# Заговор против королевы и потерянный кошелек

Елена Игоревна Рассыхаева

Аглая Синицына, архивариус с талантом попадать в переделки,

снова в центре событий! Потерянный кошелек, заговор против королевы,

опасные интриги… И это только начало! Спасая королевство,

Аглая раскрывает тайны, мешая неуклюжему инспектору Дюбуа.

Но что будет, когда потеряется уже сумочка? Новое таинственное

послание приводит ее в старую оранжерею, а впереди —

встречи с новыми загадками и, возможно, любовь.

Персонажи:


Аглая «Агги» Синицына: главная героиня, рассеянная, наивная, но с острым умом и неожиданными проявлениями смекалки. Работает (или должна работать) в архиве королевского дворца.


Королева Изабелла: эксцентричная, любящая сплетни и дорогие украшения королева, которая оказывается в эпицентре заговора, сама того не подозревая.


Граф Виктор де Валуа: главный антагонист, высокопоставленный придворный, скрывающий свои коварные планы под маской лояльности. Типичный «злодей-аристократ».


Инспектор Жан-Поль Дюбуа: некомпетентный, самоуверенный, но в глубине души мечтающий о славе детектив, который пытается расследовать «важные дела», мешая Аглае.


Оскар: Загадочный и привлекательный незнакомец, который помогает Аглае в расследовании, но его мотивы не всегда ясны. Возможный любовный интерес.


Мадам Женевьева: владелица антикварной лавки, знающая все сплетни королевского двора и имеющая полезные связи. Источник информации для Аглаи.


Фрейлина Эмилия: правая рука королевы, нервная, суетливая, но преданная служанка, знающая все секреты королевы.


Пролог. “Заговор начинается с пуговицы”


Жизнь Аглаи Синицыной, в принципе, напоминала плохо связанный свитер. То есть вроде бы тепло, вроде бы функционально, но постоянно вылезают какие-то нитки, путаются петли и жутко чешется в районе поясницы. Сегодня, например, все началось с пуговицы. Той самой, единственной, которая удерживала воротник ее любимой блузки цвета выцветшей герани от неприличного распахивания, демонстрируя миру не только безупречную (ну, почти) белизну нижнего белья, но и ее (Аглаинину) нелюбовь к утренним зарядкам.

Пуговица оторвалась в самый неподходящий момент, когда Аглая, пытаясь не опоздать на работу в архив королевского дворца, отчаянно боролась с непослушным зонтом. Дождь, как назло, зарядил с самого утра, превращая улицы города в мутную бурлящую реку. Аглая опаздывала, зонт норовил вывернуться наизнанку, а пуговица, предательски звякнув о мостовую, укатилась в ближайшую лужу и исчезла там навсегда.

«Прекрасное начало дня!» – саркастически подумала Аглая, придерживая одной рукой воротник блузки, а другой – зонт. «Архив, конечно, не подиум, но в таком виде меня точно не пустят. Особенно господин Брюквенштейн. Кажется, у него на нервной почве из носа уже выросла вторая пара очков!»

Господин Брюквенштейн был ее начальником, человеком с лицом унылого мопса и маниакальной тягой к соблюдению правил. Аглая подозревала, что он спит в архивном халате и ест исключительно пергаментную бумагу, предварительно посыпав ее мелко истолченным клеем.

Аглая заранее смирилась с опозданием. За последние три месяца, что она проработала в архиве (о, чудо! Получила должность, о которой мечтала с детства! Правда, реальность оказалась куда прозаичнее…), она умудрилась опоздать уже семнадцать раз. И каждый раз выслушивала от господина Брюквенштейна нудные лекции о важности пунктуальности и ответственности перед короной.

Добравшись наконец до дворца, Аглая попыталась хоть немного привести себя в порядок. Растрёпанные волосы она кое-как заколола найденной в кармане невидимкой (она всегда носила с собой запасную «на всякий случай»), а воротник блузки закрепила канцелярской скрепкой, которую стащила из архива.

«Сойдет», – решила она, критически осмотрев себя в витрине ближайшего магазина. «Главное, чтобы скрепка не отвалилась, когда я буду приветствовать королеву. Иначе это будет позор вселенского масштаба!»

Именно в этот момент, когда она, казалось, окончательно смирилась со своей участью, ее ждал второй сюрприз. Кошелек! Любимый, потрепанный, но такой родной кошелек с изображением кота, вечно пытающегося поймать свой хвост, исчез!

Аглая судорожно ощупала карманы пальто. Пусто. Перерыла сумку. Тоже пусто. Паника начала подкрадываться к ней, как крыса к куску сыра.

«Нет, это уже слишком!» – возмутилась она вслух, привлекая внимание прохожих. «Сначала пуговица, теперь кошелёк! Кто-то явно решил испортить мне этот и без того чудесный день!»

Аглая знала, что в кошельке, кроме денег, лежали важные вещи: пропуск в архив, фотография её любимой бабушки и (самое главное!) рецепт невероятно вкусного торта, который она планировала испечь на день рождения господина Брюквенштейна. (Не то чтобы она его любила, просто надеялась подлизаться и получить прибавку к жалованью.)

«Ладно, – решила она, отбросив панику. – Сначала работа, потом поиски кошелька. Может, он просто выпал из архива. Или его стащила та наглая ворона, которая вечно кружит возле дворца».

С этими мыслями Аглая скрепя сердце (и блузку канцелярской скрепкой) вошла во дворец, совершенно не подозревая, что потерянный кошелёк – это лишь первый, самый незначительный элемент огромного и опасного заговора, который вот-вот развернётся в стенах королевского дворца. Заговора, который начнётся с пуговицы, продолжится пропажей и, кто знает, чем закончится… Но Аглая, к сожалению (или к счастью?), об этом пока не знала. Её ждала рутина архива, ворчание господина Брюквенштейна и, возможно, шанс доказать, что даже самая рассеянная сотрудница способна спасти королеву… и, конечно, вернуть свой любимый кошелёк.


Глава 1. “Пропажа века и дырявый карман”


Как и следовало ожидать, господин Брюквенштейн встретил Аглаю, как бульдог – почтальона, принёсшего ему счёт за газ. Его мопсообразное лицо сморщилось в ещё более выразительную гримасу, а из носа, казалось, вот-вот выскочат новые очки.

«Синицына! Вы опять опаздываете! Вы хоть понимаете, что здесь, в архиве, хранится история государства! Каждая минута промедления – это удар по его репутации!» – проскрипел он, поправляя очки и грозно глядя на Аглаю.

Аглая, как опытный боксёр, уклонилась от словесного удара и, виновато потупив взгляд, пробормотала: «Простите, господин Брюквенштейн. Пробка. И… дождь».

Она опустила взгляд на свою блузку, надеясь, что господин Брюквенштейн не заметит скрепку. К сожалению, он заметил.

«Что это у вас такое?» – прошипел он, указывая на ее воротник тонким, как соломинка, пальцем. «Вы что, решили, что архив – это костюмированный бал? У вас есть хоть капля уважения к королевскому двору?»

– Это… просто… пуговица оторвалась, – пробормотала Аглая, чувствуя, как краснеют ее щеки. – Я сейчас пришью ее.

– Пришьёте? В рабочее время? Вы, Синицына, просто находка для комиссии по трудоустройству бездельников! – господин Брюквенштейн, казалось, был готов взорваться.

– Простите, – повторила Аглая, чувствуя себя полной идиоткой. – Я больше так не буду.

«Надеюсь», – отрезал господин Брюквенштейн. «А теперь – за работу! Вам поручено разобрать документы, касающиеся правления королевы Марии-Антуанетты. Там полный хаос! Все перепутано, как мысли в голове сумасшедшего шляпника!»

Аглая вздохнула. Работа в архиве, как она уже поняла, была не такой романтичной, как она себе представляла. Вместо увлекательных поисков сокровищ и разгадывания древних тайн её ждали пыльные стеллажи, скучные документы и постоянные придирки господина Брюквенштейна.

Она направилась к своему столу, спотыкаясь на каждом шагу. С координацией у нее было примерно так же, как с умением господина Брюквенштейна шутить. То есть все было очень плохо.

Разбирая бумаги, Аглая погрузилась в мир париков, кринолинов и дворцовых интриг. Она просматривала письма, указы, счета и прочие документы, касающиеся жизни королевы Марии-Антуанетты. Работа была монотонной и утомительной, но Аглая старалась сосредоточиться. Она очень хотела доказать господину Брюквенштейну, что она не просто «клад для комиссии по трудоустройству бездельников».

И вот, когда она уже почти потеряла надежду найти что-то интересное, ей попался на глаза странный документ. Это был пергаментный свиток, запечатанный королевской печатью. На свитке был написан какой-то текст на старофранцузском языке.

Аглая, хоть и учила французский в школе, с трудом понимала текст. Но ей удалось разобрать несколько слов: «Заговор», «предательство», «королева», «опасность».

Сердце Аглаи бешено заколотилось. Что это? Неужели настоящий заговор? И против кого? Против королевы Изабеллы, которая сейчас правит?

Она попыталась прочитать свиток дальше, но текст был повреждён временем и плохо читался. Аглая решила показать документ господину Брюквенштейну. Он наверняка знает, что это такое.

«Господин Брюквенштейн!» – взволнованно позвала она, подбегая к его столу. «Я кое-что нашла! Кажется, это что-то важное!»

Господин Брюквенштейн оторвался от чтения какой-то старинной книги и посмотрел на Аглаю с подозрением.

“Что такое, Синицына? Опять какая-то ерунда?”

Аглая протянула ему свиток.

“Я думаю, это что-то о заговоре против королевы!”

Господин Брюквенштейн взял свиток, нахмурился и начал читать. Через несколько минут он отложил свиток и раздражённо посмотрел на Аглаю.

“Синицына! Вы опять выдумываете! Это просто старый документ. Ничего важного. И вообще, занимайтесь своей работой!”