Юрий Егоров
Схватка за СССР 1985

Глава 1

Пролог

Чёрная «Волга» КГБ[1] СССР вот уже почти целый день находилась у одного из домов на Садовом кольце Москвы. Наряд осуществлял слежение за профессором астрофизики, занесённым в списки персон, обладающих особой государственной тайной. Было 23 Февраля – День Советской армии и Военно-морского флота, и обоих офицеров сильно раздражало то, что замена никак не появлялась, а их до́ма давно ждали жёны и дети. Приоткрыв затемнённое окно, капитан вынул из кармана пачку «Явы», достал сигарету и нервно закурил, выпуская дым в окно:

– Чёрт бы её побрал, эту математичку, если бы хотела остаться дома, то давно отпустила персональный автомобиль, но он весь праздник стоит у её подъезда! Меня не покидает ощущение, будто она что-то задумала, как ты считаешь? – обратился он к лейтенанту, сидящему рядом.

– И у меня это же ощущение. Может, запросим центр?

Капитан снял трубку с рации и хотел включить последнюю, чтобы начать звонить, но в этот момент из дома вышла их подопечная в сопровождении охранника и быстро села в автомобиль – такую же цветом «Волгу». Подымив с минуту, автомобиль взвизгнул колёсами и помчался прочь, быстро удаляясь.

– Давай за ними, – приказал капитан.

Почти полчаса длилось преследование, но догнать ГАЗ-24 с доктором физико-математических наук никак не удавалось. Капитан явно переоценил своего напарника, который оказался водителем не очень высококлассным, вскоре их сильно занесло на скользком, крутом повороте и машина, ударившись об опору освещения, заглохла. Быстро связавшись с центром, старший группы слежения доложил о случившемся, но и здесь ему сильно не повезло. Он, конечно, не мог предполагать, что «Волга», которую они преследовали, направляется на один из спецаэродромов под Москвой, иначе бы он был более дальновиден. Сейчас же информация явно запоздала.

– Кажется, оторвались, Диана Георгиевна? – старший лейтенант повернулся к профессору, расположившемуся на заднем сиденье той самой «Волги», и улыбнулся.

– Не обольщайся, Олег, пока не сядем в вертолёт и не покинем Московскую область, я не успокоюсь.

Офицер прибавил газа, и «Волга» набрала ещё большую скорость, обходя движущиеся в попутном направлении грузовые ЗИЛы, легковые «Москвичи» и РАФы скорой помощи. Персональный водитель засекреченного учёного, он же охранник был офицером довольно опытным, прекрасно понимал сомнения своего шефа: эта служба ни за что не отвяжется и скоро будет объявлен общий перехват. Но, к счастью, у них с шефом оказался тот необходимый отрезок времени, чтобы добраться до спецаэродрома и вскоре Ми-2 с эмблемами МВД поднялся с бетонной площадки и стал быстро набирать высоту.

– Куда направимся? – обратился к сидящей на соседнем сиденье женщине офицер охраны.

Профессор с минуту размышляла о допустимости говорить с парнем, пилотирующим вертолёт, в открытую. Она знала, что Олег, будучи холостым,влюблён в неё, но старался вида не подавать, понимая её важный статус. И всё же было совершенно очевидно: он предельно честный и преданный человек. Глубоко вздохнув, она решилась.

– Понимаешь, Олежка, скоро в нашей стране произойдут политические изменения, которые окончатся государственной катастрофой! Я уже целую неделю занимаюсь этим вопросом, и вчера ситуация однозначно прояснилась. Я должна что-то предпринять, но пока не знаю, что? До какой степени я могу на тебя рассчитывать?

Парень посмотрел на 44-летнюю женщину влюблённым взглядом и твёрдо произнёс, не оставляя сомнения:

– Если мне придётся погибнуть за вас, то я это сделаю без каких-либо колебаний, будьте во мне уверены! Но, я постараюсь всё же защитить вас. У меня во Владимирской области есть хороший друг, мы вместе служили в армии, бросим вертолёт в лесу, а сами пешком попытаемся добраться до деревни, где он живёт, а там уж решим.

– Хорошо, давай попробуем так! – женщина впервые с благодарностью дотронулась до плеча офицера.

К великому сожалению, судьба уготовила им совершенно другой исход?! Вертолёт был уже в нескольких минутах от необходимого места, и старший лейтенант подыскивал поляну в лесу для приземления, как вдруг… Мимо пронёсся перехватчик МИГ-31 и в наушниках старшего лейтенанта послышался приказ: «Немедленно развернуться и лететь обратно».

– Они приказывают лететь назад, – растерянно произнёс молодой человек, и во взгляде его Диана прочитала огромное сожаление в предчувствие страшной развязки!

– Олег, я прошу тебя, ни в коем случае!

Он понимающе кивнул и стал снижаться, продолжая лететь прежним курсом. Истребитель-перехватчик задал вираж и, приближаясь сзади, сделал предупредительные выстрелы из пушки, снаряды пронеслись над лопастями.

– Диана Георгиевна, я снижусь максимально низко, и вы прыгайте прямо на ели, возможно, останетесь целы.

– Олежка, ты с ума сошёл! – прокричала женщина в отчаянии. – С такой высоты я непременно разобьюсь.

– Дурочка ты моя, – раздалось в её наушниках. – В следующий заход перехватчик разнесёт вертолёт в щепки! Они не отпустят тебя просто так и не остановятся.

Женщина с большим усилием приоткрыла дверь геликоптера, в ужасе, наблюдая на мелькающий внизу хвойный лес. Она в последней надежде повернулась к спасающему её парню, как бы спрашивая его: «А как же ты, что будет с тобой? Может как-то сделать по-другому?»

– Прыгай, тебе говорю! – закричал офицер, – иначе погибнем оба, а ты должна жить. Понимаешь, или нет?!

В этот момент истребитель, зашедший сбоку, поразил с дальней дистанции двигательную установку винтокрылой машины, раздался сильный хлопок взорвавшегося двигателя и ударной волной женщину выбросило из кабины. Упав на макушку, ели, потеряв при этом сознание, скатившись с огромного дерева в сугроб, Диана уже не могла увидеть, что случилось со взорвавшимся вертолётом.

Барражируя на месте крушения только что сбитого геликоптера, пилот докладывал своему командованию:

– «Эльбрус», я «Беркут-24», объект мной уничтожен, только вот странное что-то творится, не могу понять?!…

– «24», «24», что там такое, что ты видишь? Приём…

Планета Земля, первый параллельный мир 2042 год

Полковник Соколов на персональном Ка-37[2]возвращался из Москвы к себе домой в Шуйский уезд Владимирской губернии. Утром он был на торжественном приёме в Колонном зале Дома Союзов в честь Дня Красной армии и Флота, но к концу дня всё же упросил министра госбезопасности Орлова отпустить его пораньше, так как дома за праздничным столом его ожидали: красавица жена с сыном и родители. Министр лично знал его отца Кондратия Максимовича и мать Элизу Авенировну, жену Нету и сына Ванюшу, поэтому отпустил любимца, хоть и с большим сожалением. Геликоптер мчался над просторами Владимирской губернии, и до завершения полёта оставалось около часа. Неожиданно диспетчер сообщил о сильном снежном фронте и предложил обогнуть его, но это бы вылилось в дополнительные километры и драгоценные минуты. Артём не стал менять курс, а снизился до максимально допустимой высоты. Внизу замелькали макушки хвойного леса, но от глаз опытного офицера не ускользнул силуэт человека, лежащего на снегу меж елей. Снизив скорость и развернувшись, полковник завис над опушкой и стал осторожно снижаться. Когда колёса прошли сквозь снег и упёрлись о землю, офицер перекрестился, всё ещё не глуша двигатель на случай непредвиденных обстоятельств:

– Слава, тебе Господи, что всё это получилось в феврале и снег ещё не успел осесть! Может, человек жив?

Остановив двигатель, офицер выбрался из винтокрылой машины и подошел к лежащему на снегу – это оказалась женщина, видимо, находящаяся без сознания. Присев рядом с ней, расстегнув немного пуховик, Тёма проверил пульс на сонной артерии, он хоть и частый, но всё же хорошо прощупывался. Женщина была жива!

– Откуда она могла здесь взяться? – задался вопросом офицер, – ни следов, ни каких-то посторонних предметов. Взглянув на рядом стоящую высоченную ель, полковник всё же отметил про себя заметное отсутствие снежного покрова с этой стороны узкой полосой от верхушки вниз. – Ёлки зелёные, неужели с какого-то самолёта выпала? – в памяти полковника всплыли несколько таких случаев.

Долго рассуждать на эту тему офицер не стал, так как женщине была нужна медицинская помощь, подняв её на руки, он понёс её в вертолёт и, осторожно посадив на сиденье рядом с пилотским, пристегнул ремнём. Взобравшись в кабину, он запустил двигатель и медленно взлетел. Впрочем, практически тут же ему пришлось вновь садиться, так как через полкилометра он обнаружил обгоревший остов другого вертолёта. Вновь спрыгнув на снег, Артём внимательно осмотрел место крушения и ему повезло: во фрагменте одежды погибшего пилота, он нашёл чудом сохранившееся служебное удостоверение сотрудника МВД СССР – с фотографии смотрел молодой старший лейтенант. Но, главное, поражала дата выдачи удостоверения: 23 июля 1981 года! Артём присел прямо на снег, и с минуту размышлял, поглядывая, то на останки пилота, то на сгоревший корпус винтокрылой машины. Было очевидно: и человек, и вертолёт каким-то образом попали сюда из прошлого! Самым же удивительным было другое…, в его К-37 сидела живая женщина, пусть пока и без сознания, но, похоже, она также была из XX века. Нужно было что-то решать.

– Так, если останусь здесь, может время затянуться, пока то да сё, и помощь могут потерпевшей не успеть оказать, – мысли лихорадочно неслись в голове полковника. – Но про вертолёт всё же придётся доложить, чтобы милиция дров не наломала, – он достал из грудного кармана спутниковый телефон и вызвал на связь Начальника Владимирского губернского управления Министерства госбезопасности генерал-майора Ивченко.

– Владимир Матвеевич, это полковник Соколов, докладываю: по координатам, – он сбросил их прямо с телефона, – находятся обломки сгоревшего вертолёта и останки погибшего пилота. Прошу дать приказ на оцепление района, так как летательный аппарат вместе с пилотом, похоже попали к нам из параллельного мира: удостоверение пилоту было выдано в 1981 году. Здесь ещё находится женщина, ей нужна срочная медицинская помощь, сейчас постараюсь доставить её в ближайшую клинику. Когда разберусь во всём, сразу доложу.

– Спасибо тебе, Артём, сейчас распоряжусь, а ты действуй по обстановке и держи меня в курсе, конец связи, – генерал выключил спецканал.

Положив в карман удостоверение погибшего пилота, полковник взобрался в кабину, запустил двигатель и стал потихоньку взлетать. Встав на нужный курс, он связался с Шуйским уездным аэропортом и приказал к его прилёту подогнать реанимобиль прямо к взлётной полосе. Он ещё хотел дать кой-какие распоряжения, но, неожиданно почувствовал, как кто-то тянет его за рукав. Повернувшись к сидевшей на соседнем кресле женщине, Артём увидел, что она пришла в себя и хочет что-то ему сказать, но шум винтов не даёт это сделать. Сбавив максимально скорость и зафиксировав штурвал, Тёма снял такой странной спутнице капюшон и надел наушники с микрофоном.

– Умоляю вас, не нужно меня в больницу, – слабым голосом произнесла она и ещё сильней сжала его руку.

Тёме очень хотелось сейчас задать женщине волнующие его вопросы, но, видя, что она еле сидит, он лишь спросил:

– Почему нельзя в больницу, ведь вам нужна помощь.

– Ради бога, спрячьте меня где-нибудь, я вам потом всё откровенно расскажу, иначе они непременно убьют меня, – голова женщины упала на грудь, она опять потеряла сознание.

Достав уже простой мобильник, Артём связался с женой:

– Неточка, милая, ни о чём не спрашивай, вызови из Шуи такси и домчись до Китовского филиала, срочно нужен кардиограф, ультразвуковой компьютерный сканер и капельница для поддержания сердечной деятельности, другие препараты. Через час я доставлю в дом пациентку.

Жена всегда понимала мужа с полуслова и, главное, до конца, если он даже чего-то не договаривал. И сейчас ей стало совершенно очевидно, что Артём вновь столкнулся с чем-то необычным и серьёзным, поэтому успокоила его:

– Дорогой, ты же знаешь, в праздничные дни я всегда беру необходимую аппаратуру и препараты домой на случай прямых обращений, так что не беспокойся.

Полковник уже хотел выключить телефон, но, подумав, набрал номер заместителя по Шуйскому управлению:

– Авдей Назарович, здравствуй, ты сейчас где находишься? Ты мне очень и очень нужен.

– Здравия желаю, товарищ полковник, – раздалось в трубке. – В данный момент, пока в управлении, поздравил дежурных сотрудников, сейчас собираюсь домой.

– Через 40 минут будь, пожалуйста, со спецавтомобилем у взлётной полосы нашего аэропорта, туда прибудет реанимобиль из Шуйской клиники, так ты его отпусти и поблагодари медиков. Сам же дожидайся там меня.

– Всё сделаю, Артём Кондратьевич. Ещё что нужно?

– Нет, это всё, – выключив телефон, полковник вновь набрал скорость, чтобы побыстрее добраться до Шуи.

…Майор Грановский стоял у взлётной полосы, посматривая в небо. Рядом с ним был служебный автомобиль – чёрная «Волга». Было довольно прохладно, и Авдей, поёжившись, поднял воротник меховой куртки.

– Похоже, шеф опять втянулся в какую-то историю? – думал он. – Ему на них прямо везёт. А вообще, бесподобный мужик! Никогда не бросит другого в беде, – он уже полез в карман за телефоном, чтобы узнать время, но в этот миг в воздухе послышался нарастающий гул приближающегося вертолёта. Через две минуты геликоптер завис над вертолётной площадкой.

Майор был достаточно опытным сотрудником, подогнав «Волгу» прямо к севшему вертолёту, он помог шефу осторожно извлечь бессознательную женщину и перенести её на заднее сиденье автомобиля. Он хотел уже сесть за руль, но полковник приказал ему сходить в здание аэровокзала и стереть запись с камеры, направленной в эту сторону. Также предупредить диспетчера и начальника охраны о секретности операции.

Через 10 минут они уже направлялись в сторону дома.

Село Дро́здово Шуйского уезда Владимирской губернии

Остановившись прямо напротив дома Соколовых, Авдей ждал, пока Артём откроет ворота забора и полог гаража. Ни о чём не спрашивая, он быстро заехал в гараж и опустил полог. Вместе с полковником они не спеша внесли женщину в дом и положили на приготовленную Нетой раскладную кушетку для экстренных случаев.

В этот момент Авдей поймал взгляд красавицы с темно-бирюзовыми глазами, направленный в сторону мужа. Он прекрасно понимал, что ей, беззаветно любящей его, очень хочется обнять и поцеловать благоверного! Но она была медик, фельдшер от бога, гораздо сильней большинства врачей, поэтому своё личное она оставила на потом, сейчас полностью сосредоточившись на поступившем пациенте.

Быстро расстегнув женщине пуховик, Нета с помощью мужчин сняла его. При этом пострадавшая негромко застонала, пришлось раздеть её полностью, чтобы детально обследовать, на это ушло около получаса. Осмотр не выявил переломов, лишь сильные ушибы. После электрокардиограммы и замера давления отпали и подозрения во внутренних кровотечениях. Всё же фельдшер долго выслушивала электронным фонендоскопом сердце и лёгкие, проверила сатурацию. Быстро поставив пациентке капельницу для поддержания сердечной деятельности, Нета сообщила:

– Судя по первичным данным, угрозы для жизни нет, пострадавшая сейчас находится в лёгком шоке, минут через 15 она из него выйдет, – пододвинув к кушетке стул, она присела на него. – Так что же это за женщина, откуда вы её, мои дорогие, взяли? – она улыбнулась своей чарующей улыбкой и смотрела на них огромными обворожительными глазами с длинными ресницами.

[1] Комитет государственной безопасности – спецслужба того времени

[2] Двухлопастной вертолёт конструкторского бюро Камова

Глава 2

Авдей стоял молча, ожидая, когда шеф сам что-то скажет или предпримет, тот, в свою очередь, подошёл к жене и, взяв её тонкие кисти себе в ладони, нежно стал целовать. Жене было это очень приятно, и она даже закрыла глаза, наслаждаясь близостью с супругом. В это время из детской вышли родители Артёма: Кондратий Максимович и Элиза Авенировна, держащие за руки замечательного русоволосого мальчика – их внука. Видимо, он только что проснулся, и они решили с ним выйти. Авдей отлично знал взаимоотношения в семье Соколовых, то, что они без слов прекрасно понимают друг друга. Продемонстрировали они это и сейчас. Бабушка ещё какое-то время смотрела растерянными глазами, а дед, сразу поняв, что к чему, начал собирать внука Ваню и одеваться сам, он мягко и корректно поторопил супругу:

– Элизочка, дорогая, ну что ты стоишь, неужели не видишь – застолье отменяется. Сейчас попросим Авдея Назаровича нас отвезти домой в Шую, а уж соберёмся как-нибудь потом, например, на 8 Марта. Поторопись, милая.

Артём подошёл к сыну, на которого дед надевал шапку и присел рядом, подав ему игрушку, купленную в Москве:

– Ваньчик, только не переживай, папа с мамой освободятся и тебя заберут, а пока побудь у бабушки с дедом. Хорошо? – сын заметно погрустнел, но всёже кивнул.

– Бать, и ты, мам, извините, что так получилось!

– Ничего Тёмочка, – мать поцеловала его в щеку. – Мы с Кондратием всё прекрасно понимаем, не извиняйся.

– Авдей, отвези, пожалуйста, моих, а сам можешь вернуться на машине, оставь её у своего дома, пусть стоит.

– Тогда я буду у себя, меня тоже жена ждёт, а если потребуюсь, вызовете, Артём Кондратьевич, – они вышли.

– Значит, дело серьёзней, чем я думала, раз ты даже своего заместителя отправил, не говоря уж о родителях?

Полковник вынул из кармана обгоревшее служебное удостоверение и передал жене, та долго рассматривала его.

– Думаешь, это опять что-то связанное со временем? – наконец спросила она, возвращая документ.

– И похоже на другое пространственно-временное измерение. Обо всех крушениях и исчезновениях вертолётов госбезопасности и милиции мне известно, в каком бы году они ни происходили. Здесь что-то другое?

– Может быть, тебе дать знать руководству? – во взгляде жены обозначилась тревога.

– Я уже сообщил непосредственному начальнику генерал-майору Ивченко, район наверняка уже оцеплен, что будет дальше – время покажет.

Нета перевела взгляд на женщину, лежащую на кушетке. Заметив, что тело её начинает покрываться мурашками, она сходила в спальню, принесла оттуда покрывало и накрыла пострадавшую, затем проверила у неё пульс.

– Учащается, появились вегетативные реакции, сейчас очнётся, – она приготовила инъекцию транквилизатора на случай непредвиденной ситуации.

– Действительно, через минуту ресницы пациентки дрогнули, и она открыла глаза, удивлённо озираясь вокруг. Увидев над собой склонившихся женщину и мужчину, узнала последнего и даже попыталась улыбнуться:

– Вы всё-таки в больницу меня не отправили, спасибо! Скажите, только, где я нахожусь, кто это рядом с вами?

– Ради бога, успокойтесь, это моя жена, она фельдшер.

Незнакомка хотела привстать, но Нета задержала её:

– Тело у вас в сильных ушибах, пока не вставайте, нам с вами ещё нужно будет подробно всё протестировать, у меня ещё нет полной уверенности в отсутствии травм.

– Я боюсь за вас обоих, они ведь и вас не пощадят.

– Кто они? – как можно спокойней спросил Артём.

– Эти недоумки из КГБ.

– Так, я и думал, – Тёма посмотрел в сторону жены. – В нашем мире никогда не было Комитета государственной безопасности. Ещё со времён Андрея Александровича Жданова наша спецслужба называется Министерство госбезопасности, сокращённо МГБ СССР.

– Вам повезло, – успокоил полковник незнакомку. – Здесь они ни вас, ни нас не достанут, так как измерения разные. Скажите, какой у вас год на дворе?

–1985, – в глазах незнакомки появилась растерянность. – А почему вы спрашиваете, что происходит? – она задрожала, её начал бить лёгкий озноб.

Нета присела рядом, погладила женщину по голове:

– Попытайтесь взять себя в руки, вам ничто не грозит, потому что вы находитесь дома у полковника Министерства госбезопасности, здесь у нас 2042 год.

Нета ждала очень бурной реакции со стороны пациентки, вновь взялась за её запястье, контролируя пульс. Но, на удивление, та перенесла новость совершенно спокойно, на лице её появилось даже нечто похожее на удовлетворение. Она с восхищением глядела на них!

– Значит, мои теоретические расчёты оказались верными, и параллельные миры существуют, они реальны. Я астрофизик, давно занимаюсь данными прикладными исследованиями, но мне у нас никто не верил, считали сумасшедшей, – она пошевелилась под покрывалом и посмотрела на хозяев, давая понять, что ей некомфортно.

– Хорошо, – Нета сразу поняла её. – Давайте подробно побеседуем о вашем самочувствии, я ещё раз осмотрю вас, если всё окажется в норме, я вас одену.

Артём не стал наблюдать эту сцену, чтобы не смущать женщину, оделся и вышел на улицу. Уже смеркалось. Он с удовольствием вдыхал слегка морозный воздух, идеально чистый здесь из-за елового бора. На душе у полковника были разные чувства: с одной стороны – он был доволен этим: именно он нашёл в его мире представительницу иной реальности; с другой – Тёма понимал, что вновь, оказывается втянутым в события, предсказать конец которых сейчас было невозможно. Он вышел на дорогу, ведущую вдоль порядка домов, и дошёл до дома Авдея Грановского –заместителя по управлению.

В свободное от штор окно он видел через тюль, как за праздничным столом сидит хозяин, его жена Ксения и священник местной церкви. Вернувшаяся вместе с Авдеем из 1755 года, куда он случайно попал вследствие входа из-под контроля научного эксперимента, Ксения была очень религиозной женщиной, что, в общем-то, не мешало ей быстро постигать науки. Благо и местный батюшка оказался психологически правильно подготовленный, с ним она нашла настоящее душевное равновесие. Тёма улыбнулся, когда Авдей поднял рюмочку водки, а батюшка его поддержал, выпив и закусив вместе с ним. Жена пригубила соку.

– Наверное, в честь Дня Красной армии и Флота тост произнёс? – с теплотой в душе подумал полковник. – Замечательный офицер и друг настоящий. Как я рад за них! – Артём несколько минут любовался тёплой душевной сценой, затем не спеша направился назад.

Когда он вернулся к себе, таинственная незнакомка уже одетая сидела на диване, кушетку Нета сложила и отодвинула к стене, а сама отправилась накрывать на стол. Присев напротив женщины на стул, Артём более внимательно рассмотрел её: средних лет, очень стройная, с тёмными, почти чёрными глазами, в хорошо пошитом костюме она смотрелась весьма респектабельно[1], и даже не совсем современная короткая стрижка «Олимпия», не портила её. Во взгляде её чувствовался сильнейший интеллект, и полковник дождался, пока она заговорит первой. Та это оценила, взгляд её потеплел:

– Спасибо вам, что не бросили меня и привезли к себе в дом, а красавица жена оказала медицинскую помощь. Можете себе представить сейчас моё состояние?!

– Я вас прекрасно понимаю и, поверьте, могу много вам рассказать такого о себе и моей жене, что ваш рассудок может не справиться, поэтому давайте сосредоточимся пока только на вас и вашем деле. Как вам такая парадигма[2]?

– Я согласна, только если буду говорить несколько сбивчиво, вы не обижайтесь и задавайте вопросы. Понимаете, оказаться в параллельном мире, да ещё ушедшем вперёд на 57 лет – это очень непросто осмыслить! – она глубоко вздохнула и поведала следующее. – Как вы уже слышали, я астрофизик, но по поручению правительства часто занималась составлением математических моделей путей развития общества. Почти все мои модели указывали на худший исход для страны в случае прихода группировки М. С. Горбачёва[3] к власти, поэтому все работы, как и исследования по параллельным мирам, сразу отправляли «под сукно». Но, меня поддерживала большая группа референтов в ЦК КПСС[4], которым была небезразлична судьба Родины. В частности, Самарина Тамара Владиленовна была моей подругой. Они попросили меня составить отдельную математическую модель поведения Горбачёва после того, как умрёт К. У. Черненко, и он захватит власть. Я работала и днём, и ночью, наконец, огромный труд был выполнен, результат ужаснул: всё должно будет окончиться крахом страны! Сегодня утром она неожиданно мне сообщила по телефону, что ей стало известно из осведомлённых источников, будто идут тайные переговоры о протаскивании Горбачёва на пост Генерального секретаря ЦК КПСС и эти переговоры с членами Политбюро ведёт А. А. Громыко. Наиболее перспективные политики: Г. В. Романов и В. В. Щербицкий будут из процесса исключены.

Женщина замолчала, борясь с сильным волнением, и Артём дал ей немного успокоиться, сделав паузу, затем несильно похлопал по тыльной стороне ладони:

– Знаете, что, – улыбнулся он, – видите, жена почти накрыла на стол, вам, как и нам, тоже не мешает немного подкрепиться, заодно и познакомимся, а уж потом продолжим, – он подал незнакомке руку и помог встать с дивана. Вскоре они сидели за столом, сервированным прямо в зале, из которого через раздвинутые шторы хорошо было видно за окном снег, падающий на землю.

– У вас здесь очень уютно и по-домашнему тепло как-то! – женщина закрыла глаза и втянула в себя необычный воздух. – Чем вы добиваетесь такой чудесной лёгкости?

– Вдобавок к электрокотлу, поддерживающему определённый минимум температуры, мы всё время немного топим русскую печь, – засмеялась хозяйка, накладывая незнакомке из супницы первое.

– Удивительно! А в нашем мире еще при Брежневе[5] начали печи менять на водяное отопление с углём.

– Что может быть глупей, чем угольный котёл в личном доме? – Артём положил себе пару половников в тарелку

– Вам ещё много о всяких глупостях придётся услышать, – незнакомка откушала несколько ложек. – Впрочем, что я, сижу за столом, а так и не представилась хозяевам: Лерман Диана Георгиевна – доктор физико-математических наук, работаю в городе Москве, мне 44 года. Представьте, таким, совершенно чудесным образом оказалась за вашим великолепным столом. Не улыбайтесь, в бога я не верю, но как осталась жива, спрыгнув с летящего вертолёта прямо на макушку, ели, понять не могу? Меня пытался вывезти из Москвы на вертолёте офицер охраны, как бы хотелось знать его судьбу?

Артём хотел показать гостье найденное удостоверение, но воздержался, давая той после первого съесть немного второго и запить соком, чтобы восстановить силы.

Вытерев рот салфеткой и поблагодарив хозяев за обед, та молча смотрела на них, ожидая, когда они скажут о себе.

Обоих представил сам хозяин дома:

– Меня зовут Артём Кондратьевич, а мою супругу Нета Валерьевна, фамилия – Соколовы, живём здесь с 2040 года.

– 2040 год?! – в задумчивости произнесла гостья. – Так необычно думать об этом, когда ты из 1985 года.

– Я вас очень понимаю, – Нета поднялась из-за стола и стала собирать посуду, чтобы отнести её на кухню.

– Давайте я помогу, – предложила гостья.

– Нет, что вы, нельзя, вам даже двигаться сейчас лишку не нужно, присядьте снова на диван, отдохните.

Убрав со стола, жена Артёма сходила к себе и принесла зимний спортивный костюм, предложив гостье переодеться при надобности. Сама накинула куртку с капюшоном и, взяв в руку контейнер с анализами крови, вопросительно взглянула на мужа. Тот понял всё без слов.

– Авдея привлечь не получится, у них там в гостях отец Никон, думаю, они немного выпили, так что лучше вызови такси, если это так срочно и необходимо, – жена понимающе кивнула и вышла за дверь.

– Знаете, что, вам и вправду, наверное, тяжело в строгом костюме, пойдёмте, я провожу вас в отдельную комнату, там переоденетесь и тогда продолжим.

Лишь Диана вернулась и вновь присела на диван, полковник вынул и развернул перед ней удостоверение, где с фото смотрел молодой старший лейтенант.

– Вот этот?

– Да он. Что с ним, скажите?

– К сожалению, он погиб! Как ваш вертолёт оказался в нашем мире, ещё только предстоит узнать. Крепитесь.

С минуту женщина сидела, закрыв глаза и кивая, затем, с грустью посмотрев в окно, продолжила:

– Он очень любил меня, а я так и не ответила взаимностью, всё с формулами да с уравнениями оперировала, какая же я, по большому счёту дура!

– Прошу вас, успокойтесь и возьмите себя в руки. Вы сказали, что он хотел вас вывезти из Москвы. Может так статься, что парень погиб не бессмысленно?

– Последние слова его были: «Ты должна жить!»

– Вот видите, давайте попытаемся в этом разобраться.

Она, вновь соглашаясь, кивнула:

– Только давайте, пойдём на улицу, может, я там быстрей успокоюсь. У вас замечательно, но всё такое незнакомое, даже этот плоский экран на стеклянной подставке, я ощущаю себя ещё очень скованной.

Он помог ей надеть сапоги и пуховик, они вышли. Какое-то время шли молча по расчищенной дороге, огибающей сельское кладбище, наконец она спросила:

– Ваша жена произнесла: «Я вас очень понимаю». Что она имела в виду? И ещё. Кажется, она еврейка, это так?

– Да, вы с ней одной крови, – подтвердил Артём. – А имела в виду она ещё и то, что так же, как и вы, явилась из прошлого, я спас её от гнусного негодяя, который хотел задушить её вон в том лесу в июне 1939 года.

– Ничего не понимаю, вы были в прошлом?!

– Да, причём два раза: второй раз участвовал в спасательной экспедиции в 1755 год, где мой заместитель по управлению, что живёт через несколько домов от меня, служил императрице Елизавете Петровне; в первый раз мне довелось быть в гостях у самого товарища Сталина! Правда, оба перемещения были по ветке годов нашего мира, в вашем случае будет, думаю, гораздо сложнее.

Собеседница Артёма присела и, зачерпнув обеими руками снег, приложила к вискам, чтобы успокоиться.

– Знаете, когда смотришь на математические уравнения, указывающие на теоретическую возможность параллельных миров – это одно, а когда тебе рассказывают о конкретных перемещениях, так это уж совсем другое! Вы были в 1939 году, видели Сталина, спасли там свою будущую жену и вернулись с ней в это время – фантастика! А как вы вообще узнали про неё, здесь столько вопросов?!

– Давайте пойдём небольшими шагами и не всё сразу, – Артём несильно обнял женщину за плечо. – А для начала покажу вам один научный феномен, с которого всё и началось, – он предложил ей углубиться в кладбище по расчищенной дорожке. Вскоре они оказались у могилы, где с памятника смотрел бравый усатый капитан в пилотке – полковник посветил на него фонариком сотового телефона.

– Этот фронтовик – какой-то ваш родственник? – Диана присела и внимательно осмотрела изображение на стеле.

– Да, здесь лежит мой дед Максим Захарович, он-то и познакомил меня с Нетой, точней с призраком, от которого я и узнал, что её задушил подонок из того времени. Дальше была Москва, аудиенция у Председателя Верховного Совета – главы нашего государства, затем переброска в 1939 год, ну, и все приключения затем.

– Не может быть, просто мистика какая-то! – женщина, не соглашаясь, качала головой. – Этого не может быть!

– Вы в этом уверены. Хорошо, смотрите, – Тёма тоже присел у памятника и, поцеловав изображение, спросил. – Скажи, дед, спокойная жизнь, кажется, заканчивается и снова предстоит экстрим, готов ли я к нему? Это важно

[1] С достоинством, внушающим уважение

[2] Модель постановки проблем, принятая в качестве образца

[3] Секретарь ЦК КПСС, курировал сельское хозяйство

[4] Центральный комитет Коммунистической партии Советского Союза

[5] Леонид Ильич Брежнев – Генеральный секретарь ЦК КПСС с 1964 по 1982 года.

Глава 3

Женщина в ужасе вскрикнула и отпрянула от памятника, когда бравый капитан утвердительно кивнул. Её вновь затрясло, и Тёма посадил испугавшегося доктора наук на лавочку, сам присел рядом успокаивая:

– Вот, тем летом 2039 года было то же самое, только я был один, а рядом на лавочке холодный призрак. В итоге: она работает фельдшером в Китовском[1] филиале Шуйской клиники, а наш сын уже ходит в детский сад. Такие дела.

Она положила свою головку ему на плечо:

– Скажите, Артём, почему вы, такой смелый полковник госбезопасности мне всё откровенно рассказали, ведь это непременно должна быть секретная информация?

– Я верующий человек и чувствую: Господь хочет, чтобы я вновь окунулся в водоворот событий и занялся этим делом, иначе не позволил бы увидеть вас на снегу посреди леса. Он свёл нас, вы должны верить мне.

– Так понимаю, вы хотите попытаться помочь мне, и моей стране, я правильно думаю?

– Именно так, а как ещё я могу по-другому?

Она огорчённо покачала головой и заплакала:

– С ума можно сойти от бессилия! Вот определённо точно знаю, что должно произойти, а как предотвратить, не понимаю, ведь разные не только пространственные, но и временные системы. Такое возможно только в сказках.

– Вы забыли о моём деде, – Артём показал рукой на памятник. – Этот капитан ещё ни разу меня не подвёл. С Божьей помощью спасём ваш мир, но работы будет много, – он встал и предложил ей вернуться опять к нему в дом.

Пока шли назад, она поинтересовалась:

– А как же ваша супруга, ей ведь будет не по душе вся эта история. Нета Валерьевна – такая красавица и очень добрый человек, к тому же у вас есть маленький сынишка, я бы очень не хотела расстраивать ваш уютный мир!

– Вы правы, она сильно переживает, иначе могла чуть повременить с исследованиями крови. Очевидно, она взяла паузу и сейчас размышляет, но, поверьте, придёт к правильному решению, потому что она очень умный и мужественный человек. В 1939 году она выманила на себя настоящего вампира в Костромской области, и я поразил его серебряными пулями в сердце и голову. Это были ужасные минуты! Сколько потом обещал спокойную жизнь, да вот никак не получается. Сейчас на очереди СССР 1985.

Вечер был достаточно холодным, и февральский снег слегка хрустел под ногами. Они, не спеша, брели по дроге.

– Представьте, – оживилась она, – сама выдвигала теорию нескольких параллельных миров, а как попала в этот самый параллельный мир, никак не могу умом осознать, что такое возможно в реальности! Я нахожусь в другом СССР, более развитом и ушедшем вперёд во времени – фантастика! Действительно, в бога уверуешь.

Артём негромко засмеялся:

– Вы уж, Диана Георгиевна, на меня не обижайтесь, но ошибочность вашего мировоззрения очевидна: вы пытаетесь противопоставить коммунистическую теорию развития самому Богу; в действительности же здесь нет никакого противоречия. Божественная теория сотворения мира указывает нам, как создан и устроен мир, коммунистическая идеология же указывает на пусть более правильный, но не единственный путь развития общества. Политические установки той или иной партии носят вторичный, производный и исполнительный характер.

– Странно, вы говорите будто бы об очевидных истинах, приведших ваше государство к могуществу, раз вы научились даже перемещаться во пространстве и времени. Почему же моя математическая модель однозначно указывает на крах нашего СССР, ведь Горбачёв тоже всё время твердит о плюрализме мнений?

– А вот сейчас и разберёмся, кто такой – ваш Горбачёв и почему его приход грозит катастрофой? – он открыл перед ней дверь дома, предлагая войти.

– Как же вы сможете это сделать, ведь вы ничего не знаете о нашем мире? – она разделась, надела поданные им тапочки и подошла к изразцовой печке, чтобы погреть руки, с минуту вдыхала приятный, тёплый воздух.

Тёма пригласил её в кабинет и предложил место у стола, где стоял странный предмет чёрного цвета. Открыв верхнюю створку, он запустил аппарат, на экране которого появилось приветствие, а сам экран засветился приятным зеленоватым светом. Диана с удивлением смотрела на это чудо, но всё-таки поняла, что это персональная электронно-вычислительная машина.

Артём запустил ПЭВМ и зашёл в секретный сервер Министерства госбезопасности, введя соответствующий пароль из цифр, и изображений. «Все данные по СССР второго параллельного мира», – набрал он в поисковике. Пока машина готовила информацию, он объяснил собеседнице:

– В 2012 году наш капитан-лейтенант Сергей Русичев, сейчас он уже контр-адмирал, был переправлен в этот мир с целью помочь восстановить там распавшийся Советский Союз. Так вот, на основании той информации, что мы сейчас получим, можем точно узнать верна ли ваша математическая модель, применительно надвигающейся у вас катастрофы.

– Вы были в другой реальности и уже видели последствия такого поворота событий и конечного исхода?

– Да, Советский Союз распался там на несколько слабых республик, и хорошо, что удалось события вернуть в нормальное русло, сейчас то государство успешно воссоединилось и развивается быстрыми темпами.

Диана хотела ещё что-то спросить, но компьютер сообщил о полной подготовке информации, Тёма набрал на терминале: «Горбачёв Михаил Сергеевич – политический деятель от Коммунистической партии Советского Союза». То, что выдала ПЭВМ, повергло доктора физико-математических наук в шок! Машина сообщила о совершенно бездарном партийном функционере, путём интриг и подковёрной борьбы оказавшемуся у руля огромной, и пусть впавшей в кризис, но потенциально сильной и прекрасной страны. В частности, компьютер сообщил, что Горбачёв, ведущий секретариат ЦК КПСС вследствие болезни Генерального секретаря[2] К. У. Черненко отправил подальше от Москвы двух потенциальных кандидатов на эту должность: Г.В, Романова из Ленинграда[3] и В. В. Щербицкого из Киева[4] – обоих членов Политбюро ЦК КПСС[5]. Недальновидный А. А. Громыко провёл тайные переговоры с членами политбюро и склонил их к идее избрания Горбачёва Генеральным секретарём. 10 марта умер К. У. Черненко и состоялось то злосчастное Политбюро, на которое Щербицкий вообще не успел, а Романову пришлось принять уже имеющуюся реальность. Оказавшись во главе страны, требующей обычных нормальных реформ, этот никчёмный деятель подменил эти реформы политиканством, изрядно сподобляя его пустой болтовнёй. Не выполнив абсолютно правильных решений XXVII съезда КПСС в области экономики, он дестабилизировал страну во всех аспектах, и она распалась на 15 частей, хотя юридически распущена не была. В итоге образовался конституционный тупик. В заключение даже машина не выдержала и спросила: «Шеф, зачем вам понадобился этот горе-политик? Даже мне, компьютеру от его тошно!»

Артём перевёл взгляд на Диану, в её глазах были слёзы и она, прикрыв рот рукой, несколько минут сидела молча.

– 10 марта, – наконец оживилась она. – Совсем уже не остаётся времени. Неужели нам уготована судьба той страны из второго параллельного мира? Ей всё же в итоге повезло, вы вмешались и исправили ситуацию. А что ждёт нас? – она смотрела в глаза полковника, прося помощи.

Тёма встал и тихонько прошёлся по кабинету размышляя. Он был человеком очень хладнокровным, но, будучи глубоко порядочным и благородным, не был лишён нормального человеческого сострадания. Он сейчас прекрасно понимал эту хрупкую женщину, волею высших сил оказавшуюся в чужом для неё мире, отделённым от её дома пространственно-временным континуумом. Тёма всем сердцем и душой чувствовал, как ей сейчас тяжело! Присев снова за стол, он взял тонкую кисть Дианы и поцеловал, тем самым давая понять, что не оставит её.

Попаданка из другого мира поняла и оценила этот жест:

– Вы думаете, ещё что-то можно исправить?

Он продолжал держать её ладонь в своих руках:

– Когда меня перебросили вместо 1930 года в 1939, чтобы помимо главного задания спасти ещё и Нету, о чём я очень просил главу государства, я бежал по лесной дороге, видя её в конце… Если бы вы знали, как тяжело дались мне эти последние несколько сот метров?! Бегу, уже вижу, как он повалил её и начал душить, она сопротивляется, а я всё никак не покрою последние метры! Это было самое ужасное ощущение в моей жизни!

Но я не сдался и, невзирая ни на что, успел… Теперь вон смотрите, – Тёма показал рукой на окно, – выходит из такси, живая, здоровая, скоро ужинать приготовит и нас позовёт. Разве не фантастика?! Так что, пока мы все не опустили руки, ничего ещё не пропало. Давайте пойдём в зал, нужно будет помочь жене она тоже, чай поди, устала.

Раздевшись, Нета вымола в туалетной комнате руки и подошла к скромно сидевшей на диване гостье:

– Хочу вас обрадовать, каких-то серьёзных вирусов у вас в крови не обнаружено, и даже ферменты похожи. Скорей всего отличие если и есть, то лишь в структуре ДНК – она протянула Диане пластиковый конверт с анализами. – Это вам потребуется, когда завтра вылетите с Артёмом Кондратьевичем в Москву, – она специально так называла мужа, давая понять, что всё прекрасно понимает и согласна на эту его новую и опасную миссию.

Дав мужу понять взглядом, чтобы он удалился, Нета взяла электронный фонендоскоп и вновь внимательно выслушала сердце и лёгкие Дианы, чтобы окончательно убедиться в отсутствии патологии, долго задавала вопросы, касающиеся самочувствия. Когда стало ясно, что организм, невзирая на падение с большой высоты, чудесным образом совершенно не пострадал, сказала:

– Физически вы здоровы, но я вижу, вас что-то смущает, давайте будем откровенны. Что именно?

Застегнув костюм, гостья добродушно улыбнулась:

– Я не хочу расстаться с такой красивой и умной женщиной на ноте ревности – это сковывает меня неимоверно. С другой стороны, без вашего мужа я здесь вообще ничто, а думаю совершенно не о себе. Лучше бы я тогда погибла, когда истребитель в нашем мире атаковал вертолёт, на котором летели с охранником, но он приказал прыгать, понимая, что только я смогу предотвратить гибель страны. Я прыгнула и вот теперь здесь, полностью в вашей власти. Если хотите, дайте мне пистолет, и я застрелюсь, чтобы не допустить временной аномалии. Только, ради бога, не думайте обо мне плохо!

Нета поцеловала Диану в щёчку и присела рядом:

– Как вам такое вообще в голову пришло? Вы просто не понимаете наших с Артёмом отношений. О большинстве вещей мы принимаем решения, без слов понимая друг друга, да и говорим-то больше из-за того, что так надо, в принципе могли бы обойтись и без слов. Он уже уловил, что я не против его новых приключений и сейчас уже связывается по спутниковому телефону с министром Орловым в Москве, обговаривая свой завтрашний визит. Сейчас выйдет и объявит, вот увидите. Что касается личного. Я больше жизни люблю Тёму, собственно, этой жизнью я ему и обязана. Но, если он полюбит другую, я ни секунду не буду стоять у него на пути. Вы даже не представляете, какой это замечательный человек! Вам очень повезло, что именно он нашёл вас.

Обняв Нету, Диана дала понять, что они с этого момента настоящие подруги и никакое пространство и время их не разъединят. Сидели молча, теперь всё было понятно.

Через две минуты появился Артём и сел прямо на ковёр рядом с диваном, напротив женщин, переводя взгляд с одной на другую. По глазам было видно, что дело пошло.

– Эх ты, женский спаситель! – засмеялась Нета и потрепала мужа по русой шевелюре на голове. Я-то тебя насквозь вижу, а для Дианы важно, если всё расскажешь.

– Артём почесал затылок и вздохнув выложил:

– Завтра сдаю дела своему заместителю по работе с личным составом, а с вами, Диана Георгиевна, вылетаем в Москву, ровно в 12:00 генерал госбезопасности Глеб Агафонович Орлов будет ждать нас, несомненно, будут присутствовать ряд засекреченных учёных. Так что подумайте о железных аргументах, переброска в пространстве и времени – дело очень сложное и дорогостоящее, гораздо сложней, чем просто опускание по ветке времени. Нужно ещё, будет очень быстро вычислить математическую модель этого самого перехода.

– То есть, я так понимаю: меня здесь не будут держать, как феномен для научных симпозиумов или, как подопытного кролика, а попытаются вернуть в своё время?

– Наш мир устроен так, что во главе всего находится человек с его чувствами и устремлениями. Если бы вы захотели остаться с нами, вам бы подобрали достойное место в обществе, но вы рискнули жизнью, что б спасти свою страну, и министр Орлов сразу это оценил. Уверен, и Председатель Верховного Совета[6] Доброхотов завтра тоже вас поймёт и поддержит, только будьте предельно конкретны, очень уж он не любит бесплодное фразёрство.

– Неужели глава государства мной заинтересуется?

– Без всякого сомнения, и уже завтра будет принято конкретное решение по вам, но всё будет упираться в техническую возможность.

– Даже дух захватывает, настолько всё быстро!

– А в нашем мире вообще всё быстро делается, из-за чего государство и развивается умопомрачительными темпами.

Диана была счастлива оттого, что её усилия оказались не напрасны и не зря погиб замечательный парень, охранявший её. Появилась надежда, что катастрофически развивающиеся события в её мире удастся остановить. Но она также понимала и другое: попав в дом к замечательным людям, нельзя только себя ставить в центр событий; нужно было отблагодарить хозяев за доброту.

– Артём Кондратьевич, мы всё о моих проблемах, а ведь сегодня в вашей стране большой праздник, вы сказали: «День Красной армии и Флота». Ещё совсем не поздно, может быть, вернём ваших родителей и сынишку, посидим за столом? Анализы у меня в норме, заразить я никого не могу, Нета Валерьевна, что выдумаете поэтому поводу?

Жена перевела взгляд на мужа, ожидая, что он скажет.

– Дорогая, давай упакуем отдельно всё, что ты приготовила, и отправимся к моим на такси, они будут рады, – Нета отправилась на кухню собирать блюда. – Диана Георгиевна, а вам вновь придётся переодеться в свою одежду, завтра прямо из Шуи[7] вылетим в Москву.

Вызвав по телефону такси, хозяин пригласил гостью дойти с ним до дома Грановских, расположенного через 2 строения. Когда они, пройдя по улице, оказались внутри дома, их встретила молодая женщина с большой русой косой на правом плече, радушно пригласив за стол. Диана осмотрела убранство дома и отметила ко всему большое наличие икон с изображениями Спасителя и Богородицы, было очевидно – хозяева глубоко верующие люди. Батюшка встал из-за стола и перекрестил пришедших, поздравив с праздником. Гостье странно было наблюдать в мощном социалистическом[8] государстве такой симбиоз религии и идеологии, совершенно невозможной в её стране, заражённой атеизмом[9]. Диана присела на предложенное ей Ксенией место и с большим интересом изучала темноволосого кареглазого хозяина, видимо еврея по национальности, улыбающегося ей с другой стороны стола и его молодую супругу – этническую русскую с большими добрыми глазами.

Приняв бокал красного вина, размышляла:

«Вот и национальный вопрос здесь решён наилучшим образом».

[1] В нашей реальности село Китово Шуйского района Ивановской области

[2] Во времена СССР в нашей реальности название главы государства

[3] Так тогда назывался Санкт-Петербург

[4] Был столица Украинской советской социалистической республики

[5] Коллегиальный орган, фактически решавший все дела

[6] При Советской форме правления высшее должностное лицо с функцией главы государства

[7] В нашей реальности город Шуя Ивановской области

[8] Социализм: общественный строй 5 общественно-экономической формации

[9] Учение, отрицающее Божественное устроение мира

Глава 4

«Без сомнения, дружба русских с евреями во много раз усилила это общество, сделав устойчивым против проявлений губительного расизма всех мастей», – подумала она.

Отпив вина, она заметила, как Артём с Авдеем быстро вышли в другую комнату. За столом разговор шёл своим чередом.

– Шеф, что-то случилось серьёзное, раз ты не стал говорить об этом за столом, – заместитель с тревогой смотрел в глаза своему начальнику.

– Да, дружище, операция с этого момента засекречивается, все разговоры на эту тему должны будут пресекаться. Тебе же завтра следует, как поступит приказ прямо из Москвы, принять руководство Шуйским уездным управлением МГБ СССР до моего возвращения, в 8:00 будь, пожалуйста, на месте, – по тону и краткости майор понял, что дело принимает серьёзный оборот, и кивнул. Они вернулись ко всем за стол.

– Ксения, почему погрустнели глаза? – Артём заметил, как встревожилась супруга Авдея. – Твой ладо остаётся с тобой, рядом отец Никон – прекрасный и добрый собеседник. Нам же, к сожалению, придётся откланяться, вечер хочется провести с родителями и сыном, – они поднялись, Авдей с Ксенией проводили их до машины. Друзья крепко пожали друг другу руки.

Двигаясь по уездному городу, Артём специально проехал через Спасскую площадь и показал храмовые комплексы на ней: Спасскую и Крестовоздвиженскую церкви. Далее в поле зрения попал Воскресенский собор. Представительница параллельного, атеистического мира была поражена красотой восстановленного русского зодчества. Под сильным впечатлением она оказалась в доме родителей Артёма, где расторопная Элиза Авенировна с радостью усадила всех за стол. Кондратий Максимович тоже был очень доволен, что праздник всё-таки состоялся. Несмотря на то что они с сыном, принадлежали к спецслужбе, в СССР первого параллельного мира все вооружённые формирования считали своим главным праздником 23 Февраля. Неожиданно к женщине подошёл прелестный русоволосый мальчуган двухлетнего возраста:

– Тётя, посмотрите, какая у меня машинка, – он показал ей красивую игрушку в своих руках. Глаза ребёнка светились такой лаской и добротой, что у гостьи комок подкатил к горлу, впервые в жизни она сильно пожалела, что не имеет детей! Взяв мальчика на колени, она поцеловала его в щёчку и, закрыв глаза, молча сидела.

Родители Артёма, безусловно, понимали: гостья, явившаяся с сыном и снохой в их дом – необычный человек. Особенно это чувствовал отец, сам, долгое время руководивший уездным управлением Министерства госбезопасности в Шуе. Но расспрашивать они ни о чём не стали, обладая необходимой культурой и тактом. Разговор шёл о сути праздника и о том, когда родилась Красная армия.

Диана с удивлением вновь отметила, что в её мире этот день называется по-другому: «День Советской армии и Военно-морского флота». Здесь же сохранили суть армии такой, какой она родилась в 1918 году на станции «Малая Чухоня». Всё было для попаданки необычно, даже пища, которая состояла только из высококачественных и натуральных продуктов и имела превосходный неповторимый вкус. В 21:00 она попросила включить телевизор и запустить программу «Время», чтобы хоть чуть-чуть приобщиться к информационному базису этой необычной страны. Глубоко за полночь, лёжа в отведённой для неё кровати, доктор физико-математических наук глубоко сожалела, что ей придётся покинуть этот по-настоящему райский оазис цивилизации и вернуться в страну, где только ещё предстоит схватка за нормальную жизнь. Она не заметила, как провалилась в глубокий сон.

Утро 24 февраля выдалось довольно солнечным, хотя и слегка морозным. Посадив сноху, внука и гостью в свою «Ладу», Кондратий Максимович всё же не сдержался и, отозвав сына подальше от машины, спросил с тревогой:

– Кажется, всё серьёзно, раз ты молчишь? – Артём в подтверждение кивнул. – Учти Тёма, нам с Элизой уже за 70, и мы можем не выдержать, если с тобой что-то случится. Может, в этот раз найдутся другие офицеры?

Сын с улыбкой посмотрел на отца и вздохнул:

– Бать, ну ты же знаешь мой жизненный принцип: «Ни на кого ничего не перекладывай, если можешь сделать сам». Я постараюсь лишку не рисковать, помня о тебе с мамой и Нете с Ванюшкой, а вы все молитесь Господу за меня, чтобыне оставил в трудную минуту, – они обнялись на прощание и пошли в машину.

Информировав личный состав управления о переходе в подчинение майору Грановскому, Артём попросил последнего отвезти его с Дианой в местный аэропорт, отправив Нету с сынишкой домой с отцом. Пока Артём решал все полётные вопросы с диспетчером аэропорта, Авдей вновь обеспечил отключение видеокамер и попросил удалиться встречающих со взлётной полосы. Подогнав «Волгу» ближе к вертолёту, полковник пересадил Диану во второе кресло, сам подошёл к майору:

– Прощай, дорогой друг! Дай мне слово, что позаботишься о моих родителях и Нете с Ваньчиком, если я не вернусь. Ещё прошу помнить о чести нашего управления, где служил мой дед, отец, служим мы с тобой.

– Артём, ты зря мне всё это говоришь, ты же знаешь, с каким уважением и любовью я отношусь к тебе и твоим близким! Я же сейчас думаю совсем о другом, именно о твоём возвращении после успешно проведённой миссии, – Авдей крепко обнял своего лучшего друга на прощание.

Через несколько минут винтокрылая машина медленно поднялась над площадкой аэродрома и взяла курс на Москву. Майор ещё долго стоял и смотрел ей вслед.

Борьба начинается

Поднявшись на километровую высоту, Артём зафиксировал штурвал и достал спутниковый телефон:

– Товарищ генерал-майор, – он связался с начальником губернского управления, – это Артём Соколов. Только что вылетел из Шуи, со мной в вертолёте женщина из разбившегося под Владимиром Ми-2, она в данный момент здорова. Куда прикажете доставить её?

– Генерал госбезопасности Орлов уже звонил мне, приказал уцелевшую женщину отправить прямо в Центральной управление, так что держи курс туда. Мне же, если сможешь, вышли фото этой загадочной гостьи, так хочется взглянуть на ещё одного представителя другого мира. И ещё. Почему-то Глеб Агафонович ещё очень жёстко приказал не убирать в лесу сгоревший вертолёт и не снимать оцепление. Кажется, он что-то задумал? В общем, удачи тебе, полковник, и жду фото.

Сбросив запрашиваемое фото, выключив телефон и надев наушники, Тёма повернулся к своей спутнице. Сейчас у него было достаточно времени, чтобы спокойно рассмотреть её в профиль: тонкий прямой, и даже чуть вздёрнутый нос делал её похожей на русскую, и лишь чёрные волосы и глаза говорили, что это всё же еврейка, причём необычайно красивая. Женщина почувствовала на себе его взгляд и повернулась, он даже заметил, как она слегка покраснела. Он улыбнулся ей, чтобы снять напряжение, и поинтересовался о самочувствии.

– Мне хорошо как никогда! – Диана одарила его обворожительной улыбкой в ответ. – Волнуюсь только немного. Вдруг не подберу нужные слова, когда встречусь с вашими руководителями, мы ведь учёные такие зацикленные на теории, обычной жизни совсем не знаем. Вы должны понять, в каком положении я оказалась, лишь от меня зависит: будет ли моя Родина, сохранена, или её растащат на куски, как в том втором измерении. Но распад – это ещё полбеды, людей может много погибнуть! Честно признаюсь, я очень надеюсь на вас, понимая ваш вес в государстве, поэтому умоляю, не отступайтесь!

Как ему было успокоить её? Сказать, что он никогда и нигде не отступался, всегда боролся до конца, было бы уж очень сухо, и он нашёл решение, поступив по-другому.

– Знаете, Диана Георгиевна, давайте перейдём на «ты», думаю, так будет легче обсуждать решение всех проблем?

– Принимается, – неожиданно быстро ответила она в ответ, и Артём понял, что присоединение сработало.

Несколько минут они летели молча, разглядывая расстилающийся внизу пейзаж. Белые поля менялись густыми хвойными лесами, создавая в душе состояние спокойствия и величия. Вдруг женщина показала рукой:

– Смотри, Артём, стая лосей из 10 особей пасётся на окраине леса, и самцы с рогами и самки, даже 4 лосёнка! Почему ты улыбаешься, что-то не так сказала?

– Да нет, просто вспомнил. Когда мы на «этажерке»[1]возвращались из деревни Осипово Костромской области, где уничтожили вампира, убивающего людей, Нета вот также указала на пасущихся лосей, правда, тогда было лето.

– Когда твоя супруга рассказала, про этот случай, у меня мурашки пошли по коже, а вы так обыденно об этом говорите! В нашем мире за такой рассказ сразу отправят в сумасшедший дом, никто даже и вникать не захочет.

– И всё-таки – это была реальность 1939 года. Представляешь, какой был пассаж, когда вампира доставили Лаврентию Берии в брезентовом мешке и я говорил об этом Сталину на его даче в Кунцеве?!

– Да, настоящая фантастика, да и только! Представляю, ты ходишь, а вокруг снуют туда-сюда люди, одетые в белые брюки и платья с воротниками на матросский манер.

– Ты ещё про парусиновые ботинки забыла.

– И они тоже, – засмеялась Диана и уже серьёзно. – Скажи, пожалуйста, наверно, всех больше нервничал, когда к Сталину шёл? У нас о нём говорят только плохое, льют грязь со всех сторон и планируется ещё больше, обвинить его в чудовищных репрессиях и выдать палачом.

– Знаешь, в действительности обычный человек, никакого страха я перед ним не испытывал. А вот когда бежал от озера, где на дне оказалась кабина антигравитатора обратной раскрутки времени, до аэродрома, чтобы завладеть аэропланом для полёта в Дроздово, нервничал заметно. Если бы я где-то не рассчитал, этот подонок просто задушил Нету, и моя жизнь потеряла всякий смысл. Я уже тебе рассказывал про эти последние метры, которые решают всё в этой жизни.

Она любовалась сидящим рядом с ней мужественным человеком, таким обычным, и вместе с тем, восхитительным, рассказывающим о вояже в 1939 год, как о чём-то обычном. В нём не было ни бахвальства, ни самовлюблённости, только железное спокойствие и искренность. Диана по-доброму завидовала его супруге.

Ход её рассуждений прервал сигнал спутникового телефона, размещённого на панели управления вертолётом. Машина шла с постоянной скоростью, шум винтов был не очень сильным, спутница Артёма сняла наушники. На связь вышел генерал-майор Лаврентьев. По тому, как они общались, Диана поняла, что они крепкие друзья и не вмешиваясь, дожидалась конца разговора.

– Нам предписано садиться на спецаэродром министерства под Москвой, Вадик Лаврентьев будет ждать нас там и сразу отправимся в Кремль, там будет и министр.

– Вы хорошо знакомы, раз ты назвал его по-свойски?

– Когда, в прошлом году с Сергеем Русичевым отправлялись в 1755 год, вытаскивать по ошибке попавшего туда Авдея Грановсккого, Лаврентьев руководил подготовкой операции, он вообще идеальный в этом отношении, продумывает всё до мелочей. Сейчас, видимо, будет курировать этот проект? Это дело его компетенции.

– Скажи, Артём, а каков он в общих чертах СССР вашего мира, раз уже раскрыли тайну перемещения в пространстве и времени? Времени на обзорные поездки у меня, наверное, не будет. Опиши основные признаки.

– Попробую, – полковник перевёл вертолёт на ручное управление. – Доля в мировом валовом продукте 50%. можешь представить, что это за мощь? Семь орбитальных станций и четырнадцать воздушно-космических самолётов – все несут термоядерное и обыкновенное оружие, так что вся планета под контролем. Общая численность армии в 10 млн человек личного состава, правда уже 30 лет не меняется, но в этом нет нужды, у нас есть только союзники, равных соперников нет. Давно уже слетали на Марс и на Венеру, на Луне уже давно военные и научные базы. Последний год ведутся серьёзные разговоры об экспедиции к проксиме Центавра[2], но думаю, это будет всё же международный полёт, тем более что сейчас предстоят огромные затраты на переброску в четвёртый параллельный мир.

– Впечатлительно! – Диана удивлённо качала головой. – А у нас все головы разбили о проблему: «Как накормить людей мясом?» В областных и районных центрах в магазинах только «Завтрак туриста», да маринованный лук, я уж не говорю о сельмагах. Какое уж там мясо да колбаса.

Артём засмеялся и потрогал женщину за плечо:

– Ну и дела! У нас эта проблема была решена сразу после Великой Отечественной войны, когда в 1953 году у руля государства встали А. А. Жданов и его сторонники. Сейчас же в магазинах изобилие промышленных и продовольственных товаров на любой вкус, причём всё отечественного производства. Импортных товаров очень мало, и они особым спросом не пользуются. Так, всё обстоит, – Тёма взглянул на часы и прибавил скорости.

КА-37 совершал бросок до Москвы, а в кабине 42-летний полковник госбезопасности и этих же лет женщина вели разговор о стране, которой суждено в скором времени предпринять научную и военную операцию с целью спасения политического собрата из другого параллельного мира, который находился в глубоком социально-экономическом кризисе и ожидал сейчас помощи.

Вот наконец и аэродром. Зависнув над площадкой, полковник выполнял последние команды диспетчера. Вскоре колёса машины коснулись пластикондового покрытия, и шум винтов утих. Осмотревшись, Артём заметил полное отсутствие персонала на взлётной полосе, лишь метрах в тридцати 2 чёрные «Волги» его спецслужбы. Выбравшись из кабины, он помог это сделать и Диане, они молча наблюдали, как приблизился вышедший из спецмашины 57-летний офицер в генеральской форме.

– Тёма, дорогой, здравствуй! – офицеры обнялись. – Что же ты делаешь? Я обещал Нете, что устрою тебе тихую жизнь в уездной Шуе, а ты опять за старое.

– Да не говори, Вадим, никак на печке не сидится пилигриму, приключений подавай – они заразительно засмеялись, извиняющимся взглядом посматривая в сторону прилетевшей с полковником женщины.

– Слушай, неужели сразу к Доброхотову, может, сначала в гостиницу свозишь? Хоть душ примем с дороги.

– Не получится, дружище, жёстко приказал сразу доставить, как прилетите. Орлов уже там с Холмогоровым, профессор Иванов с помощниками и ещё ряд учёных. Разговор пойдёт конкретный. Так что прошу вас в машину.

Расположив Диану на заднем сиденье, Артём сел спереди, рядом с Вадимом, негромко переговариваясь с ним. Пока машина ехала до Москвы и затем по городу, представительница другого мира с интересом разглядывала другую Москву. Трудно было поверить, что именно на этом месте, оказывается, стоит ещё несколько городов с таким же названием, в том числе и её Москва, но их видеть и ощущать было невозможно! Это трудно укладывалось в голове. Попаданка отметила про себя, что размеры города ничуть не изменились, очевидно, было: хозяева в государстве не болели гигантоманией и упор был сделан на качество жизненной среды. А вот облик человека был совсем другим, не было злых и озабоченных проблемами лиц. По тротуарам шли добрые и весёлые люди. Мир был принципиально другим, и она это уловила.

Заехав через Боровицкие ворота в Кремль, «Волга» вскоре остановилась у Высшего властного учреждения страны. Вадим вышел и показал удостоверение охране, сообщив, что с ним идут полковник госбезопасности и женщина.

Кабинет Председателя Верховного Совета СССР

В приёмной управляющий делами сразу пригласил их в кабинет главы государства, охрану, как обычно, попросил остаться в приёмной. Войдя в кабинет, генерал вытянулся и отдал честь Верховному главнокомандующему, а также генералу госбезопасности Орлову, Холмогоров был в таком же звании.

[1] Так в тридцатые и сороковые годы XX века называли самолёт «По-2»

[2] Ближайшая к Солнцу звёздная система

Глава 5

Артём был в гражданской одежде, поэтому вытянувшись, стоял у двери, молча озирая кабинет. Он был здесь до этого несколько раз, поэтому обстановка была знакомой. 3D-портреты В. И. Ленина, И. В. Сталина, А. А. Жданова и Г. В. Романова всё так же висели над рабочим столом хозяина кабинета, и даже зелёные портьеры на окнах и ковровые дорожки на полу были всё теми же, при этом чистота, конечно, была идеальная, а воздух необычайно свеж. Председатель ВС Доброхотов сидел во главе стола заседаний, по правой стороне сидели приглашённые доктора и кандидаты наук, по левой – генералы Орлов и Холмогоров, 3 места были свободными. Поздоровавшись и рукой указав вошедшим на них, руководитель страны пригласил их присесть, предложив женщине сесть рядом.

– Со своим министром, генералами и отважным путешественником во времени я хорошо знаком, а с вами давайте знакомиться, – гостья хотела встать, но хозяин кабинета жестом остановил её. – Евстафий Григорьевич Доброхотов – Председатель Верховного Совета СССР, глава государства. А вас как звать? Представьтесь, пожалуйста.

– Лерман Диана Георгиевна, в своём мире была доктор физико-математических наук, профессор астрофизики.

– Почему была? – высший руководитель встал и прикоснулся губами к тыльной стороне ладони красавицы. – Мы вам полностью доверяем и надеемся на вашу помощь в математическом расчёте модели перехода. Вы ведь хотите вернуться к себе, или я заблуждаюсь?

Диана поняла, что вот сейчас наступает тот самый решительный момент, и не подбери она нужных аргументов и слов, все её старания окажутся тщетными.

– Уважаемый Евстафий Григорьевич, я бы ни на секунду не засомневалась и осталась в вашем изумительном и процветающем мире, о котором у нас любой бы только мечтал. Но есть одно обстоятельство, ради которого, как я думаю, и оказалась здесь. Нашему СССР грозит неминуемая гибель, и там, у нас, отвести эту угрозу некому, обстоятельства развиваются роковым образом. Вы все здесь верите в бога, поэтому должны понять, что происшедшее со мной неслучайность. Кроме того, погиб замечательный офицер, спасавший меня до последнего момента, – женщина закрыла рот, чтобы не заплакать, но в глазах её все же показались слёзы.

Хозяин кабинета сам налил в стакан питьевой воды из откупоренной бутылки и предложил женщине, чтобы та успокоилась, и через минуту продолжил разговор:

– Глеб Агафонович Орлов – министр госбезопасности уже обрисовал примерную картину: в нашем мире Божьим промыслом оказался ваш вертолёт, на котором вы, видимо, пытались спастись от спецслужб; машина была сбита из пушки вашего довольно старого истребителя, такое заключение сделали наши эксперты. Понятно что, перебросив вас временно в наше измерение, Господь дал вашему миру шанс на спасение, и этот шанс должны вам помочь реализовать, именно мы.

Установилась полная тишина, было даже слышно, как тикают механические часы на стене, хозяин кабинета очень любил слышать натуральный ход и бой таких часов. Встав со своего места, Евстафий Доброхотов молча прошёлся несколько раз по кабинету, взвешивая предстоящее решение, сулившее стране колоссальные затраты, но абсолютно необходимое со всех точек зрения. Наконец, он возвратился на своё место председательствующего и попросил Диану продолжать.

Та всем своим чутьём поняла, что руководитель могучей страны внутри себя уже согласился на эту миссию, рассказала всё о результатах своей теоретической работы.

– Нынешний Генеральный секретарь ЦК КПСС Константин Устинович Черненко тяжело и неизлечимо болен, дни его сочтены. К захвату власти очень готовится Михаил Сергеевич Горбачёв со своими сторонниками. К ним по недальновидности присоединился старый, но довольно известный политик Андрей Андреевич Громыко, занимающий сейчас пост первого зампреда Совмина СССР[1]. Григория Васильевича Романова и Владимира Васильевича Щербицкого – самых перспективных политиков к власти планируется не допустить. Такой ситуацией озаботились многие референты в Центральном комитете партии и попросили меня срочно рассчитать математическую модель такого исхода, и я трудилась день и ночь, не считаясь ни со своим здоровьем, ни со временем. Конечный итог шокировал меня: СССР должен будет погибнуть! Надо было что-то предпринять, но у нас не хватало ни власти, ни даже уже времени. В КГБ каким-то образом узнали о моих расчётах и решили со мной разделаться, меня спасла подруга Самарина Тамара Владиленовна, предупредившая в последний день и предложившая спасаться бегством. Оказавшись в вашем мире, я от Артёма Кондратьевича – сотрудника спецслужбы услышала подтверждение моих расчётов по событиям, происшедших во втором параллельном мире, где побывал ваш капитан-лейтенант Русичев. Мы однозначно двигаемся по тому же пути, и нужно ваше немедленное вмешательство. К сожалению, время совсем не остаётся!

Глава государства повернулся в сторону учёных:

– Зосима Иванович, – обратился он к историческому аналитику – доктору наук, – вы имеете доступ к данной информации. Какие действия, на ваш взгляд, мы должны срочно предпринять, чтобы радикально изменить ситуацию в четвёртом измерении? Имейте в виду: на масштабную операцию на этом этапе развития у нас пока нет сил.

Аналитик, негромко кашлянув в кулак, ответил:

– Если учесть наши имеющиеся научно-технические возможности, то оптимальной точкой воздействия будет недопущение Горбачёва к власти, именно провал его кандидатуры на голосовании в Политбюро ЦК КПСС 11 марта 1985 года. Здесь только нужно учесть, и это принципиально важно, совпадает ли течение времени в обоих мирах? Остальное всё будет зависеть от нашей доблестной спецслужбы и от помощи всевышнего.

– Я вас хорошо понял, товарищ Крестников, – председательствующий задал вопрос директору ядерного центра в Дубне профессору Климову. – Ярослав Денисович, как вы полагаете, каким образом мы сможем перебросить нашего офицера в другой мир для выполнения задания? Это мы должны решить уже здесь.

Физик-ядерщик был готов к такому вопросу, поправив очки в узкой оправе, ответил незамедлительно:

– Применить термоядерный реактор обратной раскрутки времени в этом случае невозможно, так как речь идёт о параллельных временных системах, разделённых лишь пространственным континуумом. Эта головоломка уже по части моего коллеги профессора Иванова, его центра электромагнитных исследований.

– Что вы скажете, Даниил Алексеевич? – глава государства обратился уже к семидесятилетнему профессору, сидящему рядом с Климовым.

– Я сейчас внимательно слушал всех здесь выступающих, – профессор поправил рукой седую шевелюру волос, – и у меня появилась идея. А что, если применить не 2, а 4 сверхмощных электромагнита, и в вихревое поле поместить не только перемещаемых людей, но и провалившийся к нам из другого пространства вертолёт? Это поможет информационной оболочке Земли более точно направить объекты перемещения в нужное место. Но при этом остаются два требующих разрешения момента: первое – это точная математическая модель расположения четвёртого параллельного мира; второе – вероятность попадания в твёрдую субстанцию Земли, так как применить водную среду при перемещении не представляется возможным. Жду, что скажут коллеги.

Началась дискуссия, в которой участвовала и Диана. Ей удалось убедить научное сообщество, что точный математический расчёт местоположения её мира возможен. По второму вопросу мнения разошлись, поэтому общим итогом стал посыл: «Придётся рискнуть».

– Понятно, – подвёл итог дискуссии Доброхотов. – Артём Кондратьевич, слышали, что светила науки говорят? Они не могут дать полной гарантии безопасности.

Диана в этот момент, повернувшись, с напряжением, смотрела на полковника, сидящего рядом с ней. В сущности, судьба её мира теперь зависела в очень большой степени от его решимости и храбрости. Она сильно закусила губу и терпеливо ждала ответа офицера. В кабинете главы государства установилась полная тишина…

В сознании Артёма в этот момент промелькнули образы родителей, которых он очень любил, жены и сынишки – их он любил больше жизни. Всех их он может уже не увидеть. В душе и сердце полковника шла борьба между чувствами и необходимостью. В итоге последнее всё же победило.

– Товарищ маршал Советского Союза, я офицер силовой структуры, и риск – это моё профессиональное дело. Два раза я уже направлялся в прошлое, теперь предстоит параллельный мир, что же, так тому и быть.

– Спасибо, товарищ полковник, – Верховный главнокомандующий пожал мужественному офицеру госбезопасности руку, любуясь замечательным гражданином великой и прекрасной страны.

Решение основных вопросов было обозначено, и глава государства приступил к конкретным распоряжениям:

– Товарищ генерал-майор, – он посмотрел на Лаврентьева, – вы занимаетесь этим направлением в Министерстве государственной безопасности, назначаю вас ответственным за подготовку этой операции. Работайте в тесном контакте с профессором Ивановым, который будет отвечать за весь научный эксперимент. Общую координацию действий будет осуществлять генерал госбезопасности[2] Орлов. Надеюсь, Глеб Агафонович, вы не будете возражать по кандидатуре Лаврентьева и передачи временно части его направлений генерал-майору Холмогорову.

– Нет, Евстафий Григорьевич, в этой ситуации это самое мудрое и правильное решение.

– Вот и замечательно. Теперь последнее. Татьяна Валентиновна, вы министр здравоохранения, обеспечьте постоянный медицинский контроль за представителем другого мира, пока она находится у нас и работает в центре электромагнитных исследований. Наблюдение должно будет вестись круглые сутки, и Диана Георгиевна ни в чём не должна нуждаться. А вы, Глеб Агафонович, обеспечьте её охрану. Всех здесь сидящих прошу проникнуться серьёзностью предстоящих перед нами проблем и помогать друг другу. Научных экспериментов и спецопераций такого качества мы ещё не проводили. У управляющего делами все подпишетесь в предупреждении о сверхсекретности. Пока все свободны, – Председатель ВС набрал номер главы правительства и вызвал его к себе.

В приёмной министр госбезопасности сообщил представительнице другого мира, что временно она должна расстаться с полковником Соколовым, так как будет работать с профессором Ивановым, пока математическая модель перехода не будет создана и в срочном порядке составлена программа для ЭВМ, обеспечивающей пространственный переход. Диана с растерянностью смотрела то на министра, то на Артёма?!

– Не переживай, – подбодрил он её. – Запасись терпением, спасение вашей страны во многом теперь зависит напрямую от твоих математических способностей. Чем быстрей местоположение вашего мира будет вычислено, тем больше времени у нас будет в запасе.

Она, соглашаясь, кивнула и пошла с группой Иванова.

Пока шли по коридору, министр приказал полковнику:

– Тебе нужно срочно вылететь на Тихоокеанский флот, где только что модернизированный атомный линкор отрабатывает взаимодействие с другими кораблями 1-й Тихоокеанской эскадры. Попроси у контр-адмирала на предстоящую операцию его «Умницу», без неё тебе в этом деле не обойтись. Я бы мог связаться с командующим флотом, но, думаю, здесь лучше решить вопрос по дружбе, ведь Умница – это настоящий электронный интеллект и любит только своего шефа Сергея Русичива, только он может переподчинить её. Отправляйся первым же самолётом.

– Я могу отправиться с Артёмом, – предложил Вадим.

– Нет, дорогой, – жёстко остановил его министр. – Ты слышал, что сказал хозяин? «Такого качества операций мы ещё не осуществляли». Запомни это крепко-накрепко.

– Есть запомнить, товарищ генерал госбезопасности.

– Вот и отлично, сегодня же принесёшь мне на стол план мероприятий по осуществлению этой операции…

Полковнику Соколову повезло, он успел на рейс, осуществляемый ТУ-244 из Москвы во Владивосток в 17:00. Оторвавшись от взлетной полосы, сверхзвуковой лайнер-красавец стал набирать высоту, а пассажиры в салоне негромко переговаривались меж собой, иногда вздыхая и крестясь. Переживать было отчего, эта чудо-машина всего несколько месяцев назад встала на пассажирские перевозки, до этого сверхзвуковые системы находились в немилости у руководства страны. Не спеша набрав высоту в 25000м лайнер встал на крейсерскую скорость 3 тыс.км/час. Разобрать с такой высоты земной пейзаж было невозможно, поэтому Тёма при помощи аутотренинга погрузил себя в сон и проспал весь полёт. Он проснулся оттого, что кто-то тряс его за плечо:

– Товарищ, очнитесь. Вам что, плохо?

Артём открыл глаза, на него испуганно смотрел пассажир с соседнего кресла, а рядом стояла стюардесса.

– Не переживайте, всё в порядке, просто был тяжёлый день, а впереди бессонная ночь, выспался наперёд.

– Хорошо, товарищ, выходите, самолёт приземлился, вы одни остались, – она указала ему на выход.

У трапа самолёта к Артёму подошли двое в штатском:

– Товарищ полковник, пройдёмте в спецавтомобиль, – офицер сразу понял, что генерал-майор Лаврентьев уже позвонил в губернское управление МГБ во Владивостоке.

Около получаса «Волга» петляла по улицам города, пока наконец не оказалась на аэродроме Тихоокеанского флота, где Артёма уже ждал боевой вертолёт с атомного линкора.

Дозаправляться ни с какой платформы не пришлось, и через несколько часов винтокрылая машина зависла над огромным кораблём. Было темно, и контуры его плохо просматривались в свете прожектора геликоптера, но Тёма знал, что в длину он километр. Пилот был опытный, поэтому быстро опустил машину на корму корабля.

Борт атомного линейного ракетного корабля «Генералиссимус Сталин»

Через минуту шум винтов утих, и дверь машины кто-то открыл.

– Давай, дружище, выбирайся, наверное, выспался, – в проёме показалось знакомое лицо в чёрной зимней фуражке с кокардой – это было лицо Сергея Русичева. Спустившись на палубу корабля, Артём долго глядел в улыбающееся лицо друга, затем они крепко обнялись.

– Вадим звонил несколько часов назад, сказал, что ты направляешься к нам с важным делом, просил оказать всяческое содействие. Опять твоя контора что-то задумала? Разумеется, ты в качестве исполнителя.

– Товарищ контр-адмирал, давайте не здесь о подробностях, – Артём по привычке проявил профессиональную необходимую осторожность.

– Ну, раз товарищ контр-адмирал, тогда пошли ко мне.

Они опустились на лифте в нужный уровень, где располагались каюты офицерского состава. Приставив ладонь к сенсорному экрану, адмирал разблокировал вход.

Мягкий желтоватый свет освещал довольно просторное помещение, где помимо жилых комнат была приличная душевая с санузлом. Освежившись, полковник присел на предложенное за столом место, где Сергей уже выставил приготовленное кофе. Они, не спеша, пили приятный на вкус напиток. Наконец, хозяин каюты не выдержал:

– Так, всё, подкрепился, теперь давай выкладывай.

Сколько раз раньше Артём глядел в эти чистые голубые глаза друга, ему была знакома каждая складка на его лице. Он всегда поражался открытостью и генетической правильностью этого человека, в котором не было ни тени от лукавого. «Настоящий современный русский витязь, вот на таких-то всё и держится», – подумал он о нём.

– А у тебя здесь совсем другой коленкор. Бывал на многих кораблях, но такого удобства нигде не видел, или это только сделано для высшего командного состава?

Русичев понял, что полковник подмазывает ему, готовя к чему-то серьёзному, но не стал прерывать эту игру:

– Да нет, ты же знаешь принцип Главкома флота Левченко: «Никакого лишнего шика». Это просто общие результаты модернизации корабля. Разумеется, у матросов каюты рассчитаны на 5 человек, но удобства всё те же.

[1] Совет министров – Правительство СССР

[2] Звание в другой реальности

Глава 6

– Скажи, Сергей, этой информацией я ещё не владею, а какое вооружение у этого чудо-корабля теперь?

Адмиралу было приятно, что друг начал именно с этого!

– Информация, вообще-то секретная, но поскольку ты работаешь в сильнейшей спецслужбе государства, тебе можно знать. Главный ударный комплекс разделён: оставлено 50 баллистических ракет нового класса с ядерными боеголовками вместо ста прежних; добавлено 500 крылатых ракет средней и малой дальности; в оборонный комплекс добавлен ещё один эшелон с лазерными пушками. Даже в 2012 году корабль был почти неуязвим, теперь попадание исключено на 100 процентов.

– И всё это управляется электроникой, которую ты поддерживаешь для необходимости защиты корабля.

– Здесь речь идёт не только о флагмане, я занимаюсь управлением огнём всей 1-й Тихоокеанской эскадры, в ней по-прежнему 10 вымпелов. Завтра хотел посетить лёгкий крейсер «Аскольд», там обнаружилась некоторая задержка при общем противокорабельном залпе, нужно повозиться.

– Да, впечатляюще, как силён и технически современен наш флот! – полковник сделал минутную паузу, затем продолжил. – Но ты не переживай, я надолго не задержу тебя, в принципе, у меня к тебе одно, но очень важное дело. Знаю, как ты любишь свою «Умницу», наверное, только Ирина с Игорем занимают более высокие позиции в твоей жизни. И всё же я хочу попросить у тебя её, причём возврат не гарантирую, так как задание, на которое меня посылают ни с чем ранее не сравнимое. Раньше приходилось решать узкие конкретные задачи, здесь же придётся вмешаться в процесс эволюции целого государства – это уже другое.

Русичев отпил из чашки кофе и несколько минут о чём-то мучительно размышлял, иногда поглядывая на друга. Артём расценил это молчание Сергея как неудовольствие:

– В принципе, ты можешь не рисковать своим электронным интеллектом, я не обижусь и пойму тебя, но поверь, операция предстоит очень тяжёлая и сложная.

– Что ты, друг, думаешь, я забыл, как ты спас меня, заехав оборотню серебряным кинжалом меж лопаток, когда тот душил меня во время схватки в реке. Разве я и Авдей Грановский вернулись бы из 1755 года, не будь тебя рядом? Нет, дорогой, ты ошибся, я думаю о совсем другом. Понимаешь, Умница находится на таком этапе развития электронного разума, что её невозможно переподчинить приказом, она должна решить это сама. Вот я и думаю… Знаешь, вспомни любимое твоё стихотворение, или отрывок, которое в сжатой форме характеризует тебя, – он встал, взял с подставки современной формы дипломат и поставил на стол, откинув верхнюю створку.

Когда экран засветился приятным розоватым цветом и по нему пошли синусоиды, машина нежно спросила:

– Серёжечка, неужели мы с тобой опять потребовались Родине, раз будишь ни свет ни заря? Если бы у меня были плечи, то я бы не прочь была их размять. Ха-ха-ха.

– Привет, несравненная, – поприветствовал машину адмирал. – Родине ты очень потребовалась, но только не со мной в паре, а вот с этим замечательным парнем, который сидит рядом. Как насчёт твоей работы с ним?

– Несколько секунд машина молчала, затем выдала:

– Артём Кондратьевич, знаю такого, ничего мужик! Что же, пусть скажет что-нибудь, а я уж тогда определюсь.

«В толпе могучих сыновей,

С друзьями в гриднице высокой

Владимир-солнце пировал;

Меньшую дочь он выдавал

за князя храброго Руслана

И мёд из тяжкого стакана

За их здоровье выпивал»

Тёма процитировал классика поэзии и молча ожидал.

«За князя храброго Руслана», – появилась строка на экране, затем по нему вновь побежали синусоиды.

– Определяется, – развёл руками Сергей.

Наконец, экран вновь засветился ровным розовым цветом, что было хорошим знаком, друзья переглянулись.

– Хорошо, Артём Кондратьевич – спокойным голосом выдала машина. – Пушкин и мой любимый поэт. Переподчинение принимается, теперь вы мой новый шеф. Только предупреждаю: «Два плюс два умножить на два» – это не мой профиль, мне нужно что-нибудь поинтереснее.

– Не переживай, дорогая, будет очень интересно и жарко, смотри только, не перегрейся, я за тебя отвечаю теперь перед другом.

– Да уж постараюсь, – машина вновь негромко захохотала. – Так что, прямо сейчас будем загружаться?

– Нет, вернёмся в Москву, получишь всю инфу сполна.

– Жаль! – экран ПЭВМ замерцал и погас.

– Вот, ты всё видел и слышал сам, теперь она твоя в полном смысле. Береги её, она защищала меня своим полем в моменты переходов во второй параллельный мир и там оказывала неоценимую услугу, с ней не пропадёшь.

– Глеб Агафонович это сразу понял, поэтому и отправил меня к тебе. Спасибо тебе, друг, что не отказал! – офицеры крепко пожали друг другу руки. – Сергей, я бы не стал больше задерживать тебя, и хоть сейчас отправился во Владивосток, но не могу удержаться, не попросив ещё о двух вещах, ты знаешь о каких.

– Хочешь посмотреть днём на линкор, а затем посетить товарища Сталина и задать ему волнующие тебя вопросы?

– Ты, как всегда прав, дружище.

– Хорошо, давай завтра так и поступим, а сейчас ты мне хотя бы вкратце расскажи, что это за невиданное задание, раз твой шеф даже не решился тебя пускать одного?

– Артём сделал паузу, чтобы решить, о чём можно рассказать, а про что лучше умолчать до поры до времени.

– Представляешь, в нашем мире оказалась женщина, утверждающая будто, она из 1985 года! Она доктор физико-математических наук и сумела составить математическую модель последствия прихода к власти некоего М. С. Горбачёва. Эти последствия должны будут оказаться катастрофическими. Не верить ей нельзя. Ты же сам был во втором параллельном мире и должен помнить, что это за политик. Но там на дворе был 2012 год, значит, мир попавшей к нам женщины совершенно другой, ранее нам неизвестный. На самом высоком уровне решено вмешаться в дела параллельного мира и предотвратить распад страны.

Сергей встал из-за стола, и не спеша прошёлся по каюте:

– Знаешь, Тём, проблема других Земных измерений настолько многогранна и интересна, что порой дух захватывает! Помню, в молодости зачитывались Гари Гариссоном и Иваном Ефремовым, и в мыслях не держали, что самим предстоит посетить другие миры – фантастика! – он повернулся к другу, сидящему за столом. – Знаю, о чём ты хочешь спросить товарища Сталина: «Правильным ли путём ты идёшь, есть ли у тебя моральное право на это, и где предел применения силы?» Но я уверяю тебя, что сомнения твои напрасны. Представляешь, мы попадём в подобную ситуацию, разве ты откажешься от помощи более высокоразвитого собрата? Здесь главное другое: 1985 год в том мире – это конечная точка эволюции сейчас, или же всего лишь промежуточный пункт на ветке времени? Я это к тому, что любые твои действия могут породить изменения в будущем и гибели мира в целом. Вот об этом тебе и нужно спросить в первую очередь, тогда ты будешь абсолютно спокоен. Помимо этого, товарищ Сталин даст тебе много ценных советов.

– Может, тогда прямо сейчас и отправимся к нему?

– Сейчас ещё очень рано, давай соснём несколько часов, Умница разбудит.

Утром они поднялись, привели себя в порядок, и Сергей вызвал командующего по личной коротковолновой связи:

– Товарищ вице-адмирал, доброе утро! Докладываю. У нас на борту полковник госбезопасности Соколов Артём Кондратьевич, он действует по приказу министра Орлова. Можете ли сейчас нас принять?

– Доброе утро, Сергей Владимирович! Сейчас отправлюсь к себе, через 10 минут заходите, – сенсорный микрофон выключился.

У двери в кабинет командующего эскадрой и линкором дежурил главный старшина, он отдал честь контр-адмиралу и сообщил, что вице-адмирал ждёт. Они вошли. Артём ни разу не бывал здесь, с интересом разглядывал стереокартины, показывающие схватки линейных кораблей Советского Союза с противником. На одной был изображён «Генералиссимус Сталин», отражающий авианалёт многочисленных реактивных штурмовиков. Кроме того, что кабинет был довольно просторным, в остальном всё было как обычно: рабочий стол, с компьютером и деловыми бумагами, стулья вдоль короткого стола, приставленного к рабочему, несколько шкафов для документов, портреты Верховного главнокомандующего и Главкома флота.

– Здравия желаю! – почти одновременно произнесли друзья, при этом контр-адмирал вытянулся и отдал честь.

– Садитесь, товарищи, – командующий показал на места за столом. – Чем мы не угодили госбезопасности?

– С другом захотелось повидаться, товарищ вице-адмирал, – полковник увёл разговор в нужное русло, и командующий это сразу понял и оценил.

– Хорошо, тогда чему могу быть полезен? – пятидесятилетний адмирал выжидающе переводил взгляд с одного на другого.

– Честно вам признаюсь, – Артём взвешивал каждое слово. – По должности не имею доступа к электронному интеллекту, равному человеку, может, сделаете мне здесь исключение, хотя бы в присутствии ответственного за это электронное чудо – контр-адмирала Русичева.

Сначала командующий хотел отказать, понимая, что ему нужно будет выйти из кабинета, но затем передумал, видя спокойный взгляд своего подчинённого, который был другом прибывшему полковнику. Самому лучшему программисту страны, занимающемуся электронной голограммой Сталина, к тому же любимцу Главкома, он отказывать не стал. Да и со спецслужбой ругаться не хотел.

– А знаете, что, друзья, поговорите здесь с Иосифом Виссарионовичем без меня, а то с утра дел уйма, – командующий набрал на своём компе секретную команду и вышел.

… Свободная стена засветилась приятным голубоватым светом, и границы кабинета раздвинулись, верней отсюда стал виден другой кабинет, где за столом сидел человек в сером кителе с погонами маршала. Горела настольная лампа с зелёным абажуром, а на краю стола лежала дымящаяся трубка. Человек правил синим карандашом какой-то документ, наконец встал и, взяв трубку, двинулся прямо на стоящих офицеров. Это был вождь мирового пролетариата Иосиф Виссарионович Сталин. Артём машинально подался назад, чтобы сохранить дистанцию, и вождь не наткнулся на него. Сергей удержал его рукой и улыбнулся, негромко сказал:

– Во так и я был поражён, когда впервые увидел загруженную программу на линкоре. Кстати, я так и не знаю творца этого чуда, настолько он засекречен, хотя уж сам много лет занимаюсь поддержкой программы. Смотри, он хочет тебе что-то сказать, но ждёт, когда ты с ним поздороваешься. Нормализовав дыхание, Тёма обратился:

– Доброе утро, товарищ Сталин, здравия желаю!

– Вот с этого и нужно было начинать, товарищ Соколов, – вождь укоризненно показал на него трубкой. – С товарищем Русичевым мы уже старые друзья, а вот с вами видимся впервые, – потянув из трубки, он выпустил клуб дыма и что было поразительно: запах Герцеговины Флор почувствовали и Сергей, и Артём. Иллюзия присутствия была стопроцентная. Оба офицера, как зачарованные смотрели на стоящего напротив них Сталина.

Наконец, тот, слегка кашлянув, спросил:

– Я думаю вы, товарищ Соколов, непросто так здесь оказались, да и неспроста вчера ко мне поступила информация о научном эксперименте «Тандем-2», где вы и товарищ Лерман будете главными действующими лицами. Знаю, вас не интересует техническая сторона дела, вы уже 2 раза бывали в подобных переделках, вам нужно точно знать, в какой мере вы можете влиять на процессы в четвёртом измерении, что бы ни изменилась причинно-следственная связь времени. Знаете, товарищ Соколов, я почти целую ночь разговаривал с вашей будущей напарницей, – Артём знал, что где-то в недрах МГБ, глубоко под землёй, есть вторая копия голограммы, поэтому не удивился словам вождя. Тот же продолжал: – Потом я долго думал и проверил миллионы вариантов и моделей. Могу однозначно сказать: 1985 год в том измерении – это на сегодняшний день конечная точка и будущее будет формироваться именно вами. И вот ещё что…, эта женщина – гениальный учёный и прекрасный мужественный человек, вы уж там берегите её, очень вас прошу! До свидания, товарищ Соколов, и вы до свидания, товарищ Русичев, – Сталин вернулся к столу, вытряхнул трубку в пепельницу, присел и вновь взялся за бумаги.

– Всё, пошли, дружище, больше он не будет говорить, видно ещё какое-то серьёзное мероприятие просчитывает, – они тихонько вышли за дверь и двинулись по коридору. Целый час Сергей водил друга по всем помещениям огромного корабля, показывая командную рубку, залы боевого управления и вспомогательные помещения в виде плавательных бассейнов, спортивных залов и библиотек. Наконец, они зашли в медицинскую часть, где Сергей обнял свою жену – полковника медицинской службы, заканчивающую ночное дежурство. Артём хорошо знаком был с Ириной, поэтому тоже получил поцелуй в щеку. Когда же одевшись, вышли на верхнюю палубу, Тёма поймал себя на мысли, что находится под огромным впечатлением от электронной копии вождя и могучего океанского исполина с его именем. Он видел линкор на видео и фото, но после модернизации он был ещё великолепней. Вытянутый в форме кристалла и выкрашенный свежей краской защитного цвета, с гордо развевающимся военно-морским флагом на флагштоке, этот суперкорабль был просто неподражаем! Другие корабли эскадры, видневшиеся в морозном воздухе, казались очень маленькими по сравнению с линкором. Не зря его называли великаном.

Видя, как друг восхищается кораблём, Сергей произнёс:

– Представляешь, этот бог войны даст залп главным оружием, или выставит заградительный огонь оборонительного эшелона?! Ты бы видел – это море огня!

– Ты же знаешь, Серёг, как я люблю наш СССР, поэтому у меня не хватает эпитетов описать гордость вот за такой линкор! Наша лучезарная страна прекрасна! А вот понимаешь, где-то там в глубинах пространства есть ещё один СССР, который ждёт помощи от нас, как Россия, где ты побывал и которую тебе фактически удалось спасти. Я уже каким-то непостижимым образом связан с судьбой того, другого СССР и не успокоюсь, пока не сумею спасти его. Поэтому, как ни потрясающе было то, что я видел здесь у тебя, давай отправляй меня в Москву, очень я боюсь – у меня просто не хватит времени на операцию.

– Хорошо, дружище, я тебя прекрасно понимаю. Соберёмся снова вместе, когда вернёшься из параллельного мира, Ирине я всё объясню, думаю, она не обидится. Тогда подожди меня здесь, только держись крепче, сегодня волнение океана приличное.

Тёма держался за поручни борта, вглядываясь в океанскую даль, словно пытаясь рассмотреть тот загадочный и далёкий Советский Союз, ждущий помощи именно от него. Из размышлений его вывел голос Сергея:

– Держи несравненную и помни: такой ПЭВМ больше нет в нашей стране, она заменит тебе любого напарника.

Вице-адмирал, пришедший проводить Артёма, протянул ему руку для пожатия, затем улыбнулся:

– Так что полковник, я вижу, ты на все вопросы получил ответы, раз собираешься назад, даже не отобедав?

– Извините, товарищ командующий, если останусь цел и вернусь, обязательно посещу ваш корабль и тогда посидим по-человечески, сейчас же нужно улетать и как можно скорее, совершенно нет времени.

– Понимаю, – с сожалением произнёс командир корабля и, вынув рацию, приказал диспетчеру отправить вертолёт с полковником во Владивосток.

Из окна поднимающейся винтокрылой машины Артём наблюдал уменьшающийся в размерах линкор и двух адмиралов, махающих ему на прощанье руками.

– Какие всё-таки хорошие мужики встречаются на пути! – размышлял полковник про себя, глядя на бескрайнюю гладь океана, над которой неслась машина. – Вот тот же вице-адмирал: ведь младше Сергея по годам и только что назначен командовать эскадрой и кораблём, мог бы откинуть коленце или проявить апломб. Нет, повёл себя по-мужски и даже из кабинета вышел, оставив со Сталиным его и друга. Неспроста его Сергей уважает. Если разобраться в целом, дела идут пока нормально. Эх, только бы успеть! – полковник закрыл глаза и слегка забылся

Глава 7

Ему вновь повезло, он успел на обратный рейс сверхзвукового самолёта и уже в 15:00 был в Москве.

Министерство государственной безопасности

Артёма удивило то, что в служебной машине, посланной, его встречать, не было генерала Лаврентьева, назначенного ответственным за новую спецоперацию. Быстро добравшись до Лубянки и поднявшись в приёмную министра, полковник терялся в догадках, пока секретарь не пригласила его в кабинет. Войдя и вытянувшись у двери, он ожидал пока Орлов разговаривает по телефону. Наконец он закончил, поздоровался, и пригласил полковника присесть, долго разглядывая его сквозь очки.

– Вижу, помощь моя не потребовалась, Умница с тобой. Прекрасно! Скажи, как ты себя сейчас чувствуешь?

– А почему вы меня об этом спрашиваете?

Министр снял очки и несколько секунд глядел в них, затем достал из стола фланелевую салфетку и очистил стёкла. Было ощущение, что он на что-то решался.

– Спрашиваю я тебя вот почему? Сегодня утром математическая модель четвёртого измерения была создана при помощи главной ЭВМ страны и товарища Сталина. Лаврентьев сейчас во Владимирской губернии решает вопрос с подводом к месту предполагаемой переброски энергетических и стекловолокнистых коммуникаций. С наступлением сумерек планируем монтаж всей установки.

Артём нисколько не сомневался: теоретическая проблема будет решена, но чтобы так быстро?! Это удивило даже его. Он сразу догадался, что помимо суперкомпьютера привлекли электронный интеллект в виде второй копии вождя, находящейся в недрах министерства глубоко под землёй. К тому же, видимо, и Диана Лерман не подкачала. Оставалось дело за ним.

– Я так понимаю, товарищ генерал госбезопасности, вы должны решить вопрос о времени начала эксперимента и нашей операции, чтобы доложить Председателю ВС.

– Точно так, и оптимальное время – 00:00 часов. Хоть это и будет поляна в глухом лесу, всё же лучше подстраховаться от всяких неожиданностей и лишних глаз.

Мог ли тогда знать всезнающий и строгий министр, что именно этой морозной ночью переправленных в параллельный мир ждут непросто неожиданности, а настоящий ужас… Сейчас же он просто спокойно ждал ответа Артёма о готовности к началу операции.

Тот прекрасно понял министра и встал:

– Я готов, – решительно произнёс он.

Генерал тоже подошёл к любимому офицеру:

– Лаврентьев очень просил оставить тебя в покое, и я обещал ему не привлекать тебя в Центральный аппарат, но видишь, не могу сдержать, извини меня, Тема!

– Я не в обиде, Глеб Агафонович, так получилось.

– Так получилось, – улыбнулся и кивнул генерал. – Вот за эту непосредственность я и люблю тебя красавца и умницу, – он по-отечески обнял подчинённого.

– Разрешите, товарищ генерал, до 23:00 я в кабинете поработаю с Умницей, мне нужно сдружиться с ней, да и информации о 85-м годе получить побольше.

– Хорошо, дорогой, за тобой придёт тот же психолог, что и в 2039 году, только он уж теперь майор.

– И вот ещё что, не забудь очень важное, в 00:00 часов 17 марта мы пробьём основной пространственно-временной тоннель, чтобы возвратить тебя, ты должен быть на месте. Наши предшественники в 2012 году пробивали ещё малый промежуточный тоннель для обратной связи, четвёртого марта мы тоже это сделаем и запустим в тот мир информационный плазмоид. Ты сможешь связаться снами и что-то сообщить.

Лесная поляна во Владимирской губернии, ночь

Площадка с установленным оборудованием была оцеплена плотным кольцом бойцами спецподразделения «Ястреб» Министерства государственной безопасности. Четыре полусферы с подключёнными коммуникациями составляли мощнейший энергетический контур. Мобильный пункт управления находился в 100 метрах, невдалеке также был разбит передвижной госпиталь. Диана Лерман уже прошла медицинский осмотр, и теперь ждали Артёма Соколова. Генерал Лаврентьев нетерпеливо поглядывал в небо, ожидая прибытия вертолёта:

– Пора бы уж, что они там?

В это время раздался рокот приближающегося геликоптера, который всё нарастал, наконец машина зависла над посадочной площадкой, освещая её прожектором. Через несколько секунд, выйдя из вертолёта, полковник отдал честь генералу и доложил о готовности к выполнению задания. Они по-дружески обнялись.

– Иди сходи к медикам, если всё нормально, будем начинать, – генерал по рации запросил у пункта управления готовность. Вскоре мужчина и женщина стояли посреди установки, рядом лежал обгорелый вертолёт из четвёртого измерения, вместе с останками пилота. Профессор Иванов делал последние наставления.

Артём видел, как Лаврентьев и стоящие с ним рядом офицеры на прощание махали им руками. Запустив по словесной команде Умницу, полковник дождался её доклада о том, что создала вокруг них защитный кокон, затем прижал ПЭВМ к спине Дианы и крепко обнял обоих.

– Хорошо, что её одели по-другому, теперь она будет менее узнаваема, – это последнее, о чём подумал Артём, так как, неожиданно… пространство внутри установки начало быстро закручиваться, стала кружиться голова и появился запах озона. Равномерно начал нарастать свист, переходящий в оглушительный. Полковник считал секунды, и на счёте 30 оглушительный вихрь обрушился на площадку, повалив всех стоящих вокруг. Мужчина видел растерянные и испуганные глаза женщины, но продолжал крепко обнимать её, пока не почувствовал, что они начали движение по какому-то узкому тоннелю. Так длилось с минуту, пока он, в конце концов, не потерял сознание…

Четвёртый параллельный мир, СССР 1985 год

Владимирская область, Собинский район, 00:30

Тёма очнулся от сильного звукового сигнала Умницы, который буквально пронизывал голову, он к тому же почувствовал, что задыхается. С большим трудом ему удалось пошевелить одной рукой, и сразу пришло осознание того, что он находится под снегом. Собрав всю свою волю, превозмогая слабость, он всё же выбрался из сугроба и огляделся, вокруг была темнота, так как из-за облачности не было видно луны. Первая мысль, которая посетила его, это была мысль о Диане, видимо, и она была под снегом? Вскоре он обнаружил её без сознания и привёл в чувство.

– Спасибо, тебе Господи! Ещё бы две минуты и всему бы конец, – поблагодарил он бога про себя. – Ты пока лежи, не вставай. А тебе тоже спасибо! – он открыл верхнюю створку дипломата и поцеловал машину в дисплей. Присев рядом с лежащей на снегу женщиной, полковник пытался вспомнить, куда им теперь нужно двигаться, и уже хотел вновь взять дипломат, как заметил несколько быстро приближающихся светящих точек. Он насчитал 8.

– Вот это номер, неужели волки? – подумал он. – Как же быть, ведь только один складной нож и имеется. Что же, придётся работать им, – Тёма достал его из кармана брюк.

То, что дальше произошло иначе как ужасом и не назовёшь. Четыре голодных зверя в ночной тишине набросились на двух ослабленных пространственно-временным переходом людей. Хорошо здесь было только то, что матёрый вожак набросился на мужчину, иначе бы женщине несдобровать. Артём был в совершенстве подготовленный офицер, поэтому сразу вогнал вожаку нож в пузо по рукоятку. Тот дико взревел, но всё же свалил мужчину, они стали возиться в сугробе. Собственно, сугробы и спасли людей, не давая серым вцепиться в них как следует. Почувствовав, что вожак слабеет от потери крови, Тёма вогнал ему кулак вместе с ножом прямо в разинутую пасть, не давая высвободиться. Даже с некоторой жалостью Артём наблюдал, как погасли живые огни в глазах зверя… Другой серый, видимо, волчица испуганно отбежала в сторону, и это дало полковнику возможность прийти на помощь своей спутнице, которую довольно сильный самец уже схватил за горло. Счёт пошёл на секунды. Оттолкнувшись что было сил, Тёма в прыжке свалил хищника в сторону и сцепился с ним, пытаясь обхватить его шею, чтобы задушить. Иногда он слышал, как кричала Диана, загрызаемая оставшимся волком, и от этого ему становилось ещё тяжелей. Самец, с которым он боролся, был тоже очень силён, и неизвестно, чем бы вся эта схватка закончилась. Неожиданно полковник для себя отметил, как лесной противник вдруг потерял агрессивность и, отпрыгнув от него, стал поджимать хвост. Тоже делали и остальные два волка. Что-то явно случилось? Сосредоточившись, он почувствовал некий дискомфорт, непонятного происхождения. Волки больше не решались нападать, поскуливали, всё больше отдаляясь. Наконец, до полковника дошло, что явилось причиной их такого чудесного избавления: Умница сгенерировала ультразвук и подстроила его под канал восприятия волков, внушив им ужас. Взяв дипломат окровавленными руками, Артём открыл его и поблагодарил ПЭВМ за спасение людей.

– Хорошо, что мой бывший шеф Сергей Русичев заложил команду на моё включение через громкий сигнал звука, он будто предвидел всё вот это. Его благодарите.

– Даю слово, несравненная, отблагодарю, как вернёмся, а ты уж давай следи за нами, куда мы без тебя.

– Слушаюсь, шеф, буду следить, раз разрешаете, – даже с некоторой радостью согласилась машина. – Ещё послушайте: двигайтесь вот в этом направлении, – из экрана вытянулся тонкий зелёный лучик. – Через 2 километра будет деревня из трёх домов, я просканировала.

Превозмогая боль в укушенной ноге, Артём подошёл к Диане, которая сидела на снегу, и её бил озноб. Одежда на ней была изрядно порвана, особенно брюки, идти она явно не могла. Взвалив её себе на плечи, он попросил крепко держать дипломат и потихоньку пошёл, вязнув в глубоком снегу. Сил уже явно не хватало, но Артём шёл, невзирая на разноцветные круги перед глазами. И, когда уже началась сильная слабость и тошнота, вдали раздался негромкий лай собаки. Как он добрёл до крайнего дома деревни, Тёма сам потом не мог себе объяснить?

Деревня Старая Слобода

После долгого стука в дверь и ожидания на крыльце, наконец-то в сенях послышался глухой старческий голос:

– Кого там ещё чёрт несёт? Ночь на дворе.

– Бабушка, в поле у нас сломалась машина, мы пошли через лес, но на нас напали волки. Мы замерзаем.

– Волки на них напали, – пробурчала старуха и стала открывать засов. – Умные люди все ночью дома спят.

Всё же впустив ночных путников в отапливаемую русской печью комнату, старуха предложила мужчине положить женщину на голбец[1]. При слабом свете наш герой рассмотрел помещение: в углу стояла старинная полутораспальная кровать с железными дугами, на которой у стены лежала бледная девчушка; бабуля, кажется, спала рядом. Большущая печь была натоплена, и было даже немного жарко. Мебели, кроме стола и стульев, никакой не было, но, в общем-то, было чисто и уютно.

Подойдя к Артёму, бабуля, прищурившись, взглянула на него, у Тёмы мурашки побежали по спине! Что-то было в её взгляде знакомое, где-то он этот взгляд уже видел?

– Да неужели такое возможно? Двойник артиста Кутузова, да ещё какой похожий! – Тёма вспомнил экранизацию рассказа Н. В. Гоголя середины XX века.

– Что смотришь так испуганно, – прохрипела старуха. – Ведьмы из «Вия» испугался. Ха-ха-ха! Не бойся, я только похожа на неё, но в молодую превращаться не умею, хотя колдую понемногу. Так что давай, рассказывай, кто эта баба вся в крови, иначе живым отсюда не уйдёшь, – голос её приобрёл скрипучий оттенок, а взгляд стал ещё более глубоким и чёрным.

– Правду, тебе бабушка, говорю, волки напали на нас, – он поднял штанины брюк и показал окровавленные ноги. – На неё посмотри, ей волк чуть горло не перегрыз.

Осмотрев испуганную, едва живую женщину, старуха покачала головой и вплотную подошла к мужчине:

– Вас обоих врачевать надо, причём немедленно, энергия из вас уходит. Вот только чем благодарить будешь? Долг платежом красен, – она снова захохотала.

Что он ей в такой ситуации мог предложить, а что-то нужно было придумать, чтобы спасти обоих? И здесь он вспомнил про стоящую на полу Умницу с её безграничными способностями и взглянул на бледное лицо девочки, выглядывающей из-под одеяла. Появлялся шанс.

– Давай так, хозяйка, ты сейчас лечишь нас и дашь вылежаться до обеда, а завтра мы осмотрим вон ту девчушку, она явно чем-то больна. Как договорились?

– Как же вы Дашутку лечить будете, если сами одной ногой в могиле, можешь, соколик, объяснить? – старуха стала отпирать дверь в неотапливаемую переднюю.

– Если обманем тебя, просто изведёшь нас, и всё тогда.

– Да вас извести труда особого не стоит. Вот Дашутку как вылечить? Сама никак не могу понять, что с ней, а помочь некому: родители её в Москву на заработки уехали и там пропали, фельдшер в больницу выхлопотал, да там ничего не нашли. Здесь до райцентра почти 70 вёрст, до ближайшего села 8 вёрст. Вот и прыгай, Харитоновна!

Вскоре старуха вернулась из передней с пучками высушенной травы и отправилась за перегородку, заваривать её, вынув из печи ухватом большой чугун горячей воды. Через полчаса она изготовила несколько отваров, которыми напоила ночных гостей, а примочки привязала к ранам. Диана на удивление быстро заснула, а знахарка ещё долго стояла и следила за её самочувствием, велев Артёму забраться на просторную лежанку печи.

– Надеюсь, парень, ты свою красавицу жидовочку на эту менять не собираешься? Твоя–то ведь очень по тебе грустит и мальчонка вместе с ней. Только не ври, прошу.

«Вот ведьма старая, сквозь пространство и время видит», – с удивлением подумал Артём и вежливо попросил. – Называй их лучше еврейки, так будет лучше.

– Хорошо, соколик, еврейки так еврейки, согрелся чай поди, теперь постарайся заснуть, утром будешь здоровым.

… Действительно, проснувшись утром, молодой мужчина ощутил небывалый прилив сил. Потянувшись, он не спеша слез с печи и подошёл к Диане, которая тоже открыла глаза и лежала, с улыбкой смотря на него:

– Спасибо, что спас меня вчера от волков, а затем не бросил, хотя я видела, тебе было очень нелегко! – она взяла его руку и, подержав у щеки, стала нежно целовать.

– Благодарить тебе нужно не только меня, но и строгую на первый взгляд хозяйку, сейчас хлопочущую на кухне у печи. Давай вставай, мы у неё пока в неоплаченном долгу.

Заглянув за шторы перегородки, они увидели Харитоновну, пекущую блины, Дашутка помогала ей.

– Мойте руки и садитесь за стол, сейчас будем утренеть, повязки с примочками можете снять, они вам больше не нужны, – осмотрев ноги и шею Дианы, свои ноги Тёма с удивлением обнаружил: раны затягиваются.

Отведав блинов и запив их нежирным козьим молоком, Артём поймал не себе ожидающий взгляд хозяйки. Она терпеливо ждала, когда займутся её внучкой. Вытерев руки о предложенное полотенце, мужчина попросил освободить стол, и когда хозяйка это сделала, поставил на него Умницу. Открыв верхнюю створку, он поздоровался с машиной, которая ответила приветствием в ответ:

– Доброе утро, шеф! Мне предстоит поработать?

– Да, дорогая, нужно произвести экспресс-обследование 12–летней девочки и выявить глубоко скрытую болезнь.

– Давайте попробуем. Пусть девочка сядет напротив дисплея и прислонит к левому верхнему углу левую чистую сухую ладонь. Вот так. Расстегните на ней халат, чтобы грудная клетка была свободной, – это нужно для встроенного тепловизора. Голову пусть повернёт и не моргая смотрит на правый верхний угол экрана, – И Диана, и хозяйка восхищённо смотрели, как экран под ладонью изменил цвет и взял её в контур, при этом голубоватый лучик методично просвечивал радужную оболочку глаза. Так продолжалось минут 5, пока машина не попросила девочку от экрана отвести, предупредив, что начинает выдачу заключения. Трое взрослых людей внимательно смотрели на экран, где поворачивался силуэт девочки, увеличивался в размерах, показались внутренние органы и кровеносная система. Когда дело дошло до лёгких, машина резко увеличила их, и все в ужасе увидели довольно крупных гельминтов, паразитирующих там.

– Вы всё сами видите, – вздохнула Умница. – Если срочно не уничтожить этих тварей, девчушка погибнет.

[1] Деревянная конструкция у печи с дверцей в подпечье.

Глава 8

Старуха подошла к сидящей на постели девочке и стала её целовать, из глаз её покатились крупные слёзы.

– Чуть было не залечила тебя старая дура, – откровенно призналась она. – Теперь уж точно не дам умереть, прямо сейчас нужной травы заварю и напою, – она посмотрела на Артёма уже совсем другими глазами. – Вот ты, я вижу, явился со своей ентой штуковиной из другого мира, твоя спутница наша, а ты нет, тогда ответь мне: почему я вижу болезни других людей и скольких уже вылечила, а у себя и вон у внучки – не могу, в чём причина?

Диана немного растерянно смотрела на Артёма, видимо, боялась, что он растеряется и не даст нужного ответа. Но она ошиблась, так как не учла факта его веры в Бога.

– Господь тебе дал великий дар, бабушка, но ты не должна его использовать именно для себя. Твою внучку Спаситель пожалел, иначе бы мы не оказались этой ночью в твоём доме. Теперь ты можешь проявить свой дар.

Старуха подошла очень близко к сидевшему Артёму:

– Когда уснули вы ночью, хотела пососать у вас энергию, честно признаюсь, теперь же рада, что отложила это дело до утра! Вы же спасли мою внучку от гибели. Теперь сама уж буду кряхтеть как-нибудь, а вам помогу, если расскажете, зачем по ночам нашими лесами бродите?

– Скажите, как ваше полное имя? – вмешалась Диана, – я привыкла обращаться к людям по имени и отчеству.

– Вона как! – засмеялась старуха. – Ну что же, Устинья Харитоновна я, Петра Залесского дочь, все зовут просто Харитоновна.

– Устинья Харитоновна, я учёная, работаю в Москве. Математически просчитала, чем окончиться правление человека, который хочет 11 марта захватить власть. Страна наша погибнет. По воле божьей я оказалась в другом, более высокоразвитом мире, где руководство решило нам помочь в нашей беде. С этой целью в наш мир пришёл этот замечательный человек и эта умнейшая машина. Но, вот вы видите, в каком мы оказались положении: искусанные волками, в изодранной одежде, к тому же без документов.

– Поняла я тебя, красивая, дай подумать немного…, – затем к внучке: – Сходи, милая, погуляй, утро уж больно хорошее, – девочка кивнула, быстро оделась и вышла. – Не могла я при ней сказать, что её родители в болоте утонули, а не в Москву уехали, сами видите, какая она слабая. Вот если ваша машина сумеет изменить фотографии на пачпортах, тогда и сойдёте за мою дочь с зятем, – бабуля вновь сходила в холодную переднюю и вынесла 2 паспорта, передала их в руки Артёма.

Развернув документы, он поднёс их к дисплею:

– Что, несравненная, поможешь нам стать другими?

– Шеф, отстегните переднюю створку дипломата и запустите первый документ, сами сядьте напротив экрана.

15 минут машина колдовала с фотографией, а когда паспорт вышел назад, то с его страниц смотрел уже совсем другой человек, причём какого-либо изъяна определить было невозможно. Аналогичная процедура была проделана и с другим паспортом. Все были поражены!

– Да, сильна у тебя ента, как ты её называешь, Умница!

И всё же я поколдую вам наудачу. Кого вы там хотите свергать, «Мишку меченного»? Пусть ентот ваш чудо-аппарат выпустит его фотографию, фотографии тех, кого хотите заместо его, ну и ваши тоже желательно. Когда будете делать свои дела и почувствуете какие-то странности, не пугайтесь, знайте – это Харитоновна колдует, вам никогда худа не будет никакого.

Артём попросил выпустить цветные фотографии названных и вдобавок Г. В. Романова и В.В Щербицкого. Получив цветные изображения на руки, бабуля долго разглядывала их и так и сяк, затем показала на Романова:

– Вот ентого надо ставить, в нём более сильная энергия сокрыта, он попусту болтать языком не будет, но загнёт крепко. Второй тоже неплох, но ему лучше быть вторым.

– Удивительное дело! – подумал про себя Артём. – В какой-то заброшенной деревне полуграмотная старуха точно определила, какого человека нужно поставить во главе страны. Вот тебе и «Кухарка, которая не может управлять государством». Оказывается, нужно только уметь слушать народ, и тогда никогда не ошибёшься, – он посмотрел в сторону Дианы и с улыбкой развёл руки.

– Так что, родимые, погостите у меня ещё, или прямо сейчас пятнистого болтуна побежите отстранять? – в глазах старухи уже не было тех вчерашних злобных огней, только добрая усмешка. – Если так, пойду к Силантичу, он в первом доме живёт, попрошу, чтобы на колхозном Орлике довёз вас до райцентра, а там уже сами сообразите, как вам быть, – одевшись в старый зипун и повязав плат, бабуля шагнула за порог.

Ситуация разрешилась быстро. Одев незваных гостей в прикид, оставшийся от сына и снохи, старая ещё сунула женщине в руки узелок с лепёшками и козьим сыром:

– Хоть ты и городская баба, вон руки–то у тебя какие выхоленные, а мужика всё же корми, без него пропадёшь. А тебя, соколик, – повернулась она к воссозданному зятю, – помирать буду, вспомню и штуковину твою, за то, что болезнь у Дашутки нашли. Я ведь только и живу ради неё! Будешь своей жене большеглазой про похождения рассказывать, когда вернёшься, не забудь про Харитоновну упомянуть, мне здесь очень приятно будет.

…Силантьевич подхлестнул вожжами рыжего мерина и тот легко пошёл по наезженной дороге, а Глеб и Лидия с грустью смотрели на удаляющийся дом и стоящих рядом с ним бабулю и внучку, машущие им вслед.

Дорога была длинной и хорошо, что не было сильного мороза. На сене в санях ехать было не холодно и приятно, вдоль дороги несколько раз показывались зайцы-беляки и довольно большие лисы. На окраине леса даже видели большого лося. Диане, всю жизнь прожившей в Москве и разъезжавшей под охраной по крупным городам, конечно, всё это было в диковинку, Артём же был с этой экзотикой хорошо знаком, но и его она удивляла и радовала глаз.

– А как же мы из Собинки дальше поедем, ведь нам нужно попасть в Москву, а денег у нас нет совсем?

Повернувшись в сторону возницы и убедившись, что тот не слушает, Артём достал из кармана целую пачку Советских денег, достоинством по 10 рублей, так называемых червонцев. Улыбнувшись, убрал обратно.

– Пока бабуля ходила насчёт лошади, а ты гуляла с девочкой, Умница распечатала мне тысячу для начала, а там видно будет. У этой машины потрясающий функционал!

Она прижалась к нему и несколько минут молчала.

– Знаешь, всё никак не могу уложить в подсознание, что имею дело со сверхцивилизацией. Сознанием понимаю, а подсознанием нет. Ты такой Земной и обычный, только красивый и мужественный, но ведь такие и у нас могут встретиться. Хотя, что я говорю? Таких, как ты больше нет. Я бы за тобой куда хочешь, бегом побежала, всю себя отдала, но вот Нета…, никогда не смогу сделать ей больно.

Он покрепче обнял её и чмокнул в щёчку:

– Хорошо, что ты ведёшь себя откровенно, мы ведь сейчас единое целое, к тому же не забывай, мы муж и жена.

– Жена! – в задумчивости произнесла она. – От одного этого слова становится тепло на душе. Фантастика!

Доехав до окраины райцентра, Силантьевич остановил лошадь, объяснив, что дальше милиция может задержать и выписать штраф, тогда ему от председателя несдобровать. Сойдя с саней, мужчина и женщина поблагодарили старика и пожелали ему удачного обратного пути, сами направились в город. С большим интересом представитель другого мира наблюдал город второй половины XX века. По дорогам ехали странные допотопные автомобили, как легковые, так и грузовики. Достаточно современными ему показались только РАФы[1], но их было очень мало.

– А это что за чемодан на колёсах? – засмеялся Артём.

– Это «Волга», на ней даже министры в Москве ездят, а на этой, чёрной наверняка первый секретарь горкома, или райкома партии едет, это у нас считается большой привилегией.

– Да вижу я этот объект привилегий: заднеприводная, наверняка кардан с полутонны весом. С нашими переднеприводными «Волгами» и рядом не поставишь, анахронизм на колёсах. А одежда у людей! Из чего эти шапки у мужиков сшиты? Натуральные вороньи гнёзда.

– Так посмотри, у себя на голове, – засмеялась она.

Сняв шапку и определив, что она из кроличьего меха, Тёма долго не мог успокоиться, держась за живот, оказывается, такое же гнездо было и на нём: выцветшее и потерявшее форму. И всё же ему было очень приятно, что он находится посреди социалистического города, а вокруг туда-сюда спешат люди с ещё не отравленным сознанием.

– Что же, придётся схватиться за тебя, СССР 1985, – подумал он и, взяв женщину за руку, повёл её к киоску на другой стороне улицы, чтобы купить талонов на автобус.

Стоя на остановке, полковник госбезопасности довольно долго разглядывал лица людей, стоявших рядом или спешащих мимо. Ему было приятна та непосредственность, с которой советские люди общались меж собой. Проблемы страны были налицо, об этом даже говорила скудность товаров в киоске и довольно пустые сумки у выходящих из рядом расположенного гастронома. И все же безысходности во взглядах не было, люди были весёлыми и счастливыми, это ещё более придавало уверенности в предстоящей схватке. Вскоре к остановке подкатил довольно новый ЛАЗ[2], люди стали заходить, вошли и Глеб с Лидией. Закомпостировав талоны, они сели на сиденье в середине. Тёма без высокомерия постарался объективно оценить техническую сторону автобуса: мягкий ход, заднее расположение двигателя, вполне комфортный и тёплый салон, хороший обзор из окон – все свои выводы он с улыбкой доложил спутнице.

– Честно говоря, думала, ты будешь смеяться, ведь ваши автобусы во всех отношениях гораздо лучше, я их видела на улицах Москвы. А вообще – это лучший завод.

– Прекрасно то, что в вашей стране есть хорошие заводы – это указывает на сильный потенциал! Следовательно, если у руля управления окажется нормальное руководство, то все проблемы начнут решаться, – так, переговариваясь, они доехали до автостанции, где пересели на автобус до Владимира, а оттуда на электричку до Москвы.

Было ровно 15:10, когда состав тронулся и начал набирать скорость. Несмотря на, довольно светлое время суток, народа в вагоне было мало, лишь несколько девчонок – студенток разложили свои учебники, да две пары пожилых людей отправились в столицу за продуктами. Все они расположились в другой части вагона, поэтому Глеб с Лидией решили в негромкой форме обсудить план дальнейших действий. Впрочем, для страховки перешли на английский язык. Время в пути предполагалось около двух часов, поэтому решили не тратить его впустую. Глаза её сделались тревожными:

– Представляешь, Глеб, даже не знаю, с чего начать, может по приезде в Москву сразу позвонить Самариной или родителям, они живут в центре города на Садовом кольце? Ничего, что я тебя так назвала?

– Очень даже хорошо! Нужно нам обоим привыкать, уж из-за этого провала быть никакого не должно. Звонить тебе нельзя, однозначно наружка у домов и прослушивают телефоны. Кажется, я знаю, что нам нужно сделать? – он поставил на столик дипломат и открыл его.

– Я всё слышала, – сразу доложила машина. – Сами разрешили следить за вами. Называйте номер этой Самариной, я ей позвоню, на прослушку выставлю помехи, не переживайте, никто ничего не разберёт. Вот только куда ей нужно будет прийти и как отвязаться от наблюдения? Пока решайте, а я просканирую все эфирные и кабельные переговоры в радиусе 100 км. Как сделаю, проинформирую.

Лидия назвала московский номер Тамары Самариной и опять взглянула на спутника с недоумением. Тот прикидывал, в какой гостинице им лучше остановиться?

Ситуация была не из лёгких, но неожиданно помог случай… Артём услышал, как сзади в вагон вломились несколько пьяных подростков и стали приставать к девчонкам, они с Дианой повернулись и стали наблюдать. Наглецы бесцеремонно вешались на скромных студенток, пуская в них клубы дыма, и, видя, что те растерялись, стали без стыда склонять их к близости. Особенно цинично вёл себя некий Славик – так называли его дружки.

– Как насчёт «палочки»? – обратился он к скромнице, у которой русые волосы были заплетены в косу и завязаны сзади в пучок. Присев рядом, он крепко обхватил её.

– Помогите, пожалуйста! – девушка умоляюще смотрела на мужчину с женщиной, она была испугана.

Какое-то время Тёма колебался, всё ещё не веря, что именно с этого и начнётся их схватка за этот мир. Взглянув в глаза, сидящей рядом Дианы, понял: нужно начинать. Быстро поднявшись, он подошёл к весёлой компании и за шиворот оттащил Славика от барышни, сподобив его хорошим пинком под зад. Пропахав по грязному полу носом, тот, видно, крепко зашибся и затих.

– Ты чё, дебил! – заорал его кореш с большой щербиной меж зубов. – Ты знаешь, кто у Славика отец? Генерал КГБ, он тебя борзо́ту враз законопатит, – они все трое встали и двинулись на борзого мужика. Отступив немного по проходу, чтобы можно было легко двигаться, Артём встал в стойку, приманивая наглецов к себе. Первый, видно насмотревшийся фильмов про боксёров, хотел вмазать ему как следует, но почему-то у него из глаз посыпались искры, а из носа хлынула кровь?

– Молокососы быстро забрали своего сыночка генерала и марш отсюда, иначе зашибётесь, когда из вагона вылетать будете. Учтите, я могу не рассчитать удар.

Получив таким действенным образом хороший отпор, мальчики, видимо, сильно струсили, попятились и быстро смотались в другой вагон, бросив своего товарища. Как только подростки свалили, полковник поднял Славика с пола и посадил на сиденье, напротив, отерев ему лицо носовым платком. В это время к ним подошёл один из пенсионеров, находящихся в вагоне, и предложил выступить свидетелем, если заведут дело, настолько он был доволен, что уняли распоясавшихся наглецов.

– Спасибо, товарищ за участие! – Глеб пожал ему руку. – Но, вряд ли помощь потребуется, так как мой компьютер всё скрупулёзно записал. Всё же произнесите вслух: кто вы, по какому адресу вас найти и, если можно, телефон? – пенсионер с удовольствием продиктовал.

– А теперь с тобой, голубчик, – полковник присел рядом со злобой смотрящим папенькиным сыночком. – Сейчас на какой-нибудь станции выйдем, пригласим с собой этих прелестных барышень и вызовем транспортную милицию для составления протокола о сексуальном домогательстве и хулиганстве. Посмотрим, как твой папаша, генерал тебя будет отмазывать? Имей ввиду, Лидия Борисовна знакома с самим Чебриковым.[3] – коротко остриженная сидящая, напротив, женщина, кивнула в подтверждение. Руки у подростка задрожали.

– Мужик, лучше отметель меня прямо здесь, только до ментуры дело не доводи, а то батя меня вместо института в армию отправит, в самую вонючую часть с дедовщиной.

Артём несколько секунд внимательно разглядывал изменившегося враз подростка, ему импонировало то, что он назвал отца «батей» и был готов взять удар на себя.

– Хорошо, – наконец решился он. – Мы тормознём это дело, а ты нам обеспечишь хорошее жильё на две недели и лучше бы тачку поновее. Или тебе не по зубам?

– Да чтой-то, у отца есть дача в 40 километрах от Москвы, прямо в одной деревне, он туда только летом ездит, там и «семёрка» в гараже совсем новая, мы иногда на ней с пацанами «по бабам» ездим, документ в бардачке. Только зачем вам такая глухомань? Снимите номер и всё.

– Понимаешь, дружище, – Тёма обнял парня за плечо, – за моей женой-красавицей охотится «душитель из Люберцев». Слышал про такого? – тот кивнул. – Так вот: пока его мы не поймаем, я за свою жену должен быть спокоен. Так что, договорили по хате с тачкой?

Славик неверящими глазами смотрел то на крутого мужика, обнимавшего его, то на его жену, решаясь на такое странное соглашение, всё же махнул рукой:

– Договорились. Только как же с девчонками быть?

[1] Микроавтобусы Рижской автомобильной фабрики

[2] Автобус Львовского автозавода

[3] Председатель КГБ в то врем

Глава 9

– Перед девчонками однозначно нужно извиниться, думаю, они нас простят, – подведя незадачливого циника к притихшим студенткам, полковник заставил его попросить у них прощения. Тем было очень это приятно!

Заметив, как Умница дозвонилась по сообщённому номеру, полковник повёл нового знакомого в туалетную комнату, чтобы он не слушал разговор и заодно привёл себя в порядок. Диана внимательно слушала Умницу.

– Тамара Владиленовна, вам звонят из Цума, вы заказывали итальянское платье, ваш заказ №3574857 пришёл, сегодня можете забрать или позвоните до 19:00, если не сможете прийти, – Умница была предельно вежлива и очень похожа на сотрудницу универсама.

Когда Артём со Славиком вернулись, Диана взглядом дала понять, что разговор состоялся и оставалось ждать.

Всю оставшуюся дорогу сидели молча. Папенькин сынок переживал, как бы всё же не загреметь в ментовку, после чего все жизненные планы бы рухнули. Полковник и профессор просчитывали в головах варианты конспирации. ПЭВМ тоже молчала, понимая суть момента. Через час электричка прибыла на Курский вокзал.

Москва и Московская область

Тёма вновь с огромным интересом наблюдал спешащую в разных направлениях публику – людей 1985 года. Было достаточно прохладно, и многие были в головных уборах: более богатые – в норковых и собольих; кто победнее в заячьих или вязаных. Это же касалось верхней одежды и обуви: интеллигенция форсила в итальянских и австрийских сапогах, лёгких дублёнках и шубах; рабочий класс – в дешёвых куртках и стоптанных ботинках. Начавшееся расслоение общества было налицо.

Быстро поймав такси – жёлтую ГАЗ-24, Тёма посадил Диану рядом с водителем, а сам с подростком сел сзади, Славик назвал адрес деревни в Московской области.

– 50[1] рублей, дешевле не поеду, – загнул цену водитель. – Оттуда ни одного клиента обратно не возьмёшь. Не хотите платить, освобождайте места, – со злобой произнёс он. Артём ещё раз убедился, что значит: «Рыба тухнет с головы». По столице это было понятно.

– Ничего, ничего, шеф, заплатим сколько скажешь, только вези давай, – по-деловому ответил он ему.

Было уже совсем темно, когда таксомотор подкатил к занесённой сугробами одноэтажной даче с несколькими хозпостройками. Попросив водителя немного подождать, Тёма вместе с молодым хозяином зашли внутрь:

– Ну ты, паря, и свистеть: "Баб он на «семёрке» возил!" Да здесь с начала зимы никого не было. Ну, да ладно, показывай, где машина стоит и сарай с дровами, после можешь отваливать. И ещё хочу тебя предупредить особо: твоя забота будет, чтобы твой папаша здесь как минимум 2 недели не появлялся, крутись как хочешь; если начнёшь язык развязывать, всё для тебя очень плохо кончится, – полковник сильной рукой взял подростка за грудки и привлёк к себе. – Пойми, прошу тебя, ты ввязался в мужское дело, а это требует соответствующего поведения.

– Я ни дурак, какой-нибудь, всё понимаю и вижу: передо мной настоящий профессионал, поэтому можете быть спокойны, никто ничего не узнает. Домашний адрес не даю, всё равно туда не поедете, а вот в университет имени Ломоносова можете заглянуть, я теперь там каждый день буду. Очень уж вы хорошо мне мозги прочистили! – на блокноте у телефона подросток написал своё полное имя и название факультета. За окном раздался звуковой сигнал, водитель начинал уже нервничать. Проводив Славика до машины, Тёма пригласил сидевшую ещё там Диану в дом, сам пошёл в сарай, чтобы набрать дров. Вскоре берёза потрескивала в подтопке, отделанной изразцом печи, а женщина с дивана наблюдала за этим:

– Бывают же настоящие мужики! – восхищённо думала она. – В любой ситуации создаст уютный угол. Сейчас поставил на стол умницу, та будет ждать звонка от Самариной, пошёл, налил чайник и поставил на электроплиту, значит, скоро горячим чаем напит. Красота! Эх, Нета, Нета, как хотела бы я быть на твоём месте!

Действительно, скоро они сидели и пили индийский чай, заваренный из железной банки, при этом в холодильнике нашлось несколько склянок с различным вареньем.

– Ты улыбаешься, у тебя в душе появился оптимизм или это от ощущения, что ты оказалась в своём мире?

– Тём, – она так назвала его впервые, – я была в вашем мире чуть больше двух суток, но то, что я видела, делает наш мир слабым и блёклым. И всё же это мой дом, каким бы он ни был. Улыбаюсь же я больше от понимания твоего присутствия рядом. За эти дни я настолько привязалась к тебе, что не представляю уже жизнь без тебя и хочу, чтобы ты это знал.

Артём осознавал и чувствовал любовь к нему сидящей, напротив, за столом женщины, и боялся только одного, как бы эти чувства не расстроили весь ход операции. Он понимал ещё другое: отталкивать любящую женщину в такой ситуации нельзя, иначе будет всем только хуже. Ход его рассуждений прервал сигнал Умницы, которая сообщила о приёме звонка с неизвестного номера:

– Меня попросили позвонить до 7 часов вечера, – раздалось в динамиках компьютера, это был без сомнения, голос Самариной, Диана сразу узнала его.

– Откуда вы звоните? – поинтересовалась машина. – Вас могут прослушивать, вы приняли необходимые меры.

– Не переживайте, я звоню из другой квартиры, прослушка здесь исключена. В аппарате Центрального комитета все говорят о гибели Дианы Лерман, якобы она сгорела в вертолёте при попытке бежать из страны. Можете что-нибудь сообщить по этому поводу?

– Вы уверены, что эта говорит ваша подруга? – Артём поставил чашку на стол. – Прошу послушать как следует.

– Нет, нет, это она, идёт через слово язычковое «р».

– Хорошо, несравненная, подключи Диану на разговор.

– Тамарочка, дорогая, здравствуй! Не переживай, я цела и невредима, к сожалению, не могу сейчас всего тебе рассказать. Как ты сумела до нас дозвониться?

– Диана, милая, слава богу! Узнаю твой нежный голос. Я думала, думала и поняла, что номер заказа это и есть телефонный номер для связи, и, само собой, приняла необходимые меры предосторожности. Хотя эти дни не замечала слежения за собой. Видимо, в КГБ действительно решили, что уничтожили тебя. Дорогая, нам нужно срочно встретиться и всё обсудить, ситуация развивается быстро.

– Договорились, завтра в 10:00 приезжай в Балашиху и жди у памятника В. И. Ленину, если заметишь что-то подозрительное, сразу уходи и постарайся перезвонить с телефона-автомата на этот же номер. Всё, до встречи.

– Что скажешь, несравненная, – Артём несколько раз погладил клавиатуру, – были ли попытки подслушать?

– Нет, шеф, на том конце подслушивающих устройств не было, расшифровать же мой эфирный приём этому уровню развития невозможно, так что будьте спокойны.

– Прошу прощения, – вмешалась в разговор Диана. – Мне так интересно, насколько мощней главный процессор Умницы, скажем, процессора нашей «Электроники-85»[2]?

– Я могу ответить, шеф?

– Конечно, несравненная, от Дианы Георгиевны у нас секретов нет, покопайся у себя в недрах памяти и сравни.

– А чего здесь копаться, подобный экземпляр был во втором измерении, в базе имеется. Слабее меня в 10 млн раз.

– Вот это производительность! – профессор закусила верхнюю губу. – Мне даже представить это сложно.

– С этим ничего не поделаешь, – вздохнула машина. – Уровни научно-технического развития несопоставимы.

Артём даже сильно пожалел, что разрешил Умнице откровенничать, так как на весь оставшийся вечер напарница замкнулась, настолько была потрясена!

…Утро 27 февраля выдалось солнечным, к тому же заметно потеплело. Встав пораньше, Тёма подогрел чайник и отправился расчищать у дома и гаража, чтобы выгнать автомобиль на дорогу. Славик не обманул, в гараже действительно стоял совершенно новый ВАЗ-2107 тёмно-фиолетового цвета, в бардачке которого лежал техпаспорт. Аккумулятор, конечно, оказался заметно подсевшим, но после нескольких попыток двигатель всё-таки оживился. Прогрев его на малых оборотах, Артём выгнал авто за забор. Захлопнув дверь, он хотел вернуться в дом, но остановился у калитки, наслаждаясь свежим утренним воздухом конца зимы. Отражаясь от уплотнившегося снега, солнечные лучи ослепляли, праздник света был налицо! Ощущалось приближение весны. Поймав себя на мысли, что ему очень хорошо и он совершенно спокоен, полковник направился в дом.

Диана уже встала и привела себя в порядок. Сидя за столом с чашкой чая, с улыбкой поглядывала на Артёма.

– Кажется, ревность к научным достижениям миновала? – Тёма присел напротив неё и налил себе чай.

– Если бы я была ткачиха с текстильной фабрики и ничего не понимала в программных системах, а здесь… В общем, вы с Умницей должны меня понять и не обижаться.

– Проехали, – пьём быстрее и в машину, ехать далеко.

Город Балашиха Московской области

Благо, что на машине стояла неизношенная всесезонная резина, да и дороги были без наледей, до нужного места добрались вовремя. Оставив машину за 200 метров от памятника под охраной умницы, которая быстро считала прошивку иммобилайзера и перепрограммировала его. Просканировав территорию в радиусе 500 метров ПЭВМ, сообщила об отсутствии подозрительных транспортных средств. Глеб с Лидией наблюдали издалека территорию у памятника. Прохожие шли мимо, не проявляя никакого интереса, и лишь 50-летняя, с виду, женщина заинтересованно рассматривала статую вождя. Посмотрев вверх, полковник увидел у самой крыши здания плакат «Слава КПСС!», а на другом доме «Народ и партия едины». Нелепость подобных лозунгов была очевидной.

"Идиоты, – засмеялся в душе Артём. – Кого впечатлят эти оторванные от жизни лозунги, если в магазинах пустые прилавки. С такой политической профанации[3] всегда и начинается системный кризис".

Диана хорошо поняла гримасу на лице своего спутника.

– Глеб, Тамара одна, нужно подойти, – она вернула его к реальности. – Давай это сделаю я, а ты подождёшь потом.

– Нет, поступим иначе: я подойду, начну говорить и пока не подам знак ты не выходи, что бы ни случилось.

Подойдя к женщине, Артём поздоровался:

– Тамара Владиленовна Самарина, здравствуйте.

Женщина повернулась и несколько секунд удивлённо глядела на подошедшего мужчину. Славянской внешности она была примерно такого же роста, как и Диана, на ней было лёгкое зимнее пальто, отороченное норкой, и из такого же меха шапка, сапоги из чёрной кожи красиво смотрелись на изящных ногах. Наконец, она ответила:

– Я с вами незнакома, представьтесь, кто вы?

– Глеб Игнатьевич Старостин, прошу любить и жаловать, у нас есть общая знакомая Диана Лерман.

Тёма видел, как расширились глаза женщины.

– Почему я вам должна верить?

– Вы звонили на номер 3574857, ведь так?

Напряжение с лица женщины пропало, она даже попыталась улыбнуться, но всё же оглянулась вокруг себя.

– Вероятность задержания минимальна, но, если всё-таки подвалят, скажете, что приставал со знакомством какой-то чудик, а увидев сотрудников быстро смотался.

Так, они стояли минут 15 разговаривая ни о чём, пока Артём не решился подать знак. Дальше была трогательная сцена встречи двух давних подруг, и полковник даже отошёл в сторону, чтобы не мешать выходу, чувствам.

– Дианочка, дорогая, как же так, что с тобой получилось? Представляешь, как Саша Герасимов с Ниной Павловской обрадуются, а твои товарищи в институте!

– Тамара, обещаю, потом я тебе всё расскажу, сейчас настолько неподходящая обстановка для той невероятной истории, что лучше тебе пока ничего не знать. Прошу, давай перейдём к нашему делу, говори, что тебе известно.

– Хорошо, только с тобой другой, незнакомый мужчина, а где Олег, ведь он охранял тебя, что с ним?

– Олег погиб, спасая меня, теперь я под защитой другого очень хорошего человека, он будет помогать нам.

– Понимаю, – женщина тяжело вздохнула.

Видя, что время серьёзного разговора пришло, Артём подошёл и стал внимательно прислушиваться к словам Тамары. Речь её был взвешенной и глубоко продуманной.

– У нас имеется верный офицер в Центральном аппарате КГБ, он сообщил, что глава ведомства Чебриков, ещё не до конца определившийся, кого поддерживать, приказал установить подслушивающие устройства на даче Горбачёва в Ново-Огарёво. Из поступившей информации следует: вслед за Чебриковым колеблется Гришин – первый секретарь Московского городского комитета партии; открыто Горбачёву противостоят Г. В. Романов, В.В Щербицкий и Д. А. Кунаев – первый секретарь ЦК компартии Казахстана; все остальные члены Политбюро в той или иной мере подкуплены Горбачёвым посулами новых должностей. Но это ещё не вся негативная информация. Вчера состоялось внеплановое заседание секретариата Центрального комитета КПСС, на котором Горбачёв, ведущий его по болезни К. У. Черненко, отослал Щербицкого в США изучать опыт ведения сельского хозяйства, а Романова – в Палангу поправлять пошатнувшееся здоровье. И ещё не менее важное: Горбачёв пообещал Громыко пост председателя Президиума Верховного Совета СССР в случае, если тот поможет ему прийти к власти. Они договорились не просто не приглашать Кунева на Политбюро, а затем быстро изолировать и оклеветать его. Готовятся масштабные акции по очернению всех противостоящих им конкурентов в любой доступной форме. В общем, если что-то радикальное не предпринять, события приобретут, необратимый характер. Нужно торопиться, такие вот дела!

– Что ты насчёт этого всего думаешь, Глеб? – Лидия смотрела на него с надеждой, так как сама заметно нервничала и не способна была генерировать решения. Референт тоже смотрела на мужчину, понимая, что здесь сейчас всё зависит от него, он в этой партии главный игрок.

– Нам нужно бы сначала вас, Тамара, накормить, да и самим не мешало бы подкрепиться, только лучше сейчас этого не делать, и, прошу вас на будущее, соблюдайте необходимую конспирацию, нельзя их недооценивать.

– Не беспокойтесь, мы об этом только и думаем, как бы в самом начале всё не провалить, уж очень всё тревожно!

– Давайте договоримся так: надумаете позвонить, добавляйте в номере к пятёркам по единице; не выходите на связь из дома и из кабинета на Старой площади. Теперь о главном. Сведениям, что вы сейчас нам сейчас сообщили цены нет! Мне, как профессионалу, стало совершенно очевидно, с чего нужно здесь начинать. Нужно ехать в Палангу и убеждать Григория Васильевича Романова решительно выступить против Горбачёва, 11 марта на заседании Политбюро не допустить его к власти.

Этим словам загадочного помощника референт ЦК КПСС была немало удивлена, она даже переспросила его:

– Как вы сказали, 11 марта, почему названа эта дата?

– Потому что 10 марта Генеральный секретарь умрёт.

– Что ты на меня так удивлённо смотришь, Тамара? – Лидия взяла подругу за руку. – Прошу тебя, просто поверь Глебу на слово, нет сейчас возможности тебе всё объяснять. Придёт время, и ты всё узнаешь, а сейчас поверь.

– И ещё, Тамара Владиленовна, с этого момента схватка за СССР 1985 приобретает реальные очертания, мы с Дианой начинаем действовать, поэтому передайте своим соратникам, чтобы все разговоры меж собой на эту тему они до поры до времени прекратили. Если будет необходимость связаться с нами моя ПЭВМ, – он показал ей дипломат, – будет отслеживать звонки каждый день с 21:00 до 21:30. Никогда не упоминайте имя Диана, с этого момента вашу подругу зовут Лидия, Старостина Лидия Борисовна. Очень вас прошу: никакой самодеятельности.

– Если бы вы знали, Глеб, как мне приятно всё это слушать! Нас ведь не так уж и мало, противников Горбачёва, но никто не решился на конкретные действия: одни ничего не подозревают, другие в полной растерянности. Очень своевременно вы оказались в рядах защитников страны. Теперь, может, засну ночью спокойно. Хочется хоть чем-то вам уже сейчас помочь, возьмите вот это, – она вынула из сумк, и передала Артёму подплечную кобуру с «Макаровым» и запасную обойму патронов.

[1] По тем деньгам 74 доллара

[2] Электронно-вычислительная машина того времени

[3] Невольное искажение чего-либо невежеством, оскорбительным обращением

Глава 10

– Спасибо вам, Тамара Владиленовна, оружие нам будет здесь очень кстати, будем надеяться, что у нас всё получится, а сейчас нам пора расставаться, мы уже слишком долго здесь стоим, можем привлечь внимание, – взяв узкую кисть женщины, Глеб галантно её поцеловал.

Когда референт удалилась, Лидия взяла Глеба под руку, и они, не спеша, шли по улице в поисках кафе или ресторана, пока что-то подобное не подвернулось. Меню, конечно, было скудное, несмотря на близость столицы, но блины были, как говорится, с пылу с жару, поэтому ели с аппетитом, запивая кофе с молоком. Купив в дорогу ещё десяток пирогов с капустой и яйцом, она молча сидела, улыбаясь.

– Я голоден и, наверное, не слишком культурно ем? – Артём вытер рот и руки бумажной салфеткой из стаканчика.

– Да нет, с культурой у тебя всё в порядке. Знаешь, так чудно смотреть, как представитель суперцивилизации уплетает блины в обыкновенной забегаловке! Вон смотри молодая пара у другой стены, ухмыляются, думают: «Ну баба и заморила голодом мужика, никак не наестся!»

Он засмеялся:

– Да, может, со стороны это всё, так и выглядит.

– Так что, поставим машину на стоянку и в аэропорт?

– Не думаю, что это хорошая идея. Расклеенных твоих фотографий, без сомнения, нет, но вот нарваться случайно на сотрудника, которому ранее поступала ориентировка на тебя, вполне можем. Поэтому лучше воспользоваться нашей машиной, пусть это будет подольше, только нужно попросить Умницу сделать доверенность на управление, паспортные данные с подписью она сфотографировала на даче. Заодно узнаем, сколько километров до Паланги и какое время потребуется на дорогу. Вставай, выдвигаемся.

Вскоре они сидели в «семёрке», где ПЭВМ сообщила им, что до нужного города 1226 километров при времени в пути около 15 часов, сама занялась изготовлением доверенности. Было 11:27 дня, и полковник прикинул в уме: в Паланге они окажутся около 3 часов утра. Он, разумеется, не брал в расчёт всякие непредвиденные обстоятельства, которые могут возникнуть, а они уже подкарауливали их.

Быстро выбравшись на МКАД, Артём уверенно вёл лучший легковой автомобиль Союза, обгоняя попутный транспорт. Лично ему никогда не нравились машины с задним приводом, но в этой ситуации ехать было даже несколько комфортно, так как двигатель был достаточно приёмистый и тянул нормально. Поначалу, правда, немного раздражала механическая коробка передач, но теперь он почти забыл об этом. Повернувшись в сторону спутницы, он не смог не заметить, что она тяготится одеждой с чужого плеча поэтому, проезжая Химки, пришлось завернуть к приличному универмагу. Им повезло, буквально утром был большой привоз, и они помимо добротной обуви отхватили приличные джинсы и пуховики, переодевшись прямо в примерочной. Когда продолжили путь, Тёма, повернувшись, увидел, как Диана переменилась, благодарно посматривая на него. Ему казалось, что она хочет объясниться, он ждал этого.

Солнце было ещё достаточно высоко и настроение прекрасное, вполне располагало к серьёзному разговору.

– Если я задам тебе несколько личных вопросов, ты не обидишься? – наконец решилась она.

– Да нет, не обижусь, задавай. От этого разговора нам всё равно не уйти, так зачем попусту время тянуть.

– Скажи, я тебе хоть немного нравлюсь?

– Я не привык хитрить и отвечу откровенно: нравишься, и даже очень, такая женщина не может не нравиться.

– Спасибо за откровенность! Теперь скажи, как быть мне? Я была близка в жизни с несколькими мужчинами, но ни к одному из них не испытывала сильных чувств, и вот в моей жизни появился человек, которого я люблю всё сильней с каждым днём.

– Я так понимаю, что этот человек – я?

– Да.

Артём замолчал, размышляя: «Как быть? Женщины этого типа не привыкли блефовать, они привыкли к конкретике, значит, действительно любит, и вины её в этом нет. Если я сейчас оттолкну её, из-за этого может расстроиться всё дело, с которым я сюда прибыл. Факт, что она останется в своём мире, выиграй мы эту схватку за страну, дел здесь будет невпроворот. Значит, между мной и Нетой она не встанет. Похоже, предстоит физическая близость, и это ещё одно испытание для меня».

– Ты задумался, – она вернула его к реальности. – Не переживай, изменой это ни в коем случае не будет, я просто хочу попросить у тебя несколько часов счастья. Мы с тобой уже пошли по лезвию ножа, и неизвестно, как ещё всё сложится? В любом случае я останусь здесь, живая или мёртвая, а ты, победи мы, вернёшься в свой мир.

"Удивительно, и она говорит то же самое! Похоже, так тому и быть. Никогда не представлял себя в роли любовника. Что же, доедем до Смоленска, возьмём номер в гостинице, а там видно будет", – он притопил педаль газа.

Долгое время ехали молча, каждый думал о своём. Дорога была совершенно свободна от снега, поэтому дискомфорта никакого не было, «семёрка» летела как стрела. Артём с большим интересом рассматривал попадающиеся по дороге населённые пункты, где у магазинов с простоватыми вывесками толпились женщины и мужики.

"Что они могут брать там? Бабы, наверное, хлеб себе и скотине, в это время многие держали коров и овец, а мужики, чай поди, водку, или вино? Больно рожи красные", – при этой мысли он негромко засмеялся.

Спутница, тоже засмеявшись, дёрнула его за рукав:

– С наших сельмагов только картины писать, настоящие шедевры получатся. Сколько проблем ещё?!

Город Смоленск

Так, переговариваясь, иногда споря друг с другом, доехали до Смоленска, 5 часов пролетели незаметно. Мудрить ничего не стали и сразу припарковались у Гостиницы «Смоленск», предварительно прикупив в гастрономе печенье и карамели к чаю. Администратор гостиницы, естественно, оповестил об отсутствии номеров и сделал при этом хитрую мину на лице, из которой Артём сразу всё понял. Не став мелочиться, он написал на лежащем листочке цифру 5, что соответствовало стоимости суточного проживания в двухместном номере. Админ стразу переменился в лице и льстиво предложил номер на втором этаже, запросив, правда, всё же паспорта.

Оказавшись в довольно комфортном номере, Артём поставил кипятить чайник и проверил работу душа – всё было исправно. Пока он его принимал, спутница разобрала кровать, в которую он забрался, ожидая её. Наконец, и она освежилась, выйдя к нему в одной шёлковой блузке, под которой угадывались только узенькие трусики «неделька». Глядя на неё, Тёма удивлялся, насколько всё шло, само собой, без всяких слов! Безусловно, такое положение вещей стало возможным вследствие высокого интеллекта партнёров: она хотела близости, а он понимал её и шёл на это. Всё было предельно ясно и говорить особо было не о чём. Какое-то время он любовался её красивым лицом и стройной фигурой, затем распахнул одеяло приглашая. Сняв блузку, она легла к нему и повернулась набок, гладя своей рукой его щёку. Близость была неизбежна, и Тёма, крепко прижав её к себе, поцеловал в губы. Она перевернулась на спину, и он лёг на неё, целуя шею и мочки ушей, лаская прелестные бёдра. Это продолжалось довольно долго, так как женщина давно не знала мужской ласки. Вскоре партнёры порядком возбудились.

– Милый, больше я не в силах терпеть, – прошептала она, извиваясь под ним – бери меня, иначе я сойду с ума!

Он овладел ею… Они лежали, расслабившись, закрыв глаза и тяжело дыша. Немного успокоившись, она вновь повернулась к нему и лизнула языком в щёку.

– Тебе хорошо со мной? – она положила свою головку на его широкую грудь.

– Сейчас я думаю больше о тебе.

Приподнявшись, она улыбнулась:

– Более счастливой, чем сейчас, я никогда не была.

Артём улыбнулся и глубоко вздохнул:

– Вот так лежал бы в этой кровати, не вставая, настолько хорошо! Да, к сожалению, нет у нас с тобой Дианочка свободного времени, и это всё равно берёт верх в сознании. Пара, тройка часов на отдых и нужно ехать.

– Безусловно, ты прав, сейчас приготовлю чай, немного подкрепимся, отдохнём и отправимся в вечернюю мглу.

Они сидели и пили чай, когда в коридоре раздался топот бегущего человека, затем преследовавших его.

– Помогите кто-нибудь, прошу вас! – раздался девичий голос с прибалтийским акцентом, перешедший в хрип, видимо, девушку стали душить.

– Запри за мной номер и сиди спокойно, не выходи, – Тёма поднялся и в одних плавках выскочил в коридор.

То, что он увидел там, на несколько секунд повергло его в шок?! Один крепкий парень обхвати за шею девушку и волок её к выходу, второй заломил ей руки, не позволяя успешно сопротивляться. Девушка была в одной ночной сорочке, хорошо были видны обнажённые стройные ноги.

"Кажется, без приключений и здесь не обойтись?" – пронеслось у нашего героя в голове. Он быстро догнал парней, волокущих несчастную, схватил за шиворот второго и сильно отшвырнул к стене, тот, неловко ударившись об неё, затих. Первый, бросив жертву, хотел достать из-за пазухи пистолет (вероятно, он был у него там в подплечной кобуре), не успел это сделать, так как получил град ударов в грудную клетку. Потеряв дыхание, он присел на пол. Артём припёр локтем его за горло к стене, глаза его горели как угли!

– Слушай, придурок, или ты мне говоришь всю правду, или я вас обоих затащу в свой номер и так отделаю, что целый месяц с кровати не встанете. Что, в номер или как?

Немного раздышавшись, негодяй рассказал, что папаша у него работник аппарата горкома КПСС и он купил эту балерину на ночь, но она вдруг заартачилась.

Артёму дико было слушать подобные перлы, но он вспомнил один ночной разговор с Сергеем Русичевым, где он подробно рассказывал о нравах СССР второго измерения.

– Хорошо, не буду вас с дружком обрабатывать, если свалите отсюда по-хорошему, даю вам 5 минут.

Подняв с пола едва очухавшегося дружка, папенькин сынок направился с ним к выходу, а Тёма поднял лежавшую на полу девушку на руки и понёс в номер.

Диана сразу поняла, что произошло? Откинув одеяло, она помогла Артёму уложить девушку на кровать и дала ей выпить воды, чтобы та немного успокоилась. Придя в себя, всхлипывая пострадавшая рассказа: она балерина, приехала из Вильнюса с труппой в Смоленск на гастроли и оказалась жертвой необузданных желаний лучшей молодёжи; в последний момент её стало противно, и она решила плюнуть на карьеру, но не быть подстилкой.

– Тебе ничто больше не грозит, будь спокойна, – Диана погладила молодую балерину по голове и поцеловала в щёчку. – Этот чудо-мужчина, который стоит перед тобой, уверена, до смерти напугал твоих обидчиков, и они от тебя отстанут, поверь, я знаю, что говорю.

Девушка поняла, что перед ней не враги, и открылась:

– Меня зовут Лайма, мы с мамой живём на самой окраине Вильнюса, у нас там свой дом. Несколько лет назад папа ушёл от нас, поэтому мама учила меня одна, и вот теперь мы живём вдвоём, между спектаклями и репетициями я всегда приезжаю к ней. Даже не могу представить, что бы могло быть с мамой, у неё больное сердце, если бы вы не спасли меня от этих подонков. Я вам так благодарна! – девушка не выдержала и заплакала.

– Милая, прошу тебя, не плачь, – Артём присел рядом с кроватью и поцеловал девушке руку. – Скажи пожалуйста, где твои товарищи по труппе? В силу определённых обстоятельств мы не можем здесь больше находиться, поэтому нужно их срочно найти.

– Они расположились этажом ниже.

– Вот оно, значит, как. Теперь понятно, почему они не прибежали на шум и не стали тебя спасать? На этом же уровне расположились, кажется, одни только трусы.

Девушка назвала номера, где расположились её друзья и Артём отправился их искать, Диана и Лайма остались наедине. Каким-то чутьём спутница Артёма поняла, что это происшествие в гостинице не случайно и судьба даёт им какой-то дополнительный шанс на удачу.

– Скажи, пожалуйста, – она старалась быть как можно вежливее, – если у нас возникнет острая необходимость, мы можем у вас остановиться на какое-то время?

– Конечно! – глаза девушки живо заблестели. – Как у меня появится возможность, я сразу маме позвоню. Как вас представить?

– Старостины Глеб Игнатьевич и Лидия Борисовна.

– Так вы муж и жена?! Обязательно заезжайте, – девушка назвала номер дома на Минском шоссе. – А мою маму зовут Вилте, она будет вам очень рада!

В это время входная дверь открылась и в номер вместе с Артёмом вошла женщина лет сорока пяти, как потом оказалось – руководитель балетной труппы и две подруги Лаймы. Видимо, Тёма по пути всё уже старшей рассказал, поэтому расспросов долгих не последовало. Сердечно поблагодарив Глеба и Лидию за спасённый таким неожиданным способом талант, гастролёры удалились.

– Может, нужно было с ними как-то помягче? – спросила она его, когда они остались в номере одни.

– Я уже вообще сожалею, что они увидели тебя – это мой явный просчёт. Будем надеяться, что они не заинтересуются нашими персонами. Но, всё же нам лучше ретироваться и как можно быстрей, отдых отменяется.

Через пятнадцать минут тёмно-фиолетовый ВАЗ-2107 мчался по улицам Смоленска, освещая фарами дорогу. Томительно потянулись часы дальнего автомобильного броска. Диана понимала, что на такое дальнее расстояние, да ещё ночью потребуется очень много сил, поэтому старалась не отвлекать Артёма незначимыми разговорами. Откинув сиденье, она попыталась заснуть, и вскоре ей это удалось: спала она глубоко и очень долго, словно вновь, как и недавно, почувствовала себя сполна защищённой. Уже проехали Минск и Вильнюс, подъезжали к Каунасу, когда она открыла глаза и улыбнулась своему спутнику.

– Я, кажется, немного заснула?

– И спала так мирно, что я боялся где-нибудь тряхнуть машину, благо асфальт без раковин и дорога идеальная.

Какое-то время она смотрела вперёд на дорогу, освещаемую светом фар, затем вернулась к реальности:

– Тём, скажи, как ты думаешь попасть в Паланге к Романову, ведь наверняка санаторий оцеплен охраной.

– Если потребуется, я в этом оцеплении проложу коридор из трупов, но к цели мы своей однозначно придём.

Она вздохнула и вновь задумалась, затем попросила:

– Давай попробуем хотя бы начать всё-таки без жертв, боюсь, как бы не загубить всё дело?! Григория Васильевича и так трудно будет убедить на решительные действия, он всегда сторонник исполнения закона.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.