поговорить, – едва слышно сказала она, глядя прямо перед собой.

– Хорошо, только давай не здесь. Поднимемся ко мне и спокойно все обсудим.

Яна кивнула и, по-прежнему избегая смотреть на Марка, вышла из машины. Она молчала до самого дома, но едва за ними закрылась дверь квартиры Марка, она бросилась к нему и, чуть не сбив с ног, крепко обхватила руками.

– Яна, – хрипло сказал Марк, осторожно отвечая на ее объятия. Он чувствовал, как она дрожит и всхлипывает, крепко прижимаясь к нему всем телом. Марк осторожно наклонился, вдыхая аромат ее волос, чистый, свежий, разгоняющий ужасный смрад гниющей вишни, который преследовал его весь последний месяц. Он мог бы простоять так вечность, сжимая ее в своих объятиях, но Яна, успокоившись, тут же отстранилась от него, по-детски вытирая слезы рукавом.

– Извини, – ее голос дрогнул, но она сумела сдержать вновь подступающие рыдания. – Нервы ни к черту.

– Что тебя беспокоит? Снова призраки?

– Нет, – Яна мотнула головой, – в этот раз проблема гораздо серьезнее.

– Пойдем в кабинет, – он отошел в сторону, пропуская Яну вперед.

Она устроилась, поджав под себя ноги, в старом дедовом кресле, стоявшем в углу, но уже через секунду вскочила и стала нервно мерить шагами комнату. Чувствуя ее нервозность, Марк не удержался и подошел к Яне, разворачивая лицом к себе и сжимая в своих теплых руках ее ледяные ладони.

– Марк, – начала было Яна, но по ее щекам снова заструились слезы.

– Яна, – он вытер слезинку в уголке ее глаза, – что случилось?

– Прости меня, – всхлипнула она и снова зашлась в рыданиях. На этот раз он без колебаний прижал ее к себе и почувствовал, как ее руки обвились вокруг него. – Это я во всем виновата, – прорыдала она, уткнувшись ему в грудь.

– Яна, я уже мокрый насквозь, но все еще не имею ни малейшего представления о том, что происходит, – попытался пошутить Марк.

Яна тут же отстранилась и посмотрела ему прямо в глаза:

– Ты умираешь, Марк. И это все из-за меня. Твое состояние вовсе не результат стресса и усталости, это последствия приворота!

– Я знаю, – он криво усмехнулся и снова притянул Яну к себе. – Но ты не имеешь к этому никакого отношения.

– Как это не имею? – Яна резко вырвалась из его объятий. – Это ведь я разорвала нашу связь! Если бы я этого не сделала, ты был бы в безопасности!

– Но тогда пострадала бы ты. Яна, послушай, если бы я знал, что для того, чтобы спасти тебя, мне нужно разорвать связь и пожертвовать собой, я бы сам без колебаний сделал это.

– Так ты знал?

– Знал. Маргарита сказала мне об этом еще месяц назад.

– Но почему ты ничего не говорил мне?

– Я не хотел тебя лишний раз тревожить. Ты приняла решение, и я уважаю твой выбор, мне просто нужно было время, чтобы свыкнуться со всем этим.

– Но старуха сказала, что времени осталось мало!

– Какая старуха? – насторожился Марк.

– Ты же не знаешь! – всплеснула руками Яна. – Помнишь городскую сумасшедшую? – Марк кивнул. – Она теперь мой новый призрак. При жизни она была кем-то вроде ведьмы и теперь должна передать мне свои знания, чтобы освободиться.

– Я думал, она просто чокнутая, – Марк присел на край стола, не сводя с Яны удивленного взгляда.

– Так и есть, – кивнула Яна. – Но это не отменяет того факта, что она обладает ценными знаниями. По крайней мере, пытается меня в этом убедить, – она невесело усмехнулась. – В общем, Степанида сказала, что до тех пор, пока действует приворот, Карина будет тянуть тебя за собой в могилу, поэтому нам нужно понять, какой ритуал она проводила, чтобы снять его и разорвать вашу связь.

– Я уже пытался с этим разобраться, – устало вздохнул Марк.

– И как? – с надеждой спросила Яна.

– Пока безрезультатно. Я даже писал на магическом форуме вопрос, как распознать, какой именно обряд был проведен, но мне порекомендовали обратиться за очной консультацией и прислали номер банковской карты для внесения предоплаты.

– Насколько проще было во все это не верить, – простонала Яна. – В голове не укладывается, что из-за какого-то идиотского ритуала ты на самом деле можешь умереть. Зачем Карине понадобилось привораживать тебя? Неужели она не знала, как магическое воздействие отразится на тебе?

– Возможно, она не рассчитывала, что ее жизнь так рано оборвется? Если бы не та авария, мы могли бы прожить вместе долгую жизнь.

– Но как вообще можно на такое решиться? – Яна снова принялась нервно расхаживать по кабинету. – Почему нельзя просто принять, что человек тебя не любит? Зачем силой навязывать ему свою волю? Это же чудовищно! И каково жить, зная, что все вокруг тебя ненастоящее? Чувства, эмоции – все это результат магических действий, а не искреннее проявление любви.

– Видишь ли, Карина не дала мне даже шанса узнать ее по-настоящему. Кто знает, возможно, она могла бы понравиться мне без всякой магии? Конечно, это не то, что я чувствую… – Марк нервно кашлянул, – в общем, другое. Видимо, она решила действовать наверняка и, осознав, что магия на самом деле работает, Карина просто перестала задаваться вопросами морали, почувствовала себя всемогущей. Она ведь увлеклась всем этим еще в подростковом возрасте, когда ее личность только-только начала формироваться, и в первый раз сделав выбор в пользу магии, она поняла, что с ее помощью можно добиться всего. Абсолютно всего и неважно, какую цену за это придется заплатить.

– И ты совсем на нее не злишься? – Яна остановилась, удивленно глядя на Марка.

– Уже нет, – тот просто пожал плечами. – Но я не могу судить ее за выбор, который она сделала. Не знаю, насколько искренними были мои чувства к Карине, но мы провели с ней два года, и все это время она старалась сделать меня счастливым, пускай даже это все было наваждением, но я благодарен ей за это время. А еще у нее замечательные родители, и хотя бы из уважения к ним, я не могу ненавидеть их дочь.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.