Рина Ушакова
Любовь или действие?

Привет, дорогие читатели!

Вы держите в руках книгу редакции Trendbooks.

Наша команда создает книги, в которых сочетаются чистые эмоции, захватывающие сюжеты и высокое литературное качество.

Вам понравилась книга? Нам интересно ваше мнение!

Оставьте отзыв о прочитанном, мы любим читать ваши отзывы!

© Рина Ушакова, 2024

© ООО «Клевер-Медиа-Групп», 2025

Иллюстрации на обложке, в тексте и на форзацах © Miorin (Елизавета Извекова)

Книги – наш хлѣбъ

Наша миссия: «Мы создаём мир идей для счастья взрослых и детей»

* * *

Часть первая
Действие

Глава 1
Вызов и жребий

ЗВОНОК НА УРОК уже прозвенел, но разговоры и смех не утихали. Все сбились в кучки и наперебой делились впечатлениями о летних каникулах, и только Ленка сидела с таким видом, будто этот учебный день ничем не отличался от сотен других. Для нее, в принципе, все так и было: шумные и болтливые одноклассники раздражали ее всегда, вне зависимости от времени суток и погодных условий.

Как назло, их класс считался дружным. Это означало, что ни у кого не было возможности по-тихому отсидеться на уроках и незамеченным сбежать домой, что для Ленки казалось идеальным вариантом. Но нет, одноклассницы настойчиво лезли к ней с задушевными разговорами, интересовались ее жизнью и постоянно пытались вытянуть на посиделки в кафешке. Ленка, в свою очередь, на корню пресекала все их намерения, но силы были неравны.

На самом деле ничего плохого в желании девчонок общаться она не видела, проблема была в другом – в их желании узнать о Ленке как можно больше. Сама же она не любила делиться своими проблемами и переживаниями, поэтому упорно молчала, чем только больше подогревала интерес к своей персоне. Впрочем, была еще одна тема, которая доводила ее до бешенства, – Илья.

Он бегал за ней уже года два и, что самое ужасное, не считал нужным это скрывать. Ленку подобное внимание напрягало и смущало, потому что одноклассники регулярно становились свидетелями его попыток покорить ее сердце, что провоцировало лишние вопросы. Всем хотелось узнать, вместе ли они, а если еще не вместе, то почему, и когда это произойдет, и не сыграли ли они случаем свадьбу втайне от всех. Естественно, спрашивать обо всем этом Илью никто не решался, поэтому отдуваться за двоих приходилось Ленке.

Постепенно эта тема превратилась в некое подобие бесконечного сериала, финал которого многие ждали с нетерпением. Сопровождалось это ожидание бесконечными шуточками, подколами и намеками, которые выводили Ленку из себя и заставляли ненавидеть Илью еще больше.

К счастью, он пока где-то задерживался, но в том, что Кириленко скоро появится, она не сомневалась. Пока же все были увлечены обсуждением летних приключений и у нее оставалось несколько свободных минут на пролистывание ленты в телефоне.

– О, Киря! – громко сказал один из парней, заметив Илью на пороге кабинета.

Началось. Не сразу, конечно. Сначала Илья перекинулся со всеми приветствиями, вызвал у одноклассниц взрыв хохота и, выполнив все формальности, направился к ней. Услышав приближающиеся шаги, Ленка принялась сосредоточенно читать всплывшую в ленте рекламу какого-то онлайн-университета. А что, одиннадцатый класс, пора уже задуматься о будущем.

Впрочем, смысла в этом было ноль, потому что Илью подобный игнор никогда не смущал. Вот и сейчас он закинул свой рюкзак на соседнюю третью парту, уселся перед Ленкой и уставился на нее оценивающим взглядом, словно за лето она стала другим человеком.

На самом деле в ней едва ли что-то изменилось. Она не повелась на всеобщее помешательство и не отрезала свои длинные темно-каштановые волосы, даже прямую челку не стала отращивать, хотя выглядела с ней на несколько лет моложе. Впрочем, ей в этом плане ничего не помогло бы, потому что пухлые щеки и полноватые губы на фоне общей худобы в любом случае превращали ее в ребенка в глазах окружающих.

– Привет, Лель, – сказал Илья своим низким голосом, который успел стать еще более хриплым, чем раньше.

– Привет, Иль, – ответила она, не поднимая глаз.

Его привычка называть ее Лелей была еще одной причиной, по которой Илья ее раздражал. Вообще-то она была не Еленой, ее так и звали – Ленка. Это имя досталось ей в наследство от прабабушки, жившей в свое время в Чехословакии. Окружающие к такому народному колориту оказались не готовы, поэтому она спокойно откликалась, когда одноклассники называли ее Леной или Ленусей, а некоторые учителя Еленой, но вот Леля… До такого додумался только Илья, и это ее злило.

– Как август прошел? – спросил он с улыбкой.

О, прошел он просто прекрасно, потому что родители увезли Кириленко на целый месяц на дачу где-то в области. К сожалению, связь там ловила, так что совсем забыть про его существование не получилось, но зато он не пытался вытащить ее на прогулку под предлогом хорошей погоды.

– Как и любое время, проведенное без тебя, – идеально, – отрезала Ленка, все еще гипнотизируя взглядом экран.

Такой грубый ответ Илью ни капли не расстроил. Он протянул руку, ловко схватил телефон, заблокировал его и не стал возвращать, из-за чего Ленке все-таки пришлось посмотреть на него. Всего за один месяц, пока она его не видела, Кириленко заметно изменился: ростом он теперь был, наверное, на целую голову выше нее, да и выглядел не таким щуплым, и только его светло-русые волосы, короткие у висков и чуть более длинные у лба, остались такими же непослушными и ерошились в разные стороны. Черты лица стали грубее, отчего оно казалось еще более худым и вытянутым, чем раньше, и, если бы не озорная улыбка на тонких губах, в нем трудно было бы узнать того мальчика, с которым Ленка сидела за одной партой во втором классе. Под светло-голубой рубашкой, которую он, как всегда, небрежно носил навыпуск с джинсами, отчетливо проступал рельеф мышц. Наверное, все лето висел на турнике, чтобы ее впечатлить. Не получилось. Нет, если бы это была их первая с Ленкой встреча, она бы даже подумала, что он вполне симпатичный, но после общения с ним все равно пришлось бы признать, что он неисправимый придурок.

До восьмого класса все было нормально. Они существовали в одном коллективе, но не обращали друг на друга внимания, потому что ничего общего у них не было, но потом с Ильей что-то случилось. Он принялся безостановочно дразнить ее, донимать несмешными шутками, время от времени прятать вещи, и это было только начало. Постепенно приколы становились все жестче, и не проходило ни дня, чтобы Ленка, возвращаясь домой, не рыдала в своей комнате от безысходности. Мама советовала быть выше него и не реагировать, что Ленка и делала, но это не помогло, и тогда она уже без обсуждений с родительницей перешла к физической самообороне. Это тоже оказалось бесполезно, потому что ее действия Илью, да и всех остальных пацанов только веселили. Единственное, что поддерживало Ленку в тот непростой период, – это надежда на то, что после девятого он уйдет или хотя бы попадет в другой класс, но нет. Новость о том, что он пошел вместе с ней в гуманитарный, оказалась подобна грому среди ясного неба, потому что Кириленко признавал только математику.

Причину такого выбора Ленка узнала только в начале десятого класса, когда Илья внезапно заявил, что она ему нравится. А потом и вовсе сменил тактику, ну или просто приложился где-то головой, потому что начал вести себя так, будто у них с Ленкой давняя и взаимная любовь. С тех пор ей приходилось выдерживать потоки навязчивого флирта и глупой болтовни, а также отбиваться от его попыток вытащить ее на свидание. Если честно, у него и раньше шансов было мало, а после всех унижений, которые она перенесла в восьмом и девятом, их вообще не осталось.

И вот наступил последний, одиннадцатый класс, а это означало, что скоро все мучения закончатся. Но до конца учебного года нужно было еще дожить. Ленка подозревала, что в этом году Илья так просто не сдастся, поэтому не расслаблялась.

– Я скучал, – сказал он, подперев голову рукой.

На его лице читалась полная искренность, а взгляд выражал такую преданность, словно он был выброшенным на улицу щенком, который доверчиво заглядывал всем в глаза в поисках нового хозяина. Только у самых бессердечных девушек от такого не дрогнуло бы сердце, и по случайному стечению обстоятельств Ленка была как раз из этой категории.

– Замечательно, теперь ты знаешь, как я чувствую себя, когда слушаю весь тот бред, что ты несешь, – сухо сказала она. – Телефон отдай.

– Отбери, – предложил Илья и хитро улыбнулся.

Вестись на этот элементарный развод Ленка не собиралась, поэтому промолчала и уставилась в окно. День был солнечным, но обманчивым: теплые лучи пригревали, но стоило выйти на улицу, как холодный ветер пронизывал насквозь и заставлял кутаться в пальто.

Пальцы потянулись к подвеске, которая болталась на шее. Это был неизменный аксессуар, с которым она не расставалась уже давно – пластиковое сердечко с закосом под ограненный рубин в серебристой оправе. Ленка всегда носила его в школу, хотя Кириленко так и норовил уцепиться за него, как сейчас.

– Лель, ты что, обиделась? – спросил Илья и потянулся к сердечку, отчего их пальцы на секунду соприкоснулись. – Я ж ничего не сделал.

«Достаточно того, что ты родился», – мысленно ответила ему Ленка, резко отдернув руку.

Нельзя было смотреть на него, нельзя говорить и даже думать о нем тоже нельзя. Просто делать вид, что его не существует, и притворяться до тех пор, пока ему не надоест болтать с самим собой в ее присутствии. И пусть подавится этим телефоном, пароль он все равно не знает.

– Ну Лель, хватит дуться, – сказал Илья и продолжил как ни в чем не бывало: – Прикинь, я пару недель назад чуть не убился. Меня Андрюха опять потащил свои заброшки фоткать, и, короче…

Истории у него никогда не заканчивались. Этим он напоминал Ленке любознательного и чрезмерно общительного ребенка, который рассказывает маме обо всем, что произошло с ним за день, с кем он успел подружиться и какого здорового слизняка нашел в траве. Вот и Ленка знала об Илье все: что он делает на переменах, как зовут его приятелей и даже сколько времени он может продержаться под водой без дыхания. Последнее ей было особенно полезно узнать – вдруг когда-нибудь представится возможность его утопить.

Обычно она прерывала его рассказы своими язвительными замечаниями, но в этот раз Ленка решила игнорировать Кириленко до победного, поэтому все остроты ей пришлось держать при себе. К счастью, в кабинете появилась учительница, и это спасло Ленку от необходимости играть роль, с которой она не справлялась. Это вообще часто было единственным спасением, так что больше всего в школе она любила уроки, как бы странно это ни звучало.

– Так, молодежь, рассаживаемся по местам, – приказала биологичка.

Никто не спешил подчиняться ее требованию, но Наталье Евгеньевне всегда хватало энергии на то, чтобы разрулить любую сложную ситуацию на уроке.

– Семенова, ты меня слышишь? На место, быстро! Альчинский, тебе отдельное приглашение? Настюш, солнышко мое, порадуй меня своим присутствием за первой партой, пожалуйста, я так давно тебя не видела!

Илья обернулся на учительницу, а затем снова взглянул на Ленку. Она все так же не смотрела в его сторону, и он, вдохнув, положил телефон перед ней и переместился за свою парту. Сильно это ничего не изменило, потому что сидели они рядом и разделял их только полуметровый проход между рядами, так что Ленка продолжала ощущать на себе его взгляд.

Под внимательным взором учительницы все постепенно расползлись по кабинету, но разговоры от этого тише не стали. Молчали только трое: Илья ждал хотя бы малейшего знака внимания от Ленки, она же продолжала не замечать его существования, а сидевшая слева Оля просто иногда посматривала на нее, хотя по ее лицу было видно, что она сгорает от любопытства. Подруга накручивала на палец прядь слегка вьющихся светлых волос, собранных в высокий хвост, а ее брови были вопросительно подняты.

– Ну что? – не выдержала Ленка.

– О чем вы тут с Илюшей разговаривали? – таинственным голосом спросила Оля.

– Да так, увидела вчера объявление о наборе клоунов в наш цирк, уговаривала сходить на пробы, – моментально отреагировала Ленка.

– Я серьезно!

– А я что, шучу? Ему там самое место.

В ответ Оля недовольно фыркнула и отвернулась. Она была в команде болельщиц Ильи, как и многие в их классе, поэтому всегда резко воспринимала нежелание Ленки дать бедному парню шанс. Обычно на одном намеке Оля не останавливалась, вот и сейчас она решила продолжить психологическую атаку.

– Ты заметила, как он изменился? – спросила она, хитро прищурившись. – Стал таким… интересным.

– Понравился? – спросила в ответ Ленка. – Хочешь познакомлю, у него как раз девушки нет.

– Ну почему ты такая упертая? – тихо заныла Оля и схватилась за голову.

– Мне есть у кого учиться. Ты уже больше года мне этой темой мозг выносишь.

– Потому что это твоя единственная возможность устроить личную жизнь!

– Скорее последняя. На такое можно решиться только от полной безысходности.

Настроение у Оли окончательно испортилось. Она обиженно надула губы, но Ленка не торопилась ее успокаивать, потому что тогда разговор опять вернулся бы к Илье.

– Лен, ну я же переживаю за тебя, – все-таки сказала Оля. – С твоим характером тебе нужно цепляться за любого, кто выдержит рядом с тобой больше пяти минут.

– Спасибо за совет, обязательно воспользуюсь им, когда встречу нормального парня.

Подобные ссоры между ними происходили регулярно, и временами Ленке казалось, что подруга в чем-то права. Поклонники никогда не бегали за ней толпами, а те несчастные, что решались привлечь ее внимание, сбегали практически сразу, потому что не выдерживали язвительности Ленки. Она ничего не могла с этим поделать, при общении с парнями начинала нервничать, отчего превращала любой диалог в собственный стендап, и только Кириленко ее комментарии совсем не задевали.

К счастью, учительница наконец-то решила перейти к биологии и начала объяснять, что всех ждет в ближайшем полугодии, поэтому класс притих. Оля демонстративно уткнулась в телефон, а Ленка подперла щеку рукой и вдруг ощутила, как нестерпимо хочется спать. Школьные стены всегда навевали тоску, а после беззаботного лета привыкать к новому распорядку было особенно тяжело.

– Лель! – донесся до нее шепот Ильи. – Леля!

Ну вот, опять. Только Ленка понадеялась, что ближайшие полчаса проведет в спокойствии и умиротворении, как этот назойливый клоун опять что-то придумал. Вскоре стало ясно что: меньше чем через минуту Ленка подскочила на месте, почувствовав, что он ущипнул ее за бок.

– Ай! – вскрикнула она на весь кабинет.

Все тут же уставились на нее, а Илья тихо, но довольно засмеялся.

– Как я могла забыть про нашу сладкую парочку, – вздохнула Наталья Евгеньевна. – Божéнович, Кириленко, вы так друг по другу соскучились, что до перемены не можете досидеть?

По классу пробежал смешок, а Ленка прикрыла лицо ладонью, чтобы никто не увидел, как она покраснела. Ну почему учителя вечно шутят на такие темы, ведь под землю от этого хочется провалиться. Особенно когда тебя настойчиво сводят с тем, кто тебе неприятен.

– Извините, я случайно, – пропищала Ленка, чтобы как можно быстрее закрыть эту тему.

Биологичка покачала головой, не скрывая своего недоверия, и вернулась к объяснениям, но не прошло и полминуты, как Кириленко повторил нападение. Ленка стойко перенесла его, едва заметно вздрогнув, а затем еще несколько раз. После этого Илье, видимо, стало скучно, потому что он оставил в покое ее бока и перешел к общению в телефоне. На экране мелькали сообщения от него, но Ленка даже не вчитывалась в них и притворялась, будто очень увлечена словами учительницы.

Весь оставшийся учебный день так и проходил: Кириленко постоянно крутился рядом, громко разговаривал, шутил, пытался добиться от Ленки ответа хотя бы на один вопрос, а она вполне успешно игнорировала его. Оля наблюдала за этим с явным неодобрением, но молчала, остальные девчонки пока не лезли с этой темой, и Ленка к концу занятий потеряла бдительность, за что и поплатилась.

С последнего урока их отпустили раньше. Илья сразу же куда-то испарился, никакой домашки пока не задали – в общем, все складывалось идеально. Так как учились первого сентября только старшие классы, в школе было тихо и пусто. В воздухе едва уловимо пахло свежей краской, яркое солнце проникало через идеально вымытые стекла, а звук шагов и веселый смех одиннадцатиклассников глухим эхом отражался от стен. Создавалось ощущение, что это здание еще не отошло от летней спячки, и с трудом верилось, что уже завтра здесь будут бегать шумные толпы учеников.

Ленка мечтала поскорее вырваться на свободу, но убежать одна она не могла, а Оля не очень торопилась и медленно плелась по коридору второго этажа вместе со всеми.

– Я бы хотела заниматься макияжем, но ведь фейс-арт никому не нужен, – жаловалась та. – Буду целыми днями на свадьбы и выпускные красить всех, но это ведь ужасно скучно! Родители вообще говорят поступать на юридический, а какой из меня юрист? Я же даже ничего сказать не могу, когда передо мной без очереди пролезают…

Из-за того, что их весь день пугали будущими экзаменами, подруга погрузилась в серьезные размышления, вызванные необходимостью профессионального самоопределения.

– Ты можешь завести блог, – посоветовала Ленка. – Как раз к последнему курсу своего юридического станешь известной визажисткой.

– А если не стану? Что тогда? Ложиться и умирать? Вот помнишь мою соседку, Настю…

Сплетни о малознакомой девушке Ленка слушала вполуха, потому что заметила в конце коридора, ближе к лестнице, невысокого брюнета. Он заинтересовал ее по двум причинам. Первая – это был лучший друг Ильи, Андрей Нечаев. Вторая – эти двое часто тусовались вместе. Сейчас Нечаев стоял у стены с телефоном в руке и не смотрел по сторонам, но от этого ситуация выглядела еще более подозрительной. Почему Кириленко ушел куда-то сразу после звонка, хотя обычно тащился за ней чуть ли не до дома, почему его друг торчит один в коридоре после окончания занятий и почему все это кажется таким странным?

Эти вопросы пронеслись в голове у Ленки за несколько секунд, но в результате она решила, что слишком себя накручивает. У Нечаева может быть масса причин здесь находиться, а куда направился Кириленко, ее вообще не волновало. Успокоив себя этим объяснением, Ленка попыталась уловить суть того, что рассказывала Оля, и зря. В тот самый момент, когда они дошли до места, в котором коридор расширялся, Нечаев кашлянул, а из-за угла на них с диким ревом выскочил Илья.

– А-а-а-а! – заорали хором Ленка и Оля.

От страха они не сразу пришли в себя и испуганными глазами смотрели, как Кириленко и Нечаев громко ржали, а остальные одноклассники с интересом наблюдали за этой сценой.

– Ну у вас и приколы, – выдохнула Оля.

– Совсем двинулся, да? – резко спросила Ленка и осеклась.

Вот свинья. Нашел все-таки способ вырваться из черного списка, в который она его утром поместила. И ведь по его довольной улыбке понятно, что он именно этого и добивался.

– Сколько уже можно меня доставать? – процедила сквозь зубы Ленка, сжав ручки сумки, и со всего размаха огрела его. – Ненавижу! Скотина! Отвали уже от меня! Ты меня задолбал, урод!

Ее крики разносились по всей школе, и она не могла остановиться. Всего за полдня Илья довел ее до такого состояния, что хотелось крушить все вокруг, и его реакция Ленку только больше злила. Он не чувствовал за собой никакой вины и лишь заливисто хохотал, прикрываясь от ее ударов больше для вида, из-за чего она не выдержала и, замахнувшись, швырнула в Илью сумку. Реакция у него оказалась отменной: он ловко увернулся, а сумка продолжила свободный полет и снесла несколько цветочных горшков, стоявших на деревянной платформе в коридоре.

Ударившись о бетонный пол, керамика звонко звякнула и разлетелась на крупные осколки вперемешку с комьями земли. В воздухе повисла тишина. Это был не первый случай, когда чахлые деревца становились случайными жертвами учеников, но выбить страйк в первый же учебный день за все годы удалось только Ленке.

– Что здесь происходит? – строго спросила Нина Алексеевна.

Отлично. Для полного счастья тут как раз не хватало завуча. Вообще-то ничего удивительного в ее появлении не было, потому что все разборки происходили рядом с ее кабинетом и даже глухой почувствовал бы что-то неладное. Возможно, она пришла еще раньше, просто Ленка в порыве ярости завуча не заметила.

– Здрасьте, Нин Алексенна, – сказал Илья, расплывшись в счастливой улыбке. – Ничего особенного, домой идем.

– Да? – спросила она, многозначительно взглянув на беспорядок.

– А, это, – засмеялся Кириленко. – Я случайно, не волнуйтесь, сейчас все поправлю.

– Так это ты разбил? – уточнила Нина Алексеевна.

– Ну а кто еще? – с наигранной обреченностью ответил Илья.

– И сумка твоя?

Главная улика предательски лежала на самом виду, но его это не смутило. Он мельком взглянул в сторону побитых горшков и повернулся к завучу.

– Последняя коллекция, – сказал Илья, смущенно потупив глаза.

– Илья, врать не хорошо, – строго, но добродушно заметила Нина Алексеевна.

Все это время Ленка боялась пошелохнуться. К ней наконец начали возвращаться самообладание и возможность мыслить логически. Она в ужасе думала о последствиях своей истерики. Едва ли завуч поверит, что это вышло случайно, да и вообще Ленка не понимала, как объяснить свой поступок – не правду же говорить.

– Так, Илья, Ленка – за мной, остальные могут расходиться, – сказала Нина Алексеевна и направилась к своему кабинету.

Хотя всем было любопытно, чем закончится эта история, спорить с завучем никто не стал бы, поэтому одноклассники потянулись друг за другом в сторону лестницы.

– Лен, хочешь я тебя внизу подожду? – шепотом спросила Оля.

Ленка в ответ замотала головой. Кто знает, на сколько она застрянет у Нины Алексеевны и выйдет ли вообще на свободу. И сказать за все спасибо надо было Кириленко: если бы этот придурок по-тихому свалил домой, никаких проблем у нее сейчас бы не было.

Илья спокойно относился к произошедшему, потому что наведывался в кабинет к завучу регулярно: он давно числился в списке местных хулиганов. Если в школе что-то происходило, то с вероятностью девяносто процентов он принимал в этом участие, и спасало его только регулярное участие в олимпиадах по математике, на которых Кириленко обязательно занимал первые места.

Кабинет завуча выглядел устрашающе. Вроде бы тут все было как обычно: стол, заваленный бумагами, стул напротив и еще парочка у стены, несколько стеллажей, вешалка для одежды и длинное зеркало напротив входа. Из приоткрытого окна веяло свежим, но еще летним воздухом, в котором звенело щебетание птиц и ревели моторы машин. В общем, тут было вполне уютно, если бы не тот факт, что Ленку вызывали сюда в первый раз и не для того, чтобы поговорить по душам.

Переступив порог кабинета, она нерешительно замялась у входа. Пора уже слезно обещать, что такое не повторится, или нужно дождаться подходящего момента? К счастью, Нина Алексеевна за годы работы составила четкую схему общения с нарушителями порядка, так что ничего придумывать не пришлось.

– Присаживайтесь, – предложила она после того, как с величественным видом устроилась в своем кресле и сняла прямоугольные очки.

Ленка подошла к единственному стулу напротив стола, села на самый его краешек и вцепилась руками в сумку, лежавшую на коленях. Илья же вел себя так, словно работал в этом кабинете столько же, сколько и завуч: он без тени смущения с неизменной улыбкой зашел и вальяжно развалился на стульях у стены.

– Ну, – сказала Нина Алексеевна, посмотрев на него, – что будем делать?

– Простим на первый раз? – предположил Кириленко.

– На первый?

– Технически начался новый учебный год…

– А завтра технически начнется новый учебный день? – спросила Нина Алексеевна, выразительно подняв брови.

– Я полагаю, мы договорились? – с видом заговорщика сказал Илья.

Общались они как старые друзья, и Ленке даже казалось, что она тут лишняя. Внимания на нее никто не обращал, как будто она была деталью интерьера, а не главной подозреваемой.

– Илья, допрыгаешься у меня, придется родителям звонить, – шутливо пригрозила Нина Алексеевна.

– Я только за, – тут же отреагировал Илья. – А то они не верят, что я в школу хожу. Говорят, если не жалуются, значит, прогуливаю.

Хотя Нина Алексеевна пыталась сохранять серьезное выражение лица, после этих слов она не выдержала и засмеялась. Кириленко тоже довольно улыбался, время от времени посматривая на Ленку, но натыкался только на ее колючий и злобный взгляд.

– Ленка, ладно он, – обратилась к ней Нина Алексеевна, – но на тебя что нашло?

Памяти завуча можно было позавидовать: она помнила всех учеников по фамилиям, именам и классам. За все десять лет Ленка ни разу с ней не разговаривала, только здоровалась в коридорах, если не считать пары тех случаев, когда Нина Алексеевна спасала ее от Ильи. Единственная во всей школе, кстати. А еще она не пыталась переделать ее в Елену или Лену, как многие другие учителя, которым неловко было обращаться к ней по-другому.

– Я случайно, простите, – пробубнила Ленка.

Оправдание вышло так себе, но ничего лучше она не придумала. Невозможно объяснить другим, что Кириленко – идиот, и не нужно никаких причин для того, чтобы попытаться его убить.

– Нин Алексенна, ну правда, ничего же страшного не произошло, – оправдывался за двоих Илья. – И вообще, это я виноват, правда. Не волнуйтесь, сейчас я к Антонине Павловне сгоняю и все уберу.

– Значит так, – сказала, хлопнув ладонями по столу, Нина Алексеевна. – Кто виноват, а кто нет, разбирайтесь сами, уберите вдвоем беспорядок, и чтобы больше никаких фокусов, иначе буду родителям звонить. Все ясно?

– Да, – еле слышно пискнула Ленка.

Когда они вышли из кабинета завуча, Илья попросил его подождать и куда-то убежал, но чего нужно было ждать, Ленка не поняла. Если того момента, когда Кириленко станет нормальным человеком, то это бесполезно, его случай можно считать клиническим и лечению не поддающимся. И вообще, неплохо было бы назло ему уйти, но нарушить распоряжение завуча она не решилась.

Вскоре Кириленко вернулся и притащил два пластиковых ведра, в которые на время переехали сбитые растения, а затем принялся молча убираться, что было странно. Обычно Илью было не заткнуть, а тут за последние пять минут он не произнес ни слова, как будто они оказались здесь вместе совершенно случайно и даже знакомы не были. Выяснять причину этого Ленка не стала и тоже молча помогла ему разобраться с бардаком, после чего ушла, не прощаясь. Пускай с остальным разбирается сам.

Выскочив на улицу, Ленка спешно зашагала к воротам. Легкий ветерок нес осеннюю свежесть, но солнце пригревало сильнее, чем утром, и от этого казалось, что каникулы не закончились и впереди еще много беззаботных и теплых дней. Школьный двор давно опустел, все младшеклашки вместе с родителями разбрелись по своим делам, и Ленка им позавидовала. Она тоже хотела бы, как раньше, отстоять праздничную линейку, поговорить с друзьями, а затем отправиться куда-нибудь в парк, а после пить дома чай с тортом. Вместо этого их целый день пугали экзаменами, вузами и поступлениями, но думать обо всем этом не хотелось. Хотелось просто жить и не париться о будущем, но в одиннадцатом классе это непозволительная роскошь.

– Леля! Лель, подожди!

Сбежать незамеченной не удалось. Ленка ускорилась, но шаги быстро приближались, и уже через пару секунд Кириленко догнал ее.

– Отвали, – четко проговорила Ленка. – Я не хочу тебя видеть, слышать и знать о твоем существовании.

– Лель, да что с тобой сегодня? – спросил Илья.

– Ничего, просто решила быть с тобой помилее. А что, незаметно?

Он ничего не ответил, но продолжил идти рядом, причем так близко, что Ленка чувствовала, как он иногда касался ее плечом. Надо было все-таки попросить Олю дождаться ее, тогда отвязаться от него получилось бы быстрее.

– Ты долго еще за мной тащиться будешь? – не выдержав, спросила она.

– Домой провожу, – пожал плечами Илья.

– Я не домой.

– Тогда провожу не домой.

До чего же упертый. Каждый раз казалось, что он не сможет разозлить ее еще сильнее, но у него это получалось. Ленка резко остановилась и повернулась к нему.

– Кириленко, оставь меня в покое, я тебя уже в сотый раз прошу, – сказала она. – Ты меня бесишь, терпеть тебя не могу!

– Лель, да не злись ты так, – ответил Илья и затоптался на месте, сунув руки в карманы ветровки. – Я ведь правда соскучился. Может, погуляем?

– Нет, – отчеканила Ленка. – Сколько раз мне это еще повторить? Нет! Видеть тебя не хочу! Я уже на все согласна, лишь бы ты отвалил!

– Прям на все?

– Да, на все!

Илюха замешкался, и Ленка воспользовалась моментом, чтобы сбежать. Самообладание опять покинуло ее, и она быстро шагала к выходу со школьного двора, но Кириленко вновь догнал ее.

– Уверена, что на все? – спросил он, преградив ей дорогу.

– Да, – подтвердила она.

– Проверим?

Настала Ленкина очередь тупить. Она непонимающе посмотрела на Илюху, но он не торопился ничего прояснять.

– Ты о чем? – спросила она.

– Сыграем в игру? Победишь – и я отстану от тебя навсегда.

– Игру? Какую?

– Ну… назовем ее «Любовь или действие?».

– И в чем смысл?

– Будем по очереди давать друг другу задания. Любые. Кто первый сдался – тот и проиграл. Если сдамся я, то я к тебе больше не подойду и слова не скажу.

– А если я?

– Будешь со мной встречаться.

Опять он за свое. Впрочем, чего еще ожидать от Кириленко?

– Еще чего, – сказала Ленка и собралась уходить. – Дай пройти.

– А говорила, что готова на все, – заметил Илья с хитрой улыбкой. – Значит, есть вещи и похуже, чем встречаться со мной?

– Нет!

– Тогда чего тебе бояться?

Ни за что на свете Ленка не согласилась бы участвовать в какой-то авантюре от Ильи, но слишком уж заманчиво звучало это предложение. Останавливало только одно: она ему не доверяла и сомневалась, что он так просто отступит в случае поражения.

– С чего вообще я тебе верить должна? – спросила у него Ленка и медленно пошла к воротам. – Больше похоже на какой-то развод.

– Потому что это единственная твоя возможность от меня избавиться, – сказал Илья, шагая рядом.

– И ты так легко отступишь, если проиграешь? – продолжала сомневаться Ленка.

– А я не проиграю, – ответил Кириленко. – Я-то действительно на все готов.

Такое уверенное заявление не могло не вызвать у Ленки злорадной усмешки. Как же, прямо на все. Это сейчас ему легко говорить, потому что он даже не подозревает, через что ему пришлось бы пройти, если бы она согласилась. Хотя почему бы и нет? Сразу два в одном: и от него избавиться, и отомстить за несколько лет страданий и унижений. Но все-таки сложно было поверить, что в этом плане нет никаких подстав для нее, иначе с чего вдруг Илье проявлять такую щедрость и предлагать ей свободу, пусть и в теории?

– И что у тебя там за задания будут? – продолжала допытывать его Ленка. – Станцевать тебе стриптиз? Понаоставлять тебе засосов?

– Я, вообще-то, ни о чем таком не думал, но ход твоих мыслей мне нравится, – сказал Кириленко и ухмыльнулся.

– Вот еще, обломись! – рявкнула Ленка и прибавила скорость.

– Ладно, ладно, – поспешил успокоить ее Илья. – Если ты так переживаешь из-за этого, мы можем установить правила. Если кто-то из нас их нарушит – автоматически проиграет.

Ленка снова сбавила шаг и задумалась. Ощущение подставы не покидало, но в целом казалось, что Кириленко собрался играть честно, а значит, шанс на победу у нее был. В конце концов, никакой другой возможности оградить себя от Ильи у Ленки не было, а так уже максимум через неделю она его дожмет.

– Хорошо, – сказала она, остановившись перед выходом со школьного двора. – Никакого разврата, даже не надейся. Ничего такого, что я делала бы только со своим парнем.

– Идет, – согласился Илья. – И другому не можешь дать задание, пока не выполнил свое.

– Ладно. И все задания должны быть выполнимыми. Никаких «слетать на Луну» или «сделать тройное сальто».

– И не рассказываем о нашей игре никому, даже друзьям. Если будут спрашивать, можно сказать, что встречаемся.

– Кириленко, свою фантазию уйми, – возмутилась Ленка, – ты еще не победил.

– Если все будут знать, что мы просто играем, никакого смысла в заданиях не будет.

Логика в его словах прослеживалась, хотя где-то в глубине сознания мигала красная лампочка, предупреждавшая о том, что соглашаться не стоит. Впрочем, в интуицию и всякие предчувствия Ленка никогда не верила, поэтому она шумно выдохнула и сказала:

– Ладно. Когда начинаем?

– Давай завтра, – предложил Илья. – Ах да, надо еще решить, кто первый.

Покопавшись в карманах, он достал монетку и показал ее Ленке.

– Я орел, ты решка.

– Почему это я решка? – возмутилась она.

– Потому что это мои деньги.

Нет, с этим наглым Кириленко у нее определенно не могло быть ничего общего. Он раздражал одним своим существованием, и Ленка обязательно все ему высказала бы, но вместо этого она, как завороженная, следила за его действиями. Монетка подлетела в воздух, блеснула на солнце и приземлилась обратно, а Илья ловко накрыл ее ладонью и выжидающе посмотрел на Ленку. Она от напряжения аж замерла и нервно закусила губу, а когда Кириленко убрал руку, у нее вырвался разочарованный вздох.

– Блин, – прошипела Ленка.

– Ты только посмотри, Лель, мы еще не начали, а ты уже проиграла, – сказал, рассмеявшись, Илья и щелкнул ее пальцем по носу.

– Не волнуйся, это последний раз, когда я тебе проиграла, – сказала она. – Завтра будет твоя очередь.

Напоследок Ленка смерила его презрительным взглядом и, резко развернувшись, пошла в сторону дома.

– Это мы еще посмотрим! – крикнул ей вслед Илья.

Глава 2
Тайны и правила

БОЛЕЕ БЕСПОЛЕЗНОГО ПРЕДМЕТА, чем алгебра, в расписании не было. Ленка даже существование геометрии признавала – все-таки во всех этих цилиндрах и сферах хоть какой-то практический смысл был, а вот кому и когда могли бы пригодиться все эти квадратные корни и графики, оставалось неясным.

Впрочем, не все разделяли ее мнение. Кириленко, например, только делал вид, что внимательно слушает учительницу и записывает все, что та говорит, а на самом деле решал какую-то задачу с последних страниц учебника. Ленка туда даже заглядывать боялась: в этом разделе были собраны задания повышенной сложности, и она уже на этапе чтения условия ничего не понимала. А вот Илья с большим воодушевлением заполнял тетрадную страницу символами, потом внезапно останавливался, перечеркивал последние строчки и в задумчивости замирал, уставившись куда-то перед собой.

Раньше Ленка никогда не следила за ним на занятиях, но сегодня обстоятельства вынуждали ее невольно на него посматривать. Как оказалось, Илюха не всегда выглядел и вел себя как полный идиот. В моменты, когда он над чем-то сосредоточенно размышлял, его можно было принять за нормального человека, хотя не стоило забывать, что это не так.

– Лен, что с тобой сегодня? – шепотом спросила Оля.

– Ничего, – пожала плечами Ленка.

– Ты уже второй урок с него глаз не сводишь.

– О чем ты?

– Об Илье.

– Нужен он мне, – фыркнула Ленка.

На самом деле Кириленко ей действительно был не нужен, но забыть об их договоре она не могла, а Илья не торопился поднимать эту тему. В то, что он передумал или забыл, Ленка не верила. Во-первых, с памятью проблем у него никогда не было, а во-вторых, его поведение явно указывало на то, что Илья про все помнит, просто специально тянет. С самого утра он избегал ее и не подходил, но наблюдал издалека, задумчиво потирая подбородок, а это означало только одно. У него уже был план, но ему хотелось помучить ее ожиданием, и она это понимала. Что еще ужаснее, у Ильи это получалось.

В конце концов Ленка не выдержала и решила спросить напрямую у Ильи, почему он медлит, но тот был так увлечен своей задачей, что не обратил внимания на ее сообщение. Или сделал вид, что не обратил? Мучиться от неизвестности Ленка не могла и решила пойти на отчаянные меры – заговорить с ним. Сделать это оказалось не так просто, и не только потому, что она долго собиралась с силами. Едва прозвучал звонок, как Кириленко сгреб в охапку тетрадь с учебником, закинул рюкзак на плечо и бросился к учительнице.

– Алевтина Степановна, у меня тут вопрос появился…

Ну все, это надолго. Если Илья зацепился с математичкой, то ждать его бесполезно. Сначала они начнут спорить, а потом учительница погонит его к доске и не отпустит, пока он не выдаст правильное решение, даже если начнется следующий урок. Одноклассники частенько пользовались этим и просили Кириленко задавать свои вопросы перед началом урока, чтобы меньше мучиться, а он всегда с радостью соглашался.

Подловить его удалось только на большой перемене, сразу после звонка. Он тащился куда-то со своими приятелями, когда Ленка подошла и, резко схватив его под локоть, оттащила в сторону. Конечно, она предпочла бы действовать без лишних свидетелей, но Илья ее сообщение до сих пор не прочитал, а застать момент, когда он находился в школе в одиночестве, было невозможно.

– Привет, Лель, – сказал он и расплылся в счастливой улыбке.

– Ты бы хоть иногда в нашу переписку заглядывал, – посоветовала Ленка вместо приветствия.

– Извини, ты так редко мне отвечаешь, что как-то не привык за ней следить, – с невинным выражением лица ответил Илюха.

Так она и поверила. Видел он это сообщение, просто не стал его открывать, чтобы она подошла к нему сама. И ведь подошла, хотя могла бы ждать, но почему-то не утерпела.

– Долго ты еще тянуть будешь? – спросила Ленка. – Или это вообще прикол какой-то был?

– Я не тяну, – ответил Илюха. – Я думал, мы начнем, когда ты скажешь, что готова.

Ее руки взметнулись в воздух, чтобы придушить его, но на полпути остановились, а пальцы сжались в кулаки. Ленка закрыла глаза и сделала глубокий вдох, но успокоиться это ей не помогло.

– А ты не мог сразу об этом предупредить? – спросила она с нескрываемым раздражением.

– Извини, Лель, ты у меня такая злючка, я решил не беспокоить тебя, – сказал, улыбнувшись, Илюха и щелкнул ее пальцем по носу.

Ленка поморщилась от досады. Она терпеть не могла, когда он так делал, но Кириленко не останавливали даже угрозы пооткусывать ему руки.

– Хорошо, – резко сказала Ленка. – Я готова начать.

– Отлично, тогда встретимся через пять минут в столовой.

– Почему там?

– Потому что я туда иду, – пожал плечами Илья. – Ладно, жду тебя.

Ушел он с той же счастливой улыбкой, которая не сползала с его лица во время их разговора, а вот Ленка стояла на месте в еще большем раздражении. Ей теперь нужно было как-то объяснить Оле все произошедшее.

– А это ты… вы… как бы… что? – растерянно спросила та.

Ленка и не думала смеяться над ее невнятным лепетанием, еще накануне она и сама бы не поверила, что когда-нибудь по собственной воле подойдет к Илье.

– Ничего, просто он опять достал меня своими тупыми сообщениями, пришлось припугнуть, – соврала Ленка и поспешила перевести тему. – Пойдем в столовую?

– В столовую? – переспросила Оля. – Ну не знаю, я ведь только на диету села…

– Вот и будет отличный повод с нее слезть, – сказала Ленка и потащила подругу по коридору.

В столовой толпилась куча народа, все кричали и визжали, под ногами путались мелкие младшеклассники, по бетонному полу безостановочно скрежетали металлические ножки столов и стульев, на кухне гремела посуда. Если ад существует, он выглядит именно так. А что, все необходимое на месте: котлы есть, шумные дети сойдут за чертей, ну а главную роль вполне можно отдать суровой буфетчице Надежде.

Оказавшись в эпицентре этого сборища оголодавших учеников, Ленка завертела головой по сторонам, но Илью нигде не нашла. Что делать дальше, она не знала. Есть перед физкультурой не хотелось, стоять посреди столовой было как-то глупо, но и уйти нельзя. За одним из столов Ленка заприметила одноклассниц и поняла, что лучшего прикрытия не найти.

– Пошли к нашим, – крикнула она Оле и начала протискиваться через хаотичные потоки детей.

К счастью, девчонки на их появление не обратили особого внимания, потому что были увлечены беседой. Здесь чуть ли не полкласса собралось, так что затеряться в этой толпе оказалось несложно, и Ленку это полностью устраивало.

– Как же неохота на физру, – пожаловалась Света и сжала виски пальцами. – Вот у меня знакомая в гимназии закрытой учится, у них там на выбор тренажерный зал, бассейн, аэробика… А у нас либо волейбол, либо баскетбол, либо этот бесконечный кросс вокруг школы, и так три раза в неделю.

Ленка мысленно усмехнулась этим жалобам. Света с подружками постоянно отмазывались плохим самочувствием и большую часть времени прохлаждались в сторонке, а потом просто приносили гору докладов и рефератов, за которые и получали хорошие оценки. Ленка их наглости отчасти завидовала, поэтому не упускала случая подколоть, однако в этот раз смолчала.

Между тем в столовую заявился Илья, но не кинулся тут же искать Ленку, а небрежно махнул рукой своим друганам и начал протискиваться к их столу сквозь толпу. Двигался он настолько беспечно и вальяжно, словно оказался тут случайно, и от этого Ленка начинала злиться. Ну сколько можно тянуть?

– Ленусь, ты чего сегодня такая молчаливая? – с многозначительной улыбкой спросила Света.

Сразу стало ясно, что она собирается расспрашивать Ленку о личной жизни, в которой, по ее мнению, никому, кроме Ильи, места не было. Такое нужно было пресекать на корню, иначе в ближайшие полчаса обсуждать одноклассницы будут только ее.

– Решила сначала думать, прежде чем говорить, – ответила Ленка. – Советую тоже попробовать.

Света закатила глаза и изобразила недовольство, но на самом деле на высказывания Ленки в этой компании никто не обижался. Наоборот, всем ее комментарии почему-то казались забавными, и ей позволялось язвить сколько угодно, отчего она иногда чувствовала себя кем-то вроде ручной обезьянки. Однако в этот раз даже сама Ленка посчитала свой ответ чересчур резким, а все из-за того, что Кириленко издевался над ней и она теряла самообладание.

Не выдержав, она снова взглянула на Илью и обнаружила, что он на нее смотрит. Нет, не смотрит, а буквально сверлит глазами. С его лица исчезла привычная усмешка, отчего он стал непривычно серьезным и сосредоточенным, а слегка нахмуренные брови добавили ему суровости. В этот момент Ленка поверила, что он действительно готов на все, и засомневалась, готова ли она.

Долго ждать ответа на этот вопрос не пришлось. Кириленко с хитрой ухмылкой взял телефон, разблокировал его и начал печатать. Сообщение он набирал медленно, букву за буквой, иногда отрывался от экрана и самодовольно поглядывал на Ленку, чтобы заставить ее понервничать, только вот это уже не работало. Его уверенность в собственном превосходстве настолько ее разозлила, что Ленка была согласна на все, лишь бы доказать ему обратное. Что бы Кириленко сейчас ни прислал, она без раздумий это выполнит, а потом он расплатится за это, когда настанет ее очередь.

Наконец Илюха набрал сообщение и поднял глаза на нее. Серьезность на его лице снова сменилась озорным выражением, и он с интересом наблюдал за реакцией Ленки, а потом, видимо, вдоволь насладившись ее мучениями, отправил сообщение и потряс телефоном в воздухе. Ленка не кинулась сразу же его читать, а выждала паузу и только потом взглянула на экран.

«Улыбнись и крикни мне, что любишь меня».

«У тебя 5 минут».

Вот скотина. Нельзя было ему верить, даже в теории. Теперь понятно, что не просто так он заставил ее прийти именно в столовую и именно в то время, когда здесь больше всего людей. Знал же, что многие одноклассники соберутся здесь перед физкультурой, и заранее запланировал спектакль с ней в главной роли.

Ленка отложила телефон и прикрыла лицо руками. Илья поставил ее перед милым выбором: отказаться и проиграть или согласиться и тоже проиграть. Время шло, но никакого выхода из этой ситуации Ленка не находила, правил его задание не нарушало, и единственное, что ее останавливало, – это необходимость произнести слова, которые она никогда и ни за что в жизни не сказала бы ему при других обстоятельствах.

– Лен, с тобой все в порядке? – спросила Оля.

– Ага, – кивнула в ответ Ленка и посмотрела на телефон.

Оставалось две минуты. Ей вспомнился вчерашний разговор с Ильей, когда он допытывал ее, действительно ли она готова на все, чтобы он от нее отстал. Интересно, он уже тогда придумал это задание или просто удачно сымпровизировал? И пошла бы Ленка на это, если бы знала, что ее ждет?

Можно было отказаться и свести все к шутке, но тогда Илья точно не оставил бы ее в покое. Она ведь согласилась в случае проигрыша встречаться с ним, поэтому отступать было некуда.

Собравшись с духом, Ленка взглянула на Кириленко. Он весело переговаривался с пацанами, ржал вместе со всеми над тупыми шутками, потому что на другие у них ума не хватило бы, и вообще словно забыл про их спор. Конечно, ему переживать было не из-за чего, это ведь не он сейчас должен был позориться, но в любом случае он следующий.

– Иль! – крикнула Ленка, но ее голос утонул во всеобщем шуме. – Иль!!!

Одноклассницы первыми услышали ее вопли и обернулись, а затем и сам Илья соизволил обратить на нее свое внимание.

– А? – крикнул он в ответ.

При виде этой довольной морды Ленке так и хотелось повыцарапывать ему глаза, но, на его счастье, добраться до него она пока не могла. Медлить и дальше было нельзя, поэтому она растянула губы в улыбке, набрала в легкие воздуха и заорала на всю столовую:

– Я тебя люблю!

На секунду лицо Кириленко озарила победоносная улыбка, но он быстро замаскировал ее блаженно-счастливым взглядом.

– И я тебя люблю, Лель! – ответил он.

Ему даже стараться не пришлось, чтобы перекричать всех, его голос без лишних усилий мощно прогремел в столовой, а сразу после парни, с которыми он сидел за столом, весело загудели. Вокруг Ленки тоже поднялся невыносимый галдеж.

– Что?!

– Боженович, что что было?

– Вот это новости!

– Так вы встречаетесь?

– Вы когда успели?

Поток вопросов не прекращался, и что-либо объяснять было бесполезно, все и так все увидели, услышали и поняли. Если бы Ленка принялась убеждать их, что у нее с Кириленко ничего нет, никто бы ей не поверил, так что отпираться было бесполезно.

– Да, мы вместе, – четко проговорила она.

– Почему ты раньше нам не сказала? – спросила Света с таким видом, будто Ленка о каждом своем шаге должна была ей отчитываться.

– Раньше мы не встречались.

Естественно, в это никто не поверил, хотя Ленка сообщила совершеннейшую правду: еще пару минут назад у них с Илюхой не было ничего общего, а теперь они вроде как официально пара, пусть и фиктивная. Хотя Кириленко на большее и не стоило надеяться.

– А мне ты почему не рассказала? – тихо спросила Оля, ткнув Ленку под бок.

Быстро придумать какое-то разумное оправдание, почему она утаила такую важную вещь от лучшей подруги, не получилось, но ждать Оля не стала. Она резко поднялась и пошла к выходу, Ленка бросилась за ней.

– Оль, подожди! – позвала она, но подруга даже не обернулась.

Ленка то и дело чертыхалась, когда натыкалась на внезапно выдвигавшиеся перед ней стулья и зазевавшихся учеников, однако продолжала пробираться к двери. По пути взгляд упал на Илью. Тот беззаботно болтал со своими друганами, веселился и шутил. Ничего, недолго ему осталось наслаждаться жизнью. Сначала, конечно, нужно было поговорить с Олей, но потом настанет его черед расплачиваться за это прилюдное унижение.

– Оль, да подожди ты! – крикнула Ленка уже в коридоре и снова получила в ответ лишь обиженное молчание.

Только когда она догнала подругу и схватила ее за руку, та наконец-то остановилась, но ничего не сказала.

– Ты чего? – спросила Ленка.

Звучало глупо, потому что все и так было ясно. Оля любила загоняться из-за всякой ерунды, что уж говорить про этот случай. Скорее всего, она успела мысленно похоронить их дружбу, а заодно выдумать десятки причин, по которым это произошло.

– На самом деле, чего это я? – сказала Оля. – А ничего, просто моя лучшая подруга меня кинула!

– Не кидала я тебя!

– Да? А почему ты тогда мне ничего не сказала?

Больше всего на свете Ленке хотелось признаться в том, что виной всему нелепый спор между ней и Ильей, но правила это запрещали, и она боялась нарушить их. Вдруг Кириленко как-нибудь узнает об этом? От него же потом не отвяжешься.

– Дело в том, что… – замялась Ленка. – Понимаешь, я не могу тебе пока об этом рассказать, просто поверь, я и сама не рада.

– Извини, но нет, я не понимаю, почему ты не хочешь рассказать мне, – подчеркнула Оля последнее слово.

Чертов Кириленко, почему от него всегда так много проблем? Почему она сейчас должна что-то выдумывать, чтобы окончательно не рассориться с подругой из-за его тупых правил? И вообще, с чего это вдруг она начала его бояться и вести себя так, как хотел он?

Осознание собственного бессилия заставило Ленку разозлиться в первую очередь на саму себя. Если так пойдет и дальше, она в самом деле не заметит, как начнет с ним встречаться, причем по своей воле, и с этим нужно что-то делать. Для начала, например, все-таки сказать Оле правду.

– Я ничего не сказала, потому что у нас с ним ничего нет, это просто игра, – прошептала Ленка, убедившись, что лишних ушей рядом не было.

– Лен, ты меня за дуру держишь? Ну вместе вы, ну и хорошо, я за вас рада, – пожала плечами Оля. – Не хочешь, чтобы я про ваши отношения знала, так бы и сказала, я лезть не стала бы. Ладно, мне идти надо.

– Оль, да послушай меня! – попыталась остановить ее Ленка, но все без толку.

Если подруга что-то вбила себе в голову, переубедить ее было практически невозможно, поэтому оставалось только ждать, пока та остынет и сможет спокойно воспринимать информацию. А кто во всем виноват? Конечно же, этот идиот Кириленко, который умудрился всего за пару минут создать в ее жизни столько проблем. При одном воспоминании о нем Ленка почувствовала, как внутри поднялась волна злости, и ей захотелось немедленно с ним поквитаться, чтобы он почувствовал себя на ее месте. Ни одной причины откладывать казнь она не видела, поэтому крепко сжала кулаки и направилась обратно в столовую.

Подходить близко к Илье Ленка не стала, вместо этого она привалилась плечом к одной из колонн, у которой он легко мог заметить ее, и быстро напечатала сообщение. Пальцы из-за раздражения тряслись и попадали не по тем буквам, отчего она еще сильнее злилась, но наконец-то она дописала и отправила задание:

«Вылей Фетисову на голову чай».

Цель Ленка выбрала не случайно. Во-первых, они с Ильей, мягко говоря, не ладили, хотя тусовались в одной компании. Разговаривали они сквозь зубы и периодически порывались эти самые зубы друг другу повышибать, так что замять грядущий конфликт у Кириленко точно не получилось бы. А во-вторых, у Ленки с ним были личные счеты, потому что зимой Фетисов неслабо напугал ее, когда во время школьной новогодней гулянки завел ее в безлюдный коридор и полез к ней с приставаниями. Тогда Ленка вырвалась и убежала, но обида на него осталась, а теперь у нее появилась возможность отомстить и ему тоже.

Когда Илья прочитал сообщение, на его лице не отразилось ничего: ни растерянности, ни испуга, ни нерешительности. Он перекинулся парой слов с Нечаевым, поднялся из-за стола, закинул рюкзак на плечо и пошел к буфету, где на подносах кучно громоздились стеклянные стаканы с мутной жидкостью и толстым слоем сахара на дне. Схватив один из них, Кириленко бесцеремонно растолкал мелких школьников и пролез без очереди к кассе, заставил расплыться в улыбке вечно строгую и сдержанную Надежду, после чего вернулся обратно к своей компашке.

Если честно, Ленка ожидала, что Илюха разыграет спектакль в стиле «споткнулся и случайно выплеснул чай», как сделала бы она, но нет. Он остановился за спиной у Фетисова, посмотрел на Ленку все с тем же твердым и немного пугающим выражением, а затем окликнул Тимофея и демонстративно вылил ему на голову все содержимое стакана.

– Ты охренел? – взревел тот и вскочил на ноги.

О том, что происходило дальше, Ленка могла только догадываться. Кириленко слегка склонил голову в его сторону и со злобной усмешкой что-то тихо ему сказал. Фетисов процедил что-то в ответ. Илья кивнул на дверь. Остальные пацаны тоже подорвались с мест и бросились за ними, перебрасываясь эмоциональными комментариями. Вскоре все они скрылись в коридоре, а Ленка растерянно уставилась им вслед.

Все сложилось именно так, как она планировала, но радости Ленка почему-то не ощутила. В теории это ей казалось забавным, но на деле выходило не очень весело, отчего в ней зародилась тревога и даже чувство вины. Пусть Илья ее подставил, но сделал он это довольно безобидно, а Ленка, мало того что втянула в их разборки других людей, так еще и спровоцировала драку, которая неизвестно чем закончится. Хотелось броситься вдогонку за ними и остановить, но она вовремя отговорила себя от этой затеи. Теперь уже ничего не исправишь.

Спокойно вздохнула Ленка, только когда Илья с опозданием завалился в спортзал, и сразу же разозлилась. Она все это время переживала за судьбу этого придурка, представляла его несчастным и избитым до крови, но на пострадавшего Кириленко не тянул. Вел он себя как обычно – веселился, шутил, носился, как сумасшедший, и не упускал возможности домотаться до Ленки. К счастью, про их спор пока не вспоминал, но после своей выходки она ожидала от него чего угодно.

– Лель, ты можешь шустрее ногами перебирать? – спросил ее Илюха, когда они нарезали круги по залу для разминки. – Тащишься как черепаха.

Бежал он чуть позади нее, но обгонять не торопился.

– Тебе какое дело? – грубо ответила она через плечо.

– Мне из-за тебя приходится почти пешком идти.

– Ну так в чем проблема, обгони. Или силенок не хватает?

– Всего мне хватает, просто не хочется такой шикарный вид упускать, – рассмеялся Илюха.

– Да пошел ты! – прошипела Ленка и специально замедлилась еще больше.

В отместку Кириленко догнал ее и начал щекотать, а она принялась с визгами отбиваться от него, но эти издевательства прекратил физрук.

– Кириленко, Боженович! Пять дополнительных кругов, – приказал он, не вдаваясь в причины потасовки. – Остальные шагом марш!

Как всегда. Вообще-то, Ленка была одной из самых примерных учениц, но многие учителя не знали об этом, потому что Илья постоянно втягивал ее в подобные истории, наказания за которые ей приходилось разделять с ним.

– Вот это фортануло, – обрадовался Кириленко.

– Невероятно, – съязвила она. – Бегать – это так увлекательно.

– Не знаю, что там насчет бега, но лично я не откажусь на несколько минут дольше полюбоваться твоей задницей, – рассмеялся Илья.

– Ну ты и свинья! – воскликнула Ленка.

Илья ничего не ответил и, смеясь, убежал от нее.

Больше он ее, к счастью, не доставал, поэтому она со спокойной душой забыла про него и занялась обдумыванием более важных вещей. Например, как подступиться к Оле, которая продолжала держаться холодно и отстраненно и всячески демонстрировала обиду.

Из-за этого Ленке приходилось коротать перемены в одиночестве, присоединяться к компании остальных одноклассниц было очевидным безумием. Их с Кириленко роман в этот день официально считался темой номер один, и для сохранения психики лучше было держаться ото всех подальше, чтобы не отбиваться от раздражающих вопросов.

От Ильи тоже стоило держаться подальше, но этого Ленка не могла себе позволить из-за условий их контракта, которые обязывали ее в любой момент бросить все и бежать к нему по первому зову. Как это и случилось, например, после физкультуры, когда она брела по коридору к кабинету истории и наткнулась в холле второго этажа на Кириленко с Нечаевым. Они сидели на одной из скамеек и, как обычно, ржали, что породило у Ленки беспочвенную мечту проскочить мимо незамеченной.

– Лель, подойди сюда, дело к тебе есть! – крикнул Илья.

Не повезло. А ведь она почти успела добраться до прикрытия. Раньше Ленка просто бросила бы в ответ какую-нибудь саркастичную гадость, но теперь Илью лучше было не злить, поэтому она сделала глубокий вдох и направилась к нему. Андрей сразу засобирался уходить, и Ленка с подозрением проследила за ним. Интересно, он в курсе этого спора или Кириленко ему честно ничего не рассказал? Никаких изменений в поведении Нечаева она не заметила, он скользнул по ней привычным незаинтересованным взглядом, в котором не читалось никакого подтекста, так что очевидных доказательств нарушения правил не было.

– Что надо? – пробубнила Ленка, скрестив руки на груди.

– Задание для тебя есть, – небрежно ответил Илья. – Не волнуйся, несложное.

Как будто его мозга хватило бы на что-то сложное. Эта мысль заставила Ленку усмехнуться про себя, но озвучивать ее она не стала.

– Помни мне плечи минут пять, а то я после физры совсем никакой, – попросил Кириленко.

Первым делом Ленке захотелось послать его куда подальше, но она подавила этот порыв и с коварной улыбкой подошла к Илье. Если уж договорились, то надо свои обязательства выполнять, причем со всей ответственностью. Как следует размяв пальцы, Ленка вцепилась руками в его плечи и принялась с силой давить на них, но Кириленко ни разу не поморщился от боли, наоборот, он издавал нелепые мычащие звуки, из-за которых все со смехом на них поглядывали и шептались. И ведь ясно, что делал он это специально, чтобы позлить ее и опозорить, другой цели у Илюхи в принципе не было.

– Кайф… – сказал он. – Лель, ты где этому научилась? У меня сейчас слюни потекут.

– Фу, мерзость, – скривилась Ленка.

Кириленко сам по себе был отвратителен, а такое лучше даже не представлять.

– Я из-за тебя с Олей поссорилась, – сказала Ленка.

– Из-за меня?

– Она обиделась, что я не рассказала ей про наш роман раньше.

– А почему ты не рассказала? – спросил Илья. – Неужели ты стесняешься своего парня?

– Ты мне не парень, – рявкнула Ленка и сдавила его плечи так, что пальцы онемели.

Он ничего не ответил, только тихо засмеялся, даже не заметив ее попыток причинить ему боль.

– Да ладно, Лель, прикольно же, – внезапно сказал Илья, запрокинув голову назад, чтобы посмотреть на нее.

– И что тут прикольного?

– Ну, у нас с тобой появилась еще одна тайна, о которой знаем только мы.

Ленка злобно выдохнула, а затем отвесила ему подзатыльник, но Кириленко в ответ лишь громко рассмеялся.

– Если я еще хоть раз от тебя подобное услышу, живьем закопаю, – предупредила она.

– Где? В одном из цветочных горшков? – продолжал веселиться Илюха.

Одни шутки на уме. Вот Ленке было совсем не до смеха. После физкультуры так и тянуло прилечь где-нибудь и не шевелиться, но вместо этого она вынуждена была прислуживать Кириленко. Он, к счастью, отвлекся на сообщение из какого-то чата и успокоился, так что Ленка наслаждалась тишиной, что так редко удавалось в его присутствии.

– Ладно, Лель, можешь отдыхать, – наконец сказал Илья.

– Благодарю, господин, – ответила она ему с нескрываемым сарказмом.

– О-о-о, – только и смог выдавить Кириленко, а затем поднял вверх указательный палец. – Теперь всегда ко мне так обращайся.

– Обломись!

– А че нет? Раз уж ты теперь моя личная рабыня.

Это он зря сказал. Если бы промолчал, Ленка просто ушла бы на урок, но такое заявление она не могла оставить без ответа, и у нее было полное право отомстить на законных основаниях.

– Чего?! – возмутилась Ленка. – Ты опять свои фантазии с реальностью перепутал?

– А что не так? – с усмешкой спросил Илья, посмотрев на нее снизу вверх. – Ты и вправду теперь у меня на побегушках, к тому же еще и добровольно.

– Я делаю это только ради победы в нашем споре.

– Наивная ты, Лель, – сказал Кириленко и поднялся со скамейки. – Я же сразу тебя предупредил, что победы тебе не видать.

От его самоуверенности тошнило. Хотелось устроить ему какую-то подлянку, чтобы стереть довольную улыбку с его лица, но все заранее заготовленные гадости в этот момент казались недостаточно серьезными, поэтому она брякнула первое, что пришло ей в голову.

– Задание для тебя: выкинь свой рюкзак в окно.

На деле прозвучало это слишком по-детски и совсем не грозно, однако Илья и не думал высмеивать ее требование. Он сразу принял сосредоточенный вид и осмотрел рамы в холле, но ручки с них были благоразумно убраны. Его это не остановило, и Кириленко направился к одному из открытых кабинетов, потащив за собой Ленку.

– Эй! – крикнула она. – Ты что делать собираешься?

– Задание выполнять, – коротко пояснил он.

Высмотрев кабинет, который остался без учительского присмотра, Илья стремительно прошел в самый его конец, а Ленка замялась у входа. Вместе со всеми она наблюдала за тем, как Кириленко сдвинул с подоконника несколько папок и пластиковое ведерко с чахлым алоэ, провернул ручку и раскрыл окно, в которое тут же ворвался холодный ветерок, наполнивший воздух ароматом прелых листьев и мокрой земли. Долго Илья не думал, просто стянул рюкзак с плеча и швырнул его наружу, после чего захлопнул створку и так же невозмутимо пошел к двери.

Семиклашки от представления остались в восторге, а вот Ленка никакой радости не ощутила. Ну выполнил он задание, и что дальше? Хотела посмеяться над ним, а в результате непонятно почему почувствовала себя дурой. К тому же еще и совесть очень не вовремя проснулась. Погода всего за одну ночь резко изменилась, на улице накрапывал мелкий противный дождь, и несложно было представить, что случится с рюкзаком Илюхи пока он будет лежать на земле. А что, если его кто-нибудь стащит? Там же могли важные вещи лежать…

В отличие от нее, Кириленко не страдал от самоедства и продолжал строить из себя неунывающего клоуна. Он вместе с Ленкой пришел на историю, чем подогрел интерес к их якобы роману, и устроился за партой с телефоном, на экране которого замелькали видеоролики. Ленка ждала, что он вот-вот не выдержит и выбежит из класса, но Илья, кажется, и думать забыл о рюкзаке, потому что вел он себя так, будто ничего не произошло.

Буквально за минуту до звонка Ленка не выдержала и все-таки сорвалась с места, чтобы вернуть этому идиоту его рюкзак. Естественно, она мысленно себя ругала за эту слабость, но поступить по-другому не могла, иначе ее окончательно загрызла бы совесть, о существовании которой она до этого момента не подозревала. Не в целом, а именно в отношении Ильи.

Уже в коридоре Ленку застал звонок, но она не вернулась обратно, хотя стоило подумать о том, как глупо она будет выглядеть, когда появится посреди урока с рюкзаком Ильи. Однако в тот момент все ее мысли были только о том, как выбраться из школы незамеченной. Проскочить мимо охранника было нереально, а вот один из выходов возле боковой лестницы закрывался только на щеколду, о чем знала вся местная шпана. Илья, естественно, относился к этой категории, а Ленка прознала об этом, потому что он всем с ней делился, и сейчас эта информация оказалась как нельзя кстати.

Школьная легенда не обманула, дверь действительно закрывалась на массивную задвижку, с которой Ленка без труда справилась, и, убедившись, что поблизости никого нет, выскочила на улицу. Ветер моментально пробрал до костей, но Ленка понадеялась, что после короткой пробежки за угол она не свалится с простудой, потому что жертвовать здоровьем ради Илюхи она определенно не была готова.

Рюкзак все еще валялся под окнами кабинета и успел намокнуть, но в целом пострадал не сильно. Ленка брезгливо подняла его и осмотрела. Выглядел он так, будто Кириленко пришел с ним в первый класс и больше не расставался, а время от времени служил даже футбольным мячом: где-то разошлись швы и топорщились нитки, от одной из молний отлетела собачка. Невероятно отвратительная вещица, как, в принципе, и сам Илья. Надо было возвращаться, поэтому Ленка вытянула руку с рюкзаком, чтобы держать его подальше от себя, и рванула обратно, но наткнулась на неожиданное препятствие.

– Нет, нет, нет, – тихо заныла она, дернув за ручку.

Кто-то успел запереть дверь. Может, уборщица заметила, что она приоткрыта, или кто-то еще, но теперь путь оставался только один – через охранника. В этом случае очередная встреча с Ниной Алексеевной была неизбежна, потому что появление на пороге одетой не по погоде ученицы во время занятий вызвало бы немало вопросов, а Ленке этого не хотелось.

С собой у нее был телефон, и это могло ее спасти, только вот кого попросить о помощи? Оля, хоть и обиделась, не бросила бы ее на холоде, но во время урока их отпускали неохотно, так что нужен был кто-то, кто мог бы при необходимости просто подняться и уйти, то есть Кириленко. Ну а что, это из-за него она оказалась в таком положении, пусть он и спасает ее, рыцарь недоделанный.

На экране собирались мелкие капли дождя, и телефон с трудом понимал, что Ленка от него хочет, однако она все-таки зашла в переписку с Ильей и набрала сообщение:

«Я застряла на улице. Открой боковую дверь».

Немного подумав, Ленка добавила:

«пожалуйста».

Такого вежливого обращения он был недостоин, но ради того, чтобы попасть в тепло, она готова была поступиться своей гордостью. Не успела Ленка отправить сообщение, как за дверью раздался металлический лязг, а затем в проеме она увидела довольного Илюху. От холода мозг работал медленно, и Ленка не сразу поняла, что произошло. Только оказавшись внутри помещения, она сообразила, что Илья слишком быстро открыл ей, и это означало только одно: он был здесь.

– Ты совсем сдурел? – возмутилась Ленка. – Я там задубела.

– Да ладно, Лель, не злись, я же пошутил, – миролюбиво ответил Илья, положив руку ей на плечо.

За такие вольности ему можно было бы и врезать, но после промозглого ветра Ленку била мелкая дрожь, а Илья неплохо согревал, поэтому она не торопилась отстраняться. Хоть какая-то польза от него.

– Ты как тут оказался? – спросила Ленка, чтобы заполнить неловкую тишину.

– Увидел, что ты куда-то рванула, и проследил за тобой.

– Мало ли куда мне надо было!

– У тебя на лице написано, когда ты что-то задумала.

Обычно у Ленки на лице написано, что Илюха ее бесит, но этого он почему-то предпочитал не замечать.

– И долго ты собирался меня там держать? – спросила она.

– Ты о чем? Я же почти сразу тебя впустил, – ответил он.

– Потому что я тебе написала.

– Да?

Похоже, сообщения до Илюхи действительно не успели дойти, потому что в его голосе послышалось искреннее удивление. Он достал из кармана телефон и взглянул на экран, где висели уведомления с ее мольбой о помощи.

– Как мило, ты сразу подумала обо мне, – сказал с улыбкой Кириленко и поцеловал ее в макушку.

– Даже не надейся, просто ты единственный, кто может свалить с урока, – огрызнулась Ленка и оттолкнула его.

К счастью, про причину, по которой она оказалась на улице, Илья разговор не заводил, за что Ленка испытывала нечто вроде благодарности. Разумных объяснений этому поступку она не находила, поэтому решила улизнуть обратно на занятие, пока они не затронули эту тему.

– Эй, ты куда? – окликнул ее Илья, когда она направилась к лестнице.

– На урок, – ответила Ленка и побежала по ступенькам.

– Вообще-то твоя очередь выполнять задание.

Нашел время. У него-то поводов переживать из-за успеваемости не было, за участие в олимпиадах ему многое прощали, а вот Ленка ничем таким прикрыться не могла.

– И что ты хочешь?

– Прогуляй этот урок со мной, – ответил Илья, облокотившись на перила.

– Но там мои вещи остались.

– Ничего с ними не случится. Не волнуйся, я сказал, что тебе стало плохо и ты попросила отвести тебя к медсестре.

Не стоило все-таки бежать за этим драным рюкзаком, не пришлось бы сейчас расплачиваться за свою доброту. Первый жизненный урок от Кириленко: нельзя помогать тому, кто этого недостоин, потому что он этого не оценит.

– Ладно, – вздохнув, согласилась Ленка и спустилась обратно.

Илья ничего больше не сказал, только поднял с пола свой рюкзак, отряхнул его и нырнул в закуток под лестницей. Это было излюбленное место прогульщиков, но ко второму учебному дню они еще не настолько выдохлись, чтобы пропускать занятия, поэтому здесь никого не было.

Главной достопримечательностью этого уголка была деревянная лавка, сколоченная какими-то учениками на уроке труда лет пятьдесят назад. Время от времени по требованию директора или завуча ее относили в подсобку, но стараниями учеников она неизменно возвращалась обратно, словно на ней лежало особо сильное заклятие. Один раз эту лавку даже отнесли на помойку, но уже на следующее утро она чудесным образом возникла на прежнем месте, чем доказала абсурдность идеи избавиться от нее. Сейчас же она пришлась как нельзя кстати, и Илья устроился на ней, призывно похлопав рукой рядом с собой.

– Обломись, – сказала она и демонстративно уселась подальше от него. – Я это делаю только потому, что у меня нет выбора.

– Неправда, есть.

– Нет. Я лучше ни на один урок больше не пойду, чем буду встречаться с тобой.

В ответ Илья лишь рассмеялся, а Ленка напряглась. Зря она ему идею подала, а то ведь он вправду додумается до такого. Нужно было срочно сменить тему, но вести с ним светские беседы Ленка не привыкла, поэтому перешла к привычным оскорблениям.

– Знаешь, Иль, мне тебя даже жалко, – призналась она.

– Почему же? – с нескрываемым интересом спросил Илья.

– Ты так нелепо выглядишь, когда таскаешься за мной, – ответила Ленка и презрительно ухмыльнулась. – Над тобой друзья еще не угорают из-за этого?

– Если честно, Лель, – сказал Илья, серьезно посмотрев на нее, – я бы сейчас на тебя обиделся, если бы не помнил, как ты в четвертом классе рыдала из-за тройки по английскому.

– Свинья, – прошипела Ленка.

Об этом эпизоде своей жизни она предпочитала не вспоминать и надеялась, что все, кроме нее, о нем забыли, однако памяти Ильи можно было позавидовать, как и его самообладанию. Как Ленка ни старалась, вывести его из себя не получалось. То ли его действительно ничего не задевало, то ли он просто хорошо умел скрывать свою злость, но Кириленко все так же непринужденно сидел на лавке и улыбался.

– К тому же, – внезапно заговорил он, – кое-каких результатов я добился, так что, видимо, не зря таскаюсь.

Опять эти намеки. Ленка терпеть их не могла, но вызвать у Илюхи принудительную амнезию было невозможно, а жаль.

– Хватит уже об этом, – сказала она, скрестив руки на груди. – Тот медляк я с тобой танцевала только потому, что ты меня заставил.

– Ага, – ответил Илюха с хитрой улыбкой.

– И проводить меня домой я попросила только потому, что больше было некого.

– Ага, – повторил он.

Вот она, та непоправимая ошибка, которую Ленка до сих пор не могла себе простить. В тот раз, когда она сбежала от Фетисова со школьной дискотеки, она позволила Илье довести ее до дома, потому что боялась, но он, кажется, воспринял это по-своему.

– И целоваться ты тогда сам полез, я этого не хотела, – не выдержала Ленка.

Да, эту ужасную тайну она уже больше полугода скрывала ото всех, даже от Оли. Вообще-то поцелуем это назвать было сложно, Кириленко просто подловил момент и прижался к ее губам на пару секунд, но этого хватило, чтобы все испортить. А ведь Ленка надеялась, что первый поцелуй у нее будет романтичным и запоминающимся, с каким-нибудь красавцем на берегу моря или хотя бы возле какого-то водоема, и чтобы закатные лучи золотили все вокруг… Ну или хотя бы с нормальным парнем, в которого она будет влюблена. А в результате это случилось на лестничной клетке в темном подъезде с человеком, которого она ненавидела. Что тут скажешь, воспоминания и вправду остались неизгладимыми, а вот с романтикой не срослось.

– Прости, Лель, – сказал Илья, и сам придвинулся к ней поближе. – Просто мне нужно было проверить одну теорию.

– Какую?

– Я тогда подумал: если я тебя поцелую и ты не спустишь меня с лестницы, значит, я тебе все-таки нравлюсь.

Ленка стиснула зубы и раздраженно выдохнула. Ему невозможно было объяснить, что их отношения существовали только в его голове и симпатию с ее стороны он видел только потому, что хотел видеть.

– Ты не можешь просто начать относиться ко мне как к своей девушке и надеяться, что это прокатит, – сказала она.

– Могу, – уверенно заявил Кириленко.

– Не можешь.

– Могу.

– Нет!

– Да.

– Нет!

– Да.

Не сдержавшись, Ленка закрыла лицо руками и издала отчаянный рев, отчего Кириленко рассмеялся. Судя по его поведению, спорил он с ней просто так, ради спора, и она это понимала, но позволить ему оставить за собой последнее слово не могла.

– Ладно, Лель, не злись, – сказал Кириленко и закинул руку ей на плечо. – А то нас тут запалят.

– Ну и пусть, – пробурчала она.

– Но ты же не хочешь потом в кабинете у завуча оправдываться из-за того, что прогуляла урок и вместо него целовалась под лестницей со своим парнем? – тихо спросил он, наклонившись к ее уху.

– С чего кто-то должен подумать, что мы могли тут целоваться?

– Я чистосердечно в этом признаюсь, – сказал Илюха и опять рассмеялся.

– Да отвали ты уже!

Сбросив его руку, Ленка отодвинулась подальше и замолчала. Прошло не больше десяти минут, а она уже еле сдерживалась, чтобы не прибить его, что в принципе было неудивительно. Так заканчивались все их разговоры, поэтому Ленка предпочитала игнорировать его и не отвечать ни на какие вопросы.

– Ладно, прости, Лель, – сказал, резко посерьезнев, Илья. – Постоянно несу всякую хрень, когда нервничаю.

– Ты? Нервничаешь? – удивилась Ленка. – Из-за чего?

– А как с тобой иначе? – усмехнулся он. – Мне скоро придется на транквилизаторы какие-нибудь садиться, чтобы окончательно не двинуться.

– Тебе уже поздно, – попыталась съязвить она, но получилось слишком добродушно.

Они негромко рассмеялись, и Ленка поймала себя на мысли, что это не совсем нормально. Что-то пошло не так, раз она прикалывается не над Ильей, а вместе с ним. Второй жизненный урок от Кириленко: нельзя общаться со своими врагами, иначе становится сложно их ненавидеть. Вот не знала она до этого момента, что он умеет нервничать, и жилось как-то спокойнее, а теперь язык не поворачивался сказать какую-нибудь колкость. Вдруг опять разволнуется?

Как назло, все оставшееся время Илья вел себя подозрительно примерно. Не лез с шутками, не пытался обнять и вообще ничем не раздражал. Даже не говорил без умолку, а протянул ей наушник, и до звонка они просто смотрели видеоролики, которые, надо признать, иногда были смешными. Их общение складывалось до ужаса непривычно, из-за чего Ленка начинала задумываться о том, что была несправедлива к Илье. Все-таки он мог иногда быть нормальным человеком.

Будь Ленка поумнее, сразу догадалась бы, что подобные теплые чувства нужно обрубать на корню, но ее доверчивость сыграла против нее. Ленка даже бездарно потратила возможность помучить Илью заданием и заставила его всего лишь купить ей еды в столовой, потому что ее кошелек остался в сумке, а желудок недовольно урчал. Это стало ошибкой, которую Ленка осознала слишком поздно, когда перед следующим уроком в кабинете собрался почти весь класс.

Телефон на парте зажужжал, и она нехотя потянулась за ним, ожидая увидеть бесполезное уведомление, однако это оказалось сообщение от Ильи:

«Задание для тебя: прямо сейчас устрой мне сцену ревности с криками и истерикой при всех».

Это оказалось неожиданным ударом в спину, потому что Ленка перестала воспринимать их игру всерьез и наивно поверила в то, что их конфликт можно решить мирными методами. Третий жизненный урок от Кириленко: никогда не жалей своих врагов, потому что они воспользуются твоей слабостью и направят ее против тебя же. Это было еще позорнее, чем прилюдное признание в любви. Ленка в принципе предпочитала сдерживать свои эмоциональные порывы, а он требовал от нее примерить на себя образ неадекватной ревнивой девицы, которых она всегда презирала.

Времени подумать не оставалось. Нужно было выполнить задание до того, как прозвенит звонок, иначе пришлось бы разыгрывать представление еще и при учительнице. Сложный выбор. Очень сложный. Одно дело – признание в любви, от которого можно отшутиться, и совсем другое – полноценные разборки с парнем на глазах у всех. И зачем только она на это согласилась?

Собравшись с духом, Ленка по-быстрому зашла на страницу Илюхи, нашла первую попавшуюся девушку в списке его друзей и сунула телефон ему под нос, нацепив на лицо маску отвращения и ярости.

– Это что? – спросила она.

– Ты о чем? – удивленно спросил он.

Надо же, прирожденный актер. Ленка даже расплакалась бы от восторга, если бы главная роль в этом спектакле принадлежала не ей.

– Почему у этой девки на каждой фотке твои лайки? – громко спросила она, поднявшись с места.

Все одноклассники моментально притихли и уставились на них. Не успели еще изгладиться воспоминания о случае в столовой, как подоспело новое представление, еще более удивительное: всегда сдержанная Боженович вдруг превратилась в фурию.

– Лель, ты чего, просто знакомая, – с нервным смехом оправдывался Илья.

– А, это так теперь называется? – раздраженно спросила Ленка. – И сколько у тебя таких знакомых?

Изображать ревнивицу у нее получалось очень натурально, потому что в этот момент ее на самом деле разрывало от злости. Мало того, что она выставила себя полной дурой, так ей это еще минимум несколько недель припоминать будут.

– Да нисколько, Лель, успокойся, – уговаривал ее Илья.

– Если я еще хоть раз увижу, что ты увиваешься за какими-то… Ты меня понял, – сказала Ленка, пригрозив ему пальцем.

– Понял, понял, – примирительно ответил Кириленко. – Успокойся только.

Какой же позор. После такого оставалось только забрать документы и перевестись в другую школу, чтобы больше никогда не встречаться со свидетелями этой милой ссоры двух влюбленных. Наверное, задание можно было считать выполненным, хотя на истерику такое поведение тянуло с трудом. Для Ленки, однако, даже это оказалось уже слишком, и ей многое хотелось сказать Илье, но желательно без свидетелей.

– А ну-ка пойдем поговорим, – потребовала Ленка и, ухватив его за ворот рубашки, потащила к двери.

Кириленко не сопротивлялся и послушно следовал за ней под сочувствующими взглядами одноклассников. Наивные, и вправду поверили, что Ленка на почве любви к нему свихнулась настолько, что отслеживает каждый его лайк.

– Ты издеваешься? – спросила она, когда они вышли в коридор.

– Да, – честно ответил Илья и усмехнулся. – В этом же весь смысл, разве нет?

– Мы же нормально сегодня общались, к чему это все было нужно? – возмутилась Ленка.

– Лель, извини, но мы с тобой соперники, – напомнил Илья. – А победитель будет только один.

– Ну раз так, – со злостью сказала Ленка, – то учти, что я тебя больше жалеть не буду.

Резко развернувшись, она направилась обратно в кабинет, потому что говорить с Илюхой было больше не о чем. Он сам напросился, так что никакой пощады может не ждать. Ленка найдет способ превратить его жизнь в ад и пожалеть о том, что он ввязался в этот спор, а пока пусть наслаждается последними спокойными часами.

– Лель, – донеслось ей вслед, – что бы ты там ни придумала, не забывай, что у меня всегда будет ответный ход.

Глава 3
Охотник и жертва

ДЕВЯТЫЙ КЛАСС. Декабрь только начался, но повсюду уже лежат сугробы, а с неба падают мелкие невесомые снежинки. Уроки закончились, поэтому все расходятся по домам и не обращают внимания на оглушительные вопли Ленки, которую несет на плече Илья. Она орет, бьет его кулаками по спине и брыкается, но он крепко держит ее и настойчиво идет в противоположную от ворот сторону, вглубь школьного двора, чтобы выбросить ее в мусорку. По крайней мере, он говорит, что собирается это сделать.

Началось все по его вине: Илья целый день доставал Ленку, поэтому в какой-то момент она не выдержала и кинула его пенал в мусорное ведро. Вообще-то ему там было самое место, любой нормальный человек постыдился бы выставлять на всеобщее обозрение это разодранное и изрисованное ручками нечто, однако Кириленко, видимо, слишком привязался к своему уродцу. После уроков он подкараулил Ленку у выхода и похитил, пока остальные пацаны удерживали одноклассниц, пытавшихся ее спасти.

Теперь же помощи ждать неоткуда. Окна школы плотно закрыты, да и со стороны не кажется, будто Илья делает что-то плохое. Подумаешь, тащит на плече девчонку, которая орет как резаная, – не убивать же ее на самом деле он собирается.

За ними следуют несколько парней. Такое же хулиганье, как и Кириленко. Один только Нечаев выбивается из этой группы, но и он не намерен никого останавливать, наоборот, ржет вместе со всеми и подначивает Илюху. Мусорный бак с каждым шагом становится все ближе, и Ленка понимает, что ей не удастся избежать своей участи.

– У тебя есть последняя возможность, – с довольной улыбкой говорит Кириленко, открывая крышку контейнера. – Если попросишь прощения, я не буду тебя выбрасывать.

У него все еще проскакивают по-детски высокие ноты, и в сочетании с появляющейся хрипотцой голос кажется простуженным.

– Ни за что! – орет Ленка. – Отпусти меня, урод!

Парни начинают скандировать «кидай!», однако Илья не торопится, словно ее страдания доставляют ему особое удовольствие. Вместо того чтобы выполнить задуманное, он ставит ее на ноги, но не отпускает, а крепко прижимает к себе так, что она даже пошевелиться не может. Ростом Кириленко чуть ниже нее, особенно когда Ленка на каблуках, но за последние пару месяцев он как-то незаметно вырос, и скоро обзывать его недомерком не получится.

– Зря ты так, – усмехается Илюха. – Раз не хочешь договариваться по-хорошему, то условия меняются: не выкину тебя, если поцелуешь меня.

– Обломись! – кричит Ленка. – Я лучше мусорку оближу, чем с тобой целоваться буду!

Парни радостно гудят, потому что их устраивают оба варианта, а Кириленко весело смеется, пытаясь поймать ее губы, пока Ленка вертит головой, чтобы избежать поцелуя. Одна мысль о том, что он сейчас поцелует ее возле вонючей помойки под любопытными взглядами каких-то придурков, доводит Ленку практически до паники, и она начинает изо всех сил лупить по Илюхе руками и ногами. В какой-то момент он ослабляет хватку, буквально на секунду. Ленка цепляется за этот шанс и вырывается на свободу. Она пытается убежать, но кто-то из парней хватает ее за рукав, из-за чего Ленка теряет равновесие и падает лицом в снег.

Раздается оглушительный взрыв смеха, и в ней снова зарождается это противное чувство. Беспомощность. Это чертовски унизительно – валяться, распластавшись на земле, ощущать страх, отчаяние, сдерживать слезы, чтобы не разрыдаться у всех на виду, и понимать, что никому до этого нет дела, никто не собирается помогать.

Последний рывок, и Ленка поднимается на ноги. Она бежит так быстро, как может, и понятия не имеет, бросились ее догонять или нет, потому что слышит только свое тяжелое дыхание. Наконец она добирается до ворот и, остановившись, оглядывается. Ее никто не преследует, так что можно отдышаться и отряхнуться от налипшего на одежду снега.

Школьный двор почти пуст, девчонки, которые пытались отвоевать Ленку у Илюхи, куда-то ушли, и она грустно усмехается. Обычно за нее заступалась хотя бы Оля, но та пару дней назад слегла с простудой, и теперь поддержки ждать не от кого. Ленка вздыхает, закидывает голову назад и только сейчас чувствует, что по щекам катятся крупные слезы.

Полтора года назад ее жизнь превратилась в ад. В прошлом сентябре Кириленко словно подменили, и теперь каждый день в школе становится для нее испытанием. Он дразнит ее, ворует и прячет вещи, зажимает на переменах и после уроков, кажется, соревнуется сам с собой в изощренности издевательств над ней. Помощи в этой ситуации ждать неоткуда. Одноклассницы посмеиваются и намекают, что Кириленко к ней неравнодушен, а в их взглядах и голосах читается непонятная ей зависть. Просить о помощи учителей бесполезно, мама советует не обращать на него внимания, чтобы ему надоело к ней лезть. Только вот время идет, а Илье не надоедает. Наоборот, ее равнодушие только сильнее подогревает его интерес.

Ответить ему чем-то равноценным Ленка не может, потому что все ее попытки вызывают у него лишь смех и приводят к еще более жестким издевательствам, так что остается только терпеть. Безысходность, беспомощность и страх – все, что у нее осталось, и все, что ей светит в ближайшие месяцы.

Ленка вынырнула из воспоминаний и часто заморгала, чтобы отогнать подступившие слезы. Картинки из прошлого оказались настолько отчетливыми и яркими, что на какое-то время она словно вернулась снова почти на два года назад. Непонятно, почему в памяти всплыл именно этот случай, но подобные вещи были самым надежным оберегом от чувства жалости к Илье. И вообще от каких-либо чувств к нему, кроме ненависти.

Сегодня Ленка дала ему шанс, когда он начал вести себя как нормальный парень, но Илья жестоко обманул ее и должен был за это поплатиться. Она хотела в ответ ударить его побольнее, но выяснилось, что для всяких издевок Илья был практически неуязвим, потому что он сам неплохо справлялся с тем, чтобы выставлять себя на посмешище. Но должно же было существовать что-то, что заставит его страдать?

Удивительно, насколько хорошо и одновременно плохо Ленка его знала. Кириленко рассказывал ей обо всем, что делал, куда ходил, чем увлекался, с кем общался, но то, о чем он мечтал и чего боялся, было для нее загадкой. Он производил впечатление открытого человека, но на самом деле Илья предусмотрительно скрывал все, что можно было использовать против него.

Если кто и мог помочь, так это Оля, однако подруга до сих пор обижалась и даже не закидывала Ленку сообщениями, хотя обычно их поток не прекращался ни на час. Посчитав, что ссориться из-за такой ерунды глупо, Ленка попыталась дозвониться до нее, но ответа не получила и тогда решилась на крайние меры – наведаться в гости.

Конечно, в такую мерзкую погоду выходить из дома не хотелось, но ничего лучше Ленка не придумала, поэтому наскоро оделась потеплее, накрутила на шею шарф, щелкнула дверным замком и прислушалась. Никакой реакции ее активное шевеление не вызвало, поэтому она не выдержала и крикнула в сторону гостиной:

– Я к Оле!

– Хорошо, – ответила мама.

Едва ли она поняла, о чем говорила Ленка. У мамы несколько недель назад появилось новое увлечение – вышивание картин крестиком, и все свободное время она тратила на создание шедеврального полотна по мотивам их семейной фотографии. Ленка не очень понимала, зачем это нужно, если фотка уже есть, но вышивание все-таки было лучше масляной живописи, из-за которой все в квартире пропахло мерзким химозным запахом.

Ленка потопталась немного в прихожей, но никаких вопросов о том, во сколько она вернется и чем вообще собирается заниматься, не последовало, поэтому она обиженно фыркнула и выбежала из квартиры, хлопнув дверью. Бесит. Иногда так хотелось побунтовать, поругаться или даже сбежать из дома под вечер, а потом бродить по темным улицам, отгородившись от окружающего мира наушниками с тоскливыми песнями про одиночество, но нет. Этот мир словно проверял Ленку на прочность, потому что подсовывал ей только самых неунывающих людей.

Мама всегда витала в облаках и с восторгом принимала любые ее идеи, тут же погружаясь в воспоминания о своей юности, все одноклассники тоже были до ужаса дружелюбные, про Илью и говорить нечего. Он вообще походил на дворняжку, которая радостно скулит и виляет хвостом, если хозяин обратил на нее внимание, пусть на деле тот просто пнул ее, чтобы не мешалась под ногами. И даже вечно загонистая Оля излучала оптимизм и жила мечтой о какой-то там великой любви. Разве только отец не вписывался в общую картину, но он был слишком занят работой в своей юридической фирме и не горел желанием воспитывать дочь, а жаль. С его тяжелым характером скандалы вышли бы фееричными – соседи слушали бы их вместо сериалов.

До Оли Ленка добралась за рекордные семь минут вместо привычных двенадцати, и это с учетом очереди, которую ей пришлось отстоять в магазине. Последним препятствием стала наглухо закрытая подъездная дверь с домофоном, но, к счастью, Олю впечатлило ее неудержимое рвение к примирению, поэтому вскоре Ленка уже стояла перед нужной квартирой на пятом этаже и жала на кнопку звонка.

– Привет, – сказала она, когда дверь открылась.

Не прогнала, уже хорошо. Теперь нужно было закрепить успех, поэтому Ленка потрясла в воздухе пластиковым контейнером с эклерами в шоколадной глазури.

– Я со вкусняшками.

Со стороны это выглядело так, будто она пыталась приманить кошку пакетиком с кормом, но Ленка удержалась и не озвучила свою мысль: одно неловкое движение – и Оля могла снова обидеться. Пока же подруга стояла и завороженно смотрела на сладости с опасением и восторгом.

– Ты же знаешь, что я на диете, – дрогнувшим голосом ответила она.

Про это Ленка знала, и даже знала, что это за диета такая. Олю на нее подсадил одиннадцатиклассник, с которым она начала встречаться перед Новым годом. Ленке он казался крайне неприятным типом, еще более мерзким, чем Фетисов, но подруга в своем Ванечке души не чаяла и послушно бегала за ним, несмотря на то что вел он себя как последний козел. На уговоры и предупреждения Оля не велась, поэтому Ленка уже была близка к тому, чтобы разобраться с ним самостоятельно, но судьба, к счастью, все разрулила. Жилин собрался поступать в другом городе и, пока Оля страдала и мечтала приехать к нему на следующий год, уже планировал будущее без нее, о чем сообщил только летом, перед самым отъездом.

Естественно, так как Жилин был козлом, просто так расстаться с ней он не мог и напоследок наговорил много всего, в том числе намекнул, что ей не мешало бы скинуть пару килограммов. Вообще-то, проще было разумную жизнь на Луне обнаружить, чем найти у Оли лишний вес, но она приняла эти слова близко к сердцу и твердо решила превратиться в красотку назло ему. За это дело Оля взялась со всем энтузиазмом, на который только была способна, и уже исчезла бы, если бы Ленка на регулярной основе не подкармливала ее всякими гадостями.

На деле же Оле никакие диеты и улучшения были не нужны, потому что такую красотку, как она, надо было еще поискать. Природа наградила ее всем, о чем обычно мечтают девушки: длинные стройные ноги, тонкая талия, пухлые губы и большие, миндалевидной формы глаза, аккуратный тонкий нос и светлые волосы с мягким золотым отливом. Парни при виде нее шеи сворачивали, но у Оли была одна проблема, которая перечеркивала все, – ее хроническая неуверенность в себе. Она не замечала своих достоинств и предпочитала выискивать микроскопические недостатки, чем всякие уроды вроде Жилина умело пользовались.

– На сегодня диета отменяется, – строго сказала Ленка и без приглашения протиснулась в прихожую, пока подруга не успела опомниться.

Похоже, эклеры оказались достаточно весомым аргументом, чтобы не выгонять ее, но слабым для того, чтобы помириться. Пока закипал чайник, Оля сидела на самом краешке табуретки и нервно перебирала пальцами край скатерти, словно от этого разговора зависела вся ее жизнь, а Ленка сидела рядом и подбирала слова.

– Оль, в общем… – запнулась она, – я беременна.

– Как?! – воскликнула Оля, округлив глаза. – От кого?

– Ну не от тебя же, – серьезно ответила Ленка и, не выдержав, громко рассмеялась.

Да, нелепо, ну а что еще было делать, если подруга вела себя так, словно какая-то катастрофа произошла? Надо было разрядить обстановку, и она не виновата, что ничего лучше в этот момент не придумала.

– Дура! – сказала Оля и швырнула в нее пачку чая, стоявшую на столе.

– Видела бы ты себя! – продолжала веселиться Ленка. – Ладно, а теперь серьезно. Слушай и запоминай: мы с Кириленко не встречаемся, просто поспорили и теперь по очереди выполняем разные тупые задания. Кто первый сольется – тот проиграл, но мы договорились, что рассказывать об этом вообще никому не будем, поэтому притворяйся, что ничего не знаешь.

– А в чем смысл? – удивилась Оля.

– Если я выиграю, то он обещал наконец-то отцепиться от меня и даже не смотреть в мою сторону.

– А если он?

Предположить такой вариант даже теоретически было невыносимо, поэтому Ленка поморщилась, вспомнив, чем чреват ее проигрыш.

– Если выиграет он, мне придется с ним встречаться.

– Боже, это самый сложный способ начать отношения с парнем, который только можно представить, – сказала, покачав головой, Оля.

– Не будет никаких отношений! – тут же вышла из себя Ленка. – Я ему проигрывать не собираюсь!

В ответ Оля закатила глаза и молча поднялась, чтобы налить кипяток в кружки, но в каждом ее жесте чувствовалось несогласие и осуждение. Она всегда была на стороне Кириленко, что бы тот ни вытворял.

– Оль, хватит, – попросила Ленка. – Что я сделаю, если я не хочу с ним встречаться?

– Ну и дура, – бросила через плечо подруга.

– Лучше я буду свободной дурой, чем его девушкой.

– Пей, – строго сказала Оля тоном, не терпящим возражений, и поставила перед ней чай.

Температура содержимого кружки, судя по густому пару, который поднимался над ней, была чуть ниже температуры поверхности солнца, но Ленка послушно сделала глоток, чтобы не злить подругу. Чай моментально обжег небо и язык, так что она отставила его в сторону и решила отвлечь Олю подробным отчетом про то, как прошел первый день игры с Кириленко.

– И что тебе от меня нужно? – спросила та, выслушав рассказ до конца.

– Помоги мне придумать для него что-нибудь жесткое.

– Он в тебя влюбился, хуже уже ему не будет, – сказала Оля.

С этим не поспоришь, тут Илюхе определенно не повезло, но он сам виноват. Ленка ничего не делала, чтобы очаровать его, так что страдать ему приходилось исключительно из-за собственной тупости.

– Но попробовать же можно? – спросила Ленка, подняв брови.

Оле эта идея очевидно не нравилась, однако она уже потеряла надежду как-то повлиять на Ленку, поэтому сдалась и задумалась.

– Я не так хорошо его знаю… – сказала она. – Но если ты хочешь поиздеваться над ним, то сильно заморачиваться тебе не надо.

– Ты о чем?

– Ты ему нравишься, и, наверное, сильно, раз он еще не забил на тебя, – ответила Оля. – Если бы я была на его месте, то, наверное, дико ревновала бы к другим парням…

Заставить Кириленко своими же руками подтолкнуть ее к кому-то еще – звучало неплохо и интригующе. Настроение поднималось от одной только мысли о том, сколько страданий ему это принесет.

– А это идея, – оживилась Ленка и подвинула коробку с эклерами к Оле. – Ешь давай.

Следующим субботним утром она оказалась единственным человеком, который к зданию школы чуть ли не бежал. Настроение у нее было отличное, и даже погода поддерживала ее энтузиазм: осенняя прохлада и сырость уступили место яркому солнцу, отчего все вокруг снова наполнилось жизнью. Теплые лучи пригревали, щебетание птиц на ветках мысленно возвращало обратно в летние дни, а желто-красные листочки под ногами напоминали разноцветное конфетти.

– Ты уверена, что хочешь это сделать? – тихо спросила Оля, пока они ждали учительницу у кабинета.

До вчерашнего дня Ленка и не подозревала, что способна пасть так низко, но соревнование с Ильей разжигало в ней нездоровый азарт, из-за чего отступить она не просто не могла – не хотела.

– Я уверена, что не хочу с ним встречаться, по сравнению с этим все остальное мелочи, – ответила Ленка.

В нетерпении она то и дело поглядывала в сторону лестницы, но Кириленко никак не появлялся. Хотя чего от него можно было ожидать? Он постоянно заваливался в класс за секунды до звонка, и это в лучшем случае, а суббота у него вообще считалась учебным днем по желанию. Ленка успела потерять всякую надежду увидеть его, когда Илья наконец-то появился в коридоре второго этажа.

Даже издалека было заметно, что Кириленко чуть не засыпает на ходу. Он недовольно щурился от заглядывавшего в окна солнца и медленно тащился к одноклассникам, но недолго ему оставалось наслаждаться спокойствием и безмятежностью.

– Ладно, мой выход, – шепнула она Оле и направилась навстречу Илье.

На самом деле она ужасно боялась последствий, к которым приведет ее затея, но нужно было собраться с силами и довести задуманное до конца, поэтому Ленка нацепила на себя маску высокомерности и направилась к нему. Каблуки глухо стучали по линолеуму в такт сердцу, а желание плюнуть на все и пройти мимо него с каждым шагом только нарастало, но отступать было некуда – если бы она не решилась сейчас, потом тем более не смогла бы.

– Привет, Илюшенька, – с приторно-ядовитой улыбкой сказала Ленка, остановившись рядом с ним.

– Привет, Лель, – ответил он тоже с улыбкой, только глуповато-счастливой.

– У меня для тебя есть кое-что интересное, – сказала она таинственным тоном.

– Я заинтригован, – сонно ответил Илюха, посмотрев на нее из-под полуопущенных ресниц.

Еще немного, и он, наверное, вырубился бы, так что пора было немного его взбодрить. Покопавшись в телефоне, Ленка отправила ему сообщение и с хитрой усмешкой уставилась на него, но требовать чего-то от Ильи было бесполезно, поэтому ей пришлось помахать в воздухе телефоном, чтобы до него дошло, что нужно сделать. Впрочем, стоило ему взглянуть на экран, и сон как рукой сняло.

– Ого, – только и смог выдавить Кириленко.

Наверное, он не мог поверить своему счастью, потому что у него теперь была фотография Ленки, для которой она позировала в непривычном для себя и даже немного вызывающем виде. Накануне Оля поколдовала над ее внешностью и превратила в модницу-тусовщицу, поэтому на снимке Ленку трудно было узнать. Плотный слой черных теней на веках, ярко-красная помада, распущенные волосы с легкими волнами и серебристое платье с тонкими бретелями, которое не стремилось спрятать грудь – полная противоположность тому, как она обычно выглядела.

– Ну что, нравится? – спросила она у Илюхи.

Глупый вопрос. Кириленко очевидно поплыл от снимка, на котором она игриво подмигивала, запустив руку в волосы.

– Ага, – кивнул Илюха с довольной улыбкой. – Только это платье тебе не очень идет, может, перефоткаешься без него?

– Обломись! – рявкнула Ленка, но тут же одернула себя.

Нельзя было нервничать в такой момент, чтобы все не испортить. Пока Кириленко с восторгом разглядывал фотографию, увеличивая ее и отпуская тупые шуточки, она сделала пару вдохов и запрыгнула на подоконник, чтобы смотреть ему прямо в глаза.

– Илюшенька, у меня есть для тебя задание, – сказала Ленка тем же таинственным тоном и внимательно уставилась него.

Напрягся, хоть и постарался не показывать этого. Может быть, уже догадывался, к чему она клонит, но пока не успел просчитать все возможные варианты.

– Скинь эту фотку Фетисову, – добила его Ленка.

Улыбка все еще по инерции держалась у Ильи на лице, а вот в глазах мелькнули то ли злость, то ли испуг. Он уставился на нее, но осмыслить услышанное, кажется, никак не мог.

– Что? – переспросил Кириленко.

– Прямо сейчас, – вместо уточнения ответила Ленка.

Как же приятно было смотреть на него в этот момент. Крепко сжатые челюсти, недовольный взгляд исподлобья и полнейшая беспомощность от того, что никакого выхода у него не было. Точнее, выбор оказался непростым: отправить это фото человеку, которого он ненавидит, или же не делать этого и проиграть в им же придуманной игре.

– Лель, ты серьезно? – не выдержал Илья.

– А что? – спросила она с невинным выражением лица.

– Тебе память отшибло? Ты забыла, кто он такой?

– А я тут при чем? – пожала плечами Ленка. – Это же твое задание, можешь не отправлять, если не хочешь.

Стоило ей почувствовать власть над Кириленко, как страх тут же отступил, и его сменила полная уверенность в победе. Илья все еще надеялся, что она одумается, но Ленка слишком долго ждала этого момента, чтобы так просто отступить.

– Отказываешься? – спросила она и презрительно усмехнулась.

Эта игра начинала ей нравиться. Раньше у нее получалось только обороняться, а теперь Ленка могла сама атаковать Илью и наслаждаться его страданиями. Как все-таки справедливо устроена жизнь: любой охотник может стать жертвой, если его жертва окажется достаточно умна.

Илья ничего не отвечал. Он оперся ладонями на подоконник и уставился в одну точку, словно несколько лишних секунд могли его спасти. Ленка его не торопила, ей хотелось, чтобы он в полной мере ощутил отчаяние, поэтому не мешала ему наслаждаться этим моментом.

– А знаешь что? – наконец сказал Кириленко. – Черт с тобой. Отправлю я эту фотку, а дальше разбирайся сама. Довольна?

Схватив с подоконника телефон, Илья открыл фотографию, при виде которой совсем недавно чуть в обморок от счастья не упал, и переслал ее Фетисову, причем проделал это на глазах у Ленки, чтобы у нее не осталось сомнений в его честности. Наверное, ей надо было порадоваться тому, что Кириленко сдался и выполнил это унизительное для него задание, но почему-то не получалось. Вместо этого она опять чувствовала себя так, будто сделала что-то плохое, да еще и себя втянула в эту историю. Разве так должна ощущаться победа?

Одноклассники к этому времени скрылись в кабинете, который открыла учительница, поэтому в коридоре повисла тягостная тишина, ее нарушали лишь выкрики случайных учеников, спешивших на уроки. Ленка немного потопталась на месте, не решаясь посмотреть на Илью, а затем молча направилась к классу, потому что добавить ей больше было нечего.

– Эй, ты куда? – окликнул ее Кириленко и, схватив за плечо, оттащил обратно к подоконнику.

– Чего тебе? – возмущенно спросила Ленка.

Сопротивляться она не пыталась, но и не горела желанием продолжать общение с ним, однако Илья оперся рукой на подоконник, перегородив ей путь. Выглядел он все еще рассерженным, но на его губах играла самодовольная и хитрая ухмылка.

– Теперь моя очередь, забыла? – напомнил Кириленко.

Интонация, с которой он произнес эти слова, ничего хорошего не сулила. Ленка умудрилась сильно разозлить его своим заданием, поэтому теперь он мог ей отомстить со всей изощренностью, на которую был способен его крошечный мозг.

– Что же придумать для тебя? – произнес Илья. – Может, заставить тебя поставить эту фотку на аву до конца дня, раз ты так хочешь ею похвастаться?

Вот свинья. Ему бы хватило дурости на такое, так что Ленка на всякий случай притихла и не стала озвучивать все, о чем подумала, чтобы не провоцировать его. Кириленко же возомнил себя хозяином положения и держался так, словно от его решения зависела ее судьба.

– Ладно, пожалею тебя в этот раз, – сказал он. – Лучше так: поменяй на своей странице фамилию на мою до конца игры.

– В смысле до конца игры? – воскликнула Ленка. – Так нельзя!

– А разве нашими правилами это запрещено? – спросил Илья, наклонившись к ней.

Дважды свинья. Если бы она могла предположить, что все обернется именно так, заставила бы его заполнить договор листов на сто с перечислением всех запретов и ограничений.

– Ты хоть понимаешь, насколько убого это звучит? Ленка Кириленко! Как детсадовская дразнилка, – с нескрываемым раздражением сказала она, скрестив руки на груди.

– Привыкай, тебе с этой фамилией еще жить, – рассмеялся Илья. – И вообще, это прикольно, сразу видно, что мы были созданы друг для друга.

Ленка его воодушевления не разделяла. На ее взгляд, это сочетание было таким же смешным и нелепым, как и сама мысль о том, что у них могут появиться какие-то отношения, однако говорить этого она не стала, потому что задание ее вполне устраивало. Еще вчера оно привело бы Ленку в бешенство, но на фоне сегодняшней выходки казалось уже не таким страшным.

– И как только тебе такой бред в голову приходит? – спросила она, разблокировав телефон. – Ты что, заранее это все придумал?

– Естественно, – не без гордости ответил Кириленко. – Слишком ценный приз, чтобы полагаться на везение, так что все просчитано.

– Наивный, – усмехнулась Ленка. – Даже не надейся, я заставлю тебя вылететь первым.

– А вот и нет.

– А вот и да.

– Лель, я в тебя влюбился, когда у тебя и груди толком не было, – с самым серьезным видом сказал Илюха, наклонившись к ней. – Меня ничто не остановит, понимаешь?

– Ну ты и скотина! – обиделась Ленка и оттолкнула его от себя.

– Почему сразу скотина? Между прочим, я очень сильно рисковал, так что цени это, – ответил он и щелкнул ее пальцем по носу.

Никакой благодарности она к нему, конечно же, не испытывала, наоборот, предпочла бы как следует приложить его чем-нибудь по голове, но ничего подходящего под рукой не было.

– Готово, – сказала Ленка и продемонстрировала ему страницу с новой фамилией. – Доволен?

– Да, – коротко ответил Илья с довольной улыбкой.

– Отлично.

Теперь уже точно не было ни единого повода продолжать общение с ним, так что Ленка направилась в кабинет, но Кириленко опять догнал и остановил ее.

– Подожди, Лель, это еще не все, – сказал он уже тихим и серьезным тоном. – Если ты думаешь, что я позволю тебе снова устроить что-то подобное, то ты сильно ошибаешься. Если ты захочешь еще раз сыграть на моей ревности, учти, что ответное задание тебе очень не понравится. Надеюсь, проверять это ты не будешь.

Прозвучало это довольно угрожающе. Ленка даже отшучиваться не стала, потому что сейчас Илья не был похож на того дурачка, которым она привыкла его считать.

– И кстати, – сказал он, наклонившись к ней, – ту фотку я удалил, так что он увидеть ее не успел. Но себе я ее сохранил и обязательно самым тщательным образом изучу, можешь не переживать.

Напоследок Кириленко поцеловал Ленку в щеку и, весело смеясь, ушел на урок, а она застыла на месте, так как в этот момент у нее вообще не оказалось подходящих слов, даже нецензурных, которые могли бы описать ее эмоции. Когда он успел? Как он вообще мог так поступить? И самое главное: получается, он опять ее обыграл?

В кабинет Ленка заявилась в таком взбешенном состоянии, что могла, наверное, убить одним взглядом, но на Кириленко эта способность, увы, не распространялась. Он сидел за одной из последних парт со своими приятелями и все так же радостно улыбался, а когда заметил Ленку, прижал телефон к сердцу и мечтательно закрыл глаза.

«Придурок», – мысленно обругала она его и плюхнулась на свое место.

Теперь будет постоянно напоминать ей про этот снимок и намекать, что у них появилась еще одна тайна.

– Ну как? – шепотом спросила Оля.

– Этот идиот меня переиграл, – ответила Ленка, закрыв лицо руками.

– Значит, не такой уж он идиот?

Очень спорное утверждение. Хотя тут и спорить было не о чем, Кириленко просто повезло, но это не значит, что в следующий раз он сможет так просто выкрутиться. Раздражение никак не утихало, поэтому Ленка схватила телефон и напечатала сообщение:

«И как это понимать?»

«А что не так?» – спрашивал Илья. – «Задача решена с соблюдением всех условий».

Да уж, за одну перемену Кириленко побил свой собственный рекорд – получил звание свиньи трижды. Все бы ничего, но этот подмигивающий смайлик, который он прилепил к своему сообщению, окончательно добил Ленку, так как в нем она почувствовала нечто издевательское и насмешливое. Это стало последней каплей, поэтому Ленка отложила ручку в сторону, достала телефон и зашла на свою страницу. Всего пара кликов, и злополучная фотография из личного владения Ильи перешла в общественное достояние, превратившись в пост, под которым моментально начали мелькать лайки от одноклассниц. К счастью, вовремя прозвеневший звонок спас Ленку от необходимости лично выслушивать их восторги.

Единственным, кто не оценил эту красоту, вполне ожидаемо стал Илья. Ленка на него даже смотреть опасалась, потому что с трудом представляла его реакцию. С другой стороны, ему не в чем было обвинить ее, ведь условия соблюдены – это фото она выложила не для того, чтобы вызвать у него ревность, а просто чтобы у них стало на одну тайну меньше. Один-один, Илюшенька.

После звонка Ленка продолжила игнорировать Кириленко, но он жаждал объяснений, поэтому уже в коридоре выцепил ее из толпы восторгавшихся новым образом одноклассниц и оттащил в сторону.

– И что это значит? – спросил Илья.

В этот момент он выглядел слишком суровым и рассерженным, отчего у Ленки неприятно сжалось сердце.

– Ничего, – пожала она плечами. – Просто решила похвастаться фоткой, красиво же получилось.

– По-моему, я говорил тебе, что…

– Иль, очнись, – перебила его Ленка. – Ты не можешь от меня ничего требовать, потому что ты мне никто. Не парень и даже не друг, просто никто, понимаешь? Может быть, ты перепутал игру с жизнью, но в реальности никаких отношений у нас нет, так что я могу делать что хочу, и ты не имеешь права мне что-то запрещать, когда до тебя уже дойдет?

Кажется, эта речь на него подействовала, потому что он несколько секунд смотрел ей прямо в глаза, а потом отпустил плечо и убрал руки в карманы толстовки.

– Ладно, – сказал Илья и, резко развернувшись, ушел.

После этого он куда-то запропастился на целый урок и вернулся только перед физкультурой, но Ленку демонстративно избегал, что, наверное, должно было пробудить в ней угрызения совести. Забавный он все-таки. Как будто это она за ним бегала и его молчание заставило бы ее хоть немного помучиться. На самом же деле Ленка рада была, что Илья наконец-то от нее отстал, и первой идти на примирение не собиралась, поэтому тоже игнорировала его. Нет, даже не так: она с огромным наслаждением забыла о его существовании на весь следующий урок.

Погода была солнечной и теплой, поэтому физрук выгнал всех на улицу и заставил наворачивать круги по стадиону. В результате они только и делали, что бегали: то на время, то на скорость, то десять кругов, то стометровку, и трудно сказать, что хуже – это или бесконечный волейбол в спортзале. Впрочем, настроение у учителя, похоже, было хорошее, поэтому он сжалился и отпустил всех пораньше. На целых три минуты. Хорошо хоть бежать до школы на заставил, а разрешил дойти.

– Блин, – выругалась Ленка, когда они с Олей доплелись до ступенек, ведущих ко входу. – Я кофту забыла.

Это было, мягко говоря, досадное упущение. Если бы Илья не обижался на нее, Ленка припрягла бы его, но унижаться извинениями она не планировала, так что вынуждена была сама расплачиваться за свою невнимательность.

– С тобой сходить? – устало спросила подруга.

– Не надо, я сама, – промямлила Ленка и потащилась обратно к стадиону.

Кофту Ленка нашла на том же месте, где и оставила, – на первом ряду трибун с синими пластиковыми сиденьями. Сначала она хотела поднять ее и пойти обратно, но потом поняла, что ноги уже не держат, поэтому села на соседнее место, чтобы хоть немного отдохнуть. Звонок с урока уже прозвенел, но вокруг не было ни души, потому что по субботам двор не заполняли младшеклассники и их родители, и это Ленку радовало. Она грелась под теплым солнцем, прислушивалась к пению птиц и реву моторов вдалеке и всячески оттягивала момент, когда придется встать и направиться в школу.

Нарушил эту идиллию Фетисов, который показался из-за угла здания. Выглядел он как всегда мрачно: темные недлинные волосы, бледная кожа, черная джинсовка и такого же цвета штаны. Пересекаться с ним Ленка не хотела ни при каких обстоятельствах, но он говорил по телефону и не проявлял к ней никакого интереса, так что следить за ним она прекратила, а вскоре вообще чуть не заснула под теплыми солнечными лучами. Даже жесткий пластиковый стул казался невероятно удобным, но Ленка вовремя спохватилась и через силу разлепила глаза.

Тимофей стоял на спортивной площадке, привалившись спиной к лестнице, и пристально смотрел на Ленку, причем он и не думал отводить глаза, даже когда она его заметила. Это ей уже не нравилось, поэтому Ленка с трудом поднялась на ноги, схватила кофту и направилась к школе, пока ему не пришло в голову прицепиться к ней.

Самый короткий путь пролегал как раз мимо спортивной площадки, и Ленка надеялась преодолеть его без приключений. Однако все это время Фетисов неотрывно следил за ней, как цепной пес, охранявший свою территорию. Казалось, еще один шаг – и он кинется на нее, но пока Тимофей продолжал смотреть так, словно что-то знал, но говорить не собирался. Поравнявшись с ним, Ленка все-таки не выдержала и остановилась.

– Какие-то вопросы? – резко спросила она, впившись в него взглядом.

Вместо ответа Фетисов чиркнул зажигалкой и неспешно выдохнул ей в лицо едкий противный дым, от которого Ленку чуть не стошнило. Можно было подумать, что он специально так себя вел, чтобы показаться крутым, но она знала, что Фетисов не притворялся, он на самом деле считал себя центром Вселенной. Ему нравилось нарываться на конфликты, проверять на прочность нервы окружающих и унижать всех, кто его проверки не проходил. Ленка это понимала, поэтому не могла отступить и смотрела на него в ожидании ответа.

– Никаких, – все-таки сказал он, едва заметно пожав плечами.

Несмотря на свой крайне неприятный характер, Фетисов по непонятной причине притягивал женское внимание, словно магнитом, и Ленка постепенно ловила себя на том, что его грубое обаяние начинает действовать и на нее. То, как он держал зажигалку каким-то непринужденным, чуть ли не аристократическим жестом, как презрительно смотрел карими, почти черными глазами с хитрым прищуром… Разум уговаривал бежать от него со всех ног, но она, естественно, не прислушалась к голосу рассудка.

– Тогда какого черта ты так пялишься на меня? – спросила Ленка.

– Просто забавно, – сказал, усмехнувшись, Фетисов.

– Что забавно? – с нескрываемым раздражением уточнила Ленка.

Попытки припугнуть его выглядели очевидно нелепо и жалко, потому что никакой угрозы она для него не представляла. Ей даже смотреть приходилось снизу вверх, что не позволяло почувствовать превосходство хотя бы физически, и Фетисов прекрасно все понимал. Он провел рукой по волосам, которые солнце окрасило в темно-каштановый оттенок, и наконец-то заговорил.

– Забавно смотреть, как всякие потаскухи строят из себя по жизни скромниц, чтобы набить себе цену.

От удивления у Ленки брови на лоб полезли, настолько неожиданно для нее прозвучали эти слова.

– Ты это сейчас про меня? – спросила она.

– А здесь есть еще кто-то?

– Я не знаю, чем ты обкурился, – сказала Ленка. – Может, кого-то и видишь.

– Задело, – заметил Фетисов.

– А я должна спокойно выслушивать оскорбления?

– Это не оскорбления, это просто факт.

– И с чего ты это взял?

– Да так, фотку интересную увидел.

Вот в чем дело. Ленка изначально не думала, что этот снимок выйдет за пределы круга ее друзей, но он каким-то неведомым образом стал популярнее, чем она планировала.

– По-твоему, если девушка накрасилась, она сразу потаскуха?

– Если она вырядилась как потаскуха и выставляет себя напоказ, вывод только один.

– Странно, я думала, это твой любимый типаж, – не выдержала и съязвила Ленка.

Если уж кто и мог сокрушаться об отсутствии нравственности, то точно не Фетисов. Его образ жизни был далек от примерного, и мало кому удавалось увидеть Тимофея дважды с одной и той же девушкой, однако желающих остепенить его меньше не становилось. Наивные девчонки так и липли к нему, чем он без зазрения совести пользовался, но иногда в нем просыпался спортивный интерес, и тогда Фетисов устремлял все силы на покорение очередной жертвы только для того, чтобы вскоре ее бросить.

– Не надейся, ты не в моем вкусе, – сказал он.

– Да? – удивилась Ленка. – А что же было зимой? Перепутал спьяну меня с кем-то?

– Тогда я думал совсем о другом.

– И о чем же?

– Хотелось посмотреть на его лицо, когда он узнает, что я сосался с его телкой, – спокойно признался Фетисов.

Их с Ильей вражда длилась уже много лет, но Ленка и не подозревала, что однажды ее втянут в эти разборки. Тот случай перед Новым годом она списала на нетрезвое состояние Фетисова, потому что с того раза он ни разу с ней не заговаривал и даже не смотрел, но теперь выяснилось, что он действовал вполне осознанно.

– Не зря тебя все считают уродом, – сказала, покачав головой, Ленка.

– Как будто это что-то плохое, – усмехнулся Тима.

– Для нормальных людей – да.

– Скорее для телок, которые привыкли, что рядом с ними всегда есть лох, который стелется под них ради призрачной надежды, что однажды ему что-то перепадет, – сказал Фетисов. – Неудивительно, что таких, как ты, раздражают парни, у которых есть хоть капля самоуважения.

Это было уже слишком. С Ленкой никто и никогда так не разговаривал, поэтому она не смогла противиться желанию отплатить Фетисову той же монетой.

– Знаешь, еще вчера я жалела, что заставила его угостить тебя чаем, а сегодня я очень этому рада, – сказала Ленка, ядовито улыбнувшись.

– Кто бы сомневался, крысить за спиной – чисто бабский метод, – равнодушно ответил Фетисов. – Хотя я удивлен, что Киря настолько скаблучился, что готов творить всякую дичь ради какой-то телки, которая ему даже не дает.

– А тебе и не понять, – пожала плечами Ленка. – Для этого нужно кого-то любить, но тебе это не грозит.

– Если любовь – это унижаться даже не с нулевым, а с отрицательным результатом, то знаешь, где я ее вертел? – сказал Тимофей и громко рассмеялся.

Столько гадостей Ленка в жизни ни от кого не слышала, поэтому ей хотелось придушить Фетисова голыми руками, и, будь у нее такая возможность, она обязательно это сделала бы. Какое вообще право он имел говорить что-то подобное о ней? Они даже ни разу не пересекались, если не считать того случая перед Новым годом, когда Фетисов сам к ней полез, и Ленка уж точно не пыталась привлечь его внимание. А еще ее почему-то разозлило, что он наехал на Кириленко, и найти разумное объяснение этому она не смогла. Просто стало обидно за этого придурка, который хотя и бесил Ленку, но по сравнению с Фетисовым казался совершенно безобидным.

Доказывать все это Тимофею было явно бесполезно, поэтому Ленка просто ушла. Точнее, унеслась со скоростью звука, потому что сердце от гнева колотилось как бешеное, и она даже забыла, что еще несколько минут назад еле на ногах держалась от усталости.

В раздевалке Ленка спешно переоделась, а потом не выдержала и со злости удалила ту самую фотографию, которая стала причиной всех проблем. Вопреки ожиданиям легче не стало. Эмоции внутри продолжали бурлить, и даже Оля побаивалась что-либо уточнять и поглядывала на Ленку с опаской, так что на следующий урок они шли в напряженном молчании. В этот момент им на пути встретился Илья, который стоял в компании других парней, и тут Ленку переклинило от воспоминаний о том, как Фетисов насмехался над ним.

Раньше ее не волновало, что о нем думают окружающие, но тут она поймала себя на мысли, что со стороны это все действительно выглядит нелепо. Илья в открытую бегал за ней уже второй год, а она не упускала возможности поиздеваться над ним и прилюдно унизить, пусть и в шутку, что, естественно, видели все его приятели, среди которых были и те, кто поддерживал в этом вопросе Фетисова. Но ведь дело совсем не в том, что Ленка была бессердечной стервой. Будь на месте Кириленко кто-то другой, она ни за что так себя не вела бы, поэтому ей захотелось показать всем этим идиотам, что они не правы.

– Я тебя догоню, у меня тут дело есть, – сказала Ленка Оле и пошла к компашке пацанов, еще до конца не понимая зачем.

Все они скучковались возле ближайшего подоконника и, как всегда, наперебой обсуждали какую-то ерунду, временами прерываясь на громкий ржач. Илья стоял спиной к Ленке, поэтому не заметил, как она подошла, и ей пришлось дернуть его за рукав, чтобы обратить на себя внимание.

– Иль, – позвала Ленка.

– Чего? – нехотя спросил Кириленко.

До сих пор обижается. Непонятно, почему именно эта ситуация так его разозлила, вроде бы Ленка уже не в первый раз чудила, но обычно он относился к этому с юмором.

– Ну прости, – тихо сказала она.

А дальше произошло что-то необъяснимое. Ленка обвила свободной рукой его шею и, поднявшись на носочки, поцеловала. В школьном коридоре. На глазах у всех. В паре метров от кабинета завуча. Но в тот момент она не думала о последствиях, просто прильнула к его губам и замерла. Удивительно, но от отвращения Ленка не умерла, наоборот, целоваться с Кириленко оказалось приятно, и это даже пугало. Илья тоже замер, но скорее от шока, так как такого поворота он точно не ожидал.

Слегка отстранившись, Ленка приоткрыла глаза и расплылась в улыбке. Кириленко выглядел так, будто увидел привидение, а вот ей было весело от этой безумной выходки. Сердце снова часто забилось, но уже не от злости, а от какого-то странного, непонятного азарта.

– Да проехали, – хрипло сказал Илья.

Этого Ленке показалось мало, поэтому она убрала руку с его плеч, опустила глаза и, нащупав его ладонь, крепко переплела его пальцы со своими.

– Идем? – спросила Ленка с милой улыбкой.

В этот момент Кириленко готов был отправиться за ней куда угодно, поэтому даже не стал ничего уточнять, только растерянно кивнул. За спиной раздался смех, но Ленка и думать забыла про зрителей.

– Лель, а это что сейчас было? – спросил он, когда они поднимались по боковой лестнице на третий этаж.

– Ничего, – сдержанно ответила Ленка. – Ты придурок, но хороший. Вот всегда таким и оставайся.

– Звучит как тост, – усмехнулся Кириленко.

Он успел отойти от шока, и к нему возвращалась способность шутить, а Ленка, наоборот, начинала чувствовать себя неловко. Ее сумасшедший поступок был вызван в первую очередь раздражением из-за ссоры с Фетисовым, но теперь эмоции поутихли, и она жалела об этой глупости. А перекрыть глупость можно только еще большей глупостью.

– Илюшенька, у меня есть для тебя задание, – сказала Ленка.

Счастливая улыбка моментально сползла с его лица, отчего она ощутила укол вины. Но что поделать, в их споре каждый сам за себя.

– Видишь Мальцеву? – спросила Ленка и кивнула в сторону самоуверенной блондинки со стрижкой до плеч и пухлыми губами. – Сходи с ней сегодня на свидание.

– Лель, ты издеваешься?

– Да, – честно ответила Ленка. – Но ты же сам говорил, что в этом и есть весь смысл.

На Илью было грустно смотреть: за один день в его жизни произошло слишком много событий, к которым он не был готов, но таковы правила их игры. Жалость к противнику рано или поздно привела бы к проигрышу, так что у Ленки просто не оставалось выбора.

– Можешь отказаться, если не хочешь, – предложила она.

Если честно, Ленка ни на что не надеялась, она просто мечтала подставить Илью так, чтобы он не смог выкрутиться и признал поражение, но пока этот упертый придурок стойко держал удар. Он даже отнекиваться не стал, хотя Мальцеву недолюбливал: эта десятиклассница давно пускала слюни при виде него и была до ужаса навязчивой.

Ни о каком доверии, естественно, речи не шло, поэтому Ленка наблюдала за Ильей издалека и даже установила прослушку, созвонившись с ним, чтобы слышать через наушник все, о чем он с Мальцевой будет говорить. Впрочем, Кириленко не пытался нарушать правила, наоборот, без стеснения подошел к девушкам, с которыми болтала Мальцева, выдал пару шуточек, вызвавших глупый и наигранно-кокетливый смех, а потом без лишних церемоний позвал ее погулять. Ленка злобно фыркнула, когда та сразу согласилась, даже не поломавшись для вида, и взглянула на Илюху. Интересно, когда он подкатывает к ней, со стороны он тоже напоминает раздутого индюка с павлиньим хвостом? Если да, то это провал.

– Похоже, твой ненаглядный решил найти кого-то посговорчивее, – заметил Фетисов.

От неожиданности Ленка вздрогнула. И откуда он только взялся? Похоже, она так была поглощена слежкой, что не заметила, как он подошел.

– Тебе какое дело? – грубо отозвалась Ленка.

– Да, в общем-то, никакого, но наблюдать за этим забавно.

Кажется, никакого другого слова, кроме «забавно», у Фетисова в лексиконе не было. Или его действительно веселило, когда у окружающих людей что-то не складывалось.

– А он не дурак, знал, кого выбирать, – продолжил он. – Эту телку долго уламывать не надо, она сама после пары банок готова запрыгнуть на кого угодно.

– Фу, – сказала, поморщившись, Ленка. – Не хочу ничего об этом слышать.

– В этом твоя проблема, – заметил Фетисов. – Дала бы ему хоть раз, и он от тебя уже никуда не делся бы. Как видишь, проходить всю молодость в девственниках не хочется даже ему.

Говорил он это все без издевки, совершенно спокойно, как будто действительно хотел помочь советом. Ленка упустила момент, когда они успели стать лучшими друзьями, поэтому не знала, как реагировать на такое бесцеремонное вторжение в ее личную жизнь.

– Спасибо, конечно, но я сама разберусь, что мне делать, – сказала она и взяла с подоконника сумку и пакет с формой.

– Ну, в одиночку разобраться будет сложно, тут лучше вдвоем, – ответил Фетисов. – Пока твой Киря занят, могу помочь.

– Я же вроде как не в твоем вкусе, – напомнила Ленка.

– Так я не для себя, исключительно в педагогических целях, – рассмеялся Фетисов.

Непонятно, почему она до сих пор не ушла, ведь общение с ним было не самым приятным. Он как будто специально поднимал такие темы, чтобы ее смутить, но цель оставалась неясна, а Ленка не была уверена, что ей интересно про это узнать.

– Я думала, к тебе очередь на год вперед расписана, – сказала она. – Неужели все настолько плохо, что тебе приходится самому бегать за девушками?

Этот вопрос был скорее риторическим, поэтому она не стала дожидаться ответа и пошла к кабинету.

– Иногда хочется чего-то необычного, – сказал Фетисов ей вслед. – Кстати, твоя подружка…

Ленка резко остановилась и замерла. Он не договорил, но она и так поняла, что ничего хорошего Тимофей задумать не мог. Несколько секунд в ней боролись два противоположных желания: проигнорировать его высказывание и уйти или же ввязаться в очередной спор, но показать ему, что к Оле она его не подпустит. Последнее все-таки победило, и Ленка, развернувшись, подлетела к нему.

– Даже не думай! – прошипела она.

Не хватало еще, чтобы подруга после расставания с одним уродом тут же попала под прицел другого. Ленке только-только удалось привести ее в чувства, и переживать это во второй раз не хотелось.

Похоже, реакция Ленки попадала в категорию «забавной», потому что Фетисов хитро улыбнулся, и в его глазах вспыхнул хищный огонек. Так вот чего он добивался этим разговором – пытался найти что-то, за что можно уцепиться, какое-то слабое место, на которое можно надавить. Ленка не сомневалась, что это была месть за то, что она осмелилась с ним спорить сегодня, и за этот чертов чай, но ей было бы гораздо проще, если бы Фетисов решил отыграться на ней, а не на Оле.

– Попробуй меня остановить, – тихо сказал он Ленке и ушел, потеряв к ней всякий интерес.

Она с бессильной злобой смотрела ему в спину. Этого еще не хватало. Одно дело – безобидная игра с Кириленко, и совсем другое – конфликт с человеком, у которого на уме может быть все что угодно. Про Фетисова ходило много слухов, и после недолгого общения с ним у Ленки не осталось сомнений, что большая часть из них была чистейшей правдой. Она умудрилась перейти ему дорогу, и, что самое ужасное, Ленка не знала, что он задумал. Оставалось только ждать, когда он начнет действовать.

Глава 4
Вопросы и ответы

ТОНКАЯ ПОЛОСКА солнечного света пересекала стол и подсвечивала чай в кружке, придавая ему насыщенный янтарный оттенок. В приоткрытую створку окна вместе со свежим воздухом влетали щебетание птиц, смех вперемешку с визгами игравших во дворе детей, шум машин и вопли обезумевшего соседского кота. Последнее явно было лишним, но общую картину теплого осеннего дня, который подбирался к вечеру, не портило.

Наверное, все радовались хорошей погоде, и только Ленка сидела на кухне с недовольным лицом и нетронутым остывшим чаем, а всему виной был Кириленко. Накануне вечером он скинул втайне сделанное фото Мальцевой, чтобы доказать их встречу, и пропал. Никаких привычных картинок, которыми Кириленко обычно ее закидывал, ни традиционного пожелания спокойной ночи, на которое Ленка обычно отвечала с неизменной язвительностью. Ладно бы это произошло в любое другое время, но подобный игнор в день, когда она его поцеловала, выглядел пренебрежительно и даже оскорбительно. Как будто ему вообще было плевать на это. Неблагодарная скотина.

– Леничка, наконец-то я тебя увидела, – сказала мама, когда зашла в кухню. – Я уж думала, ты весь день проспишь.

Кто бы говорил. Она сама только выползла из постели и теперь сладко зевала, подставляя лицо теплому солнцу. Наверняка допоздна сидела со своей вышивкой.

– Думала или надеялась? – буркнула Ленка.

– Откуда столько пессимизма? – удивилась мама. – Нужно радоваться жизни, тем более погода такая замечательная!

Легко радоваться жизни, когда у тебя нет школы, экзаменов и тупого Кириленко, который вечно ведет себя не так, как надо. Мама была ярким тому подтверждением. Она с непринужденной улыбкой взяла стакан воды с лимоном, который еще утром приготовил для нее папа, выпила его залпом, откинула назад длинные темно-русые волосы и сделала глубокий вдох.

– Как дела в школе? – вдруг спросила мама.

Видимо, решила поиграть в ответственную родительницу, которой не все равно, что происходит с дочерью, поэтому Ленка решила не жалеть ее психику и выложила все как есть.

– В первый день я разбила кадку с цветком и попала в кабинет завуча, позавчера прогуляла урок, а вчера все увидели фотку, на которой я похожа на распущенную девицу, – выпалила она на одном дыхании.

Не зря говорят, если хочешь убедительно соврать – скажи правду. Вот и сейчас мама лишь усмехнулась и ласково взъерошила волосы у нее на макушке.

– Шутница, – вздохнула она и ушла в гостиную.

Да уж, если однажды ей позвонят из полиции и сообщат, что Ленка задержана, мама только посмеется и положит трубку. Многие, наверное, от счастья бы умерли, если бы у них была такая семья, а вот Ленку это невообразимо бесило. Так и хотелось сделать что-нибудь отчаянное, чтобы наконец-то вывести родителей из равновесия и увидеть, как они орут на нее, злятся и, может, даже запирают в комнате до совершеннолетия. Но нет, в их доме царили безмятежность и спокойствие, как будто Ленка была маленькой девочкой, которая дальше рисования на обоях зайти не может.

Еще немного, и она точно психанула бы, но ее отвлек лежавший на столе телефон. Экран призывно загорелся, уведомляя о новом сообщении.

«Ты дома?» – спрашивал Илья.

Объявился. Ленка не торопилась отвечать, так как все еще злилась на него, но он был не тем, кого можно напугать игнором.

«Лель, это очень важно», – не сдавался Кириленко.

Сообщения без единого смайлика, что для него было совсем несвойственно, казались слишком тревожными, и Ленка засомневалась, не случилось ли чего. В конце концов, это стало бы самым разумным объяснением его непривычно долгого молчания.

«Ну дома», – ответила она.

Ленка напряженно следила за тем, как Илья набирает сообщение, но, как только оно пришло, она с раздражением фыркнула.

«Тогда сходи со мной на свидание прямо сейчас», – требовал Кириленко.

Похоже, он совсем умом тронулся, раз решил, что Ленка с ним куда-то пойдет, тем более на свидание.

«Обломись», – напечатала она в ответ.

«Это задание, если ты не поняла, – пояснил Илья и добавил подмигивающий смайлик. – Жду тебя внизу».

Совсем страх потерял. Ленка столько лет дрессировала его, чтобы он лишний раз сказать ей что-то боялся, а теперь все усилия оказались напрасными из-за этой игры, которая полностью развязывала ему руки. И ведь не откажешься без последствий, все просчитал. Если бы Ленка изначально знала, что он будет действовать именно таким образом, ни за что на свете не согласилась бы в этом участвовать. Она-то думала, что Кириленко попытается давить на нее всякими позорными заданиями, но он оказался хитрее.

«Вообще-то о таком нужно предупреждать заранее, – отчитала его Ленка. – Я не могу сейчас выйти, мне нужно собраться».

«Душнила, – ответил Илья и прицепил ржущий смайл. – Собирайся, я жду внизу».

При других обстоятельствах она точно не вышла бы к нему после таких слов, но в этот раз выбора не было, поэтому Ленка оставила недопитый чай и улизнула в свою комнату. На встречу с Ильей она не спешила, поэтому неторопливо переоделась в серую клетчатую юбку и белую блузку, которые выглядели достаточно скучно, чтобы превратить их свидание в простую формальность, а затем долго и тщательно укладывала волосы. На сборы ушло не менее двадцати минут, и за все это время Кириленко ни разу ей не написал, хотя Ленке ужасно хотелось понаблюдать, как он мучается.

Тянуть время дальше, к сожалению, было невозможно, поэтому она направилась в прихожую, чтобы обуться, и в этот момент из гостиной выглянула мама.

– Уходишь? – спросила она.

– Нет, просто решила у двери постоять, – ответила Ленка.

Ее всегда удивляли подобные вопросы. Какой смысл их задавать, если все и так очевидно?

– Передавай привет Оле, – сказала мама, ни капли не обидевшись на грубость.

– А я не к Оле, – ответила Ленка и потянулась к вешалке за легким плащом темно-вишневого цвета. – У меня появился парень. Он прогульщик, хулиган и постоянно меня лапает.

Все перечисленное было абсолютной правдой, так что ей не пришлось врать, чтобы шокировать маму. Ленка выжидающе уставилась на нее в надежде, что хоть сейчас в ней проснется суровая родительница и она запретит ей куда-либо идти, но мама лишь удивленно вскинула брови и улыбнулась.

– Ты с кем-то встречаешься? – оживилась мама.

Вот опять очевидный вопрос. Ленка же только что сообщила, что встречается, и даже подробно описала с кем, но все, что следовало после слова «парень», мама словно не услышала. Интересно, если она приведет домой какого-нибудь уголовника и скажет, что он будет жить с ними, это вызовет такой же энтузиазм? Надо будет попробовать.

– С кем я только не встречаюсь, – с наигранным равнодушием ответила Ленка и щелкнула дверным замком.

Естественно, никто и не думал останавливать ее, поэтому она беспрепятственно выскользнула в подъезд и, громко хлопнув дверью, побежала вниз по ступенькам. Это невыносимо. Другие родители убили бы своих детей за один только вызов к завучу, а мама даже не нахмурилась и вообще посчитала это шуткой. И реакция на внезапно объявившегося парня – вот Олю чуть ли не под круглосуточным надзором держали, а тут никаких вопросов, несмотря на все нелестные характеристики Кириленко.

Его, кстати, Ленка на улице не обнаружила. Ни возле дома, ни на детской площадке – словно сквозь землю провалился. В голове крутились десятки версий вплоть до того, что Илью похитили инопланетяне, однако в этом случае можно было не переживать, он достал бы их своей болтовней минут за пять, и они выкинули бы его из тарелки на полном ходу. А если серьезно, то Ленка даже на козырек над подъездом посмотрела, потому что Кириленко мог и туда забраться, чтобы удивить ее неожиданным возникновением, но и там было пусто. Потоптавшись на месте с минуту, она собиралась уже написать ему, но тут разглядела знакомую фигуру в песочного цвета толстовке с противоположной стороны двора. Илья ее тоже заметил и побежал к ней.

– Привет, Лель, – сказал он, тяжело дыша.

– Ты вообще откуда? – спросила Ленка.

Версия о похищении инопланетянами уже не казалась невероятной, иначе куда еще Кириленко мог запропаститься.

– Из дома, – ответил он с таким видом, будто ее вопрос прозвучал странно.

– Ты же говорил, что ждешь меня тут.

– Я думал, что ты минимум полчаса кривляться будешь, поэтому решил не торопиться, – пояснил Илья. – Кто же знал, что ты так спешила ко мне на свидание, что вышла на десять минут раньше запланированного.

– Просто не терпелось тебя прибить, – прошипела в ответ Ленка.

Постепенно раздражение снова нарастало, что при общении с Кириленко было вполне естественно. От одной мысли о том, что придется провести с ним больше пары минут, становилось плохо, но Ленка слишком поздно вспомнила про существование наушников, которые остались дома, в сумке. Впрочем, никто не обговаривал, сколько времени должно длиться это свидание, так что она планировала избавиться от Ильи как можно раньше.

– Не ожидала тебя сегодня увидеть, – сказала Ленка.

– Это почему? – спросил он и потянулся рукой к пластиковой подвеске-сердечку на ее шее.

Вот блин, задумалась и не заметила, как по привычке нацепила ее. С одной стороны, ничего такого, но Илюха постоянно пытался уцепиться за нее, и Ленку это бесило.

– Ты со вчерашнего дня куда-то запропастился, я надеялась, что ты нашел дело поинтереснее, чем доставать меня, – ответила Ленка.

– Просто было интересно, заметишь ли ты, если я исчезну, – сказал Кириленко и рассмеялся. – Заметила.

– Конечно, заметила, – ответила Ленка. – Это был первый спокойный день впервые за много лет.

– А почему я слышу в твоем голосе недовольство? – спросил Илья, наклонившись к ней.

Его лицо оказалось слишком близко, отчего скрыть промелькнувшую в глазах неуверенность у нее не получилось.

– Не знаю, – пробурчала Ленка и слегка оттолкнула его от себя.

Самоуверенности Кириленко мог бы позавидовать кто угодно. Ему даже в голову не приходило, что ей и вправду было наплевать, что он пропал на целые сутки. Ленка знала, что переубеждать его бесполезно, поэтому она просто пошла по тротуару куда глаза глядят, лишь бы не продолжать этот бесполезный разговор, а Илья тут же догнал ее и взял за руку.

– Отпусти, – потребовала Ленка, но он и не думал ее слушать.

– У нас же свидание, – напомнил Кириленко. – К тому же я должен быть уверен в том, что ты не сбежишь при первой возможности.

Именно это она и собиралась сделать, так что Илья серьезно нарушил ее планы. Но ничего, рано или поздно он потеряет бдительность, осталось только дождаться этого момента.

– С ней ты тоже за ручку ходил? – зачем-то спросила Ленка и сама ощутила, какое недовольство звучало в ее словах.

– Конечно, – ответил Илья с нескрываемой гордостью. – Сначала я подарил ей шикарный букет, потом мы долго бродили по улицам, а потом любовались закатом, и она прижималась ко мне так, что я чувствовал, как взволнованно бьется ее влюбленное сердце…

– А где мой букет? – грубо прервала поток его вдохновенного вранья Ленка.

– Прости, Лель, но все деньги я потратил на нее, – с виноватым лицом сказал Кириленко. – Но если хочешь, могу нарвать тебе цветов с этой клумбы.

Жухлые астры с нежно-фиолетовыми лепестками и ярко-желтой сердцевиной, которые росли под окнами пятиэтажки, не вызвали у Ленки никакого воодушевления, поэтому она скользнула по ним равнодушным взглядом и отвернулась.

– Обойдусь, – ответила Ленка и прибавила шаг.

– Ладно, Лель, прости, – сказал, посерьезнев, Илья. – Не удержался, я же впервые вижу, как ты ревнуешь.

– Совсем умом тронулся? – усмехнулась Ленка. – С чего ты это взял?

– Это же очевидно, тебя так от злости перемкнуло, что сейчас мозг задымится.

– Ага, мечтай. Просто меня бесит, что я должна тратить единственный выходной на тебя.

К этому моменту они вышли со двора на тихую улочку, которая пряталась в тени слегка тронутых золотистым увяданием тополей. По узкой асфальтированной дороге, покрытой трещинами и ямами, почти не ездили автомобили, зато по тротуарам неторопливо прогуливались люди со счастливыми улыбками на лицах. Наверное, только Ленка выглядела так, будто в ней течет вампирская кровь, и поэтому солнечные дни навевали на нее тоску и уныние.

– Можешь убеждать себя в этом сколько угодно, – сказал Илья, – но я-то знаю правду.

– А ты у нас прямо специалист по ревности, – огрызнулась Ленка.

– Еще какой, – похвастался Кириленко и, отпустив ее руку, обнял за плечи. – И все благодаря тебе.

– Я здесь ни при чем. Если ты придумал себе отношения и теперь страдаешь от этого, то виноват только сам.

– Знаешь, Лель, мне даже повезло, что ты такая злючка, ты всех моих конкурентов сама разгоняешь, – сказал, рассмеявшись, Илюха и ущипнул ее свободной рукой за бок.

На самом деле главным его конкурентом был здравый смысл, так что зря он радовался, в этом соревновании у него не наблюдалось ни единого преимущества. А вот в чем он был хорош, так это в вызывании у Ленки чувства глухого раздражения.

На ее счастье, Илья отвлекся на сообщение, и у нее появилась возможность сбежать. Дождавшись момента, когда Кириленко начал печатать ответ, она вырвалась на свободу и побежала прочь, но глупо было рассчитывать, что на каблуках ей удастся убежать от него. Конечно же, Илья быстро нагнал ее и крепко обхватил со спины, не давая возможности пошевелиться.

– Пусти меня! – крикнула Ленка.

– А куда ты собралась?

– Домой!

– Мы только встретились.

– А мне уже скучно!

Эта возня, сопровождаемая его смехом и ее возмущенным воплями, продлилась секунд десять, после чего Илья внезапно отпустил Ленку и выпрямился, убрав руки за спину.

– Ладно, – спокойно сказал он. – Если хочешь, иди. Но учти, что ты скоро ко мне вернешься.

Ленка ощущала какой-то подвох. С вероятностью сто процентов Илюха что-то задумал, но что, она сразу не поняла. Ответ нашелся, только когда Ленка по привычке полезла в карман за телефоном, но не обнаружила его там.

– Верни, – потребовала она.

– Забирай, – предложил Илья и поднял телефон над головой.

Сделать это даже на каблуках было невозможно, потому что Кириленко обогнал ее в росте на целую голову, и, как бы высоко Ленка ни прыгала, дотянуться у нее не получалось. А ведь когда-то она была выше него и дразнила недомерком. Как жаль, что эти прекрасные деньки остались в прошлом.

– Отдай, – повторила Ленка свое требование.

– Не могу, ты сразу уйдешь, – сказал Илья.

– Я в любом случае уйду.

– И ты не боишься, что я залезу в твой телефон?

– Ты не знаешь пароль, – ответила Ленка и, развернувшись, зашагала в сторону дома.

– Один, четыре, пять, три, пять, – с невинным взглядом перечислил Илья.

Услышав эти цифры, Ленка замерла на месте и медленно обернулась. До этого момента она была уверена, что ее пароль известен только ей и Оле, но выяснилось, что этот идиот когда-то успел его подсмотреть. Обычно ничего компрометирующего у Ленки в телефоне не было, но она совсем забыла про ту серию снимков, которую сделала позавчера, чтобы побесить Кириленко, и которую еще не удалила. Нельзя было допустить, чтобы он до них добрался.

– Верни, – снова сказала Ленка и протянула руку.

– Я тебе его отдам, – ответил Илюха с хитрой улыбкой и убрал телефон в карман, застегнув молнию, – но не просто так.

Опять эти его приколы. Общение с Кириленко напоминало решение его любимых задач по алгебре: куча условий, в которых ты путаешься и поэтому застреваешь на полпути в полной растерянности.

– Ну? – спросила Ленка, скрестив руки на груди.

– Ответишь мне честно на десять вопросов, и я его верну. Но только честно! Если попытаешься врать, я пойму, – предупредил Илья.

– Что за тупость? Тебе делать больше нечего?

– Но так ведь веселее. – Он пожал плечами. – Получится прикольная игра.

– Иль, ты как ребенок, – сказала Ленка. – Одни игры на уме.

– Взрослые тоже играть любят, – ответил Кириленко и притянул ее к себе. – Если хочешь, попробуем.

– Придурок! – возмутилась она и высвободилась из его объятий.

При всей бредовости этой ситуации выбора у нее в принципе не было. Оставить у него телефон Ленка не могла, а отнять его силой не получилось бы, так что оставалось только смириться и принять его предложение.

– Ладно, – сказала она, – но у меня есть условие. Даже два.

– Слушаю.

– Во-первых, вопросы должны быть нормальными и приличными, во-вторых, ты тоже будешь на них отвечать.

– Согласен.

Хотя это была и небольшая победа, Ленка почувствовала себя увереннее. По крайней мере, она не оставила Илье возможности спросить что-нибудь тупое, от чего пришлось бы краснеть. Жаль, что нельзя было распространить это правило на все остальное общение.

– А вопрос про размер твоей груди считается приличным? – уточнил он.

– Нет!

В ответ Кириленко сделал вид, что ужасно расстроен, но Ленка ему не поверила. Если уж он ее пароль как-то умудрился высмотреть, то и размер ее груди давно уже не был для него тайной.

– Но ведь я только ради этого все задумал… – грустно сказал Илья.

– Ты же тоже должен будешь отвечать, – напомнила Ленка. – Не боишься свои размеры озвучивать?

– Нет, если это тебе так важно. Только я точных цифр не знаю, так что замерять тебе придется самой.

– Ну и мерзость! – воскликнула она и быстро пошла по тротуару, чтобы Кириленко не заметил ее заалевших от неловкости щек.

Эта прогулка напомнила Ленке, почему она избегала общения с ним: оно всегда скатывалось в какие-то нелепые разговоры. В памяти всплыло признание Ильи, что он всегда несет всякую хрень, когда нервничает. Может, в этом была разгадка? Ленка мельком взглянула на него, но не увидела ни единого признака смущения, наоборот, на его лице блуждала расслабленная улыбка, пока он вертел головой и с интересом наблюдал за всем, что происходит вокруг. Нет, наверное, Илюха специально сказал это тогда, чтобы привить ей чувство вины, а на самом деле ему такое состояние было неведомо.

– Ты будешь уже вопросы свои задавать? – не выдержала Ленка.

Ей не терпелось как можно быстрее отбыть наказание – свидание с Кириленко – и вернуться домой, поэтому она решила его поторопить. А вот он, кажется, не спешил, поэтому молча взглянул на нее и осторожно прикоснулся к ее пальцам.

– Тут нужно хорошо подумать, – ответил Илья.

– Для тебя это невыполнимая задача, а я не собираюсь бродить с тобой по улицам до пенсии, – пробурчала Ленка. – Спрашивай прямо сейчас, или эта игра отменяется.

– Ладно, как ты хочешь назвать наших детей?

– Серьезно? Это лучшее, что пришло тебе в голову за пять минут?

– Я растерялся, – сказал Кириленко с жалобным видом. – Говорил же, что мне нужно больше времени.

Вообще-то ему нужно было больше извилин, и тогда подобных проблем не возникало бы, но если природа пожадничала, то оставалось только пожалеть его и всех, кому приходилось с ним контактировать.

– Во-первых, – сказала Ленка, сделав для успокоения глубокий вдох, – таким, как ты, размножаться противопоказано, так что даже не думай об этом, а во-вторых, у нас с тобой дети могут появиться только в твоих фантазиях.

– В моих фантазиях мы активно над этим работаем, но это не ответ на вопрос, – заметил Илья.

Опять за свое. Ленка сделала еще один вдох, однако убить Илью меньше не захотелось. Он как будто специально превращал любой разговор в балаган, чтобы заставить ее пререкаться с ним до хрипоты, что, в принципе, у него получалось, а ей нужно было сохранять самообладание, чтобы быстро ответить на все вопросы.

– Не знаю, никогда не думала об этом. Девочку я бы, наверное, назвала Таней, а мальчика… может, Юрой или Егором.

– А я бы выбрал что-то типа Светозара и Акулины, – признался Кириленко.

– Ужас.

– Да ладно, наоборот, прикольно. Пацана можно было бы звать Светозавром или Светолазером, а девчонку просто Акулой.

– Нельзя давать ребенку имя только потому, что оно кажется тебе прикольным, – возмутилась Ленка. – Ему потом всю жизнь с ним ходить, ты не подумал, что над ним смеяться будут?

– Этот мир вообще жесток, – сказал Илюха. – Я начну готовить ребенка к реальной жизни с самого рождения. К тому же это так круто звучит – Акула Кириленко! Как будто какой-то редкий биологический вид.

– А как иначе, Илюшенька, это все гены, – усмехнулась Ленка. – Ты у нас сам по себе редкостный биологический вид.

В ответ Кириленко громко рассмеялся, но прокомментировать ее высказывание не успел, так как его отвлек громкий лай, который с каждой секундой приближался. Присмотревшись, Ленка заметила, что к ним со всех ног несется небольшая собака и, кажется, совсем не для того, чтобы поиграть.

Хозяина поблизости не было видно, хотя они оказались в достаточно большом и оживленном дворе, окруженным с четырех сторон змеей-девятиэтажкой. На всякий случай Ленка спряталась за Илью, чтобы первой жертвой агрессивной псины стал он, однако при ближайшем рассмотрении выяснилось, что напасть на них решила милая сиба-ину с песочно-золотистой шерстью и очаровательной пухлой мордашкой. Та, наверное, ожидала, что люди бросятся прочь, испугавшись ее, но просчиталась: Кириленко при виде нее только оживился.

– Лель, смотри какая прикольная фигня! – весело крикнул он, показав на собаку.

Как всегда в своем репертуаре. Никакого уважения к живым существам. Ленка была уверена, что при взгляде на нее у Ильи возникает точно такая же мысль, только он не озвучивает ее, чтобы не обострять их и без того непростые отношения.

Собака между тем продолжала лаять, прижимаясь к земле, и виляла хвостом, а Кириленко топал ногами и пугал ее, отчего та постоянно перемещалась с места на место. Судя по всему, это была очередная игра, в которой Ленке не нашлось роли, поэтому она отошла в сторону и наблюдала, как эти двое охотятся друг на друга. Сиба-ину пыталась забежать Илюхе за спину, но он успешно держал ее в поле зрения, а в какой-то момент изловчился и схватил за хвост, из-за чего собака трусливо взвизгнула и отскочила на пару метров. Все это время Кириленко радостно комментировал каждое движение зверушки, а Ленка не могла отделаться от мысли, что они ничем друг от друга не отличаются: шумные, суетливые и несерьезные.

– Сэмми! Ко мне! Фу!

По вытоптанной поколениями дворовых футболистов площадке бежала блондинка лет двадцати в белых кедах и модных укороченных джинсах. В одной руке она держала телефон, а в другой – поводок. По-видимому, собака умудрилась не просто сорваться с него, а выбраться из ошейника, и теперь возвращаться в плен она не собиралась, поэтому, заметив приближающуюся хозяйку, тявкнула на прощание и убежала к турникам.

– Смешная штука, – сказал Илюха, проводив ее взглядом. – Лель, заведем такую же?

– Зачем? – ответила Ленка. – Мне тебя хватает.

– Она забавно пищит и кусается, прям как ты.

От такого сравнения она даже поперхнулась. Как ни крути, а Кириленко был мастером комплиментов, ему бы курсы по обольщению девушек вести.

– Вот и отлично, – сказала Ленка. – Если тебе будет, кого доставать, может, ты про меня наконец-то забудешь.

– Нет, Лель, про тебя я ни за что не забуду, – ответил Илья и потащил ее к арке, которая располагалась на противоположной стороне двора.

За собакой уже бегала не только хозяйка, но и куча детей, которым эта погоня показалась увлекательным занятием, так что вскоре на шее у Сэмми должен был снова защелкнуться ошейник. Впрочем, неясно, кому в этом случае не повезет больше: собаке или блондинке. Все-таки сходство животного с Кириленко было поразительным, и Ленка испытала чувство солидарности с неизвестной девушкой, которой приходилось мучиться с этим неутомимым созданием. Наверное, ей даже было хуже, потому что гулять с собакой нужно несколько раз в день, а Ленка только на один вечер стала жертвой обстоятельств.

– Так, у нас еще девять вопросов… – задумчиво проговорил Илья.

– Восемь, – поправила его Ленка.

– Как восемь? Я же только один задал.

– Два. Ты только что спрашивал, хочу ли я завести собаку, это тоже считается.

– Ах ты хитрюга, – возмутился Илья с наигранной суровостью и щелкнул ее пальцем по носу. – Ладно, пусть будет так, но больше ты меня не проведешь.

Ну хоть один раз прокатило, и то хорошо. Обычно Кириленко отпирался до последнего, поэтому подловить его на чем-то было практически невозможно. И даже сейчас он отступил только потому, что сам не захотел ничего доказывать, а не потому, что Ленка привела железный аргумент.

– Когда и почему ты в последний раз плакала? – внезапно спросил Илья.

– Что? – не поняла Ленка.

– Это третий вопрос, – пояснил Кириленко.

– Это тупой вопрос.

– И тем не менее это вопрос.

Не поспоришь. По факту Илья был прав, но это не означало, что Ленка хотела делиться душевными переживаниями. Особенно с ним.

– Тебе какое дело? – резко спросила она.

– Мне же интересно, отчего у моего ежика могут повыпадать все иголки.

Забавно было слышать этот вопрос от него, ведь именно Кириленко на протяжении нескольких лет был главной, если не единственной, причиной ее слез. Правда, он об этом не догадывался, потому что Ленка никогда не позволяла себе проявлять перед ним хоть какие-то эмоции, кроме презрения и ненависти, но легче ей от этого не становилось.

– Я не помню, – пробурчала она.

– Врешь, – моментально подловил ее Илья.

– Это было давно, я не помню, из-за чего это произошло.

– Врешь.

Заладил одно и то же, как попугай. Как будто ему станет легче, если он узнает, как довести ее до слез. Впрочем, с этим он всегда отлично справлялся и без всяких подсказок, так что подробные инструкции ему были не нужны.

– Где-то в середине августа, – вздохнув, сказала Ленка. – Не знаю почему, просто стало грустно.

– Могла бы позвонить мне, я бы тебя развеселил, – ответил Илья.

– Прости, совсем забыла, что у меня есть персональный клоун, – съязвила Ленка и поспешила сменить тему. – Теперь твоя очередь.

Отчасти ей было интересно, что расскажет Илья. В конце концов, она до сих пор не поняла, чем его можно задеть, и подобная информация могла бы помочь.

– В июне, когда мы с пацанами закрылись в старых «жигулях» с дымовухой, чтобы проверить, кто дольше продержится, – охотно поделился Илюха.

– Ты прикалываешься? – спросила Ленка и непонимающе уставилась на него.

– Нет, отвечаю на вопрос.

– Мы договаривались отвечать серьезно.

– А что, шучу? У меня, между прочим, слезы ручьем до следующего дня текли, – пожаловался Илья. – Знаешь, как на меня прохожие смотрели, когда я домой возвращался?

– Наверное, как на придурка. Как еще на тебя можно смотреть?

– Зато я тогда победил, – похвастался он.

Даже в этой ситуации Кириленко нашел повод покрасоваться, а может, только ради этого все и замышлялось? Навряд ли он стал бы задавать подобный вопрос, если бы ему пришлось признаваться, что пару дней назад он разрыдался над какой-нибудь мелодрамой. И вообще, Ленка сомневалась, что Илья сказал правду. Скорее всего, все каникулы лил слезы из-за своей безответной любви, но разве теперь об этом узнаешь?

– Давай дальше! – потребовала она.

– Ладно… – задумался Илья. – За какой поступок тебе стыдно?

– Можно не отвечать на этот вопрос?

– Нет.

– А заменить его?

– Нет.

Они еще до половины не дошли, а Ленке уже казалось, что он знает больше, чем следовало. Жаль, что не было надежного способа вызвать у человека амнезию, а то она обязательно воспользовалась бы им после того, как вернула свой телефон.

– Я терпеть не могла музыкалку, но мама очень хотела, чтобы я играла на пианино, поэтому мне приходилось ходить туда, – сказала Ленка. – Однажды меня это все окончательно достало, и я наврала, что у родителей отпуск и мы уезжаем. Так как занималась я хорошо и меня хвалили, мне поверили на слово. В общем, все две недели я гуляла по улицам вместо музыкалки и ужасно боялась, что родителям обо всем сообщат. А еще мне было очень стыдно из-за того, что я всех обманываю, но я так и не смогла признаться.

– Вот это да, – обрадовался Илюха. – Лель, так ты, оказывается, тоже та еще прогульщица, а еще меня в чем-то обвиняешь.

– Отвали, – ответила Ленка и раздраженно дернула плечами.

– Да ладно тебе, я всегда подозревал, что у такой зубрилки, как ты, есть скелеты в шкафу, – рассмеялся Кириленко.

– Поэтому я и не хотела тебе ничего рассказывать, ты из всего цирк устраиваешь.

Ее слова эхом разнеслись по арке, через которую они с Ильей в это время проходили, и унеслись вместе с опавшими листьями, подхваченными легким осенним ветерком.

– Ну прости, – сказал он. – А мне до сих пор стыдно, что я Гриба подставил. Помнишь его?

– Помню.

Это был их одноклассник, который ушел после девятого. Вообще-то его фамилия звучала как Гребнев, но для всех пацанов он был просто Грибом. Про него и сказать нечего было – обычный забитый паренек, у которого не было друзей.

– Он пытался к нашей компании примазаться, и классе в седьмом мы решили над ним поугорать и сказали, что ему надо пройти что-то типа церемонии посвящения. Мы его отправили в магаз, чтобы он стащил пачку сухариков, а сами предупредили охранника. Гриба, естественно, поймали, а мы убежали, так что я не знаю, что там дальше было, но с нами он больше не общался. Я пытался после этого с ним заговорить, но он морозился, а потом вообще выяснилось, что он только с матерью живет и у той сердце больное, она после этой истории чуть на скорой не уехала. Блин, зачем я это вспомнил, – ужаснулся Илья и закрыл лицо рукой.

Похоже, этот случай действительно заставлял его чувствовать себя неловко, потому что у него даже уши покраснели. Ленке хотя и было стыдно за свой обман, но она точно не убивалась так сильно, несмотря на то что хорошим этот поступок не считала.

– Отвратительно, – сказала Ленка с нескрываемым осуждением. – Я всегда знала, что вы идиоты, но додуматься до такого…

– Пожалуйста, хватит, – взмолился Кириленко с таким жалобным лицом, будто каждое ее слово причиняло ему физические страдания.

– Ладно, дальше, – сжалилась она.

Как бы ни хотелось поиздеваться над Ильей, нельзя было перегибать палку. Все-таки Ленка тоже делилась с ним слишком личными вещами, и это могло обернуться против нее, если бы он разозлился.

– Что тебя больше всего беспокоит? – спросил он после недолгого молчания.

– Ты сейчас про что?

– Ну, в целом. Из-за чего ты загоняешься по жизни, есть же какая-то тема?

Иногда Ленке казалось, что она вся состоит из загонов. Не таких сильных, конечно, как у Оли, но тем не менее.

– Как и у всех: учеба, экзамены, поступление, – ответила она в общих чертах.

– Молодец, садись, пять, – сказал Илья.

– Ты что, умом тронулся?

– Ну а что? Образцовый ответ образцовой выпускницы. Все мысли только об оценках и экзаменах. И ты хочешь, чтобы я в это поверил?

– Я правду говорю.

– А я не сомневаюсь. Все зубрилки парятся из-за этого, но мне же интересно сколько в тебе от живого человека, а не от робота, которого запрограммировали на пятерки.

Послушать Илью, так можно было подумать, что Ленка на самом деле не вылезает из учебников, хотя от него она отличалась только тем, что не прогуливала и не забивала в открытую на предметы, которые ей были неинтересны. Однако он считал это богатством высшей степени, поэтому постоянно над ней подтрунивал.

– Если ты обо мне ничего не знаешь, это не значит, что я робот, – выпалила она. – Представь себе, меня много чего парит. И то, что родителям на меня наплевать, и то, что учителя этими экзаменами весь мозг заклевали, и то, что поступать куда-то надо, и то, как я выгляжу.

Вроде Кириленко спрашивал только про одну проблему, но Ленка на эмоциях немного увлеклась и наговорила лишнего, о чем тут же пожалела. Надо было держать язык за зубами, но его пренебрежительное отношение к ее переживаниям почему-то вывело Ленку из себя.

– Отлично ты выглядишь, – отвесил комплимент Илья, положив руку ей на талию.

Его голос прозвучал почти у самого уха, отчего Ленку накрыло волной смущения, но она постаралась сохранить внешнее спокойствие. Нельзя было показывать Илье, что его действия вызывают у нее такую реакцию, иначе он решил бы, что нравится ей и уже точно не отстал бы. Ленка же просто растерялась из-за того, что он оказался слишком близко.

– Теперь твоя очередь, – сказала она, чтобы сменить тему.

– Я в последнее время часто запариваюсь из-за переезда, – ответил Илья.

– Ты уезжаешь? – дрогнувшим голосом спросила Ленка и резко остановилась.

– Не надейся, солнце, до выпускного я буду с тобой, но потом, скорее всего, да. Я там напобеждал в нескольких олимпиадах, и один типа крутой универ меня зазывает к себе.

– И далеко?

– Да, – сказал Илья и растянул губы в невеселой улыбке. – Но это еще не точно, я пока не уверен, что готов оставлять тебя здесь одну.

Это было неожиданно. Ленка, конечно, мечтала, чтобы он исчез куда-нибудь, но была не готова, что это произойдет так быстро. Казалось, что впереди еще много времени, но с каждым днем все очевиднее становилось, что скоро жизнь изменится, и неясно, в какую сторону. Больше не будет уроков с учителями, которых она так хорошо знала, надоедливого Илюхи с его тупыми шутками, посиделок в столовой с любопытными одноклассницами, перемен в компании с Олей и еще сотен других мелочей, которые были такими привычными и родными. Принять это Ленка пока не могла, а неизбежность этих перемен пугала.

– Глупо отказываться от такой возможности, – заметила она, хотя все внутри протестовало.

– Наверное, – сказал Илья. – Но ведь отказываться от тебя еще более глупо. По крайней мере, пока я не победил.

Впервые Ленка не знала, что ответить, поэтому продолжала стоять на месте и растерянно смотреть на него. В голове хаотично метались мысли, но ни одну из них озвучить не получалось, так что она лишь беззвучно шевелила губами, а потом и вовсе сдалась. Опустив глаза, Ленка медленно пошла вперед, и вскоре к стуку ее каблуков присоединился звук шагов Кириленко.

Прерывать тишину никто не торопился, поэтому они молча брели по тротуару. За девятиэтажкой начинался частный сектор с невысокими деревянными и кирпичными домами, которые тянулись по другой стороне улицы, и до ушей долетал собачий лай, а воздух наполнял едкий дым костров. Людей здесь почти не было, но солнце все так же ярко светило сквозь еще густые кроны деревьев. Лето как будто не хотело уходить, и было бы здорово, если бы оно решило остаться навсегда, замерло в этом моменте, чтобы не пришлось ничего менять и привыкать к переменам.

– О каком секрете ты не рассказывала никому? – неожиданно спросил Илья.

– Что? – сказала Ленка, непонимающе взглянув на него.

Из-за мыслей о будущем она выпала из реальности и совсем забыла, про телефон, который лежал в кармане у Ильи. Нужно было вернуть его, но выбрать секрет оказалось не так просто, потому что у нее было много тайн от окружающих. Не то чтобы она специально что-то скрывала, но близкой дружбы у Ленки долгое время ни с кем не складывалось, и даже с Олей они первое время общались только потому, что вместе ходили в музыкалку. В общем, тайн у нее хватало, но специально для Ильи Ленка припомнила один любопытный факт.

– В девятом классе я была влюблена в Ярика Щепкина.

Ничего серьезного тогда не произошло, и вообще ничего не произошло, потому что Ленку угораздило запасть на одиннадцатиклассника, который о ее существовании даже не подозревал. Лезть из кожи вон для того, чтобы изменить это, она не собиралась, поэтому почти год только наблюдала за ним издалека и вздыхала, а потом Ярик выпустился и исчез из ее жизни, из-за чего Ленка не сильно расстроилась. Все равно она ни на что не рассчитывала.

На Кириленко эта информация произвела ожидаемое впечатление: он шумно вдохнул и не менее громко выдохнул, но ничего не сказал. Знал бы, где сейчас этот Ярик, наверняка кинулся бы к нему, чтобы устроить мордобой.

– Ну и что молчишь? – спросила Ленка.

Скрыть радость в голосе у нее не вышло, а может, она и не пыталась. Осознавать, что Илья злится из-за нее, почему-то было приятно, так что Ленка ни капли не жалела о том, что озвучила именно эту тайну.

– Ревнуешь? – сказала она, чтобы хоть как-то растормошить Кириленко.

– Да, – наконец-то ответил он.

– Ну и зря, – беспечно заметила Ленка. – Я же в него больше не влюблена.

– Это единственная причина, по которой он останется в живых.

Сколько суровости. Как будто она должна была всю жизнь провести в мечтах о нем и только о нем. Хотя ничего удивительного, столкновение с реальностью, в которой у него с Ленкой не существовало никаких отношений, всегда давалось ему с трудом.

– Ладно, что у тебя за секрет? – спросила она.

– Я залипаю на турецкие сериалы.

– Чего?! – выкрикнула Ленка, подавившись смешком.

– Под них самое то домашку делать, – объяснил Кириленко. – За сюжетом особо следить не нужно, и есть с чего поорать.

– И ты хочешь, чтобы я в это поверила? – спросила Ленка. – Домашка у тебя бывает готова в лучшем случае раз в полгода, так что не отмазывайся.

– Все, переходим к следующему вопросу.

– Вот так сразу? Даже про самый любимый сериал не расскажешь? – продолжала глумиться она.

– Расскажу. Прямо сейчас возьму и расскажу, – ответил Илья и, обхватив ее, защекотал. – Ну как, весело? Хочешь еще посмеяться?

– Ай! Хватит! Отпусти! – взмолилась Ленка и почувствовала, как его хватка ослабла.

– Только попробуй кому-нибудь рассказать, – пригрозил Илья.

Что будет в этом случае, она уточнять не стала. Кириленко теперь знал слишком многое, и не стоило провоцировать его, а то все в классе услышат историю про прогул музыкалки или про Ярика. Последнее напрягало сильнее всего, более интересной темы для девчонок было не найти.

– Не волнуйся, – сказала Ленка. – Дальше давай.

– С кем бы ты поменялась жизнью на неделю?

– Может, с Региной.

– С Силицкой? Почему? – удивился Илья.

– Ты спрашивал с кем, про почему вопроса не было, – ответила Ленка.

Не признаваться же, что жизнь одноклассницы вызывала у нее приступы острой зависти. Та постоянно где-то тусовалась, выкладывала фотки из ресторанов, хвасталась обновками и свежим маникюром, но, что самое главное, выглядела абсолютно счастливой. Возможно, это была лишь маска, но Ленка не отказалась бы неделю провести в ее шкуре, чтобы хоть ненадолго пожить жизнью, о которой многие только мечтают.

– Ладно, – сказал Илья. – А я бы поменялся местами с тобой.

– Со мной?

– Почему бы и нет? Всегда было интересно, каково это – быть зубрилой.

– Лучше бы ты думал о том, как быть нормальным человеком, – ответила Ленка. – Дальше.

Оставалось всего три вопроса, и она хотела как можно быстрее на них ответить, поэтому держала бóльшую часть своих язвительных комментариев при себе.

– Что бы ты сделала, если бы знала, что за это не будет никаких последствий?

– О, ну тут все просто: убила бы тебя.

Илья громко рассмеялся, а затем хитро прищурился.

– Ты уверена, что хочешь услышать мой ответ? – спросил он.

– Ну уж нет, спасибо, – замотала головой Ленка. – Лучше останусь в неведении. Дальше.

Девятиэтажка осталась далеко позади, они брели по безлюдной улице со старыми двухэтажными домами, по стенам которых густо ползли стебли дикого винограда. Солнце все еще пригревало, но уже клонилось к закату, поэтому его лучи убегали с нагретого асфальта и стремились забраться на крыши, чтобы на прощание скользнуть по блестящей железной кровле.

– Чем ты гордишься? – спросил Илья.

Вопрос застал Ленку врасплох. Отвечать на предыдущие было гораздо проще, потому что перечислять нелепые поступки и тайны она могла бесконечно, а вот говорить что-то хорошее…

– Не знаю, – сказала Ленка после долгих раздумий. – Наверное, гордиться мне нечем.

– Прямо совсем?

– Прямо совсем.

В голову не приходило ни одного варианта. Несмотря на то что Илья постоянно называл ее зубрилой, особых успехов в учебе у нее не было. Отсутствие троек она чем-то примечательным и стоящим внимания не считала, а о такой роскоши, как бесконечные победы в олимпиадах, ей можно было только мечтать. С музыкой тоже не срослось, хотя Ленка изначально не видела себя великой пианисткой. В общем, ничего необычного в ней не было.

– Зря ты так, – сказал Кириленко. – В тебе много удивительного.

– Например?

– Например, твое чувство юмора.

– Если ты постоянно ржешь над каждым моим словом, то дело не в моем чувстве юмора, а в том, что ты дурачок, – осадила его Ленка.

– Вот об этом я и говорю, – ответил, рассмеявшись, Илья.

Ничего забавного она в своем высказывании не заметила, поэтому уставилась на него с нескрываемым недовольством.

– Все-таки я была неправа. Наш разрыв в интеллекте так высок, что рядом с тобой я начинаю гордиться своим умом.

Даже если у тебя три извилины, ты всегда будешь выше того, у кого она только одна. И пусть Илюха решает сложнейшие задачи по алгебре, но на это у него уходят все силы, поэтому в обычной жизни он нереально тупит.

– А ты чем гордишься? – спросила Ленка.

Она ожидала, что сейчас Кириленко заведет длинную хвалебную речь, посвященную себе же, но вместо этого он молчал. Скорее всего, никак не мог решить, с чего начать, потому что обычно он не упускал шанса покрасоваться перед ней.

– Не знаю, – наконец ответил он. – Тоже, наверное, ничем.

– Как это? – удивилась она. – Вот уж кому, как тебе, скромничать.

– О чем ты?

– Ну… как минимум обо всех твоих победах и призовых местах на олимпиадах. Математичка тебя готова на руках носить.

– Это все фигня, – отмахнулся Илья.

– Ничего себе фигня!

– Само как-то получилось. Если честно, то я участвую во всем этом, потому что так меньше мозги клюют из-за прогулов и всего такого.

Видел бы он себя со стороны. Люди годами занимаются, чтобы добиться таких результатов, а Кириленко просто нашел удобное прикрытие, которое позволяло ему забивать на учебу.

– Ну тогда как насчет твоих малолетних поклонниц? – спросила Ленка. – Разве тебе не приятно, что они при виде тебя слюнями истекают?

– Нет. Ты знаешь, что меня это не интересует, у меня есть ты.

– А твоя компашка? – не сдавалась она. – Ты там вроде один из предводителей всего беспредела.

– Это тоже не повод для гордости, – пожал плечами Илья. – Просто друзья, с которыми я зависаю.

Странно, что Кириленко не упомянул свое умение спорить – вот уж в чем ему не было равных. Продолжать эти уговоры можно было долго, но Ленка решила отступить. В конце концов, искать поводы для восхищения им в ее обязанности не входило, пусть сам разбирается.

– Знаешь, Илюшенька, все-таки тебе есть чем гордиться, – сказала она милейшим голоском. – Твоя тупость не сравнится ни с чем.

– Спасибо, малыш, – ответил он с умилительной улыбкой и поцеловал ее в макушку. – Ты всегда меня поддерживаешь.

– Последний вопрос.

Наконец-то. Еще немного, и Ленка будет свободна. А дальше спокойный вечер дома, в любимой пижамке, с чаем и сериалом.

– Ладно… – задумался Илья. – Чего ты до смерти боишься?

– Ты что имеешь в виду?

– Ну фобии там всякие. Мыши, выступления, темнота.

В памяти всплыло воспоминание, которое до этого благополучно дремало и не напоминало о себе долгое время. Ленка попыталась отогнать его, но было слишком поздно. Картины из прошлого проступали перед глазами все отчетливее и воскрешали давно забытые эмоции.

– Ты же знаешь это, – хрипло сказала она.

– Разве? – удивился Илья. – Ты ничего не путаешь?

Восьмой класс. Февраль только начался, но уже чувствуется, что зима теряет свою силу. Дни становятся длиннее, однако небо заволакивают плотные белые облака, поэтому все вокруг выглядит блеклым и унылым. Ленка идет по коридору на следующее занятие вместе с девчонками, когда ее окликает Илюха, которого сопровождает компания его приятелей.

– Боженович, смотри, что у меня для тебя есть, – весело говорит он.

Обычно Ленка не реагирует на него, но в таких случаях следует проявить бдительность, чтобы знать, к чему готовиться, поэтому она оборачивается и морщится от отвращения. В пальцах у Кириленко зажат упитанный таракан, который резво шевелит всеми лапами. Даже гадать не надо, чтобы понять, откуда он его взял: буквально вчера в столовой был замечен первый гость. Ленка, увидев его, завизжала и убежала прочь, а Илюха стал свидетелем этой сцены и решил, видимо, повторить ее.

От одного взгляда на таракана, которого он со счастливым лицом держит голыми пальцами, к горлу подступает тошнота, и Ленка поспешно отскакивает на несколько шагов в сторону. При виде насекомых ей всегда становится плохо, и она ничего не может с собой поделать в такие моменты.

– Кириленко, отвали! – громко кричит Ленка, но Илюху это только раззадоривает.

Девчонки с визгами бросаются врассыпную, но им бояться нечего, потому что этот подарок он приготовил именно для нее. Ленка срывается с места и бежит по коридору, расталкивая всех, кто попадается на пути, но Кириленко не отстает, однако и не догоняет, как будто ему нравится сам факт погони и ужаса, который он заставляет ее испытывать. Наконец она добегает до женского туалета и прячется там, а спустя несколько минут выглядывает и не обнаруживает Илюху. Хоть Ленка и чувствует какой-то подвох, она все-таки заглушает свой внутренний голос и направляется к кабинету истории.

До звонка остается всего пара минут, поэтому многие уже в классе и готовятся к уроку, а учительница копошится в своем уголке, отделенном от остального помещения стеллажами. Ленка ставит свою сумку на парту и достает учебник с тетрадью, а потом садится и пытается унять мелкую дрожь в теле, однако получается так себе. В воображении против ее воли возникает образ противного таракана с маленькими цепкими лапками, и от этого становится так противно, что она физически ощущает омерзение.

Илюха тоже появляется в кабинете, но на Ленку не обращает внимания, хотя она слышит смешки, которые раздаются в компании пацанов. Она уже решает, что к ней это никакого отношения не имеет, когда Кириленко незаметно подкрадывается поближе.

– Боженович, лови! – говорит он и швыряет в нее таракана.

Сердце учащенно бьется от страха, в горле пересыхает. Ленка с оглушительным криком вскакивает с места, пытаясь стряхнуть с себя таракана, цепляется ногой за стул и с грохотом падает в проход между рядами. Головой она больно прикладывается об металлическую ножку соседнего стола, но в этот момент ничего не чувствует, потому что сознание опутывает паника. Ей кажется, что таракан все еще бегает по ней, и от мысли об этом хочется содрать с себя кожу, чтобы не ощущать призрачные прикосновения его лап.

Кто-то из одноклассниц замечает ползущего по линолеуму таракана, девчонки начинают дружно вопить и разбегаются, а Сережа Торсунов с невозмутимым видом наступает на него, потому что больше всего он не любит шум и суету. Легкий щелчок, с которым насекомое заканчивает свою жизнь, отдается приступом тошноты, который Ленка едва сдерживает. Сразу после этого все смеются, а она сидит на полу, не в состоянии справиться с отвращением и страхом, которые заставляют ее тело дрожать.

– Эй, Боженович, держи еще одного друга, – говорит Кириленко и бросает в нее что-то, отчего Ленка снова визжит и хаотичными движениями пытается сбросить невидимое насекомое, но в результате это оказывается всего лишь скомканная бумажка.

Снова раздается взрыв смеха, но на этот раз все потешаются над ней. Громкие крики, ее нелепое падение и слишком острая реакция всех только веселят, и никому в голову не приходит помочь ей подняться. Из своей импровизированной подсобки наконец-то выходит учительница, которую возмущает шум в кабинете, но она ничего не понимает и не может ни от кого добиться ответа. Ленка растерянно озирается по сторонам и встречается взглядом с Илюхой.

Он с широкой улыбкой наблюдает за ней, и в его глазах не мелькает ни капли сочувствия. Наоборот, Кириленко с садистским удовольствием рассматривает ее, будто муху, которой оторвал крылья, чтобы увидеть, как она поведет себя дальше. Ленка не выдерживает, вскакивает на ноги и пулей вылетает из кабинета, лишь бы оказаться подальше от него и не слышать смеха, который вызывает у всех ее страх.

Звонок на урок застает ее уже у двери туалета, однако возвращаться обратно она не собирается, хотя там остались вещи. Вместо этого Ленка упирается руками об раковину, чтобы не упасть, и пытается успокоиться, но у нее не получается. Слезы текут по щекам, а истеричные всхлипы никак не хотят затихать, и от осознания того, как жалко и нелепо она в этот момент выглядит, Ленке хочется умереть. Раствориться, исчезнуть, как будто ее никогда не существовало. Но вместо этого ей приходится смывать холодной водой слезы и возвращаться на урок, где все продолжают обсуждать это происшествие и посмеиваться за спиной.

Теплый ветерок вернул Ленку в реальность, но не смог отогнать неприятные ощущения. Ей все еще казалось, будто по коже бегают десятки насекомых, оставляя после касания тонких лап неприятный зуд.

– Помнишь, как в восьмом классе ты в меня кинул таракана? – спросила она дрогнувшим голосом.

– Что-то вспоминается… – с беспечным видом ответил Илюха, взъерошив волосы у лба, и рассмеялся. – Да, точно, было дело. Видела бы ты, как я его ловил в столовке.

– А что смешного? – возмутилась Ленка. – Ты знаешь, как я тогда перепугалась?

– Да ладно, я же просто прикалывался.

Ленка посмотрела не него, но не увидела ни сожаления, ни раскаяния в том поступке. Наоборот, напоминание о нем Илью только развеселило, и, кажется, он даже сейчас посчитал свою задумку невероятно удачной.

– И это, по-твоему, весело? – спросила Ленка. – Да пошел ты!

Резко развернувшись, она пошла в обратную сторону по каменному мосту, перекинутому через неглубокий овраг. На глаза навернулись слезы, и Ленка остановилась у черных железных перил с облупившейся краской. Не хватало только разрыдаться перед Кириленко. Усилием воли она подавила распиравшие изнутри чувства и часто заморгала, после чего окружающая обстановка снова стала приобретать четкие очертания.

– Лель, ты чего? – взволновано спросил Илья, когда подошел к ней.

Ответа он не дождался, поэтому обхватил ее и прижал к себе спиной, положив подбородок ей на макушку. Ленка продолжала молчать, потому что объяснять ему что-то было бесполезно, он не понимал этого раньше, не поймет и сейчас.

– Лель, ты что, обиделась?

– Нет, на что мне обижаться, это же прикольно было.

– Ну прости, – прошептал на ухо Илья, зарывшись в ее волосы носом. – Ты права, я был придурком.

Если бы только был, Кириленко им и остался. Наверное, он и сейчас без зазрения совести мог бы повторить ту выходку, а потом ржал бы над ней громче всех.

– Ты был не придурком, а тупым и жестоким извергом, который надо мной издевался, – поправила она Илью.

– Ну тут ты уже преувеличиваешь, – усмехнулся он, но осекся, заметив, как напряглась Ленка. – Прости. Если честно, ты в то время меня дико бесила, и мне хотелось как-то… в общем…

– Бесила? – спросила она, посмотрев на него. – Я тебя не трогала даже!

– Ты была жутко нудной, это раздражало. «Вы можете не бегать!» «Вы можете не орать так громко!» «Хватит толкаться!» – передразнивал ее Илья писклявым голоском. – Прямо как зародыш училки.

– Но вы правда бегали, орали и толкались. И мешали всем вокруг, между прочим, как и сейчас.

– Ты совсем не изменилась, – умилился Кириленко и уткнулся ей в плечо.

Хотя они продолжали спорить, в его объятьях Ленка незаметно успокаивалась. Это было странно и… приятно? Если бы Кириленко не был тем, кем он был, Ленка точно не устояла бы. Не просто же так некоторые девочки буквально таяли при общении с ним: внешне уродом он не был, шутил, судя по реакции окружающих, смешно, да и скучать никому не давал. Даже немного жаль, что единственный парень в ее окружении, с которым она могла бы встречаться, такой непроходимый тупица.

– Ты, кстати, тоже меня не жалела, – сказал Илья.

– О чем ты?

– Ты забыла, из-за кого я в начальной школе примерз языком к забору?

Сама Ленка никогда бы про это не вспомнила, но его вопрос воскресил в голове смутные картинки того, как Кириленко зимой прилип к школьной ограде. Они тогда были не одни, рядом стояли и другие одноклассники, и все веселились, глядя на то, как он безуспешно пытается оторвать язык от металла.

– Кто же виноват, что ты такой тупенький, Илюшенька, – самодовольно захихикала Ленка. – Любой нормальный человек еще с пеленок знает, что зимой лизать заборы нельзя.

– Я тоже знал, – обиженно сказал Илья.

– А зачем тогда полез?

– Да не помню уже. Мы с тобой поспорили, ты говорила, что я обязательно примерзну, и я, по-моему, решил доказать, что у меня получится.

– Вот у тебя и получилось, – заметила Ленка, – примерзнуть, как я и говорила.

– Конечно, ты же всегда права.

От этого воспоминания ей стало заметно лучше. Все-таки насмешки над Кириленко могли повысить настроение даже в самых безнадежных ситуациях.

– Ты так глупо выглядел тогда, – продолжила глумиться она. – Плакал, звал мамочку, просил о помощи…

– Эй, не было такого, – шутливо возмутился Илья.

– Ты просто забыл, – рассмеявшись, сказала Ленка. – Хотя как можно забыть такой позор?

В отместку Кириленко принялся ее щекотать, отчего Ленка громко визжала, не переставая хохотать, и пыталась выбраться из объятий. Расцепить его руки не удавалось, поэтому Ленка безуспешно вертелась, пока не повернулась лицом к нему и не поймала его пристальный и счастливый взгляд.

– Ты чего? – спросила она, почувствовав, как смущение накрывает ее с головой.

– Впервые вижу, чтобы ты искренне смеялась рядом со мной, – тихо сказал он.

Ей тоже казалось странным и непонятным, что общение с Кириленко может вызывать в ней что-то, кроме злости и раздражения, и трудно было понять, нравится ей это или нет. Точнее, понять это было несложно, потому что щеки предательски раскраснелись, а вот признать этот факт она не могла. В конце концов, перед ней стоял парень, который когда-то надел ей на голову мусорное ведро из-за того, что Ленка выбросила туда его пенал. Может, кого-то это и настроило бы на романтический лад, но только не ее.

Пока она терзалась сомнениями, Илья крепче сжал ее талию, плотнее прижав к себе, и опомнилась Ленка только когда их губы почти соприкоснулись. Она резко отдернулась и уперлась руками ему в грудь.

– Ты что творишь? – спросила Ленка.

– Да вроде момент подходящий, – пожал плечами Илья.

– Подходящий он только для того, чтобы скинуть тебя с моста, – съязвила Ленка и высвободилась из его объятий. – Я с тобой целоваться не собираюсь.

– Но ты же вчера сама меня поцеловала, – напомнил Илья.

– И что?

– Зачем тогда ты это сделала?

– Ни зачем, – с неохотой ответила Ленка и посмотрела в сторону. – Просто мне надоело, что все вокруг считают тебя девственником-неудачником.

Услышать что-то подобное Кириленко определенно не ожидал, поэтому завис в попытках осмыслить ее признание. Наверное, сначала он посчитал это шуткой, но серьезное лицо Ленки быстро его разубедило, и Илья в удивлении вскинул брови.

– Все… это… кто? – уточнил он, растерянно забегав глазами.

– Понятия не имею. Друзья там твои и все эти придурки, с которыми ты зависаешь, – ответила Ленка и прислонилась спиной к перилам моста.

– Извини, но, – сказал Илья, – как ты вообще до этого додумалась?

– Я это от Фетисова услышала, – честно ответила Ленка.

– Ты опять с ним общалась? – с раздражением спросил Илья.

– Это случайно получилось. Наткнулась на него после физры, и он домотался ко мне из-за той фотки. Заодно и по тебе проехался, вот я и решила притвориться, будто у нас что-то есть, чтобы тебя совсем лохом не считали.

Сейчас это объяснение звучало нелепо, но тогда Ленку не волновали последствия, ей просто хотелось сделать что-то назло Фетисову, даже если он об этом не узнает. Хотя что-то ей подсказывало, что слухи про поцелуй посреди коридора до него все-таки дойдут.

– Спасибо, конечно, но я себя лохом не считаю. И уж тем более мне плевать, что думает он, – сказал Илья и уперся ладонями в перила по обе стороны от Ленки. – Но если захочешь еще раз устроить что-то подобное, я не против.

Последние слова он произнес низким грудным голосом, почти вплотную приблизившись к ее лицу, но Ленка лишь закатила глаза. Опять строит из себя великого соблазнителя и думает, что это выглядит круто.

– Иль, успокойся уже, – ответила она и слегка оттолкнула его, чтобы увеличить расстояние между ними. – Я тебе уже сто раз говорила, что ты мне не нравишься.

– Я тебе не верю.

– Не верь, мне-то что, – пожала плечами Ленка.

– А то, что я заставлю тебя признать это, – с уверенностью заявил Илья.

– Лучше смирись уже с тем, что мне на тебя плевать, – посоветовала она.

– Совсем плевать?

– Совсем.

– Ладно, – сказал Кириленко и сделал шаг назад.

Казалось, что он наконец-то отступил, но Илья внезапно подлетел к перилам, перемахнул через них и встал на узкий бетонный выступ, нависавший над обрывом. Ленка проследила взглядом, как мелкие камешки, которые он задел кроссовками, сорвались вниз и беззвучно растворились в густой растительности, покрывавшей дно оврага. В ее воображении то же самое произошло с Кириленко.

– Илья, ты что делаешь? – испуганно выкрикнула она.

– Какая разница? Тебе же плевать, – наигранно равнодушно ответил он.

– Это не смешно, вернись обратно!

– Лель, ты же сказала, что тебе плевать, так что не обращай внимания и иди домой.

– Придурок!

Наверное, в этой ситуации действительно стоило развернуться и уйти, чтобы показать, что шантаж с ней не сработает, но Ленка не могла этого сделать. Вдруг Кириленко свалится вниз, переломает себе ноги или шею и рядом не окажется никого, кто мог бы ему помочь? Хотя торчащие из земли стволы засохших деревьев больше походили на острые колья и намекали, что исход этого падения будет не таким благополучным, как хотелось бы.

– Илья, блин, вылезай оттуда! – приказала Ленка.

Как назло, вокруг не было ни души, поэтому Ленка смирилась с тем, что рассчитывать придется только на свои силы. Она подбежала к Илье и обхватила его руками, как будто в случае чего смогла бы удержать его, а не полетела бы за ним следом.

– Илья! – повторила Ленка уже дрожащим голосом, прижавшись щекой к его спине. – Прекрати меня пугать!

– И чего ты боишься? – спросил он все с той же невозмутимостью.

– Что ты упадешь, блин!

– Так ты же меня ненавидишь, наоборот, радоваться надо.

– Я предпочитаю ненавидеть тебя, когда ты живой!

– Звучит почти как признание в любви, я растроган, – усмехнулся Кириленко.

– Хорошо, хорошо, – сдалась Ленка. – Мне не плевать на тебя, только, пожалуйста, вернись сюда!

– Точно не плевать?

– Точно!

– Ладно, – согласился Илья.

Он повернулся к ней лицом, и тут произошло то, чего боялась Ленка: его нога сорвалась с каменного выступа. В ее восприятии все происходило как в замедленной съемке: короткий крик, испуг, промелькнувший на его лице, ее истошный вопль, и сердце, которое, кажется, перестало биться от ужаса.

– Илья! – крикнула Ленка, попытавшись схватить его за локти.

Перегнувшись через перила, она смотрела, как Кириленко повис на руках, и в ее глазах блестели слезы. К счастью, одной стопой он все еще упирался в основание моста, поэтому обратно забрался без труда и хитро улыбнулся.

– Вот теперь точно верю, что не плевать, – сказал Илья и наконец перебрался на тротуар.

– Ты это специально сделал? – спросила Ленка тоном, который не предвещал ничего хорошего.

От страха ее била мелкая дрожь, как будто температура на улице была минусовая, а вот Кириленко чувствовал себя прекрасно и непринужденно улыбался. Все-таки он остался таким же неисправимым идиотом. Перепугал ее до смерти только ради того, чтобы повеселиться, и был очень доволен своей выходкой. Разве можно после такого относиться к нему серьезно?

– Прости, Лель, но это единственный способ до тебя достучаться, – сказал Илья и щелкнул ее по носу.

Жаль, что поблизости не было ничего тяжелого, иначе Ленка тоже попыталась бы достучаться до него, точнее, до его мозга, в существовании которого она все еще сомневалась.

– Сильно испугалась? – спросил он.

В его голосе слышалось беспокойство, но Ленка давно убедилась, что такие вещи, как сочувствие и здравый смысл, ему не знакомы, поэтому не восприняла его вопрос серьезно. Вместо этого она положила ладони ему на плечи и мило улыбнулась.

– Не обольщайся, Илюшенька, я волновалась потому, что у тебя мой телефон. Жалко было бы, если бы он разбился вместе с тобой.

Это заявление, как обычно, Кириленко не обидело. Наоборот, он от души рассмеялся и покачал головой.

– Я говорил тебе, какая ты милая?

– Дай подумать, ты называл меня занудой, зубрилой, мышью, тупорезкой, страшилой, тормознутой, психопаткой, – перечисляла Ленка все прозвища, которые успела получить за долгие годы их знакомства. – А вот милой вроде нет.

– Странно, – ответил он и достал из кармана телефон. – Держи, ты честно его заслужила.

Какая щедрость! Вернул вещь, которая и так принадлежала ей, но сделал это так, будто оказал великую услугу. Ленка фыркнула, но промолчала, и они вместе отправились обратно тем же путем, что и пришли.

– Ты же заранее все спланировал? – спросила Ленка. – Всю эту игру с вопросами?

– Естественно, – не скрывая гордости, ответил Кириленко. – Не все, конечно, но в общих чертах. Я же знал, что ты начнешь гудеть и жаловаться, что тебе скучно.

– С моста тоже заранее прыгать собирался?

– Нет, это была удачная импровизация.

Очень удачная, если его целью было заставить Ленку поседеть. Еще бы чуть-чуть, и она заикаться бы начала от таких приколов, но Илюху совесть совершенно не мучила.

– Ты не ответил на последний вопрос, – сказала Ленка. – Чего боишься ты?

Трудно представить, что этого неугомонного клоуна могло хоть что-то напугать. В конце концов, он когда-то голыми руками схватил таракана и не умер от отвращения, так что инстинкт самосохранения у него отсутствовал полностью.

– Высоты, – ответил Кириленко. – Я охренеть как боюсь высоты.

Только сейчас Ленка обратила внимание на то, что он непривычно напряжен. Руки в карманах, голова опущена, а улыбка на его губах натянутая и неестественная. Это неудивительно, даже Ленке жутковато было смотреть вниз, хотя она стояла за ограждением, но, с другой стороны, кто заставлял его устраивать этот цирк? Раз сам виноват, то и жалеть его нечего. Наоборот, Ленка собиралась окончательно добить его психику в отместку за это свидание, на которое он ее потащил. К тому же у нее как раз возникла отличная идея.

– Илюшенька, а у меня для тебя есть задание, – сказала Ленка и загадочно улыбнулась.

Похоже, Кириленко понял, что она задумала что-то нехорошее, поэтому тяжело вздохнул и поднял глаза к небу.

– Мы же по правилам не можем давать новое задание, пока предыдущее не выполнено. А ты пока еще на свидании со мной, – попытался отмазаться он.

– После того что ты натворил, любая нормальная девушка убежала бы, не задумываясь, так что можешь считать, что наше свидание закончилось, – ответила Ленка и, перегородив дорогу, закинула руки ему на плечи. – Но ты же хочешь еще погулять со мной?

Это был запрещенный прием, но Ленка поняла, что самый простой способ убедить в чем-то Кириленко – просто повиснуть у него на шее с глупой улыбкой. Вот и в этот раз сработало: он сразу разомлел и перестал сопротивляться.

– Ладно, что ты там придумала? – спросил Илья.

– Тебе понравится, обещаю.

* * *

Улицы города постепенно тонули в сгущающейся темноте, которая несла с собой осеннюю прохладу, но над головами, в небе, закатное солнце окрашивало высокие кудрявые облака в золотисто-розоватые оттенки. Яркие алые всполохи отражались в окнах зданий, а воздух, кажется, из прозрачного стал нежно-персиковым.

– Как же тут красиво! – восторженно крикнула Ленка, и ветер унес ее слова ввысь.

– Просто офигеть как, – пробухтел Илья и с опаской остановился у входа на крышу, подальше от края.

Вид отсюда на самом деле открывался впечатляющий. Город был как на ладони: улицы с крошечными машинами, дома с блестящими под закатными лучами крышами, парк, густо заросший зелеными деревьями, большое озеро на окраине.

– Иль, ну иди сюда! – позвала Ленка и, не дождавшись ответа, сама подбежала и потащила его к бетонному бортику высотой не больше полуметра.

Ей, в отличие от Ильи, было ужасно весело. Здесь, на высоте двенадцати этажей, она ощущала себя так свободно, что безостановочно смеялась, кричала во все горло и кружилась, пока Кириленко топтался на одном месте. Впрочем, его можно было понять, он-то сюда не любоваться закатом пришел.

Недостроенная многоэтажка из красного кирпича недалеко от их школы стояла без присмотра уже лет пять и за это время, на удивление, не превратилась в место сбора бомжей и наркоманов. Ленка давно мечтала побродить по этому зданию и залезть наверх, но в одиночку она никогда не сунулась бы сюда, а теперь наконец-то подвернулась возможность исполнить мечту.

Когда они с Ильей приблизились к забору, ограждавшему территорию недостройки, он моментально заподозрил что-то неладное и остановился как вкопанный.

– Зачем мы сюда пришли? – спросил он, и от Ленки не укрылось волнение в его голосе.

– Ты должен будешь забраться на крышу и простоять на самом краю, пока я не досчитаю до десяти, – объявила она и победно улыбнулась.

Наверное, это задание было слишком жестоким, но ведь Кириленко начал первым. Если бы он просто признался, что боится высоты, Ленка не стала бы так над ним издеваться, но раз Илья решил пошантажировать ее, пускай расплачивается.

По лестнице они поднимались молча. Тишину нарушал лишь звонкий стук каблуков, который эхом отскакивал от бетонных стен и гулко разносился по всем помещениям. Как выяснилось, добраться до двенадцатого этажа без лифта не так просто, а пролезть на крышу по самодельной лестнице еще сложнее, но оно того стоило.

– Посмотри, как тут классно! – радовалась Ленка, подтягивая Илью к краю.

– Ты с ума сошла, – сказал он, бросив короткий взгляд вниз. – Здесь, блин, высоковато.

– На мосту тебя это не очень волновало.

– Там я держался за парапет. И там не штормило от ветра, а тут я еле на ногах стою.

– Можешь отказаться, я не настаиваю.

Впервые Ленка увидела в его глазах сомнение. Этого не было даже накануне, когда она потребовала отправить ее фотографию Фетисову. В тот момент Илья злился, искал выход, но не сомневался, а сейчас задумался, стоит ли оно того. На секунду Ленке показалось, что он не решится, но все-таки шагнул на бортик.

Его профиль в лучах заходящего солнца казался особенно суровым и резким, отчего на лице нельзя было уловить ни намека на нерешительность или страх. Ленка смотрела на него и никак не могла понять, довольна она его выбором или нет, но одно было ясно точно: их игра пока что продолжается.

– Ты там заснула? – нетерпеливо спросил Илья.

Напускная сдержанность разом слетела с него, и Ленка увидела перед собой до ужаса напуганного парня. Это было необычно – она привыкла, что он всегда лыбится и валяет дурака, но в этот раз, похоже, он не соврал про боязнь высоты.

– Раз, два, три… – без спешки заговорила Ленка, не отрывая от него взгляда.

Кириленко смотрел куда-то перед собой, плотно стиснув челюсти и, судя по всему, мысленно молился, чтобы это все поскорее закончилось, а Ленка сидела на бортике рядом с ним. Она видела, как его покачивает от ветра, и сердце одновременно замирало от страха за него и наслаждения его мучениями. Странная и необъяснимая смесь чувств, но она пьянила так, что Ленка перестала понимать, реально ли все происходящее.

– Семь, восемь… Так, а что у нас там после восьми идет?

– Лель, не дури, – рыкнул Илья. – Я не хочу умирать в семнадцать.

– А во сколько хочешь?

– Давай поговорим об этом потом.

– Потом так потом, – согласилась Ленка, но считать быстрее не стала. – Девять…

Кулаки у Кириленко непроизвольно сжались, и она почувствовала, что тянуть больше нельзя, иначе вниз полетит она сама.

– Десять, – сказала Ленка, и в ту же секунду Илья соскочил с бортика и нетвердой походкой попятился к центру крыши.

Это задание неслабо его потрепало. Кириленко привалился спиной к бетонной стене, за которой скрывался выход к лестнице, и, опустив голову, тяжело задышал, как будто до этого пробежал пару километров на пределе возможностей.

Тишину нарушал только отдаленный шум города и свист ветра в ушах. Ленка не решалась заговорить первой и молча смотрела на Илью, но он словно не замечал ее присутствия. Ощущение полной свободы, поначалу одурманившее ее, очень быстро развеялось, и остались только горечь и разочарование от собственной глупости, вызванной желанием отомстить. Что, если бы Кириленко на самом деле оступился и совершил скоростной спуск к земле, минуя лестницу? Ленка слегка отклонилась назад, чтобы оценить высоту. Если смотреть прямо вниз, а не на далекий горизонт, сразу становилось жутковато, а голова начинала немного кружиться, поэтому она торопливо поднялась с бортика и подошла к Илье.

– Ты в порядке? – спросила Ленка и усмехнулась своим же словам.

Ее всегда раздражали очевидные вопросы, но в этот раз она сама зачем-то задала один из них. Ясно же, что он не в порядке, хотя и старался держаться.

– С тобой я точно рано или поздно в психушке окажусь, – подтвердил ее догадки Илья.

– Зато ты смог победить свой страх.

– Победить? – сказал он, нервно рассмеявшись. – Да я после этого к окну второго этажа добровольно не подойду.

– Теперь же все позади, – попыталась приободрить его Ленка. – Посмотри, наконец, как вокруг красиво.

Отступив на несколько шагов, она закружилась на месте с раскинутыми руками и громко захохотала. Ветер подхватывал полы плаща и бросал в лицо волосы, но Ленка не обращала на это внимания и не останавливалась, пока Илья не поймал ее и не притянул к себе.

– Если ты попытаешься меня сейчас поцеловать, я откушу тебе язык, – предупредила она, заметив, что Кириленко опять смотрит на нее с подозрительным умилением.

– Ты настолько плохо целуешься? – усмехнулся он.

– Я просто не хочу целоваться с тобой.

– Почему?

Действительно. С чего это вдруг у нее не возникает такого желания рядом с ним? Может, потому что этот придурок в восьмом классе назло ей высморкался в ее шарф? Ленка тогда, между прочим, выбросила его, потому что притащить домой эту мерзость не смогла.

– Место-то романтичное, – добавил Илья, проигнорировав ее убийственный взгляд.

– Отлично, приду сюда как-нибудь со своим парнем, когда найду его, – сказала Ленка.

– Я уже здесь.

– С нормальным парнем, – подчеркнула она.

– Нормальный тебя не выдержит, – ответил Кириленко и, рассмеявшись, обнял ее.

Ленка раздраженно фыркнула. Он опять начинал ее бесить, но хотя бы не обижался. Непонятно только, почему это вообще волновало Ленку, обычно ей было все равно. Однако думать об этом сейчас не хотелось.

– Пойдем уже, темнеет, – сказала она.

Обратный путь домой выдался на удивление приятным. Кириленко без умолку болтал, а Ленка беззлобно подтрунивала над ним, потому что сил злиться на него уже не осталось. Он от подобного отношения буквально расплылся, поэтому напоследок, когда они остановились у ее подъезда, Ленка решила вернуть его с небес на землю.

– Знаешь, Иль, не приглашай больше никого на свидания, только время зря потратишь. Все равно ни одна девушка рядом с тобой долго не выдержит, – сказала Ленка с каменным лицом.

– Не приглашать вообще никого или не приглашать никого, кроме тебя? – спросил Илья, хитро прищурившись.

Кто бы сомневался, что он попытается обернуть ситуацию в свою пользу. Ленка предпочла ничего не отвечать, иначе у них снова разгорелся бы спор, из-за которого она застряла бы с ним еще на полчаса.

– Пока, – бросила она ему и ушла.

Подъездная дверь захлопнулась за спиной, и только после этого Ленка заметила, что ее губы растянуты в широкой улыбке. Какой кошмар. В какой момент она потеряла бдительность и успел ли Кириленко это увидеть? Ленка надеялась, что не успел, но точный ответ так и останется для нее загадкой.

Глава 5
Плен и провокация

ВСЕ БЫЛО ХОРОШО ровно до того момента, пока Ленка не вышла на улицу. На первый взгляд, за окном все было прекрасно: яркое и теплое утреннее солнце, еще зеленая листва на деревьях, веселое щебетание птиц, свежий и чистый воздух – в общем, все предвещало отличный день. Но из окна Ленка не увидела одного – Илью, который ждал ее у подъезда.

– Привет, Лель! – сказал он, но Ленка молча прошла мимо.

Это было уже слишком. Мало того что он доставал ее в школе, так теперь еще больше осмелел. Нельзя было спускать ему это с рук, поэтому Ленка решила его игнорировать, но Илья и не думал сдаваться. Она не сдержалась:

– Слушай, если мы один раз сходили на свидание, которое и свиданием назвать нельзя, это не значит, что ты мне нравишься. Не надо меня преследовать, меня это бесит.

– О чем ты, Лель? – спросил Илья с непринужденной улыбкой. – Я по делу пришел.

– Хочешь что-то сказать, говори быстрее, – поторопила она его.

На самом деле спешить ей было некуда, этим утром Ленка специально вышла из дома чуть раньше, чем обычно, чтобы прогуляться перед уроками, но кто же знал, что внизу она наткнется на Кириленко. Как он вообще оказался здесь? С вечера не уходил, что ли, и ночевал на лавочке?

– У меня для тебя задание, – сказал Илья.

В этот момент Ленка окончательно поняла, что день не задался. Конечно, она ожидала от Ильи подобного, но надеялась, что у нее будет хотя бы полчаса до того, как они встретятся.

– И? – спросила Ленка с плохо скрываемым раздражением.

– Сегодня в школе будешь изображать перед всеми до одури влюбленную в меня девушку, – сказал Илья. – Ты должна не отлипать от меня на всех переменах, общаться со мной, мило улыбаться, смеяться над всем, что я говорю, постоянно накручивать волосы на палец. Последнее – обязательно.

– Чего? Совсем двинулся?

– Ну ты же переживаешь из-за того, что меня лохом все считают. Значит, будешь сегодня поднимать мой авторитет в глазах окружающих.

Вот же скотина. Решил совсем идиоткой ее перед всеми выставить в отместку за вчерашнее, а заодно и потешить свое самолюбие. Ну ничего, он об этом еще пожалеет. Ленка так отыграет свою роль, что над ним до конца года все ржать будут. Если уж ей придется тонуть по его вине, то она утянет его за собой.

– За семь минут до начала урока ты должна стоять у ворот, начинаем там, – продолжил Илья. – Не опаздывай, иначе засчитаю тебе поражение. И не жди, что я буду что-то подсказывать, это твое задание.

Надо же как раскомандовался. Сразу стал таким серьезным и жестким, как будто раздавал указания государственной важности. Даже просто смотреть на это было смешно.

– А с чего это я должна у ворот тебя ждать? – возмутилась Ленка.

– Потому что я так хочу, – пожал плечами Илья. – Это мое задание, и я ставлю условия.

После этого он развернулся и ушел, а Ленка смотрела ему вслед и никак не могла собраться с мыслями. Она-то думала, что Илья от нее до самой школы не отцепится, а он так легко оставил ее, как будто у него были какие-то более важные дела. Хотя о каких делах могла идти речь за двадцать минут до начала занятий? Наверное, специально сделал вид, что он такой занятой, а на самом деле будет наворачивать круги по району до нужного времени.

Успокоив себя этим объяснением, Ленка наконец-то неспешно направилась к школе и к условленному времени стояла у школьных ворот, выглядывая в толпе учеников Илью, но его не было поблизости. Она нетерпеливо посмотрела на экран телефона. До звонка всего пять минут, и что делать дальше, неясно. Ждать Илью? А вдруг он специально опередил ее и теперь посмеивается, наблюдая за ней из окон? Может, уйти? Но тогда она нарушит правила и проиграет. Эти мысли крутились у нее в голове, и, пока Ленка пыталась что-то решить, вдалеке показался Кириленко.

Шел он не один, а в компании своих приятелей, среди которых были Нечаев и еще пара старшеклассников. Ну хотя бы Фетисова не было, и на том спасибо. Все они громко ржали, наперебой что-то обсуждали и ничем не отличались от группы пятиклашек, которые бежали перед ними. Ленка обреченно выдохнула и нацепила на лицо милую улыбку, а пальцами ухватила прядь волос. Спектакль начинается.

Илья поравнялся с ней, поэтому она сделала шаг к нему, но он лишь скользнул по ней взглядом и… прошел мимо, как будто они и знакомы толком не были. От удивления Ленка даже застыла на месте и с глупым видом уставилась на его спину, которая стремительно удалялась.

Что это вообще было? Обычно Кириленко не упускал шанса домотаться до нее, если встречал где-нибудь по пути, и уж тем более не проигнорировал бы ее, если увидел бы такое неприкрытое желание поговорить с ним. Такое пренебрежение с его стороны показалось Ленке унизительным, поэтому ей захотелось наплевать на все и уйти на урок, но она смогла успокоиться и взять себя в руки. Нельзя было действовать сгоряча, иначе это обернулось бы нелепым проигрышем, на что, наверное, Илья и рассчитывал. Вместо этого Ленка собралась и побежала следом за ним.

Догнать его оказалось непросто, парни шли так быстро, что она на каблуках еле поспевала за ними, но все-таки у нее получилось настигнуть Кириленко и повиснуть у него на плече.

– Привет, Илюш, – сказала Ленка с обворожительной улыбкой.

– Привет, – коротко ответил он, кивнув головой, и вернулся к обсуждениям какой-то игры.

– Как дела? – не сдавалась она.

– Норм, – пожал плечами Илья и опять отвернулся.

– Я так соскучилась…

– Мы же только вчера виделись, – усмехнулся Кириленко.

– Ну и что? Ты разве по мне не скучал? – спросила Ленка и захлопала глазами.

Вместо ответа Илья цокнул языком и, покачав головой, многозначительно посмотрел на парней. Они все тихо заржали, а Ленка изо всех сил сдавила пальцами его плечо, однако Кириленко даже не поморщился от боли.

– Лель, когда мне скучать, если у меня телефон ни на секунду от твоих звонков и сообщений не умолкает? – негромко, но так, чтобы все остальные услышали, спросил он.

Вот же свинья! Вообще-то это Илья обычно закидывал ее кучей фоточек, картиночек и сообщений, а она злилась из-за этого, но в этот раз он очень удачно перевел стрелки на нее.

– Илюш, ну ты же сам говорил, что не можешь ни минуты без меня прожить и постоянно думаешь только обо мне, – громко сказала Ленка. – Вот я и делюсь с тобой всем-всем-всем.

Раздался сдавленный смех, но Илья продолжал сохранять невозмутимость.

– Я всего один раз спросил, почему ты долго не отвечала на мое сообщение, – пояснил он. – Это не значит, что нужно писать мне обо всем.

Выкрутился гад. В такие моменты он дико бесил своей находчивостью, но у Ленки еще были идеи для того, чтобы поставить его в неловкое положение.

– Почему? – спросила она и с тоской взглянула на него. – Ты что, больше меня не любишь?

– Лель, давай потом поговорим.

– Что значит потом? – возмутилась Ленка. – Ты сейчас не знаешь, любишь меня или нет?

В ответ Илья лишь закатил глаза и махнул парням рукой, дав понять, что застрял надолго. У них, судя по всему, не было желания присутствовать при разборках с разъяренной девушкой, поэтому они моментально испарились, благоразумно рассудив, что друга уже не спасти, а себя еще можно.

– Что это все значит? – жестко спросила Ленка, когда осталась с Ильей наедине.

– Ничего, просто не хотел обсуждать наши отношения при других, – сказал Кириленко и невозмутимо пожал плечами.

– Какие отношения? Ты с кровати упал и головой стукнулся?

– Осторожно, ты выходишь из образа, – предупредил он.

– И что? – спросила Ленка. – Никто же не знает, о чем мы тут разговариваем.

– Но я-то знаю.

– И что? – повторила она. – Я же должна изображать ненормальную перед другими, а не перед тобой.

– В условиях было сказано «перед всеми», и я в эту категорию тоже попадаю, – снисходительно улыбнувшись, ответил Илья и щелкнул ее по носу. – Так что старайся лучше, чтобы я засчитал это задание выполненным.

Ничего сказать Ленка не успела, потому что из школы раздалась трель звонка, прервав эту беседу. Немногочисленные ученики, не успевшие забежать внутрь, активнее зашевелили ногами, и Кириленко внезапно ощутил невиданную ранее тягу к знаниям.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.