Елена Рассыхаева
Призрак в платье от кутюр

Пролог: Шелковый шепот в ночи

За окном бушевала осенняя буря. Листья, сорвавшись с деревьев, опьяненных ветром, танцевали свой последний судорожный вальс, прижимаясь к мокрому стеклу, словно пытаясь заглянуть внутрь. Внутри же царила тишина, прерываемая лишь монотонным тиканьем старинных часов, отсчитывающих последние минуты моей ночной смены. Да, моя жизнь круто изменилась. Совсем недавно я подшивала брюки у себя в провинции, а теперь… теперь я разбирала архивы в самом сердце Дома моды «Вернисаж», окутанного легендами и тайнами.

Именно это, впрочем, и привлекло меня. Дизайнерские амбиции у меня, конечно, были, но тяга к расследованиям, унаследованная, видимо, от бабушки, работавшей библиотекарем, перевешивала. Так что, сжимая в руках папку с пожелтевшими от времени фотографиями, я с удовольствием представляла себя в роли современной мисс Марпл, только вместо клубка пряжи – эскизы, а вместо деревни – пафосный столичный особняк, именуемый храмом высокой моды.

В ту ночь мне предстояло изучить биографию Элеоноры Версальской, музы «Вернисажа», трагически погибшей в начале прошлого века. Официальная версия гласила: несчастный случай, падение с балкона. Но меня всегда тянуло к тёмным пятнам в биографиях, к тому, что скрыто под слоем пыли и фальшивых улыбок.

Свет тусклой настольной лампы выхватывал из мрака фотографии: томный взгляд, уложенные волнами волосы цвета воронова крыла, безупречное платье в пол, подчёркивающее осиную талию. На одном из снимков она позировала в мастерской, окружённая восхищёнными лицами портных, а её руки, тонкие и изящные, трепетно касались невесомой ткани цвета лунного света.

И тут, словно в ответ на мои размышления, в тишине раздался шорох. Не похожий на ветер, не похожий на скрип старого дома. Скорее… шелест шелка, тонкий, едва уловимый, словно кто-то тихонько провел ладонью по дорогой ткани.

Я вздрогнула, сердце предательски подпрыгнуло к горлу. Оборачиваться было страшно, но любопытство, мой вечный спутник, взяло верх. Медленно, словно в замедленной съёмке, я повернулась.

Комната была пуста. Только фотографии, бумаги и тикающие часы напоминали о моем присутствии. Я глубоко вздохнула, пытаясь справиться с нахлынувшим волнением. «Наверное, ветер», – пробормотала я себе под нос, но внутри что-то екнуло, тревожно напомнив о древних легендах «Вернисажа», о шепоте и призраках, о которых так любила рассказывать тетя Галя, добрая, но слегка сумасшедшая швея.

Я снова взглянула на фотографию Элеоноры, и в этот момент что-то произошло. Или мне показалось? Может, резкий порыв ветра? Но… мне показалось, что глаза на фотографии на мгновение блеснули, словно отражая свет свечи, а губы, нарисованные тонкой линией, чуть приоткрылись, словно она хотела что-то сказать.

В горле застрял ком. Я почувствовала, как по коже побежали мурашки, а в воздухе запахло дорогими духами – резкими, как ядовитый плющ, но в то же время завораживающими.

Внезапно прямо передо мной в воздухе начала формироваться полупрозрачная фигура. Сначала туманное пятно, потом очертания женского силуэта. Я зажмурилась, не веря своим глазам. Это был сон? Галлюцинация от усталости? Но запах… этот терпкий аромат никуда не делся.

Я решилась открыть глаза. И тогда…

Она стояла передо мной. Высокая, стройная, в роскошном платье от кутюр, которое, казалось, светилось изнутри. Платье цвета лунного света, такое же, как на фотографии. Лицо бледное, но невероятно красивое, с тонкими чертами и глубокими печальными глазами. Глаза, которые смотрели прямо на меня, словно пытаясь проникнуть в самую душу.

Она была настоящей. Настоящим призраком.

– Вы… вы кто? – прошептала я, чувствуя, как пересыхает моё горло.

Ее губы дрогнули, как будто ей было трудно говорить. Ее голос был тихим, едва слышным, как шелест шелка, но в нем звучала такая боль, что у меня защемило сердце.

– Элеонора… Элеонора Версальская. И мне нужна ваша помощь.

Глава 1: Провинциальный шик и внезапное предложение

«Машка, ну ты как всегда! Зачем так наряжаться на картошку?!» – воскликнула моя лучшая подруга Ленка, разглядывая меня с притворным ужасом.

Я закатила глаза, стряхивая невидимую пыль с идеально скроенной джинсовой юбки. «Ленка, во-первых, это не картошка, а пикник. Во-вторых, шикарно – это мое второе имя. А в-третьих, вдруг я там принца встречу? Пусть сразу видит, с кем имеет дело!»

Ленка фыркнула, поправляя свою, безусловно, практичную, но совершенно безликую спортивную куртку. Она, как всегда, была права. В нашей тихой, пыльной Прохладновке принцы если и водились, то разве что в сказках, которые мы читали в детстве. Но, с другой стороны, мечтать не вредно, а выглядеть хорошо нужно обязательно. Особенно, если в твоих планах покорение мировых подиумов.

Пикник, организованный местным клубом «Любителей кошек и шашлыков», как всегда, был скучным. Те же лица, те же разговоры, те же унылые песни под гитару. Единственным развлечением, пожалуй, был мой сарафан, сшитый из старых джинсов и украшенный вышивкой в стиле бохо. Он произвёл настоящий фурор среди бабушек-кошатниц, которые, кажется, впервые в жизни увидели что-то более интересное, чем клубок шерсти.

По правде говоря, на этот пикник я пришла только для того, чтобы показать себя. Точнее, свои таланты. Я шила с детства, переделывая мамины платья в модные юбки и превращая старые занавески в стильные топы. Я мечтала о Париже, Милане, Нью-Йорке… В общем, о любой точке земного шара, где меня и мои творения оценили бы по достоинству.

И, кажется, моя мечта начала сбываться, причём совершенно неожиданно. Когда я уже собиралась покинуть этот филиал ада и вернуться к своим эскизам, ко мне подошёл незнакомец. Высокий, худощавый, в дорогом костюме, явно сшитом на заказ. В Прохладновке таких не водилось.

«Простите, вы Маша Васильева?» – спросил он, глядя на меня своими проницательными серыми глазами.

Я кивнула, настороженно рассматривая его. “А вы…?”

– Меня зовут Николай Петрович, я… скажем так, представитель заинтересованной стороны, – уклончиво ответил он, оглядываясь по сторонам. – Я давно слежу за вашими работами. У вас… талант. И я хотел бы предложить вам работу.

Я чуть не выронила стаканчик с недопитым компотом. “Работу? Где?”

Николай Петрович улыбнулся, и его лицо тут же стало еще более загадочным. “В Доме моды “Вернисаж”, в столице. Уверена, вы о нем слышали”.

Я потеряла дар речи. «Вернисаж»?! Это же… это же легенда! Самый престижный Дом моды в стране! Все начинающие дизайнеры мечтают о нем!

«Но… как вы…?» – пробормотала я, все еще не веря своим глазам.

«Мы ищем новые таланты, и ваш стиль показался нам очень перспективным. Если вы согласитесь, мы оплатим ваш переезд, предоставим жильё и обеспечим всем необходимым для работы», – продолжал Николай Петрович, словно читая мои мысли.

Я замерла, пытаясь переварить эту невероятную новость. «Вернисаж… столица… это… это безумие! Я согласна!»

Николай Петрович усмехнулся. “Я так и знал. Тогда ждите моего звонка. Мы свяжемся с вами в ближайшее время и обсудим все детали”.

Он развернулся и быстро ушёл, оставив меня в лёгком трансе. Ленка, наблюдавшая за нашим разговором с неприкрытым любопытством, подбежала ко мне с горящими глазами.

«Машка! Что это было?! Что за мужик?! “Вернисаж”?! Ты что, выиграла в лотерею?» – засыпала она меня вопросами.

Я рассказала ей все, сбивчиво и взволнованно, и Ленка, обычно сдержанная и рассудительная, завизжала от восторга.

«Машка! Это твой шанс! Ты должна поехать! Ты станешь знаменитой! Ты будешь шить платья для звёзд!» – она подпрыгивала от радости, обнимая меня.

Я улыбнулась, чувствуя, как внутри меня растёт уверенность. Да, это мой шанс. Я должна его использовать.

Прощание с Ленкой и родителями было трогательным и немного грустным. Мама плакала, папа пытался казаться спокойным, но в его глазах тоже блестели слезы. Ленка, как всегда, была самой оптимистичной: «Ты вернешься звездой, Машка! И не забудь взять меня с собой на премьеру какого-нибудь крутого фильма!»

Я пообещала ей всё, что угодно, лишь бы она перестала плакать. Я знала, что мне будет нелегко, но я была готова ко всему. Я ехала покорять столицу, ехала к своей мечте. И я ни за что не собиралась сдаваться.

Глава 2: Столичный блеск и первые разочарования

Москва встретила меня серой моросью и сумасшедшим ритмом. Огромные проспекты, небоскребы, толпы спешащих куда-то людей – все это казалось мне декорациями к какому-то невероятному фильму. Я чувствовала себя маленькой и потерянной в этом огромном мегаполисе, но в то же время полной энергии и решимости.

«Вернисаж» оказался ещё более впечатляющим, чем я себе представляла. Величественное здание в стиле модерн, с огромными окнами и коваными балконами, словно излучало ауру роскоши и элегантности. Внутри – мраморные лестницы, хрустальные люстры, дорогие ковры. Всё блестело и сверкало, как в сказке про Золушку.

Меня встретила Снежана, высокая блондинка с надменным выражением лица, одетая в обтягивающее платье, которое, казалось, вот-вот лопнет. «Васильева, да? Николай Петрович предупредил. Я – секретарь главного дизайнера, Игоря Аркадьевича. Идите за мной», – процедила она, даже не взглянув на меня.

Пройдя несколько коридоров, мы оказались в просторной мастерской, где кипела работа. Портные, швеи, закройщики – все были заняты своим делом, словно пчелы в улье. В воздухе витал запах дорогих тканей, духов и чего-то неуловимо творческого.

Снежана остановилась перед дверью с табличкой «Игорь Аркадьевич, арт-директор». «Ждите здесь», – бросила она и скрылась внутри.

Я нервно поправила свою провинциальную, но всё же очень симпатичную блузку и стала рассматривать эскизы, развешанные на стенах. Они были потрясающими: смелые, оригинальные, новаторские. Я мечтала создавать что-то подобное.

Через несколько минут дверь открылась, и Снежана жестом пригласила меня войти. В кабинете сидел Игорь Аркадьевич, молодой, стильный мужчина с холодным, пронзительным взглядом. Он окинул меня оценивающим взглядом, от которого мне стало не по себе.

«Васильева? Да, Николай Петрович говорил о вас. Что ж, посмотрим, на что вы способны», – сказал он, не вставая из-за стола. «У нас сейчас очень много работы, так что времени на раскачку нет. Снежана покажет вам, что нужно делать».

Я была полна надежд и энтузиазма, но то, что мне поручили делать, повергло меня в шок. Подшивать пуговицы, распарывать старые швы, помогать швеям – это было совсем не то, о чём я мечтала. Я ожидала, что мне дадут возможность проявить свой талант, создавать эскизы, работать с тканями. Но вместо этого я оказалась на самой низкой ступени иерархии «Вернисажа».

– Но… Игорь Аркадьевич, я же дизайнер! Я умею шить, кроить, создавать модели! – попыталась я объяснить ему, но он лишь отмахнулся.

«У нас и так хватает дизайнеров. А вот хороших швей днём с огнём не сыщешь. Так что работайте и учитесь. Если хорошо проявите себя, возможно, мы дадим вам шанс», – отрезал он, не дав мне возможности возразить.

Первые дни в «Вернисаже» были кошмаром. Снежана относилась ко мне с презрением, остальные сотрудники – с безразличием. Работа была скучной и монотонной, а мои мечты о мировом признании казались всё более далёкими и несбыточными.

Единственным человеком, который хоть как-то поддерживал меня, была тётя Галя, добрая и немного странная швея, работавшая в «Вернисаже» уже много лет. Она всегда находила для меня доброе слово, делилась советами и рассказывала интересные истории о прошлом Дома моды.

«Не переживай, Машенька. Не всё сразу получается. Главное – не терять надежду и верить в себя. А талант у тебя есть, я сразу это заметила», – говорила она мне, подмигивая.

Но, несмотря на поддержку тёти Гали, я чувствовала себя всё более разочарованной и несчастной. Я скучала по Ленке, по родителям, по своей уютной Прохладновке. Иногда мне казалось, что я совершила ошибку, уехав из дома. Может, мне стоило остаться и работать швеёй в местном ателье? Может, мои мечты о «Вернисаже» были всего лишь глупой иллюзией?

Однажды вечером, когда я засиделась на работе допоздна, пытаясь закончить сложный заказ, я случайно обнаружила заброшенный будуар в глубине «Вернисажа». Он был спрятан за старым шкафом, который, кажется, никто не открывал уже много лет.

Любопытство, как всегда, взяло верх. Я отодвинула шкаф и вошла в комнату. Она была пыльной, тёмной и заброшенной, словно здесь давно никто не жил. Старинная мебель, пожелтевшие обои, зеркало в позолоченной раме – всё говорило о том, что когда-то здесь царили роскошь и элегантность.

Я стала рассматривать старые фотографии, развешанные на стенах. На них была изображена красивая женщина в роскошных платьях. Она была похожа на кинозвезду – томный взгляд, уложенные волнами волосы, безупречный макияж. На одной из фотографий была надпись: «Элеоноре Версальской, музе “Вернисажа”».

И тут… я почувствовала, что в комнате кто-то есть.

Глава 3: Призрак в будуаре

В горле пересохло. Я огляделась, пытаясь унять дрожь. В комнате, казалось, ничего не изменилось. Те же пыльные фотографии, та же старинная мебель, та же гнетущая тишина. Но ощущение чужого присутствия никуда не делось, а, наоборот, усилилось.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.