Ана Адари
Босиком в саду камней 2

Босиком в саду камней – 2

Тайна Пятого принца

Глава 1

Небо по-прежнему ясное, ветерок легкий, над императорским садом все также плывет сладчайший аромат весенних цветов, но для меня он с этого момента становится удушающим. Глаза застилает пелена слез, отчего мне кажется, что идет дождь, и я невольно ежусь, глядя в спину уходящему Лин Вану, будто под холодным осенним ветром.

У меня такое же предчувствие, как в тот день, когда мой покойный супруг-император впервые позвал меня к себе, на смотрины. И это разбило сердце Лину, потому что отныне он не может на мне жениться открыто. Князь стал моим тайным мужем, и нам приходится это скрывать. Наше счастье всегда под ударом.

Вот то же самое я чувствую и сейчас, а интуиция редко меня подводит.

Мне хочется крикнуть:

– Лин! Остановись! Позволь мне пойти первой!

Сначала я узнаю: в чем дело? Зачем его вызывает к себе император? И почему не пришел Хэ До? Или один из тех, кому главный евнух доверяет. Что это за пугало с рыбьими глазами, хоть взгляд у посланника Сына Неба опущен, как и положено гаремному евнуху, но я успела рассмотреть, что зенки у него навыкате, улыбка не угодливая, а лживая, и вообще, он не мой человек. Я его впервые вижу так близко!

А ко мне не положено приближаться, кому попало. Я священная корова Запретного города! И у меня отбирают самую сочную лужайку! С самой зеленой травкой! Я хочу, что Лин Ван был сейчас со мной! Здесь! На террасе! И с нашим сыном, которого Лин только что держал на руках!

Уходя, князь отдал Пятого принца мне. Намеренно или машинально, но угрозу и Лин почувствовал. И как обычно, доверился мне, зная, что справлюсь.

– Подержи-ка, – я передаю ребенка на руки няньки и уже делаю, было, шаг к лестнице. Бежать за князем, догнать его, опередить. И, выяснив у императора, в чем, собственно дело, вернуть назад. Когда меня окликают:

– Беда, ваше высочество.

Евнух. Уже другой. Тот, кому я могу доверять, потому что ему доверяет сам Хэ До. Я замираю, прикидывая: что делать? Бежать за Лином или же выслушать, что именно случилось? Какая стряслась беда, если мой сын здесь, на руках у няни, а любимый, хоть и уходит, но я могу его видеть. И еще успею с ним поговорить. Не в тюрьму же его посадят. Кто? Если сам глава Тайного приказа лучший друг моего князя. И никаких грехов за Лином не числится.

Кроме одного: он отец моего ребенка. Сына вдовствующей императрицы. Но мне казалось, мы смогли скрыть если не нашу связь, то мою беременность. И я невольно делаю неправильный выбор. Остаюсь на террасе павильона Весна, хотя готовить следует сани. Как же я была недальновидна! Поистине: счастье глаза застит!

Итак, мизансцена: Лин уходит, а я остаюсь. Моя свита почтительно отступает к парапету. Вдруг то, что мне сейчас скажут, не предназначено для чужих ушей?

– Говори, – велю евнуху и вдруг замечаю, что у него на руках кровь! Меня невольно начинает трясти.

– Главный евнух… он…

– Убит?!

– Что вы, госпожа! Кто ж посмеет?

– Тогда что с ним?!

– Он… упал. Но очень плох.

– Погоди… Куда упал?!

– Его величество сказал Хэ До, что приготовил сюрприз для супруги Ми. Которая недавно родила Пятого принца. Раз уж вы идете гулять в императорский сад. И послал главного евнуха проверить, готово ли все к вашему приходу в павильоне Зима.

– Погоди… – Лин еще не ушел, я вижу его спину. Хотя, князь уже так далеко, что не услышит даже моего отчаянного крика. А мне и в самом деле орать хочется. Я понимаю: что-то ужасное происходит. – Почему вдруг Зима? Я ни словечка об этом никому не говорила. Чун Ми тем более не в курсе. Мы в Весну собирались.

– Так ведь сюрприз, – теряется несчастный евнух. – И сам император… Кто же посмеет усомниться? Хэ До туда пошел, в Зиму, а там полы оказались разобраны, сразу за порогом. Его никто не предупредил. Там темно, госпожа… – голос у евнуха дрожащий, жалкий.

– Так. Хэ До шагнул через порог и угодил в ловушку. Упал с высоты в…

Я прикидываю местоположение павильона Зима. Он самый дальний, по всем законам жанра. Особенности местной архитектуры таковы: на каменный фундамент устанавливают деревянные колонны, а уже на них – стропила. И все эта конструкция без единого гвоздя, между прочим. Так, к слову. Одна надежда на деревянную платформу, поддерживающую это громоздкое сооружение. Что Хэ До упал с приличной высоты не на голые камни. Зацепился за одну из колонн, которая хоть немного смягчила падение.

– Ты говоришь, что Хэ До жив… Как сильно он разбился? – киваю на испачканные в крови руки евнуха.

– Там сейчас лекарь… Не могу сказать, госпожа. Спросите лучше у него.

– Кто там? Главный лекарь императора, надеюсь?

– Его позвала Благородная супруга Гао. Четвертая принцесса заболела.

– Поняла. Иду. Вызови ко мне генерала Чжоу. Немедленно. Надо расследовать этот… гм-м-м… Несчастный случай.

Уверена, что это подстава! Ну, ничего! Я с ними мигом разберусь! Наверняка работа Благородной супруги Гао! Я вспомнила, где видела гадину с глазами навыкате. Да во дворце у Благородной супруги! Наверняка этот евнух – часть ее богатого приданого! Вот и отрабатывает кусок хлеба!

– Генерала Чжоу нет в Запретном городе.

– А где же он?!

– У своих родителей вместе со своей женой, принцессой. Видите ли… – бедняга мнется. – Император издал указ о свадьбе своего племянника, сына покойного старшего принца и дамы Яо Линь…

– Что?! Не посоветовавшись со мной?!

Конфуций всемогущий! Что я несу?! Разве это было не мое заветное желание: поженить мою Мэри Сью и ее такого же святого принца? О чем я не раз говорила, и приемному сыну тоже. Какие могут быть претензии?!

– Продолжай.

– После свадьбы принц и госпожа Яо Линь отбывают в уезд, который пожаловал его величество его высочеству в честь его бракосочетания.

Все правильно. Так и планировалось. Уезд я лично выбирала, чтобы климат был потеплее. Не хочу, чтобы моя Яо Линь мерзла.

– … поскольку генерал Чжоу теперь член семьи его высочества, то император разрешил командиру Парчовых халатов оставить свой пост и сопроводить тестя к его высокородной матери. Которая супруге генерала Чжоу приходится бабушкой.

– Короче: они все уезжают, – подвожу итог я. – Юн Чжоу поехал к родителям, попрощаться перед дальней дорогой. Когда свадьба госпожи Яо Линь?

– Через три дня.

Так. Невольно щурюсь на солнце. Лин Вана в императорском саду уже нет. Хэ До едва дышит, бедняга, хорошо, если в сознании. Единственная подруга выходит замуж и уезжает. Юн Чжоу больше не командир Парчовых халатов и тоже уезжает, к родственникам своей жены, а по возвращении пойдет на повышение. Я сама выбила для Юна новый чин. Чтобы сын заурядного чиновника мог жениться на принцессе династии.

Моим же оружием! Какое коварство! Ведь получается, что император лишь выполняет мои заветные желания! Причем, все, одновременно! Включая сюрприз в павильоне Зима! Я же хотела погулять с маленьким принцем! Побольше побыть с ним на свежем воздухе! И в итоге Сын Неба, покарай его, Конфуций, скоро оставит меня совсем одну! Без всякой поддержки!

Ничего себе начинается второй сезон дорамы! Колесо Сансары, видать, отбросило меня резко назад. Хорошо, не в могилу! Всего лишь к началу очередных суровых испытаний! Тем интереснее. Буду выкручиваться!

Сколько не будет генерала Юн Чжоу? Как долго Хэ До останется не у дел? Да что же я стою?!

Да потому что здесь мой сын! Что они задумали, сволочи?! Раз сам император приказал несчастному Хэ До пойти в Зиму с разобранными полами! Катя, соберись! Это наезд по всем фронтам! Заранее спланированная атака на мою позицию полновластной хозяйки Запретного города!

Цель – Сан Тан, Пятый принц. Мой малыш. Или Сашка, как я его мысленно зову. Мой принц Сашка.

Интересно, Чун Ми с ними заодно или я могу ей доверять? Это больной вопрос.

– Супруга Ми, – официально говорю я. – Подойди.

Стараюсь казаться спокойной. Хотя мне надо нестись, сломя голову. Бежать со всех ног. Вопрос: куда сначала? К Лин Вану, который сейчас у императора, к постели основательно травмированного Хэ До, к единственной подруге или же к генералу Чжоу, пока он еще начальник Тайной канцелярии?

Юн мне должен, и в моих силах уговорить его остаться в столице и провести расследование. В конце концов, пара недель ничего не решает. Выдвинется позже вместе со своей женой и догонит тестя-принца, который вполне может задержаться в одном из Храмов. Его высочество такой набожный!

Но я не могу разорваться на четыре части. Точнее на пять. Потому что под ударом Сашка, и выпустить его из рук – значит подвергнуть смертельной опасности!

Но не тащить же грудного ребенка к постели главного евнуха?! Я ведь не считаюсь матерью Пятого принца, никто не поймет такого моего поступка. И я принимаю решение. Есть у меня одна идея.

– Ты по-прежнему верна мне, Чун Ми? – сверлю девицу взглядом.

Знает она о том, что ей давали противозачаточное сразу после ночи в покоях императора?

– Вы моя благодетельница, ваше императорское высочество. Я предана вам до гроба!

А почему глаза отводишь? Но мой сын Чун Ми покамест нужен до зарезу. Без него она лишится титула супруги. Охота ей быть сосланной в холодный дворец. Ее семья уже вошла во вкус: плодовитых Чунов-Минов завалили подарками после рождения принца.

– Слушай сюда, мерзавка! Если я узнаю, что ты причастна к покушению на главного евнуха, я с тебя шкуру спущу! Не посмотрю, что ты императорская супруга. Что тебе пообещала эта лживая коварная сука?

Мы обе прекрасно понимаем, о ком я говорю. О Благородной супруге Гао. Деньгами Чун Ми не купишь, благодаря мне, этого добра у мерзавки полно. Я знаю, что именно ей пообещали. Милость императора. Что Чун Ми еще разок-другой согреет его постель и попробует забеременеть на этот раз не понарошку.

Наивная! Нельзя доверять Благородной супруге, тем более по фамилии Гао! Кинут тебя, дуреха, как только станешь не нужна! Обманут и отравят, как пить дать! Неужели ты этого не понимаешь?! Я-то через все это прошла. И травили меня, и задушить пытались. Запретный город к женщинам жесток.

– Ваше императорское высочество…

– Она самая. Мы сейчас пойдем к императрице. Вместе с Пятым принцем. И ты на какое-то время останешься там.

Пока я всех не обегу: императора, больничную палату, где лежит Хэ До, дворец жениха Яо Линь, столичное поместье генерал Юна…

Как ни странно, Мать Нации в такой ситуации моя единственная опора. Все дети в императорском гареме принадлежат ей. Старшая жена отвечает за всех отпрысков своего супруга, от кого бы они ни были. Это ее святая обязанность. А императрица придерживается каждого иероглифа придворного этикета. И прохладно относится к Благородной супруге Гао.

Материнские чувства берут верх, и я сначала иду к императрице, чтобы пристроить Пятого принца в надежные руки. Притихшая Чун Ми плетется за мной.

Во дворце законной коронованной супруги Сына Неба меня сегодня не ждут, это очевидно. Тем не менее, Мать Нации выдавливает из себя улыбку и опускается на колени, отвешивая мне почтительный поклон:

– Матушка…

– Поднимись. Присядем.

– Принесите нам чаю, – отдает распоряжение хозяйка дворца.

Я беру у служанки чашку, стараясь, чтобы руки не дрожали. Мне надо бежать со всех ног, а я тут чаи распиваю! Но мне нельзя показывать, как сильно я напугана.

– Ваше величество, – говорю я снохе. – Я хочу, чтобы Пятый принц побыл у вас до моего возвращения.

– А куда вы направляетесь, матушка?

– Мой путь сегодня долог, мне надо посетить многих. Но я вернусь за принцем и за Чун Ми. Которая тоже останется здесь. Ты все поняла? – оборачиваюсь к девчонке.

Та привычно падает на колени:

– Повинуюсь воле вдовствующей императрицы!

То-то. Теперь я могу уйти. Не спеша, поднимаюсь и жадно смотрю на Сашку, который пока на руках у няни. Но, поймав мой взгляд, императрица с улыбкой берет малыша на руки:

– Как долго здесь не было маленьких детей!

Врешь. У тебя уже внуки. Любимая наложница наследника престола недавно родила. Но ты всегда говоришь только правильные вещи. То, что от тебя ждут. Странно, почему я раньше относилась к снохе с пренебрежением?

Незаменимый человек! Мой Пятый принц ведь и ее ребенок тоже. Мать нации ответственно относится к материнским обязанностям. Добрая женщина. Скромная. Никогда не пыталась против меня интриговать. Мне надо бы почаще пить чай у нее во дворце.

– Пригласите для принца кормилицу, он скоро проголодается. До вечера, – я встаю. – Если я не вернусь… – мой голос слегка дрожит. Всякое может случиться. Хэ До вон, лежит весь переломанный. Кто знает, в какой из комнат сегодня еще разобрали полы? – Если я не вернусь, Пятый принц останется здесь навсегда. Такова моя воля.

Ловлю удивленный взгляд снохи: а как же Чун Мин? Ведь это ее ребенок! Но спорить не смеет.

– Хорошо, матушка.

У меня невыносимо болит грудь. Мне пора кормить ребенка. Говорили тебе, Екатерина! Не делай этого! Во-первых, спалиться можно запросто, во-вторых, не только сын зависим от меня, но и я от него. Мне негде избавиться от молока, которое распирает грудь. Придется терпеть.

Видимо, это и была их цель. Разлучить меня с ребенком, с Лином, заставить действовать. Страдать от боли, и морально, и физически. И все-таки иду к Хэ До, хоть и скриплю зубами. Потому что это срочно.

Уже с порога мне становится не по себе, хоть я и не больно-то сильна в медицине. У Хэ До на голове повязка, на повязке кровь. Он очень терпеливый, мой незаменимый главный евнух, но стоны сдержать не может. У его постели топчется лекарь и евнухи из тех, кому доверяет Хэ До. Следовательно, в резиденции императора сейчас хозяйничают люди Благородной супруги Гао.

Левая нога главного евнуха неестественно вывернута, и я понимаю: перелом, и сложный, со смещением. Возможно, что и ребра сломаны. Но Хэ До в сознании, Увидев меня, протяжно стонет, а не говорит:

– Госпожааа…

– Я здесь. С тобой. – Подхожу к кровати, на которой возлежит страдающий Хэ До и спрашиваю у лекаря: – Как он?

– Делаю все, что могу. Я заслуживаю смерти, ваше высочество! – этот дурак бухается передо мной на колени.

На кой мне его смерть? Мне нужна жизнь Хэ До! Казнив одного, я не верну тем самым другого. А если лекаря подкупили? Чтобы особо не суетился. Подзываю одного из верных евнухов и строго говорю:

– Срочно беги за главным императорским лекарем. Я хозяйка Запретного города, и мои приказы следует выполнять в первую очередь. Так и скажи Благородной супруге Гао. Простуда ее дочери не смертельна, если вообще имеет место быть. Тащи сюда нормального специалиста. Мне нужен точный диагноз.

– Они догадываются, госпожа… – раздается с кровати. – Подозревают вас… Пятый принц в опасности.

– Бредит, – говорю лекарю, видя, как он насторожил ушки. Ну, точно! Засланный казачок! – У главного евнуха на сто процентов сотрясение мозга.

– Идите, госпожа… – не унимается Хэ До. – Вам надо… идти…

– Скажи мне: что ты помнишь? Ты ведь не один туда пошел, в треклятую Зиму? – ответом мне протяжный стон. Да, не один. – Может быть, тебя толкнули в спину? Хэ До?

Но силы его заканчиваются, и главный евнух теряет сознание. Мне и в самом деле пора уходить. Душа в таком же состоянии, как и голова несчастного Хэ До: сотрясение. Меня аж мутит. Да еще и молоко грудное напирает! Сама скоро в обморок грохнусь! Бросаю на друга последний взгляд и переступаю порог. Солнце снова бьет в глаза, застланные пеленой слез. Я почти ничего не вижу.

После такого перелома хромота может остаться на всю жизнь. А хромой евнух не может выполнять обязанности главного, это же очевидно. Хотели они его убить или же просто вывести из строя? Уже неважно, ибо цель достигнута.

За всем этим стоит не только Благородная супруга Гао, но и мой приемный сын. Император! Чтоб ему в какашку переродиться, заразе! Эта змея по фамилии Гао пролезла в его постель и свила там гнездо! Сегодня Сын Неба снова ночевал во дворце у Благородной супруги!

Конфуций его знает, что она наговорила его величеству! Нашептала на ухо ночью, после жарких ласк. Надо признать, что в отличие от императрицы, леди Гао женщина неординарная. Яркая, с сильным характером. И красивая, чего уж там! Не удивительно, что именно она прибрала его величество к рукам!

А еще у этой гадины есть папа. Жадный, как все коррупционеры. Который мечтает по локоть запустить вороватую руку в госбюджет. До чего же эти Гао ненасытные! Есть еще и братец Гао, который отстоял-таки порученную ему дамбу, и я не смогла упаковать его в местную тюрьму.

Даже наводнение этих Гао не берет! Живучие, гады! Я просто в бешенстве! Они покалечили моего Хэ До!

– Присмотрите за ним, – велю я верным евнухам.

Мне и в самом деле надо идти. Объясниться с приемным сыном. А что, собственно, происходит? Ну, держись, «кровиночка»!

Глава 2

Загрузившись в носилки, подзываю одну из проворных служанок:

– Узнай у стражей ворот, покинул ли князь Лин Ван Запретный город?

Хотя это невозможно. Лин ни за что не уйдет, не повидавшись со мной и не рассказав мне о том, зачем его вызвал к себе император. Но сегодня день особенный. День неприятных сюрпризов. Поэтому я готова принять очередной удар. Даже известие об аресте Лина.

– Слушаюсь, моя госпожа, – служанка тут же исчезает. А я командую:

– Во Дворец Небесной Чистоты!

Меня туда сегодня не приглашали. Но разве полновластная хозяйка Запретного города должна разрешение спрашивать перед тем, как войти в один из дворцов? Даже если это дворец самого императора!

Я всегда знала, что он умен. Решителен и жесток. Когда-то я именно эти качества и нахваливала его отцу, рекомендуя девятого принца в наследные. А мудрый супруг меня предупреждал, что жестокость девятого принца может стать оружием против меня же. Не послушалась, а зря. Потому что к жестокости добавилось коварство.

Нет, мой Лин не в тюрьме. Он до сих пор у императора. Они играют в Го! Или вэйци, если вам это название больше по душе. Древнейшая китайская игра, короче.

Едва бросив взгляд на доску, понимаю, что позиция князя безнадежна. Хотя он играет белыми. Но Лин никогда и не был хорошим игроком в Го. Стратег из моего князя никудышный, он слишком уж прямолинеен.

– А вот и матушка! – радуется Сын Неба.

Он меня ждал. И намеренно удерживал Лина за доской для игры в Го, чтобы я не успела поговорить с моим князем наедине. Об умственных способностях самого светлейшего его величество прекрасно осведомлен: князь думает моими мозгами. Подхожу к столу и машинально делаю за Лина ход, чтобы поправить положение. Кладу свой белый камень между двух черных.

– Блестяще, матушка! – восхищается император. – Вы один из лучших игроков, с которыми мне доводилось иметь дело!

– Вы тоже, сын мой.

– Я учился у вас.

– Надеюсь, вы не забудете заплатить за эти уроки.

– Разве я этого еще не сделал? – искреннее удивляется Сын Неба. – Вы полновластная хозяйка Запретного города. Я только и занят тем, что выполняю ваши желания.

– Вы о свадьбе леди Яо Линь? Наслышана.

– Яо Линь выходит замуж?! – мой Лин удивлен.

– А вы разве не об этом говорили? – я давно уже заметила лежащий на столе указ. Киваю на него: – Видимо, был другой предмет для разговора. Что это?

– Матушка последнее время отошла от государственных дел, – притворно вздыхает его величество. – У нее были другие заботы, – он бросает на меня насмешливый взгляд. Который останавливается на моей груди. Хоть бы на платье не появились предательские пятна! Я давно уже не кормила сына. – Я все понимаю: Пятый принц еще так мал. Меж тем японские пираты вконец обнаглели. Свободно плавают по дельте реки Янцзы.

Японские пираты, они же вокоу реально существуют. Это исторический факт. Тут мне нечем крыть.

– Их численность все растет также как и число захваченных ими городов, – продолжает меж тем император. – Поэтому я решил отправить нашу армию на юго-восток.

– А это указ о назначении князя Лин Вана главнокомандующим, – киваю на свиток.

– Матушка так проницательна! – восхищенно говорит Сын Неба. – Вы тоже этого хотели? Ваши желания – мои желания.

Он подходит к доске для Го и делает свой ход. Сильный ход, ничего не скажешь. Они решили разлучить меня с Лином! Чем же я отвечу?

Влюбленная женщина пытается взять верх над женщиной-политиком. Моя душа как будто на части рвется. Я не готова отпустить Лина, и в то же время я должна это сделать. Потому что если он откажется принять командование над армией, его сместят из военных министров. И пошлют кого-нибудь другого усмирять японских пиратов.

А контроль над армией нам сейчас терять ни за что нельзя. Каждая победа Лина делает его сильнее. Укрепляет его влияние над имперскими солдатами, коим нет числа. Да, Лин сейчас покинет меня и Пекин. Но если князь вернется с победой, условия диктовать уже буду я. Потому что за победу положена награда.

Я беру в руку белый камень и решительно кладу его на край доски. Отступаю.

– Вы правы, сын мой, пиратов необходимо усмирить. Как я понимаю, князь отправляется на морское побережье.

– Сначала в Нанкин, – император удивлен. Он явно ожидал истерики. Меня ведь разлучают с любимым.

У них с кланом вездесущих Гао наверняка заготовлены контраргументы.

– В Нанкин… – эхом откликаюсь я.

Конфуций всемогущий, как же это далеко!

– А оттуда да, на побережье, которое необходимо очистить от захватчиков. Но сначала реку.

Значит, Лина не будет несколько месяцев. А то и год!

– Сильная империя всегда ведет войны, – коварно улыбается Сын Неба. – Монголы то и дело пытаются пересечь границу. Но морские порты гораздо более важны. Вы согласны со мной, матушка?

– Да. Но разве это так срочно? Князь должен погулять на свадьбе леди Яо Линь. Ведь это будет грандиозный праздник. В Пекине разве не планируются народные и не только гуляния?

– Планируются.

– Солдатам надо дать возможность отдохнуть и потратить деньги. Чтобы у них появился энтузиазм разжиться новым добром.

– Как матушка мудра!

Мой приемный сын сегодня щедр на комплименты. Слишком уж щедр. Это не к добру.

– Но к чему такая спешка? – я пытаюсь выиграть время. Чтобы хотя бы генерал Юн успел провести расследование: кто толкнул Хэ До в спину? Я не могу оставить это безнаказанным. – Женится полноправный член династии, ваш племянник. На подготовку такой свадьбы нужен месяц.

– Мой племянник вдовец, а дама Линь уже немолода, – невозмутимо говорит Сын Неба. – Поэтому свадьба будет скромной. Первая принцесса далеко и она больна. Ей не одолеть такое расстояние без смертельной угрозы ее здоровью, поэтому сын поедет к ней вместе со своей женой. Яо Линь сирота. По этой причине мы не можем провести все положенные обряды. Чего тут готовить аж месяц?

Это его стерва Гао науськала! Ох, и пришлось же ей постараться сегодня ночью! Рук, небось, не покладала, и прочих частей своего прекрасного тела! Потому что приемный сын меня уважает и побаивается. Мне срочно надо подыскать прекрасную юную наложницу, чтобы отвлечь его от фаворитки. Но сначала…

– Могу я, как управляющая Запретным городом, выдать замуж одну из своих придворных дам, раз она сирота? – начинаю я торги.

– Конечно, матушка. Жених приедет за дамой Линь в ваш дворец. Там же выставят приданое.

– Кстати о приданом. Разве не надо его подготовить? – хватаюсь за соломинку.

– У дамы Линь давно уже все готово. И я ей сделал щедрые подарки к свадьбе. Уверен: вы тоже не поскупитесь. Свадьба через три дня, – у него в голосе металлические нотки. Император! – Князь может остаться до окончания церемонии.

– И на пир. Не лишите же вы его этого удовольствия?

– Конечно.

– Я имею в виду пир на третий день. Потому что, согласно традиции, на второй невеста возвращается в родительский дом. То есть, ко мне во дворец.

– Матушка не только мудра, но и хитра, – смеется мой приемный сын. – Хорошо. Князь Лин Ван останется в столице еще на шесть дней. Но утром дня седьмого он вместе с армией выдвигается в Нанкин.

Лин во время этой перепалки молчит, ожидая, к чему мы с императором в итоге придем. Сколько времени я смогу выторговать. Лину вообще не хочется никуда уезжать. И я его понимаю!

– Кстати, вы ведь хотели назначить князя воспитателем Пятого принца, – напоминаю я.

– Я хотел?!

– Хорошо. Я этого хотела. Но раз уж вы решили выполнить абсолютно все мои желания, сын мой, не будем останавливаться на полпути, – говорю я с насмешкой. И киваю на доску: – Ваш ход.

– Пятый принц еще младенец, который даже голову не держит, тем более не сможет удержать в руке меч, даже игрушечный, – черный камень ложится рядом с моим белым, и наша с Лином позиция безнадежна. – Как только принц достигнет положенного возраста, и ему понадобится учитель боевых искусств, я подпишу указ о назначении вашего князя на эту ответственную должность.

Вашего! Ну, явно намек! Стараюсь держать себя в руках: не время для перепалки. Но все равно психую. Меня колотит дрожь.

Это сколько же лет пройдет, пока Лин станет так близко к сыну, насколько это возможно при данных обстоятельствах?! Мое любимое: либо ишак издохнет, либо падишах умрет. Мой приемный сын – гениальный ученик! Побил меня моим же оружием!

– А как насчет Парчовых халатов? – уточняю я. – Кто будет ими командовать, пока генерал Юн Чжоу в отъезде? И потом?

– О! Не беспокойтесь об этом матушка! Новый командир уже в пути.

– Новый командир?!

– Я не могу доверить свою охрану, кому попало. Поэтому уже назначил на эту должность своего племянника.

Да у него их, как грязи! У Сына Неба аж девять братьев! Одного казнили, старшего, но потомство он оставить успел. Не считая кучи императорских сестер! Которые все давно замужем и тоже с потомством! Я всех принцев династии и по именам-то не знаю, не то что в лицо! Поэтому уточняю:

– Какого именно?

– Его зовут Ран Мин. Принц Ран Мин.

Ни о чем не говорит.

– И когда он прибудет, этот принц?

– Скоро. Он вам понравится, уверяю.

Это что такое? Ирония? Или…

Они явно что-то задумали!

– Что ж, пойду готовиться к свадьбе своей подруги. У меня мало времени. Князь Лин Ван! Проводите меня до носилок!

– Я еще не отдал его светлости план местности, которую необходимо очистить от пиратов и все необходимые для похода инструкции. Да и партия в Го не закончена. Поэтому князь остается. А вы идите, матушка. Пора готовить приданое дамы Яо Линь и выставить его в вашем дворце, чтобы все могли увидеть, насколько щедра императорская семья по отношению к своим преданным слугам.

Лин бросает на меня отчаянный взгляд. До его отъезда нам не позволят увидеться наедине. Это их план. А письма – это важные улики. Меня не могут обвинить в государственной измене бездоказательно. А родить ребенка от любовника и присвоить ему титул принца императорской династии – это и есть госизмена.

Мне необходимо что-то придумать. Я не могу не попрощаться с любимым. У меня на это есть еще шесть дней. Шесть!

Это до обидного мало, но в то же время бесконечно много. Я торговалась, не как императрица, а как базарная баба. Иначе Лина услали бы из столицы уже завтра утром. У нас обязательно будет свидание!

Глава 3

Я мчусь к Яо Линь. Она пока еще здесь, в Запретном городе. И она, единственная, кто может мне помочь. В критические моменты жизни подруга всегда была рядом и даже простила мне ссылку своего любимого принца после того, как он потерял всякое право на трон.

Мое солнышко, моя персональная святая! Которая уже не раз спасала мне жизнь. Именно Яо Линь приняла из рук повитухи моего сына, прежде чем передать его мне. По обычаям моей родины Яо Линь теперь крестная Пятого принца. Поскольку нет Храма, где мы могли бы провести обряд крещения, я мысленно благословила быть второй матерью ту, из рук которой приняла свое самое большое счастье: ребенка. А вслух прочитала три известные мне молитвы на старославянском, ночью, когда никто меня не слышал. И даже тайком перекрестилась.

Помоги же мне, Яо, проститься с любимым, проводить его на войну!

Я нахожу подругу на ее рабочем месте: в императорской кухне. Яо Линь готовит главный в жизни пир: свою свадьбу. Все должно пройти идеально. И три дня – это очень мало. Но Мэри Сью обязательно справится! Она и не такое делала!

– Ваше императорское высочество, – пугаются кухарки при моем появлении.

Потому что я смело иду к кипящим котлам. Деловито, не боясь обжечься или просто запачкаться, снимаю пробу:

– Годится.

Когда-то я была одной из них. Готовила ужасно, разве что лапша мне под конец удавалась. Но кое-чему научилась. Не быть снобкой. Не заноситься. Помнить о том, что судьбу огромной империи подчас решает маленький человечек. И что без верных слуг мы, хозяева жизни – ничто.

Я временно голый король. Вернее королева. У меня забирают моих друзей. Упала с плеч императорская мантия – Лин уезжает на войну. Вот-вот снимут платье – Яо Линь больше не будет в Запретном городе. Уплыли башмаки – преданный Юн Чжоу покидает свой пост. И, наконец, самое интимное – мое белье. Хэ До, поверенный всех мои тайн, в том числе альковных. Лежит практически при смерти.

Что у меня осталось? Только корона на голове. Не смотрите на меня, как на императрицу, я такая же как вы: несчастнейшая женщина. У которой хотят отнять самое дорогое – ее сына. Потому что Сан Тану угрожает реальная опасность.

– Мэй Ли! – кидается ко мне перепуганная до смерти Яо Линь. Она прекрасно знает это мое выражение лица: глухое отчаяние. И даже забывает соблюдать субординацию. – Что случилось?! Ваше высочество, – спохватывается она.

– Я пришла тебя поздравить, – силюсь выдавить улыбку. – И помочь со свадьбой. Мы с его величеством обо всем договорились. Обсудим это наедине.

За дверями дворцовой кухни отдаю приказ:

– Оставьте нас!

Мы с Яо Линь уходим в наше секретное местечко. Между телегами. На мое императорское одеяние сыплется труха. Где-то здесь припрятан заветный кувшинчик с вином. И я шарю в соломе, безнадежно испортив прическу.

– За твое счастье, Яо, – я отхлебываю первой и протягиваю кувшин подруге: – теперь ты. Пей!

Она охотно делает пару глотков. А когда-то Мэри Сью вообще не пила! Вот куда приводит мое дурное влияние!

– Говори же, что случилось, – мне возвращают кувшин.

– Все плохо, Яо Линь. Для меня. Но я не хочу тебя в это впутывать. Ты свое счастье выстрадала. Выходи за своего принца и уезжай. Ты столько для меня сделала. Я и мой сын обязаны тебе жизнью.

– Перестань! Если ты захочешь, Мэй Ли, то я останусь в Запретном городе. Отменю свадьбу.

– Нет. Ты больше не можешь жить для меня. Живи отныне для себя. Но у меня последняя просьба, Яо, – я не выдерживаю и реву. – Помоги проститься с Лином…

Яо Линь меня крепко обнимает и по-матерински гладит по волосам:

– Конечно, помогу. Что я должна делать?

– Нам не дают даже поговорить наедине. Благородная ведьма Гао начеку. А я хочу попрощаться с Лином, как женщина прощается с мужчиной. Понимаешь меня?

– А если ты опять… – пугается Мэри Сью. Явно имея в виду мою беременность.

Но я на этот счет подкована:

– Нет, этого не случится, потому что я кормлю ребенка грудью. У меня нет ни месячных, ни овуляции. Потому что организм активно вырабатывает пролактин… – Боже, что я несу! В шестнадцатом веке! Совсем от горя разум потеряла! У Яо Линь такое лицо, будто она готова бежать за главным императорским лекарем! И упрятать меня под домашний арест, как душевнобольную! – Это такое противозачаточное, тебе не надо. Пусть у вас с принцем будет много-много детей. Мне же нужно всего полчаса. Но я ни на минуту не могу оставить сына. Сейчас он у императрицы, но Мать Нации не может вечно меня прикрывать. К тому же за мной следят, я уверена.

– Но у тебя наверняка есть план? Ты же умница.

– Да. – Отхлебываю из кувшина. – Я уговорила его величество, чтобы Лин остался в Пекине еще на шесть дней. Мы сейчас будем готовиться к твоей свадьбе. Соберем и выставим приданое. Подгоним по твоей фигуре свадебное платье. Меню для пира, я уверена, ты уже продумала. Сначала пройдет церемония бракосочетания, согласно традициям Великой Мин. Я буду твоей посаженной матерью.

– Кем?!

– Выдам тебя замуж. Поэтому на второй день ты приедешь в родительский дом, то есть, ко мне во дворец. Уверена, что муж тебя в этом не поддержит. Мы с ним по-прежнему в контрах. Поэтому ты приедешь одна. И у меня будет полчаса. Пока ты приглядываешь за Сан Таном. Ты согласна?

– Ну, конечно! Ему и в самом деле угрожает смертельная опасность?

– Да. Они почти перевербовали Чун Ми.

– Чего-чего?

– Перекупили. Пообещали ей милость императора. Чун Ми не понимает, что ее обманули. Но шпионит для этих вездесущих Гао. Я могу доверять только тебе. Посидишь с моим ребенком? Пока я сбегаю на свиданье к Лину. Всего полчаса.

– Я не выпущу принца из рук, – твердо говорит Яо Линь. – Ты можешь в этом не сомневаться.

– Спасибо. Идем готовить твое приданое. Нет, сначала допьем, – снова прикладываюсь к кувшину.

– Но ты ведь кормишь ребенка, Мэй Ли! – торопливо отбирает у меня выпивку святая.

– Боюсь, я больше не смогу его кормить. Молоко почти перегорело. Но какое-то время это еще будет действовать как противозачаточное. Да и не нужно больше Сан Тану мое молоко. Оно отныне горькое. Отравленное моими страданиями.

Слезы снова невольно льются из моих глаз, и Яо Линь из солидарности со мной начинает рыдать. Тоже мне, невеста!

– Как же ты справишься, Мэй Ли?! А меня уже не будет рядом…

– Как-нибудь… Главное это мой Сашка. Сохранить ему жизнь. И дождаться из похода его отца. Лин должен вернуться с победой, и надо его вдохновить. Сейчас он уязвим. Беспокоится обо мне и ребенке. Мужчина не должен идти на войну таким слабым. Вера в надежный тыл – вот что нужно воину… Ты ведь будешь мне писать?

– Каждый день! Клянусь!

– И я тебе.

– Мэй Ли…

– Яо Линь…

Обнимаемся и плачем. Какая мелодрама без разлуки с подругой?

Мне уже легче. Я должна отблагодарить добрейшую Яо Линь за все, что она для меня сделала: достойно выдать замуж за ее принца. Столько лет ожидания! Я не посмею украсть у единственной подруги еще хотя бы месяц! Да и что мне это даст?

Они все уезжают…

И у меня всего шесть дней, чтобы попрощаться с прошлым.

Глава 4

А теперь, внимание! Та-дам! Традиционная китайская средневековая свадьба! Которая хоть и прошла в ускоренном темпе, но зато на территории Запретного города! Получилось и торжественно, и красиво.

Поскольку нас с Яо Линь поставили в известность всего за три дня, пришлось поторопиться. Не успели мы с подругой прийти в мой дворец, как от принца принесли ритуальные атрибуты для свадебной церемонии. В отличие от традиций многих других народов, свадьбу в Великой Мин устраивает и оплачивает семья жениха.

С невольной завистью смотрю на красное свадебное платье: я не так выходила замуж, хоть и за императора. Меня просто поставили перед фактом: отныне ты его жена. Точнее, сначала наложница. А потом Сын Неба издал указ, где провозгласил меня своей супругой. Но свадьбы у нас не было. Такой чести достойна только императрица, а всякие супруги, благородные и не очень обойдутся указом о присвоении им очередного штатного ранга. Типа и так великая честь – служить самому Сыну Неба.

Не было моей свадьбы и с Лином. Говоря современным языком, мы с ним живем в гражданском браке. А вот Яо Линь дождалась. Помогаю ей примерить платье. Почти идеально!

– Надо же немедленно выслать в ответ во дворец его высочества твою одежду и постельное белье, Яо Линь! – спохватываюсь я. – Иначе нас обвинят в нарушении традиций! И в неуважении к семье жениха! Равно как и к императору, заделавшемуся сватом!

– Не беспокойся: мой жених не придирчив, – улыбается моя персональная святая. – Нам главное быть вместе.

– Он не удивился такой спешке?

– Спешке?! – Яо Линь смеется. Потом спохватывается: – Прости. Я не должна быть такой счастливой, когда тебя разлучают с любимым.

– Я же была счастливой, пока ты страдала.

– Когда это я страдала?!

– Вы так долго не могли пожениться. Из-за меня. Я изгнала из Запретного города родителей твоего жениха.

– Давай забудем прошлое, Мэй, – решительно говорит подруга.

– А твой принц? Он забудет?

Яо Линь мнется. Наверняка они это обсуждали. Потому и принято решение: уехать. Его высочество не желает делить жену со своим смертельным врагом. Яо Линь не должна больше оставаться под моим влиянием.

– Не отвечай, – усмехаюсь я. – Поскольку дары от жениха получены и с платьем все в порядке, я могу пойти за своим сыном.

– Тихо ты! – пугается подруга.

– В своем дворце я могу говорить об этом смело. К тому же мы с тобой только вдвоем.

– Но нас могут подслушать! Не называй Сан Тана своим сыном, Мэй, я тебя умоляю!

– Хорошо. Не буду. Надеюсь, и партия в Го уже закончена. И его величество отпустил князя Вана. Но, увы! Лину нечего делать в доме чужой невесты! Уверена, что князя выпроводили из Запретного города. Под предлогом, что надо готовиться к долгому походу. А мне, увы, нечего делать в казармах. Как же грамотно они разыграли эту партию! Я в восхищении! Даже к Юн Чжоу не успеваю, у меня всего три дня до твоей свадьбы!

– Прости меня, – на глазах у Мэри Сью снова слезы.

– Прекрати это! Идем, – говорю я со вздохом. – Тебе надо на кухню, а мне к снохе. Темнеет уже.

Я обещала вернуться вечером. Надеюсь, что с Сашкой все в порядке. Мне предстоит вытерпеть еще пару дней с перегоревшим молоком в груди. Они все-таки сотворили это со мной. Лишили меня возможности самой кормить сына. Но делать это и дальше опасно не только для моей жизни, но и для него.

Сан Тан жив и здоров. Забираю из дворца императрицы Пятого принца и его свиту.

– Ваше императорское высочество мне больше не доверяет, – гундит Чун Ми мне в затылок, оттерев плечом кормилицу.

– Что ты уже успела рассказать супруге Гао? – я намеренно опускаю «благородной».

Благородства в гадюке ни капли! Я же не претендую на трон для своего Сашки! Могла бы оставить нас в покое!

И тут до меня доходит. А что если трон Сына Неба унаследует Третий принц?! Представляю на доске позицию: сын Благородной супруги Гао становится императором. И невольно холодею. Она ведь знает тайну Сан Тана. Чей он на самом деле ребенок. Доказательств нет, но есть подозрения и факт сомнительных родов. Куда никого из императорских супруг не допустили.

Когда я боролась за свою жизнь, было гораздо проще. Но материнские чувства делают меня особенно уязвимой. Моя кроха еще даже голову не держит! А детская смертность во времена средневековья и в самом деле невероятно высока! А тут еще я остаюсь одна! Лин уходит в поход!

Ох, и битва же мне предстоит! Придется проявить чудеса изобретательности. Но сначала выдать замуж Яо Линь и попрощаться с Лин Ваном, который надолго меня оставит …

…Накануне свадьбы в доме у жениха мальчишник, а у нас с Яо Линь, соответственно девичник. Император у племянника вместе с другими мужчинами из семьи, которые успели приехать на свадьбу. Я знаю, что там же сейчас мой Лин Ван и его лучший друг генерал Чжоу. Эх, мне бы туда! Поговорить с Юном. Напомнить ему, что своим счастьем он обязан именно мне.

Есть же у него верный человек, который может стать хотя бы временно главой местной Тайной канцелярии! Мне надо наказать обидчиков Хэ До!

Но я не могу уйти, потому что устраиваю прощальный ужин для подруги. Тем более уйти к мужчинам, кем бы я ни была, мое присутствие на мальчишнике недопустимо. Это китайское средневековье, в худших его традициях. Где место женщины на кухне, в спальне и в храме. Готовить, молиться и обслуживать мужчину в постели – вот все, что ей дозволено.

Зачем ты выходишь замуж, моя Яо Линь?! Здесь ты была человеком! В твоем подчинении находилось несколько тысяч человек! А теперь ты сама будешь в полном подчинении у мужчины. Маленькая поправочка: у любимого мужчины. Это я от зависти, потому что тоже хочу быть вместе с Лином.

– Что с тобой, Мэй? – пугается подруга, видя слезы у меня на глазах.

– Я плачу от счастья за тебя.

Мясо нам по традиции прислали из дома жениха. С их барского мужского стола. Яо Линь с улыбкой ест. А я подкладываю ей лучшие кусочки. Потому что завтра Яо нельзя будет есть до самой церемонии бракосочетания.

У нас весело. Пьем вино и обсуждаем мужиков. Я, как законная вдова, вразумляю незамужних придворных дам. Намекаю краснеющей Яо Линь о завтрашней брачной ночи. Мол, давно пора.

Ну что за вечер! Невольно умиляюсь.

Господи, совсем как у нас, на Руси! Даром что Китай, да еще средневековый! Мои служанки, все как одна благородные девушки из очень хороших семей, меняют девичью косу Яо Линь на сложный пучок в несколько слоев: прическу замужней женщины.

На Руси ведь тоже проводят свадебный обряд расплетения девичьей косы. Голову невесты после этого окручивают двумя косами. А дальше ее следует покрыть, головушку эту. Все, мол, негоже замужней даме разгуливать простоволосой!

В Великой Мин с этим попроще. Но со строгостью поведения замужней женщины нет. Хотя, принц, за которого выходит моя Яо Линь – человек прогрессивных взглядов. И не запрет ее под замок на женской половине своего дворца.

Господи! Я тут гуляю на китайской свадьбе, а наши там сейчас Казань берут! И нечем родине помочь! Царские послы до Китая доберутся еще не скоро! Не в этом веке уж точно.

И снова слезы на глазах. Это все гормоны. У меня настоящая гормональная буря после того, как я бросила кормить Сашку грудью.

Завтра на свадьбе я должна улучить момент и сказать Лину, когда и где состоится наше с ним свидание. Или его лучшему другу, если не представится такой возможности.

Но как же мне хочется перекинуться хотя бы парой слов с моим ненаглядным князем! Я вижу по его взгляду: тоскует. Ну не могу я отпустить его в долгий поход в таком состоянии!

Глава 5

Все очень торжественно и красиво. У меня во дворце стоит свадебный паланкин, и в благоприятный час, назначенный придворным гадателем, Яо Линь на стуле выносят к гостям: забирайте сокровище! Новобрачная не должна ходить по земле, всякий сор собирать и нести его в дом своего будущего мужа. Поэтому моей и без того драгоценной Мэри Сью и шагу не дают ступить.

Я обо все позаботилась, хоть у меня и было всего три дня. Никто из гостей подарками не обижен. Яо Линь провожают замуж, как королеву. Бережно усаживают в паланкин. Невесте при этом положено плакать, но Яо Линь, вопреки традициям, улыбается. Улыбается и ее принц, встречая невесту в дверях своего дворца.

Я, как посаженная мать могу присутствовать на обряде бракосочетания. Полюбоваться на то, как Яо Линь и ее возлюбленный идут по красной ковровой дорожке к алтарю, где жениху надо зажечь благовония и свечи для поклонения небу и земле.

После поклона перед алтарем – поклон родителям. И в конце обряда три поклона друг другу. Все. Отныне Яо Линь жена того, о ком мечтала с их самой первой встречи. Дальше у нас по программе пир, где все будут не только много есть, но и много пить. Это же свадьба!

Следовательно, легкий, а под конец и основательный сумбур во всем Запретном городе. Но за мной внимательно следят. Я уже поняла, что «рыбий глаз» – будущий главный евнух, если Хэ До так и не оправится. Поэтому ревностно исполняет свои должностные обязанности.

Но, слава богу, есть друзья! Я про верного Юн Чжоу. С ним-то мне говорить не запрещено. Он глубоко женатый мужчина, к тому же теперь мой родственник. Ведь Юн женат на принцессе династии, а я ее полноправный член. Мне с чужими мужчинами общаться не дозволено, а с родственниками – запросто. Вот чего мои враги не учли.

– Ваше высочество, – Юн смущен. Он знает мою главную тайну. – Я…

– Не извиняйся. Знаю, что ты уезжаешь. Но это твой долг. Ты должен сопроводить жену и тестя, который сегодня тоже обзавелся супругой, для поклона родителям. Вас ждет бывшая наследная принцесса.

– А как же вы? – невольно вырывается у Юна. – И почему я отправляюсь не в Нанкин вместе с князем Лин Ваном, моим Учителем? Я боевой генерал, и мне надо в поход! – горячится все еще командир Парчовых халатов. Ведь его заместитель пока не прибыл в Пекин.

– Ты еще это успеешь. Навоюешься.

Мне главное продержаться до его возвращения. Потому что Юн Чжоу засядет в военном министерстве. Первым замом. Парчовые халаты одно из ведомств. Тоже военное. И не все еще потеряно.

– Но госпожа! Вы ведь остаетесь совсем одна!

– Даже одна я очень и очень сильна. Моя карьера в Запретном городе начиналась также. Я была совсем-совсем одна. И выстояла. Без титула и денег. На одном характере продержалась. Продержусь и сейчас.

Краем глаза вижу, как к нам направляется Благородная супруга Гао. Которую я с огромным удовольствием придушила бы. Торопливо говорю Юну:

– Мне надо попрощаться с Лином. Завтра в час лошади князь должен быть у входа в Восточное крыло моего дворца. Делай что хочешь, но…

– О чем это вы секретничаете с генералом, ваше императорское высочество? – голос леди Гао так сладок, что я его в чай могу класть, вместо меда. А глаза трезвые. Эта гадина сегодня пьет умеренно. Бдит. Всерьез решила сжить меня со свету. И моего Сашку.

Серьезный соперник.

– Я советую генералу Чжоу непременно посетить вместе с женой остров Путошань, – в моем голосе вызов. – И обязательно подняться на священную гору. За благословением богини Гуаньин. Чтобы родился мальчик.

– Я уже поняла, что это заразно.

– Что именно?

– Ваша распущенность.

– А ты осмелела. Празднуешь победу? – мерю ее презрительным взглядом. – У наследной принцессы, которая тоже бросила мне вызов, было гораздо больше власти. Да и я тогда была моложе и глупее. Может, одумаешься Благородная супруга Гао? Перестанешь строить мне козни. Предлагаю мир.

– Дни вашей безграничной власти в Запретном городе сочтены. Император вам больше не верит. Вы лишаетесь поддержки армии, которая уходит на юго-восток вместе с князем Лин Ваном.

– Я так понимаю, вызов брошен? Что ж. Он принят. Не жалуйся потом. – Я поворачиваюсь спиной к гадюке, а лицом к своему другу: – Ты все понял, Юн?

– Да. Чтить богиню Гуаньин и поклониться ей от вашего имени. За ее щедрый дар. Я имею в виду, благословение великой.

После чего я пристально смотрю на Лина, который сидит довольно далеко. Потому что он хоть и князь, но не член династии. Еле заметно киваю на Юн Чжоу: он все сделает.

Благородная Гао шипит мне вслед змеей:

– Ваш Пятый принц и до года не доживет…

А вот этого я тебе никогда не прощу! И не надо потом обвинять меня в чрезмерной жестокости! Я твоих детей не трогала!

В это время новобрачные поднимаются со своих мест. Им пора уединиться. Я улыбаюсь моей Яо Линь: смелее. Небось, твой принц как любовник очень даже хорош. Красавец! Царская стать, и ноги вроде не кривые. Хотя, кто знает? На нем ведь не написано. Может, он в честь такого долгожданного события сочинил поэму, которую будет читать Яо Линь всю брачную ночь?

Ладно, завтра выясню.

… Судя по радостному лицу Яо Линь, принц был с ней нежен и трогательно терпелив. Не отвратил ее навсегда от физической близости. Она хотя бы узнала, откуда берутся дети! Поэтому с восторгом и счастливой улыбкой на лице берет на руки моего малыша. И у нее такой будет, если его высочество как следует, постарается. Одной ночи тут мало.

– Ты не разочарована? – пристально смотрю в глаза любимой подруге. Единственной!

– Что ты! Я бесконечно счастлива!

– Твой муж… Он был с тобой достаточно непочтителен? Ребенка он тебе сделал, наконец, о Конфуций!

– Мэй Ли! – подруга до ушей заливается краской. – Как ты можешь об этом говорить?!

– Яо Линь, тебе за тридцать перевалило! Пора уже! Ты прямо святая! Давно уже следовало соблазнить этого романтика и недотепу! Он, конечно, принц, но такое ощущение, что гарем живет своей жизнью, а тот, для кого его собрали, своей! Пять лет на горе просидеть, в буддистском Храме! Такое ощущение, что человек вообще не собирается размножаться! Вы ведь не затем поженились, чтобы картины на пару писать?! Тебе нужен ребенок. Из тебя получится замечательная мать. Вон как ты на Сан Тана смотришь! И если твой муж все еще не сделал тебя женщиной, я сама с ним поговорю!

– С мужчиной?! Об этом?! Такое совершенно недопустимо!

– Значит…

– Успокойся: все хорошо.

– Отлегло. Значит, я и своими делами могу заняться. Принесите нам чай, – командую служанкам.

Приближается час лошади. Смущенная Яо упорно смотрит в свою чашку. До чего же моя подруга целомудренна! У меня-то чувственность бьет через край, хотя после родов только два месяца прошло. И я никакого желания испытывать не должна по всем законам медицины.

Но мне так хочется почувствовать запах моего Лина! Потискать эту лапу, почувствовать его силу. Я хочу на ручки, хочу быть любимой. Просто женщиной, не императрицей.

Время идет. Я уже вся дрожу от волнения и нетерпения. Удалось ли Юну обеспечить алиби моего князя? Лин Вана ждет сейчас у входа в восточное крыло моя преданная служанка.

У меня уже все готово. Я решила поступить как в былые времена. Через века в календаре появится праздник для влюбленных: День святого Валентина. Когда я еще была не попаданкой и вдовствующей императрицей, а просто Катей, устраивала 14 февраля своему тамошнему мужу романтические свидания. Надеясь с ним сблизиться.

Сердечки из розовых лепестков, ароматические свечи и все такое. А в ответ получала букет цветов и какую-нибудь безделушку.

Пройдет лет сто, и именно дворец Куньнингун, мою теперешнюю резиденцию будут использовать для императорских бракосочетаний.

А комнату в восточном крыле, которую я облюбовала для тайного свидания с Лином, как покои для новобрачных. Те самые, где они впервые познают друг друга.

Но кто-то же должен положить начало традиции!

Красный цвет – это цвет счастья. Последний китайский император оставил для потомков мемуары, из которых понятно, что с этим цветом в комнате для любви переборщили. Кроме пола все стало красным. Полог на кровати, подушки, цветы, одежда…

Зачем?! Последний император, кстати, так и не смог. Ушел, оставив невесту нетронутой.

Я-то сотворила приют для романтиков. Влюбленных, которые прощаются перед долгой разлукой. Комнатка небольшая, добрую ее четверть занимает огромная кровать. Я хочу напомнить Лину наш свадебный круиз.

Я уже почти ничего не слышу, сижу, как на иголках, не отрывая взгляда от входной двери. Кроме Яо Линь у меня в гостиной торчит Чун Ми и несколько верных мне служанок суетятся у стола, подавая легкие закуски и традиционные китайские напитки: разные виды чая. Как же мне не хватает кофе! Давлюсь очередным шедевром чайных мастеров, мечтая о шапке взбитых сливок на огромной чашке капуччино.

Но, увы! Кофе появится в Китае еще не скоро!

– Вам нездоровится, ваше императорское высочество? – сканирует меня взглядом фальшивая Сашкина мать.

Чун Ми я отсюда убрать не могу, они с Яо Линь теперь родственницы по мужьям. Члены одной династии. Придется что-нибудь придумать, чтобы купить молчание императорской супруги Ми.

Наконец, в дверях появляется та, которую я послала встретить Лина, и делает мне еле уловимый знак. Понятный только нам двоим.

Я поспешно встаю со словами:

– Извините, женские дела. Яо Линь, ты ведь побудешь у нас еще какое-то время?

– Конечно, ваше императорское высочество, я не налюбовалась вдоволь Пятым принцем перед нашей долгой с ним разлукой. И вовсе не спешу уходить.

Вроде Чун Ми ни о чем не подозревает. Ну, решила я выйти на пару минут. Мало ли зачем. Степенно, как и положено вдовствующей императрице, направляюсь к двери, которую раздвигают передо мной услужливые руки.

Но за порогом совершенно меняюсь. И, как влюбленная девочка, дрожа от волнения и теряя по дороге туфельки, несусь в восточное крыло!

Невольно вспоминаю нашу с Лином первую ночь. Как его нетерпеливые руки рванули дверь в мою каюту!

Так и сейчас. Я буквально падаю в медвежьи объятья князя:

– Лин! Наконец-то!

– Мэй Ли… Как же я скучал!

Глава 6

Какое-то время мы не можем говорить, так жарко целуемся. Перед глазами все плывет, ноги подкашиваются. Мы ведь не были наедине поистине вечность! Я даже забываю о боли, пока жадный рот князя не впивается в грудь, немного повыше все еще набухшего соска с расплывшейся до неприличных размеров ареолой.

Невольно вскрикиваю. Лин тут же пугается и выпускает меня из рук:

– Что с тобой, Мэй Ли?

– Нежнее, милый. Я еще не в форме как любовница.

– Ты все еще кормишь Сан Тана?!

– Уже нет. Успокойся.

– Я так хочу его увидеть!

– Нельзя, Лин. Иди лучше ко мне…

У меня всего полчаса… Господи, полчаса! Благосклонная ко мне в последнее время судьба вдруг сделалась до странности жадной. Как ростовщик, который за каждый золотой дерет безумные проценты. Потому что эти полчаса мне дорого обойдутся!

Торопливо раздеваю Лина, чтобы вдоволь им налюбоваться перед долгой разлукой. Его могучим телом, где мышцы отшлифованы годами упорных тренировок. Лин нетерпелив, и уже готов на меня навалиться, но я его останавливаю:

– Сегодня я сама.

Боюсь, Лин сделает мне больно. Поэтому сажусь ему на бедра, задрав подол парадного царского платья. Мне раздеваться некогда. Всего полчаса!

Лин всегда меня слушается. Понимает: вопросов лучше не задавать. У меня нет времени для ответов. Я хочу, чтобы он запомнил эти полчаса на всю оставшуюся жизнь. Теперь моя очередь зажечь для него на потолке и солнце, и луну, и звезды…

Как же он силен и красив! Настоящий мужчина! Мои губы знают наизусть каждую заманчивую выпуклость этого тела, каждую его впадинку. Ловлю своим раскаленным ртом его стоны, еще более жаркие: не надо так громко кричать, солнце мое. Свидание тайное, и ты, и я – мы оба рискуем жизнью.

Он так изголодался, что сразу этот зверский аппетит не утолить. Но я люблю моего князя так сильно, что готова стать его эхом. Посвятить эти полчаса только Лину, забыв о себе. Мне надо его вдохновить на новый подвиг.

Видать, перестаралась, потому что слышу:

– Я никуда не пойду! Разверну свою армию на Пекин и штурмом возьму Запретный город! Свергну твоего приемного сына! Который не смеет нас разлучать!

– Мой милый Лин… – со вздохом сползаю с него на влажную от нашего пота простыню. – Даже если на каждой ступени огромной лестницы во дворец Небесной Чистоты будет стоять десяток преданных тебе солдат, это все равно не сделает тебя императором. Ты бывший простолюдин. В тебе нет ни капли царской крови. А у династии слишком уж много принцев. Тот, который нас с тобой устроит на императорском троне, еще слишком мал. Даже голову не держит.

– Ты говоришь о…

– О Сан Тане.

– Но разве это возможно?!

– Вот чтобы это стало возможным, ты завтра покинешь Пекин.

– У тебя разве есть план, моя Мэй Ли?

– Конечно.

Мое время истекает, поэтому говорю торопливо, но внятно, чтобы Лин запомнил:

– Император умен, но недальновиден. Сам того не подозревая, он вложил в мои руки оружие, которым я расчищу дорогу Сан Тана к трону. Нанкин это южная столица империи. Один из ее ключевых городов. Ты не просто раскатаешь в блин японских пиратов, солнце мое. Сбросишь их в море, сожжешь их корабли. Покажешь, кто в империи хозяин. Ты подчинишь себе всю южную провинцию. Все морское побережье. Посадишь в Нанкине градоправителем преданного тебе чиновника. Южная столица станет нашей военной базой.

– Чем?!

– Прости, я снова заговариваюсь,– целую Лина в губы, словно запечатывая их. Помолчи и послушай. – Ты станешь военным диктатором. Когда придет время, мы спрячем Сан Тана там, в Нанкине. Город хорошо укреплен. Там стена, которой его окружили для защиты от тех же пиратов. Я читала. Смотрела карту. Прекрасный город! Наш будущий опорный пункт. Оставишь там часть своей армии после победы. А я уверена: ты победишь. Ты уже не раз это делал. Я не смогу тебе писать так уж откровенно. Ты все прочитаешь между строк, мой Лин. Главное помни: я тебя люблю. Вот.

Достаю заранее припрятанные под подушками нефритовые кольца. У Лина слезы на глазах. Вот расчувствовался! А еще боевой генерал! Мастер боевых искусств!

– Надень мне одно из колец на палец, радость моя. На безымянный, Лин. Как обручальное. А я надену кольцо тебе.

Мои руки слегка дрожат. Это наше тайное венчание. Свидетелей нет, только небеса, которым мы клянемся в верности друг другу.

– Мэй Ли… Я обязательно к тебе вернусь!

– А я тебе клянусь, что придет время, и мы с тобой сможем открыто носить эти кольца. Ты должен быть уверен, что я справлюсь. Разве я тебя когда-нибудь подводила? – улыбаюсь сквозь слезы.

– Если бы ты знала, как я тебя люблю!

– Я знаю. Ты не больно красноречив, но каждый раз, встречаясь со мной наедине, вот как сейчас, ты рискуешь жизнью. Это говорит лучше любых слов.

– Я утоплю Великую Мин в крови, но положу империю к ногам нашего сына!

– Ну, вот опять, – невольно вздыхаю. – Неисправим. Тиран и деспот, вот ты кто! Со дня нашей первой встречи ничуть не изменился! Помнишь, как меня душил?

– Мэй Ли! – аж зарделся, бедняга. – Я был так глуп…

Ты и сейчас не больно-то поумнеем, князюшка. Но зато возмужал. Я научу тебя, что надо делать:

– Просто вернись с победой. Я тоже хороша. Гоняю тебя в походы, вместо того, чтобы носки вязать и готовить на ужин лапшу долголетия. Но надо, Лин. Поцелуй меня еще, уже как свою жену. Крепче целуй, я хочу запомнить это на всю жизнь. Как провожала тебя, быть может, в самый важный военный поход. Потому что это уже не для меня. Для Сашки. Сан Тана, я хотела сказать, – и чтобы Лин не задавал ненужных вопросов, целую его сама.

Какое-то время мы снова наслаждаемся друг другом, но недолго, потому что в дверь скребутся:

– Ваше высочество… пора…

– Меня, похоже, хватились, – торопливо встаю и начинаю одеваться. – Тебе пора уходить. Кто тебя прикрывает? Юн?

– Да. Мы вроде как тренируемся на мечах во дворе у казармы. Один из солдат переоделся в мой мундир. Изображает князя Лин Вана.

– Юн хороший друг, – невольно улыбаясь, представляя себе эту инсценировку.

– Но он тоже уезжает!

– Не беда. Скоро в Пекин прибудет новый командир Парчовых Халатов. У меня богатый опыт вербовщика. Я найду подходы к этому императорскому племяннику, кем бы он ни был.

– Что это еще за подходы, – князь уже и губы надул! Ревнует.

– Помоги-ка мне с прической. Я где-то в кровати пару нефритовых шпилек потеряла. Вместе со своим императорским достоинством. Поторопись, радость моя.

Я уже одета. При помощи Лина возвращаю в прическу потерянные шпильки. И все равно ведь спалимся! У меня не только прическа растрепана, еще и щеки пылают. А губы припухли от поцелуев. Бросаю на Лина прощальный взгляд:

– Я не смогу тебя завтра проводить. За каждым моим шагом следят. Но помни, в чем я тебе поклялась, – показываю князю кольцо.

Ухожу, стараясь не оглядываться. И слез не лить. Мы с Лином обязательно будем счастливы! Когда-нибудь.

– Ваше высочество! – ахает служанка, едва я переступаю порог.

– Что еще такое?

– Вы же совершенно не похожи на высочество!

– Ну, так помоги мне!

Служанка кое-как поправляет мою одежду и рисовой пудрой пытается скрыть следы страсти светлейшего князя с моего разгоряченного лица. Стараюсь идти степенно, сохраняя гордую осанку.

– Ваше императорское высочество! – вскакивает при моем появлении Чун Ми. – Где же вы были так долго?!

– У меня случилось расстройство желудка. Полчаса сидела на горшке, – невозмутимо говорю я, и вижу, как Яо Линь беззвучно смеется. – Понос меня прохватил, видать, несвежий чай вчера на свадьбе подали.

Держи себя в руках, Мэри Сью! Ты от смеха сейчас под стол упадешь! Взгляд Чун Ми тем временем падает на мою правую руку.

Вот они, тридцать три утюга на подоконнике! Знак проваленной явки! А вовсе не смех Яо Линь! Я в горячке забыла снять свое обручальное кольцо! Теперь уже поздно: его заметили.

– Это в туалетной комнате раздают теперь нефритовые кольца? – ехидно говорит Чун Ми.

– Ты бы помолчала, так себе супруга. Рангом не вышла. Здесь сидят одна принцесса и одна вдовствующая императрица.

– Я тоже принцесса! – злится девчонка.

– И где это записано?

– В императорском указе!

– Супруга – это еще не принцесса. Ты ведь не Благородная. Просто супруга. У тебя даже дворца своего нет. Слова тебе тоже не давали. Так что, милая моя: заткнись.

Глаза Чун Ми, и без того очень уж темные, совсем чернеют от злости. А чего она хотела? Видимо, ее бесит мое счастливое лицо. И распухшие от поцелуев Лина губы.

За Яо Линь давно уже прислали паланкин. Вот ее я послезавтра смогу проводить. Мы попрощаемся со всей возможной нежностью, как самые близкие подруги.

– Спасибо тебе, Яо Линь, – шепчу я на ухо своей персональной святой, пока мы идем к носилкам.

– Удалось? – почти беззвучно спрашивает она. И смотрит на мое кольцо: – Будь осторожна, Мэй Ли.

Александра Линовича несут след в след, я ни минуту не выпускаю из вида Пятого принца. Опасность велика. Спит он в одной комнате со мной, Чун Ми я больше не доверяю. Наверняка побежала с докладом к Благородной супруге Гао, пока я провожала к носилкам подругу. Я ведь отсутствовала даже больше, чем полчаса. Увлеклась.

И вот девчонка, задрав нос, говорит мне, что направляется к другой супруге, чайку попить. Освоилась, осмелела. А была-то: замарашка, недотепа. Ну почему из всех своих служанок я выбрала в матери своего ребенка именно ее?! Неужто Чун Ми влюбилась в императора?!

Да он ее и знать не хочет. Никогда не звал к себе больше. В Запретном городе полно красавиц, и Чун Ми в их число явно не входит. Если бы я лично не представила ее приемному сыну, у девчонки не было бы ни единого шанса возвыситься!

Как же иные люди неблагодарны! Ладно, разберемся.

… Просыпаюсь я по привычке в час кролика. Покойный царственный супруг меня к этому приучил. А сегодня и повод есть.

Огромная армия не может уйти в важнейший военный поход беззвучно. Поэтому трубят трубы, бьют барабаны. Князь Лин Ван на лихом коне, расправив широченные плечи, еще более внушительные в крылатом парадном мундире, выдвигается в Нанкин, пряча в кармане обручальное нефритовое кольцо.

Это время настанет, Лин. Когда ты сможешь надеть его на руку, открыто. Я невольно глажу свое, которое так и не снимала со вчерашнего дня. Я провожаю моего Лин Вана.

Кольцо придется снять, когда я выйду из своих покоев. И спрятать до лучших времен. Подхожу к Сашке, беру его на руки и шепчу:

– Папа уходит на войну, сынок. Слышишь, как громко его провожают?

А у нас с Сан Таном своя битва. Ибо у меня созрел план.

Но я даже не подозреваю о сюрпризе, который и мне приготовили враги! Имя Ран Мин мне ни о чем не говорит.

Племянник императора. Один из.

Да если бы я только знала, кто его отец!!!

Вы тоже с ним уже встречались, с этим загадочным Ран Мином. Он скоро круто развернет сюжет нашей дорамы. И станет героем второго сезона. Но пока принц Ран Мин лишь на пути в Пекин.

Крупным планом: мужчина верхом на буланой лошади. Топот копыт. Чеканный мужественный профиль и загорелая рука, сжимающая повод. Лошадь понукают и шпорами, и криком.

﻿Вперед! Быстрее!

Он очень торопится, принц Ран Мин!

Глава 7

Проводив любимого и друзей из столицы, начинаю активно действовать. Итак, мне надо отвлечь приемного сына от его фаворитки. Задача сложная, потому что леди Гао опирается не только на его величество, но и на весь свой могущественный многочисленный клан. Но я, вдовствующая китайская императрица Катя вызов уже приняла.

На этот раз я не поставлю на посредственность. Увы! Чун Ми меня многому успела научить! Я уже поняла, что тот, кто просит всего лишь новое корыто, втайне мечтает стать владычицей морской. Классика!

У Чун Ми завышенная самооценка. Девчонка решила, что обойдя других наложниц в забеге к императорской постели, кубок первой леди Великой Мин уже почти заполучила! И надо срочно поставить Чун Ми на место. Вернуть ее к разбитому корыту. Пусть-ка задумается над своим поведением.

Мне нужна достойная соперница. Чун Ми и прочим леди, включая саму Благородную супругу Гао.

Прикидываю: в Запретном городе сейчас рекордное число наложниц. Именно в эпоху Мин императорский гарем достиг своей максимальной численности. Мало того, что все эти тысячи женщин у меня на жалованье: серебро, рис и медные монеты. Каждой наложнице полагается служанка, и не одна, согласно рангу.

Наложница высшей категории имеет восемь служанок, второй шесть, а третьей четыре. Даже низшая имеет две служанки! И чем они спрашивается занимаются, все эти бабы, если подавляющее большинство из них в глаза не видит императора?! Даром едят свой хлеб!

Мой приемный сын тоже хорош! Имеет тысячи юных женщин в своем распоряжении, а ночи проводит у старухи! Ибо по меркам средневекового китайского гарема леди Гао, которой давно перевалило за тридцать уже пенсионерка.

Наложницы, если они так и не удостоились милости его величества, вольны покинуть дворец уже в двадцать пять. Да балерины в наше время, то есть в двадцать первом веке, пляшут аж до сорока! А эти цацы так и норовят из наложниц свинтить! И выйти замуж, если Сын Неба их и пальцем не коснулся. Коснулся – участь незавидная. Похоронят вместе с ним в императорской гробнице, как когда-то пообещала мне бывшая наследная принцесса.

Невольно вздыхаю. Я вовсе не злая. И ничего не имею против той же Чун Ми. Но мне ведь выбора не оставили! Я слишком высоко забралась. Сиди я на болотной кочке, без колебаний ступила бы вниз. Да хоть в само болото! Я не боюсь ни тяжелой физической работы, ни бедности. Было уже. Наш с Лином рай, он даже не в шалаше: в походной палатке.

Но по меркам средневекового Китая эпохи Мин я сейчас не просто на вершине мира. Где-то за облаками, в стратосфере. Упасть с такой высоты означает неминуемо разбиться насмерть. И я опять разуюсь, чтобы босиком пойти по острым, как пики камням. Теперь уже ради сына.

Сначала я иду навестить Хэ До. Поскольку главный евнух стоит в самом начале гаремной пищевой цепочки, то у него есть в Запретном городе свой домишко, одна из комнат которого и превратилась сейчас в больничную палату. И евнухи в услужении тоже есть. Хэ До богат, он всегда был скопидомом. О его материальном состоянии я могу не беспокоиться. А вот о моральном…

У постели главного евнуха бдит главный императорский лекарь. Наконец-то всё на своих местах!

– Как он? – спрашиваю с тревогой, кивая на Хэ До.

– Состояние уже не критическое, – рапортует средневековое медицинское светило.

– Хромота останется?

– Ваше императорское высочество….

Вот когда говорят императорское, явно готовятся соврать!

– Говори прямо! – велю я.

– Перелом сложный. Я сделал все, что мог. Заберите мою жизнь, госпожа! Я глуп и нерадив! – главный лекарь утыкается лбом в холодный пол у моих ног.

Да что же это такое! На кой мне жизнь лекаришки? Мне нужна здоровая нога моего Хэ До! Который уже не стонет: вздыхает.

– Поднимись и – брысь отсюда, – командую я не оправдавшему мои ожидания светилу, которое потихоньку начинает отползать к дверям. – Хэ До, как ты?

– Мне уже лучше, моя госпожа.

– Ты ведь не один пошел в павильон Зима? Кто с тобой был?

Хэ До называет пару абсолютно незнакомых мне имен.

– Ты видел, кто именно тебя толкнул?

– Увы.

– Тогда я велю казнить обоих.

– Но это люди Благородной супруги Гао!

– И что? Предлагаешь с ней покамест не конфликтовать? Хорошо, я не буду их казнить, этих глупых евнухов. Есть ведь и другой способ.

Эта тема уже поднималась в первом сезоне и вызвала живейший интерес у публики. О мумифицированных причиндалах гаремных евнухов.

В средневековье люди были глубоко религиозные, вне зависимости от материка, на котором они обитали. По китайским поверьям человек после своей земной жизни уходит в загробное царство. И для этой второй жизни надобно сохранить свое тело в целости.

Вот почему отделенные от него сугубо мужские части кладут в стеклянный сосуд со спиртом и хранят в особом ларце. А в час кончины евнуха возлагают этот ларчик ему на грудь. Так и хоронят.

Но не таскать же все время с собой мумифицированные мужские причиндалы? Поэтому для их хранения было выделено особое храмовое помещение. Евнухи люди склочные, завистливые, жадные, жестокие по отношению к нижестоящим. И мстительные. Постоянно делают друг другу гадости.

Когда-то мне удалось при помощи Лина вернуть Хэ До украденный из храма ларец. Теперь же я собираюсь сама заняться мелким воровством. Все мумифицированные половые органы подписаны во избежание путаницы. Чтобы с чужими, извините яйцами никого не похоронить. Тут с этим строго. У евнухов в Запретном городе огромное влияние. Именно они следят за порядком и уж точно не ущемляют собственные интересы.

Покамест новый командир Парчовых Халатов еще не в Пекине и наши с ним отношения сложатся не скоро, я лично займусь расследованием и шантажом.

– Я отомщу за тебя, Хэ До! – клянусь несчастному. – Не беспокойся: ты не откажешься на улице даже с хромотой. Я поселю тебя в своем дворце, будешь нянчиться с Сан Таном.

– Спасибо, госпожа. – Хэ До трогательно сопит от умиления.

Мне же надо нанести удар по незыблемой на первый взгляд позиции неподражаемой леди Гао. Поэтому спрашиваю:

– Ты ведь хорошо знаешь императорских наложниц, Хэ До. Кто в гареме считается первой красавицей?

– Благородная супруга Гао, моя госпожа.

Переродись она в баобаб! Точнее, в баобабу! Чтобы не путаться больше под ногами у моих последовательниц! Мало ли, кого еще и откуда закинет в средневековый Китай? Вот пусть на триста лет баобабом замрет! Пока не станет ни императоров, ни гаремов!

– Ну а второй и третьей красавицей кто считается?

– Супруга Мао и супруга Лао.

– Да как они умудряются пролезть в супруги, эти красавицы?!

– Так ведь это моя обязанность, госпожа: отбирать для его величества самых красивых девушек!

– И что: никого в заначке не осталось?!

– Что вы задумали, ваше высочество?!

– Мне нужна наложница для спальни моего приемного сына-императора.

– Опять?! – Хэ До с испугом смотрит на мой живот.

– Успокойся: на этот раз для других целей. Девушка должна быть очень красивой. Чтобы покорить Сына Неба.

– Боюсь, его величество красотой не прошибешь.

– А чем?

– Кто его знает? Император уж очень прикипел к леди Гао. У них двое детей.

Понятно: привычка свыше нам дана, замена счастию она. Как же прав был А. С. Пушкин! Весь день его сегодня мысленно цитирую! Но вспомним и русские народные поговорки: император в таком возрасте, что бес, который в ребро, уже крадется во дворец Небесной Чистоты. И мне надо его перехватить, этого чертяку.

Чтобы место новой фаворитки заняла фаворитка моя.

Мой мир спасет не красота, а любовь. Любовь императора. Но где мне найти ту, которая растопит ледяное сердце? Раз все самые красивые красавицы уже перекочевали в пожалованные им дворцы.

– Когда были новые поступления наложниц, Хэ До?

– Да с месяц назад.

Понятно, почему я это важное мероприятие пропустила! Не до того мне было, оправлялась после первых родов.

– Кого-нибудь отобрали?

– Нет. Ни Матери Нации, ни Благородной супруге Гао никто не понравился. А император к смотринам интереса вообще не проявил.

Это и хорошо, и плохо. Давно уже не обновлялся штат императорских жен. Гарем у его нынешнего величества с шестнадцати. Понятно, что ему все уже приелось. И спокойная семейная жизнь с леди Гао моего приемного сына вполне устраивает.

Но бес в ребро ведь не случайно появился в поговорках. Шанс хоть и минимальный, но есть!

Глава 8

Обласкав и ободрив болеющего Хэ До, велю отнести себя в женское общежитие. Тьфу! Во дворец к наложницам, которые пока не пользовались благосклонностью Сына Неба.

Есть такой в Запретном городе. Мое появление, да еще с Пятым принцем сродни землетрясению в этой мирной непорочной обители. Сашку я выпускаю иногда из рук, но не из поля зрения.

– Ваше императорское высочество! – раздается хор испуганных голосов. – Позвольте подать вам чаю!

– Позволяю.

– Ваш визит такой неожиданный! Почему вы нас не предупредили! Мы бы подготовились!

– Да я с утра и сама еще не знала, что сюда загляну. А потом вспомнила: месяц назад был отбор, а я не видела новых девушек. Знаю, что никого для ночи с императором не отобрали. Но хочу сама глянуть. А вдруг? Есть ведь и зарубежные принцессы, хотя бы парочка. Которых еще не отослали обратно.

– Конечно, ваше императорское высочество!

Располагаюсь во дворе, под мгновенно возведенным балдахином и начинаю смотрины. Велю построить первую сотню обитательниц практически заброшенного дворца. Одну из которых я собираюсь вывести в люди. И, поставив недопитую чашку, обхожу стройные ряды красавиц. Дисциплина в гареме железная.

Спаси меня, Конфуций! Они же все на одно лицо, девчонки эти! Роботы какие-то. А мне нужная такая, чтобы оказалась способна зажечь пожар в сердце зрелого мужчины. Который много чего в жизни повидал. А уж красавиц – толпы! Прав Хэ До: ни одно смазливое личико не зацепит взгляд жестокого, до предела циничного человека. Императора Всея Поднебесной. Для него стена сарая представляет гораздо больший интерес, если на ней повесить мишень для стрельбы из лука, чем сто красивейших наложниц, выстроенных в ряд!

Плюс любая из этих девчонок спасует перед Благородной супругой Гао. И в спальню к моему приемному сыну войдет не соблазнительница, а коврик для ног. Точнее вползет. И там же ляжет, на полу у императорской кровати!

Не то! Все – не то! Я разочарована.

– Прикажете этих девушек увести, ваше императорское высочество и показать вам еще одну сотню наложниц?

Может, их служанки хоть на что-то годны? Но нет. При виде меня несчастные падают ниц и дрожат от испуга, как опавшие листья под порывистым ветром, норовя сбиться в кучу. Девушки ведь понятия не имеют, зачем я сюда пришла. Неужели ни у одной их этих юных и не очень красавиц нет амбиций? И ни одна не хочет, ни свой собственный дворец, ни с десяток нефритовых с золотом шпилек в прическу, ни кучу слуг?

– Поднимите головы! – пытаюсь поймать хоть один осуждающий взгляд. Ведь я веду себя отвратительно. Ну! Дайте же мне отпор!

Увы! Дрожат и молчат!

– Скажи, чтобы подали мои носилки, – говорю я их начальнице. – На сегодня все. Я увидела, что хотела.

Плыву по Запретному городу в глубокой задумчивости. Дальше куда? Внезапно говорю:

– На императорскую кухню!

Яо Линь! Как же мне тебя не хватает! Я тоскую по нашим тайным посиделкам за гружеными телегами! Надеюсь, ты счастлива, моя Мэри Сью!

От избытка чувств жестом останавливаю сиятельный кортеж. Носилки с моей драгоценной персоной опускают на землю. Я схожу с них и бреду во двор, также жестом приказав нести моего Пятого принца следом.

Моя свита почтительно молчит. Все понимают: ее императорское высочество в глубокой задумчивости о делах государства.

И вдруг я слышу звонкий девичий голосок. Понятно, что после моего возвышения они нашли другую служанку, чтобы мыть посуду. И не одну.

Сколько же лет прошло? И сколько их уже сменилось, девчонок этих! Должность незавидная, долго на ней не протянешь.

Но эта девчонка не унывает, хотя ей необходимо согреть несколько ведер воды. А потом отнести их к чану, где моют посуду. Помешивает себе дрова в очаге и поет.

Я невольно улыбаюсь. Пытаюсь перевести забавную песенку с китайского на русский. Она проста. Я вспоминаю и свое девичество. Не здешнее, а в другой эпохе и в другой стране. Я тоже так-то напевала. Мечтая о любви и принце, само собой на белом коне:

«Песню пел соловушка, там вдали,

Песенку о счастье, и о любви.

С красотой не справишься, век ты будешь мой! Ой!

Ой, как ты мне нравишься, милый ты мой!»

Все правильно: с красотой не справишься. А девчонка озорная! И с характером! Как задорно поет! И с чувством!

– Позовите ее, – командую евнухам.

Хоть бы не разочароваться! А если она совсем не красавица? Даже не хорошенькая. Рябая, хромая, немолодая. Вот будет обидно. Потому что она уже мне нравится.

– Госпожа!

Ей лет семнадцать на вид. Падает на колени, но без раболепства. Ловлю любопытный взгляд из-под упавшей на лоб густой челки. Девчонка чумазая, от нее густо пахнет костром. И сама она не просто с дымком: с огоньком.

– Поднимись, – велю я. – Как зовут?

– Ю Сю, ваше высочество!

Я невольно вздрагиваю. Это судьба! Именно это я и выпалила, когда свалилась на одну из улиц средневекового Пекина из другой эпохи!

– У тебя красивый голос, Ю Сю. И пела ты хорошо. Ты что, влюблена?

– Нет, госпожа. Когда бы я успела?

– Но ты пела о мужчине. О том, как его соблазнишь. О ком-то же ты думала, пока пела.

– Я думала о его величестве.

– Ты видела императора?!

– Нет, но здесь все только о нем и говорят.

– Значит, это мой приемный сын занимает твои мысли?

Какая удача! Мне надо лишь устроить их «неожиданную» встречу. Поставить маленький спектакль. И у меня уже есть сценарий.

– Я не посмею, ваше высочество! – а в голосе вызов.

– Ты боишься императора, Ю Сю?

– Нет. Он же мужчина. Что он мне сделает плохого? Раз я женщина. Я думаю, что у его величества хватает врагов и без меня.

– Он может тебя казнить, если не понравишься.

– Но сначала он должен меня увидеть, – теперь взгляд у девчонки лукавый.

Она уж точно не станет ковриком для ног. Дерзкая! И такое сокровище пропадает на кухне!

– Идем со мной, – говорю я с улыбкой.

Для начала надо ее отмыть. Приодеть. Преподать урок хороших манер. Чтобы носом не шмыгала и не утиралась рукавом. Происхождение Ю Сю, похоже, подкачало, и что с того?

Мне сегодня повезло. У Ю Сю довольно необычные глаза: похожи на рыжики, которые прячутся в опавших иголках, устилающих траву в сосновом бору. Редкий цвет. Обычно у китайцев глаза гораздо темнее. И сама девчонка – редкая находка. Главное, что Ю Сю с характером. А как поет! Короче, забираю девчонку.

… Поселив у себя во дворце очаровашку Ю Сю, я и сама неожиданно согреваюсь душой. У моей новой служанки не только боевой характер. Все время смеется, будто колокольчики серебряные звенят. И душа у Ю Сю прозрачная и чистая, аки родник.

С удовольствием нянчит моего Сашку, всем улыбается, даже когда другие служанки пытаются поставить новенькую на место. А ей все нипочем! Оптимистка!

– Чему ты так радуешься, Ю Сю?

– Тому, что я больше не таскаю тяжелые ведра с водой, ваше высочество! И у меня не болит спина!

Чун Ми еще ни о чем не подозревает и на озорницу смотрит с презрением. Мол, происхождением не вышла. Сама-то! Дочь чиновника девятого ранга! Но как занеслась!

Наконец, у меня все готово и можно звать в гости Сына Неба. Время тянется долго: его величество ко мне и Пятому принцу не спешит. Чай трижды успел остыть! А пирожные заветрелись!

Я уже начинаю нервничать, когда в моем дворе раздается:

– Император прибыл!

Его величество идет ко мне с улыбкой, но на Сашку, которого несут следом за Чун Мин, смотрит недобро. Я невольно сглатываю: держись, Катя! Мы это преодолеем!

– Зачем вы хотели меня видеть, матушка?

– Я скучаю по вам. Нас ведь так много связывает.

– И еще больше теперь разделяет, – хмурится император, явно намекая на моего ребенка.

– Прогуляемся к пионам? – предлагаю я.

Они только-только зацвели. Антураж для первого свидания вполне подходящий. Пион – любимый цветок императорской семьи. Царский цветок. У меня их много, этих пионов, разного оттенка. Все идет по плану: наша свита остается далеко позади.

Задача у меня непростая. Когда-то я устроила брак принцессы императорской династии и сына заурядного чиновника. Организовав достойную презентацию Юн Чжоу. Но сейчас мне надо сосватать девушку. И не кому-нибудь! А самому императору! У которого душа в пуленепробиваемом жилете! Кокетливые взгляды красавиц оставляют на нем лишь едва заметные царапины!

А императорское сердце и вовсе кусок льда, я уже об этом говорила! Мы идем и молчим. Я сознательно, а мой приемный сын выражает тем самым недоверие. Мол, мне не о чем больше с тобой говорить. Ты меня предала.

Доходим до нужного мне места и слышим звонкий девичий смех. Я прикладываю палец к губам:

– Тс-с-с…

– Что такое? – удивленно вскидывает брови император.

– Это мои лентяйки, от работы отлынивают. Нерадивые служанки. Вот я их! Поймаю с поличным!

Император довольно щурится: он такие штуки тоже обожает. Подкрасться незаметно и застать прислугу, которая немаленькое жалованье получает, за игрой в картишки. После чего отправить бездельников в отдел для получения палок. Или плетей. На усмотрение Сына Неба. Который предпочитает телесные наказания, а не промывание мозгов.

Девчонки резвятся на лужайке, играя в мячик. Я шуршу кустами, раздвигая их. Две мои помощницы реагируют на сигнал: упавший на траву маячок, и щебечут:

– Спой, Ю Сю!

– Мы хотим про любовь!

– Ю Сю! Ну, пожалуйста!

Озорница поначалу отнекивается. Она не знает о том, что сюда пожаловал сам император. Ю Сю была на заднем дворе, когда объявили о приходе величества. Мне надо, чтобы она вела себя естественно, Как в тот день, когда я случайно подслушала ее пение.

Наконец раздается:

«Песню пел соловушка, там вдали, да-да-да…

Песенку о счастье, и о любви…

….

В лес бы заманила бы я тебя, да-да-да,

Там заворожила бы, у огня.

С красотой не справишься, век ты будешь мой,

Ой! Ой, как ты мне нравишься, милый ты мой!

Губы твои алые, бровь дугой, да-да-да,

Век бы целовалася, я-а с тобой…

С красотой не справишься, век ты будешь мой! Ой!…

И ведь пробило! Я про его величество! Ю Сю поет с таким задором! И с искренним чувством! О том, как она будет соблазнять мужчину!

– Кто это там? – хрипло спрашивает Сын Неба.

– Моя служанка. Ю Сю. Гляньте-ка на эту хулиганку! – аккуратно раздвигаю кусты перед лицом у императора.

На зеленой лужайке пяток юных девушек. Но Сын Неба видит только Ю Сю. Она, как огонек. Спев свою задорную песенку, вскакивает, и начинает исполнять какой-то дикарский танец. Вроде бы кривляется, но в ее еще полудетских движениях столько чувственности!

Я вижу, как по щеке Сына Неба ползет капля пота и говорю:

– Я ее сейчас накажу.

– Не надо! – хватает меня за руку император.

И хочет сделать шаг туда, на зеленую лужайку. Теперь уже я хватаю его за руку:

– Ваша величество, вы ее напугаете. Я вижу, что Ю Сю вам понравилась.

– Я хочу … повысить ранг вашей служанки до наложницы. Пусть девушку готовят к ночи.

Видно как ему не терпится попробовать все то, о чем пела Ю Сю. Я про распущенные волосы и танец у костра. Ради этого Сын Неба сожжет даже парадную мебель из тронного зала!

– А подождать никак? – лукаво улыбаюсь я. – Она еще так юна и неопытна.

– Я сам ее буду учить!

– Позвольте мне сначала с ней поговорить. Подготовить. Приходите завтра.

– Я император! И это моя воля! Все женщины в Запретном городе принадлежат мне! – горячится Сын Неба.

– Никто у вас Ю Сю и не отбирает. Но имейте же терпение. Сначала надо девушке подарок преподнести. Букет цветов хотя бы.

– Это делается после ночи в покоях императора! Подарки будут щедрыми, если наложница мне угодит! Очень!

– Ну, вы и зануда! Простите, сын мой, но ваше нетерпение не делает вам чести. Вы ведете себя, как варвар! Насилие не лучший способ заполучить понравившуюся женщину. Вы хотите, чтобы, Ю Сю вас возненавидела? Или добиться от нее если уж не любви, то уважения?

– А вы что предлагаете?

– Я распишу ей ваши достоинства. Сделаю грамотную презентацию…

– Чего?!

– Расскажу, какой вы умный, щедрый, великодушный.

– Хорошо. Врите, что хотите. Но завтра я ее получу?

– Получите. Но вам надо и внешне произвести на девушку впечатление. В каком вы сейчас виде?

– А что не так? – он довольно нервно одергивает царское одеяние.

– Для Ю Сю вы мужчина в возрасте. Ей и двадцати еще нет, а у вас уже внуки! Я понимаю: и вы рано женились, и наследный принц. Но факт есть факт. Вы дедушка, и не отрицайте этого. – Дернулся, но проглотил. – Но не расстраивайтесь: все поправимо. Сделайте массаж лица. Волосы в порядок приведите. И оденьтесь не так парадно. Вы же на свидание идете, а не на заседание совета министров.

Вид у Сына Неба озадаченный:

– Я и в самом деле так плохо выгляжу? Никогда не думал о своем возрасте. О том, что мне уже за…

– Вот и займитесь, наконец, собой. А сейчас идите.

Буквально выпихиваю его из своего сада. Все должно идти по плану, иначе их взгляды не соединятся. Я хочу зажечь пожар любви в сердцах этих двоих. Интересно, мой приемный сын когда-нибудь по-настоящему любил?

Буквально выпинываю императорские носилки и толпу сопровождающих из своего дворца. Уверена, что мой приемный сын не пойдет сегодня ночевать к леди Гао. Его мысли занимает другая женщина. Мне надо, чтобы император немного потомился и помечтал. Подогреть его как следует.

Потом я принимаюсь за Ю Сю. Потому что любовь должна быть взаимной. Зову девчонку к себе.

– Что-то ты сегодня разрезвилась. Настроение хорошее?

– День такой солнечный, ваше высочество! И цветы такие красивые!

– Ты очень понравилась императору.

– Сын Неба меня видел?! – Ю Сю невольно заливается краской. – Но разве он был здесь?!

– Забежал на чашку чая и услышал твое пение, – говорю я небрежно.

– Но это народная песенка, госпожа, очень-очень простая! Слух его величества услаждают сотни лучших музыкантов и певцов!

– Надо быть ближе к народу. Император захотел с тобой познакомиться, но оробел. Засмущался.

– Сын Неба засмущался?!

– А он что, не человек? Спросил, что ты любишь. Какой подарок желаешь.

– Да ничего я не желаю!

Она не корыстна, и это замечательно.

– Он попросил дозволения увидеться с тобой завтра.

– Император попросил?!

– Так ты не хочешь?

– Что вы! Я наконец-то увижу его величество! Это моя мечта!

– Ободри его. Улыбнись. Если он тебе, конечно, понравится.

– Он же император! Как он может не нравиться?

Ей льстит внимание правителя, несомненно. В Запретном городе ведь только о его величестве и говорят! В окружении Ю Сю больше нет подходящих мужчин. В одного из которых она могла бы влюбиться. А пора. Спесь с его величества я сбила. Ю Сю увидит человека, не императора. Они хотя бы нормально поговорят.

– Так ты не возражаешь против свидания? Тогда иди, готовься. Помойся, как следует, масочку там сделай для лица. Косметикой не злоупотребляй: это лишнее. И оденься попроще. Просто будь собой. Завтра подашь его величеству чай.

И эту трясет! Тоже всю ночь не будет спать! Отлично!

Ну, делайте ваши ставки! Как все пройдет? Лично я ставлю на Ю Сю, на ее чистоту и искренность.

… Он приходит даже раньше, чем я ожидала. Так не терпится. Лицо несчастное. Нервничает. Японские пираты мгновенно забыты. Монголы могут пачками переходить границу. Чосон – вперед! Императору Всея Поднебесной не до вас! Он влюблен!

– Как я выгляжу, матушка? – нервно оправляет Сын Неба пояс довольно простого одеяния, светлого, как я и рекомендовала.

– Отлично! Я сказала Ю Сю, чтобы накрыла чай в беседке. Идите туда.

– Как?! Уже?!

– Вчера вам не терпелось, а что сегодня?

– А вы ей сказали, что я приду?

– Да.

– Ну, тогда я пошел.

– Идите.

Бледный от волнения император, пытаясь вспомнить заученные когда-то любовные стихи, будто робкий юноша плетется на свидание к Ю Сю, которая сейчас тоже в нервяке: колотит чайный сервис. Я слышу звон разбитой посуды даже отсюда.

Не хочу им мешать. Смотрю издалека, как мой приемный сын неуверенно входит в беседку. Пошли дела кое-как!

Свидание длится почти час. Смущенный Сын Неба, вернувшись в гостиную, спрашивает у меня совета:

– Как я должен поступить, матушка?

– В каком это смысле?

– Я не решился сказать ей о своих чувствах. Может, это сделаете вы?

– Я?!

– Хотя бы спросите у Ю Сю, как она ко мне относится.

– А что у вас с рукой? Кровь?!

– Ю Сю разбила чашку, – с несчастным лицом говорит император. – Сказала: переволновалась.

– А вы?

– Помог собрать осколки. Я уже приказал прислать сюда главного лекаря. Ю Сю поживет здесь, пока ее рана не затянется. Я приду завтра. Узнаю, как Ю Сю себя чувствует. Ей было так больно! У меня сердце чуть не разоралось от жалости!

Представила себе картину: этот тиран, по приказу которого ежедневно совершаются десятки, если не сотни казней, деспот тот еще, сволочь первостатейная даже с точки зрения средневековой морали, блеет в беседке над осколками чашки! Что любовь с человеком делает!

Но Благородной супруге Гао, похоже, пришел конец. Ее влиянию.

У императора и Ю Сю конфетно-букетный период, по всем законам жанра.

… Потом я не раз говорила себе: нельзя недооценивать противника, Екатерина. Мне и в голову не приходило, что пока я пытаюсь заменить женщину в сердце императора другой, враги попытаются заменить Лин Вана в моем сердце другим мужчиной!

Вечером в ворота Запретного города наконец-то въехал принц Ран Мин…

Глава 9

Но увиделись мы не сразу. Благородная супруга Гао тоже ведь имеет опыт театральных постановок. И даже сама поет. У нее в резиденции есть небольшая сцена, где для императора частенько устраивают спектакли. Не знаю, кто был режиссером моей первой встречи с принцем Ран Мином, но работа отличная. Поневоле восхитишься.

Итак, девятая серия моей сногсшибательной дорамы. Те же и принц Ран Мин. Держитесь крепче!

… Пока принц осваивается в Запретном городе, не показывается мне на глаза. А я увлечена новой фавориткой Сына Неба и ее соперницей. Их отношениями друг с другом и со мной. Потому что после свидания императора и Ю Сю в чайной беседке, «мать» Пятого принца не дает мне прохода.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.