Ульяна Мазур
Проклятые или благословленные

Пролог

Никто не убежит от своей судьбы. Если смерть пришла за вами, вы не сможете ее обыграть.

Безликий.

Не ждали? И снова здравствуйте. Кто уже знает историю стальной розы и короля, понимают, кто перед ними. Но если же вы решили начать путешествие с этой части великой истории, то давайте знакомиться.

Я – безликий бог.

Бог, который был проклят и больше семисот лет искал выход.

Но история тут не обо мне.

Я лишь ведаю вам о жителях нашего континента.

Вы наверняка слышали про великих викингов. А что если все на самом деле было немного иначе? Что если никакого Рагнара не было? Правда была и есть. Ролло действительно перестал поклоняться своим богам. Но как это случилось?

Именно сейчас великие воители Ролло и Бьерн плывут обратно в Брукелв. Два брата, идущие бок о бок, решили завоевать другие земли. Сначала они совершили набеги на земли ныне покойного короля Николаса. Он же не успел дать им отпор и послал на золотые земли Габриэля, который в свою очередь отбил земли Харбонта обратно. Тогда викинги решили искать другой континент и приплыли на Альвенар. Землю, где больше десяти столетий враждуют народы людей и эльфов. Но эта история не о них.

И братья уплыли оттуда не с пустыми руками…

Глава 1. Ролло

– Ты уверен, что ее нужно было брать с собой? – поворачиваюсь в сторону брата, который с довольной рожей разлегся на корме, а рядом сидит недовольная девушка и что-то щебечет на своем языке.

– А почему бы и нет? Смотри, какая она забавная, – Бьерн приподнимается и слегка потягивает деву за щеки, но та лишь хмурится в ответ, – ставлю пять серебряных на то, что она уже влюбилась в меня, – он смотрит ей в глаза и улыбается, – да, мин туве?

Дева плюет ему в лицо и отворачивается. Отличная благодарность за спасение. Скрываю улыбку рукой и смотрю в другую сторону.

Сидя на борту драккара, я ощущаю, как холодный ветер проникает в каждую клетку моего тела. Передо мной открывается прекрасный вид. Фьорд, словно гигантская рана в земле, разрезает величественные скалы, обрамленные зелеными лесами. Они спускаются к самой воде, как будто пытаясь прикоснуться к ее поверхности.

Солнце медленно поднимается над горизонтом, его золотистые лучи играют на поверхности спокойных вод. Я вижу, как они отражаются, создавая искрящиеся огоньки, которые танцуют в ритме волн. Вода вокруг нашего драккара кажется живой, она переливается всеми оттенками синего и зеленого, а иногда и серебристым блеском, когда солнечные лучи пробиваются сквозь облака.

Скалы фьорда величественны и неприступны, их высота вызывает уважение. На их вершинах растут деревья, словно стражи древних тайн, а внизу, у подножия, бурлят маленькие водопады, которые срываются в воду с громким шипением. Я слышу их звук даже на расстоянии – это музыка природы, которая подчеркивает величие наших земель.

Судно движется уверенно, его драконий нос разрезает воду, оставляя за собой широкую пенистую полосу. Ощущаю всю мощь корабля под собой – он словно живое существо, готовое к новым открытиям. Мы с братом и думать не могли, сколько прекрасных земель встретим.

Ходило много легенд о том, что есть и другие земли, но никто из ныне живущих не пробовал совершить туда набеги. Когда я предлагал ярлу отправиться на новые земли – он был против. На свой страх и риск мы с Бьерном собрали небольшую команду из двадцати мужей и отплыли на маленьком драккаре. И мы нашли. Нашли континент. Там другая земля, другие люди. В один из набегов вместе с золотом мы прихватили карту, на которой был еще один континент, оттуда мы и плывем.

На горизонте виднеется наш Брукелв. Я безумно соскучился по Торунн. Она хотела отплыть с нами, но я не разрешил ей, потому что боялся за наше еще нерожденное дитя.

Моя жена – воительница, сильная и смелая. Она похожа на валькирию, спустившуюся с небес. Её белые волосы, словно снег, сияют в лучах северного солнца, а брови, такие же светлые, придают её лицу выразительность и строгость. Но самое удивительное – её глаза, пронзительные зелёные глаза, в которых я вижу весь мир.

Она красива не только внешне. Торунн – настоящий воин, она не боится трудностей и всегда готова прийти на помощь. Но когда она возвращается после битвы, её лицо смягчается, и она становится нежной и заботливой. Мин лив знает, как поддержать меня и как успокоить.

Я горжусь тем, что она моя жена, и буду защищать её до последнего вздоха. Она – моё сокровище, моя сила и моя радость.

Мы уважаем дев, их труд и заботу, но у нас заведено так, что женщины оберегают дом, а мужчины воюют. Но есть исключения. И это моя Торунн. Она пример для всех женщин.

Закрываю глаза лишь на мгновение и вдыхаю свежий морской воздух. Он приносит с собой запахи хвои и соли, смешиваясь с ароматом наших завоеваний.

Мы причаливаем к берегу, у которого собрался весь народ в ожидании своих близких и я вижу её. Она стоит дальше всех, но смотрит прямо в мои глаза, обхватив руками свой живот. Ступаю на деревянный мост, скидываю мешок с плеч и не обращая внимание на других, иду к ней. Все, кто стоит рядом расплылись, перед мной осталась только она.

– Ты вернулся, – шепчет Торунн и крепко обнимает меня.

– Я не мог иначе, – обхватываю её талию, но не сжимаю, и утыкаюсь носом прямо в её волосы, которые пахнут лесом.

– Кого это Бьерн притащил? – она отпускает меня и смотрит за мою спину, хмурясь, – Только не говори, что он её насильно приволок…

Поворачиваюсь и вижу, как идет Бьерн, закинув себе на плечо деву. Она бьется и пытается вырваться, но этот дурак лишь лыбится и удерживает её сильнее.

– Бьерн, объяснись, – Торунн делает шаг в сторону моего брата и указывает пальцем на висящую девушку.

– Я влюбился.

– Она не хотела плыть с тобой и ты связал её?

– Ей нравится, – он ставит девушку на ноги и треплет её волосы.

– Он никого не утаскивал. Только если немного, – заступаюсь за брата, ведь так оно и есть.

– Немного? Ролло. Или ты мне сейчас говоришь правду или… – она смотрит на меня диким взглядом и второй вариант не кажется мне привлекательным.

– Над ней хотели надругаться. Когда мы совершили набег, люди не стали сражаться с нами, а начали убегать. Кто-то выбегал из хижин без вещей и следующие обворовывали их.

Континент Альвенар.

Джулиет.

Чувствую запах огня и горящей плоти. От страха забиваюсь в самый дальний угол хижины, в которую смогла пробраться, чтобы не попасться на глаза язычникам. Король посылал указ в наш город о возможных набегах, но никто не стал думать о защите. Все продолжали жить дальше. А я? А я все так же была чашницей одного из ублюдков. Приносила ему вино и еду. Он держал меня только из-за страха быть казненным королем.

После известий, что на соседнем континенте измывались над девушками и торговали людьми, король Уильям ужесточил наказания за эти преступления.

Ублюдок выиграл меня в карты у другого ублюдка. Он хотел, чтобы я была его личной шлюхой: «У тебя такие необычные волосы, я никогда не трахал эльфийку». Как раз в тот момент, когда он пытался стянуть с меня платье, к нему в замок вошел король в сопровождении стражи. Уильям объезжал все знатные дома, чтобы опросить прислугу и вассалов. Он должен был убедиться, что на его землях нет того ужаса, что есть на другом континенте.

После визита короля, Ублюдок больше не пытался взять меня. Он сделал меня чашницей.

И вот. Тревога. Язычники напали на наши земли. Ублюдок первый же взял коня и ускакал. Трус. Я держалась в замке сама. Осторожно. Многие гвардейцы оборонялись и не давали язычникам войти, но их было слишком мало. Замок был взят. Тогда мне пришлось бежать. Я бежала далеко как могла, но не так, чтобы спастись. Оказавшись на берегу моря, я не знала, куда мне идти. Везде могли быть они. Я видела их странные корабли, они рядом. Времени думать не было, я начала оглядывать окрестности на поиск убежища. Вдалеке виднелись деревянные хижины и я не нашла ничего лучше, как спрятаться там.

Бегу изо всех сил. Бегу босиком, стирая ноги в кровь о каменистый берег. Волосы прилипают к лицу, но я бегу. Платье мешается и я решаю его сорвать. Останавливаюсь, разрываю верхний слой зеленой ткани и отбрасываю его в сторону. Поднимаю низ платья, цепляюсь за него зубами и делаю надрыв, руками полностью избавляюсь от длины ткани.

Бегу дальше.

Наконец, оказавшись в мелком поселении я вижу, что тут были разбойники. Трупы мужчин, женщин, детей. Разграбленные хижины. Прячусь в одну из них и чувствую, как тут сильно воняет смертью. Тяжело дыша, я не могу успокоиться и сижу в углу до захода солнца. Как только стемнело я начинаю закрывать глаза от усталости.

Громкий звук.

Паника.

Кто-то оказался рядом.

Слышу крик.

Чувствую запах горящего дерева и трупов.

Это либо разбойники, либо язычники.

Слышу мужской голос прямо около хижины.

Зажимаю рот рукой.

Сердце бешено бьется.

Дверь открывается со скрипом, я сжимаюсь в углу ещё сильнее, будто смогу слиться со стеной.

– Тут уже кто-то был до нас, зачем мы сюда пришли? – первый мужской голос.

– Черт. Тогда тут делать нечего. – кто-то отвечает ему.

– Ну давайте просто проверим, может тут завалялось серебро, – слышу ещё одного мужчину.

– Сомневаюсь. Пошлите отсюда, пока король не прислал сюда людей.

– Да подождите вы! – шаги приближаются в мою сторону, испарина покрывает моё лицо. Закрываю глаза и начинаю молиться Богу, чтобы меня не заметили.

Вокруг тишина.

Ничего не слышно.

Открываю один глаз и вижу перед собой мужскую рожу.

– Ну привет, красавица.

Начинаю кричать и ударяю рукой неизвестного. Понимаю, что совершила ошибку, когда на мой крик прибегают ещё двое.

– Эта сука спряталась в углу и ударила меня! – мужчина потирает щеку, на которой начала проступать кровь от моих ногтей.

– Вот это подарочек, – второй начинает скалиться и приближается ко мне, а я все так же сижу и не могу сдвинуться с места.

Все как в тумане.

Мужские руки тянутся мне под платье. Вернее то, что от него осталось.

Я пытаюсь дать отпор.

Получаю удар.

Ещё один.

Ещё.

Лежу на полу и смотрю в стену, пока один держит мои ноги, второй руки, а третий снимает штанины.

Закрываю глаза.

Открываю.

Поворачиваю голову и перед собой вижу три рожи.

В этот же момент слетает голова того, что держит мои ноги.

Второй отпускает меня, но через мгновение падает на пол.

Третий валится прямо на моё тело.

– Вы кто?! – впервые подаю голос, когда вижу двух огромных мужчин, не похожих на наш народ.

Они в ответ что-то говорят, но я не понимаю. Тот, что со светлыми волосами хватает меня, закидывает на плечо и выносит из хижины.

Брукелв.

Ролло.

– И почему вы не отпустили её?! Бедная девочка натерпелась, а потом вы – она тыкает пальцем в меня, – утащили её с собой, – теперь Торунн толкает Бьерна, – пойдем со мной, – она обращается к девушке, которая продолжает с удивлением смотреть на всех нас, – я тебе дам одежду, накормлю и помою, – моя жена обнимает деву и уводит.

– И что это было?

– Моя жена.

Глава 2. Джулиет

Я не знаю сколько времени прошло с момента, когда язычники схватили меня. Но я не могла ни на секунду сомкнуть глаз и поспать. Не знаю, зачем они взяли меня с собой. Возможно, они едят людей? О Боже. Сомневаюсь, что человеческое мясо вкусное. Но и они не выглядят как нормальные люди. Тот, что постоянно носит меня на руках, выглядит слегка даже милым, когда улыбается. Но вероятно, он просто думает, какую бы часть моего тела съесть.

Второй же выглядит более угрюмым, его волосы более длинные и он завязывает их на затылке. Получается своеобразный лошадиный хвост.

И его жена или любовница, не знаю, кем она ему приходится, но она явно любит его. А он ее. Это видно. Пока они разговаривали я пыталась хоть что то понять, но их язык… Он странный. Совсем не похож на наш.

Мы входим в хижину и девушка еще раз пытается мне что то сказать. Она стоит прямо напротив меня и говорит. Много и быстро. Я же в свою очередь просто хмурю брови и не понимаю.

– Торунн, – она показывает на себя руками и по одной букве произносит слово. Или имя?

– Что? Ты, – показываю на нее пальцем, – Торунн? Твое имя?

– Торунн, – повторяет она и бьет ладонями по своей груди.

Хорошо. Мы выяснили, что ее зовут Торинн…

– Я Джулиет, – активно жестикулирую, пытаясь дать ей понять, что это мое имя.

Она проводит меня в одну из комнат, в которой стоит лохань, но из бронзы. Пока я смотрю на пар, который идет от воды, Торунн подкрадывается ко мне сзади и разрывает остаток платья. Я вскрикиваю и прикрываю грудь руками. Девушка подталкивает меня рукой в сторону таза и я понимаю ее. Она хочет, чтобы я помылась.

Я смущенно смотрю на Торунн, но она лишь улыбается, словно понимая все мои переживания.

Когда я наконец погружаюсь в таз, вода обнимает меня, как мягкое одеяло. Я чувствую, как напряжение наконец уходит из тела. Торунн начинает аккуратно намыливать мои волосы ароматным мылом. Закрываю глаза и позволяю ей заботливо массировать кожу головы. В этот момент я забываю о разбойниках, беловолосом язычнике, который хочет меня сожрать, как тушу свиньи. Торунн что-то рассказывает мне, но я все ещё не понимаю её язык.

Когда вода начинает остывать, я чувствую себя наконец чистой. Дева улыбается мне с одобрением и помогает выбраться из таза. Я смотрю на свое отражение в воде: кожа светится, а волосы струятся как река.

Девушка протягивает мне белое легкое платье из простой ткани, без корсетов или подъюбников. Я с легкостью его надеваю и чувствую наслаждение от простой одежды. Это прекрасно.

Торунн дает мне гребень и я не смотрясь в зеркало, расчесываю свои волосы, которые стали для меня проклятием. Они необычного светло-розового оттенка из-за моих корней. Моя мать – эльфийка, а отец – человек. Из-за кровосмешения моя внешность отличается от обычных людей. И от эльфов. Очень часто эльфийки заманивали обычных мужчин в леса, придавались плотским утехам, а после вскрывали мужам горло. Редко, но получалось так, что эльфийки беременели и получались дети. Детей так же убивали, если узнавали, что он от человека. Но меня спасла Аэлин. Она была немного старше меня и ей пришлось бежать из Аутуно, где мы жили. Эльфийка спасла не только свою жизнь, но и мою.

Как только я была готова, Торунн повела меня в другую хижину, более походящую на большой дом.

Стою в центре огромного зала, окруженная гулом голосов и смехом, которые звучат как далекий гром. Стены сделаны из грубо обработанных бревен, а их поверхность украшена резьбой, изображающей сцены битв и мифических существ. В воздухе витает запах жареного мяса и пряностей. На длинных столах, покрытых грубыми скатертями, стоят кувшины с медовухой и элем.

Как только мы вошли, меня сразу же перехватывает людоед и его сородич. Они держат меня за руки, а их лица остаются суровыми, но светловолосый все еще улыбается. Или скалится. Они говорят на своем языке – его звуки слишком резкие и неприятные для моего слуха. Я чувствую себя как пленница, но одновременно в моем сердце разгорается искра удивления. Я не могу понять ни слова, но в их голосах слышится смех и радость.

Наконец, мы подходим к длинному столу в конце зала, где сидит их главный. У них короли? Лорды? Императоры? Этот с виду величественный мужчина с длинной бородой, заплетенной в косы, пугает меня до жути. Его наряд украшен мехами и драгоценными тканями, а на голове красуется шлем с рогами. Он поднимает кубок и смеется, смотря мне прямо в глаза.

Викинги усаживаются вокруг стола, их голоса сливаются в один мощный хор. Главарь поднимает руку, призывая к тишине. В этот момент я чувствую, как все взгляды устремляются на меня. Я не знаю, что делать – просто стою, растерянная и напуганная. Мужчины обмениваются взглядами, и я замечаю, как некоторые из них шепчутся между собой, указывая на меня.

Зал освещен факелами, которые бросают танцующие тени на стены. На столах лежат куски мяса, хлеб и фрукты. Викинги с аппетитом поедают еду, время от времени поднимая кубки и произнося тосты. Я ощущаю себя как призрак среди них – чужая в этом мире.

Главный снова заговорил – его голос звучит громко и уверенно. Он указывает на меня, и я понимаю, что он представляет меня своим людям. Не знаю, что он говорит, но его тон не особо дружелюбен. В этот момент чувствую, как людоед сильнее прижимает меня к себе и все его тело напрягается. Викинги начинают аплодировать и смеяться.

И я все еще не понимаю их язык…

Глава 3. Бьерн

Ярл Скули продолжает опускать непристойные шутки в сторону мин туве и я непроизвольно сжимаю ее настолько сильно, что она издает тихий стон боли. Испугавшись, что я могу что-то сломать ей, я отпускаю деву, а та потирает бок и смотрит на меня возмущенным взглядом, но при этом трясется и видимо от страха. Я понимаю, что она меня боится, но оставить ее в том доме я не мог. А поговорить? Как? Она не знает наш язык, а я – ее. Никакого разговора тут и быть не может. Поэтому, я просто забрал ее с собой.

Скули перестал говорить и мы сели за стол. Торунн подошла к нам и с трудом выговорила имя девы. Джулиет. Я шептал его, пытаясь произнести и когда подумал, что у меня получается, повернулся к мин туве.

– Джу, – прокашливаюсь, – лиет, – вопросительно смотрю на нее, пытаясь понять ее реакцию. Она же удивленно вскидывает брови и смотрит на меня в ответ, шепча что то, – на, – протягиваю ей кубок с элем и взглядом предлагаю выпить, она колеблется, но берет его и сразу же пьет до дна, следом вытирая рот рукой, а я смотрю на нее с удивлением.

Не могу оторвать взгляд от нее. Голубые глаза, похожие на воды фьорда начинают хмелеть и я замечаю ее легкую улыбку.

– Скол! – слышу, как Ролло опрокидывает кубок за кубком и призывает к этому остальных.

Поворачиваюсь в сторону брата и смотрю, как он радуется, обнимая свою жену. Он доказал, что другие земли есть. Теперь он великий викинг, открывший новые континенты для нашего народа. И мы все ему благодарны. Но не Скули, который надменно наблюдает за нашим весельем. Ярла не интересовали новые земли, он хотел лишь власти. Стать конунгом. Но для этого мы должны пустить все наши силы на вражду с другими ярлами. А вместо этого, мы с Ролло нашли континент, на который можно совершать набеги, а может даже и устроить там поселение для земледелия. И теперь многие викинги хотят плыть с нами, а не воевать за Скули.

Мы отмечали до рассвета. Даже Джулиет смогла расслабиться и успокоиться. Она все время держалась рядом с Торунн, но я ловил ее заинтересованный взгляд на мне. Когда начало светать, все стали расходиться по своим домам. Мы до сих пор не решили, где Джулиет будет жить. У Ролло и Торунн нет лишнего места, а если я скажу деве, что ей нужно спать со мной, боюсь, она убьет меня быстрее, чем я постараюсь ей все объяснить.

Мы вышли из дома ярла и направились в сторону наших жилищ.

– Бьерн, расскажи пожалуйста, что ты собираешься делать с девушкой, – Ролло идет в обнимку с Торунн и продолжает пить эль.

– Я не знаю, – пожимаю плечами.

– Я могу попробовать научить ее нашему языку, – вмешалась Торунн.

– Думаешь, получится?

– Можно попробовать. По-другому будет сложно. Она боится нас, особенно Бьерна.

– А меня-то почему?

– А кто ее связал и тащил на плече?

– Чтобы не убежала…

– Торунн, – Джулиет начинает зевать и показывает руками, что хочет спать.

– Вот как я должен ей сказать, что она будет спать в моем доме?

– Дорогой, может ты пока поживешь у Бьерна? А я побуду с Джулиет? – Торунн влюбленно смотрит на моего брата, а тот лишь удивляется ее предложению.

– Почему я должен страдать из-за Бьерна?!

Возгласы Ролло были оставлены без ответа. Торунн объяснила жестами Джулиет, что они будут жить вдвоем, а нам придется ютиться на одном ложе.

Глава 4. Аврора

– Аврора! Закрой свой рот и слушай меня! – отец надрывает голос в очередном приступе ярости, – Ты больше не будешь издеваться над своими женихами! Ты уже стара! Тебе двадцать три! А ты до сих пор не родила! – лорд Лэнг расхаживает по моим покоям и взмахивает руками, – Чем тебя не устроил Карло Мальдини?

– С чего начать? С того, что ему пятнадцать или с того, что при первой же встрече он полез мне под платье? – поворачиваюсь и надменно смотрю на отца, – Или с того, что когда он говорит, то слюни из его рта разлетаются во все стороны?

– А Микеле?! Ты же извела бедного парня!

– Я его не изводила. Мне было скучно и я решила проверить, умеет ли он плавать. Оказалось, что в реках Арнира сейчас ужасно холодная вода и тело бедняжки свело судорогой.

– Ты невыносима.

– Я не хочу выходить замуж!

– В кого ты такая упрямая…, – Шимон потирает лицо и тяжело вздыхает.

– В тебя, – после моих слов отец выходит из комнаты, оставляя меня одну.

Сидя у окна, я рассматриваю прекрасный вид. Вдалеке виднеются горы, уходящие в облака, пронзая их. Под ярким солнцем блестит Берголд с новым лордом внутри. Габриэль странный. Появился из ниоткуда, стал лордом и возглавил королевский банк. Ходят слухи, что он бастард Хосе Санчеса и Жозефины Фонс, но правду мы уже никогда не узнаем. Король унес ее с собой в могилу. А названный отец уплыл далеко за море.

Мы живем не так уж и далеко от горной столицы. Так местные прозвали Арнир, который всех кормит. Фелсфлюс – такой же город в горах, только находится ближе к морю.

Именно нас впервые атаковали язычники. Но люди отца смогли дать им отпор и они пошли на Арнир. Было страшно. До жути. Мы сидели в крипте и молились Богу Шаншин, который живет внутри гор. Служанки перешептывались и пускали слухи, что язычники едят людей, но перед этим оскверняют их тела. Язычники не люди. Они животные. Мерзкие звери, что охотятся за своей добычей. И в тот день я не хотела быть их лакомством.

– Дорогуша, ну за что ты так с отцом? – слышу чужой голос позади себя и вскрикиваю от неожиданности.

– Ты кто?! – смотрю на молодую девушку, одетую, как служанка, но не помню ее лица.

– Я никто, а ты кто?

– Это шутка? – начинаю злиться и иду к двери, но лже-служанка хватает меня за руку.

– Не зови стражу, я сейчас уйду. Хотела только сказать тебе…, – она задумчиво чешет подбородок второй рукой, – муж твой сейчас уже муж, – эта девушка точно издевается, не понимаю, что за бредни она несет и кривлю брови.

– Совсем сумасшедшая! Отпусти! – дергаю руку, вырываясь из ее хватки и потираю место, за которое она хватала меня.

– А характер у тебя непростой, мужу будет с тобой весело.

– Стража! – кричу во все горло, чтобы хоть кто-то уже пришел, но стоит мне моргнуть, как служанка исчезла. Двери распахнулись, на пороге появились запыхавшиеся гвардейцы, – Вы видели ее?!

– Кого, миледи?

– Служанку!

– Тут никого не было, – они пожимают плечами и переглядываются.

– Пошли вон.

Стражники тут же удаляются, закрывая за собой дверь. Чувствую как в моей голове начинает отбивать ритм отбойный молот. С трудом доползаю до постели, ноги подкашиваются и я проваливаюсь в целительное забытье.

Сквозь сон слышу громкий стук в дверь и уже проклинаю этого человека, посмевшего потревожить меня.

– Войдите, – приподнимаюсь на кровати и сажусь.

– Миледи, – служанка приседает в реверансе, – ваш отец зовет вас на трапезу.

Тяжело вздыхаю и встаю. Прошу служанку передать лорду Шимону Лэнгу, что его единственная ненаглядная дочь скоро спустится. Подхожу к зеркалу, чтобы поправить волосы и платье. Не знаю, сколько я спала, но солнце уже садится за горизонт.

Подхожу к окну своих покоев, прижимаюсь к холодному стеклу, и смотрю на свой город, утопающий в сумерках. Горы, как стражи, окружают нас. Их вершины постепенно теряются в облаках, а склоны покрываются мягким светом заходящего солнца. Небо медленно превращается в палитру из розовых, оранжевых и фиолетовых оттенков, словно художник размахивает кистью, придавая всему этому волшебный вид.

Улочки Фелсфлюса извиваются, как реки, между старинными домами с черепичными крышами и резными балконами. Я могу видеть, как последние лучи света играют на каменных стенах, придавая им теплый золотистый оттенок.

На узких улицах я замечаю людей, спешащих по своим делам. Женщины с корзинами, полными овощей, смеются и обсуждают что-то, а дети играют в прятки, их смех раздается как музыка. Понимаю, что я начинаю улыбаться, наблюдая за ними.

Свет факелов уже начинает мерцать, создавая интимную атмосферу. Вижу, как один из стариков, сидя на скамейке, потирает руки и с улыбкой наблюдает за проходящими мимо людьми. Он всегда был здесь – хранитель историй и воспоминаний нашего города. Знаю, что он рассказывает детям о древних временах, когда наш Фелсфлюс только начинал расти среди этих величественных гор.

Каждый угол этого места мне знаком – я знаю все тропинки и закоулки, каждый камень на мостовой. Этот город не просто часть меня. Он мой дом, мое укрытие. Я люблю его за простоту и красоту, за жизнь и историю.

– Еда уже холодная, – с укором замечает отец, когда я сажусь за стол.

– И тебе приятного аппетита.

– Завтра к нам прибудет лорд Астор Лерой, – он все так же смотрит в свою тарелку и не поднимает на меня взгляд.

– Сын советника королевы?

– Да.

– Для каких целей?

– Ты прекрасно понимаешь.

– Нет.

– Королева Элионор не в себе. За нее решает совет. Да, она вот-вот родит ребенка, но никто не знает, мальчика или девочку. Тем более, он не чистокровный Дамас. Есть вероятность, что ты станешь либо приближенной ко двору, либо королевой.

– Отец, не смеши меня. Дамас просто так не свергнуть. Да и лучше даже не думай об этом. У королевы везде свои уши.

– Она выжила из ума.

– Она все еще Дамас.

– Дом Лерой достаточно богат. Они близки к королеве. Это выгодная партия.

– Я уже говорила, что не хочу замуж.

– Тебя никто не спрашивал.

– А ты попробуй спросить! – Кидаю столовый прибор и встаю из-за стола, – Попробуй хоть раз меня о чем-то спросить!

– Твои желания не изменят моих решений.

– Ты становишься Тельманом Фонсом!

– Не смей меня называть именем этого чудовища, – отец встает со стула и делает несколько шагов в мою сторону.

– Мне остается только ждать, когда ты будешь подкладывать меня под всех, как последнюю шлюху! Матушка устала терпеть эту тиранию и решила уйти к богам раньше, чем должна была! Из-за тебя! – лорд Лэнг замахивается и ударяет меня по щеке. От неожиданности я оседаю на стул и хватаюсь за место удара.

– Не смей со мной говорить в таком тоне. Ты выйдешь замуж за того, кого я тебе приведу. И ни слова больше.

Глава 5. Габриэль

– Милорд? – в комнату входит Антуан.

– Да?

– Пришло послание от вашего отца, – мой приближенный передает мне конверт с печатью.

– Что-то еще?

– Габриэль… Нам нужно больше людей для обороны.

– Язычники?

– Да. Я уверен, скоро они снова приплывут.

– Мы можем отправить тебя в столицу для переговоров с королевой? – от упоминания этой суки у меня сводит челюсть.

– Для каких целей?

– Нам нужны люди. Деньги есть. Людей нет. Также нам необходимо большее количество материала для постройки оборонительных ворот у подножья гор. Ты можешь убедить королеву отдать приказ лордам других земель, чтобы те пришли к нам. Это не только наша война. Мы защищаем континент. Если язычники прорвутся и захватят горные земли, они не остановятся и пойдут дальше, – Антуан долго обдумывает мои слова, почесывая бороду.

– Я бы не хотел…

– Ты не хочешь возвращаться в столицу из-за Николаса. Я понимаю, – рукой приглашаю Антуана к столу и наливаю в кубки эль, – мне самому тяжело. Я просто глупый ребенок, который решил, что убить лорда на рыцарском турнире – хорошая идея. В наказание меня посадили в это кресло. С одной стороны я благодарен Николасу за возможность жить. За то, что мои родители больше не будут нуждаться в пропитании, с которым было тяжело после смерти короля Валери. Но… Я обычный ребенок. Я не лорд. Я не политик. Мне приходится решать проблемы людей и обороняться от язычников, – одним глотком опустошаю кубок и подливаю себе еще.

– Если бы Николас был жив, он бы помог тебе. Вы оба оказались в одинаковых положениях, но в разное время.

– В одинаковых положениях? – истерический смех наполняет меня.

– Да, Николас был не просто ребенком. Он был принцем, но его не интересовала корона. Этот маленький сорванец с самого детства сбегал из замка. А потом и вовсе уплыл подальше, лишь бы не сидеть на троне.

– Он наивно полагал, что корона достанется не ему?

– Не знаю на что он рассчитывал, но королем быть точно не хотел.

– Мы так и не успели с ним нормально пообщаться.

– Он был славным, – Антуан смотрит в окно с видом на город, – жаль, что умер так рано.

– Вы были близки?

– Да. Именно поэтому, я сразу же взял коня и отправился сюда. Оставаться в столице, около убийцы Николаса мне совсем не хотелось. Если он дал тебе титул и дом, значит, он верил в тебя. Теперь король не может быть тебе полезен, но я буду вместо него.

– Спасибо, Антуан.

– Сразу говорю, если не будет видно конца войны с язычниками, нам придется вести переговоры.

– Переговоры?

– Да. Предлагать условия перемирия.

– И какие это условия?

– Начиная с предоставления им земель, что теоретически возможно, но за горами, примерно в районе Харбонта. Заканчивая свадьбой.

– Какой к черту свадьбой?

– Политический брак, мальчик мой. То есть либо ты женишься на предложенной ими невесте, либо кто-то из их людей возьмет в жены горную леди.

– И это будет означать перемирие?

– Попытку. Но имея под рукой язычника, даже если война не закончится, мы сможем больше узнать о их стратегии и мыслях.

– Что отец прислал мне? – вспоминаю о конверте, который принес мне Антуан.

– Не знаю, я не вскрывал.

– Есть предположения?

– Очередное полотно о его прекрасной новой жизни? Может очередное раскаяние в содеянном? – он ухмыляется и делает глоток эля.

– Ты недолюбливаешь Хосе?

– Он просто мне неприятен.

– Почему?

– Как бы он не любил твою мать, какими бы благородными мыслями он не руководствовался – он начал войну с горными людьми. Он, в обход короля, поскакал сюда, вершить правосудие.

– Он защищал честь Жозефины.

– Перед кем? Сама Жозефина уже смирилась со своей жизнью. Хосе убил пару десятков ублюдков, но оставались и другие. Он не изменил ровным счетом ничего. Смысла в той войне было ноль. А я… Я потерял семью. Семью и друзей.

– Мне жаль…

– Просто мне неприятен этот человек. Открывай конверт. Давай посмотрим.

Беру нож для распечатывания бумаги и делаю надрез около печати. Открываю конверт и достаю послание.

“Сын. Мне до сих пор непривычно тебя так называть, но ты являешься моей плотью и кровью. Я безумное количество раз извинялся и пытался наладить с тобой отношения, но не получал от тебя ответа. Сейчас же я пишу тебе не ради очередного прощения. Язычники настигли Альвенар. Они напали на наши берега, разгромили деревни, убили огромное количество людей. Знаю, что на ваши земли они тоже нападали. Пишу тебе, чтобы предупредить. Они не остановятся. Животные будут продолжать свои набеги. Мы не успели защитить свои земли, надеюсь, успеешь ты. Их становится больше, а их корабли мощнее. Будь аккуратен.

Твой плохой отец, Хосе”

Сжимаю бумагу в руке и кидаю ее в горящий камин.

– Что думаешь? – Антуан пристально смотрит на меня.

– Думаю, что ничего нового он не сказал. Бессмысленное письмо.

– Будешь отвечать?

– Нет.

– Ты думал о нем, как об отце?

– Меня разрывает на части от осознания, что он убил мою родную мать.

– Ему помогли в этом.

– Неважно. Я бы никогда не смог так поступить. Убить человека, которого люблю больше жизни.

– А у тебя есть такой человек?

Теплый свет факелов мягко освещает стены, украшенные гобеленами, а аромат хмеля и ячменя наполняет воздух. Я, с кубком в руке, задумчиво смотрю в окно и думаю над ответом.

Внезапно раздается стук в дверь, и прежде чем я успеваю ответить, в комнату входит Софи. Ее фигура в простом, но элегантном платье привлекает взгляд, а темные волосы, собранные в аккуратный узел, подчеркивают нежность ее черт.

– Простите за беспокойство, милорд Габриэль, – произносит она с легким поклоном. – Я пришла сообщить, что к нам прибыл лорд Шимон Лэнг.

Мое сердце начинает биться быстрее. Визит Лэнга может означать только одно. Он в очередной раз хочет, чтобы я взял в жены его истеричную дочь. Но я не могу отвести взгляд от Софи. Она стоит передо мной, и мир вокруг словно растворяется.

– Спасибо, Софи. Вы всегда на страже новостей.

Антуан, заметив мое смятение, не удерживается от шутки:

– Кажется, наш лорд больше заинтересован в вашей компании, чем в делах с лордом Шимоном Лэнгом.

Софи слегка краснеет и улыбается, но вскоре ее лицо принимает серьезное выражение.

– Я не хочу отвлекать вас от важных дел. Позвольте мне уйти.

– Нет-нет! – неожиданно для самого себя восклицаю я, но она уже сделала шаг назад. – Пожалуйста, присоединяйтесь к нам.

Но Софи лишь качает головой и выходит из комнаты, оставив за собой легкий аромат цветов. Я тут же чувствую пустоту в груди.

– Ты явно потерял голову, – произносит Антуан с улыбкой. – Неужели ты не видишь? Она тоже смотрит на тебя иначе.

– Я знаю, но…, – тяжело вздыхаю и закрываю глаза, – по статусу не положено.

– Кто сказал?

– Принятые нормы и правила.

– Какие к черту правила? Тебе напомнить, что Николас должен был лишить Ану всех титулов или вообще казнить ее?

– Но вместо этого он решил жениться на ней.

– Именно, друг мой. А если ты не влюблен в милашку Софи и просто хочешь трахаться, то добро пожаловать в бордель.

– Бордель?

– Боги, за что мне это, – Антуан тяжело стонет.

– Ты о чем?

– Ты знаешь, что такое бордель?

– Да.

– Что там делают?

– Да.

– Ты уже был с девушкой?

– Да.

– Тогда какого черта ты спрашиваешь?

– Я уточняю, то ли я расслышал. Ты предлагаешь мне посетить бордель?

– Именно! Сходи, потрахайся, может перестанешь воздыхать по служанке и пускать на нее слюни.

– Фу. Ты отвратителен.

– Я знаю.

– Нас ждет Шимон.

– Не нас, а тебя, – Антуан встает из-за стола, берет свой кубок и графин эля, – поэтому, ты идешь в очередной раз слушать все аргументы в пользу свадьбы с местной истеричкой, а я, – он направляется к двери, – пойду напьюсь и буду собирать вещи в дорогу. Кто-то же должен посетить столицу в поисках союзников в войне с язычниками.

– Не оставляй меня с ним наедине, пожалуйста, – смотрю на Антуана в поисках поддержки, но он лишь пожимает плечами и скрывается за дверью.

Глава 6. Джулиет

Ролло.

– Бьерн! – Толкаю дверь его хижины ногой и вхожу, – Вставай грязная морда! – хватаю метлу, стоящую у входа и швыряю ее в брата.

– Что тебе надо? – он сонно переворачивается на постели.

– Джулиет сбежала, – Бьерн сразу же вскакивает на ноги.

– В каком смысле сбежала?

– Вот в таком. Мы с Торунн ходили за травами, а когда вернулись, Джулиет, которая спала, уже ушла. Ее постель пуста.

– Ролло! – Бьерн проходит мимо меня, толкая в грудь и выбегает из дома.

– Ты сам ее забрал! – Кричу ему вслед, но он уже не слышит меня.

Бьерн.

Я выбегаю на улицу, не дождавшись Ролло. Ветер холодно щиплет лицо, а запах свежей земли напоминает о том, что ночь закончилась.

– Джулиет! – кричу во все горло, пронзая тишину своим голосом. – Джулиет! Где ты?!

Бегом мчусь к лесу, где мы часто стали гулять, где смех и радость звучит в каждом шорохе листвы. Она может быть там, среди деревьев, но ни одного ответа не слышно. Возможно, она пошла за ягодами и заблудилась. Лес полон теней, и каждая из них кажется мне зловещей. Я пробираюсь сквозь кусты, проклиная себя за то, что не удержал ее рядом. За то, что она потерялась. Не верю, что она могла сбежать. Ведь бежать ей некуда. Да и с Торунн она подружилась, а меня вообще перестала бояться.

Разворачиваюсь и бегу дальше, не замечая усталости. Мое сердце бьет тревогу, и страх сжимает горло. Что если с ней случилось что-то ужасное?

– Джулиет! – снова кричу я, когда добираюсь до берега. Вода блестит на солнце, но в ней нет отражения ее лица. Я оборачиваюсь к рыбакам, которые собираются у своих лодок.

– Вы не видели девушку с розовыми волосами? – спрашиваю, стараясь сохранить спокойствие в голосе. Но внутри меня бушует буря.

Они качают головами, и это как удар молота по моему сердцу. Я продолжаю бегать по поселению, спрашивая всех подряд: стариков, детей, даже тех, кто только начинает свой день с чашки медовухи. Каждый отказ как топор в душу.

Я боюсь за нее. Боюсь, что она может заблудиться или, хуже того, столкнуться с людьми ярла. За недели проведенные дома, я заметил, как Скули смотрит на Джулиет. Он был бы рад, если бы она стала его новой женой. Как только его нынешняя умрет от болезни. Но я взял ответственность за ее жизнь и обещал ей, что она не подвергнется опасности. Я не могу позволить этому случиться.

– Джулиет! – кричу, когда мимо проходит Ульф и Магнус. Они останавливаются и смотрят на меня с любопытством.

– Ты что-то потерял? – спросил один из них.

– Девушку! Розовые волосы! Она пропала! Джулиет! – мой голос звучит как крик души.

– Она наверное сбежала от тебя, – Ульф смеется, а пот стекает по моему лицу.

– Если вы видели ее, то лучше скажите сразу, – сжимаю кулаки, готовясь разбить им их морды.

– Спокойно, спокойно! Мы не видели ее.

Я чувствую, как отчаяние охватывает меня. Продолжаю бегать по улицам поселения, по всем знакомым местам, надеясь увидеть ее хоть издалека. Каждое мгновение без нее кажется вечностью.

Джулиет.

Торунн говорила, что недалеко от поселения есть красивые водопады, но туда слишком трудно пройти. Она не могла пойти со мной, потому что носила дитя и Ролло бы закопал нас двоих, если бы узнал, что она подвергла себя опасности, спускаясь по скалам вниз. И я решила пойти туда одна.

Трава под ногами влажная от росы, и я пробираюсь сквозь нее с трудом, как будто она пытается остановить меня, удержать в своих зеленых объятиях. Мои ноги запутываются в длинных стеблях, но я не сдаюсь.

Скоро лес становится гуще, и я ощущаю, как его тени окутывают меня. Спускаюсь по каменистым склонам, острые камни прокалывают мою обувь, но я иду дальше, с каждым шагом чувствуя, как сердце бьется в унисон с ритмом природы. Внезапно нога поскальзывается на влажном камне, и я падаю.

Боль пронзает колено.

Я прижимаю его к себе, чувствуя, как слезы наворачиваются на глаза. Но я не собираюсь останавливаться или идти назад. Я хочу попасть к водопаду и я попаду. Поднимаюсь, стряхиваю с себя пыль и продолжаю путь.

Каждый шаг дается мне с трудом, но мысли о водопаде придают сил. Слышу его шум издалека – это зов воды, обещание красоты и спокойствия. Наконец, когда я пробираюсь сквозь последний ряд деревьев, передо мной открывается зрелище, которое заставляет меня затаить дыхание.

Водопад стоит величественно, его белоснежные струи касаются земли с такой силой, что вокруг образовывается туман. Солнечные лучи пробиваются сквозь листву, создавая радужные блики в воздухе. Я замираю на мгновение, впитывая эту красоту – природа будто создала этот уголок мира специально для меня.

Я подхожу ближе к краю, ощущая прохладу брызг на лице. Вода падает с высоты, разбиваясь о камни и создает мелодию, которая звучит как нежная симфония. Присаживаюсь на траву и провожу рукой по холодным камням у подножия водопада. Вода искрится на солнце, словно миллионы драгоценных камней.

Снимаю с себя платье и будто завороженная, делаю шаг в воду. Не разуваюсь, чтобы не поранить ноги о камни. Делаю несколько шагов и наслаждаюсь ледяной водой, которая окутывает мое тело.

Ныряю под воду и плыву ближе к середине. Выныриваю и провожу руками по волосам. Тут поистине красиво. Даже слишком. Колено слегка пощипывает, но я не обращаю внимание. Стою посреди воды и разглядываю пейзаж.

За время, проведенное с язычниками, я понимаю, что они не такие уж и плохие. Бьерн как будто даже не людоед. Меня все еще не съели. Торунн же помогает мне освоиться и учит языку, который я быстро стала понимать. Ролло все такой же угрюмый, но он безумно любит свою жену. Больше всех меня пугает ярл Скули. Он всегда странно смотрит на меня.

От мыслей отвлекает треск веток и я оборачиваюсь. Страх наполняет меня до кончиков пальцев и я оглядываюсь по сторонам. Тут явно кто-то есть. И он следит за мной. Тяжело сглотнув я аккуратно пробираюсь к камню, на котором оставила платье.

Еще один треск.

Тело покрывается мурашками. От страха.

– Кто здесь? – хватаю платье, все еще стоя в воде и дрожащими руками прикрываю тело.

Ответа нет.

– Кто ты? – треск, – Выходи!

Пячусь назад к водопаду. Вода с шумом разбивается о камни и брызги попадают мне на спину, но я продолжаю отходить. Слышу голос, но шум мешает мне расслышать. Громкий треск и шаги. От страха ныряю под воду, совсем не думая о том, что же делать дальше.

Когда воздуха перестает хватать я выныриваю и перед собой вижу мужское лицо.

Глава 7. Бьерн

ᛗᚾᛖ ᛚᚨᚲᛁᚾᛏᛁ ᛏᚹᛟᚱ ᛋᚨᚲᚺ. ᛗᛟᚱᛋᚲᛁᚨ ᚨᚹᛟᚱᛊ, ᚲᛟᛋᚺᚨ ᛁ ᛏᚹᚨ ᚲᛟᛋᚺᚨ, ᚠᚨ ᛏᚢ.

«Мне нравится твой запах. Морской воздух, твоя кожа, вся ты».

Когда идеи о том, где может быть Джулиет иссякли, я решил спросить Торунн. Быть может она знала, куда могла пойти девушка. Жена Ролло обмолвилась про водопад, о котором она рассказывала ей. Я бросился туда.

Как только я ступил близь нужного места, заметил копну розовых волос уходящих под воду.

– Джулиет! – кричу во все горло и бегу к ней.

Ныряю в ледяную воду и подплываю к месту, где видел ее. Оглядываюсь по сторонам, но ее нет. Поворачиваюсь и она выныривает. Ее голубые глаза, наполненные страхом, смотрят на меня с удивлением.

– Людоед!

– Мин лив, – прижимаю ее к себе и глажу по волосам.

– Ты что здесь делаешь? – ее произношение все еще плохое, но я понимаю, что она говорит.

– Я потерял тебя, думал, что-то случилось…

– Со мной все хорошо, – она освобождается от моих объятий и смотрит мне в глаза.

– Я испугался.

– Дурак, я платье намочила из за тебя. В чем теперь мне возвращаться?

– Может оно успеет подсохнуть, пока мы здесь. Тем более, – оглядываю себя, – моя одежда тоже мокрая, – беру ее платье.

– А снять ты ее не подумал, – она смеется, а я плыву к камням, скидываю с себя одежду и все раскладываю, чтобы ткань просохла.

– Я увидел, как твои волосы уходят под воду и подумал, – я с трудом сглатываю, протираю лицо рукой и поворачиваюсь к ней.

– Ты подумал, что я решила утонуть?

Не отвечаю ей. Просто смотрю на ее красоту. Она была прекрасна – волосы, мокрые от воды, прилипают к её шее, а глаза излучают свет. Ее приоткрытые губы, по которым я провожу большим пальцем… В груди разгорается пламя, несмотря на холод, проникающий в каждую клеточку тела. Вокруг нас бушует природа, но в этот миг весь мир сжимается до её образа. Мы смотрим друг другу в глаза и молчим. Я готов любоваться ею вечно.

Внутри меня возникает желание – сильное и неодолимое.

Не выдержав, я решаю попытать удачу и тянусь к ней за поцелуем. Вода струится по моему лицу, но я не чувствую холода – только тепло её взгляда. Замечаю её улыбку, искры радости в глазах и тот трепет в воздухе, который предвещает то, что должно произойти.

Легонько прикасаюсь к губам. Они мягкие. Нежные. Чувствую вкус её губ – сладкий и свежий, как утренний воздух после дождя. Она первая начинает углублять поцелуй и я сжимаю ее талию в объятиях.

Когда нам перестает хватать воздуха я отрываюсь от ее губ и покрываю поцелуями шею под звук тихих стонов. Джулиет стоит передо мной полностью обнаженной и я не могу не заметить красоту ее тела, а также отсутствие какого либо стеснения. Она прекрасна, но я не давлю и стараюсь не трогать ее.

– Возможно, нам пора возвращаться, – тихо шепчу ей на ухо.

– Ты так думаешь?

– Да.

Глава 8. Аврора

ᚷᛟᚱᛖ – ᛖᛏᛟ ᛈᚱᛖᚾᚨ, ᚲᛟᛏᚢᛖ ᛗᚺᛖᚾ ᛈᛚᚨᛏᛁᛋ ᛉᚨ ᛚᛟᚢᛖ.

«Горе – это цена, которую человек платит за любовь».

На удивление Астор оказался приятным молодым человеком. Остроумен, мил, вежлив. Выбора у меня нет, поэтому, я впервые не отвергаю жениха.

– Миледи, мне кажется, или я не нравлюсь вам? – Мы с лордом прогуливаемся по замку и пытаемся узнать друг друга лучше.

– Вам показалось.

– Вы тоже не хотите этой свадьбы?

– Тоже? – Поворачиваюсь к лорду и удивленно вскидываю брови.

– Знатным лордам и леди тяжелее живется. У нас есть деньги, но нет выбора. За нас все решают родители. Мы не имеем права выбрать себе жену или мужа.

– Вы любили?

– Да. К моему огромному сожалению.

– Почему? Мне кажется, любовь – это прекрасно.

– Это жестоко.

– Почему у вас ничего не вышло?

– А вы как думаете?

– Она была простолюдинкой?

– Не сказал бы. Но ее дом был на грани разорения. Слишком много задолжал банку. Мы влюбились, хотели быть вместе, но…

– Но? – Астор задумчиво смотрит вдаль и сжимает челюсть.

– Она выбрала деньги.

– Это как?

– Мой отец узнал о наших отношениях и предложил ей покрыть долги ее дома. Взамен она должна была оставить меня.

– И ничего нельзя было сделать?

– Она взяла деньги и вышла замуж за другого, а я остался с разбитым сердцем.

– Теперь вы не хотите жениться?

– Меня никто не спрашивает. Если надо, женюсь. А вы? – Он перевел свой взгляд на меня.

– Я?

– Хотите замуж?

– Нет… Но надо.

– Будем жить в браке без любви?

– Как и все в нашем мире.

Мне стало жаль лорда. Его взгляд поник, он молча взял меня за руку и повел дальше, а я и не знала, что сказать.

Под заходящим солнцем, наш город был еще краше. Я любовалась этим видом каждый день и он мне никогда не надоедал.

– Посмотрите, как у нас красиво, – останавливаю лорда.

– На эти закаты можно смотреть вечность. Также как и на вас, – он опускает взгляд на мои губы.

– Вы меня смущаете… Нам пора на ужин. Отец не любит ждать.

Тяжелое молчание, которое поглощает всех.

Служанки наливают вино в кубки.

Вилки стучат по тарелкам.

С каждой секундой атмосфера становится все более напряженной.

– С завтрашнего дня начинаем подготовку к свадьбе, – мой отец первый нарушает тишину, – Аврора, к тебе прибудут швеи из разных уголков континента, ты должна выбрать платье.

– Ты разрешаешь мне выбрать? – От его щедрости я чуть не подавилась вином.

– Не капризничай.

– Я хочу белое платье.

– Нет.

– Почему?

– Милорд, мне кажется, белое платье будет прекрасно сидеть на вашей дочери, – Астор заступается за меня и внутри становится тепло и приятно.

– Ты не будешь как Ана Ферис.

– А что с ней было не так?

– Надев похоронный цвет она предрешила свою судьбу.

– Это все столичные россказни и сплетни.

– Все триста лет, что Дамас занимают престол, во время похорон королев, дамы надевали белый цвет. А девчонка Ферис пренебрегла этим. Она надела белое платье на собственную свадьбу. Какой ужас.

– Если бы обратимся к истории горных земель, то получается мне нельзя надевать еще и черный цвет. Отлично. Хочу черно-белое платье.

– Астор, я искренне тебе сочувствую, потому что теперь тебе придется терпеть эту женщину.

– Спасибо, отец, мне приятно слышать.

Остаток трапезы я провела в своих мыслях, не слушая о чем говорят мужчины, но смогла отметить красоту Астора. Его острые скулы, как будто вырезанные искусным мастером, придают лицу резкость и мужественность. Каждое его движение наполнено грацией, а челюсть, четко очерченная и сильная, словно обещает защиту и уверенность.

Светлые волосы, переливающиеся на солнце, обрамляют его лицо, придавая ему легкую небрежность, которая лишь подчеркивает его естественную красоту. Я не могу отвести взгляд от его карих глаз – глубоких, как осенние леса, полных загадок и искренности. В них читается история, которой он был готов поделиться, но только с теми, кто действительно сможет понять.

Каждая деталь его внешности кажется мне идеальной, словно он сошел с полотна художника.

Но изначально я отметила его взгляд. При нашей первой встрече он не смотрел на меня как на кусок мяса. Не разглядывал мое декольте и не пытался залезть под платье. Он вел себя мужественно и культурно. В его глазах не было той похоти, которая сопровождала всех моих потенциальных женихов. Этим он мне и понравился.

В полутемных покоях, где воздух наполнялся легким ароматом воска и старинных тканей, царит тишина, нарушаемая лишь треском горящей свечи. Лежу на мягкой постели, одетая в легкое ночное платье, которое делает меня уязвимой и одновременно защищенной от холодного дыхания ночи. Смотрю на колеблющиеся огоньки и думаю о том, что совсем скоро стану женой Астора. Мысль об этом сладкая и горькая одновременно. Он – человек, которого мне привел отец, хоть я его и не люблю. Но в его глазах я вижу доброту, и его улыбка приносит мне спокойствие. Он не тот, о ком я мечтаю, но, возможно, в этом мире это и есть счастье – быть с тем, кто хоть немного понимает и ценит меня, а не считает меня товаром. Но он может притворяться…

Любовь – это то, чего мне не хватает. Я надеюсь, что со временем чувства придут, что смогу научиться любить его так, как он того заслуживает.

Поток всех мыслей прерывает легкий стук в дверь. Поднимаюсь с постели и открываю проход ночному гостю. Им оказался мой жених с графином вина.

– Можно пройти?

– Да, конечно, – пропускаю его в покои и закрываю дверь на замок, – а если бы я уже спала?

– Мне бы никто не открыл и я бы ушел обратно к себе и выпил бы графин вина в одиночестве.

– Звучит грустно. Какими судьбами?

– Будем обсуждать нашу свадьбу.

– За нас решают наши родители.

– Нет. Мы решаем.

– Они платят, мне дали выбрать только платье и скорее всего отцу не понравится. Он устроит скандал, а потом принесет мне золотую тряпку.

– У меня есть деньги.

– Откуда?

– Сначала выпьем, – он наливает вино в кубки и я сразу же беру один из них и выпиваю до дна.

– Быстро, – Астор делает лишь глоток и ставит кубок на стол, а сам садится в кресло у камина.

– Так откуда у тебя деньги?

– Мы перешли на более личное общение?

– Это все вино. Так ты ответишь на вопрос?

– Заработал.

– На чем же?

– Служу королевству.

– Ты умеешь нормально говорить?

– Мой отец советник королевы, я же вхожу в состав совета, но занимаюсь определенными подразделениями.

– Какими?

– Какая вы любопытная.

– Мы же скоро станем семьей, мне нужно знать, чем же занимается мой будущий муж.

– Выполняю обычные поручения. Если требуется провести переговоры, собрать пошлину, организовать охоту. Для этого есть я.

– Я думала, что такими вещами занимаются более приближенные.

– Один из них – мой отец, но он слишком занят в борделе, чтобы заниматься этим, поэтому отправляет меня. Но и платят мне соответствующе.

– И ты предлагаешь нам самим устроить нашу свадьбу?

– Да, моя будущая жена, – он поднимает кубок в знак тоста, но мой сосуд пуст, поэтому я как можно скорее исправляю это упущение.

– А что ты хочешь на свадьбу?

– Хочу черное платье.

– Было же белое.

– Это я отца хотела позлить. Но от черного он еще сильнее будет взбешен. Шимон Лэнг однажды сжег все мои платья, потому что они были черного цвета.

– Ты вечно в трауре?

– Именно, – делаю глоток вина, – я в трауре, потому что ощущаю себя запертой пленницей.

– Тогда будет тебе черное платье от лучших портных.

– А ты что хочешь?

– Много вина, мешок золота и двух шлюх, – в этот же момент мое лицо исказилось от противности его высказывания и я уже замахнулась, чтобы ударить своего жениха, но он лишь рассмеялся, схватил меня за руку и притянул к себе.

– Я же шучу, – полушепотом говорит он, – ты бы видела свое лицо.

– Будешь шутом на нашей же свадьбе.

– Отличная идея, – его взгляд проходится по моему лицу и останавливается на губах, а вина в моем организме слишком много, что я решаю поступить необдуманно и резко.

В эту же секунду мои губы встречаются с его. Это волнующе и нежно, словно искры пробегают по коже. Он не отстраняется. Его руки обнимают меня за талию, и он притягивает ближе. Чувствую его тепло и силу, а затем он осторожно сажает меня к себе на колени. Зарываюсь в его волосы, ощущая себя хрупкой и одновременно смелой.

Поцелуй углубляется, становясь все более страстным и настойчивым. Ловлю каждое мгновение, каждую эмоцию.

Он еще сильнее притягивает меня к себе и сквозь тонкую ткань ночного платья я чувствую его тело. Руки Астора начинают блуждать по мне и я покрываюсь мурашками от его прикосновений. Мой будущий муж разрывает поцелуй и начинает кусать меня за шею и уши, отчего я начинаю его желать еще сильнее, хоть это и неправильно.

– Нам нельзя быть вместе до свадьбы…

– Да, но я не могу отпустить тебя.

– Это неправильно.

– Ты хочешь, чтобы я убрал от тебя свои руки?

– Нет, – Астор опускает ладонь на мою ногу и начинает ее слегка сжимать, забираясь под платье.

– Точно?

– Я не знаю, что правильно, а что нет.

– Тогда не думай об этом сейчас.

Глава 9. Ролло

ᛈᚱᛖᛉᛖ ᚲᚺᛖᛗ ᚹᛟᛁᛞᛖᛉ, ᚠᛋᛖ ᚠᚲᚺᛟᚱᛖ ᛏᚺᛁ ᚢᛋᛗᛟᛏᚱᛁ, ᛏᚺᛁ ᛟᚷᛚᛁᛞᛖ, – ᛁᛒᛟ ᚲᚨᚲ ᛊᚾᛟᛏ, ᛁᛋ ᛗᚨᛏᛁᚲᚺᛖ ᚾᛖᛞᚱᚢᚷᛟᛋ ᚾᛖᛏ ᛚᛁ. ᛋᛏᚨᚱᛏᛁᚲᛖ ᛋᛏᚨᚱᛚᛖ, ᛇ ᚢᚲᚺᚢ ᚠᛟᚱᛟᚢᛏ ᛋᛏᚨᚱᛏᛁᚲᚨ – ᛒᚱᛟᛞᚢᛖ.

«Прежде чем в дом войдешь, все входы ты осмотри, ты огляди, – ибо как знать, в этом жилище недругов нет ли».

«Речи Высокого» (Hávamál) – древнескандинавская поэма.

Солнце уже поднимается над горизонтом, окрашивая небо в нежные оттенки золотого. Стою на берегу Брукелва, ощущая холодный ветер, пронизывающий до костей. Вокруг меня собираются братья по оружию, готовые к новому походу. В их глазах я вижу страсть и желание, то, что нам нужно. Они должны сами хотеть отплыть на другой континент. Ведь их никто не заставляет. Но я же чувствую тревогу.

Оборачиваюсь и вижу, как Торунн бежит ко мне. Она выглядит прекрасно, как и всегда, но в то же время уязвима из-за беременности. Моя жена останавливается напротив меня и смотрит в мои глаза слегка улыбаясь. Я же делаю маленький шаг и обнимаю ее, чувствуя тепло тела, которое так сильно контрастирует с холодом окружающего мира.

– Я вернусь, Мин лив, – произношу я тихо, стараясь вложить в эти слова всю свою уверенность. – Я обещаю.

– Я знаю, – она шепчет мне в шею и я сжимаю её ещё сильнее, но не настолько, чтобы причинить вред нашему дитя.

Торунн снова поднимает на меня свой взгляд и в нем видится смесь гордости и страха. Целую ее лоб, запомнив этот момент – момент прощания.

Вдалеке я вижу Бьерна, который стоит перед Джулиет. Их губы встречаются в долгом поцелуе, полным нежности и обещаний. Не знаю, когда она перестала его бояться, но кажется, у них все хорошо.

Подхожу к ним, хлопнув брата по плечу.

– Хватит терять время, Бьерн!

– Ещё немного, – сквозь поцелуй бормочет он.

– Нам нужно готовиться к рейду, а ты не можешь отлипнуть от её губ! – говорю с улыбкой.

Он отрывается от своей возлюбленной и кивает, понимая всю серьезность момента.

– Я скоро вернусь к тебе, мин туве, – Бьерн щелкает Джулиет по носу, а она смеется и отвечает ему кивком.

Мы вместе направляемся к драккару, где другие викинги уже собирают провизию. Я проверяю запасы: сушеное мясо, рыба, соленые огурцы – все должно быть готово к долгому пути. Каждая бочка, каждый мешок важны для нашего выживания.

Громкие голоса и смех заполняют воздух, пока мы работаем, а наши близкие стоят рядом, провожая нас в трудный и далекий путь. Кто-то плачет, зная, что мы можем вернуться не в полном составе, а кто-то скрывает эту печаль за улыбкой, как Торунн.

Когда последний мешок загружен на судно, я оборачиваюсь еще раз к дому. Торунн стоит у двери, Джулиет рядом с ней. Они обе машут нам.

Я поднимаю руку в прощальном жесте и мы отплываем.

– Ворон прилетел, – Бьерн показывает рукой в сторону птицы, которая приземлилась на драккаре, – хороший знак, значит сам Один благословляет нас.

– Или нет, – тихо произношу и продолжаю смотреть вдаль.

– Ты слишком задумчив, брат мой, – он бьет меня по плечу и смеется, – что случилось?

– Сон.

– Что тебе приснилось?

– Горящий Брукелв, – на выдохе говорю и закрываю глаза.

– Ты же не думаешь…

– Думаю.

– Торунн знает?

– Нет.

– Почему ты не сказал ей?

– Может это просто сон.

– А может и нет, – Бьерн начинает повышать голос, – если это не просто сон, то ты обязан был сказать о нем своей беременной жене! Там и Джулиет одна! Ролло, ты… Амлед!

Брат взмахивает руками и уходит на другой конец драккара, а я остаюсь вспоминать свой сон, который мог стать явью.

Половина наших людей не вернутся домой. Они погибли в битве. Мы получили золото и земли, заключив перемирие. Уставшие и раненые возвращаемся в Брукелв к своим семьям.

Стою на корме, внимая звукам моря, когда вдруг в глазах моих возникло пламя. Огромный столб черного дыма поднимается к небесам, словно зловещая рука, тянущаяся к богам. Вдали, на берегу, я вижу Брукелв, охваченный огнем. Не могу поверить своим глазам. Сердце моё сжимается, как будто кто-то зажал его в тиски.

– Бьерн! – кричу я, оборачиваясь к своему брату, который сидит у борта, погруженный в свои мысли. Его лицо покрыто следами битвы. Подхожу ближе, хватаю его за плечо. – Пожар! Брукелв! Торунн и Джулиет!

Он открывает глаза, и я замечаю в них ту же панику и боль. Мы оба знаем: если наши земли горят, значит, на них напал другой ярл.

Когда мы приближаемся к берегу, огонь становится все более явным. Я вижу, как языки пламени обхватывают крыши домов, как они трещат и падают в свете огня. Звуки разрушения смешиваются с криками людей – криками боли и страха.

И все же рядом с нами есть ворон, который дает надежду на лучшее.

Глава 10. Аврора

ᛈᛖᚱᚠᚢᛁᚾ ᚾᛖ ᛗᚨᚷᚺᛁᛏ ᛚᛖᛋᛏᚾᛁ.

«Первый не значит последний».

Безликий.

Стою перед зеркалом, вглядываясь в свое отражение. Черное платье, как тень, обвивается вокруг меня, подчеркивая каждую линию моей фигуры. Это смелый выбор, и я знаю, что мой отец не одобрит его. Но Астор поддержал меня и это самое главное.

Шимон Лэнг прислал ко мне служанку, в руках которой было золотое, сверкающее, как солнечный свет, платье. Она встала в дверях с распахнувшимися от ужаса глазами.

– Миледи, но ваш отец!

– Мне плевать на отца.

– Но меня накажут… Я должна была помочь вам собраться.

– Никто тебя не тронет, – поворачиваюсь в её сторону и улыбаюсь, – тем более в день моей свадьбы.

– Но миледи…

– Никаких «но». Ступай.

– А платье?

– Можешь оставить себе.

– Правда? – в её голосе слышится радость и неверие в то, что ей достанется такой роскошный дорогой наряд.

– Правда, – ещё раз улыбаюсь и снова поворачиваюсь к зеркалу.

Я выбрала черное платье, чтобы показать свою волю. На плечах сверкают белые украшения – жемчужные нити и серебряные ветви, словно морозные узоры на стекле. Это символ моей независимости, моего вызова.

Вспоминаю, как Астор стал моим оплотом в этом мире, полном тирании и страха. Он защищал меня от гнева моего отца, и теперь я знаю, что он сможет помочь мне пережить этот день.

– Моя будущая жена не хочет прогуляться на красивом закате? – слышу позади себя знакомый голос и поднимаю взгляд, видя, как Астор подходит ко мне со спины.

– А если мы опоздаем на церемонию?

– Ее не начнут без нас, – он целует мою шею и кладет руки на плечи.

– Но наши отцы точно рассердятся.

– Тебе ли не плевать? Мне казалось, что ты наслаждаешься гневом Шимона.

– Пока он меня не трогает, это забавно.

– Он больше никогда тебя не тронет, клянусь, – Астор ещё раз целует меня и поворачивает к себе лицом.

Время прошло незаметно, и мы все же опоздали. Смех вырывается из наших уст, когда мы мчимся по коридорам замка, избегая любопытных взглядов слуг и гостей. Чувствую, как сердце стучит в унисон с радостью – я не могу сдержать веселья. Когда мы наконец входим в зал, на нас оборачиваются все присутствующие. Удивленные лица гостей сменяются легким осуждением и восхищением. Я лишь усмехнулась – это наш день.

Церемония начинается. Мы стоим перед священником, вокруг нас собирается множество людей – но мы ни с кем не общаемся, все эти люди лишь богатые лорды и леди нашего континента.

– Я, Астор из дома Лерой, перед горными, морскими, речными и небесными Богами, клянусь тебе, Авроре из дома Лэнг, в своей верной любви и преданности. Я обещаю защищать тебя, как рыцарь защищает свою землю, и беречь тебя, как драгоценный дар, что мне был дан.В радости и в печали, в здравии и в болезни, я буду рядом с тобой, поддерживая и вдохновляя. Я клянусь уважать твои мечты и стремления, и вместе с тобой строить наше общее будущее. С этого дня и навсегда ты будешь моим светом в темные времена, моей радостью в моменты счастья. Я обещаю быть твоим верным спутником на этом жизненном пути, и дарить тебе свою любовь до конца дней своих.

– Я, Аврора из дома Лэнг, перед горными, морскими, речными и небесными Богами, клянусь тебе, Астору из дома Лерой, в своей верной любви и преданности. Я обещаю быть твоей опорой в трудные времена и источником радости в моменты счастья. Я клянусь уважать твое достоинство и мудрость, и вместе с тобой стремиться к гармонии в нашем доме. Я буду заботиться о тебе, как цветок о солнечном свете, и поддерживать тебя во всех начинаниях. С этого дня и навсегда ты будешь моим защитником и другом, моим любимым спутником на этом жизненном пути. Я обещаю любить тебя всей душой и сердцем, пока звезды светят на небосводе.

И в это мгновение, когда мы не замечаем всех, кто смотрит на нас, Астор целует меня, заключая наш союз и зал наполняется аплодисментами.

Столы ломятся от угощений: жареные птицы с ароматными травами, пироги с ягодами и медом, а также изысканные сладости – медовые лепешки и фруктовые десерты. Вино льется рекой, его яркий цвет переливается в бокалах под светом свечей.

Я сижу рядом с мужем за главным столом, окруженная одинаковыми лицами. Гости веселятся, поднимая тосты за наше счастье. Я чувствую себя королевой этого вечера.

Вокруг нас раздаются песни менестрелей, а танцы закружили зал в вихре радости. Я смеялась и танцевала, забыв обо всех заботах и страхах. Но все равно заметила недовольный взгляд отца.

– Время первой брачной ночи! – Шимон Лэнг поднимает бокал с вином.

– Ты готова? – шепот Астора успокаивает меня.

– Не знаю…

Нас провожают в покои толпы людей, но как только дверь закрывается, мы остаемся в тишине. Пламя горящей свечи слегка освещает пространство.

Астор медленно приближается ко мне, пока я стою около ложа. С каждым шагом его лицо становится лучше видно благодаря лунному свету, что проникает в комнату. Я выпила достаточно вина, чтобы чувствовать себя расслабленной, но это не помогло. Дрожь проносится по всему телу, когда мой муж проводит рукой по моей ключице и тянется к шее, резко хватая ее и притягивая меня ближе. Поднимаю на него свой взгляд и вижу его желание. Астор наклоняется к моему уху и слегка прикусывает его.

– Я буду нежен…, – шепчет он.

– Не обязательно, – его хватка ослабла и он смотрит мне в глаза.

– Почему?

– Ты не первый мужчина, но последний, – не хотела в первую брачную ночь рассказывать что либо, поэтому, после этих слов я поцеловала его.

Благо он не стал расспрашивать и углубил наш поцелуй. Его руки блуждают по моей спине и сквозь тонкую ткань я чувствую все его прикосновения, которые вызывают поток мурашек. Не разрывая поцелуй, мой муж одной рукой развязывает платье и оно скользит по моему телу собираясь у ног. Я без белья, предстаю перед ним полностью обнаженной. Астор разрывает наш поцелуй и делает шаг назад, чтобы посмотреть на мое тело. Я таю под его взглядом, как снег у подножья гор после зимы. Он не отводя взгляд, начинает расстегивать дублет. Подхожу к нему и тянусь руками к штанам.

– Позволишь?

– Все что угодно, моя королева.

Дрожь отступает и на ее место приходит желание. Я расправляюсь с его штанами и брэ, в это же время он уже снял с себя верх. Делаю шаг назад и упираюсь в кровать. Муж мягкими прикосновениями разворачивает меня спиной и слегка подталкивает на ложе. Ложусь на живот, Астор же встает коленями на постель, приподнимает меня и начинает целовать шею, одной рукой массируя грудь. Спиной чувствую его возбуждение и непроизвольно начинаю прижиматься к нему.

– А ты нетерпеливая.

– Сколько можно ждать, возьми меня.

Он без промедлений берет меня за талию и входит. Волна наслаждения проносится по телу вместе с легкой болью, но это было прекрасно. Мой муж занимается со мной нежной любовью, он ласкает мое тело руками и губами.

– Возьми меня, а не гладь, – мой голос звучит чуть грубее, чем прежде.

– Я тебя понял, моя королева.

В это же мгновение Астор жестче входит в меня и шлепает по ягодицам, отчего я начинаю стонать. Он наращивает темп и я чувствую то наслаждение, которому не предавалась уже долгое время. Еще несколько толчков и он кончает.

Глава 11. Бьерн

ᛉᚨ ᛈᚱᛖᛞᛖᛚᚨᛗᛁ ᛋᚹᛖᛁᚾᚨ ᛋᚹᛖᛚᛟᚠ ᚾᛁ ᚨᛏᛟᛞᚹᛁᚾᚷᚨᛋᛖ ᚾᛁ ᚾᚨ ᛞᚢᚾᚷᛁᛗ ᛟᚠ ᛋᚹᛖᛚᚨᛏᛁᚾᚨ.

«За пределами своего дома не отодвигайся ни на дюйм от своего оружия».

Мы доплыли до берега, оставили драккары и направились в сторону гор.

– На берегу пусто. Как думаешь, – поворачиваюсь к Ролло, – они устроили засаду дальше или забыли про нас?

– Пустой берег действительно выглядит странно. Нужно проверить.

– Отправим двоих?

– Да, – брат ищет взглядом тех, кто ему нужен, – Ульф! Магнус! Идите вперед и проверьте, есть ли кто то дальше в лесах или там нет засады.

– А вы?

– А мы останемся позади вас, не так далеко, чтобы успеть помочь, но и не так близко, чтобы нас заметили.

– Хорошо.

Они ушли вперед, а мы замедлили шаг и стали аккуратно пробираться сквозь деревья. Листва шуршит под нашими ногами, и каждый шаг звучит как предвестие грядущей битвы. Мы двигаемся в строю, глаза полны решимости, а сердца – жаждой наживы. Впереди, между деревьями, виднеются дома, и в груди начинает закипать кровь.

– Чисто! – подает голос Ульф.

– Тогда идем! – Ролло кричит и дает нам знак, что мы наступаем.

Мы вбегаем в деревню. Люди разбегаются в разные стороны, кричат, бросают вещи. Женщины запирают дома, дети прячутся в свинарниках, но мы пришли не для того, чтобы сеять страх среди простых бедных людей. Мы не убиваем просто так. Никто не встал на нашем пути, все по собственному желанию стали выносить еду и драгоценности, если они были. Ко мне подходит маленькая девочка, на вид ей около пятнадцати лет, ее зеленые глаза полны слез, а руки трясутся от страха. Она протягивает мне маленькую картину, завернутую в ткань. Я слегка улыбаюсь, чтобы она перестала меня бояться, но делаю еще хуже и дева роняет раму, а потом закрывает глаза и начинает рыдать. Но тут кто-то закричал, она повернулась, кивнула какому-то мужчине и снова посмотрела на меня. Я вижу, как тяжело она дышит и с трудом может стоять на ногах. Незнакомка подняла картину, отдала ее мне, взяла мою руку и повела в сторону дома. Не понимаю, зачем, но иду следом. Остальные же наши люди продолжают ходить по домам и собирать наживу.

Девушка заводит меня в хижину, закрывает за нами дверь и сразу же развязывает свое платье. От удивления я вскидываю брови, поднимаю ее одежду и пытаюсь прикрыть тело. Она начинает рыдать еще сильнее, я пытаюсь ее успокоить, но ничего не понимаю.

– Возьми меня, но не убивай, – я с трудом разбираю ее язык, но Джулиет многому меня научила, поэтому я все же понимаю что она говорит.

– Нет, – единственное, что я говорю и выхожу из хижины.

В этот момент к девушке забегает мужчина, которому она кивнула. Я отдаляюсь от дома, но слышу крики.

– Эй! Эй! Эй! – мужской голос догоняет меня, я оборачиваюсь и вижу того же мужчину. Он держит девушку за руку и толкает ее ко мне.

Я начинаю осознавать происходящее и по моему позвоночнику ползет холодок. Это либо ее муж либо отец. Он хочет отдать мне ребенка, чтобы я не убил их. Животное. Я просто плюю ему в лицо и ухожу к нашим людям, которые уже собираются покидать поселение.

Мы покидаем деревню и направляемся к городу, уверенные в том, что впереди нас ждёт богатство и победа. Выйдя на открытое поле, моё сердце сжимается от ужаса: на горизонте вырисовываются силуэты людей. Армия! Их много, и они уже готовы к битве.

– Ролло… Они ждали.

– И дождались.

Сигналы тревоги пронзают воздух. Враги начинают выстраиваться в линии, их щиты блестят на солнце, как черные звезды. Я сжимаю рукоять меча, чувствуя его вес.

– Стена щитов!

Собираясь в круг, мы образуем стену. Я становлюсь на свое место, щит прижимаю к соседнему, создавая непроницаемую преграду.

Слышен звук наших голосов – боевой клич, который раздается над полем.

Когда противник оказывается на горизонте, мы начинаем двигаться вперед. Ноги уверенно ступают по земле, а щиты крепко держатся на руках. Я чувствую, как сердце бьется в унисон с ритмом нашего наступления.

Мы врываемся в их ряды, щиты становятся не только защитой, но и орудием атаки. Я использую свой щит, чтобы толкнуть врага назад, открывая путь для своих людей.

Мы сражаемся, как единое целое. Каждый удар меча и каждое движение щита – это танец войны.

Противники пробивают нашу стену. Рёв битвы раздается над полем. Вижу лицо Ролло – оно полно ненависти и ярости. Мы – один организм, неделимое и нерушимое. Сливаемся с нашими людьми, как волны с морем. Крики и звуки металла смешиваются в единый звук хаоса.

Я бросаюсь в бой, меч свистит в воздухе, разрубая пространство и людей. Каждый удар наполнен яростью. Я вижу, как наши щиты сталкиваются с их мечами, искры разлетаются в разные стороны. Вокруг меня раздаются крики раненых.

Вскоре на поле воцаряется хаос. Кровь смешивается с землёй, а воздух наполняется запахом пота и страха. Наши люди умирают друг за другом. Их головы слетают с плеч, а стрелы пробивают их тела.

Я продолжаю сражаться, не замечая усталости.

Когда очередной враг падает на землю, я поднимаю меч к небу.

Наши лучники готовят горящие стрелы и начинают обстрел. Остаток армии противников начинает отступать. Нас все еще больше и мы наступаем дальше.

– Я даже не устал, – шучу и смотрю на Ролло.

– Я тоже.

– Так нанесем им еще один удар!

Другая часть наших людей выбегает из леса, неся на руках лестницы. Мы разбиваем остаток армии противника и доходим до стен города.

Мы устанавливаем лестницы у основания стен, поднимая их с усилием, словно это были наши мечи, готовые к бою.

Слышится треск дерева и крики викингов, которые уже начали забрасывать лестницы на стены. Я чувствую, как земля дрожит под ногами. Взглянув вверх, я вижу силуэты лучников на стенах – они метают горящие стрелы.

– Укройтесь! – кричу я, и мы бросаемся в стороны, укрываясь за щитами.

Стрелы пронзают воздух, оставляя за собой шлейф огня. Я прижимаюсь к земле, чувствуя, как сердце колотится в груди. Но страх не имеет власти над нами.

Когда стрелы перестают свистеть над нашими головами, мы вновь поднимаемся. Лестницы стоят крепко. Схватив меч, я рванул вперед. Ролло, Ульф, Магнус следовали за мной, и вместе мы начинаем подниматься по лестнице.

На верхней площадке нас встречают лучники. Их лица искажены ненавистью и страхом. Но мы не знаем жалости. Я вскидываю меч и бросаюсь в бой. Вижу, как один за другим падают враги – их тела скатываются вниз по лестнице, оставляя за собой лишь тишину.

Но они не хотели сдаваться без боя. Они сбрасывают на нас камни и метают копья, пытаясь остановить наше наступление. Я уклоняюсь от одного из камней и чувствую, как ветер свистит мимо уха.

– Вперёд! – кричит Ролло и поднимает вверх свой топор.

Мы прорываемся сквозь ряды защитников, и вскоре стены города начинают трещать. Я уже предвкушаю вкус победы. Он оседает на моих губах сладким медом.

Нас оглушает звон колоколов и противники отступают. Молодой мужчина поднимается на самый верх стены и кричит. Все, кто стоял против нас, складывают оружие и поднимают руки.

– Что происходит? – спрашиваю брата.

– Может они решили сдать город?

– Сомневаюсь.

– Надо понять, что тот муж говорит.

– Я могу попробовать, но не обещаю.

– Давай.

Убираю меч и иду в сторону кричащего. Тот продолжает говорить, но он делает это слишком быстро.

– Стой! – показываю ему руками и так же жестом прошу повторить его слова.

– Стоп. Хватит. Поговорим, – все что я смог понять.

– Поговорим?

– Да. Мир?

– Что он говорит? – кричит Ролло.

– Кажется, предлагает перемирие.

– Ты уверен?

– Нет.

– Узнай лучше.

– Мир? – снова поворачиваюсь к мужчине и с прищуром смотрю на него.

– Да! Да! Земли! Свадьба! Мир!

– Брат, он говорит про земли, свадьбу и мир.

– Свадьбу? – Ролло удивленно вскидывает брови.

– Свадьба? – переспрашиваю.

– Вы – он показывает руками на меня, – мы, – теперь на себя, – вместе!

– Он предлагает мне трахать его! – кричу и достаю меч.

– Стой! Стой! – мужчина показывает женский силуэт, – баба, – снова руками на меня, – вы!

– А! Все нормально. Он предлагает мне бабу, – смех накатывает на меня, потому что это все выглядит ужасно смехотворно.

– Переговоры?

– Кажется да, – отворачиваюсь от брата и пытаюсь произнести, – пе, – прокашливаюсь, – ре, – еще раз, – ми, – да черт, – рие!

– Да! Да! Вина! Идемте!

Киваю нашим людям и мы идем вслед за мужчиной. Спускаемся со стены и попадаем в красивый город, он будто из золота, но это видение складывается из-за яркого солнца и желто-белых домой. Вижу прекрасный замок белого цвета. А на балконе замечаю женский силуэт, машу рукой, но девушка быстро убегает. Странная. Мы доходим до больших ворот, которые ведут внутрь горы и самого замка.

Мы идем по узким коридорам замка, стены которого покрыты старыми гобеленами и тусклыми картинами. Каждый шаг отзывается эхом в этом мрачном месте, и я чувствую, как напряжение нарастает в воздухе. Мы привыкли к открытым полям и шумным битвам, но здесь, в этих темных проходах, царит нечто иное.

Я следую за мужчиной, крепко сжимая рукоять своего меча, будто в любой момент он будет нужен мне для защиты.

Мы проходим мимо дверей, за которыми слышны шепоты и тихий смех. Каждый поворот коридора ведет нас ближе к большому залу, где, как объяснил муж, нас ждут переговоры.

Наконец, мы достигаем огромных дверей, украшенных резьбой. Незнакомец толкает двери, и они распахиваются с глухим скрипом.

Внутри зала чувствуется величественная атмосфера. Огромные окна пропускают свет, который отражается от золота на столах. И я замечаю тех, кто ждал нас. Взрослый мужчина с властным взглядом, молодая девушка с черными волосами, сверкающими как ночь, и еще один молодой человек, который смотрит на нас с любопытством и презрением.

Напряжение возрастает.

Ролло делает шаг вперед, чтобы представиться.

– Ролло, – он кивает и руками начинает показывать на нас, – Бьерн, Ульф, Магнус.

Взрослый муж окидывает нас взглядом и молчит. Тот незнакомец, что привел нас, начинает говорить.

– Я, – он показывает на себя, – Габриэль, – теперь его руки указывают на других, – Шимон, – взрослый муж кивает, – Аврора, – дева вскидывает одну бровь и закатывает глаза, – Астор, – он кивает.

– Свадьба, – говорит Шимон и толкает Аврору в нашу сторону.

Мы переглядываемся с удивлением.

– Зачем? – спрашиваю я.

– Мир.

– И земли! От нас вам земли, – говорит Габриэль и улыбается, будто не мы только что разгромили их армию.

– Бьерн, что они говорят? – шепчет Ролло и улыбается им в ответ.

– Заключить союз с помощью брака. Тогда у нас будут земли.

– А кто должен жениться?

– Сейчас узнаю, – поворачиваюсь к Габриэлю, – а кто муж?

– Ваш главный!

– Ролло, ты должен жениться…

– Нет! – лицо брата искажается, он резко разворачивается и пытается уйти, но я задерживаю его.

– Ролло!

– Я не могу! У меня жена и ребенок, кусок ты дурака!

– Думать, – смотрю на Габриэля, – нужно время.

– Хорошо. От нас, – он снова показывает на себя руками, – золото, еда, – теперь его руки устремляются в нашу сторону, – для вас.

– Нет! – слышу женский крик и вижу, как Аврора встает со стула и проходит мимо нас, – Не быть свадьбе!

Девушка выходит из зала, а мы остаемся ждать наши припасы и обещанное золото.

Глава 12. Аврора

ᚾᛖᚱᚨᛉᚢᛗᚾᛁᚦ ᚲᛖᚺᛖᚾ ᚲᛁᛏᚨᚾᚨᛏ, ᚦᛟ ᚠᛋᛖ, ᚲᛟᚢᛚᛁᛏᛖᛋᛏ ᚨᚾᛞ ᛚᚢᛚᚨᚾᛏ ᚺᛖᛗ, – ᛇᛟᚢ ᚠᚱᛖᛉᛁ, ᛁ ᚾᛖ ᛉᛖᛗᚨᛏ, ᚲᛟᚢᛚᛁᛏᛖᚱ ᚨᚲ ᚺᛟᚢ ᚾᛟᚲᚺᛖᚱ ᚨᚾᛞ ᛏᚺᛖᛁᚱ ᛚᚢᚾᚷᛖᚱ ᚨᚾᛞ ᚠᛟᚦᚺᛖᚱ ᚢᛗᚾᚢᛋᛏᚨᛏᛁᚾᚷ ᚻᛖᛗ.

«Неразумный человек считает, что все, кто улыбается

и льстит ему, – его друзья,

и не замечает, как часто они говорят о нём плохо,

когда он сидит в кругу мудрецов».

«Речи Высокого» (Hávamál) – древнескандинавская поэма.

Несколькими часами ранее.

Звон колоколов.

На нас напали.

Все женщины и дети должны бежать в подземелье и ждать, когда смерть придет за нами. Если город падет, то один из палачей начнет убивать нас раньше, чем враги смогут получить наши тела для насилия. Но я не умру сегодня. Увидимся с богом смерти явно не скоро.

Накидываю на себя темную мантию и выхожу в коридоры замка. Слуги бегут, кто-то просто прячется, а кто-то начинает воровать. Вокруг хаос и паника. Меня никто не замечает и я ускользаю от взгляда гвардейцев, устремляясь прямо к подземному ходу, который приведет меня на стену города. Я хочу посмотреть страху в лицо. Прекрасно знаю, что никто не сможет пробиться внутрь Фелсфлюса. После последнего нападения язычников, мы укрепили стены и теперь они еще мощнее, чем прежде. Наши люди не горстка животных. Они смогут дать отпор скоту.

Чем ниже я спускаюсь, тем холоднее становится, отчего мои руки начинают дрожать. Приближаясь к нужному мне ходу, я беру последний горящий факел и освещаю дальнейший путь. Под землей никого нет и я пробираюсь сквозь пыль и паутину. Наконец дохожу до двери, которая приведет меня на стену, но она оказывается заперта или ее просто давно не открывали. Одной рукой держу факел, а второй пытаюсь отворить проход, облокачиваясь на него всем своим телом. Когда я уже взмокла от усилий, дверь поддалась и я вышла в узкий коридор стены. Нужно пройти еще немного и я окажусь на самом верху и смогу наблюдать за битвой.

Наконец я достигла вершины. Ветер обнимает меня, принося с собой запахи пыли и пота, смешанные с ароматом свежей травы. Я останавливаюсь, облокотившись на холодный камень и оглядываюсь по сторонам, чтобы меня не заметили. Самым верным решением будет аккуратно оставаться в стороне, с самого края стены, где меня не заметят.

Опускаю взгляд и вижу сцену сражения: рыцари в сверкающих доспехах с гордыми гербами сражаются с язычниками, чьи лица подобны скоту. Крики и звон металла смешиваются в едином гуле. Я вижу, как гвардейцы, сжимая мечи в руках, бросаются в бой, как будто каждый удар был последним.

Наблюдаю за тем, как тёмные фигуры язычников поднимаются, словно волны, затопляя наши ряды. Их крики полны ярости и ненависти, и я чувствую, как холодок страха пробегает по спине. С каждым падением нашего солдата я ощущаю, как моё сердце сжимается – мы проиграем.

Язычники продвигаются всё дальше, и их победа кажется неизбежной.

Мой разум наполняется мыслями о том, что будет дальше. Что станет с моим домом, со мной?

Когда надежды почти не осталось, а животные все ближе к стене, я вижу, как к воротам со стороны города подъезжает лорд Габриэль на своем коне, а за ним – армия людей. Он пришел, чтобы спасти нас. Но если меня сейчас заметят, то обязательно накажут и никакой Астор меня не спасет. Поэтому, я разворачиваюсь и воодушевленно бегу обратно в свои покои.

– И где ты была? – крик Астора останавливает меня, когда я уже почти подошла к своей комнате.

– На стене, – холодно отвечаю я, обхожу мужа и захожу в покои, но он следует за мной.

– А если бы стена пала? Если бы лучники язычников тебя заметили? Ты вообще думаешь своей головой? – он слишком громко кричит, отчего у меня начинает болеть голова.

– Если бы, если бы, если бы, – сажусь за стол с зеркалом и смотрю в отражение, где вижу злое лицо своего мужа, – а почему ты здесь? Почему не на поле боя?

– Твой отец и лорд Габриэль искали тебя.

– Зачем?

– Они предлагают союз с язычниками…

– С этими животными? – бью по столу руками и встаю со стула, который в это же мгновение падает на пол.

– Да.

– И каким образом?

– Свадьба.

– Чья?

– Твоя и язычника.

– Ты шутишь! – моему возмущению нет предела, я подхожу к Астору и смотрю в его глаза.

– Нет, – его тон становится на несколько градусов холоднее.

– Ты мой муж!

– Если нужно будет, мы разведемся. Лорд Габриэль сказал…

– Мне плевать, что сказал лорд Габриэль! – перебиваю его.

– Он получил указ королевы. В случае неизбежного поражения, нам нужно сохранить мир и предложить им выгодную партию. Элионор Дамас не будет посылать еще людей, чтобы держать оборону.

– И выгодная партия – это я?

– Да. У других лордов горных земель дочери либо слишком малы, либо у них сыновья.

– Дай угадаю. Твой отец составлял указ.

– Нет. Указ подписан королевой Элионор Дамас, первой своего имени.

– Она не в себе! Она не может решать ничего! Твой отец делает это за нее! Ты не можешь отдать меня, как кусок мяса! Я твоя жена!

– Если отдать тебя варварам будет означать перемирие и союз, которые влекут за собой мир, я предпочту этот вариант.

– То есть… Ты так легко можешь это сделать? А чувства? А отношения? Брак…

– Какие чувства? – Он слегка поглаживает меня по щеке.

– Наши… Мы…

– Нет никаких нас. Нет никаких чувств, – он улыбается, – я любил однажды и больше не собираюсь. Особенно тебя.

В это мгновение стихает весь шум. Я слышу только биение своего сердца. Любить действительно больно. И я больше не хочу это испытывать.

Ненависть к собственному мужу настолько поглощает меня, что я замахиваюсь и ударяю Астора по лицу.

– Еще раз ты так сделаешь и я не посмотрю на то, что ты моя жена.

– Ты заслужил. Ты продал меня как скот! А теперь убирайся! Прочь! – показываю рукой на дверь, но он не двигается с места.

– Ты должна пойти в большой зал. Лорд Габриэль сейчас вероятнее всего объясняет язычникам наше предложение, а мы должны ожидать их.

– Я не пойду!

Астор без единой эмоции хватает меня, перекидывает через плечо и выходит из комнаты. Я бью его кулаками в спину и ногами по груди, но он не обращает на меня внимание.

Только в большом зале муж опускает меня на ноги и я могу оглядеть присутствующих. Шимон Лэнг и больше никого. Астор подталкивает меня к стулу рядом с отцом и я с неохотой иду.

– Сильно кричала? – мой отец обращается к моему мужу так, будто меня здесь не существует.

– Да, – Астор показывает на свою красную щеку, – даже ударила.

– В ее духе.

– Я вообще-то здесь! – но никто даже не смотрит в мою сторону.

Я покорно сажусь на стул, рядом со мной встает Астор. В это мгновение открываются двери и входят язычники вместе с лордом Габриэлем.

Их не больше десятка. Представились только четверо. Светловолосый Бьерн с мечом, темноволосый Ролло с топором, лысый Ульф с ножом и еще один лысый, но уже Магнус, у него в руке было копье. Их лица выглядят устрашающе. Но я не боюсь их. Ролло стоит без брони, в одних штанах. Он похож на медведя. Такой же большой и свирепый. Его взгляд излучает агрессию. Каждый мускул его тела покрыт кровью и грязью. Они суровые и сильные. Я пытаюсь держать лицо, но у меня тяжело получается. Язычники вблизи были другими. Отмечаю их тела и понимаю, что они намного больше наших лордов. Логично. Эти животные постоянно сражаются и убивают, а наши мужи редко выходят на поле боя.

Исходя из разговора понимаю, что меня предлагают Ролло. Быстро сравниваю его с Астором и понимаю, что такому бы животному я подчинилась. Но этому не бывать. Каким бы величественным он ни был, я не собираюсь ложиться под него, как последняя шлюха. Да и он не особо рад такому предложению.

– Нет! – кричу, поддерживая мнение животного, – Не быть свадьбе! – выхожу из зала и оставляю их всех.

Глава 13. Габриэль

ᛋᚱᚨᚷᚨᛁᛋᚨ ᛋᛟ ᛋᚹᛟᛗᛁᚾ ᚠᚱᚨᚷᛗᛁ ᛁᚾ ᛈᛟᛚᛖ, ᛁ ᚾᛖ ᛒᚢᛏ ᛋᛟᛉᚺᛖᚾ ᛁᚾ ᛋᚹᛟᚾ ᚺᛟᛗᛖ.

«Сражайся со своими врагами в поле, и не будь сожжен в своем доме».

За четыре часа до прибытия викингов на берег континента.

– Габриэль, – Антуан входит в большой зал и быстрым шагом направляется ко мне, – язычники.

– Сколько у нас времени? – встаю из-за стола и направляюсь к выходу из зала.

– Они движутся по морю в сторону Фелсфлюса. Еще несколько часов и они будут на берегу. Нам нужно сейчас же отправляться к Шимону, чтобы помочь ему отстоять земли и не пустить незваных гостей.

– Как давно ты узнал?

– Только что. Разведчик донес. Информация с задержкой, поэтому, времени все меньше и меньше.

– Собирай людей.

– Уже.

– Лошади готовы?

– Да.

– Тогда выдвигаемся.

– У нас есть план? – Антуан приподнимает одну бровь и вопросительно смотрит на меня.

– Нет.

– Отличный план.

– Воспользуемся указом королевы, который ты привез в последний раз, – говорю с легкостью.

– Ты же понимаешь, что это решение было явно не Элионор?

– Для чего лорду Севастьяну тогда нужно было женить своего сына, если он прекрасно знал, что в горах Аврора единственная подходящая партия для перемирия с язычниками? – задумчиво спрашиваю.

– Ему нужны союзники, чтобы убрать королеву. Предложив своего сына дому Лэнг, он подружился с Шимоном, ведь свадьба была, Астор смог растопить сердце снежной королевы. Но… , – Антуан выдержал драматическую паузу, – есть более выгодные партии, особенно в Раппенгарде. А сын у него только один. Таким образом…, – он смотрит на меня в надежде, что я пойму и продолжу.

– Таким образом, он получил себе в союзники Шимона Лэнга и Сару Руссо одновременно. После расторжения брака Астора и Авроры, сын Севастьяна сможет жениться второй раз и это будет Сара. Два богатых дома… Почему он не хотел дружить со мной? Я возглавляю золотой банк и у меня есть причины желать смерти королевы.

– Ты еще молодой, тебе не доверяют. Появился из пустоты, туда можешь и уйти, – сзади послышался незнакомый мужской голос, я обернулся и увидел гвардейца, но не мог узнать его.

– Что?

– Кто ты? И почему так разговариваешь со своим лордом? – Антуан достает меч и с прищуром смотрит на парня.

– Простите, – вокруг парня закружилась пыль и через секунду она упала, а на месте гвардейца появилась тень в черной мантии, – не нужно было скрываться.

– Безликий?

– О, малыш, ты наслышан обо мне?

– Боги, что это было? – голос Антуана кажется встревоженным, но его лицо остается серьезным.

– Хосе рассказывал о тебе, – напряжение нарастало, у нас не было времени разговаривать, но злость и ярость поглощали меня, – как ты помог королеве, – подхожу к нему ближе и направляю на него указательный палец, – как ты показал ему видения с пытками моей матери, – каждое слово резало меня изнутри, – как ты заставил его убить ее!

– Но но но! – Безликий поднимает руки, – Его никто не заставлял. Он сам.

– Но с твоей помощью!

– Что здесь происходит?!

– Антуан, иди, я сейчас догоню тебя, – поворачиваюсь к нему рукой показываю в сторону выхода.

– Ты уверен?

– Да!

– Малыш в гневе…, – шепчет Безликий, – Беги, а то опоздаешь и придет конец твоему правлению на этих землях. Язычники уже близко, – он взмахивает рукой и исчезает, а я моргаю несколько раз, разворачиваюсь и бегу к Антуану.

За несколько часов до наступления язычников на Фелсфлюс.

– Я отсидел себе всю задницу.

– Не ной, малыш, зато мы успели, – говорит Антуан, пока мы въезжаем в город с восточной стороны стены.

– Это точно. Нужно предупредить Шимона и Астора, что в случае согласия язычников, Аврора выйдет замуж второй раз.

– Астор уже знает. Шимон вероятно тоже.

– Тогда нужно поговорить с Авророй. Мне кажется, она не будет рада.

– Предоставь это ее отцу или мужу, иначе она выколет тебе глаза. Их она хотя бы любит или боится.

– Все равно, – спускаюсь с коня и отдаю поводья конюху.

– Иди к Шимону, а я найду Астора и Аврору, – Антуан гладит коня и уходит.

После переговоров с язычниками.

– Антуан, это конец.

– Они не согласились?

– Их главный, Ролло, против. Но и Аврора не устояла и гневно отказалась выходить замуж.

– Я видел, как она убежала. Что будем делать?

– Предлагаю дать им золото.

– Думаешь они согласятся?

– Большего они не просили.

– Я слышал, что они могут брать в рабство.

– Но у нас нет рабов.

– Зато есть заключенные и прислуга.

– Это слишком. Достаточно будет золота.

Передаю мешок золотых монет язычникам, они же радостно его берут в руки и улыбаются.

– Свадьба? – произносит Бьерн.

– Ролло? – смотрю на медведя с топором в руке, но тот отрицательно машет головой.

– Мы…. поду, – беловолосый выдерживает паузу, – маем!

Все что я делаю, так это киваю головой и показываю руками в сторону выхода.

Мы откупились, но надолго ли это?

Как скоро они еще прибудут?

Сколько крови нам нужно будет еще пролить?

Сколько золота потратить?

Глава 14. Бьерн

ᛋᚢᛞᛁᚠᚨ ᛋᛁᚾᚷᛖᚱ ᛒᛟᚷᛟᚡ.

«Судьба сильнее богов».

– Что будем делать? – спрашиваю Ролло, пока мы грузимся в драккар.

– Ты о чем? – его голос спокоен, будто ничего не случилось.

– О том, что нам предложили земли и мир, но мы отказались.

– Если мне не изменяет память, ты ответил, что мы подумаем. Прямого отказа не было. Вместо меня может жениться любой. Да и золота нам прилично дали. Должно хватить надолго.

– А потом снова придем за мешком?

– А потом мы женим тебя, – он смеется и хлопает меня по плечу, но я сразу сбрасываю его руку.

– У меня уже есть жена.

– Когда успел? – брат удивленно смотрит на меня.

– Ну еще не успел, но успею.

– А Джулиет согласна? Или ты также, силой?

– Согласна. Как мне, – играю бровями, – можно отказать?

– Легко!

Мы возвращаемся с удачного похода, но радость наживы начинает тускнеть под давлением надвигающейся бури. Небо потемнело, и тучи, словно черные драконы, заполонили горизонт, угрожая нам своей яростью.

Драккар скользит по волнам, но вскоре они начинают подниматься, как гигантские стены из воды. Я крепко держусь за борт, чувствуя, как сердце колотится в груди – это не просто шторм, это Ран. Она пришла за нами. За нашим золотом. Если мы не переживем этот шторм, то у каждого должно быть в кармане золото, чтобы богиня смиловалась над нашими душами прежде, чем мы утонем в царстве мертвых.

Ветер воет женским голосом и я слышу, как он шепчет нам о погибших викингах, о тех, кто не смог вернуться домой. Мы были завоевателями, но сейчас, мы – пленники стихии.

Волны накрывают нас, словно гигантские руки. Чувствую, как корабль поднимается на гребне одной из волн и затем стремительно падает вниз. Вода брызжет на лицо, смешиваясь с потом и страхом.

Мы работаем как единое целое: кто-то управляет парусами, кто-то крепит снасти. Каждый из нас знает, что делать. Я оборачиваюсь и вижу за спиной Ролло. Его лицо выражает спокойствие, будто он уверен в том, что мы переживем гнев Ран.

Мы продолжаем плыть сквозь шторм, зная, что за горизонтом нас ждет Брукелв, Джулиет, Торунн… И даже если Ран хочет забрать нас с собой, мы не сдадимся без боя. Боя с Богиней.

– Чем мы ей не угодили? – спрашиваю брата, после пережитого шторма.

– Ей все равно на нас, она просто хотела золота.

– У меня плохое предчувствие. Сначала твой сон, теперь Ран. Что дальше?

– Не забывай про ворона. Один благословил нас.

– О чем болтаете? Как бы не угодить к Ран в ее лапки? – Ульф подходит к нам, вертя в руке свой нож.

– Тебе заняться нечем? – грубо отвечает брат.

– Спокойнее, Ролло, все же хорошо, – мы не отвечаем ему и продолжаем плыть.

– Бьерн, – открываю глаза и вижу беспокойное лицо Ролло, – Брукелв!

Мой взгляд падает на наше поселение и сердце мое замирает.

Огонь.

Дым.

Все горит.

Сон Ролло.

Джулиет.

Торунн.

Огненные языки пламени, словно злобные драконы, пожирают деревянные дома, которые когда-то были полны жизни. Дым поднимается к небесам, затмевая свет солнца. В груди резко закололо. И это был не просто страх, это была ярость и безысходность, смешанные в единое целое.

Где Джулиет? Что с ней? Я сжимаю рукоять меча так, что пальцы побелели.

Смотрю на Ролло, но его лицо искажено паникой.

– Торунн… Она там… – его голос дрожит от страха, и я вижу, как он сжимает весло. В его глазах читается безысходность.

Мы были сильными и бесстрашными, но в этот миг я чувствую себя беспомощным. Словно весь мир сжался до размеров нашего драккара, а огонь продолжал поглощать все на своем пути.

– Ульф! Магнус! Весла в руки и вперед! – раздаю команды и сам хватаюсь за весло.

Мы гребем изо всех сил, а пламя продолжает плясать на фоне темного неба.

Еще не добравшись до берега, половина наших людей спрыгивает в воду и плывет на сушу. Драккар нельзя оставлять близко к огню, иначе наше судно сгорит вместе с остатками кораблей.

Гребу руками, а в мыслях только мин туве. Лишь бы с ней было все хорошо. Лишь бы она была жива.

Кто напал на Брукелв мы выясним потом. Куда делся Скули тоже не главный вопрос. Сейчас нас волнуют наши семьи.

Добравшись до берега, я выбегаю из воды и несусь по остаткам Брукелва, выискивая взглядом копну розовых волос. Вокруг все замедлилось и размылось. С трудом я мог видеть, но очертания мертвых женщин и детей я различал.

Кровь.

Огонь.

Дым.

Дети и женщины.

Грязь.

Вонь смерти.

И Хель. Она забрала их всех.

Я слышу крик Ролло, но не оборачиваюсь и продолжаю поиски Джулиет. Огонь перекинулся на лес возле Брукелва и есть только одно место, до куда он еще не добрался. Бегу туда сквозь языки пламени.

Я был прав. Она тут. Приблизившись к водопадам я вижу, как Джулиет поджав ноги к себе, прячется в пещере. Подбегаю к ней и впервые вижу страх в ее глазах. Его не было, когда животные хотели взять ее силой. Она была в ярости, но не испугалась, когда я забрал ее. Сейчас же она слегка трясется и качается, обнимая свои ноги. Мин туве не обращает внимание и не видит, что я подошел к ней.

Сажусь на колени прямо напротив нее и слегка прикасаюсь рукой к ее щеке. Джулиет резко дергается и начинает кричать, пытаясь отползти назад. Я хватаю ее за руку и прижимаю к себе, поглаживая по голове. Она дрожит и плачет. Моя мин туве, что же тут произошло?

Глава 15. Ролло

ᚾᛖ ᛒᛟᛁᛋᚨ ᛋᛖᚱᛏᚨ, ᛁᛒᛟ ᚲᚺᚨᚱ ᛏᚹᛟᚾ ᚷᛁᛒᛖᛚᛁ ᚾᚨᛋᛏᚨᛚ, ᛁ ᚾᛖᚲᛟ ᚾᛖ ᛋᛟᚹᛖᚱ ᛖᚢ.

«Не бойся смерти, ибо час твоей гибели настал, и никто не сможет избежать её».

Все в дыму, сердце стучит громче криков людей. Бьерн сразу же отправился на поиски Джулиет, а я взглядом пытаюсь найти свою жену. Живой.

Огонь обхватывает весь Брукелв и сжимает в своих объятиях. Драккары, что стояли на берегу уже тлеют.

Вокруг меня – лишь огненное буйство и клубы чёрного дыма. Пламя пожирает наши дома, и в этом Муспельхейме я ищу Торунн. Я помню каждый дом, каждый поворот, но время идёт, а я всё ещё не нахожу её.

Языки пламени лижут крыши, треск и гул заполняют воздух. Ветер уносит в небо пепел и искры, а я пробираюсь сквозь дым и огонь, зовя её по имени.

– Торунн! Мин лив! – кричу, но мой голос тонет в общем хаосе.

Дым режет глаза, но я не смею их закрыть. Боюсь, что если я опущу веки хоть на мгновение, то упущу её.

Замечаю, что выживших очень мало. Всё побережье усеяно трупами наших людей. Сердце готово выпрыгнуть из груди, в глазах – слёзы отчаяния и боли.

Деревня… это больше не деревня. Это кострище, похоронившее под собой жизни наших людей. Смрад гари и гниющего мяса бьет в нос, заставляя желудок выворачиваться наизнанку. Я иду сквозь это огненное царство, спотыкаясь об обгоревшие бревна и тела. Тела… их так много. Лица, искаженные последним криком, застыли в гримасе ужаса. Узнаю знакомые черты – вот старый Ульрик, учивший меня строить корабли, вот маленькая Астрид, которая всегда любила играть со мной и Торунн. Теперь они лежат бездыханными, одинаково почерневшими от огня.

Гнев. Он клокочет во мне, словно лава в жерле вулкана.

Гнев на тех, кто это сделал.

Гнев на богов, отвернувшихся от нас.

Гнев на себя, за то, что не смог их защитить.

Но сквозь пелену ярости пробивается ледяной ужас. Ужас за нее.

– Торунн! – мой крик не слышно из-за треска догорающих домов.

Никто не отвечает. Я ищу ее повсюду, заглядываю в обугленные развалины, перебираю тела, молясь Одину, чтобы не найти ее среди них.

Вот наш дом… вернее, то, что от него осталось. Балки рухнули, крыша провалилась внутрь, оставив лишь зияющую дыру, сквозь которую видно серое, неприветливое небо. На земле – ее веретено, сломанное пополам. Она всегда пряла шерсть по вечерам, рассказывая мне сказки о валькириях и героях. Теперь веретено молчит, словно и сама Торунн.

Сердце сжимается от отчаяния. Я чувствую, как надежда, словно последний уголек в костре, начинает гаснуть. Но я не сдамся.

Я не могу.

Я должен найти ее.

Я буду искать ее до последнего вздоха, пока не убежусь, что она… что она…

Я не могу произнести это вслух.

Я поднимаю свой топор, сталь которого почернела от копоти, и иду дальше, сквозь дым и пепел, сквозь смерть и отчаяние. Я буду искать ее. Даже если придется обойти весь мир. Даже если это будет стоить мне жизни.

Где-то в глубине души я знаю, что она может быть уже не здесь, что она могла не успеть выбраться. Но я не могу смириться с этой мыслью.

Я должен найти её, должен вытащить её.

Боги, сжальтесь надо мной…

Среди обугленных обломков, за покосившимся частоколом, я вижу ее. Сначала я не верю своим глазам. Она лежит неподвижно, почти сливаясь с землей, измазанной грязью и кровью. Мин лив…

Я подбегаю к ней, падаю на колени, как подкошенный. Ее лицо бледное, исцарапанное, а волосы спутавшиеся. Я осторожно касаюсь ее щеки. Холодная.

– Торунн! Говори со мной! – я кричу, тряся ее за плечи. Она тихо стонет, и в этот момент я замечаю рану.

Кровь. Ее слишком много. Она пропитывает все ее платье, окрашивает землю вокруг. Рана зияет в ее животе, глубокая и страшная. Там, где должна была быть наша жизнь, наше дитя…

Я помню, как она радостно сообщила мне о своей беременности. Как мы вместе строили планы на будущее, мечтали о маленьком воине, который будет бегать по двору. Теперь…

Слезы хлынули из моих глаз, обжигая щеки. Я прижимаю ее к себе, боясь сломать, как хрупкую птицу.

– Мин лив, держись. Я помогу тебе. Я отнесу тебя к целителю, – говорю, но сам не верю своим словам. В Брукелве не осталось целителей. Да и что можно сделать с такой раной?

Она открывает глаза. Взгляд ее слабый, затуманенный болью. Она пытается улыбнуться, но у нее не получается.

– Ролло, – шепчет она, еле слышно, – я не смогу…

– Не говори так! Не сдавайся! – я кричу, отчаянно пытаясь остановить кровь. Но она все равно течет, словно река, унося с собой ее жизнь.

Она поднимает руку, дрожащую и слабую, и дотрагивается до моего лица.

– Береги себя… Ролло…, – еле слышно произносит Торунн и закрывает глаза.

Нечеловеческий крик вырывается из моей груди. Крик полный боли и отчаяния. Я потерял все. Свою деревню, своих друзей, свою семью… свою любовь.

Я прижимаю ее к себе, качая из стороны в сторону, словно малого ребенка. Я не хотел ее отпускать. Я не мог.

Торунн… мин лив… ушла. И вместе с ней ушла часть меня.

Моя жизнь.

Моя судьба.

Моя любовь.

Она угасает, и сердце наполняется болью и бессилием. От меня ускользнула та, кто была моей верной спутницей, моей опорой в бурях и сражениях. Я хочу бороться, я хочу вернуть её, но понимаю, что судьба неумолима.

Слеза скатывается по моей щеке и я не стыжусь. Это слёзы воина, который потерял свой самый ценный трофей, свою половину. Я помню наши совместные походы, наши победы и радости. Помню, как мы клялись друг другу в верности и любви. И вот теперь я держу её в своих руках, а она ускользает от меня.

Я – воин, привыкший к сражениям и победам, но сейчас я чувствую себя беспомощным и одиноким.

Я не хочу её терять.

Я не мог её потерять.

Поднимаю взгляд к темному небу и вижу, как сквозь дым и пепел, над догорающим Брукелвом, возвышается Тень. Темнее ночи, выше гор. Очертания ее расплываются в мареве, но я знаю… я чувствую.

Хель.

Богиня смерти.

Она прекрасна и ужасна одновременно. Одна половина ее лица – живая, смуглая, с мудрым и печальным взглядом. Другая – разлагающаяся, костяная, с пугающей пустотой вместо глаза. Она парит над нами, словно огромная птица, ее длинные, черные волосы развеваются, как знамена смерти.

Вокруг нее клубятся души павших. Они тянутся к ней, как мотыльки к пламени. Я вижу лица наших воинов, наших женщин, наших детей… они идут к ней без страха, без боли.

И я понимаю. Она пришла за ними. За нашими душами.

Мой взгляд скользнул по Торунн.

Как она может забрать ее? Как она может забрать мин лив? Она моя! Моя любовь! Моя жизнь!

Я поднимаю голову, глядя прямо в лицо богине.

– Ты не возьмешь ее! – рычу я сквозь зубы, мой голос дрожит, но в нем звучит стальная решимость, – Она моя! Я не отдам ее!

Хель не отвечает. Она лишь смотрит на меня своим пронзительным взглядом.

Я укрываю Торунн от богини мертвых, защищая ее.

– Все будет хорошо, не переживай, – слезы застилают взгляд, но я улыбаюсь ей, – я рядом, – слегка поглаживаю Торунн, на лице которой застыл леденящий душу взгляд. Закрываю ей глаза, поднимаю на руки тело и ухожу.

Мир померк. Все, что осталось – вес ее тела на моих руках. Торунн… моя мертвая Торунн. Огонь пляшет вокруг, пожирая остатки нашего дома, остатки моей жизни. Но он меня не трогает. Я чувствую только холод ее кожи, тяжесть ее бездыханного тела.

Я иду. Иду сквозь пламя, не чувствуя жара. Огонь – лишь бледная тень того, что горит внутри меня. Ярость, отчаяние, горе… они выжигают меня изнутри. Я иду, не видя пути. Мои шаги тверды, но механичны. Моя единственная цель – унести ее подальше от этого проклятого места.

В лес.

Лес – единственное место, где мы могли бы быть в безопасности. Единственное место, где она была счастлива. Там, где она собирала ягоды и грибы, плела венки из полевых цветов. Там, где мы мечтали о нашем будущем.

Деревья встречают меня угрюмым молчанием. Луна, пробиваясь сквозь кроны, освещает мой путь. Я иду глубже и глубже, пробираясь сквозь колючие кустарники и перешагивая через упавшие стволы. Ветки царапают мое лицо, рвут мою одежду. Но я не чувствую боли. Все чувства остались там, в горящей деревне, вместе с ее душой.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.