Остров сбывшихся надежд
Трудный путь возрождения
Виктор Михайлович Кшнякин

© Виктор Михайлович Кшнякин, 2025

ISBN 978-5-0065-7060-3 (т. 5)

ISBN 978-5-0062-6200-3

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Стреляй, потом разберёмся, кто – свой, а кто – враг

Изучение цели с помощью прицела – лучший способ познакомиться с врагом.

Одна из заповедей хорошего снайпера.

Америка, окрестности покинутого города Тусон, 96 день н. э. в., 9 часов 5 минут, колонна бронетранспортёров «теневого правительства США», вторая машина, Пибоди Харрис, официальный представитель, переговорщик и доверенное лицо Верховного Правителя Америки.

Двигаемся растянутой колонной броников в готовности отразить любую агрессию. Проехав десяток штатов в поисках выживших действующих поселений и разведки обстановки на территории нашей, не ко времени развалившейся, страны, я вынужден констатировать нерадостные, просто душераздирающие, факты:

По пути следования мы повсеместно видим картины буйства смерти, полное разрушение промышленной и транспортной инфраструктур, ужасающуюся деградацию местной власти.

По обочинам дорог бесконечные караваны покинутых, искорёженных, сгоревших автомобилей. Рядом с ними и в салонах до сих пор припорошенные пеплом и сажей не упокоенные тела погибших граждан, пытавшихся спасти себя и свои семьи от гибельных радиоактивных осадков. В начале нашего путешествия было не по себе, непроизвольно ком подкатывал к горлу при взгляде по сторонам, но со временем чувства притупились, разгромленные магазины и аптеки перестали травмировать взор, а редкие умирающие оборванные подобия людей, тянущие в нашем направлении измождённые руки в немых призывах о помощи, стали просто частью ужасного пейзажа за бронированным стеклом автомобиля.

На моей карте были помечены крупные военные базы и правительственные укрытия, расположенные рядом с государственными складами, которые усиленно наполняли перед войной продуктами, водой и медикаментами. Мы, «теневики», действительно толкали мир к военному противостоянию, но при этом отчётливо понимали, что выжить в ядерном безумии будет очень сложно. Потому заблаговременно подготавливали укрытия для военных и ценных гражданских специалистов, своевременно сами укрылись в надёжном убежище, со стороны наблюдая за начавшейся мировой бойней. Наши аналитики прорабатывали сценарии ответного удара по территории Америки нашими потенциальными врагами, характер разрушений и последствия радиационного заражения, учитывая возможность наступления «ядерной зимы», но, как показала история, действительность преподнесла смертельные сюрпризы не только тем, кто готовился к тяжёлым временам, но и тем, кто слепо верил в силу американского оружия и мудрость политического руководства страны.

Скажу откровенно, большинство сограждан я считаю ограниченными, зажравшимися, просто тупыми обывателями, которых, как жертвенных баранов, вели на убой, при этом не забывая стричь с них шерсть, а точнее собирать налоги и прибыль от растущих невиданными темпами цен на жизненно важные продукты и вещи. Я не причисляю себя к американской нации, хотя мои родители – истинные уроженцы этого континента. Я один из главных представителей наднационального сообщества влиятельнейших людей современности. Мы – космополиты! Мы живём на территории определённых стран, но не представляем интересы правящих там элит. Мы – это и есть истинная правящая элита мира. Мы дёргаем за ниточки, идущие к политикам и военным, мы вершим историю человечества. Мы знали, что в результате ядерного ответного удара в нашу страну придёт полярный лис «песец», но предположить, что китайцы, корейцы и русские так и не нажмут на красные кнопки и не пошлют нам свои гостинцы, мы не рассчитывали. Казалось, такой расклад должен был принести нам победу и преимущества в послевоенном мире, но опять мы оказались в проигрыше. Огромный, по нашим меркам, земной шар был чувствительным и уязвимым к нашему безумному поведению.

Три месяца мы отшельничали в роскошном убежище, пытаясь наладить взаимодействие с известными нам анклавами выживших американцев, но эти попытки оканчивались полным фиаско. На том конце переговорного устройства неизменно поносили прошлую власть, высказывали с помощью речевых конструкций различного уровня своё отношение к судьбе и посылали нас по известному адресу в пешее эротическое путешествие. Исчерпав запас терпения, было принято решение снарядить военную колонну с полномочным представителем в моём лице, наделённым правом карать и миловать, чтобы вновь установить наше влияние на остатки власти в выживших колониях. Мы через завербованных ранее доверенных лиц в различных анклавах получали информацию об установлении экономических связей с бывшими китайскими противниками и их нынешними союзниками, готовыми помогать (о ужас, бескорыстно) продуктами и медикаментами. Понятно, что в сложившихся условиях отказываться от такого дара было бы просто безумием, но наши управленцы извлекали для себя из такого подарка несомненную выгоду. Нужное для жизни распределялось, естественно, не поровну, как требовали дарители, а по усмотрению местной администрации, которая использовала полученные вещи и продукты, как рычаги давления на недовольных и бунтарей. Вот это правильный подход!

Несколько уцелевших анклавов после строгих внушений и угроз согласились отчислять часть продуктов, медикаментов и вещей первой необходимости в фонд «теневого правительства». Парочка строптивых генералов, возомнивших себя «центром вселенной» и «вершителями судеб человеческих», скоропостижно покинули сей грешный мир после моего визита. Их преемники стали сразу сговорчивыми и покладистыми. Бронированные инкассаторские автомобили под конвоем бронетранспортёров стали исправно снабжать нашу основную базу всем необходимым. Два раза на нашу колонну устраивали засады на дорогах в умерших лесных массивах, но идущий первым бронированный монстр с бульдозерным отвалом с лёгкостью проламывал брешь в бревенчатых завалах, а стрелки башенных крупнокалиберных пулемётов и автоматических пушек заливали окрестности свинцовым огнём, не давая возможность атакующим подонкам поднять головы.

Два раза в мёртвых городах нас пытались остановить автомобильными баррикадами на перекрёстках дорог, но противотанковые гранатомёты исправно расчищали путь и остужали прыть нападающих. У нас не было времени и желания вступать в долгие перестрелки с неизвестными бандитами, потому мы не жалели патронов и снарядов для нанесения мощного единовременного удара, отбивающего любую охоту остановить нас. Слава богу, техника нас не подводила. На военных базах, где мы останавливались на время переговоров, местные технари исправно проводили обслуживание, заправляли машины ГСМ и снаряжали боеприпасами. Спасало нас ещё и то, что во всех случаях агрессии у противника не было минных ловушек и направленных фугасов, способных обездвижить наши бронетранспортёры.

За стёклами моего салона, приспособленного для работы в условиях марша, мелькали дома и улицы очередного мёртвого города, засыпанного толстым слоем пепла и грязи, с выбитыми окнами, расколоченными витринами, горами бытового мусора, остовами автомобилей и автобусов, трупами людей и животных, чахлыми деревьями и кустами. Мы двигались в утреннем сумраке улицы, зажатой с двух сторон высотными домами, на приличной скорости. Пейзаж был унылым, хорошо знакомым и навевал острое чувство притаившейся где-то опасности. Мне пришлось взять гарнитуру связи и приказать наблюдателям в башнях машин сопровождения быть внимательными. Стрелок моего броника постоянно вращался вместе с оружием, чем изрядно меня нервировал, но я с этим ничего не мог поделать.

Судя по электронной карте, мы проскочили уже добрую половину города, приближаясь к его юго-восточной окраине, когда впереди прозвучал приглушённый броней мощный взрыв. Наша машина стала резко тормозить, уходя юзом вправо, меня бросило с сидения на пол, и я больно впечатался левым плечом в стенку корпуса. От резкой боли моё сознание помутилось, и я отключился.

Улица покинутого города Тусон, 96 день н. э. в., 9 часов 55 минут местного времени, засада банды бывших военных, Дайсон Вар, отставной полковник, командир штурмовой бригады, предводитель военного отряда подземной базы, не обозначенной на карте Харриса.

Респект нашим техникам, установившим в недалёком прошлом по периметру нашего города несколько десятков камер видеонаблюдения. Сидя в защищённом бункере, можно с комфортом наблюдать за окрестностями и дорогами, прилегающими к городским окраинам. Наше поселение только с виду покинутое и умершее. Под землёй, кроме огромного центрального бомбоубежища, во все стороны от него расходятся длинные тоннели, выводящие в разные районы и позволяющие быстро перемещаться бойцам на грузовых электромобилях. Такая мобильность позволяет нашему отряду внезапно появляться на пути незваных гостей или странников, волей судьбы занесённых в эти края, на военной технике.

Нам в своё время повезло быстро сориентироваться в складывающейся обстановке и уйти под землю, надёжно перекрыв входные двери переходных тамбуров. До сих пор не могу понять откуда у нас сохранившееся электропитание, которое на протяжении прошедшего времени стабильно освещает и обогревает нас, питает ФВУ и заряжает многочисленные аккумуляторы машин и оборудования. Не иначе господь бог благосклонно к нам относится?! В первое время нашего заточения мы поднимались на поверхность в защитном снаряжении редко, только обнаружив на видеокамеры «жирную цель» – большую колонну транспорта. Не хотелось рисковать здоровьем по мелочи, ведь уровень радиации с каждым днём постепенно повышался, а средства дезактивации неумолимо уменьшались в объёме.

Пару месяцев нам пришлось безвылазно сидеть под землёй, фиксируя смертельную концентрацию в атмосфере «невидимой смерти». За это время мой личный состав настолько озверел от безделья и невозможности выплеснуть свою ярость на противника, что пьяные оргии неизменно завершались массовыми потасовками, благо без смертельного исхода для дерущихся. Я не препятствовал такому поведению, понимая их состояние. Помимо физической тренировки в полном контакте, бойцы оттачивали свои навыки в рукопашной схватке и сбрасывали часть отрицательной энергии. Младший командный состав, строго проинструктированный мной, не давал поединкам стать неуправляемыми, вовремя погашая излишнюю злобу.

Постепенно внешние условия смягчились, позволяя нам изредка выходить на поверхность в защитной экипировке и изолирующих противогазах. Правда, к этому времени через город уже никто не проезжал, и мы совершали только разведывательные вылазки, проверяя и подчищая магазины, склады и аптеки. А сегодня операторы-наблюдатели засекли военную колонну на приличном расстоянии от города. Была вероятность, что приближающиеся бронетранспортёры выберут объездной маршрут, но этого не случилось. Обречённая на убой техника на высокой скорости втянулась в заранее расчищенную нами единственную улицу, которая делила город на две части и была кратчайшим расстоянием от одной окраины до другой. Мои ребята, соскучившиеся по настоящему делу, быстро заняли подготовленные позиции и стали ждать врага, рвущегося в расставленную нами мышеловку. Кажущаяся мёртвой улица в нескольких местах была искусно заминирована, а в домах установлены направленные наружу мощные фугасы. На крышах невысоких домов и в окнах третьих-пятых этажей, выходящих на большой перекрёсток, скрывались стрелковые ячейки, миномётный расчёты и места гранатомётчиков. По сути, нами был подготовлен «огневой мешок», вырваться из которого было практически невозможно.

Метки на моём тактическом планшете неумолимо втягивались в нашу засаду. Вот уже в нескольких сотнях метров на улице показался головной бронированный монстр с бульдозерным ковшом, на некотором расстоянии от него вторая машина, на крыше которой непрерывно вращалась башня с автоматической пушкой 25-мм. Другие транспортёры тоже соблюдали дистанцию, в готовности быстро остановиться, не врезаясь в идущую спереди единицу. «Грамотный у них командир» – подумалось мне, но в это время под колёсами первого гиганта рванули две мощные днищевые мины, подбросившие мчащуюся машину в воздух и вырвавшие её задний мост, полетевший в сторону. Второй броник стал резко тормозить, уходя юзом вправо, но налетел на уличный бордюр и завалился на левый бок, по инерции скользя по бетону дороги и высекая сноп искр.

И тут началась настоящая какофония: взрывались другие мины и фугасы, застучали автоматические пушки и крупнокалиберные пулемёты, кроша кирпичи зданий и разбивая в мелкий стеклянный дождь ещё целые окна домов и витрин, дымные следы противотанковых гранат заканчивались яркими вспышками взрывов и детонирующих следом боеприпасов на транспорте. Пространство улицы заполнили пыль, дым и пороховые газы. Мои бойцы не новички в уличных войнах. Несколько десятков различных автомобильных колонн были остановлены и разбиты нами в пух и прах. И эта, с виду грозная машинерия, одетая в броню, ощетинившаяся стволами различного оружия, мчащаяся на высокой скорости, не устояла против моих мастеров засад. Шестнадцать минут двадцать пять секунд (я машинально включил секундомер после первых взрывов) понадобилось нашему отряду, чтобы подавить все признаки сопротивления. Шесть бронетранспортёров пылали ярким пламенем, два опрокинулись на бок, два последних в колонне пытались развернуться, но получили очереди из крупнокалиберных пулемётов по колёсам и остановились, как вкопанные. Люки этих машин не открывались, видимо экипажи решали, как им поступить: сдаться на милость победителям или быстро умереть под перекрёстным огнём моих гранатомётчиков.

Постепенно пыль осела, дым рассеялся, и мы смогли с нескрываемым удовольствием полюбоваться на результаты скоротечного боя. Печально, что нам не удалось захватить технику в сохранности, но и отпускать восвояси такую сильную колонну было опасно, не ровен час, вернуться обратно с подмогой. Мы, оставшись в городе, пережидая рукотворный катаклизм, отчётливо понимали, что у нас есть только три варианта нашего дальнейшего существования:

1. Встретить свою смерть, постепенно впитывая смертельную радиацию, которая будет накапливаться в нас и разрушать наши организмы изнутри.

2. Жить на полную катушку, брать всё, до чего можем дотянуться, жрать от пуза, пить до беспамятства, убивать, насиловать и быть готовыми в любой момент уничтожить противника, пришедшего зачистить территорию.

3. Делать всё, что перечислено во втором варианте, но достигнуть соглашения с новой властью и стать частью карательной системы, продолжая жить в своё удовольствие.

Конечно, третий вариант кажется наиболее привлекательным, но, учитывая невозможность установления в ближайшее время сильной центральной власти, этот путь мы проигнорируем. На сегодняшний день мы реализовывали второй вариант существования. Грабить, убивать и удовлетворять свои сексуальные фантазии у моих ребят получалось естественно и с большим наслаждением. Мы не думали о завтрашнем дне, мы упивались каждым прожитым мигом, словно он был последним удовольствием в жизни. Бойцы осторожно спускались по лестницам домов и выходили на улицу, оглядываясь по сторонам. В горевших бронетранспортёрах ловить уже было нечего, а вот крайние и перевернувшиеся можно было распотрошить, конфисковать и отремонтировать. Пара моих солдат постучала почти синхронно в железные двери стоящих неподвижно машин. Через несколько секунд двери осторожно приоткрылись и в них показались белые тряпки, намотанные на стволы автоматов. Парни ждали, поводя стволами винтовок из стороны в сторону.

Наконец двери открылись полностью. Из чрева обоих бронетранспортёров стали вылезать окровавленные военные, которые бросали своё оружие рядом с кормой. В общей сложности на улицу вышли два десятка человек, которые в нерешительности топтались, сбившись в кучу посредине мостовой. Я подошёл к ним на небольшое расстояние и, оглядывая эту жалкую массу покалеченных наёмников, громко произнёс в микрофон маски противогаза:

– Меня зовут Дайсон Вар! Я представляю власть этого города и прилегающей территории. От меня зависит жизнь каждого, кто существует здесь и имеет неосторожность ступить на нашу землю. Кто вы и куда направлялись?

– Мы направлялись в Финикс, а затем в Сан-Диего. – нерешительно вышел вперёд, судя по его погонам, офицер, поддерживающий покалеченную руку в разорванном рукаве защитного цвета куртки. – Колонна принадлежит «теневому правительству Америки». Мы – наёмники охраны полномочного представителя этого правительства.

– И где же этот важный представитель? – снова внимательно смотрю на пленных.

– Он находился во второй машине. – офицер вздохнул, выдавая секрет.

– Проверим. – я кивнул своему заместителю, который быстро, прихватив пару бойцов, зашагал в голову разбитой колонны. – Предлагаю вам простой выбор: или вы присоединитесь к нашему отряду, или распрощаетесь с жизнью в руинах этого города. Мы даже не будем тратить на вас драгоценные боеприпасы. Радиация, жажда и голод убьют вас неминуемо и гарантировано. Даю на раздумье одну минуту, время пошло.

Оставив пленных на попечение командира отделения гранатомётчиков, я пошёл в начало нашей засады. Посланные ранее бойцы уже вскрыли люк второго бронетранспортёра и заглянули в его нутро. Через несколько минут поисков и некоторых усилий на свет божий появилось вялое тело джентльмена в дорожном костюме, изрядно потрёпанном в результате удара и переворота машины. Двое бойцов снаружи подхватили его под руки и вытащили из люка. Мистер был без сознания и по внешнему виду напоминал большую тряпичную куклу, безвольно обвисшую в объятиях моих парней. Я дал команду положить раненного на носилки и отнести его в расположение нашей базы. Немного подлатаем важного человека и расспросим его с пристрастием о миссии, результатах и перспективах. Или эта информация будет нам полезной, или пришлый мистер отправиться к своим предкам.

Покинутый город Тусон, подземное логово местных бандитов, одиночная камера тюремного сектора базы, 97 день н. э. в., 5 часов 10 минут внутреннего времени, Пибоди Харрис, важный пленник диктатора.

Я проснулся от резкой боли в левом плече. В голове плавал туман беспамятства. Последнее, что отпечаталось в моём мозгу, было ощущение короткого полёта в салоне бронетранспортёра и внезапная, ослепительная боль в теле, вырубившая сознание. Понятно, что наша колонна напоролась на серьёзную засаду местных бандитов. Осторожно поднимаюсь с матраса, который лежит на жёстких нарах в маленькой камере. Каменные стены и низкий потолок, красное тусклое освещение и помятое ведро в углу, рядом с железной дверью, однозначно говорят о принадлежности данного помещения. Осторожно поднимаю правую руку. Она слушается и не болит. Ощупываю своё тело. Несколько синяков и гематом наверняка украшают его под растрёпанным дорожным костюмом. На левом плече повязка, пропитанная кровью, а левая рука небрежно загипсована. Судя по ощущениям, явный перелом и вывих одновременно. Как же больно всё это! Мой взгляд опускается вниз. Вот же паскудство! Мои дорогие туфли кто-то из местных бандюганов пригрел. И тут я окончательно осознал, что моя жизнь сейчас мне точно не принадлежит. При всей моей, казалось бы, огромной власти, я зависел теперь от настроения главаря отвязанных военных, решивших, что они вершат судьбу любого человека, попавшего в поле их зрения. Впрочем, если рассуждать здраво, без слюней и соплей, в настоящее время на подконтрольных выжившим согражданам территориях в большинстве своём рулят либо военные, либо полицейские, либо бандиты. Только жёсткая карающая рука способна «держать в узде» разношёрстный народ анклавов. Демократия умерла уже давно, а теперь на её костях пляшут танец тираны. Такая вот ирония судьбы Америки.

Что я могу предложить местному диктатору в обмен на свою жизнь? Деньги нынче просто бумага; золото я, наверняка, потерял при обыске бандитами бронетранспортёров; власть их не интересует (легче управлять небольшой территорией, особенно в условиях неблагоприятных внешних факторов). Жалко, что мне не удалось посмотреть на их убежище, в которое моё безвольное тело доставили, вытащив из боевой машины. Хоть какое-то представление составил бы. Впрочем, не думаю, что местные бандюганы снабжены вдоволь продовольствием и медикаментами. Плохая слава маршрута, проходящего по территории города, наверняка отвадила от него путешествующих на свой страх и риск бедолаг. Ха-ха! Какая молва пойдёт, если они не оставляют в живых свидетелей своих жестоких засад? Или убивают не всех? Ведь меня то они подлатали и припрятали. В любом случае изобилия у моих тюремщиков точно нет. Значит я могу предложить главарю часть доли в снабжении, которое с большим трудом выбиваю в посещаемых мной анклавах. Это может сработать.

Как же болит плечо и ноет рука! А вместе с израненным телом ноет и моя душа. Как быстро цивилизованная и свободная страна превратилась в огромное кладбище и отдельные очаги умирающей жизни. Всё низменное и животное, что в нормальное время умело скрывалось под маской респектабельности и воспитанности, вылезло, подобно гною, наружу, добавляя, в итак опасную жизнь, элементы жестокости, деспотизма, постоянное чувство страха, неопределённости и уныния. Американцы стали заурядными людьми, готовыми за подачки в виде гуманитарной помощи удавить своего соседа. Правда, нам предложили поучаствовать в совместном с китайцами проекте возрождения цивилизации, но при этом обставили это таким количеством различного рода условий и ограничений, что впору серьёзно задуматься, а «стоит ли овчинка выделки»?

Удивительным образом у наших оппонентов появились какие-то передовые разработки, позволяющие не только существовать в опасных условиях, но и проводить восстановительные работы во всё увеличивающихся масштабах. «Теневому правительству» стало просто невмоготу сидеть и ждать, нужно было в кратчайшие сроки получить максимум доступной информации и понять мотивы китайской активности. Лидерство Поднебесной в послевоенном мире – это прямая угроза нашим интересам! В славные времена нашего могущества, когда мы могли беспрепятственно скупать по всему миру передовые технологии и соблазнять лучшие умы жизнью в Калифорнии, все старались попасть на поклон к дядюшке Сэму и угодить ему в любой прихоти. Наши военные базы и авианосные группы внушали многим странам почтение и страх быть раздавленными, подобно назойливому таракану, при малейшем подозрении на отсутствие лояльности и подобострастия. Это были замечательные годы, но мы, видимо, слишком возгордились нашим превосходством и перестали замечать постепенное увядание нашей долларовой системы.

Почему произошло такое? Почему универсальная денежная единица, которой поклонялся весь мир, стала непопулярной и потеряла свой вес в экономике? Почему наш государственный долг достиг астрономических цифр? Ответ на эти вопросы оказался прост и понятен, прежде всего для тех стран, которые хотели найти свой путь развития. Они решили, что наши настойчивые рекомендации подрывают их суверенитет, мешают национальной экономике, подчиняют местную элиты нашему диктату. Естественно, нам такой оборот был не нужен, в ход шли угрозы, шантаж, конфискация иностранных активов, политические убийства и экономические санкции. Последние, в итоге, и подорвали доверие к нашему доллару, чем и воспользовались Китай и Россия, начавшие создавать альтернативную систему независимых экономических связей. В ход пошли взаимные расчёты в национальных валютах. Никакого диктата и навязывания своей точки зрения. Всё большее количество стран отворачивались от нас, предпочитая доллару свободную торговлю и равноправные отношения. Дальше терпеть такой беспредел мы, естественно, не могли. Потому и толкали этот, отбивающийся от наших цепких рук, грешный мир в военную пропасть. Как в той коммунистической песне: «Мы мир насилия разрушим до основанья, а затем…». Что будет затем, мы предполагали, но несколько ошиблись в наших расчётах.

Чёрт, как же болит рука! Да и в животе «космическая пустота», хочется пить, даже слюны во рту нет. Язык сухой и шершавый, просто не помещается внутри. Хочется сглотнуть, но не получается. За дверью послышались шаги, сначала глухие и далёкие, но потом всё более чёткие и приближающиеся к моему узилищу. Я ждал, сосредоточив расплывающийся в красном полумраке взгляд на входе в камеру. С той стороны посетители (а их было по звукам не меньше двух), о чём-то невнятно поговорили, в замочной скважине несколько раз со скрипом провернулся ключ и дверь плавно беззвучно отворилась (удивительно для её толщины и внешнего состояния).

На пороге камеры стояли два высоких мужчины в камуфляже, военных берцах, с пистолетами в кобурах на ремне, внешне похожие, но один из них был седой, а второй с гладко выбритым черепом. Они внимательно смотрели на меня, видимо решая, стоит ли входить внутрь или пригласить меня на выход. Потом седой отступил в коридор, а лысый жестом пригласил меня следовать за ним.

Покинутый город Тусон, подземное логово местных бандитов, кабинет главаря, 97 день н. э. в., 6 часов 20 минут внутреннего времени, Дайсон Вар, отставной полковник.

Сижу в удобном кресле, покачиваю в руке бокал с виски, наблюдаю за пленником, который уплетает за обе щеки предложенный ему скромный завтрак. Мой заместитель расположился поодаль на просторном диване, не проявляя излишнего любопытства и предлагая мне «исполнять первую скрипку» в предстоящем допросе узника. Я не форсирую события, давая возможность мистеру насладиться пищей. Сытый человек гораздо охотнее отвечает на любой вопрос, даже неудобный или провокационный.

Наконец господин из «теневого правительства» вытер салфеткой рот и удовлетворённо откинулся на спинку стула:

– Спасибо, мистер…? – он выжидательно посмотрел в мою сторону, предлагая нарушить моё инкогнито.

– Отставной полковник, командир штурмовой бригады армии США Дайсон Вар. – спокойно произнёс я, поставив свой бокал на журнальный столик возле кресла. – Теперь Ваш черёд представиться.

– Мистер Пибоди Харрис, полномочный и чрезвычайный представитель «теневого правительства США». – пленник выпрямился на стуле, но скривившись от внезапной боли, снова сгорбился и замер.

– Надо же, какой интересный человек попался в наши сети?! – эту реплику я адресовал своему заму, который скривился, как от зубной боли. Потом я перевёл свой взгляд снова на Пибоди и продолжил допрос. – И какую же миссию Вы выполняете, господин Харрис?

– Мне поручено проехать установленным маршрутом по обозначенным на карте убежищам и укрытиям, проверить состояние анклавов, убедить руководство сотрудничать с нами, выполнять наши пожелания и делиться частью полученных продуктов, вещей и медикаментов. – пленник несколько расслабился, почувствовав, что ему пока ничего не угрожает.

– Понятно, мы внимательно осмотрели транспорт Вашей колонны, нашли золото и драгоценности. Это Ваш инструмент уговоров?

– В современном послевоенном мире, к сожалению, американский доллар утратил свою былую мощь и доминирование. Потому снова в цене камушки и жёлтый металл.

– Мне интересно, – я поудобнее устроился в кресле, – много ли руководителей убежищ Вам удалось подчинить своей воле? Неужели выжившие люди принимали Вас с подобострастием и уважением?

– Не буду лукавить, полковник Вар, – Пибоди поёрзал на стуле, устраивая поудобнее своё побитое тело, – многие начальники не хотели по началу воспринимать меня всерьёз, поносили последними словами моих соратников, приписывая нам все грехи последнего времени. Приходилось быть терпеливым, предлагать различного рода «плюшки», где-то угрожать, где-то применять жёсткие способы воздействия. Мы, скажу Вам честно, не обладаем сегодня военной силой, способной приводить непокорных к повиновению, но надеемся в скором времени привлечь на свою сторону истинных патриотов, таких как Вы, полковник. Что скажете?

– Ну надо же, как вывернули, господин Харрис?! – я был несколько удивлён и сбит с толку, отдавая должное способности собеседника в нескольких фразах заинтересовать вторую сторону. – Вы думаете, что я и мои люди спят и видят, как бы вновь вернуться в ряды американских героев? Вы считаете, что мы готовы за мешок сухарей и ящик виски убивать несогласных с Вашей политикой граждан? Вы подозреваете, что мы полны горести и несчастливы в нашем убежище?

Пибоди смотрел на меня без робости, пытаясь сформулировать свои ответы таким образом, чтобы не вызвать у нас злости или ненависти:

– Согласитесь, полковник Вар, что Вы, грабя, убивая, пленяя и притесняя любого, кто имел неосторожность появиться в поле Вашего зрения, не снискали славы и почестей в округе? Бесконечно долго Вы не сможете припеваючи жить и наслаждаться своей свободой и безнаказанностью. Рано или поздно найдётся сила, способная разгромить Вашу команду. Я же предлагаю Вам стать частью новой формирующейся на просторах истерзанной катаклизмами страны власти, способной сплотить наш народ и снова возвеличить нашу демократию!

– Как мягко Вы стелите, Пибоди Харрис?! – я начал «заводиться» и «закипать». – Ваша хвалёная демократия стала причиной наших сегодняшних бед! Вы в погоне за мировой властью и неограниченным богатством наплевали на простых людей, которых принесли в жертву своим амбициям и мнимому могуществу! Вы – паразиты на теле человечества! Я же здесь с моими товарищами чувствуем себя свободными: мы берём, что нам нравиться; мы спасли местных проституток и пользуем их, как захотим; мы даруем жизнь и обрекаем на смерть; мы наслаждаемся каждым мигом, понимая, что наш век недолог и судьба может быть скоро неблагосклонна к нам! Поэтому, Ваши посулы нам не интересны!

Пибоди от моих слов, будто от ударов плётки, вздрагивал и, при этом, криво ухмылялся. Его поведение «выводило меня из себя», хотелось наотмашь врезать этому чванливому господину, который, будучи в незавидном положении пленника, умудрялся не сломаться, а пытался даже нас завербовать. Но я в последнюю секунду, уже вскочив на ноги, чудом сдержался, до боли в ладони сжав пальцы в кулак. Наш разговор был окончен. Нажав кнопку вызова дежурного, я дождался его появления и отправил Харриса обратно в камеру.

Плеснув в стакан виски на пару пальцев, я опустился в кресло и пригубил напиток. «Огненная вода» обожгла горло и слизистую рта, а потом покатилась горячей волной по пищеводу вниз. Я, удовлетворённо крякнув, спросил своего заместителя:

– Что скажешь, Джимми?

– Понимаю тебя, Дайсон, такое наглое поведение кого угодно разозлит. – мой зам глубокомысленно рассматривал виски в своём стакане, вертя его из стороны в сторону. – Мы жестоко разгромили его охрану, ограбили транспорт, убили много людей и заточили его в мрачную камеру, а он пытается навязать нам какие-то договорённости! Впрочем, в его предложении есть здравая идея.

– И какая же, мой умный Джимми?

– Послушай меня, командир, не перебивай и постарайся мыслить не сегодняшним днём, а немного вперёд. Уже сейчас некоторые наши бойцы хватанули большие дозы радиации и вынуждены лежать в госпитале, пытаясь хотя бы замедлить процесс разрушения организма. Врачи разводят руками, не имея нужных медикаментов и аппаратуры. Наши запасы еды, несмотря на вылазки и засады, постепенно уменьшаются. В перспективе, и Пибоди в этом прав, нас либо будут обходить стороной, блокировав дороги, либо сомнут и уничтожат. А вот если мы примем условия Харриса, сделаем вид, что согласны поступить на службу к «теневикам», сопроводим в качестве охраны этого мистера сначала в Финикс, а затем в Сан-Диего, не забывая о нашем интересе. Помимо разведывательных данных, я думаю, мы сможем договориться о проценте нашей доли в поставках еды и медикаментов. В любом случае мы не проиграем, а разорвать договорённости можно в любой момент! Что скажешь, полковник?

Я внимательно выслушал заместителя, допив свой виски, анализируя его аргументы и пытаясь найти возражения. Недаром нашего Джимми за глаза называют «умная голова». Он нередко останавливал меня, когда видел другой вариант развития событий, пытаясь донести свою точку зрения, но никогда не спорил, получив окончательный приказ. Вот и теперь я должен признать его интуитивную правоту. Помаринуем мистера Харриса в подвале, пусть помучается неизвестностью, заодно окрепнет физически после тяжёлой травмы плеча. Потом поговорим снова и нехотя согласимся, поставив свои условия.

– Пожалуй, ты прав, мой дорогой Джимми! – наконец произнёс я. – Подождём несколько дней, подкормим нашего узника, потом организуем новую встречу и дадим согласие на сотрудничество. Мы умеем играть по-взрослому!

Остров Сулавеси, новая столица человеческой цивилизации – центральный административный посёлок Кебанкита (Возрождение), 98 день н. э. в., 13 часов 35 минут местного времени, помещение аналитического центра, ИскИн Антоний, помощник Главы КВЧ.

Курт Шнайдер совместно с профессором Штерном поставили передо мной задачу сделать анализ различных форм правления в истории человечества, найти положительные и отрицательные стороны, попытаться определить каким образом можно управлять людьми по-новому. Начнём анализ.

ИМПЕРИЯ

Во главе государства стоит император. Существует вертикаль власти, назначаемая правителем верхушка министров и чиновников, которые претворяют в жизнь указы его и исполняют распорядительные функции. При этом рядом с первым лицом страны могут существовать советники, которым доверяют секреты и которых император допускает к себе, выслушивая их предложения.

Положительные моменты:

* преемственность власти: император сам определяет своих наследников, которых с малых лет воспитывают и готовят к нелёгкому бремени управления страной,

* единоличное правление государством,

* быстрая смена управленцев, не оправдавших доверие или не способных исполнять монаршую волю.

Отрицательные моменты:

* личность императора: доброта, ум, справедливость, честность и так далее, или деспотичность, подозрительность, глупость и так далее. От качеств правителя во многом зависит курс государственный. Умный и энергичный властитель поведёт свою страну вперёд, а злобный и эгоистичный – отбросит назад,

* советники правителя и их воздействие на первое лицо (яркий пример негативного влияния в истории – Григорий Распутин),

* борьба за власть среди наследников,

* родственники и доверенные лица, использующие своё приближенное положение в личных целях влияния и обогащения,

* слабый контроль окраин и отдалённых областей страны, особенно большой по территории.

ДЕМОКРАТИЯ

По определению – власть народа. Каким образом эта власть реализуется? Через выборы, которые могут быть как прямыми, так и представительскими. В любом случае депутаты или выборщики получают полномочия, которые реализуются во властных структурах государства.

Положительные моменты:

* участие широких народных масс в политике.

Отрицательные моменты:

* процент вовлечения народа в политические процессы. Зачастую невысокий установленный процент явки избирателей при проведении выборов приводит к тому, что большинство не голосует совсем, молча протестуя против навязываемого курса, а решения, всё равно, принимаются их оппонентами, при этом выбранные меньшинством заявляют с гордостью о всенародном одобрении их позиции,

* выбранные депутаты начинают представлять не интересы народа, а становятся проводниками правящих кругов государства или богатых людей, принимая решения в их пользу. Механизм отзыва неугодного депутата не действует,

* политические решения демократических правительств могут быть в перспективе непродуманными, продиктованными сиюминутными выгодами, которые в последствии новые власти отменяют или усугубляют. Ответственность при выборности властных структур отходит на второй план. Есть примеры в истории, когда за решения предыдущих политиков приходится отвечать новым чиновникам,

* демократия при явном расколе в обществе по поводу курса государства приводит к гражданским беспорядкам, вооружённым столкновениям и предпосылкам военной диктатуры, к которой могут прибегнуть богатые элиты для спасения своей власти над большинством народа,

* даже в случае победы на выборах при большой явке избирателей оппозиционного существующей власти кандидата, сами выборы могут не признаваться другими странами, что приведёт к нелогичным политическим решениям (пример непризнания результатов президентских выборов в 2024 году в Румынии, что привело к неразберихе во власти).

ПАРТОКРАТИЯ

Как понятно из названия – власть правящей партии. Как правило, партия в государстве одна, либо занимает ведущее место в иерархии и многочисленна. К примеру, коммунистические партии в СССР или Китае, «Единая Россия» в Российской Федерации.

Положительные моменты:

* партийная номенклатура проводит в жизнь коллегиальные решения руководящего ядра,

* партия контролирует работу чиновников и руководителей различного ранга, состоящих в её рядах, спрашивает за результат деятельности на своём посту.

Отрицательные моменты:

* вмешательство партийных функционеров в различные аспекты развития производства, сельского хозяйства, науки и культуры,

* централизация управленческих процессов, ограниченных партийными директивами,

* зачастую карьерный рост зависит от партийного влияния,

* идеология, проводимая в жизнь правящей партией, не всегда является понятной населению, а значит, может быть «камнем преткновения» в общественных процессах.

ДИКТАТУРА

Ключевая часть слова – диктат. Вся полнота власти сосредоточена в руках диктатора или группы военных, которые определяют порядки в стране и её курс. Характерна подавлением инакомыслия, гражданских свобод, ограничением перемещения граждан, развитием военных и правоохранительных органов.

Положительные моменты:

* прогрессивный диктатор способен убрать негативные факторы, мешающие своей стране развиваться,

* ближний круг предводителя формируется из преданных соратников, готовых идти за ним до конца.

Отрицательные моменты:

* диктатор может быть гениальным мерзавцем, дорвавшимся до неконтролируемой власти, ввергающем свою страну в череду конфликтов и военных авантюр,

* абсолютная власть развращает человека, коверкает его разум, меняет поведение, пробуждает низменные инстинкты, обостряет инстинкт самосохранения, переходящий в паранойю,

* народные массы, ограниченные в жизненных ситуациях, не могут протестовать открыто, что приводит к росту внутренней напряжённости в государстве и проявлениям саботажа,

* правление диктатора не вечно. Рано или поздно в его окружении могут появиться недовольные соратники, считающие предводителя не способным к дальнейшему управлению страной.

АНАРХИЯ

Это не форма правления в государстве. Скорее это концепция полного развала органов управления, ликвидация власти, как таковой, война всех со всеми, отсутствие вменяемых законов, установление временных правил, меняющихся постоянно по желанию очередного сильного предводителя банды.

НАРОДНОЕ ВЕЧЕ

Была и такая форма правления, когда активная часть народных масс и богатых горожан собирались на площади и пытались решить какие-то вопросы в ходе их обсуждения. Это выливалось в бесконечную череду громкого крика с любых сторон. Побеждал тот, кто перекричал своего оппонента. Времени занимало много, а результат был ничтожным.

Что я могу резюмировать в итоге своих исследований и анализа?

1. Ни одна из форм человеческого правления не является идеальной. История расставляет все точки «над i», выносит свой неутешительный вердикт попыткам людей найти эффективную систему управления страной и обществом.

2. Прогресс при единоличном правлении достигается при безусловном патриотизме первого лица, наличии рядом с ним преданных и честных соратников, народном одобрении начатых преобразований и заботе о населении страны, которое воспринимается властью, как основа богатства государства. Только человек труда производит все блага, добывает полезные ископаемые, управляет транспортом, пишет программы и прочее, прочее, прочее… Без него, как без мужика, в басне про ленивых генералов, можно умереть с голода, замёрзнуть от холода, высохнуть от жажды.

3. Избирательная система, при кажущейся сменяемости представителей властных структур, не позволяет прогнозировать долгосрочные векторы развития в одном направлении. Вмешательство богатых людей, преступных элементов и партийных функционеров меняет расклады в правящих элитах, готовых променять свои идеалы на сытую жизнь. О нуждах народа в лучшем случае говорят, но реально принимают законы в интересах небольшой группы олигархов и их приближённых. Демократия постепенно перерождается в диктатуру правящих верхов, использующих свою власть для бесконтрольного обогащения и угнетения остальной части населения страны.

4. Если рассматривать приближенную к идеалу форму правления, то нужно опираться на опыт организации нашей защищённой базы.

Харизматичный внепартийный Лидер, верные соратники, имеющие право голоса, коллегиальность принимаемых решений.

Назначаемые компетентные руководители среднего и низшего звена, честно выполняющие свои функциональные обязанности, отчитывающиеся перед своими начальниками.

Вдумчивый отбор на любую должность, любое рабочее место, высокий профессионализм каждого, преемственность и передача опыта молодым, достойное вознаграждение за труд и уважение мастеров своего дела.

Уход от партий, способных влиять на положение дел, но при этом разрешение создавать профессиональные союзы, объединения по интересам, общественные советы и прочие народные инициативы, помогающие развивать цивилизационные ценности.

Сильная армия, честные правоохранители, неподкупный независимый суд, равенство всех граждан перед законом и обязанность всех эти законы беспрекословно соблюдать. Сами законы должны писать профессиональные юристы.

Забота о здоровье не только со стороны властей, но и образ жизни каждого. Самообразование и совершенствование навыков, как необходимое условие своего роста.

Таким образом, разработанные ранее принципы развития нового человечества становятся основой для организации новой формы власти. Не все в этом мире будут готовы принять перемены, но без них нет шансов выжившим людям построить прогрессивное общество будущего!

Красивый ковёр и бульдоги под ним

Выбивая на улице пыль из ковра, не забудь определить направление ветра.

Совет бывалой уборщицы.

Остров Сулавеси, новая столица человеческой цивилизации – центральный административный посёлок Кебанкита (Возрождение), 100 день н. э. в., четверг, 10 часов 10 минут местного времени, кабинет Главы КВЧ, Курт Шнайдер.

Три месяца наших преобразований дают свои положительные плоды. К нашему сообществу потянулись многие человеческие анклавы. Мы на первых порах не навязывали никому наши принципы, понимая, что в одночасье нельзя изменить людскую природу. Мы действуем честно, открыто и без нажима, безвозмездно поставляя необходимые продукты, лекарства, материалы для фильтрации, строительных роботов и прочее необходимое для начала восстановления окружающей среды. Индонезия, Малайзия, Филиппины, Австралия, Новая Зеландия и множество прилегающих островов региона превращаются понемногу в очищенные зелёные территории, готовые принять новых жителей в экологических посёлках. Наличие большого количества энергии от термоядерных установок, вертикальных ветрогенераторов, приливных электростанций, термальных станций позволяли строить здания с замкнутыми циклами водопотребления, эффективными очистными сооружениями, использующими в своих процессах разработанные в недалёком прошлом бактерии.

Транспортные вопросы всё в больших масштабах решались с помощью грузовых платформ и пассажирских мобилей на антигравитационных двигателях. Трассы для движения караванов, конечно, не требовали строительства суперсовременных дорог, но проплывающие на некоторой высоте транспорты пугали немногочисленных пока животных и птиц, нервировали случайных пешеходов. Пришлось разработать специальные правила поведения возле транспортных маршрутов, а сами направления оградить ажурными конструкциями, не портящими своим видом местную природу.

Немного о самой природе. К нашему несказанному удовольствию саванные облака над восстанавливаемыми территориями как-то постепенно стали истончаться, всё более и более пропуская на многострадальную землю солнечный свет. Растения, с трудом выжившие в смутное время, потянулись вновь в небо, радуя людей свежей зеленью и распускающимися цветами. Флора в очередной раз показала людям, что при должном внимании и уходе может отплатить сторицей. Помимо увеличения светового потока мы ощутили нормализацию естественного радиационного фона и некоторое повышение температуры воздуха.

Производство новейших роботов и других передовых технологий требует не только увеличения добычи полезных ископаемых, но и повышения производительности труда на предприятиях микроэлектроники. Там и в довоенное время главенствовали роботизированные комплексы, а уж теперь и подавно, когда людей там пока очень мало. Но при этом, по нашей настоятельной просьбе, владельцы предприятий приступили к коренной модернизации производственных процессов, замыкая циклы водопотребления, очистки воздуха и переработки отходов. Минимизация вредного воздействия на окружающую среду была первейшей задачей улучшения нашего отношения к ней. Просто ударными темпами продолжается демонтаж мёртвых городов, которые становятся новым источником вторичного сырья: металлов, пластмасс, строительных материалов и прочего, что с высокой эффективностью идёт на переработку.

Маргарита Васильевна Пашкова, которая за эти месяцы развила не только бурную деятельность по медицинскому обследованию выживших людей, но и основала несколько комплексных оздоровительных центров, ставших в короткое время суперпопулярными. Увы и ах, вердикт эскулапов оказался просто неутешительным: последствия воздействия радиации, голод, недостаток лекарств, стрессы и нервное истощение ну никоим образом не прибавили здоровья испуганным выжившим остаткам человечества. А это, как выражается мой друг Михаил Ветров, не есть хорошо! В том смысле, что мы имеем цель вырастить новое здоровое поколение, а потенциальные родители в настоящем не готовы к этому. В ходе жестокого медицинского отбора удалось набрать группу людей обоих полов, которых поместили в реабилитационные центры. Маргарита Васильевна заверила КВЧ, что сочетание нетрадиционной местной медицины и наши проверенные лекарства в скором времени совершат чудо – практически исцелят будущих родителей. Не подумайте, что этот эксперимент проводится без согласия отобранных людей. Наоборот, в результате огромной просветительской работы, разъяснений и длительных сеансов с психологами наши подопечные с радостью согласились стать родоначальниками (в буквальном смысле) нового поколения.

Своевременно пригодилась выжившим анклавам наша технология производства витаминных пищевых брикетов. При текущем недостатке натуральной растительной, морской и животной пищи брикеты стали незаменимой частью любой кухни. Местные власти заверили нас, что быстрыми темпами вводят в эксплуатацию рыбные фермы и птицефабрики, тепличные комплексы по выращиванию разнообразной зелени. Фабрики по производству различных роботов работали круглосуточно, что помогало в дальнейшем заменить недостаток людей во многих областях деятельности. Кристаллы с ИИ вносили необходимую стройность в использование машин. Многим кажется, что всё возрастающее количество механических помощников в перспективе будет угрожать трудоустройству людей, но мы стараемся внушить таким сомневающимся идею о неминуемом самосовершенствовании человека. Нужно проходить полиграф, менять свою профессиональную ориентацию, обучаться и стремиться в будущее.

Представители КВЧ и МЭС провели несколько длительных конференций с китайскими товарищами, в ходе которых выработали стройную систему новых Вооружённых Сил Возрождённого Человечества (ВСВЧ). Они будут состоять из:

Сухопутных Сил в традиционном составе (пехота, бронетехника, артиллерия, войсковая ПВО, дроноводы, разведчики, химики и прочее),

Войск Специального Назначения (само название говорит за себя),

Военно-Космических и Воздушных Сил (в перспективе восстановления связи с космическими объектами, прерванного войной воздушного сообщения),

Военно-Океанического Флота (надводного и подводного),

Ракетных Сил Стратегического Назначения, способных поражать цели не только в пределах Земли, но и на орбите.

Кажется, что наличие мощной армии не сочетается с принципами добрососедства и миролюбия, но на первоначальном этапе нашего возрождения лучше иметь «козырь в рукаве». Наши русские друзья, пародируя американцев, говорят, что доброе слово и наличие кольта гораздо доходчивее, чем просто доброе слово. И ещё могут сказать, что доброта должна быть с кулаками. Они – противники библейского правила – ударили тебя по щеке, не противься, подставь другую щёку. ВСВЧ нужны нам, прежде всего, как гарант защиты от бесноватых американских военных. Пока они обладают силой и стремлением к мнимому превосходству, нам будет неуютно в этом мире. Мы это приняли, как данность, в которой нам предстояло жить некоторое время. Впрочем, не исключена гипотетическая возможность столкновения с инопланетными пришельцами. По информации, полученной от МЭС, Великий Космос вполне себе обитаем. Есть инопланетные цивилизации, которые значительно продвинулись в способах перемещения по бесконечным просторам Вселенной. И мы в будущем можем столкнуться с ними в Солнечной системе или за её пределами. И не факт, что наши предполагаемые контакты будут сугубо мирными и взаимовыгодными.

Ещё нужно отметить, что соблюдение в повседневной жизни наших принципов общежития положительно сказывается на людях, которые становятся более открытыми, раскрепощёнными, чаще улыбаются, чувствуют заботу о себе и отдают свой труд без принуждения. Это самое главное в наших преобразованиях – изменить человека к лучшему.

Остров Сулавеси, новая столица человеческой цивилизации – центральный административный посёлок Кебанкита (Возрождение), 100 день н. э. в., четверг, 12 часов 25 минут местного времени, штаб Сил Собственной Безопасности (ССБ), командир Ли Су Хван.

Раньше мы были Силами Самообороны Базы и назывались так же – ССБ. Мы представляли из себя компактный отряд бойцов различного назначения, которые могли выполнять огромное количество миссий: разведывательных, штурмовых, минно-взрывных, оборонительных и прочее. Теперь нам поручено охранять второй по величине остров, ранее принадлежавший Индонезии. Площадь около 174600 квадратных километров. Омывается наша резиденция водами двух морей: одноимённого Сулавеси и Банда, а также, Макасарского пролива.

Понятно, что за прошедшие три месяца после прерывания нашей изоляции на островной защищённой базе, мы предприняли большие усилия для пополнения наших рядов новыми бойцами. В особенности пришлось увеличить отряд внешней обороны и подразделение операторов-дроноводов. Как нельзя кстати пришлись дроны-разведчики «Сокол», производство которых недавно поставили на конвейер. Антигравитационные двигатели и защищённые каналы связи, интегрированные в тактическую экипировку полевого бойца «Зоркий глаз», позволили значительно усилить возможности наших подразделений. На первом этапе преобразований острова, когда круглосуточно работали сапёрные роботы ликвидаторов бригад под управлением Леона Войцеховского, неусыпное наблюдение за периметром и водной средой с воздуха помогли нам предотвратить несколько попыток проникновения на сушу диверсантов и шпионов. Они пытались высадиться в укромных местах с малых катеров и надувных лодок, неизменно попадая в объективы наших «птичек», круглосуточно нарезающих круги по установленным маршрутам.

Мобильные группы на ББПТ «Бизон», разбросанные по территории острова и находящиеся в общей интегрированной сети «Зоркого глаза», без труда находили незваных гостей и доставляли их для пристрастного разговора по душам в строящуюся цитадель наших ССБ. Представьте себе: крадётся в сумраке шпион, прячется в зарослях, замирает от каждого шороха, пугливо озирается по сторонам, и вдруг – на небольшой высоте вываливается перед ним этакий летающий утюг с артустановками по бокам, быстро открывается аппарель, парочка экипированных бойцов спрыгивает на землю и резво скручивает нарушителя. Пикнуть не успел, а уже в наручниках внутри аппарата. На базе их уже ждут специалисты отдела аналитики и разведки – прекрасные мастера добывать сведения у разного рода «солдат удачи». В их арсенале есть не только искусство вести многочасовые допросы, но и некоторые химические вещества, «развязывающие языки», полиграф и ещё кое-что в заначке. В конечном итоге, все пойманные незнакомцы признавались в вербовке американскими представителями в анклавах на их материке, доставке до места сосредоточения на одном из островов на небольших гражданских судах, оборудованных искусно замаскированными защищёнными схронами. Военные инструкторы перевалочной базы некоторое время тренировали новичков, снабжали подготовленными легендой и документами, а затем пытались отправлять на наш остров, в надежде незаметно внедрить шпиона в ряды строителей или обслуживающего персонала. Только нашим оппонентам было невдомёк, что каждый работающий у нас человек не только проходил множество проверок, но и получал подкожный чип, позволяющий его идентифицировать, а также, пользоваться некоторыми услугами (заказ еды, получение воды, пропуск на объект, медицинское обеспечение, доступ к разрешённым развлечениям и так далее). Даже если предположить, что кто-то сможет незамеченным обосноваться на острове, то его первая проверка на входе поставит жирный крест на всей задуманной авантюре.

Естественно, что добытая нами информация без промедления ложилась на стол нашему Лидеру. По началу я порывался устроить неугомонным янки форменный разнос, пытаясь заручиться поддержкой китайских друзей, но Курт остудил мой пыл. Он попросил нас быть внимательными и задерживать нарушителей. «Собирайте факты, дорогой „Хитрый Лис“, анализируйте методы и способы вербовки, изучайте нашего противника, готовьте добровольцев для внедрения в стан американцев. На это обратите особое внимание. Нам нужны не только слухи и домыслы, но и надёжные глаза и уши на противоположной стороне». Я и сам намеревался предложить что-то подобное нашему Лидеру, но он опередил меня, ещё раз доказав, что недаром возглавляет КВЧ.

Я понимаю, что процесс подготовки успешного шпиона долгий и кропотливый. Потому нужно попробовать использовать пойманных нами нарушителей. В ходе многочисленных допросов мне показалось, что три парня-неудачника могут потенциально пойти на вербовку. Они – коренные американцы. Им задурили голову, «запудрили мозги», надавили на любимую мозоль обеспеченной жизни, приукрасили картину будущими привилегиями и блеском недоступного золота, и, ву-а-ля, «клиент созрел». И только в нашем заточении, получая нормальную еду и лекарства, имея возможность читать книги и смотреть положительные новости, беседовать с психологами и нашими сотрудниками, они стали постепенно понимать, что выбрали не ту сторону баррикады. Мы предлагали им не бороться с новым нарождающимся обществом людей, строящих светлое будущее для себя и своих детей, а присоединиться к этому процессу, стать частью возрождающегося человечества.

Ну что же? Начнем нашу непростую работу по формированию двойного агента. Прошу помощника принести мне личные дела отобранных для предварительной вербовки нарушителей, внимательно просматриваю их и даю команду доставить в допросную первого паренька.

Остров Сулавеси, новая столица человеческой цивилизации – центральный административный посёлок Кебанкита (Возрождение), 100 день н. э. в., четверг, 13 часов 10 минут местного времени, комната для допросов в расположении ССБ, Даниэль Томпсон, пойманный неудачник.

Пошёл четвёртый день после моего пленения, а кажется несколько месяцев пролетели, как в вихре торнадо. Инструкторы учили нас, что мы легко сможем внедриться в местную строительную братию, затеряться и начать предварительный сбор нужной информации, а на самом деле, только нога ступила на этот остров, как я попал под пристальный взор местных секьюрити. Несколько часов шатаний по густому лесу и игры в прятки с преследователями не спасли меня от позора пленения. Мне было и обидно, и страшно, и сосало под ложечкой от неизвестности. Инструкторы предупреждали нас, что захват приведёт неудачника в сырой каземат глубокого подвала, где его ждёт жестокий палач, добывающий кровавыми пытками признание в шпионаже и подготовке диверсий. Любое подтверждение неминуемо грозит пулей в затылок. Потому лучше молчать и ни в чём не признаваться.

Как же, будешь молчать?! Во-первых, никаких казематов я не увидел, сидел в чистой, небольшой камере с привинченными к полу столом, стулом и кроватью, небольшим зарешеченным оконцем, унитазом в отгороженном углу. Во-вторых, кормили меня три раза в день, приличной по нынешним меркам едой, без признаков подмешивания какой-либо химии. В-третьих, на допросах никто не применял пыток, не били, кровь не пускали, беседовали вежливо, долго, пару раз надевали разные датчики, подключали к ноутбуку и задавали множество вопросов, часто повторяющихся. В-четвёртых, в самой камере круглые сутки работает телевизор под потолком. Показывают новости, исторические реконструкции, политические дискуссии, довоенные фильмы, хроники военных действий, ужасы разрушений и примеры нынешних созиданий. Выключить этот информационный поток нет возможности, а абстрагироваться от него не получается. Хочешь не хочешь, но то один сюжет, то другой заставляют мозг напрягаться, анализируя полученные насильно факты. С некоторой периодичностью на экране появляются строчки текста, сдобренного качественными картинками, а приятный женский голос читает принципы построения нового человеческого бытия.

Постепенно до меня стало доходить, что объединение китайских военных и КВЧ совсем не стремится завоевать мир вокруг себя и стать единственной истиной для любого народа. И уж совсем мне не понятно, почему они, имея значительные ресурсы и развивая вновь производство, не диктуют остальным выжившим свою волю, не подчиняют анклавы силой. Эти люди, пытаются изменить этот запущенный мир, дать шанс человеческим островкам стать добрее и чище в своих помыслах. Выходит, что меня пытались использовать втёмную? Мной манипулировали, скрывали значимую часть правды, лгали и нагоняли страх. Я привык жить в нищете, голодать и терпеть неудобства, не видя никаких перспектив в своём существовании. И тут появился предприимчивый господин, поманил меня «морковкой некоторого достатка в будущем», и я, как покорный ослик, припустил трусцой в неизвестность.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.