Анна Бигси, Елена Львова
(Не) родная

Глава 1 Таисия

– Таисия Игоревна, порадовать вас нечем. – Слова врача буквально выбивают почву у меня из-под ног. – Вы не сможете выносить ребенка.

Лечу куда-то в неизвестность, пытаясь ухватиться хоть за что-нибудь. Опять. Почему я? Почему это все со мной?

– Неужели ничего нельзя сделать? – судорожно всхлипываю и закрываю лицо ладонями. Ошибки молодости дают о себе знать с особой жестокостью и уничтожая меня.

– К сожалению, в вашем случае терапия не дает должного эффекта, – разводит он руками. – Но мы, конечно, будем пробовать и дальше…

– Еще одно ЭКО? – с надеждой спрашиваю я и умоляюще смотрю на него, словно от его ответа зависит вся моя жизнь.

Врач лишь качает головой и поджимает губы. Это конец.

– Слишком большая нагрузка на организм, опасно… Если вы когда-нибудь и родите – это будет настоящим чудом. И я с радостью напишу диссертацию по этому случаю.

Злая ирония и профессиональный цинизм бьют наотмашь, но я не обижаюсь. Мне в принципе уже все равно. В полной мене ощущаю свою неполноценность, и хочется выть волком. Этот специалист был последней надеждой, которая не оправдалась. Мне казалось, я давно сумела справиться с этим и перемолоть внутри себя, но, видимо, ошиблась. Больно, как в первый раз. Раны так и не затянулись в сердце и кровоточат.

– Господи, неужели я никогда не стану матерью… – шепчу отчаянно, едва сдерживая подступившие слезы. Пять лет надежд, пять лет попыток заставить организм перестроиться и дать мне хотя бы крохотный шанс, и все напрасно. Один поступок перечеркнул мою жизнь и лишил счастья материнства. Какой же я была дурой… малолетней и глупой.

– Увы, последствия аборта непредсказуемы. Вам просто не повезло… – Врач смотрит на меня с сочувствием, но я не готова принимать информацию. Собственные переживания захлестывают с головой.

– Возможно, имеет смысл рассмотреть другие способы? – Врач искренне пытается как-то приободрить меня. – Суррогатное материнство, например?

– Это же очень дорого… – тяжело вздыхаю и качаю головой. Я на ЭКО-то с трудом насобирала, на мою зарплату об этом стоит только мечтать.

– Тогда усыновление?

Качаю головой. Не представляю рядом с собой чужого ребенка. Смогу ли я полюбить его, как родного? Сомневаюсь. Кажется, мне не доступна эта функция. Или она просто атрофировалась со временем. Никогда не умилялась чужим детям, особенно их шалостям и капризам. Может, я просто дефектная? Может, поэтому мне не дано?

– Ну тогда я не знаю, чем вам помочь…

– Спасибо, доктор, – смахиваю непроизвольные слезы и поднимаюсь на ноги. – Я пойду, – забираю медицинскую карту и выхожу из кабинета.

В коридоре меня ждет единственная подруга Ульяна. Увидев меня, отрывается от телефона и приближается.

– Что он сказал? – взволнованно спрашивает и забирает из рук карту, пролистывая последние страницы.

– Ничего хорошего…

Обессиленно прислоняюсь к стене и прикрываю глаза, чтобы не разреветься еще больше.

– Шансов нет?

Уля всегда говорит прямо, даже не пытаясь смягчить слова. Обычно я спокойно на это реагирую, но сейчас с трудом сдерживаюсь, чтобы не накричать на нее. Лишь до боли закусываю губу и отрицательно качаю головой.

– Не переживай, все образуется, – тихо говорит Ульяна и сгребает меня в охапку.

– Наверное… – всхлипываю, уткнувшись ей в плечо. – Спасибо, Уль, но не надо.

– И все из-за этого козла Гордеева, – зло цедит она сквозь зубы.

– Нет, из-за меня, – отстраняюсь и качаю головой. – Никто же меня не заставлял.

В отличие от нее, я давно пережила эту стадию. Когда-то очень любила Алексея, потом ненавидела, обвиняя во всех своих бедах, а сейчас мне все равно. Я смирилась с неизбежным и больше не виню никого, кроме себя.

– Конечно. – Подруга закатывает глаза к потолку. – Бросил тебя одну в такой ситуации.

– Мы оба были слишком молоды и глупы… – зачем-то оправдываюсь, хотя ничего уже все равно нельзя изменить. Наши отношения давно закончились, а копаться в прошлом – последнее дело.

– А расплачиваешься за ваши общие ошибки ты одна, – возмущается Ульяна и тащит меня к выходу.

– Да… это моя карма, – не сопротивляюсь ей, и совсем скоро мы оказываемся на улице.

Пронизывающий ветер сразу же пробирает до костей. Ежусь и обхватываю себя руками, пытаясь сохранить ускользающее тепло. Погода как-то резко испортилось. Вчера вроде еще было лето, а сегодня внезапно наступила осень.

Ульяна щелкает брелоком, и ее «ласточка» приветливо моргает нам фарами. Садимся в салон, подруга заводит двигатель и поворачивается ко мне.

– Нельзя сдаваться, давай сходим к другому врачу?

Хорошо знаю этот горящий взгляд. Уля очень зла и готова на подвиги. Она всегда была такой, бойкой и отчаянной, в отличие от меня, тихони и серой мышки. Как мы нашли друг друга, до сих пор загадка, но с самой школы остаемся практически неразлучными.

– А смысл? – грустно усмехаюсь. – Диагноз-то понятен и не изменится.

– Ну, может, другие методики какие-то.

– Нет, хватит, – сокрушенно качаю головой. – Не хочу ничего. Устала.

Без особого энтузиазма наблюдаю за проплывающим пейзажем и пытаюсь найти гармонию с собой. Но внутри неспокойно. Буря не желает утихать, а наоборот, набирает обороты и рвется наружу. Сложно примириться с неизбежным, а противостоять законам природы сил больше не осталось.

– Хорошо, тогда тебе надо отвлечься и переключиться на что-то положительное, – доносится до меня голос Ульяны.

– На что, например? – поворачиваюсь к ней.

– Личная жизнь, – назидательно произносит и широко улыбается. – Пора выбираться в люди, а то ты уже пылью покрылась.

– Нет, вот этого мне хочется меньше всего, – отрицательно качаю головой и недовольно складываю руки на груди, прекрасно зная, что будет дальше. Точнее, что Уля уже все придумала и сейчас начнет вить из меня веревки.

– Правильно, но выход из зоны комфорта – первый шаг к переменам.

– Я не хочу перемен! – решительно не соглашаюсь. Единственное, чего сейчас хочу – вернуться домой, налить чаю и посидеть в тишине.

– Хочешь-хочешь, только не знаешь еще об этом, – смеется подруга, не обращая внимания на мой настрой.

Никогда не могла понять, откуда в ней столько энергии и позитива. В любой, даже самой патовой ситуации, Ульяна находит если не выход, то положительные моменты точно. Как ей это удается – загадка.

Шумно вздыхаю, всем своим видом демонстрируя отношение к ее идее, но Ульяна упрямо продолжает.

– Скоро встреча одноклассников. Десять лет спустя. Нам непременно надо пойти на эту ярмарку тщеславия.

– Ни за что! – испуганно вскрикиваю я. Сердце, как сумасшедшее, колотится в груди и норовит выпрыгнуть наружу. Даже в страшном сне не могу представить себе этот ужас.

– Не переживай, твоего Гордеева там не будет, – снисходительно хмыкает Ульяна и продолжает заговорщическим тоном. – Мне сорока на хвосте принесла, что он живет где-то в столице и в наш Мухосранск не собирается.

– Все равно не хочу, – упираюсь из принципа. Не готова к выходу в люди. Да и видеть бывших одноклассников тоже нет никакого желания. Что даже странно, у нас был очень дружный класс, и со всеми остались хорошие отношения.

– Брось! Пора начинать новую жизнь!

– А старая чем плоха? – с сомнением спрашиваю я.

– Несбывшимися надеждами и ожиданиями. – Улыбка подруги становится шире. – Все. Хватит киснуть, поехали лучше выберем тебе новое платье!

Глава 2 Таисия

Смотрю на часы. Надо бы ускориться, а то опоздаю в салон. Прибавляю шаг и до сих пор не верю, что опять согласилась на авантюру подруги. Встреча выпускников. Ну зачем она мне? Ведь не собиралась никуда идти, но послушно купила платье и записалась в салон на укладку. Глупость какая. Может, ну его? Лучше посидеть дома с кофе и книгой? Вздыхаю и качаю головой. Тогда Ульяна примчится ко мне и устроит армагеддон. А еще все равно потащит на это дурацкое мероприятие. Только без укладки и макияжа.

Невольно улыбаюсь, представляя эту сцену, и плотнее кутаюсь в тонкое пальто. Погода портится стремительно, видимо, из салона придется ехать на такси.

– Мама! – Отчаянный детский крик пронзает меня насквозь. – Мамочка, забери меня!

Вздрагиваю и инстинктивно оборачиваюсь на звук. Вижу маленькую девочку за прутьями высокого забора Дома ребенка.

– Ты мне? – спрашиваю удивленно и осматриваюсь. Ни одного человека в радиусе нескольких метров. Странно как-то. Дети обычно одни не гуляют.

– Тебе, – сквозь слезы отвечает она и вытирает нос рукавом тоненькой потрепанной курточки.

Подхожу ближе, не зная, как себя вести в подобной ситуации. Да и девочку эту вижу в первый раз в жизни. Маленькая, худенькая, с огромными и такими несчастными голубыми глазами. Смотрит прямо в душу, переворачивая все вверх дном.

– Малышка, ты ошиблась, – мягко отвечаю, нервно сглатываю и присаживаюсь перед ней на корточки. – Я не твоя мама.

Еще раз смотрю по сторонам, ища воспитателя или нянечку. Должен же быть кто-то из взрослых. Но никого не видно.

– Не ошиблась, – шмыгает девочка носом. – Я слышала, что дети сами выбирают родителей. Я выбрала тебя.

Сердце пропускает удар и болезненно сжимается, а на глаза наворачиваются слезы. Малышка… Бедный ребенок даже не знает, насколько близка к истине. Только вот мой малыш меня никогда не выберет… От этого становится так тошно, что хочется выть волком. Опускаю голову и зажмуриваюсь, чтобы не разреветься. Только не сейчас, не перед испуганным ребенком.

– Мамочка, – судорожно всхлипывает девочка и тянет ко мне худенькие ручки. – Не бросай меня. Пожалуйста…

В груди так давит, что трудно вздохнуть. Нестерпимо хочется прижать к себе эту девчушку, чтобы успокоить, но железные прутья не позволяют приблизиться. Протягиваю к ней руку и мягко глажу по светлым волосам.

– Сонька! – Девочка вздрагивает, опасливо оглядывается и сильнее прижимается к ограждению. – Дрянная девчонка, вот ты где!

К нам спешит растрепанная дородная женщина и эмоционально размахивает руками.

– Значит, ты Соня? – с улыбкой спрашиваю я. Поддаюсь порыву и нежно касаюсь щечки кончикам пальцев, стирая соленые капли.

– Да, а ты?

– А я Тася.

– Вот непутевая! Зачем опять сбежала? – доносится до нас женский крик, а сама надзирательница приближается.

– Чтобы маму позвать, – огрызается на нее Соня.

– Сколько раз тебе говорить, умерла твоя мама. – Женщина оказывается рядом с нами, грубо хватает Соню за запястье и дергает к себе.

– Подождите, что вы делаете? – пытаюсь заступиться, но в глазах этой женщины столько злости, что вряд ли это поможет.

– Забираю негодницу, – недовольно шипит та. – Еще и на цепь посажу, устала носиться за ней по всей территории.

– Ну так же нельзя, – качаю головой и от волнения кусаю губы. Не понимаю, как можно так обращаться с малышкой, еще и брошенной родителями. Она же ни в чем не виновата.

– А как можно? – рявкает на меня женщина. – Вдруг с ней случится чего, кто отвечать будет? – машет на меня рукой и тащит Соню к зданию Дома ребенка.

– Пусти, я хочу к маме! – Девочка всеми силами упирается и кричит, разрывая мое сердце на куски. Невозможно выдержать. Глаза невольно наполняются слезами, и горячие капли текут по моим щекам.

– Нет у тебя мамы, а не прекратишь хулиганить, и не будет никогда!

– Неправда! – отчаянно кричит Соня, захлебываясь слезами, вырывается и бежит к зданию.

– Зачем вы так? – спрашиваю с укором и качаю головой.

Пытаюсь как-то оправдать эту жестокость, но не могу. В голове не укладывается, как так можно. Этой девочке сейчас страшно и больно, а пожалеть и приласкать некому. Это даже не профдеформация, а какая-то халатность или непригодность.

– Не лезьте вы не в свое дело, – фыркает женщина и идет за Соней.

Я лишь грустно вздыхаю и с жалостью смотрю им вслед, но сделать ничего не могу. Это система, ее не перестроить по щелчку пальцев. А полномочий у меня никаких нет.

Телефон призывно вибрирует в кармане. Смотрю на дисплей – номер неизвестный. Сдвигаю зеленую трубку в центр и прикладываю к уху.

– Алло, – выдыхаю расстроенно.

– Здравствуйте, Таисия Игоревна? – раздается в динамике недовольный женский голос.

– Да, – отвечаю я и озадаченно хмурюсь.

– Вы записаны на укладку, придете?

– Конечно! – спохватываюсь и резко ускоряюсь в сторону нужного здания. – Уже бегу.

– Мы вас ждем.

Звонок сбрасывается. Убираю телефон в карман и спешу в салон, ругая себя за нерасторопность.

Настроение опустилось ниже нуля, а желание куда-то идти пропало напрочь. Не понимаю, как буду веселиться на вечере встречи одноклассников, когда маленькая девочка так страдает. Господи, что ж мне так везет-то? Зачем я пошла пешком? Могла же взять такси… а теперь не могу найти покоя. Фантомы преследуют, выворачивая душу наизнанку.

Я словно нахожусь в какой-то прострации и со стороны наблюдаю за происходящим. Парикмахер колдует над моими волосами, укладывая их в красивую прическу, а я неотрывно смотрю на себя в зеркало и не вижу отражения. Перед глазами лицо девочки за прутьями высокого забора. Огромные голубые глаза, из которых катятся слезы, и дрожащие губы, что-то шепчущие мне.

«Мамочка» – эхом звучит в ушах и колючие мурашки прокатывают по телу. Бедный ребенок. Сердце болезненно сжимается. Как ей, наверное, одиноко…

Надо как-то взять себя в руки. Нельзя же зацикливаться. Столько брошенных детей в нашей стране, всем не помочь.

– С вами все в порядке? – словно сквозь вату слышу голос парикмахера и фокусирую на ней взгляд.

– А? Что?

– Ваш телефон звонит который раз, – кивает она на мой гаджет, дребезжащий на полочке. Так углубилась в свои мысли, что не слышала совершенно.

– Извините, – переворачиваю экраном вверх и вижу с десяток пропущенных сообщений от Ульяны. – Вы закончили?

– Практически да. – Девушка доделывает последние штрихи и отпускает меня.

Сбегаю в соседнее помещение и перезваниваю подруге.

– Тась, ты готова? – взволнованно отзывается та.

– В смысле? Конечно нет, – недоуменно округляю глаза. – Я еще в салоне…

– Время-то уже!

Хочу сказать, что передумала идти на мероприятие, но не решаюсь и закусываю губу, ругая себя за трусость. Но противостоять урагану Ульяна у меня нет резервов.

– Я все успею, – выдыхаю я обреченно, понимая, что отмазаться не удастся все равно.

– Знаю я тебя, копушу, – поддразнивает Уля, а я невольно улыбаюсь.

– Вообще-то это ты всегда опаздываешь, – напоминаю с готовностью и закатываю глаза к потолку. Не было еще ни одного раза, чтобы Ульяна пришла к назначенному времени. Ее всегда приходится ждать.

– Скорее, ты приходишь раньше, – фыркает она и быстро переводит тему. – В каком ты салоне?

– На Бутлерова.

– Жди меня там, я за тобой заеду…

– Это что, конвой? – смеюсь, потому что похоже больше всего именно на это. Уля переживает, что я сбегу и ей не удастся затащить меня на эту идиотскую ярмарку тщеславия. Далась она ей…

– Да прям, – снисходительно отвечает подруга и чуть тише добавляет: – Надо рассказать тебе кое-что важное.

– Что же?

– Ну не по телефону же. Все, жди.

Сбрасывает звонок, оставив после себя интригу. Как всегда, растормошила мое любопытство и пропала. Но делать нечего, придется ждать.

Обреченно вздыхаю и возвращаюсь в салон, где меня ждут на макияж. Присаживаюсь на кресло и прикрываю глаза, отдаваясь в руки профессионала. Нечасто я позволяю себе подобную роскошь, но сегодня приходится. Зачем мне это? Пустить пыль в глаза одноклассникам? Чтобы все думали, что у меня все просто замечательно? Только, по сути, это ничего не решит и никак мне не поможет. Зато хоть жалеть не будут, что тоже немаловажно.

Глава 3 Таисия

Моя маленькая кухня хороша тем, что до любого предмета можно дотянуться, не вставая со стула. Нажимаю на кнопку чайника, достаю чашки и, оставив Ульяну хозяйничать дальше, убегаю переодеваться.

Вопреки уговорам подруги я выбрала скромное платье-карандаш темно-синего цвета, с небольшим V-образным вырезом и длиной чуть ниже колен. Бордовые туфли и клатч искусно завершают образ. Придирчиво осматриваю свое отражение и ищу изъяны, но, к счастью, не нахожу.

Платье сидит идеально по фигуре, облегая где нужно. Я из тех женщин, что едят на ночь сладости и не толстеют. Хоть в чем-то мне повезло, грустно улыбаюсь своему отражению и брызгаю любимыми духами. Сбрасываю невидимые пылинки с темной ткани и выхожу из комнаты.

– Какая же ты хорошенькая, – восклицает Ульяна, увидев меня.

– Ой, прекрати, – отмахиваюсь я и, отложив клатч в сторону, беру чашку с кофе.

– Ну правда. – Подруга поднимается на ноги и придирчиво меня рассматривает со всех сторон, пока не кивает на лицо. – Смоки идеально тебе подходит. Глаза такие выразительные стали…

– Ульяна, ты торопила меня, чтобы осыпать комплиментами? – снисходительно спрашиваю, желая как можно быстрее закончить этот цирк. Она явно что-то затеяла, а сейчас пытается пустить пыль мне в глаза.

– Конечно нет, – сразу сдается Уля и достает из сумочки какие-то документы. – Вот, смотри, – старательно разглаживает сложенные в несколько раз листы.

– Что это? – удивленно заглядываю ей через плечо, пытаясь рассмотреть хоть какие-то детали.

– Это досье на всех холостяков, что будут на сегодняшнем вечере, – произносит она назидательным тоном и гордо вскидывает подбородок.

Я едва сдерживаюсь, чтобы не засмеяться в голос, такой абсурдной кажется ее затея. Просто верхом идиотизма.

– Ты серьезно? – уточняю на всякий случай.

– Абсолютно, – не сдается Ульяна. Жестом предлагает мне сесть напротив и отпивает из своей чашки несколько глотков.

– А зачем они нам? – присаживаюсь, откидываюсь на спинку и складываю руки на груди. Давно подруга не занималась сводничеством, прямо обострение какое-то случилось.

– Не нам, а тебе, – как ни в чем не бывало хмыкает Уля. – Ты посмотри на себя. Умница, красавица и до сих пор одна.

– Ты, между прочим, тоже не замужем, – сухо замечаю я.

– Я не замужем по призванию, да и жалко их, тварей беспомощных, – хихикает сама с собой. – А ты создана для семьи и уюта.

Тема, мягко говоря, сложная. Тысячу раз обсужденная вдоль и поперек.

– Жила столько лет без семьи и еще проживу, – тяжело вздыхаю. – Да и кому нужна бесплодная тридцатилетняя тетка. Заканчивай, – сокрушенно качаю головой.

Всегда мечтала выйти замуж по любви. Но любовь, как оказалось, не всегда заканчивается свадьбой. А по-другому я уже не хочу. Помню, как это бывает, и все остальное в сравнении кажется блеклым и безжизненным. Нет, на замужество ради замужества я не готова. Да мне и одной хорошо. Сама себе хозяйка. Невольно вспоминаю Соню, и дыхание срывается. Малышка… вместе нам было бы еще лучше…

– Ну не тридцать нам, не надо, а почти не считается. – Голос Ульяны прерывает поток мыслей. – Да и выбирала я специально тех, у кого уже есть дети. Вот, смотри.

Обреченно вздыхаю и склоняюсь над бумагами.

– Ванька Лаврентьев из параллельного класса, в разводе, двое детей и небольшой домик на берегу моря.

– Уль, – тяну укоризненно, глядя на этого лысого коротышку с усами, как у таракана и пивным животом.

– Ладно, дальше, – фыркает она, соглашаясь. – Вот Сашка Карпов, между прочим, айтишник. Денег много, а тратить некуда. Почему не на тебя?

– Потому что он зануда. Не думаю, что сильно изменился за десять лет, – напоминаю я. – А еще у него мама о-очень требовательная женщина.

– Согласна, – вздыхает Ульяна, растеряв весь свой запал. – Ну вот еще один. Последний вариант. Для себя берегла, но отдаю тебе, как лучшей подруге. Миша Ходаков…

Закатываю глаза к потолку. Этот Миша еще в детстве был жутким живодером.

– Ну с этим-то что не так? – недовольно ворчит подруга.

– Абьюзер чистой воды.

– С чего ты взяла-то?

– На физиономии написано, – отмахиваюсь я, чтобы не вдаваться в подробности. – Хватит глупостями заниматься, поехали, а то опоздаем.

– Поехали, привереда.

Подъезжаем к ресторану на такси. Ульяна расплачивается с водителем, и мы выходим на улицу. Мельком осматриваюсь. Центр города, редко здесь бываю и чаще всего не замечаю какие-то изменения.

Ульяна тянет меня к ресторану. Парковка около него забита. Краем глаза замечаю на парковке автомобиль с московскими номерами. Неприятное предчувствие прокатывает по телу, а где-то внутри зарождается тревога. Это же паранойя, да? Трусливо отмахиваюсь от своих ощущений и переключаюсь на подругу.

– Ой, все уже, наверное, собрались, – причитает та, взбегая по лестнице. – А все ты со своими женихами.

Смеюсь в ответ. Как это по Улиному, сделать меня виноватой во всех своих косяках. Хоть и в шутку.

– Разве опаздываем? – смотрю на часы и вновь ищу глазами тот автомобиль, но не нахожу. Может, показалось? Накрутила сама себя.

– Да вроде нет, – пожимает она плечами. – Ну, пойдем?

– Как будто у меня есть выбор, – ворчу безобидно и, подхватив подругу под руку, завожу в ресторан.

***

Вечер проходит в легкой непринужденной обстановке. Мы с Ульяной периодически расходимся в разные стороны, вливаясь то в одну, то в другую группу людей, и вновь встречаемся в одной компании. Здесь собрался не только наш класс, но еще и параллельный. С ними мы тоже дружили, поэтому проблем в общении не возникает.

Я неожиданно рада их всех видеть. Даже не ожидала, что вечер получится настолько интересным и приятным.

От возбуждения и музыки кружится голова. Тысячу лет не танцевала, аж мышцы дрожат. Присаживаюсь за барную стойку и улыбаюсь, наблюдая, как начинают дурачиться на танцполе одноклассники. Хорошо, что я сбежала, не люблю подобные игры и глупо выглядеть тоже.

– Что вам налить? – Рядом сразу же оказывает бармен, протирает высокий бокал и с интересом меня рассматривает.

– Ничего, пожалуй, я не пью, – смущенно отвожу глаза в сторону, не привыкла к излишнему вниманию. От его взгляда становится не по себе, и я зябко веду плечами, чтобы скинуть неприятное ощущение.

– Так не пойдет, – хмыкает он и начинает что-то намешивать. – Я вам сделаю свой фирменный коктейль. Он не крепкий, но очень вкусный.

Сдержанно улыбаюсь, проглатывая отказ. Парень старается угодить, к чему его обижать? В конце концов, можно не пить, если не нравится.

– Вот, попробуйте. – Передо мной появляется высокий бокал с ярко-оранжевой жидкостью.

Сдаюсь и делаю небольшой глоток. Коктейль и правда получился очень вкусным, алкоголь совсем не чувствуется, лишь приятный и терпкий аромат цитруса.

– Спасибо, мне понравился.

– Обращайтесь. – Бармен многозначительно подмигивает и удаляется.

Облегченно выдыхаю и делаю еще один глоток. Приятное тепло медленно расползается внутри, а мысли утекают в другую плоскость. Туда, где в казенном заведении плачет одинокая девочка. Перед глазами так и стоит заплаканное лицо Сони. Мое сердце болезненно сжимается от жалости. Вроде все понимаю, но выкинуть эту историю из головы не получается.

– Тась, ну чего ты загрустила, а? – Голос Ульяны раздается совсем рядом и буквально выдергивает меня в реальность.

– Да ничего, – пожимаю плечами и сильнее стискиваю бокал, который незаметно опустел.

В своих фантазиях я зашла уже очень далеко. Удочерила несчастную девочку и навела порядок в системе. Жаль только, это все так и останется мечтами…

– Не нравится тебе здесь? – продолжает допытываться подруга.

– Почему? Все очень даже мило, – выдавливаю из себя улыбку.

– Ну я же вижу…

– Девочку одну сегодня встретила, – сдаюсь, а то ведь не отстанет, пока не докопается до истины.

– Где? Какую еще девочку? – Ульяна хмурится, а я понимаю, что не поддержит она меня. Ну, может, хоть мозг на место вправит, а то совсем что-то тяжко.

– Маленькую, за забором детского дома… Соней зовут, – вздыхаю и опускаю глаза в бокал, с великим интересом рассматривая осадок.

– Тась, какой детский дом? – набрасывается на меня Уля. – Ты о чем вообще?

– Да так… ни о чем… – пожимаю плечами и качаю головой.

Зачем только начала этот разговор, ведь изначально знала, что она не поймет меня. Да я и сама себя не понимаю, но забыть о Соне не получается.

– Не может быть. – Голос подруги внезапно становится хриплым, а лицо вытягивается от удивления.

– Чего? – непонимающе слежу за ее взглядом и оборачиваюсь.

Мир на мгновение выключается. Делаю вдох, с трудом проталкивая в легкие кислород, и нервно сглатываю. У входа стоит Гордеев и с интересом осматривается. Мамочки, какой он стал…

В ужасе отворачиваюсь, боясь встретиться с ним глазами. Сердце истерично лупит в ребра, а в висках начинает неприятно стучать. Не может быть. Этого просто не может быть!

– Уля, – кидаю в подругу уничтожающий взгляд.

– Я не знала, клянусь тебе! – бросает она в сердцах. Наверное, не врет. Если бы знала, сказала бы. Ведь знает, насколько я не хочу его видеть.

Мои руки предательски трясутся, а волна горечи заполняет до краев. Залпом допиваю остатки коктейля и прикрываю глаза, чтобы хоть немного успокоиться. Но не получается, меня колотит изнутри, а по коже бегают мурашки.

Очень хочу сбежать. Прямо сейчас. Не важно куда, главное – не встречаться с этим человеком. Но это слабая позиция. А я должна быть сильной. Я не могу показать ему свою уязвимость. Одного раза хватило выше крыши. Алексей пережевал меня и выплюнул. Больше этого не повторится.

– Шалимова, – слышу до боли знакомый голос за спиной и сжимаю кулаки так, что ногти болезненно впиваются в кожу. – Ульяна.

– Гордеев? – Она лишь снисходительно приподнимает бровь. – Не ожидала. Каким ветром?

Вот это выдержка. Хотя у них нет общего прошлого, растоптанной любви и сломанной жизни. Я тоже хочу забыть весь этот кошмар. Точнее, думала, что уже забыла. Но сейчас понимаю, что напрасно.

– Да вот, решил приехать на малую родину. – Алексей говорит небрежно, словно играя. – А здесь уже пригласили на встречу… Не смог отказаться. – Кожей чувствую его лукавую улыбку и сжимаю зубы, что есть силы, чтобы не взорваться.

– Понятно. – Ульяна натянуто улыбается. – Надолго к нам?

– Как пойдет, может, мне так понравится, что решу остаться насовсем.

Закашливаюсь от неожиданности, резко дергаю рукой и сбиваю бокал с остатками коктейля. Тот летит на пол, проливаясь на мое платье и брюки Алексея, и разбивается у его ног.

– Осторожнее, – рычит он и пытается отряхнуться.

– Извините. – Мой голос предательски вибрирует от волнения. Поднимаюсь на ноги с одной единственной целью – сбежать отсюда как можно быстрее. И плевать на все. Моя выдержка растаяла, как снег под жарким солнцем.

– Таисия? – Мое имя в его исполнении всегда звучало по-особенному, завораживающе. Ничего не изменилось. Даже нотки удивления никак не влияют.

– Нет…

Вздрагиваю и качаю головой. Не хочу. Не надо.

– Какой ты стала… – Мурашки, как по команде выстраиваются в ряд и ползут по коже, вздыбливая каждый волосок и беспощадно затягивая в прошлое. – Ни за что бы не узнал.

Титаническим усилием воли заставляю себя выдержать его пронизывающий взгляд и вздергиваю подбородок.

– А ты, напротив, совсем не изменился, – обдаю арктическим холодом. – Все такой же… – специально не договариваю, чтобы сам подобрал себе эпитет.

– Торопишься?

– Очень.

Расправляю плечи и гордо удаляюсь, ощущая на себе его прожигающий насквозь взгляд. На самом же деле трусливо сбегаю в туалет. Включаю ледяную воду, мочу руки и прикладываю к горящим щекам. Ну как так-то, а? Я совсем не готова к встрече. Ни капельки. Нет у меня ни сил, ни ресурсов бороться со своим прошлым.

Смотрю в зеркало на свое отражение, а вижу его. Алексей и правда почти не изменился. Повзрослел, раздался в плечах, а так… Черты лица стали более резкие и мужественные, морщинки появились вокруг глаз… И все. Не берут его годы. Интересно, а наш ребенок был мальчиком или девочкой? Сейчас ему могло быть девять…

Предательская слеза обжигает щеку, а душа рвется на части от накатившей боли, словно затянувшуюся рану вновь расковыряли. Закусываю губу, чтобы не разрыдаться, и прикрываю глаза. Мне нужно несколько минут, чтобы справиться с эмоциями. Сейчас станет легче. Сейчас отпустит.

***

– Вот ты где, – вздрагиваю от голоса подруги и торопливо вытираю слезы, что текут по щекам. – А я тебя ищу.

Ульяна входит в туалет и закрывает за собой дверь.

– Ты как? – окидывает меня сочувствующим взглядом, от которого внутри все скручивается. Вот только жалости мне не хватало для полного счастья!

– Все нормально, – невольно огрызаюсь я и, прикрыв глаза, делаю несколько глубоких вдохов. Ни к чему срываться на подругу, она же не виновата в моих психах. Никто не виноват, просто не проработанная подсознанием тема всплыла на поверхность.

– Ага, я вижу. – Уля закатывает глаза к потолку и протягивает мне бумажные полотенца.

Вытираю немного потекшую тушь и руки. Разворачиваюсь к ней, оперевшись ягодицами на раковину.

– Помоги мне выйти незамеченной…

– Куда выйти? – Она непонимающе хлопает ресницами и хмурится.

– Поеду домой, – выдыхаю и инстинктивно качаю головой. – Не хочу больше с ним пересекаться.

– Тась, да ты чего? Из-за какого-то козла будешь портить себе вечер?

Ульяна обнимает меня за плечи, стараясь поддержать, а мне хочется грубо оттолкнуть ее и накричать. Слишком внутри все обнажено и открыто. Не надо ко мне прикасаться, иначе я просто взорвусь.

– Он уже испорчен, – нервно сглатываю и мягко отстраняюсь. – Я не смогу веселиться, зная, что Гордеев где-то здесь.

– Он к тебе сам больше не подойдет, – уверенно заявляет Ульяна, а на ее губах появляется довольная усмешка.

– С чего ты взяла? – подозрительно прищуриваюсь, нутром чувствуя какой-то подвох.

– Я предупредила, что, если приблизится, оторву ему что-то очень важное.

– Зачем? – ошарашенно выкрикиваю и прячу лицо в ладонях. – Господи…

Колючие мурашки прокатывают по позвоночнику, а сердце ускоряет свой ритм. Этого еще не хватало. Зачем она привлекла его внимание ко мне? Не отвадила, а только раззадорила. Вот же…

– Что не так-то? – Ульяна искренне не понимает, что натворила. – Ты же сама говорила, что…

– Я не хочу, чтобы Алексей думал, что мне до него есть какое-то дело, – сокрушенно качаю головой. Все через причинное место.

– Он и не подумает.– Она равнодушно пожимает плечами, а меня начинает потряхивать от злости.

Ну зачем было вмешиваться? Я же не просила! Делаю несколько глубоких вдохом и медленных выдохов, чтобы снизить внутренний накал. Мне надо срочно на воздух. Срочно сбежать отсюда и поскорее оказаться на улице.

– В общем, помоги мне добраться до выхода и извинись перед ребятами за меня. Наплети что-нибудь… скажи, что голова заболела…

– Уж придумаю, – хмыкает Ульяна. – Подожди, я принесу твое пальто.

Пока она ходит, привожу себя в порядок.

– Такси вызвать? – растягивает пальто, помогая надеть.

– Нет, прогуляюсь пешком, – застегиваю пуговицы и осматриваю себя в отражении.

– Уверена? Темно уже.

– Да.

– Так, стоп. – Ульяна упирает руки в бока и преграждает мне путь. – Все это какая-то фигня. Я пойду с тобой…

– Не нужно, – качаю головой, начиная опять раздражаться. – Уль, я не маленький ребенок, меня не нужно опекать.

Я хочу просто остаться одна. Наедине со своими мыслями и чувствами. Без посторонних. Даже очень близких.

– Но я… – пытается возразить подруга.

– Хватит, – резко осекаю ее. – Я. Справлюсь. Сама, – четко проговариваю каждое слово.

– Ну хорошо… как скажешь…

Шумно выдыхаю, словно сдуваясь. Что я творю? Что на меня нашло? Откуда столько агрессии?

– Не обижайся на меня, пожалуйста, – порывисто обнимаю Ульяну. – Я, наверное, не в себе.

– Не обиделась, – устало улыбается она и выглядывает за дверь. – Все чисто, можешь выходить.

– Спасибо. Позвоню тебе завтра, – небрежно целую ее в щеку и иду к выхожу, слава богу не встретив Гордеева

На улице и правда уже стемнело, а еще похолодало, но все же хочу прогуляться. Зябко веду плечами и плотнее кутаюсь в пальто.

– Тася, подожди! – догоняет меня до боли знакомый голос, острыми иголками рассыпаясь по коже. Откуда он взялся? Сердце делает кульбит и истерично колотится где-то в горле. Стискиваю зубы и ускоряю шаг, не желая останавливаться. Разговор с Гордеевым я сейчас не вывезу физически, не готова и слишком уязвима.

– Да стой ты. – Сильные пальцы сходятся на плече и резко разворачивают меня. По инерции пошатываюсь, но на ногах стою крепко.

– Чего тебе? – цежу сквозь зубы и грубо выдергиваю свою руку из стального захвата.

– Ты из-за меня, что ли, ушла? – хмурится Алексей, с интересом рассматривая мое лицо.

– Вот еще, – фыркаю надменно. – Голова разболелась, вот и ушла.

– Давай подвезу, – жестом указывает на свой джип, а я лишь снисходительно усмехаюсь.

– Спасибо, обойдусь, – обхожу его и удаляюсь с гордо поднятой головой, молясь, чтобы Алексей не пошел за мной.

Свернув на проспекте направо, немного сбавляю шаг и, обернувшись, выдыхаю. Никто меня не преследует. Гордеев отстал. Надеюсь, больше наши дороги не пересекутся. По крайней мере, по моей инициативе точно.

В сознание невольно врываются картинки из прошлого, которое я так старалась забыть. Как бегала к Алексею на свидания, как шептала ему слова любви, пьянея от поцелуев. Как отдала всю себя прекрасной первой любви. Волшебство разбилось об его жестокие слова. «Не нужна».«Не любил». «Просто играл». В голове звучит его безразличный голос, как и всегда причиняя боль.

От этих воспоминаний по телу проходит дрожь, а внутри все каменеет. Ставлю барьер, не давая всплывать дальнейшим событиям. Не хочу все это вспоминать и переживать заново. Качаю головой, усилием воли загоняя эту боль поглубже в сердце. Для нее нет места. Она разрушает меня, не давая дышать свободно.

Часто дышу и судорожно пытаюсь переключиться на что-то другое. Девочка Соня, как спасительная соломинка, приходит на помощь. Думаю о ней, старательно раскручивая маховик мыслей. Понемногу отпускает, тревога и раздражение сходят на нет. Стук каблуков размеренно отдается в ушах и успокаивает. Я справилась. В этот раз даже без истерики обошлось. Но девочку все-таки жалко. Надо попробовать сходить завтра в этот детский дом и принести ей вкусняшек. Может, получится хоть немного скрасить ее пребывание в этом учреждении.

Глава 4 Алексей

Словно пьяный, смотрю вслед девушке из моего прошлого и чувствую, как внутри все болезненно сжимается. До ломоты и искр в глазах. По телу проходит ледяная волна, заставляя вздыбливаться каждый волосок, а в сердце оживает забытое ноющее чувство, словно заноза. Я думал, давно избавился от него, но, видимо, ошибся.

Тася… пожар вспыхивает в крови и струится по венам с каждым ударом сердца. Неясная тоска сковывает душу, мешая нормально дышать. Моя маленькая слабость, невинное искушение и самое значительное поражение. Нежная чистая девочка, что подарила мне себя и свою любовь. Я был у нее первым… но не оценил щедрого дара. Предал, растоптав все светлые чувства в ее душе. Мог ли я поступить по-другому? Тогда, в семнадцать, мне казалось, что иного пути нет. А сейчас… Какая теперь разница? Все к лучшему… я дал ей шанс на счастливое будущее, надеюсь, она смогла им воспользоваться.

Со злостью сжимаю челюсти, так что зубы скрипят. Надо уходить и сделать вид, что эта встреча мне приснилась, но я, как идиот, стою на месте и смотрю невидящим взглядом в пространство. Черт. Зацепила. Сковырнула давно затянувшуюся рану на сердце, которое теперь обильно кровоточит. Я ничего не забыл и не смог заменить ее никем.

– Не смей к ней приближаться, – врывается в мои мысли надменный женский голос.

Оборачиваюсь на звук и встречаюсь взглядом с Ульяной.

– Чего? – хмуро переспрашиваю. Может, мне показалось?

– Я про Тасю, – хмыкает она и кивает в сторону, куда удалилась Таисия.

– Мне нет до нее дела, – равнодушно пожимаю плечами. Я действительно не собираюсь вмешиваться ни в чью жизнь. Да и вообще скоро уеду.

– Если узнаю, – Ульяна расплывается в провокационный усмешке, – мошонку на уши натяну.

– Шалимова, – снисходительно ухмыляюсь я. – Нашелся ли хоть один мужчина, который согласился жениться на тебе?

– Тебя это не касается, – фыркает она и демонстративно отворачивается, тем самым давая ответ на мой вопрос. Ульяна и в школе-то была невыносимой грубиянкой, видимо, годы не смягчили ее характер.

– Я так и знал, – смеюсь и качаю головой.

– Да пошел ты, – зло шипит Уля, вскакивает с места и уходит, виляя бедрами. Надо признать, довольно сексуально виляет, только вот меня не зажигает. Насмотрелся за свою жизнь.

Провожаю ее взглядом, разворачиваюсь и иду к выходу. Нахрен. Мне здесь явно не рады. Хотя чего я ожидал? Да ничего, в сущности. Вообще приходить было самой идиотской идеей из всех. Я бы и не пришел, если бы не просмотрел списки тех, кто подтвердил присутствие. Напрасно все это…

Сажусь в машину и откидываюсь на спинку. Монотонно барабаню пальцами по рулю и смотрю в никуда. Надо уезжать, так и подмывает нажать на тапочек и рвануть с места, но я почему-то сижу. Чего-то жду. И медленно перемалываю эмоции внутри себя.

Никогда не думал, что вернусь в город своего детства и юности. За десять лет даже проездом здесь не был, а сейчас нужда заставила. Точнее, личная просьба близкого друга отца. Не смог отказать ему…

Валерий Игнатьевич решил вложить деньги в постройку элитного поселка на берегу реки, и ему нужен надежный застройщик. Мне он доверяет, заочно. Учитывая заслуги отца… Сумма строительства под ключ внушительная. От таких сделок не отказываются. Но с лету согласиться что-то мне не дает.

Включаю свет в салоне и просматриваю полученные документы, вникнуть в суть получается с трудом. Цифры впечатляют, но и гемора, чтобы их заработать, предстоит немало. Готов ли я впрячься в подобную авантюру? Не уверен…

После шести часов за рулем мозг совершенно не варит. Убираю бумаги в папку, выключаю свет и прикрываю глаза, чтобы хоть немного расслабиться и решить, что делать дальше. В душе свербит непонятно от чего. Растираю лицо ладонями и смотрю на часы – почти одиннадцать. По хорошему, надо возвращаться в Москву, но что-то сил совсем не осталось. Просматриваю на телефоне список важных дел и встреч на завтра, прикидывая, что можно отменить или перенести. К черту все. Завтра решу все, на свежую голову, а сегодня…

Вижу, как Таисия выходит из ресторана. Опасливо смотрит по сторонам, словно кого-то ждет, и зябко кутается в пальто. Замираю, боясь даже сделать вдох, и скольжу по ее хрупкой фигурке взглядом. Она что, пешком собралась идти? В таком виде? Одна? Ночью? Рефлекс срабатывает быстрее, чем я успеваю осознать весь идиотизм происходящего.

– Тася, подожди! – выхожу из машины и окрикиваю ее. Не останавливается, а даже наоборот, ускоряет шаг. – Да стой ты.

Догоняю в несколько шагов, хватаю за плечо и резко заворачиваю к себе.

– Чего тебе? – Таисия цедит сквозь зубы и вырывает свою руку.

– Ты из-за меня, что ли, ушла? – внимательно изучаю ее лицо. Глаза пылают праведным гневом, а губы едва заметно дрожат.

– Вот еще, – фыркает надменно. – Голова разболелась, вот и ушла.

– Давай подвезу, – предлагаю примирительно и указываю на свой джип, стоящий на парковке около ресторана. Все лучше, чем идти пешком.

– Спасибо, обойдусь. – Тася гордо вскидывает подбородок, обходит меня и удаляется. От той милой девчушки не осталось и следа, теперь это взрослая, самодостаточная женщина. Красивая и холодная, словно Снежная королева. Недоступная и неприступная, не дающая ни единого шанса.

Как завороженный смотрю ей вслед и думаю, как поступить. Самое верное решение – вернуться в машину и забыть обо всем, но отчего-то оно мне не нравится.

Тяжело вздыхаю и иду за Таисией, выдерживая приличное расстояние. Просто провожаю красивую женщину до дома во избежание опасных ситуаций. Не прощу себе, если сейчас уйду, а с ней что-то случится.

Таисия заходит в подъезд, а я внезапно ловлю себя на мысли, что рефлекторно поднимаю голову, чтобы увидеть свет в ее окне. И он действительно загорается на третьем этаже. Как и раньше. Значит, она никуда не переехала и живет по старому адресу. Странно… Хотя что странного, многие живут с родителями или в квартире родителей. Это только мне не хочется возвращаться в родительский дом.

Разворачиваюсь и иду обратно, мельком оглядываясь по сторонам и ища знакомые объекты. Но их крайне мало. За десять лет город сильно «вырос» и преобразился. Торговые центры, развлекательные заведения и другие объекты инфраструктуры высятся тут и там, а раньше были неприметные домики.

Возвращаюсь к машине, опираюсь на капот и шарю по карманам в поисках сигарет. Опять забыл, что бросил, а привычка осталась. Покурить хочется так, что аж челюсть сводит. Втягиваю носом воздух и поднимаю голову вверх. Небо такое чистое, звезды кажутся очень близкими. В Москве такого неба не увидишь.

В квартиру матери ехать не хочу. Лучше в гостиницу. И виски, чтобы хоть немного расслабиться. Щелкаю брелоком, снимая сигнализацию, и вздрагиваю, уловив рядом с собой движение.

– Тасю ждешь? – раздается насмешливый голос Ульяны, и сама она опирается на капот рядом со мной.

– Нет, – бросаю сухо и прищуриваюсь, пытаясь рассмотреть лицо, но на улице слишком темно.

– Она уже ушла, – продолжает тему, чем только раздражает, но я с легкостью справляюсь с эмоциями.

– Я видел, – равнодушно пожимаю плечами и иду к двери. Глупый какой-то разговор выходит и продолжать его не вижу смысла.

– И знать тебя не хочет… – Ульяна идет за мной.

Не понимаю, зачем мне вся эта информация. Даже не интересно. Я вообще, может, завтра уеду и забуду сегодняшний вечер, как всегда погрузившись в работу.

– Уль, мне все равно, – отвечаю спокойно, но от усталости мой голос непривычно вибрирует.

Смотрю ей в глаза и отчетливо вижу сомнение. Неужели со стороны все и правда выглядит так?

– Зачем ты приехал?

– Бизнес, – безэмоционально отвечаю и сажусь в салон, открыв при этом окно. Вдаваться в подробности не собираюсь точно. Ни к чему никому знать о цели моего визита. Тем более Валерий Игнатьевич просил не распространяться о сделке, пока она официально не заключена.

– И ничего личного? – Ульяна подозревающе прищуривается и лукаво закусывает губу, словно на что-то намекает. Разгадывать всякие ребусы нет ни сил, ни желания.

– Ничего, – качаю головой и снисходительно улыбаюсь. Какого ляда я вообще отчитываюсь?

– Может, тогда отвезешь меня домой?

– Может, и отвезу.

Пожимаю плечами. Мне же несложно.

– Тогда поехали?

– Поехали.

Оббегает машину и забирается на пассажирское сидение.

– Вбей адрес, – кидаю небрежно и завожу двигатель.

Фары ярко вспыхивают, освещая пространство вокруг. Неторопливо трогаюсь с места и цепляю ее телефон на специальный кронштейн на лобовом стекле.

В салоне играет ненавязчивая музыка, слежу за дорогой и думаю, в какую гостиницу лучше устроиться на ночлег. Выбор, на самом деле, невелик, но все-таки хочется место потише.

– Гордеев, а ты как вообще? – Вкрадчивый голос Ульяны проникает в мои мысли. Черт, я уже забыл о том, что не один.

– В смысле? – поворачиваю голову и рассматриваю ее.

– Ну… дела… – тянет она и накручивает на палец тонкую прядь волос.

Клеит меня, что ли? От этой мысли едва сдерживаюсь, чтобы не рассмеяться. Да ну, глупости. Показалось.

– Лучше всех, – хмыкаю снисходительно. – Тебе что, правда интересно?

– Неа, вообще неинтересно. – Уля вызывающе смеется и подается вперед. Кто-то явно перебрал. Лишь бы проблем не возникло.

– Зачем тогда спрашиваешь? – удивленно приподнимаю бровь.

Странная она какая-то. И взгляды неприятные. Шалимова никогда не была пай-девочкой, скорее даже оторвой каких мало. Очень удивительно, как они смогли стать подругами с Тасей. Ведь та очень тихая и домашняя девочка.

– Помогаю тебе начать диалог, который ты никак не решаешься начать.

– Может, я просто не хочу?

Инстинктивно сжимаю руль сильнее, предчувствуя неладное. Интуиция орет на все лады, что надо сворачивать общение. Но не высаживать же ее на полпути?

– Да брось, у тебя все на лице написано. – Нервная ухмылка растягивает ее губы. – Давай спрашивай, как твоя ненаглядная Тасенька. Замужем, дети, что там еще тебя интересует?

От ее истеричного смеха по позвоночнику ползут мурашки. Слава богу наш поворот, сбавляю скорость и сворачиваю на второстепенную дорогу.

– Уль, у тебя все нормально? – прожигаю ее взглядом насквозь. – Мне не интересна ни Таисия, ни частности ее жизни, – лукавлю, конечно, но какая сейчас уже разница. – А если понадобится узнать все – раз плюнуть.

Не то чтобы я не думал задать ей вопросы о Тасе. Скорее, подбирал правильный, уместный контекст, чтобы это выглядело не слишком заинтересованно. Но, видно, не судьба.

Въезжаю во двор девятиэтажки и останавливаюсь напротив нужного подъезда.

– Надеюсь, дойдешь? – сухо интересуюсь, давая понять, что провожать дальше не намерен. И пресекаю возможные попытки пригласить меня на чай или кофе.

– Мне всегда было интересно, почему она, а? – Ульяна складывает руки на груди и устремляет взгляд перед собой. – Почему ты выбрал именно ее? Ведь вокруг было столько кандидатур. Красивее… успешнее… богаче…

Доли секунды, и пазл складывается. То, что раньше было непонятно, встает на свои места. Даже не верится, что это правда.

– Между строк читается вопрос: «Почему не ты?» – усмехаюсь я, чтобы проверить свою догадку.

– Да, черт возьми, почему не я? – Она разворачивается ко мне лицом.

Вижу каждую ее эмоцию и неприятно морщусь. Невкусно. Зависть и злость, ревность и страсть. Надо же, как я попал в цель. Никогда бы не подумал…

– Уезжай, Гордеев… – судорожно всхлипывает Ульяна и выпрыгивает из машины.

Не шевелюсь, лишь провожаю ее взглядом до подъездной двери. Слишком поздно замечаю ее телефон на кронштейне. Черт. Не бежать же за ней неизвестно куда. Дурдом какой-то. Не успел приехать, как выловил кучу левых проблем. Достали. Завтра все разрулю, а сегодня пора в гостиницу.

Убираю телефон Ульяны в карман и трогаюсь с места.

Глава 5 Таисия

Утро начинается как-то внезапно, просто обрушивается со звонком будильника и придавливает своей неотвратимостью. А еще щедро одаривает воспоминаниями о вчерашнем вечере. Гордеев. Вот только его и не хватало для полного счастья, надеюсь, сегодня уже уедет, но на душе как-то неспокойно. Раздраженно выдыхаю, открываю глаза и выключаю голосящий гаджет. Теперь главное – не уснуть снова.

Ну и кто придумал эти утры? Буквально за шкирку заставляю себя сесть на постели. Рабочий день после вечеринки – это, конечно, жестоко, но, к счастью, голова легкая, без грамма похмелья. Хоть на этом спасибо.

Смотрю на часы – семь. Пора ускоряться, а то опоздаю, и Виктория Викторовна будет опять орать. Страшная женщина, необъятных размеров. Как она помещается в своем небольшом цветочном магазинчике, для меня остается загадкой.

Ставлю чайник и иду в душ, по дороге придумывая, что надеть. Выбор невелик, но и красоваться мне не перед кем. Главное, удобно, опрятно и функционально. Натягиваю джинсы и светлую блузку и возвращаюсь в кухню.

Растворимый кофе и пара бутербродов – идеально быстрый завтрак. Пока жую, просматриваю ленту новостей в социальной сети. Какая-то сплошная чушь, даже зацепиться не за что. Захожу в переписку с Ульяной. Странно, последний раз была в сети вчера вечером. Тоже, наверное спит, а у нее на утро что-то было запланировано. Недолго думая, набираю ее номер и прикладываю телефон к уху. Трубку ожидаемо не берут. Улыбаюсь шире и повторяю дозвон. Нечего спать, солнце уже высоко.

– Какого черта? – раздается в динамике хриплый мужской голос, от которого по телу разбегаются мурашки. От неожиданности давлюсь кофе и начинаю кашлять, телефон в этот момент выпрыгивает из рук и летит на пол. Мое сердце делает кульбит в груди и боязливо замирает.

Блин, блин, блин. Только бы не разбился, ну пожалуйста. Только недавно внесла последний платеж по кредиту за него. Переворачиваю экраном вверх и облегченно выдыхаю – цел. Удача сегодня явно на моей стороне. Почаще бы так.

Звонок, конечно же, прервался. Что же это я, номером ошиблась спросонья или приглючило? Набираю еще раз, чувствуя себя полнейшей идиоткой. Взяла разбудила какого-то мужчину в такую рань. А голос у него, между прочим, похож на Гордеева. Ну или у меня уже крыша едет и фантомы везде мерещатся.

– Да, Таисия, я тебя внимательно слушаю. – И опять этот голос, словно из другой жизни. Из прошлого. Только немного мягче стал, бархатистее. Такой не спутаешь. Каждая интонация отзывается где-то внутри, вибрирует и задевает что-то болезненное. Давно забытое.

– Гордеев? – шепчу ошарашенно и нервно закусываю губу, прекрасно зная ответ.

– Он самый.

– Но как? – В голове не укладывается все происходящее.

Что-то не сходится. Может, я опять ошиблась номером? Смотрю на дисплей – все как всегда. Над цифрами красуется имя подруги и ее смешная фотография.

– А где Уля? – с трудом выдавливаю из себя.

– Понятия не имею, – небрежно отмахивается Алексей. – Она забыла у меня свой телефон.

– Забыла? – Шумный вздох невольно срывается с моих губ. – У тебя? – еще один летит следом. – Вы что… вы… вы…

Мысли, что до этого лихорадочно метавшиеся в сознании, стремительно выстраиваются в одну линию. Ульяна поехала к нему? Господи, неужели они провели вместе ночь. Она спала с ним? Моя лучшая подруга и мой бывший? Не может быть. Ведь она знает как… все про меня знает. Это так мерзко и гадко, что не укладывается в голове. Зажимаю рот ладонью, чтобы не закричать и сильнее стискиваю телефон.

– Стоп. Успокойся, – спохватывается Гордеев. – Ты не так все поняла.

Видимо, дальше последуют объяснения, но мне они не нужны. Не хочу ничего понимать в принципе, да и разговаривать с ним тоже. Сбрасываю звонок и небрежно кидаю гаджет на стол, словно дохлую крысу. Уля же не могла меня предать? Ведь не могла же?

Ответов нет. Меня всю трясет. Я не понимаю, как это все могло получиться. Ничего не понимаю.

Телефон призывно вздрагивает, извещая о входящем сообщении. Издалека вижу, что от начальницы, и в ужасе смотрю на часы. Черт. Опаздываю! Резко подрываюсь и мечусь по кухне, собираясь в темпе вальса. Мимоходом открываю сообщение, конечно же, голосовое. Виктория Викторовна другие не любит.

«Васильева, где тебя носит? Пора магазин открывать, – скрипит ее недовольный голос в динамике. – «Опоздаешь – можешь искать себе новую работу».

Этого еще не хватало. Вот тебе и удача. Десять минут осталось. Не успею. Вот же блин!

«Бегу», – отсылаю в ответ текстовое. Быстро надеваю кроссовки и куртку, небольшой рюкзачок и выбегаю из дома.

Глава 6 Алексей

– Вот же напасть.

Откидываю телефон в сторону и растираю лицо руками. Как все этом могло со мной случиться? Идиотская ситуация. Хорошо хоть быстро успел записать номер Таисии. Ведь смартфон Шалимовой настроен на отпечаток, и мой, конечно же, не подходит. Не взламывать же.

В чем я-то виноват? Что оказался не в том месте и не в то время? Что подвез старую знакомую до дома? Да ни в чем! А такое чувство, что я гребаный предатель. Идиотизм чистой воды! Видимо, воздух в этом городе на меня как-то странно влияет.

Надо бы перезвонить Тасе и все ей объяснить, но лучше не сразу, а дать время остыть. Да и вообще, с какого ляда я должен доказывать, что не верблюд. Мне что, делать нечего?

А вот дел у меня великое множество. Очень бы хотелось закончить их сегодня, чтоб свалить, наконец, домой. Надо еще как-то Шалимову найти и телефон отдать, но не дежурить же у подъезда… Ладно, это все уже мелочи, пора собираться.

Приезжаю на планируемое место застройки и с интересом обхожу участок, делая фотографии и заметки в телефоне. Берег реки в шаговой доступности, местность ровная и находится на возвышенности. С виду все вроде бы неплохо, но какое-то шестое чувство буквально кричит о том, что где-то здесь подвох.

Открываю папку с документами и нахожу заключение эксперта о грунте. На бумаге все выглядит очень красиво, но не доверяю я левым спецам. Лучше перестраховаться, чем попасть на бабки. Надо своих пригнать, пусть все здесь перепашут и дадут мне полный отчет по почвам и возможным фундаментам. Но при условии, что я соглашусь, а я еще не решил…

Еду на встречу с Кожиным Валерием Игнатьевичем. Обещал сегодня дать ему ответ, но не получится. Сырой проект, риски не проработаны, а кидаться вот так с фонаря в авантюрную затею я не готов. Не послал его сразу лишь из уважения к памяти отца. Они были друзьями, а после смерти отца Валерий Игнатьевич один из немногих, кто не отвернулся от его семьи. Я благодарен ему за поддержку в те непростые времена. Да и за билет в счастливое будущее тоже. Это он в свое время купил мне билет до Москвы и дал немного денег на первое время.

– Валерий Игнатьевич, мне нужно еще время, – говорю как есть, чтобы не топтаться вокруг да около. В конце концов, спешка нужна лишь при ловле блох, а это не наш случай.

– Ну что же ты, Алексей, думаешь так долго? – Валерий Игнатьевич мягко улыбается и по-отечески похлопывает по плечу. Мне льстит такое отношение, хоть я и стараюсь не смешивать личное и бизнес. Это все-таки немного другой случай.

– Потому что сумма на кону немалая, да и репутация моя дорогого стоит, – терпеливо поясняю и откидываюсь на спинку стула. – Я могу взяться за ваш объект и даже построить его в срок, а через пару лет он провалится в карст, как вам такой расклад?

– Ты что же, не доверяешь моим спецам? – Он удивленно приподнимает бровь, но улыбка сходит с лица.

– Я никому не доверяю, а чужим наемным работникам тем более, – говорю предельно честно, чтобы между нами не осталось недопониманий. – Может, его перекупили конкуренты, чтобы насолить вам?

– Какой ты мнительный, – хмыкает Валерий Игнатьевич, но больше не излучает уверенности, даже наоборот, начинает грузиться моими опасениями. Это хорошо, может сам прошерстить своих людей.

– Осторожный, – расплываюсь в снисходительной смешке.

– Пусть так. Сколько тебе нужно времени, чтобы все просчитать и решить? – Он вновь переходит к делу и стучит пальцами по папке с проектом его поселка.

Задумчиво зависаю. По идее, мне хватит пары-тройки дней, чтобы выяснить и проверить нюансы, но хотелось бы иметь еще запас времени. Для чего? Да черт его знает.

– Неделя.

– Ну хорошо, – согласно кивает Валерий Игнатьевич и протягивает мне руку. – Тогда через неделю я тебя жду в этом же месте и в это же время.

– Договорились, – обмениваемся рукопожатием. – А сейчас мне, к сожалению, пора. Ждет долгая дорога до дома.

– Счастливого пути.

Выхожу из ресторана и сажусь в машину. Вроде все дела уладил. Осталось одно незавершенное. Достаю из бардачка телефон Ульяны и кручу в руках. И вот что с ним делать? Где ее искать? Есть одна идея, как убить двух зайцев одновременно. Небрежно кидаю гаджет на пассажирское кресло и выезжаю с парковки.

Глава 7 Таисия

– Вот ваш букет, – широко улыбаюсь и протягиваю покупателю заранее заказанные цветы.

– Спасибо, – расплачивается он картой и уходит.

Без сил опускаюсь на стул и роняю голову на руки. Устала, как собака. Но главное – не уволили. Кое-как удалось уговорить начальницу сжалиться, правда, за свое опоздание я расплачиваюсь часом обеденного перерыва. Ну ничего, стройнее буду.

День сегодня выдался суматошный, ни секунды покоя. Чему я даже рада – нет времени думать об утреннем инциденте. Я поставила эмоции на паузу и абстрагировалась от ситуации. В сущности, меня вообще не должно касаться, с кем проводит время Гордеев, но, видимо, из-за Ули задело за живое. Головой понимаю, что они оба взрослые люди и сами вольны выбирать, с кем им спать, но душой такой расклад не принимается. Ядовитая ревность вцепилась в сердце острыми клыками и не желает отпускать.

Чтобы как-то отвлечься, достаю телефон и в который раз набираю детский дом. Со вчерашнего дня моя решимость не растерялась, я все так же хочу туда съездить. Весь день пытаюсь до них дозвониться, но бесполезно. Словно вымерли все там. Придется ехать вслепую, другого выхода нет. Не откладывать же.

После работы захожу в соседний магазин, покупаю разные вкусняшки для детей и мягкую игрушку для Сони. Милый котенок с огромными зелеными глазами должен обязательно ей понравиться. Еду на автобусе в другой конец города к детскому дому. Смотрю на часы – почти восемь. Авантюра чистой воды. Какова вероятность, что меня пропустят в такое время? Да практически нулевая. Но я с ослиным упрямством все же иду к забору.

Сумерки давно опустились на город, на территории детского дома не видно ни души, лишь в самом здании еще горит свет. Подхожу к калитке, которая, конечно же, заперта. Разреветься хочется от несправедливости и бессилия. Беру себя в руки и нажимаю на кнопку звонка. Ко мне выходит мужчина в возрасте, в черной форме, видимо, охранник.

– Добрый день, – кричу ему издалека, привлекая внимание. – Как я могу увидеть заведующую?

– Да ты что, девонька? – улыбается он и семенит ко мне. – Время-то видела?

– Мне очень надо, пожалуйста… – складываю руки на груди и умоляюще смотрю на него.

– Так нет ее и не было сегодня.

Я так и знала, чо ничего не получится.

– Ой, а как же мне быть… – всхлипываю, едва сдерживая подступившие слезы. – У меня вот гостинцы деткам…

– Завтра приходи и пораньше.

– Да не могу раньше, я же работаю.

Слезы все-таки прорываются и тонкими ручейками текут из глаз. Шмыгаю носом и, как маленькая, вытираю их рукавом.

– Ну подожди, не реви. Сейчас попробую что-нибудь сделать.

Уходит обратно в здание. Терпеливо жду и хожу из стороны в сторону. Холодно. Дышу на озябшие руки и нервно кусаю губы. Ну не может же мне не повезти. Я же для девочки стараюсь, не для себя.

– Проходи, – кричит охранник и спешит открыть мне дверь. – Тебя ждет Нина Федоровна. Это старший воспитатель.

– Спасибо вам огромное, – порывисто обнимаю его и почти бегу к зданию.

– Да вроде не за что…

Быстро поднимаюсь по лестнице, вхожу в здание и с интересом осматриваюсь. Типичное казенное заведение, как в поликлинике или детском саду. Да и запах тоже специфический.

– Это вам нужна заведующая?

Оборачиваюсь на звук голоса и вижу женщину, спешащую ко мне.

– Да, здравствуйте. Вы, наверное, Нина Федоровна?

– Да, а вы?

– Меня зовут Таисия Васильева.

Хочется дать себе подзатыльник за такой исчерпывающий ответ.

– По какому поводу к нам? – Нина Федоровна заметно нервничает, но взгляд не злой, скорее, уставший.

– Да я… – мнусь неопределенно, никак не получается четко сформулировать цель визита. – Вот, – протягиваю пакет со сладостями. – Детям принесла вкусняшки.

– Спасибо, конечно, но… – Она сокрушенно качает головой.

– Не возьмете? – испуганно распахиваю глаза. Что ж я, зря все это покупала?

– Да я-то возьму, – улыбается Нина Федоровна. – Но не положено. Что-то еще?

– Да… девочка Соня, – закусываю губу и нервно кручу в руках игрушечного котенка. – Можете передать ей?

– Изюмская? – удивленно переспрашивает воспитатель.

– Я только имя знаю, – робко пожимаю плечами.

– Откуда?

– Вчера познакомились около забора…

– Ясно. – Ее улыбка становится шире. – Может, хотите сами подарить?

– А можно? – с сомнением спрашиваю. – Я бы с радостью.

Слышала, что к детям никого не пускают и даже не надеялась на встречу.

– Пойдемте со мной, – добродушно хмыкает Нина Федоровна и озирается по сторонам. – Только недолго. Я раздам сладости и заберу вас.

– Хорошо.

Поднимаемся на второй этаж и идем по длинному коридору. Мое сердце взволнованно ухает в груди в такт шагам. Я совершенно не готова к встрече, но очень хочу увидеть эту девочку. Так она запала мне в душу, что постоянно думаю о ней.

– Вам сюда. – Нина Федоровна останавливается около одной из дверей и открывает ее, пропуская меня внутрь.

Благодарно улыбаюсь и захожу. Небольшой зал со столиками, детки сидят по одному и занимаются каждый своим делом. Соня тоже здесь, узнаю ее мгновенно даже со спины. Увлеченно собирает конструктор и не обращает внимания на происходящее вокруг.

– Соня! – зову ее осторожно, чтобы не напугать, но она не реагирует. – Сонечка, – повторяю чуть громче, но эффект тот же.

Подхожу ближе и закрываю ее глаза ладонями. Вздрагивает от неожиданности, но почти сразу расслабляется и обнимает своими ладошками мои.

– Мамочка, ты пришла, – шепчет радостно и оборачивается. Глаза сверкают от счастья, а на губах появляется довольная улыбка.

Неожиданно. Я застываю в растерянности, а Соня кидается в мои объятия.

– Я так тебя ждала.

Присаживаюсь на корточки и обнимаю ее в ответ. Доверчиво жмется ко мне, а я уплываю от новых для себя ощущений. Теплота и нежность заполняют меня до краев, аж дышать становится тяжело. А на глазах выступают слезы.

Еще не хватало разрыдаться при ребенке. Беру себя в руки и отстраняюсь.

– Смотри, что я тебе принесла, – показываю Сонечке котенка.

Ее глаза вспыхивают восторгом. Сгребает игрушку в охапку и прижимает к себе.

– Спасибо, у меня никогда такой не было.

– Не за что, – улыбаюсь ей и нежно треплю светлые волосики. – Нравится?

– Очень.

– Ну хорошо, – в дверях вижу Нину Федоровну и тяжело вздыхаю. – Мне уже пора уходить.

– Ты еще придешь? – с надеждой спрашивает Соня и сжимает мою ладонь, не желая отпускать.

– Обязательно приду, – обещаю и порывисто обнимаю ее. – И мы с тобой вместе погуляем.

– Здорово, я буду ждать.

Целую в щеку и быстро ухожу, боясь расплакаться. Эмоции захлестывают меня. Никогда прежде не чувствовала подобного, а эта девочка смогла разбудить в моей душе что-то новое и неизвестное, но такое трепетное.

– Все в порядке? – заботливо интересуется Нина Федоровна, рассматривая меня. Чувствую себя очень неловко, но сдерживать эмоции не получается.

– Да, все хорошо, – улыбаюсь сквозь слезы.

– Вот, возьмите. – Она участливо протягивает мне салфетку. – Пойдемте.

– Спасибо, – иду за ней по коридору и вытираю слезы салфеткой. – А Соня давно в детдоме?

– С трех лет, – не оборачиваясь отвечает она. – Ее мать умерла, а родственников не оказалось.

– А приемные родители?

– Видимо, никто не хочет брать на себя проблемного ребенка, – она неопределенно пожимает плечами. – Все хотят здоровых детей, а таких в системе единицы.

– Соня глухая? – догадываюсь я, вспоминая, что она меня не услышала.

– Не совсем, слабослышащая… читает по губам в основном.

– Это как?

Мы останавливаемся у входной двери. Надо уходить, но я с жадностью продолжаю поглощать информацию о Сонечке. Зачем мне это?

– Это значит есть возможность исправить слух, – терпеливо поясняет Нина Федоровна и нервно смотрит на часы, явно намекая, что мне пора. Но я же не могу уйти вот так, не узнав всего до конца.

– Что для этого нужно?

– В краткосрочной перспективе слуховой аппарат. В долгосрочной, конечно, операция, но тоже не бесплатная.

– Спасибо вам огромное.

– А вы с какой целью интересуетесь? – Нина Федоровна смотрит мне в глаза, словно пытается прочитать в них то, чего я не скажу вслух.

– Помочь ей хочу, – отвечаю совершенно искренне.

– Тогда вот рекламка одной из фирм. – Она достает цветной буклет и открывает на определенной странице. – Соне нужен вот такой.

– Ничего себе. – Цена откровенно поражает. Вся моя зарплата.

– Поэтому и никак не осилим… – Нина Федоровна разводит руки в стороны.

– Спасибо, я попробую что-нибудь придумать, – убираю буклет в сумочку.

– Я вам ничего не говорила. Вся информация исключительно через заведующую и опеку.

– Хорошо.

Выхожу на улицу и зябко ежусь от порыва ветра. Новые вводные не радуют, но ребенку надо как-то помочь. Я очень хочу этого. Может быть, потом она сможет найти себе самых лучших родителей.

Глава 8 Алексей

Нервно барабаню пальцами по рулю и смотрю на часы. Почти десять. Два часа уже сижу около подъезда, как дебил, а мог бы ехать в столицу. Где можно столько времени шляться? Это вообще-то не мое дело. Но, черт возьми, раздражает!

Подаюсь чуть вперед и поднимаю голову, пробегаясь взглядом по окнам. Света нет, значит, пропустить Тасю я не мог. Она просто еще не пришла. А если вообще сегодня не придет? Эта мысль мне совсем не нравится, от нее свербит где-то внутри. Смотрю на телефон. Может, все-таки позвонить ей? Ага, конечно, и заодно сказать, что жду ее около подъезда. Тогда Тася тем более не придет.

Что я вообще здесь делаю? Какой-то идиотский был план. Такое ощущение, что в меня иногда вселяется какой-то другой человек и творит дичь. Вот приехать сюда сто процентов была его идея.

Смартфон призывно вздрагивает, оповещая о входящем вызове. Смотрю на дисплей – Ангелина. Ну естественно, кто же может вынести мне мозг в такое время, как не она. Сдвигаю зеленую трубку в центр и включаю громкую связь.

– Я, кажется, просил не звонить мне, – сухо напоминаю и тру переносицу пальцами, гася волну раздражения внутри себя.

– Я соскучилась… – капризно канючит она, чем бесит только сильнее. – Когда ты уже приедешь?

– Лина, когда захочу тебя увидеть, я дам знать. – Мой голос звучит ровно и безэмоционально.

– Ну котик…

– Хватит. Я все сказал, – рычу недовольно. – У тебя все?

– Нет… скоро зима, а моя шубка такая старая. – Такой толстый намек сложно пропустить.

– Пришли мне несколько вариантов, я подумаю.

– Спасибо. Жду тебя.

Сбрасываю звонок и небрежно швыряю телефон на соседнее сидение. Как же хорошо, когда проблему можно решить при помощи бабок. Это реалии моего мира, где все покупается и продается. Пытаюсь представить Таисию на месте Лины и качаю головой. Нет, она бы не опустилась до уровня вещи. Даже очень дорогой вещи.

Но Лина хорошая любовница, точнее, удобная. Не обижается по пустякам, не донимает меня любовью и всегда готова на встречу. У нас нет отношений, лишь регулярный секс за бабки. Очень жаль, если она в какой-то момент перестала это понимать. Борзеет и переходит личные границы. Мне это совсем не нравится. Видимо, придется объяснить еще раз. Либо играем по моим правилам, либо расходимся в разные стороны. Лишние проблемы мне ни к чему.

Откидываюсь на спинку и смотрю прямо перед собой. Воспоминания неожиданно подхватывают и уносят в далекое прошлое, где я бегал по улицам этого города то в школу, то за хлебом, то играть в футбол с пацанами. Улыбка невольно появляется на губах. Беззаботное время…

А потом отца не стало… Несчастный случай на стройке, и детство резко закончилось. Мне было шестнадцать, как раз закончил девятый класс и собирался переходить в десятый, но мать решила перевести меня в другую школу, попроще… потому что не могла оплачивать счета.

Я не виню ее, вероятно, у нее не было выбора… Потом мы и вовсе переехали в этот нищебродский район к отчиму, и я познал совсем другую жизнь. Уличную. Где каждый сам за себя. Пришлось выгрызать себе место под солнцем. Чудом удалось не скатиться на самое дно. Не сбухаться и не стать наркоманом, как многие из нашей компании. У этого чуда есть имя… Тася… Моя скромная отличница с колдовскими зелеными глазами и толстыми русыми косами.

Прикрываю глаза, позволяя себе несколько секунд ностальгии. Я ведь любил ее… больше всего на свете, но должен был оставить. У меня не было выбора, точнее, выбор был слишком мучительным, но я малодушно сделал его.

Отчим хотел упрятать меня в военное училище, пришлось бежать из дома. Без денег, без какого либо плана, в никуда. Я не мог взять Тасю с собой, но хотел вернуться за ней позже, когда встану на ноги. Не вернулся… Работал, как сумасшедший, чтобы заработать хоть что-то. Не замечал, как пролетают дни, недели, годы. Когда опомнился и оглянулся, понял, что уже слишком поздно. Прошло слишком много лет, и все изменилось. Мы стали другими, совершенно чужими друг другу людьми. Я нашел в себе силы отпустить свою любовь, запретил думать о ней и вспоминать. И у меня все прекрасно получалось до тех пор, пока я не увидел Таисию вновь…

В груди становится тесно, а по телу проходит волна колючих мурашек, вздыбливая каждый волосок на коже. Шумно выдыхаю и распахиваю глаза, отгоняя наваждение. Хватит копаться в прошлом. Его не вернуть. Второго шанса не будет, да и не нужен он мне. Я давно научился жить в своем маленьком аду и менять ничего не хочу.

Краем глаза замечаю движение справа. Таисия? Ну наконец-то! Она не замечает моей машины и проходит мимо. Спохватываюсь и моргаю ей фарами. Даже не смотрит в мою сторону и заходит в подъезд. Черт. Первоначальный план трещит по швам. Придется корректировать по ходу. Забираю телефон Ульяны, выхожу из машины и нажимаю кнопку на брелоке, ставя машину на сигнализацию.

***

Домофон не работает. Без проблем оказываюсь в подъезде и поднимаюсь на третий этаж. По дороге вижу старую надпись, точнее, буквы и сердечко, сделанные мной из горящих спичек, приклеенных к побеленному потолку, и невольно улыбаюсь. Так давно это было, а кажется, только вчера.

Дверь Таисии нахожу без труда, она совершенно не изменилась. Такое ощущение, что я действительно попал в прошлое. Нервно сглатываю и нажимаю на кнопку звонка. Птичья трель отчетливо слышится на площадке и электрическим импульсом проходит по телу. На секунду кажется, что сейчас дверь откроет мама Таси и, как всегда проворчит: «Иди, опять твой беспризорник явился». Улыбаюсь и пропускаю момент, когда дверь открывается.

– Гордеев? – Звонкий голос Таси врезается в меня, словно окатывая ледяной водой. – Ты что здесь делаешь?

– Да вот, заглянул на огонек… – усмехаюсь и окидываю ее внимательным взглядом.

В домашних шортах и футболке она смотрится не хуже, чем вчера в вечернем платье. Длинные стройные ноги, тонкая талия и небольшая упругая грудь. Просто огромный разлет для фантазий. Буквально заставляю себя отвести взгляд от ее прелестей и посмотреть на лицо. Ни грама косметики, чистая и естественная красота. Я думал, таких уже не бывает…

– Напрасно. – Тася недовольно хмурится и складывает руки на груди. Глупо было надеяться, что она обрадуется моему визиту.

– До сих пор обижаешься?

Глупый вопрос. Просто самый идиотский из всех, что я мог задать. Хочется втащить себе, но вряд ли это поможет.

– Не понимаю, о чем ты. – Таисия лишь надменно приподнимает бровь.

– Что, даже чаю не предложишь? – улыбаюсь, пытаясь снизить накал между нами, но опять как-то криво и косо. Все идет не в ту сторону, да и вообще не идет, а катится.

– Кончился, – не моргнув глазом отшивает она меня.

– А кофе? – упрямо продолжаю напирать. Интересно, чем дело кончится.

– Я его не пью.

– Воды у тебя, значит, тоже нет? – усмехаюсь, разгадав ее тактику.

– Для тебя нет, – специально выделяет слово «тебя».

Не дает ни малейшего шанса даже на разговор. Какая жестокая девочка, а я, между прочим, несколько часов сидел под окнами и ждал аудиенции, но ей, конечно же, об этом не скажу.

– Да брось, я по делу… – примиряюще поднимаю руки.

– У нас с тобой нет никаких дел и быть не может. – Тася бьет наотмашь и остается непреклонной. Чувствую себя неопытным пацаном и теряюсь перед ней. Сломать, сломить, заставить – это я могу. Но с ней не хочется применять силу.

– Ясно, – сдаюсь. Не ожидал такой обороны, но, может, и к лучшему. Достаю из кармана гаджет и протягиваю ей. – Вот. Ульяне передай.

– Я что, почта России? – Ее глаза совершенно неожиданно вспыхивают праведным гневом. – Сам не можешь?

– Я не знаю, где ее искать, – равнодушно пожимаю плечами и говорю правду. – А морочиться откровенно лень.

– Меня же нашел? – хмыкает она и гордо вздергивает подбородок.

Невозможная девчонка, ломает меня каждым словом и жестом. А я все чаще смотрю на ее плотно сжатые губы. Внутри стремительно поднимается волна негодования, но я искусно сдерживаю ее.

– Если тебе интересно, – перехватываю ее пристальный взгляд, – я просто подвез твою подругу до дома, а она оставила у меня в машине телефон.

– Мне все равно, – отмахивается Тася, но я нутром чувствую, что лукавит.

Она никогда не умела врать и, по-видимому, так и не научилась.

– Ну телефон хоть передай, – лукаво улыбаюсь, инстинктивно пытаясь произвести впечатление, но она стоит насмерть.

– Хорошо, – кивает и убирает смартфон в карман.

– Ну пока…

– Черт!

Таисия меняется в лице и забегает в квартиру. Я, недолго думая, спешу за ней.

Глава 9 Алексей

– Что случилось? – появляюсь на кухне, осматривая масштабы бедствия.

Чувствуется едкий запах бульона и газа. Видимо, что-то из кастрюли вылилось на плиту и погасило огонь. Тася пытается минимизировать армагеддон, выключает газ и хватается за кастрюлю. Не успеваю ее остановить.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.