Андрей Степанов
Стиратель границ. Том 1

Пролог

– Бавлер! Бавлер!

Спросонья я не сразу понял, кто меня зовет, медленно приоткрыл глаза, но рука куда быстрее сунулась к короткому ножу. Он был лучшим стражником, несмотря на то что в соседней комнате находился Левероп – крепкий и рослый мординец, вот уже несколько недель выступавший в роли моего телохранителя.

– Бавлер! – донеслось уже в который раз из-за двери, а я даже голос распознать сразу не смог, но все же разлепил глаза и заставил себя подняться.

В дверь начали тихонько, но дробно стучать. Настолько настойчиво, что я в полной темноте, заспешив, споткнулся о ножку собственной кровати.

Ругаясь громким шепотом, я запрыгал на одной ноге, но так и не выпустил ножа из рук. После трех покушений за две недели впору было целой армией обзавестись. У меня она и так была, но защищать меня одного не могла.

Чтобы не превратиться окончательно в Фиделя Кастро, я подошел к двери почти неслышно, встал со стороны толстой бревенчатой стены и крепко сжал рукоять ножа в ладони:

– До утра не терпит? – раздраженно спросил я.

– Нет! – громко ответили из-за двери. Аврон. Помощник. Я выдохнул:

– Что же за дела такие опять? Ночью!

– Ну, никто не виноват, что ты назвал нас Рассветом, – помощник ехидно хихикнул за дверью. – Фелида просила тебя позвать. Хотела пораньше, но до полуночи не успела.

– Да ну!

– Ее слова, – воскликнул Аврон.

Я еще раз вздохнул. Столько сил было потрачено на Рассвет, за прошедшие месяцы, что хотя бы в ноябре я планировал выспаться. Но не судьба, похоже.

– Одеваюсь, – пробурчал я. – Буди Леверопа.

Я вернулся к кровати, накинул на плечи сперва большой палантин, потому что к ночи было уж совсем холодно за пределами нагретой кровати. До поиска подходящей спутницы я так и не дошел. С ней-то в кровати было бы куда теплее.

Почти потухший очаг подарил мне тлеющую щепу, которой я разжег пару свечей. В Рассвете старых технологий особенно не было, хотя та же Фелида рассказывала мне, что можно было и свет получать так, чтобы даже ночью было ясно, как днем. Но это отдельная история – жили мы, как в Средневековье: лошади, телеги, мечи, самострелы. Уставшие крестьяне и мрачные солдаты. Нудные и правильные монахи, бунтари-правители и наглые представители Совета какого-нибудь из городов-государств, будь то Пакшен или Мордин – ближайшие соседи Рассвета.

В сундуке рядом с кроватью я нащупал одежду, сбросив плотный кожаный доспех на пол. Нацепил на себя рубаху, потом накинул кафтан с меховым воротом. Волчья шерсть не очень приятно пахла, но была теплой.

Под основной одеждой в сундуке нашлась и футболка, которую мне так и не удалось привести в порядок. Надпись «Москва», сделанная яркими красными буквами, напоминала о том, что родился я совсем не здесь.

– Ну, чего у вас? – негромко спросил я, наконец-то одевшись и выбравшись из комнаты. За дверью стоял Аврон.

– У нас – три часа ночи, – бравурно выдал он, заставив меня смерить его почти убивающим взглядом.

– Я понятия не имею, что происходит, – сонно выдал Левероп, как ни странно, успевший накинуть свой кожаный жилет поверх рубахи. На поясе – ножны с более широким и тяжелым, чем у меня, мечом.

– До рассвета еще далеко, – мрачно заметил я. – Но у тебя на лице беспокойства не вижу и это пугает еще сильнее, чем если бы оно было. Что-то у Отли в Валеме?

– Нет. Бавлер, нет, – быстро заговорил Аврон. – Ничего дурного не случилось. Идем к Мати.

– В таверну? Зачем? – спросил я в полнейшем недоумении.

– Фелида просила позвать, – напомнил помощник. – Правитель Рассвета должен там быть.

– Собрание?

– Собрание-собрание, – скороговоркой отозвался он. – Идемте! – и чуть ли не за руку поволок нас вниз по лестнице.

– Ничего не понимаю, – проворчал Левероп.

– Я тоже, – отозвался я.

Ожидать дурного все же имело смысл. Не так давно напали на Отшельника – старик-ментор получил несколько ударов мечом, но выжил. Подпалили одну из моих северных деревень, только получили приличный отпор с трех сторон.

Но в Рассвете было тихо. Только факелы, что горели по улицам, потрескивали, играя странными тенями на стенах домов. Мы миновали рынок, прошли несколько жилых кварталов и добрались до таверны Мати. Рассвет, как город, был невелик, но я чувствовал свою ответственность за его создание и воспринимал его так же, как Петр Первый смотрел на Петербург. История, чтоб ее…

Навстречу попалась пара стражников, что сегодня патрулировали в ночь. Они мирно переговаривались ни о чем и, казалось, были совершенно поглощены разговором. Но, заметив меня, закончили разговаривать и поприветствовали меня в голос, не кивком.

Это окончательно убедило меня в том, что все в относительном порядке.

– Погоди, Бавлер, – Аврон встал у двери первым. Левероп занял позицию сзади. – Сейчас проверю, все ли в порядке.

– В порядке? У Мати? Ты с ума сошел, или как?

Помощник, что был меня от силы на полгода младше, но зато и на полголовы ниже, притворно нахмурился, отворил дверь, образовав крохотную щелку, в которую мог заглянуть только он, и кивнул, обернувшись на меня:

– Можно заходить, – заявил он, распахнув дверь.

– Да что там за… – я уже начал всерьез сердиться, но в глаза ударил свет множества свечей, которые заставляли таверну сиять похлеще новогодней елки.

– Привет, Бавлер! – подскочила ко мне Фелида, а я даже в таверну войти не успел. – Удивлен?

– Еще как! – воскликнул я, глядя на человек сто, если не больше, которые набились в таверну. И кого там только не было: Перт, Торн, Фелиппен, Конральд, Отля, Крол и Окит, Орек… перечислять тех, кого я знал по имени, можно было долго, но знакомыми лицами оказались все до единого. – Вы весь Рассвет сюда втиснули? – улыбнулся я, с легким недоверием глядя на толпу. – А что за повод?

– Ты забыл? – Фелида округлила глаза. Начавшие виться волосы удачно прикрывали часть шрамов на ее довольно миловидном лице. – Не удивлена! Мати!

Она точно отдала приказ. Позади толпы, на стойке, где обычно сидели рассветовские работяги, Мати поднялась выше голов всех присутствующих и махнула руками, в одной из которых виднелся деревянный молоток.

Все разом обернулись на хозяйку таверны:

– Три… Два… Один!

Деревянный молоток с гулким ударом отшиб пробку на небольшом бочонке объемом литров сто.

– С днем рождения, Бавлер! – крикнула Фелида.

– Ура-а-а! – заревела толпа.

Я вздрогнул. Так не кричали даже солдаты Анарея, чей форт прикрывал нас с дальнего берега Нируды во время контратаки на вражеские отряды.

Фелида стояла рядом и улыбалась. Аврон сиял чуть в стороне. Знакомые лица из тех, кто собрался не просто выпить пива от Арина, успели даже поднять кружки прежде, чем осушить их.

– Ты помнила, – сказал я смущенно.

– А ты, как всегда, забыл, – фыркнула она.

– Спасибо, – искренне добавил я и посмотрел на людей. Большая часть собравшихся благополучно забыла на следующие несколько минут о моем существовании. – Но как тебе удалось заставить такое количество людей собраться здесь?

– Запомни, наконец, что тебя любят, – она закатила глаза. – Ты спас тысячи человек, предоставив им убежище. Как бы между Пакшеном и Мордином до сих пор война. И даже те, кто не попал на нее, настолько боятся оказаться там, что готовы и дома оставить.

– Но от войны здесь все равно не спрячешься, – сказал я негромко, чтобы не пугать людей.

– Для большинства тех, кто хотел убежать, она осталась там, – добавил Конральд. – Но те, кто понимает, как устроен этот мир, уже стоят на рубежах. Восстанавливают Нички после нападения. Строят Бережок с Киротом.

– А его здесь нет?? – я прищурил глаза.

– Наш хитрый торговец сказал, что ему надо проконтролировать кое-какие важные процессы… – начал было Конральд, но его перебил Аврон:

– У него очередная сделка с Полянами.

– Простительно, – согласился я. – А Латон тоже решил поработать?

– Ты можешь хотя бы в свой праздник не думать о делах? – нетерпеливо вспыхнула Фелида. – И проблемах!

– Проблем у нас предостаточно, чтобы не думать о них, – возразил я. – Ничего удивительного, что я постоянно об этом думаю.

Она лишь в очередной раз закатила глаза и даже отошла на пару шагов в сторону – кто-то решил с ней поговорить, и она воспользовалась этим моментов. Я же смотрел по лицам и одежде: ни одного красного балахона. Похоже, что Мьелдона тоже здесь не было – он у меня в Рассвете представлял Монастырь.

– И каково тебе быть правителем? – спросил Вардо, подойдя ближе ко мне. – Попробовал несколько месяцев, проверил свои силы.

Я внимательно посмотрел на его благородный профиль с окладистой бородкой, которую он отпустил в последние недели. На его фоне Конральд выглядел коротышкой, Аврон – безусым юнцом, а Перт, что отвечал за безопасность города Рассвет, смотрелся настоящим шкафом.

– Сложно, – я пожал плечами. – И легко одновременно.

– Потому что ты делаешь все в одну сторону, – добавил Вардо.

Я глянул на него с интересом. Раньше он никогда не позволял себе никакой критики в мой адрес. Тем более, что именно я сделал его главным в городе.

– Пойми, структура у тебя правильная, ты разделил город и прочие селения, – взялся пояснять он. Мимо прошла Фелида, с притворной усталостью фыркнула и двинулась дальше. – Похоже, не все в твоем окружении хотят заниматься делами, коих куда больше, чем кажется на первый взгляд.

Я предложил Вардо присесть за свободный столик, который усилиями той же Фелиды никто не занимал. И пока тот усаживался поудобнее, я подумал, что, действительно – он прав.

У меня – только поверхностная система. Безотчетная. А ведь есть не только город Рассвет. И Рассвет вообще. Точно так же, как существуют Пакшен и Мордин, названия которых относятся и к городам, и к территориям. И в обе территории Рассвет нагло влез за пару недель до дня моего рождения.

– Ты же прекрасно понимаешь, что ты не можешь просто захватывать земли, как ты поступил с Заречьем, – проговорил первым делом Вардо.

– Понимаю! – воскликнул я. – Понимаю! Мордин не оказал сопротивления и надо бы развить успех, чем и занимается Анарей.

– Хорошо, – Вардо принял из рук Мати кружку с пенным напитком. Вторую она вручила мне, широко улыбаясь.

На вид Мати было около тридцати. На крепких плечах этой хозяйственной женщины на первых порах существования Рассвета держалось питание всех жителей.

– С днем рождения, Бавлер, – она не сразу отпустила кружку, наградив меня еще и долгим взглядом. Я поблагодарил ее и, как только она отошла подальше от стола, Вардо продолжил:

– Не только война решает. И не только наполовину мирный захват земель, – он сделал небольшую паузу. – В самом начале мы отлично работали. Дороги. Дома. В последние недели все замедлилось.

Я потянул из кружки, размышляя над его словами. Здесь же все было не так, все иначе. Интересно было смотреть на людей, как они живут буквально этим днем, не представляя того, что случилось раньше.

А ведь всего три сотни лет назад мир был другим. Более совершенным. Полным смертоносного оружия, которое и вернуло мрачное средневековье в жизнь абсолютного большинства. Я же старался вытащить их оттуда всеми силами. Отдалить от бессмысленных смертей, сделать жизнь лучше. И попутно разобраться в том, кто же так усиленно добивает остатки людей.

Вардо, как и прочие приближенные ко мне люди, оказывали посильную поддержку. Советовали, помогали, кто умением, а кто знанием. Если верить Фелиде, сегодня мне исполнилось семнадцать лет. Если продолжать ей верить, то в благополучное прошлое, оставшееся лишь в книгах далекого Северного Союза, люди в моем возрасте ходили в школу или колледж, бездельничали и даже не хотели что-либо делать, кроме как получать удовольствие от жизни.

Я же намеревался добавить вкуса к жизни всех, кто пришел в Рассвет. А их сейчас было больше трех тысяч человек! Не сравниться, конечно, с Пакшеном, где должно быть около двадцати тысяч. Или Мордином, вероятно, таким же по населению – у меня не было уверенности в том, сколько людей там сейчас проживает.

В любом случае, их армия, построенная по принципу «один солдат на десять жителей», что вполне удовлетворяло любым средневековым принципам, превышала по численности весь мой Рассвет.

– Посуди сам, Бавлер, – продолжил Вардо, на некоторое время тоже отвлекшийся на содержимое кружки. – Уже лег снег. Ноябрь. Но люди к нам все еще прибывают. Несмотря на историю с Ничками, несмотря на все прочее – прибывают. Постепенно. Понемногу. Но за последнюю неделю их уже около сотни набралось.

– И будет только больше, – отозвался я, – потому что Поляны больше не поставляют в Пакшен продовольствие.

– Именно. Кироту стоит пересмотреть свои торговые обязательства, – Вардо сложил руки на груди, отставив деревянную кружку подальше от себя. – Если прибудут еще люди, нам не хватит провианта. Своего мы ничего не вырастили. Более того, охотники…

– Это стабильная ситуация, Вардо, – мирно возразил я. – У нас есть проблемы. Где-то не очень много запасов продовольствия. Где-то тесно живут люди. Но Рассвету сколько? Полугода даже нет. Все решится. Латон валит лес – он даже не пришел сюда, настолько занят. Или умотался. У Крола тоже все хорошо. Мы можем договориться насчет провианта с Заречьем, разве нет? Не могут Поляны прокормить наши тысячи горожан.

Вардо посидел в раздумьях, потом снова протянул руку к кружке с пивом:

– Ты еще молод, конечно… – он снова отставил кружку. Делай он это чуть чаще, у меня бы уже в глазах рябило. Казалось, что он усиленно ведет разговор в другую тему. Замедление…

– Лучше скажи, о чем ты? У нас в Рассвете делают кучу всего! Производства налажены, недавно запустили кузни у Крола и в Валеме. А ты сам понимаешь, что возле Нируды очень важно иметь такое производство. Сплавили по реке – в Бережок. По переправе закинули в форт. Оттуда – в Нички. Или в Заречье.

– Я говорю о том, что у нас простаивают строители, которые не хотят…

– Вот именно, Вардо, – подчеркнул я его же последние слова. – Они не хотят. Но могли бы присоединиться к любой другой работе. Сколько сейчас у нас таких отдыхает? Человек пятьдесят?

– Около сотни в одном только Рассвете, – ответил Вардо. – Но говорят, что в Валеме такие тоже есть.

– Едва ли… – усомнился я. – Отля!

Невысокий правитель Валема, деревни севернее Рассвета, что расположилась на покатом берегу Нируды, подошел к нам ближе и без приглашения сел за стол. Когда Вардо объяснил ему свою проблему, тот лишь усмехнулся:

– Мои ребята сейчас вовсю строят мост в Заречье, – начал он. – В Валеме тоже все при делах. А весной, когда будем канал до Рассвета строить… Ты же не передумал, Бавлер?

Я улыбнулся. Отля был отличным парнем, спокойным и работящим. И если Вардо изо всех сил собирал какие-то данные, его «коллега» мог за то же время переназначить всех желающих и убедить нежелающих работать снова.

– А давно ли ты был в Валеме? – спросил я Вардо. – Там, мне кажется, дела обстоят даже лучше, чем в Рассвете!

Невинная фраза сразу же исказила лицо городского правителя. Он довольно быстро справился с собой, уверенный в том, что я этого не заметил. Но как можно пропустить такую ярость, хоть и на долю секунды мелькнувшую на лице!

– Обязательно посмотрю, – он повернулся к Отле, кивнул ему, затем распрощался со мной и вышел из-за стола.

– Похоже, что ты его сильно обидел, – подметил тот. – А меня считает карьеристом. Из простых строителей в правители пусть деревни, но такой, что лучше, чем то, чем он сам управляет.

– Но не создал, – отметил я. – Это разное.

Отля лишь усмехнулся на это. Возможно, я действительно обидел Вардо. За последнее время жизнь складывалась так, что обижал я многих. Досталось и Отшельнику, и Фелиде. Арину – тому самому, что руководит Ничками, восстанавливающимися после нападения. Сложно быть политиком!

– Бавлер, – Конральд подошел к столику почти неслышно. – Надо поговорить. Севолап согласился сотрудничать.

Пришлось незаметно покинуть празднование и выбраться на холодную улицу. Может быть, я даже зря обидел Вардо, сказав ему, что стоит заняться сотрудничеством с Отлей. К тому же сам Отля после праздника явно отбудет в Заречье – строительство добротного моста через бурную речку требует много сил.

Рассвет строил я – до определенного момента, пока не понял, что не могу полностью погрузиться в работу над единственным селением. Тогда я и поставил Вардо ответственным за город Рассвет. А сам занялся, если так можно выразиться, укреплением внешних рубежей.

Это сложно. Не только из-за возраста. Говорят, Иван Грозный взял Казань, когда ему пятнадцать лет было, так чем я хуже? Рядом со мной люди, которым я доверяю. Которые работают. И их немало, что очень важно. Стал бы я мускулами играть, имея лишь сотню крестьян?

Сложно не из-за моих людей. А из-за тех, кто считает, что если создалось новое селение, новая сила, то ее надо непременно использовать! Монастырь имеет одни цели, Пакшен и Мордин – совершенно другие. В том числе еще и относительно друг друга. А более того, сложно понимать, какие там действуют кланы!

Мы шли с Конральдом по где-то мощеным, а где-то еще покрытым пылью и снегом улицам, довольно ровным и аккуратным. Они значительно выросли в длину, так что было время поразмыслить над тем, что за силы «зла» собрались вокруг.

Рассвет, как государство, включал в себя несколько селений, помимо столицы. Это был Бережок, деревня с очень сложной историей, которую сейчас превращал в центр торговли Кирот. Тот самый, который открестился от посещения моего праздника. Были Нички, где жил Арин. Типичная деревня, но Арин был пивоваром, который успешно варил хмельной напиток в количестве, достаточном для всего Рассвета. Нички располагались восточнее Бережка, на том же берегу реки Нируды – широкого водного полотна, которое могло быть естественной границей. Нички прикрывал форт, отстроенный капитаном Анареем – беглецом из Пакшена, которого я приютил вместе со всеми его отрядами. Вообще, оттуда много народу бежало.

Еще восточнее, но уже за берегами речки Крали, находилось Заречье. Все это: Нички, Бережок, Форт и Заречье – новые земли Рассвета. Новые, потому что Рассвет отнял их у Пакшена и Мордина. Нички, Бережок и Форт – земли Пакшена, а Заречье, которое включало в себя несколько средних деревень – земли Мордина.

Уникальное положение Рассвета позволяло мне без опаски «хулиганить», а проблемы с моими северными соседями и вовсе лишили меня страха. Мордин и Пакшен воевали. Но при этом были группировки в Советах, которые хотели мира. Передела или перемирия – и в этом были свои тонкости.

Например, Миолин, правитель Пакшена, разругался с собственным Советом и вышел к нашим границам с сотнями воинов и простых жителей. За это его убили, но люди остались в Рассвете. Совет Пакшена в свою очередь делился на тех, кто хотел войти в состав Мордина, и тех, кто готов был биться до конца.

К счастью, я не так хорошо был знаком с правителями Мордина, но зато мординское дворянство, тоже перебежавшее в Рассвет, стало прекрасными наемными убийцами. Например, Килос, брат Леверопа, моего телохранителя – он по наущению Севолапа был организатором третьего покушения на мою жизнь. Вероятно, мординским я просто не нравился – они уже успели на мои земли напасть, еще в конце лета.

Еще имелся Монастырь и Пирокант, который был главой его Совета. Верховного, если мне не изменяла память, так как это место я не посещал уже давно. Там жаждали иного объединения земель – уже вокруг Пакшена, потому что только там остался Орден. Назвать его иначе, как мускулами Монастыря в миру, я не мог. Но Орден развалился. Сложная история.

И вообще все вокруг было довольно сложным. Несколько сторон конфликта, многогранные Советы и простые люди, которые хотели сбежать. Чтобы быть совершенно честным, скажу, что в Рассвете тоже не всем понравилось. Некоторые даже ушли обратно или осели в Бережке или Ничках, где было гораздо привычнее, чем в самом Рассвете.

Дело в том, что я отказался от денег внутри Рассвета. Это не требовалось на начальных этапах и не тяготило до сих пор, даже когда население заметно увеличилось. Кому-то это мешало. Кому-то нет. А потом мое маленькое государство жило своей собственной жизнью.

– Пришли, – доложился Конральд, когда мы подобрались к одной из сторожевых башен, окружавших основную часть Рассвета.

– Вы заперли его здесь? – я посмотрел на основание башни, сложенное из коротких, но толстых бревен.

– Тюрьмы у нас пока что нет, – он пожал плечами, повернул ключ и вошел.

Пленник даже не пошевелился. Он сидел на невысокой деревянной скамье, настолько неудобной, что ноги ему пришлось вытянуть почти до самой двери. Но достать до нее, чтобы как-то шуметь, он не мог.

Связанные грубой веревкой, в которой я разглядел очередной продукт Рассвета, руки прятались за спиной, а сам Севолап был одет в рубище, соответствующее погоде: ободранная меховая жилетка, да тряпки. Руки и ноги, чтобы избежать обморожения, ему замотали в полосы шкур. Бывший советник Миолина заметно потерял в весе, но несмотря на изможденный вид, он все равно поднял голову, чтобы посмотреть на меня:

– Бавлер… – почти простонал он.

– Так он признался? – спросил я у Конральда.

– Признался, конечно, – последовал ответ. Севолап закивал. От его прежней наглости не осталось и следа.

– Так он будет сотрудничать? – я нарочно игнорировал бывшего советника Миолина, но он все равно ответил. Даже не ответил, а почти выкрикнул:

– Буду!

Удовлетворенный ответом, я вывел Конральда из башни и захлопнул дверь, оставив Севолапа в полном одиночестве:

– Еще пару дней подержишь, а потом можно будет выпустить под надзор, – приказал я.

Задул сильный ветер, пронизывающий до самых костей. Шумно затрепетало пламя факелов, что висели возле двери. С земли поднялся снег, и даль потемнела, словно весь Рассвет вдруг скрылся во мраке.

Хорошо, что никто не знал о том, кто я и откуда. Ни о моем происхождении, ни о том, что я помню историю – а за редким исключением никто не знал, что происходило даже пятьдесят лет тому назад. Иначе бы уже слушал про «плохие знамения» – хотя от Конральда, серьезного наемника, я бы такого точно не услышал.

Простые люди уже давно прозвали меня «Стирателем границ», потому что я впервые на их памяти сдвинул эти самые границы. Так что нечто народно-оригинальное подобная ноябрьская погода точно могла вызвать.

– А что делать с проблемой на юге? – вздрогнул наемник, скорее тоже от холода, как и я. – Людей этот купол все больше беспокоит.

– Купол держит то, что создала магия, – вздохнул я. – Купол магический, мертвяки в нем – тоже магические. Пусть так и останется до поры до времени.

Наемник недоверчиво покачал головой. Он был прав. Следы прошлого в южных лесах Рассвета могли вызвать массу проблем, если Монастырь решит отвернуться от нас. Но пока решение «терпело», и я мог сосредоточиться на более серьезных проблемах.

– Обнесите забором повыше, чтобы люди не волновались, – вздохнул я.

Наемник потоптался рядом, точно не уверенный в том, что ему предстоит делать, а потом протянул широкую короткопалую ладонь:

– С днем рождения, Бавлер!

Глава 1. Среди обилия селений

Севолап сдержал свое слово и всю зиму, довольно мягкую, кстати говоря, Рассвет провел в спокойствии и бытовых хлопотах. Он был из той партии Совета Пакшена, которая желала войти в состав Мордина и требовала от меня вывести людей из Заречья, да и вообще отдать все, что только можно, самому Пакшену.

Отдавать я не собирался ровным счетом ничего, а Севолап честно поддерживал меня в этом после двух недель заключения. Быстро же он переобулся, решил я еще тогда. А сейчас, в апреле, когда снег уже много дней, как сошел с полей и крестьяне отправились сажать яровые, пока охотники сделали перерыв, давая животным обзавестись потомством, я понял, что серьезного разговора мне все равно не избежать.

По причинам того, что многие, кто знал о проделках Севолапа, не понимали, как я такого человека стараюсь держать как можно ближе к себе.

– Ничего удивительного, – объяснял я Латону, в очередной раз прибыв в Южную. – Врагов надо вообще перед глазами ставить, чтобы они думали, что они – приближенные, а ты просто смотришь постоянно, что они творят.

Латон тоже входил в Совет, который значительно разросся после того, как ко мне присоединились новые территории. В него также входили Вардо и Кирот, Отля и Арин, а еще Анарей, которого я попросил прислать кого-нибудь в виде заместителя. В Совете Рассвета также находились Конральд, Перт и Аврон. Фелида тоже после зимы входила в его состав. Вернулся туда и Отшельник, полностью восстановившийся, но так и не отрастивший старящую его седую бороду.

– Вот отвлечешься ты, Бавлер, – вздыхал Латон, – и получишь в очередной раз ножом по ребрам.

– Поэтому я и не расслабляюсь, – парировал я. – Как идут дела в Южной?

Рассвет – это не только столица. И не только новые земли. Самое большое селение, где проживало больше тысячи человек, появилось буквально в чистом поле, где я когда-то спас Аврона от стаи диких собак. Вот было же время! Ни людей, ни животных – одна трава.

Теперь один только Рассвет включал в себя больше сотни строений, близлежащие фермы и огромное количество распаханных полей. Кроме него и Валема, что располагались на открытых равнинах, в леса вдавался Грунд с Кролом-плотником в роли руководителя и та самая деревня Южная, которой правил Латон.

Один из самых спорных персонажей-правителей в моей системе, он отлично работал и руководил, но стоило ему попасть в какую-нибудь передрягу и все шло наперекосяк. Впрочем, при должном количестве охраны у него проблем не возникало вовсе, а трудовые порывы были куда мощнее, чем у прочих.

Итак, в моем подчинении находились не только тысячи человек… Нет, не так. Под моей опекой находились не только тысячи человек, но еще и несколько селений: четыре деревни в Заречье, две деревни с северной стороны Нируды и еще три деревни в Пустошах, на ничейных землях. Не зря же наша встреча с Авроном произошла при поддержке диких собак.

На самом деле равнины и леса к югу от Нируды давным-давно уже назывались Пустошами по одной причине – никто не мог и не хотел здесь селиться. В этих местах, даром что скрывающих под землей десятки тысяч тел, сгинувших в давно забытой битве, водились и огромные монстры, и кровожадные хищники. Да и сам лес, который был естественной преградой, огибавшей мои земли еще южнее, тоже был опасен.

Потому-то здесь и не селился никто, хотя на деле оказалось, что сперва достаточно нескольких ловких охотников, а потом уже и небольшого вооруженного отряда, чтобы защититься от естественных угроз. Отсюда началась история Рассвета.

После визита к Латону я предпочел вернуться в свое жилище. Несмотря на то, что меня все называли правителем, собственного дворца у меня не было. Не было у меня даже каменных домов в Рассвете, что я, разумеется, считал большим недостатком.

Зимой особенно строительством никто не занимался, как и бумажной работой, однако весна требовала корректировок, а корректировки основывались исключительно на данных о жителях в разных селениях.

Позаботился я об этом сильно заранее, чтобы понимать, какие площади засевать и на какие запасы скота рассчитывать. В подробности хозяйственной деятельности я старался не вдаваться – не было особого смысла погружаться в это дело. К тому же, большую часть работ в столице я уже попробовал.

Превращаться же полностью в Петра Первого я не горел желанием. Фелида рассказывала, что тот правитель, хотя и великий, жизнь закончил рано и в муках.

От Анарея о делах в Заречье мне докладывал его заместитель Иллинат, которого он сам попросил величать не иначе, как лейтенантом. Сам Анарей находился в должности капитана, тогда как, например, Перт, отвечавший за безопасность, так по привычке и откликался на сержанта. Забавная была ситуация!

К счастью, оба они, что долговязый и светловолосый Иллинат, что коротко стриженый и широкоплечий Перт нормально относились к такой ситуации и мне не приходилось разбираться в их возможных вопросах подчинения и субординации. Казусов вообще было немало.

Как и в тетради, которую я держал при себе для того, чтобы отмечать события и вести какую-никакую статистику. Но если раньше я предполагал, что это все – одна большая игра, в которой психи вроде барона Баризона или графа Киетона постоянно вопили про какие-то уровни, как в дешевой ролевой игре, с чего я до последнего думал, что именно в ней и нахожусь. К счастью, это было совершенно не так.

Но не отнимало у меня возможностей отчасти воспринимать происходящее, как нечто стратегическое, где я принимаю решения, а потом смотрю на последствия. Подобное случалось гораздо чаще, чем попытки втиснуть уровни и формулы в реальную, как оказалось, жизнь.

Ведь девять поселений что-то производят и что-то потребляют. Между ними существует какая-никакая логистика, а еще их все нужно охранять. Так что параметров у столицы и деревень вокруг нее получилось очень даже много! К счастью, не настолько, чтобы мне не хватило карандаша, но бумага довольно быстро заканчивалась.

В дверь постучали. Тишина и спокойствие никогда не были моими спутниками на достаточно долгий период времени. И потому я не очень удивился, когда меня в очередной раз взялись отвлекать от дел.

– Орек пришел! – Левероп приоткрыл дверь и впустил кузнеца.

Если бы оба носили одно и то же, их очень легко можно было перепутать. Пожалуй, даже нас троих можно было бы перепутать, глядя на строение тела. Тем не менее, кузнец с его переразвитым плечевым поясом в определенном ракурсе выглядел куда внушительнее моего телохранителя с его полуторным мечом за поясом.

– Обычно я тебя вижу только за работой, – сказал я после того, как его пальцы с усилием тисков обхватили мою ладонь. – Но сегодня ты пришел, значит, есть определенная проблема?

– Бавлер, – грубовато начал Орек. – Ты прям все мои слова за меня сказал. Даже не знаю, с чего начать!

– С проблемы, – улыбнулся я. – Как будто мне впервой такое слышать.

– Ну, – все равно замялся кузнец, – нам сильно не хватает металла!

– Сильно? – переспросил я в надежде на то, что кузнец точно скажет, что не хватает, допустим, двадцати слитков в неделю – а это уже целых сто килограммов, не меньше.

– То, что везут нам из Бережка, расходуется слишком быстро, – развел руками Орек. – Мне с ребятами хватает всего на два дня!

– Тебе с ребятами, – я почесал в затылке. – А сколько вас, ребят, теперь? У тебя было два помощника раньше, а сейчас…

– Сейчас еще три, а тех двоих я отпустил – один ушел в Валем, другой забрался в Грунд, к Кролу. Там инструмент расходуется быстро, так что… – он снова развел руками в уже привычном жесте.

– То есть, у нас теперь три кузницы здесь, плюс… – я задумался, оборвав себя на полуслове: – Так ведь есть еще и Заречье, туда наверняка тоже отправляется металл. Но ведь пару месяцев назад всего хватало! Может, запросы выросли? – настороженно спросил я, прекрасно понимая, что если я не погружаюсь во все процессы с головой, чего мне так не хотелось, то я не могу со стопроцентной уверенностью знать обо всем происходящем.

– Бавлер, – Орек вроде бы как и говорит с охотой, но в то же самое время все равно мешкал: – Сейчас весна. Время пахоты. Знаешь ли ты, что чаще всего происходит в это время?

– Крестьяне сеют зерно? – предположил я не менее осторожно, чем говорил Орек. Тот слабо улыбнулся:

– Проверяют инструмент и узнают, сколько стало негодного. А учитывая, что сельским хозяйством все начали заниматься только в этом году, едва ли у нас вообще было достаточно инструмента для работы. Да и после зимы очень много инструмента у лесорубов пришло в негодность…

Он взялся объяснять, что есть и рост заказов, и распределение материала между кузнецами – ведь в каждом селении, как только появляется кузнец, сразу же появляется острая необходимость в большом количестве самых разных мелочей!

– Проще переговорить с Киротом, – предложил Орек, – чтобы наши поставки были больше.

Я лишь покивал ему в ответ, а потом с грустью посмотрел на тетрадь. Снова ее придется заполнять на ходу! Но проблемы в этом не было никакой – не в первый раз. Только вот в седло не влезешь.

Кузнеца я отпустил обратно – пусть работает, с чем есть. А вот насчет его проблемы – решать их только мне. Пожалуй, надо было свыкаться с титулом «Решатель проблем», а не «Стиратель границ».

Несмотря на раннее начало посевной мне удалось найти извозчика – благо, в сторону Валема регулярно двигались телеги с тем или иным грузом. В основном туда везли бревна и щебень, так что тяжело груженая телега неспешно и мягко катилась по дороге.

С извозчиком я условился, чтобы тот меня не отвлекал – всем своим видом мужичок лет пятидесяти демонстрировал, что внутри у него горит желание задать мне с десяток самых разных и порой бестолковых вопросов! Но тем не менее, он сдерживался, молчал почти что героически!

Я же смог совместить данные по первой деревне, которая у меня была в списке – Старый Порт, что располагался в северной части Заречья.

Старый порт, деревня на Крале

Правитель: Рунил

Население: двести сорок человек

Сила: сорок пять мечников, пятнадцать лучников

Безопасность: четыре смотровых башни, рвы по восточной стороне

Производится: шерсть, кожа, мясо, зерно, лошади

Потребляется: мясо, зерно, шерсть, кожа, бревна, доски, одежда, обувь, нити, свечи, посуда, мебель.

В сравнении с тем, что было раньше, выросло не только население, прибавив шестьдесят человек за холодный сезон, но еще и безопасность стала на порядок лучше. Полностью были достроены башни, защитные рвы также выкопали, охватив деревню по самой длинной стороне.

При этом ресурсы туда уходили не так регулярно, как, например, потребляли Нички или Валем. Или как они уходили по торговому договору в Поляны. Старый Порт выглядел перспективно – и его стоило защищать! Хотя бы по той причине, что молодые жеребцы, которых там старательно взращивали, могли отправиться на поля Рассвета, а не для того, чтобы носить в седлах мординских дворян при атаке на селения Пакшена.

Я отложил в сторону карандаш и подумал – не так ли сильно я нагружаю селение защитниками? Ведь они работают в своей сфере, не помогая создавать что-то ценное и важное прочим жителям. Пока двести сорок человек, среди которых есть и старики, и маленькие дети, заняты естественными процессами выживания, они еще кормят шестьдесят солдат.

В Рассвете и Валеме такой проблемы не было. Поскольку большая часть укреплений уже была успешно построена, солдаты работали строителями. Отля, к примеру, умудрился построить с их помощью целый форт к востоку от Валема, не используя ресурсы простых строителей, которые в это время занимались «гражданскими» работами.

С другой стороны, в отличие от Полян, Заречье не поставляло нам никаких ресурсов. Я пораскинул мозгами – стоит ли проведать дальние земли? Но от этих мыслей меня отвлек возничий:

– Правитель, приехали! – пробасил он.

Поблагодарив его за помощь, я сунул в сумку тетрадь с карандашом и спросил у местных, где находится новая кузница. Валем больше славился рыбой, глиной и их производными, так что о новшестве мне доложили сразу же.

Как и говорил Орек, здесь трудился его помощник, причем весьма успешно. Но тоже после пары приветственных фраз заявил о проблемах:

– Мало металла, правитель! Того и гляди мечи переплавлять начнем!

Задерживаться здесь было глупо – в Валем ресурсы шли через Рассвет из того же самого Бережка, куда они прибывали согласно торговому соглашению из Полян. Если металла было мало и в столице, и здесь, следовательно, его действительно было мало. Не хватало на возросшие нужды или попросту мало отправлялось.

Поэтому единственно верным решением было посетить Кирота в Бережке. С прямым транспортом туда было сложнее. Но дорога от Валема до Рассвета была короче, чем от Рассвета до Бережка. Телег ходило больше от столицы, так что прогуляться пешком и потратить час, наслаждаясь теплой весенней погодой – почему бы и нет?

Но Леверопа все же стоит прихватить. Воодушевленный новыми заботами, которые не трогали меня почти всю зиму, я порой забывал о правилах безопасности. Соблюдать их следовало неукоснительно, тогда как я временами знатно халтурил. Но Вардо, как управленец, халтурил больше.

У Отли в Валеме жизнь кипела – сюда тоже прибывали новые люди, шло строительство. А дорога в прибрежную деревню из столицы вообще была удивительным образом сделана уже в апреле! Стоило лично спросить у него, как ему это удалось сделать, потому что я помнил – осенью дорога между Рассветом и Валемом выглядела не так!

Это была ровное, но сухое и пыльное полотно, которое несколько рабочих в сентябре ровняли лопатами. Но ведь в марте была дикая распутица! Я сильно опасался, что Нируда выйдет из берегов, но погода зимой оказалась щадящей.

– Бавлер! Бавлер! Правитель! – из Валема меня догнал солдат, которого можно было узнать не столько по плотной кожаной броне, сколько по отполированному мечу, висевшему на поясе. – Подождите!

– Затормозить не могу, догоняй! – крикнул я, на пару секунд обернувшись, чтобы проверить, кто идет, хотя формальных знаков отличия не существовало. – Кто такой?

– Я? Да погодите же, не успеваю!

– А я опаздываю! Поспеши, боец! Или ты раненый?

– Нет. То есть, да. Нет-нет, – поспешно ответил он, когда я обернулся на него еще раз. – Орант мое имя, правитель Бавлер.

Он все же догнал меня, только для этого ему понадобилось с половину минуты. Как только он поравнялся со мной, я обратил внимание на то, что под кожаным доспехом, вероятно, находится что-то плотное, возможно, стеганый жилет. В таком бегать действительно проблематично.

– Так, Орант, – я немного сбавил шаг, потому что идти с такой скоростью и одновременно разговаривать было сложновато. – Сегодня утром ко мне приходил кузнец, после чего я приехал в Валем, чтобы поговорить еще с одним. Полагаю, что у тебя тоже есть проблема?

– У меня не проблема, правитель Бавлер, – голос у Оранта был негромким, но отчего-то впечатывающимся в мозг. – Меня к вам направили с предложением.

После этих слов он замолчал, заставив говорить меня:

– Так что за предложение? Надеюсь, ничего непристойного?

– О, нет, нет, – быстро ответил Орант, но тут же замолчал вновь.

– Похоже, что оно как минимум неловкое.

– Ну, тут вы правы, – усмехнулся солдат.

– Смотри, я тоже вооружен, – на всякий случай я продемонстрировал ему короткий меч, но ничего не стал говорить про руну, что стабильно носил в кармане.

Это Леверопа можно забыть, но не руну, которая выбрасывает молнию на расстояние до пятидесяти метров, поражая круг диаметров в десять метров. Полезная штука. Грохочет, сверкает, калечит. Но пока что никого ей мне убить не удалось. И сегодня не хотелось.

Но Орант понимающе сделал полшага в сторону, подняв руки на уровень груди:

– Меня послали с миром, не применять оружие, – сообщил он. – Дело в том, что… Наши позиции в Южном Форте совсем плохи, но мы опасаемся сдаваться.

– Почему? – удивленно спросил я, а потом до меня дошло, что Южный Форт не относится к списку наших селений. – А теперь, пожалуйста, поподробнее!

Глава 2. Внезапная смена направления

Когда я только начинал входить в роль правителя, я предполагал, что мне придется перемещаться, но не думал, что это будет происходить именно таким образом: стремительно, молниеносно. Не столько скорость перемещения, сколько перемена направлений.

Только что я шел на юг, чтобы оттуда двинуть на запад, захватив с собой Леверопа, а теперь мне надо идти обратно на север, чтобы дальше свернуть на восток. Но на юг все равно надо – без телохранителя в Заречье делать нечего. Если это вообще не очередная ловушка.

– Если надо я… я… – начал запинаться Орант, отстегивая меч.

Я аж на месте встал, как был, с тетрадью в руках – писать на ходу я не собирался, но подумать над цифрами стоило в любом случае. А тут передо мной оружие не просто сняли, а едва ли не в пыль бросили. Пожалуй, это было бы слишком явное неуважение к оружию – Орант, замешкавшись с застежками, снял меч вместе с ножнами и на вытянутых руках поднес ко мне.

– Я готов предложить вам свой клинок в знак доверия, правитель Бавлер.

От такого пафоса я потерял дар речи. Со всякими людьми мне приходилось общаться в последнее время: и простыми, и дворянами. Или, если говорить терминами этого мира, люди нижние и верхние. Оба звучали презрительно, с намерением говорившего оскорбить целый класс, поэтому я старался как можно реже использовать их. Но в речи прочих людей они все равно мелькали.

– Почему вы опасаетесь сдаваться? – спросил я, когда наконец-то смог говорить. – Неужели капитан Анарей вам угрожает?

– Нет, дело не в капитане Анарее, нам… – он замялся, точно собирался говорить какие-то постыдные вещи. – Нам угрожают некоторые из его людей.

– Может, это что-то личное? – полюбопытствовал я.

Если верить карте, то Южный Форт находился в очень интересном месте, которое могло в будущем открыть нам новые грани наступления на земли Мордина. Небольшой треугольник, который с запада омывался водами Крали, а с юга – Нирудой, силой было бы очень сложно захватить.

В настоящее время наше положение в этом районе было патовым. С одной стороны, войска Анарея по возможности перехватывали припасы, которые Мордин посылал осажденным. Но с другой стороны, назвать Южный Форт осажденным полностью было невозможно – доступ к нему со стороны Нируды оставался круглогодичным. И даже тот факт, что у нас были войска, чтобы окружить часть Форта, на полноценную осаду людей все равно не хватало.

То есть, мировая со стороны оборонявшихся – отличное решение, но кто-то этому явно противился. У меня вдруг возникло ощущение, что проблема шпионов, о которой меня предупреждали, становится слишком явно. Чем дальше я забирался в «чужие» земли, тем сильнее это противодействие ощущалось.

– Личное или нет – не знаю, правитель, – отчеканил Орант, – только вот никто из наших не знает никого из людей снаружи. Едва ли это действительно личное.

– Пойдешь со мной до столицы? – спросил я. – А потом займемся твоим вопросом.

Классическая дилемма: заняться припасами, которые иссякают, или помочь в приобретении территорий. Если бы это была игра, то наверняка было бы и наказание за провал, и сложный моральный выбор. Но так как это все же была реальная жизнь, у меня было больше, чем два варианта.

В Рассвете, как только мы прибыли на его северные рубежи, я взялся искать Аврона – даром, что он мой помощник, которому в самый раз такие вопросы решать.

– Мне самому туда отправиться? – спросил он недоверчиво.

– Кирот едва ли будет разговаривать с посыльным, – ответил я и кратко обрисовал проблему. – Тебе же всегда хотелось участвовать в чем-то большем. Я вижу в этом отличный шанс!

Аврон помялся немного:

– Вардо просил узнать о щебне…

– Металл важнее, – возразил я.

– А Южный Форт? – спросил помощник.

– Еще важнее, – уверенно ответил я, начиная раздражаться от обилия вопросов.

Парнишка был первым, кого я встретил в Пустошах. Первым, кто согласился, что здесь можно и нужно строить селение. Потом были Крол и Окит – отец с сыном, которые сбежали из Пакшена, а следом за ними и прочие люди. Аврона нельзя было назвать бестолковым, но порой он задавал слишком много вопросов.

– Хорошо, схожу, – согласился он.

– Сегодня! – попросил я уже более настойчиво, а потом уточнил, что надо, во-первых, узнать, поставляется ли то же количество металла, что и раньше, во-вторых, куда идет этот металл, и, в-третьих, нет ли возможности увеличить объем поставок.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.