Findroid
Лабиринт II

Глава 1. Контракт

– А затем Мэри-Бэт заплакала, уткнувшись в грудь возлюбленному, с которым никогда больше не увидится… – вздохнул лорд Салтимор, дочитывая последние строчки книги. На мгновение он прикрыл глаза и отложил роман на тумбочку неподалеку от кресла. – Никогда не понимал, чем тебе так нравятся эти слезливые романы.

Хим Салтимор перевел взгляд на юношу, лежащего на кровати, и почти минуту молча наблюдал за тем, как тот спит.

Амроуз Салтимор, старший сын лорда вот уже почти полтора года не покидал свою спальню, и все это время отец винил себя в этом.

Поднявшись с кресла, он подошел к постели и проверил капельницу с голубоватой жидкостью. После чего коснулся рукой изуродованной щеки сына. Раньше Амроуз был красивым, и дамы жаждали внимания молодого и ещё холостого сына лорда. Вот только все это в прошлом.

– Ничего… мы найдем способ привести тебя в норму, – мягко произнес мужчина.

В этот момент Амроуз резко открыл свои глаза, уставившись в потолок горящим голубым огнем взглядом, а губы беззвучно зашевелились, произнося слова на неизвестном языке. Когда это случилось впервые, лорд Салтимор на миг обрел надежду, что его сын станет таким, как прежде. Но та очень быстро улетучилась.

Ровно в полдень он открывал глаза и бормотал что-то себе под нос, не то молитву, не то заклинание. Со стороны это выглядело жутко, но лорд уже привык.

Тихий стук в дверь прервал размышления лорда.

– Что? – спросил он.

Дверь отворилась, и в комнату вошел слуга.

– Лорд, к вам пришла леди Вайлет Кроу в сопровождении ещё одной дамы. Она не представилась.

– Хорошо, передай, я сейчас спущусь.

Слуга поклонился и покинул комнату.

Салтимор ещё пару мгновений смотрел на сына, который был тут, но одновременно где-то далеко, в совершенно иных пластах реальности. Но что хуже, лорд знал, что произошедшее с Амроузом – только его вина.

* * *

– Лорд Салтимор, очень рада с вами познакомиться, – улыбнулась молодая и довольно симпатичная девушка, пришедшая в сопровождении Вайлет Кроу. Она поднялась с кресла и сделала приветственный реверанс. – Я Кристина Мур.

На мгновение лорд задумался, пытаясь вспомнить, кто она такая, но затем вспомнил, что та была невестой покойного Ричарда Блейка.

Лорд Салтимор по всем законам придворного этикета поцеловал даме руку, после чего почти полностью потерял к ней интерес. Его в первую очередь интересовало, что скажет леди Кроу.

– Как все прошло?

– Как и планировали, – улыбнулась Кроу. – Виктор Торн предстал перед судом и в данный момент уже находится в Брокен Хилс.

– Я была просто великолепна, – заявила Кристина. – Даже слезу пустила, когда рассказывала, как этот гадкий человек преследовал нас и подло выстрелил в Ричарда.

Кристина ещё не вышла из образа и даже сейчас изобразила всю горесть утраты. Хотя, по мнению лорда Салтимора, который любил театр, эта дама слишком переигрывала.

– Прошу прощения, милая, не могли бы вы оставить нас с госпожой Кроу наедине, – попросил лорд. Девушка была очень удивлена подобному и на мгновение округлила глаза, после чего вопросительно взглянула на другую даму. Лицо Кроу осталось бесстрастным.

– Я… – она хотела возразить, но взгляд лорда показался ей чересчур жестким и колючим, отчего пришлось отступить. – Хорошо…

* * *

– Как меня раздражает эта сучка, – фыркнула Кроу, когда они остались наедине с лордом. – Но стоит отдать ей должное, своего она не упустит.

– Что ей пообещала? – поинтересовался лорд Салтимор, доставая бутылку из бара и наполняя содержимым два бокала.

– Много чего, – поморщилась собеседница.

– Мне непонятно лишь одно – почему она решила предать своего жениха.

– А сам как думаешь?

– Он нашел другую.

– Ага, – усмехнулась Кроу, принимая бокал из рук мужчины. – Трахал её вот уже почти полгода, а Кристина делала вид, что не замечает этой интрижки. Их будущая свадьба уже была под большим вопросом.

– Нет никого опаснее обиженной женщины, – усмехнулся лорд.

– Очень верное замечание, – кивнула Кроу.

– Значит, все прошло хорошо?

– Более чем. Но как по мне, все это слишком… сложно.

– Возможно, – не стал отрицать мужчина. – Но нам не стоит слишком привлекать к себе внимание. Тойри и Куппер уже давно раздумывают над тем, что мы с нашими экспериментами заходим слишком далеко. А ещё этот ублюдок Блейк… Он всегда считал, что все входы в Лабиринт должны быть забетонированы. Теперь же ему будет не до Лабиринта.

– Думаешь, что он попытается избавиться от Торна в стенах Брокен Хилс?

– Вне всякого сомнения. Я бы попытался. И нам это даже на руку.

– Ох, уж эти ваши внутренние «игры», – картинно вздохнула Вайлет. – Никогда их не понимала.

– А тебе и не требуется. Я уже поговорил со Строссом, он не станет вмешиваться. Если Блейк захочет устроить Торну персональное Инферно, то пусть. Будем считать это наказанием пареньку за излишнее упрямство. У него был вариант покинуть Харкон, но он решил остаться.

– И все же я считаю, что это перебор, – не согласилась она. – Уж не личное ли это дело?

– Намекаешь на то, что я виню Торна в случившемся с Амроузом?

– Это не я сказала.

– Перестань, – поморщился лорд. – Если бы я правда винил Торна, он бы уже давно покоился в земле. Или того хуже. Нет, Амроуз переоценил свои силы, а я… я слишком сильно на него давил. Но не буду отрицать, что не слишком расстроюсь из-за смерти этого парня.

– А вот меня больше интересует, встретился ли Виктор со своим дядей перед смертью…

* * *

За дверью, ведущей из камеры, оказался вовсе не коридор, а огромное открытое пространство, посреди которого находился жуткий лес из кошмара. Деревья, состоящие из плоти и костей, стволы которых были усеяны агонизирующими человеческими лицами. И все это освещала кровавая луна.

– Правда, милое место? – улыбнулся Нуорр, и жестом пригласил меня туда.

«Милое»? Я бы выразился иначе. И не проживи я в Лабиринте полгода, то, скорее всего, от увиденного меня бы вывернуло наизнанку.

И, тем не менее, пренебрегать предложением не стал. Шестое чувство подсказывало, что существу, которое так просто искривляет пространство, перечить не стоит.

Нуорр шел впереди, а я следом, стараясь не слишком таращиться по сторонам. От живого леса, который в буквальном смысле дышал и беззвучно кричал, было не по себе. Неожиданно мой сопровождающий остановился, протянул руку и сорвал с одной из костяных веток яблоко, самое обычное на вид яблоко, и протянул его мне.

– Пожалуй. откажусь, – сглотнув слюну, ответил я.

Хозяин этого места настаивать не стал, а сам откусил кусок. Вместо сока из яблока потекла кровь, но Нуорра это не слишком волновало. Он откусил несколько кусочков, после чего выкинул фрукт в сторону. Надкусанное яблоко далеко не укатилось, потому что его поглотили корни одного из деревьев.

– Очень зря, – покачал головой Нуорр и, достав из кармана белоснежный платок, вытер губы. – В этом сезоне урожай особенно хорош. Некоторые темные боги специально просят меня о паре корзин.

– Зачем я тут? – прямо спросил я, стараясь держаться подальше от деревьев. Казалось, если подойду слишком близко, и они поглотят меня точно также как яблоко.

– У меня к тебе есть небольшое дело, Виктор, – все так же дружелюбно сказал Нуорр.

Откровенно говоря, его дружелюбное отношение ко мне пугало гораздо больше, чем это место. Этой твари, а по-другому у меня язык не поворачивался его назвать, от меня было что-то нужно.

Вопрос лишь в том, что именно.

– Я все расскажу, но нам нужно пройти ещё немного, – сказал Нуорр и пошел дальше. Мне ничего не оставалось, кроме как последовать за ним. Самое неприятное, что лес буквально расступался перед нами, и смыкался позади, отрезая путь к бегству. Казалось, всего минуту назад дверь в камеру была позади, и вот от неё и след простыл.

Не прошло и двух минут, когда мы дошли до нужного места: небольшой полянки посреди которой стоял неказистый деревянный столик с двумя креслами. Нуорр занял место за столом, а мне жестом предложил сесть напротив.

И вновь я не стал противиться и опустился в кресло.

– Ну, и как тебе мой небольшой «подарок»? – поинтересовался Нуорр. Причем слово «подарок» он специально выделил, так что мне сразу стало ясно: разговор пойдет именно о черном кинжале.

– Он… весьма… полезен, – старался я тщательно подбирать слова. «Полезен» было не совсем тем словом, ведь без этого оружия я бы не продержался в Лабиринте и дня.

– Рад это слышать.

– Это был не подарок, как я понимаю?

На губах Нуорра вновь мелькнула улыбка, но уже не та приветливая, а больше похожая на оскал голодного хищника.

– У всего есть цена, Виктор. Если бы ты взял мой кинжал и просто поставил на полку, то скорее всего, мы больше бы не встретились. Оружие так и лежало бы там вплоть до твоей смерти, скорой или долгой – не важно. А затем оно бы вернулось ко мне. Но ты взял его, более того, им ты отнял жизнь человека, и не одного.

– И что теперь?

– Теперь ты должен заплатить цену за силу, что получил.

Нуорр открыл ящик стола, после чего положил передо мной лист пергамента с текстом, написанным на неизвестном языке.

– Что это? – спросил я, не спеша брать лист бумаги в руки, но с интересом вглядывался в символы.

– Контракт, – черные глаза мужчины, казалось, смотрел прямо через меня. – Который ты подпишешь.

– А если я не стану?

– То не покинешь это место. Станешь одним из деревьев, что растут тут и радуют меня своими плодами.

Я вновь бросил взгляд на контракт. Подписывать что-то такое, не зная сути, я не собирался, вот только… похоже, мне не оставляют выбора.

– Я должен знать, что в нем написано, прежде чем подписывать.

– Сущий пустяк. Ты задолжал мне сотню душ, Виктор Торн. Считай это платой за силы, что дает клинок.

– Сто душ? Мне нужно убить сто живых существ?

– Не живых существ, – отрицательно мотнул тот головой. – Сотню людей. Можно ещё зверолюдов или эльфов, но последние, как я помню, в вашем мире не живут. Одним словом, сотню разумных. И как ты понимаешь, монстры, что обитают под Харконом, на эту роль не годятся. Они создания магии, и у них нет души.

Я нервно дернул щекой. То, о чем он меня просит – настоящее безумие.

– Но, есть ещё кое-что. Видишь ли, если сотня душ будет передана мне, то тебе ничего не останется. Именно поэтому души будут делиться пополам. Иными словами…

– Мне придется убить двести человек… – со странным спокойствием осознал я.

– Все верно. Мне будет уходить каждый второй. У тебя будет ровно три месяца на то, чтобы расплатиться с долгами.

– А если я не успею? Или не захочу этого делать?

– Ты вернешься сюда, – зловеще усмехнулся Нуорр. – А чтобы подстегнуть тебя, добавлю, что не ты один займешь место среди моего леса. А так же все, кто тебе дорог. К примеру, та фуори. Я сделаю с ней то же самое, что и с той бедняжкой, которую ты видел при нашей первой встрече. И сделаю это вне зависимости от того, подпишешь ты договор или нет.

– Значит, выбора у меня нет, – постарался я сохранить хладнокровие, хотя внутри словно вулкан взорвался.

– Почему? Выбор есть всегда. Другое дело, что у каждого выбора есть цена. К тому же, я не указываю тебе, кого нужно убить. А ведь мог бы… К примеру, сказать что… двадцать душ должны принадлежать детям, а пять – беременным женщинам. Так было бы лучше?

– Нет.

– То-то и оно. Умей ценить то, что имеешь. Будешь честно выполнять правила, и я не стану их менять. А через три месяца мы вновь встретимся.

– А если я справлюсь? Что будет тогда?

Но на этот вопрос Нуорр не ответил, лишь все так же зловеще улыбался, смотря на меня своими черными глазами.

Глава 2. Заключенный 4275

Дверь за спиной захлопнулась, оставляя меня наедине с самим собой. Возвращался я сюда без особого желания. Учитывая обстоятельства, я попросил Нуорра вывести меня куда-нибудь в другое место, но тот отказал.

Плохо…

Три месяца на то, чтобы убить две сотни человек… От одной этой мысли по спине пробежал неприятный холодок.

Каким образом мне осуществить такое? Превратиться в серийного убийцу? Нет… это не вариант. Да и не получится у меня это сделать, находясь в тюремной камере.

В руке я сжимал кусок пергамента с надписями на неизвестном языке. Раз уж это контракт, который я был вынужден подписать, то я потребовал получить его копию, и Нуорр не стал отказывать в этой небольшой услуге.

Проблема лишь в том, что я не мог его прочитать.

Задумавшись над этим, я опустился на холодный каменный пол и открыл тайное отделение в искусственной ноге. Воспользовавшись пространственным карманом, я извлек оттуда серебряную маску, некогда принадлежащую Алисии Торн.

– Виктор? – словно зевнув, поинтересовалась девушка.

– А ты ожидаешь какого-то другого Торна?

– Ну… Мало ли… Когда ты снимаешь меня с лица, я погружаюсь в сон, и за его время может пройти день, а может и столетие. Кстати, где это мы? Мне тут не слишком нравится. Как-то уж слишком грязно, темно и сыро.

– Это Брокен Хиллс.

– Мне это ни о чем не говорит, – почти сразу ответила та.

– Это тюрьма.

– У-у-у-у… Стоп. Тюрьма? Но тогда… Виктор, у меня слишком много вопросов к тебе.

– Это подождет. Ты вроде как очень умная и разбираешься в магии. Можешь попробовать кое-что перевести?

– Разумеется! Для меня нет ничего невозможного, – с гордостью заявила та.

Я показал ей документ и коротко пересказал свою встречу с Нуорром.

– Тебе говорили, что ты идиот? Нет? Ну, так вот, я тебе говорю – ты идиот. Я бы ни за что не подписывала никакие договоры, и уж тем более собственной кровью!

Я действительно подписал договор кровью. Это было одно из условий Нуорра.

– Это я знаю и без тебя, – равнодушно отвечаю ей. – Но если бы я не подписал, то сейчас бы не разговаривал с тобой. Более того, он обещал, что убьет всех, кем я дорожу. И сильно сомневаюсь, что он блефовал…

– Дела… – вздохнула девушка. – Даже и не знаю, что тебе на это сказать.

– Ты уже сказала, что я идиот, этого более чем достаточно. Лучше попытайся прочесть, что тут написано, – развернул я пергамент так, чтобы маске было лучше видно.

– Света маловато… – хмыкнула Алисия.

– Прости, у меня нет ни зажигалки, ни спичек.

– Не страшно. Я и так вижу, но ничего хорошего по поводу увиденного сказать не могу. Мне незнаком данный язык. Думаю, стоит подыскать более узкого специалиста-лингвиста. Но учитывая, с каким существом ты связался, этот язык запросто может быть из другого мира.

– Значит, все бесполезно?

– Ну, почему сразу бесполезно? Откуда этот пессимизм? Я лишь сказала, что это сделать сложно, но отнюдь не невозможно. Главное подыскать правильного человека. Вот только делать это надо определенно не в тюрьме, а где-то ещё…

Долго разговаривать с Алисией я не стал, не смотря на то, что хотелось. Заряд у маски был ограничен, и глупо будет израсходовать его сейчас. Лучше приберегу на будущее.

* * *

Прошло два томительных и убийственно скучных дня в тюремной камере. За это время я ел всего два раза. Примерно в полдень приносили поднос с непонятной безвкусной кашей и кусок черствого хлеба. Есть кашу пришлось руками. Видимо, ложки заключенным не полагается.

Наконец, дверь отворилась, и на пороге показался один из надзирателей.

– Заключенный четыре два семь пять, встать! – рыкнул он и демонстративно постучал дубинкой о ладонь. – Руки за спину. Вот так.

На моих запястьях сомкнулись оковы, а затем сильная рука толкнула в спину в сторону выхода.

– Заключенный, тебя инструктировали?

– Нет, – честно ответил я.

– Отлично, тогда я проинструктирую. Плевать, кем ты был за стенами. В Брокен Хиллс ты никто. Если кто-то из надзирателей тебе приказывает – беспрекословно выполняешь. Драки между заключенными запрещены. Нарушитель идет прямиком в Морозильник. Что это такое, тебе лучше не узнавать.

– Понял.

И в следующий миг бок обожгло сильной болью. Атаки я не ждал, так что не успел укрепить мышцы и ощутил всю силу удара.

– Вот тебе ещё одно правило, заключенный: разговаривать с надзирателем только с разрешения. Уяснил?

Я промолчал.

– Смекалистый. Может, и сможешь выжить тут.

* * *

В этот раз я раз меня уже не приветствовали радостными воплями заключенные. Видимо, так встречали только новеньких. Я же теперь был одним из них, и не удостаивался настолько бурного приема.

Впрочем, проходя мимо камер, я то и дело ловил на себе разного рода взгляды. Одни заинтересованные, другие насмешливые. Но большей части заключенным было плевать на новенького.

– Сюда, – довольно жестко остановил меня дубинкой надзиратель.

Мы оказались перед решетчатой дверью.

– Познакомься со своими новыми товарищами, – усмехнулся мужчина, после чего открыл дверь, и лишь затем снял оковы.

Очередной толчок в спину, и решетка за мной захлопнулась.

Камеры были общими, рассчитанными на восемь человек. Из убранства были лишь деревянные кровати. Матрацев предусмотрено не было. Лишь грязное, шерстяное одеяло и подушка, набитая сеном.

Мое появление не осталось незамеченным для обитателей помещения.

– Новенький, – усмехнулся кто-то.

– Давненько новеньких не было.

– Смотрите-ка, да это совсем ещё мальчишка.

– Кто-то сказал мальчишка? – с кровати, находившейся неподалеку, поднялся крепкого вида бугай. Ростом чуть выше меня, но зато почти в два раза шире. – И впрямь… – хмыкнул он, потирая подбородок.

– Эй, подойди сюда, – махнул мне рукой этот мужик, но я проигнорировал его призыв. Вместо этого оглянул комнату ещё раз, пока не понял, что единственная свободная кровать была та, что неподалеку от выхода из камеры.

Раз она свободна, значит, моя.

Как ни в чем не бывало сел на свое спальное место. Сокамерники почти не волновали меня, в голове крутилось лишь то, что мне нужно прикончить две сотни человек.

– Какой он борзый, Рок.

– И впрямь. Не уважает старших. Что-ж, мы это исправим, – последнее слово послышалось совсем близко, и вот надо мной уже навис тот самый бугай. У него была квадратная рожа с маленькими, колючими глазками. Короткие светлые волосы и недельная щетина на подбородке. Тот явно страдал от излишнего веса, но одного взгляда было достаточно, чтобы понять: под слоем жира хватало мышц. – Ты, кажется, чего-то не понял. Когда я говорю подойти ко мне, ты подходишь. Вот, например: Малек, а, ну, встал!

Побитый мужчина, сидящий где-то в темном углу и прижимающий ноги к груди, вышел из ступора и поднялся. Теперь свет падал на него чуть лучше, и я понял, что он чуть ли не вдвое старше меня. Половина лица была синей от побоев.

Я даже не шелохнулся, раздумывая над тем, как бы выйти из этой ситуации. Не хотелось устраивать драку и на собственной шкуре узнавать, что такое Морозильник.

– Эй, ты оглох?

Пощечина тыльной стороной ладони была довольно ощутимой.

Пора прекращать витать в облаках и уже начать обращать внимание на то, что творится вокруг. Теряю концентрацию.

Коснувшись губы, я увидел кровь на своих пальцах.

– Проснулся?

– Да. Мудазвон, – резко вскочил с кровати я, а на моих губах появилась слегка зловещая усмешка.

– Чего? – округлил глаза бугай, и одновременно с этим послышался чей-то хохот, правда, заржавший почти сразу заткнулся. В комнате повисло напряжение.

– Говор, сейчас ты будешь глотать дерьмо, мудозвон.

* * *

В камере стояла гробовая тишина, что не удивительно, ведь в один миг местный расклад сил перевернулся с ног на голову, и тот, кто раньше устанавливал здесь свои порядки, теперь стоит на четвереньках и выплевывает дерьмо.

Я сделал то, что обещал: заставил жрать его дерьмо из канализационной дыры. Тут она как раз была достаточного размера, чтоб в неё пролезла человеческая голова.

Надо было видеть лица сокамерников, узревших, как паренек в два раза меньше Рока окунает последнего в отстойник.

Получилось довольно жестко, но зрелищно, и теперь остальные дважды подумают, прежде чем связываться со мной. В подобных местах работает закон джунглей: если ты не хочешь, чтобы тебя съели, становись на вершину пищевой цепи. И я только что это сделал.

В голове сразу появилась нехорошая мысль: «А сколько вообще человек сейчас находится в Брокен Хиллс?». Сколько тут воров, убийц, насильников? Если отдать Нуорру именно их души? Идея казалась соблазнительной, но трудноосуществимой. Ну, убью я в этой камере всех, а дальше что? У них ружья, а я, какими бы способностями не обладал, не бессмертный. Одна пуля в голову, и Виктор Торн отправится на встречу с Создателями.

Дверь в камеру распахнулась, и в неё вошел тот самый квадратномордый надзиратель. За его спиной стоял ещё один, помоложе, но рожа такая же бандитская.

Они вошли внутрь и покрутили головами. Взглянули на Рока, который все так же стоял на четвереньках в конце камеры.

– Похоже, мы пропустили что-то интересное, – хмыкнул второй надзиратель.

– Видимо, да. Что тут произошло?

Взгляды некоторых заключенных скользнули по мне, но никто не проронил ни слова. Это хорошо.

– Что молчите?

– Я… Я подскользнулся и упал головой в отстойник, – неожиданно для меня заявил Рок, выпрямившись.

– Прямо головой?

– Так точно, господин.

– Весело… – засмеялся надзиратель. Другой, который и привел меня в эту камеру, не смеялся, а цепким взглядом оглядывал всех присутствующих, находясь чуть позади своего коллеги. – Ладно. Плевать. Главное, чтобы в отстойнике никто не утонул, иначе мне рапорты писать придется. Поняли?

– Да, господин, – почти хором ответили заключенные.

– Отлично. Мне нужен заключенный четыре два семь пять.

Мгновение поколебавшись, я сделал шаг вперед.

– К тебе посетитель. Идем.

Глава 3. Счеты

– Неплохо выглядишь, – поприветствовал меня Винс, красуясь свеженьким фингалом под глазом.

Заключенных в Брокен Хилс можно было посещать в специальной комнате, разделенной надвое решеткой. Но этого посещения ещё надо было добиться, хотя кошель, полный сальтов, решал любую проблему.

– Откуда, – я указал на глаз.

– Да, так, – поморщился бывший сыщик, а ныне мой глава службы безопасности. – Подрался кое с кем. Не обращай внимания. Лучше скажи, как сам. Я-то знаю, что тюрьма… весьма суровое место.

– Надеюсь, не на личном опыте?

– Да хранят меня Святые Лорды, нет. Но знакомых, что бывали за решеткой, хватает.

– Тебе нужны другие знакомые, – усмехнулся я.

– Очень смешно, – фыркнул он. – А если серьезно. Как ты? Только честно.

– Нормально. Пару минут назад засунул голову одного сокамерника в отстойник.

Винс пару мгновений удивленно таращился на меня, пытаясь понять, шучу я или нет. Но я решил не продолжать эту тему, сразу перейдя к другим делам.

– Как Силь?

– Злится на тебя. Считает, что тебе нужно было бежать. С деньгами, что у тебя есть, скрыться от закона не составит особого труда.

– Она была права, – кивнул я. – Кое-что изменилось и… я собираюсь бежать. Знаю, что со стороны это выглядит, словно я столкнулся с трудностями и решился на побег, но это не так. У меня есть всего три месяца на… – я замялся. Не думаю, что рассказывать Винсу о долге в сотню душ – хорошая идея. По крайней мере, сейчас.

– На что?

– Не важно, – мотнул я головой.

Винсу такой ответ явно не понравился, но мне было плевать.

– Ну, хорошо, ты босс, тебе виднее. И как думаешь выбираться? Мы сможем тебе помочь в лучшем случае с отходом и тем, что будет дальше, но не более. Из самой тюрьмы тебе придется выбираться самому.

– Что-нибудь придумаю. Заодно попробую разузнать, тут ли находится тот самый секретный объект, о котором говорила Санни.

– Только слишком не рискуй.

– Я нахожусь в Брокен Хиллс за убийство сына одного из самых влиятельных людей Лэндуэлла. С советом ты немного запоздал…

– Тоже верно. Я вернусь дня через три. Попробую откопать старые планы тюрьмы, возможно, что-нибудь найду.

* * *

Жизнь в тюрьме была не сахар, но и не настолько плохой, как казалось на первый взгляд. Раньше я не интересовался тем, как жили люди в подобных местах, и вот теперь узнавал это на собственной шкуре.

Для начала нас не держали круглые сутки в тюремных камерах. Прием пищи происходил в столовой, расположенной в центре тюрьмы. На еду давалось полчаса, после чего нас отправляли на одну из трех площадок, чтобы мы могли посмотреть на голубое небо и подышать свежим воздухом. Длилось это не так уж долго, около часа, после чего половину отправляли на разного рода работы, а другую – обратно в камеры.

Тем, кто работал, на ужин давали порции получше, а еще поговаривали, что это шло в личное дело и учитывалось при досрочном освобождении, так что у заключенных был небольшой стимул трудиться на благо Харкона и его жителей. Отужинав, я собирался отправиться вместе с сегодняшними работниками, но меня завернули и отправили обратно, заявив, что работают лишь те, кто сидит как минимум несколько месяцев.

Пришлось возвращаться.

Сегодняшний день, не смотря на все мои попытки завести знакомства и получить информацию, оказался на редкость скудным. Со мной не хотели общаться, а с некоторыми не хотел общаться я. Не по причине страха, а скорее изначально понимал, что разговора не получится, слишком уж угрожающие взгляды.

Не хотелось бы повесить на себя сразу несколько трупов во второй же день пребывания в стенах Брокен Хиллс.

Сокамерники тоже ничем особым не порадовали.

А вот следующий день преподнёс сюрприз.

– Говорят, вы задаете весьма интересные вопросы, – ко мне подошел худой мужичок неприметной наружности. Мне он не понравился сразу, от таких, как он, обычно ничего хорошего ждать не приходится. Но он был первым, кто сам решил заговорить со мной, так что я решил его хотя бы выслушать.

– Кто говорит?

– Всякие. Это вы Виктор Торн?

Я промолчал.

– Не хотите говорить? Ваше дело, – изобразил он безразличие. – А я как раз кое-что знаю о закрытом блоке тюрьмы…

Пожал он плечами, и собрался было уходить, но я остановил его. Знал, что это какой-то трюк, но был вынужден повестись. У меня осталось всего лишь восемьдесят восемь дней на то, чтобы добыть Нуорру сотню душ.

– Я тебя слушаю.

– Это обойдется не дешево, – сразу предупредил он.

– Деньги есть.

– Значит, вы все-таки Виктор Торн? – улыбнулся он, продемонстрировав свои черные, гнилые зубы.

Я вновь не стал отвечать.

– Деньги это хорошо. Пойдем, тут слишком много ушей, чтобы обсуждать подобные вещи. За них можно запросто загреметь на нижние уровни, а это смертный приговор.

– Тогда куда? – спросил я, подразумевая место.

– Следуй за мной.

Мы прошли через весь двор и подошли к углу одного из строений. Здесь имелся небольшой козырек, укрывающий нас от взора охранников на вышках, расположенных по периметру двора. Ещё обратил внимание на металлическую дверь неподалеку. Она открывалась только изнутри и использовалась для каких-то хозяйственных нужд. Последний вывод сделал по надписи на этой двери, гласившей, что заключенным к ней приближаться нельзя.

Что-то неладное я почувствовал почти сразу, но подавил желание уйти. Хотя эта часть двора и впрямь идеально подходила для скрытого общения. Почти не просматривалась, и из-за двери заключённые держались от неё подальше.

– Говори, что знаешь.

– Разумеется, только вначале обсудим цену.

– Сколько ты хочешь?

– Ну…

Я ощутил позади какое-то движение и резко обернулся, столкнувшись лицом к лицу незнакомым рослым мужиком. Тот явно не ожидал, что я его замечу, и воспользовавшись моментом, я ни секунды не думая двинул ему в нос, заставив эту гору мышц рухнуть на пятую точку, хватаясь за лицо.

Уже разворачиваюсь к первому, который явно подстроил мне ловушку, но тот оказался удивительно проворным гадом, и прежде, чем я успел полностью развернулся, вонзил мне что-то в ногу, отскакивая назад.

Бросаю взгляд на ногу и вижу торчащий из неё шприц.

Шприц? Не нож или что-то вроде?

Какого…!?

Дрянь, что мне вкололи, подействовала быстро, я так и не успел добраться до чернозубого ублюдка, как голову мотнуло и повело чуть в сторону. Не успел опомниться, как уже стою на коленях, а перед глазами все плывет…

Лучше бы нож… Определенно, лучше бы нож. Пырни он заточкой в печень, я бы выжил и ещё бы этих двоих прикончить сумел. А так… они с легкостью вывели меня из игры какой-то дрянью. Нехорошо…

* * *

– Чего разлегся, а, ну, быстро вставай! Сейчас точно кто-нибудь на шум припрется!

– Он мне ноф фломал!

– Плевать!

Тук-тук, тук, тук-тук, тук-тук. Стук по металлической двери, и уже несколько секунд спустя пришел в движение металлический затвор.

– Быстрее, – послышался третий голос. Скорее всего, он принадлежал тому, кто отворил ту самую дверь, что я приметил чуть раньше. – Главное, чтобы никто не заметил. Каких демонов у него кровь!?

– Клиент нос разбил.

– Святые Лорды, давайте быстрее. Если меня к этому припишут, вам конец.

– Не кипиши, начальник, все будет отлично!

* * *

Меня волокли и довольно долго. Двери, двери, лестница. Вновь двери. Первое время я пытался сопротивляться – не получилось. Тело почти не слушалось. Тогда попытался запомнить обратный путь, но сознание несколько раз проваливалось в пустоту, что тоже не хорошо.

Куда меня тащат…?

* * *

Ведро ледяной воды, вылитое на голову, заставило меня открыть глаза и дернуться, но я почти сразу понял, что привязан к металлическому стулу.

– Ну, просыпайся уже, – болезненная пощечина заставила сфокусировать взгляд на мужчине, стоящем передо мной.

Тот мне не понравился ещё больше, чем прошлый. Длинные темные волосы, острые черты лица. Худой, но впечатление слабости не производил. В руках тот держал странный искривленный нож.

Но больше всего мне не понравились его глаза. Они были полны безумия и чего-то ещё…

– Вот так, молодец, – он похлопал меня по щеке, а затем ударил кулаком в живот. Внутренности взорвались острой болью, и пару мгновений я не мог дышать.

Руки и ноги были крепко связаны, и, наверное я бы без особого труда высвободился, но тело ощущалось чужеродным. Такое уже однажды было, когда меня похитило несколько бандитов, желающих сдать меня Дино Сэнларру.

Хэл?

Вполне возможно. Правда, в этот раз доза определенно была куда выше, чем сейчас, иначе такого сильного эффекта не было бы.

Комната, где меня держали, представляла собой каменный ящик без окон и с одной дверью. В ней не было абсолютно ничего, кроме стула и светильника. Помимо меня и этого странного длинноволосого типа, который ещё зачем-то снял рубашку, демонстрируя оголенный торс, тут присутствовал ещё один человек. Судя по форме – надзиратель. В одной руке он держал небольшие карманные часы, а в другой – блокнот с карандашом.

– На него не смотри, ясно, – тип ухватил меня за подбородок и развернул к себе. – Он тут есть, но его как бы и нет. Считай его предметом мебели.

Судя по каменному лицу надзирателя, тот был не против, что о нем так отзываются.

– Наверное, тебе интересно, что тут происходит, я прав?

– Не очень, – не слишком четко ответил я. Нижняя челюсть словно онемела. – Я… и так это знаю. Блейк?

– Какой догадливый! – картинно удивился мужчина, округлив глаза, после чего повернул голову к стоящему в стороне представителю местной власти. – Так и запиши, «он сразу понял, за что его собираются убить».

И «Мебель» действительно записала.

– Очень рад, что ты все понял. Это облегчает то, что будет дальше. На самом деле я любитель поболтать, но не слишком люблю объяснять очевидные вещи. Ты прикончил отпрыска крайне влиятельного человека и теперь с троицей пожнешь последствия.

Он замолчал, давая мне осмыслить сказанное. После чего ухмыльнулся безумной улыбкой и продолжил свой монолог:

– Смотри, что будет дальше. Заказчик очень хотел, чтобы ты страдал. Причем не просто страдал, а прям СТРАДА-А-А-АЛ! Ясно? Да, думаю ясно! Так вот, чтобы ты СТРАДАЛ. Корчился в муках, моля о пощаде. И именно для этого тут я и вон тот тип, – он вновь указал на надзирателя. – Я буду тебя наказывать. Самыми разными и крайне болезненными способами. А он будет все подробно конспектировать, после чего передаст заказчику. Я буду отрезать от тебя кусочек, и он будет это записывать, указывая время, когда это было сделано. А знаешь, в чем самая большая прелесть? Заказчик четко указал, сколько тебя нужно пытать. Не меньше суток! Целых двадцать четыре часа, полные веселья и боли! Аха-ха-ха-ха-ха!

– Ну, раз ты все понял, – продолжил тот, – то пожалуй стоит начать. Но с чего? А давай с классики.

И с этими словами точным и быстрым движением ножа отрезал мне мизинец на левой руке.

Глава 4. Боль

– Думаю, самое время взять небольшую паузу, – мужчина отступил от меня на два шага и довольно ухмыльнулся.

«Поработал» он на славу, ничего не скажешь. В данный момент он отрезал мне уже два пальца на левой руке, и ещё большой палец на левой ноге. Помимо этого он ещё много резал кожу, отчего почти на всех частях моего тела хватало различных порезов.

Ублюдок даже покусился на мое мужское достоинство, но затем решил, что лучше подобное оставить напоследок.

Ему нравилось то, что он делал. Нравилось резать плоть и причинять боль. Он чуть ли не каждые несколько минут требовал от меня криков. Но я не выдавил и себя ни звука, что лишь злило палача.

– Эй, у тебя есть курить? – вопрос был адресован не мне, а надзирателю, что продолжал записывать все происходящее.

Тот лишь хмуро глянул на мужчину.

– Да брось, я хочу сигарету.

Фыркнув, наблюдатель все-таки вытащил из внутреннего кармана портсигар и протянул его палачу.

– Пасиб, мужик, – усмехнулся тот, раскуривая сигарету. А затем вновь повернулся ко мне. – Не нравишься ты мне, парень. Сам ещё сопляк-сопляком. Тебе сколько лет? Восемнадцать? Девятнадцать? Точно не больше двадцати. А вот взгляд… взгляд не как у озлобленного щенка, а как у настоящего матерого волка. Я читал твое досье, но что-то не сходится… Потерял родителей, стал затворником, а затем вообще пропал на целый год, отчего тебя считали мертвым. Где ты был, пацан?

– В одном очень интересном месте, – слегка хрипло ответил я. – Тебе бы там понравилось… боль, кровь и смерть. Повсюду.

Он пару мгновение смотрел на меня, словно пытаясь понять, шучу я или серьезно.

– Дразнишь меня, парень? Очень-очень зря… думаешь, что отрезать от тебя по кусочку это все, что я могу? – он даже хохотнул на данном вопросе. – О, нет. Я знаю, как можно причинять боль, даже не прикасаясь к тебе руками и не используя нож. Да ты хоть знаешь, кто я такой?

Разумеется, я не знал. Этот ублюдок начал отрезать мне пальцы раньше, чем представился, и кажется, до него это только сейчас начало доходить.

– Я Уолтер Сайф. Слышал обо мне?

Имя показалось мне знакомым, но потребовались определенные усилия, чтобы вспомнить связанное с ним. Это оказалось очень не просто, но все-таки оно ассоциировалось у меня кое с чем.

– Око Небура…

Примерно два года назад, ещё до того как погибли мои родители, констебли смогли поймать одного из членов Ока Небура. Единственного. Ни до этого, ни после члены этой загадочной организации задержаны не были.

Уолтер Сайф был единственный, кого смогли поймать. Процесс над ним был очень громким. Ему даже дали прозвище «Берский Мясник», так как его жертв обычно находили возле реки Бер.

Насколько я помню, его казнили. Но… тогда почему…?

– Судя по выражению лица, ты обо мне слышал. Хотя, говоря честно, я никак не связан с Оком Небура. Мне просто нравилось резать людей, и Око стало очень удачным прикрытием.

Был ли он связан с сектантами, меня мало волновало, а вот другое…

– Ты же вроде мертв…

– Ну, да. По бумагам, Уолтер Сайф, Берский Мясник, был расстрелян двадцать первого дня, месяца любви, года семьсот пятого. А на деле – вот он я, работаю на одних весьма интересных людей. В основном выбиваю информацию из ребят вроде тебя. И знаешь, это не самая плохая жизнь.

Он почти докурил сигарету и, подойдя затушил бычок об мой лоб, смеясь над тем, как я дергаюсь от боли.

– Ты и впрямь крепкий. Знавал я мужиков в два раза больше тебя. Целые горы мускулов, а не проходило и пары минут, как они плакали словно маленькие девочки. И лишь изредка попадаются парни вроде тебя… те, кто не хотят ломаться. И вот их я люблю. Резать пальцы и все в таком духе – это скучно, знаешь ли. Никакого полета фантазии.

Познакомить бы этого ублюдка с Нуорром. Эти два психопата определенно бы нашли общий язык.

– Сколько прошло времени? – данный вопрос был адресован наблюдателю.

– Час и сорок три минуты, – сухо ответил он, после чего что-то занес в свой блокнот.

– О, да времени прошло совсем немного. Думаю, надо продолжить.

Но вместо того, чтобы подойти ко мне, Уолтер постучал по металлической двери, ведущей из комнаты. Через минуту лязгнул засов по ту сторону двери, и на пороге появился вооруженный карабином охранник.

– Мне нужна тряпка и ведро воды. И я говорю не о маленькой тряпке, а большой. Ясно?

– Только грязная.

– Сойдет. Тащи быстрее.

В ожидании возвращения охранника с «заказом» прошло минут десять, и все это время Берский Мясник продолжал меня пытать. Очередные мелкие, не слишком опасные для жизни, но жутко болезненные порезы. Не смотря на то, что этот психопат не видел уязвимых точек, как я, он словно знал, где те расположены.

Я терпел. Не хотел, чтобы этот ублюдок победил. Мне нужно было просто продержаться. Выиграть время, пока хэл не прекратит свое пагубное воздействие, и я вновь не обрету возможность полноценно управлять телом. Укреплю кожу, остановлю кровотечение и усилю мышцы.

Вот тогда…

Тогда эти веревки меня не удержат, и эта парочка ещё пожалеет о том, что взялись за это дело. Главное – выдержать боль.

И вот охранник вернулся с большой грязной тряпкой и ведром воды.

– Готов к водным процедурам? – ухмыльнулся Уолтер, после чего запрокинул мне голову и бросил на лицо тряпку. Охранник уходить не стал, так как был вынужден помочь. – Давай, лей, только не торопясь.

Эта пытка оказалась очень изобретательной. Я не мог дышать. Легкие обжигал огонь.

А Берский Мясник безумно хохотал, наблюдая за моими мучениями.

* * *

– Пять часов, семь минут, – сухо сообщил наблюдатель. За это время процедура с тряпкой и водой повторялась трижды, а в перерывах Уолтер вел ну просто охренительные философские беседы, вызывающие у меня желание харкнуть кровью ему в лицо. Один раз я даже это сделал, и лишился двух зубов.

В основном он болтал о том, что люди это скот, а типы вроде него – это волки. О том, что нет ничего плохого в том, что волк время от времени кушает овечек, мирно пасущихся на своем лугу.

Часть его монолога пролетело мимо по одной простой причине – я отрубился. Правда, ненадолго. Минуту, не больше. Уолтер заметил мое состояние и поспешил вернуть меня в сознание.

– Ты меня совсем не слушаешь, – фыркнул Мясник и врезал мне кулаком в лицо. – Это не вежливо, знаешь ли.

Очередной удар, на этот раз в солнечное сплетение.

– Ты сильный, браво, – сообщил Уолтер, как только я откашлялся. – Пока что ты идешь на рекорд. Ещё пара часов, и ты будешь самым крепким из тех, над кем я работал. И это одновременно хорошо, но в тоже время плохо. Хорошо то, что это сродни вызову. А плохо… можно подумать, что я теряю хватку. Согласись, это не слишком хорошо?

Он замолчал и похлопал ладонью меня по лицу.

– Думаю, тебе нужен стимул, правда Виктор?

Уолтер подошел к небольшой сумке, висевшей на крючке возле входа. Оттуда он достал шприц и несколько ампул с жидкостями.

– Понравился хэл? – поинтересовался тот. – Вначале тебе вкололи релакс-хэл, благодаря чему тебя без лишнего шума доставили сюда. А сейчас я тебе дам кое-что другое. Моя собственная формула. Я называю её макс-хэл, она усиливает изначальные свойства хэла. Ощущения усиливаются в десятки раз, отчего небольшой порез на коже будет сравним с переломом кости. Но главное не в этом, он ещё сочетает свойства релакс-хэла, отчего даже испытывая самую страшную боль в своей жизни, ты не сдохнешь от того, что не выдержит сердце. Удивительная смесь.

Он набирал в шприцы понемногу из каждой колбы, после чего взболтал получившуюся смесь.

– Готовься испытать нечто совершенно запредельное, – ухмыльнулся Уолтер, вонзая шприц мне куда-то в шею.

Странная жгучая смесь хлынула по венам, казалось, выжигая внутренности. Разум помутился, а в следующую секунду сознание будто рассыпалось на тысячу осколков.

Я схожу с ума. А затем мрак накрыл меня.

* * *

Первое что я ощутил, что лежу на чем-то мокром. Борясь с дискомфортом и странным ощущением во всем теле, приподнял голову и открыл глаза.

То, что я увидел, было настолько неожиданным и шокирующим, что я на пару мгновений выпал из реальности.

Я все ещё находился в той самой комнате без окон и мебели, вот только теперь обстановка тут была совершенно ненормальной. Повсюду свежая кровь, кишки и прочие «прелести». Совсем неподалеку от меня валялась оторванная в локте рука и, судя по всему, её ещё кто-то обглодал.

Людей, что находились в комнате, не просто растерзали, а словно через мясорубку пропустили. Ни один зверь не способен сделать такое… И тем не менее, вот оно.

К горлу подступил ком, а затем где-то в животе все скрутило. Уже через секунду меня вырвало кровью, смешанной с пережеванным мясом и… клок чьих-то волос…

Последнее не на шутку меня напугало и заставило посмотреть на случившееся тут с совершенно иной точки зрения. Получается… это сделал я? Это я обгладывал чью-то руку?

Нет… Это невозможно. Это какое-то безумие…

Взгляд невольно скользнул в сторону металлической двери, и я с удивлением обнаружил, что та была сильно покорежена. Сталь в некоторых местах была буквально порвана, словно бумага.

– Нет-нет-нет… – замотал я головой, поднимаясь на ноги.

Бросил взгляд в угол и наткнулся на остекленевший взгляд головы Уолтера Сайфа. Её вместе с частью позвоночника вырвали из тела и так и бросили на пол. А вот от головы наблюдателя, что конспектировал все, что делал Мясник, почти ничего не осталось.

Ещё одним странным открытием стало то, что почти все повреждения, что нанес мне этот ублюдок, попросту исчезли. Пальцы отросли, зубы тоже оказались на месте. Лишь нога как была из металла, так и оставалась.

Если это правда сделал я, то…

Во что я превратился?

Подойдя к двери, я аккуратно выглянул из-за неё и нашел ещё один труп. Скорее всего, тот самый охранник, что чуть ранее притащил ведро воды и тряпку. Его разорванное на клочки тело было в буквальном смысле размазано по коридору. Кровь даже с потолка капала.

– Проклятье… – охнул я, глядя на это.

Кажется, побег придется устраивать досрочно и попутно импровизировать. А у меня сейчас даже портков нет…

Глава 5. Тайны Брокен Хиллс(1)

Далеко я не ушел. Фактически даже из комнаты не вышел, как тело скрутило сильными спазмами, только в этот раз все не ограничилось животом. Казалось, каждая мышца, каждая косточка в теле претерпевала какие-то изменения.

Не выдержав боли, я вновь рухнул на пол, подполз к стене возле раскуроченной двери и на пару минут прикрыл глаза. Вдох-выдох. Нужно контролировать дыхание.

Невольно вспомнилось то время, когда я чуть не погиб от взрыва. Свою реабилитацию. На обезболивающем меня держали недолго, боясь, что я получу зависимость. И я по сей день хорошо помню ту боль, и как с ней справлялся.

Минуты через две полегчало. И не просто стало легче, а разом отпустило, а тело налилось силой. Это было странно, но сейчас мне некогда забивать этим голову. Главное – ко мне вернулись силы, и я могу действовать.

Первым делом оглянул коридор, в котором находился третий труп. Его сохранность была чуть лучше, чем у первых двух. От тех осталась лишь куча плоти, валяющаяся то тут, то там. Этому же просто оторвали руки, вырвали хребет и развернули голову на сто восемьдесят градусов.

Ну, и ещё выдавали глаза.

Зрелище не из приятных, но мне пришлось склониться над трупом и порыться у него в карманах. Почти сразу я нашел то, что искал – связку ключей. Она мне пригодится. Неподалеку от трупа я обнаружил ещё одну находку, а именно автоматический карабин, который охранник носил с собой.

К сожалению, оружие было испорчено. Его согнули пополам.

– Проклятье, – выругался я. Карабин бы мне сейчас явно пригодился. Не то что бы мне хотелось стрелять в людей, но лучше иметь оружие в ответ на…

Едва сдержался, чтобы не хлопнуть себя по лбу. Есть же у меня оружие! Не только черный клинок и маска, но ещё и крупнокалиберный револьвер, полученный от бывших коллег Санни. И ещё десятка два патронов к нему. Не слишком много, но как показала практика, им можно отстрелить человеку руку или ногу. Ранение в грудь с большой вероятностью будет смертельным.

Но доставать оружие я не спешил – в первую очередь надо обзавестись одеждой. Хоть какой-то. Сейчас я был в крови и абсолютно голым.

Коридор заканчивался металлической дверью, очень похожей на ту, что была чуть раньше. Тронул ручку – закрыта. Что и следовало ожидать. Воспользовавшись ключом, отпер замок и аккуратно приоткрыл дверь. Прислушался.

Тишина.

Лишь после этого я рискнул покинуть прошлую позицию. Не особо боялся с кем-нибудь столкнуться, ведь я только что голыми руками распотрошил и убил трех человек, один из которых был вооружен карабином, а другой ножом. Вряд ли они при этом соблюдали тишину. Так что, скорее всего, это место находилось где-то в удалении от тюремных блоков, чтобы беднягу, оказавшегося привязанным к стулу, никто не услышал.

Очень скоро я убедился в своих подозрениях, потому что через ещё пару металлических дверей я оказался в каком-то техническом тоннеле. Тут было грязно, сыро и жарко. Температуру в коридоре знатно поднимали металлические трубы с горячим паром.

Коридор сменялся коридором, а затем очередной развилкой, ведущей непонятно куда. Я в какой-то момент окончательно плюнул на осторожность и просто шагал по подземелью. Слишком уж долго тут плутал.

На комнату наткнулся совершенно случайно, и это оказалось что-то вроде раздевалки. Комнатка была не слишком большой, но в ней имелось сразу несколько жизненно важных для меня вещей. В первую очередь, раковина.

Пустив воду, я начал смывать с тела кровь. Полностью отмыться не смог, но от большей части избавился. Над раковиной располагалось небольшое зеркало, в которой я увидел свое отражение. Видок у меня был ещё тот, но особое внимание привлекли глаза. Я и раньше замечал, что с их цветом что-то не так, но теперь был в этом абсолютно уверен.

Мотнув головой и отогнав все пугающие мысли, я принялся осматриваться. Чуть раньше заметил неподалеку от входа письменный стол, а над ним что-то, прикрепленное к стене. Лишь сейчас я сподобился посмотреть что.

Это была крайне простенькая схема, над которой было написано: «Для дебилов». Почти сразу я понял, что это примитивная карта, где показывался точный путь от входа к месту, названому на плане «Мучильня». Имелись там так же «Сральня», «Выход», и «Вы, дебилы, тут». Ещё примечательной была стрелка в одном из направлений с большим крестом, где было написано «Закрытая зона. Сунетесь – пеняйте на себя».

Этот план мне немного помог, но именно что немного. Выход вел в один из тюремных блоков, а туда возвращаться мне не стоило. Куча открытых мест и вооруженных охранников. Если пробиваться, то с боем.

Почесав макушку, я решил порыться в столе, и не прогадал. В нижнем ящике нашлись какие-то старые бумаги, среди которых я обнаружил техническую документацию. Быстрый взгляд на схему для дебилов, и теперь я точно уверен, что это схема местных коммуникаций. Скорее всего она специально лежит тут на тот случай, если кто-нибудь заблудится, но поскольку в тюремные охранники вряд ли идут люди одаренные умом, кто-то и нарисовал карту на стене.

Оригинальная схема оказалась очень сложной, и что хуже всего – многоуровневой. Придется брать её с собой.

И тут меня осенило.

Опустившись на одно колено, я сдвинул защелку и активировал артефакт, спрятанный в металлической конечности. Извлек сразу все. Пистолет, патроны и нож положил на стол, а сам одел маску.

– Привет, Алисия.

– И тебе привет. Долго я спала в этот раз?

– Нет, даже дня не прошло.

– А где это мы?

– Где-то между выходом и сральником.

– Необычное место.

– Ты можешь запоминать какие-то вещи? – уточнил я.

– Смотря какие, – с сомнением ответила она.

– К примеру, карту, схему.

– Это вон ту что ли? Для дебилов?

– Нет, другую.

– Да без проблем. Это одна из моих функций, я даже проекцию карты могу создавать перед твоими глазами.

– Тогда запоминай, – сказал я, наклоняя голову вниз.

– Ой…

– Что?

– Ну… как бы… я вижу твою штуку…

Проклятье. Надо было портки найти вначале.

– Слушай, а можно я… – начала девушка, и почти сразу с этим я почувствовал, как напрягаются мои чресла. – Уо-о-о-оу… Получается!

Дожидаться завершения процесса я не стал, просто снял маску, положил её на стол, и отправился на поиски чистой одежды по шкафам. В итоге обзавелся простыми серыми штанами и белой рубашкой, которая была мне велика.

Проблемы возникли лишь с обувью – подходящего размера не нашлось…

Лишь после того, как оделся, вернул маску на лицо.

– Э? Что случилось?

– Наигралась? – поинтересовался я у девушки.

– Да, наверное… – в её голосе было полно разочарования. – Прости, просто это весьма интересный опыт. Сам понимаешь, раньше я была женщиной, а тут… я чувствую то же, что и ты. Понимаешь, я словно оказалась в теле мужчины со всеми вытекающими. И, разумеется, мне интересна физиология другого пола.

– Сейчас не лучшее время для этого, – слегка раздраженно буркнул я. Это весьма странное чувство, когда кто-то чужой заставляет тебя возбудиться против собственной воли.

– Да-да, – словно и не услышала она моих слов. – Слушай, Виктор, а может… Ну… В следующий раз, когда ты будешь с девушкой, как насчет воспользоваться маской? Даме можешь сказать, что это твой фетиш…

– Карта, Алисия.

– Ой, ну, да. Сейчас, – не прошло и нескольких секунд, как передо мной возникла трехмерная схема подземелья. Это настолько меня удивило, что я даже отшатнулся. – Годится?

– Более чем…

– Мы вот тут, – она подсветила одну из комнат.

– Спасибо, – отвечаю, не отрывая взгляда от карты.

– А что мы делаем?

– Пытаемся сбежать из тюрьмы.

– Уже? Ненадолго же тебя хватило.

– Давай серьезно, – фыркнул я. – Мне нужна помощь.

– Ладно-ладно. Знаешь, это весьма и весьма интересное место. Оно многоуровневое, и тут столько всего. Ты уверен, что это тюрьма?

– С чего такие вопросы.

– Это сложно объяснить, воздух тут наполнен энергией. Не маной, а именно энергией. Ты её не ощущаешь?

– Нет.

* * *

С трехмерной картой перемещаться по подвалам Брокен Хиллс стало гораздо проще и удобнее. Я больше не боялся заблудиться.

Алисия, изучив карту, предположила, что помимо той двери, что вела в основную часть тюрьмы, должна быть ещё одна, ведущая в закрытую часть. Ту самую, где по моим подозрениям может находиться другой вход в Лабиринт, а также улучшенные с помощью протезирования солдаты.

Проход на уровень ниже оказался заблокирован, и тот находился как раз в том месте, куда указывала стрелка карты «для дебилов» с указанием «Сюда не ходить». Да охранники и сами не смогли бы туда попасть, поскольку ключа для этой двери не оказалась. Я перепробовал всю связку, но не вышло.

– Есть другой путь? – перед глазами тут же возникла карта.

– Боюсь, что нет, – ответила Алисия, покрутив ту.

Я попробовал налечь на неё плечом. Но сил для того, чтобы выломать металлическую дверь, не хватило.

– Ты правда думаешь, что сможешь выломать её силой? – слегка язвительно поинтересовалась девушка.

– Есть предложение получше?

– Ну… – сделала она картинную паузу. – Есть у меня одна идейка, но я за неё кое-что хочу. Например, чтобы ты одел маску в следующий раз, когда будешь делать это самое. Если хочешь, я даже могу не смотреть. Мне главное ощущения.

– Как насчет того, что я не стану отправлять тебя в фамильную сейфовую ячейку?

– Знаешь, Виктор… Ты зануда и думаешь только о себе, а ведь не смотря на то, что у меня нет тела, я вполне самодостаточная личность, – явно обиделась девушка.

– Так ты можешь открыть замок или нет?

– Могу, – фыркнула она, и в следующий миг я уже потерял контроль над телом. – Мне придется использовать магию, но, как сам понимаешь, поскольку её нет в воздухе, мне придется использовать внутренние запасы маски. И это скверно скажется на времени её работы. Меня максимум хватит на два замка, имей в виду.

– Понял.

Мои пальцы вычертили в воздухе несколько сияющих знаков, при этом я ощущал легкое покалывание в подушечках.

Необычно.

– Готово, – сказала Алисия, и действительно, почти одновременно с этим внутри замка что-то звякнуло. Я толкнул её, и она отворилась.

– Спасибо.

– И все? Это все, что ты можешь мне сказать?

– Алисия! – рыкнул я. – Хватит вести себя как капризный ребенок. Я в гребаной тюрьме! Меня пытали почти полдня! А все, что ты делаешь, это капаешь мне на мозги, пытаясь уломать на секс втроем! Не находишь, что сейчас не самое лучшее время!?

Я не выдержал. Когда в твоих мозгах находится чужое сознание, это и без того стресс. А уж когда оно пытается на тебя давить и даже шантажировать… то сдержаться крайне сложно.

– Прости, – после почти минутного молчания выдавила из себя девушка. – Не хочу оправдываться, но ты не знаешь, каково быть такой, как я.

– Ты права, не знаю. И если хочешь, можешь поведать, но, пожалуйста не сейчас. Удивительно, как настоящая Алисия тебя терпела.

– Она не терпела, я же говорила, что наш с тобой союз отличается. Мы с настоящей Алисией даже не разговаривали. Становились единым целым. Одной личностью.

– Хорошо. Я понял.

– Пойдем, посмотрим, что находится в этом закрытом крыле, – уже чуть повеселела Алисия.

Глава 6. Тайны Брокен Хиллс(2)

Дверь отворилась с противным скрипом, попутно оповещая всех в округе, что кто-то вторгся в закрытую часть тюрьмы. Я даже невольно скривился, ожидая, что в любой момент из-за угла могут выскочить вооруженные солдаты с карабинами в руках.

Но нет, несмотря на громкий мерзкий звук, никто не спешил бежать и смотреть, кто именно приперся, куда не следует.

За дверью нас ждал длинный темный коридор, где не было даже и намека не то что на электрические лампочки, но даже на масляные светильники. Но подобная мелочь нас с Алисией не остановила. Мало того, что магическая маска улучшала ночное зрение, которое у меня и так было как у кошки, так у нас ещё и карта имелась, с помощью которой можно даже на ощупь найти дорогу.

– Давай вначале узнаем, куда ведут эти трубы, – предложила Алисия.

Труб тут и впрямь хватало. А ещё электрические кабели. Если в прошлом подземелье их было просто много, то тут их количество было каким-то запредельным. Они шли по стенам и полотку, а порой мы переходили с бетонного пола на металлический, под которым, я уверен, так же шли трубы и кабели.

Но вскоре нас ждал неприятный сюрприз. Карта оказалась устаревшей. Это мы выяснили, случайно наткнувшись на тупик, хотя по карте было видно, что тут должна находиться, лестница ведущая вниз.

– Ничего, – нисколько не расстроилась девушка. – Есть ещё один спуск.

– А если и он окажется тупиком?

– Ну… Мы в любой момент можем вернуться и попробовать с боем пробиться через «главный» выход.

– Если только с боем… – вздохнул я, покачав головой.

Хорошие новости состояли в том, что на другом проходе глухой стены не обнаружилось. Плохие – там была решетчатая дверь.

– Мне вновь использовать трюк с замком? – спросила Алисия. – Но сразу скажу, что в таком случае я смогу активно работать час, максимум полтора.

– Нет, справлюсь сам.

Данная дверь была закрыта на цепь с навесным замком. Уперев одну ногу в прутья и схватившись покрепче двумя руками за цепь, я потянул ту на себя.

– Ты её не порв…

Цепь лязгнула и в какой-то момент лопнула, заставив меня облегченно выдохнуть. Будь та чуть-чуть потолще, и не факт, что я так легко бы смог её порвать.

– Ты меня впечатляешь Виктор, – охнула девушка. – Не думала, что ты НАСТОЛЬКО силен. Знаешь, не будь ты моим дальним родственником, и будь у меня тело, я бы с удовольствием поближе познакомилась с твоими мышцами.

– Будем считать, что я этого не слышал, – хмыкнул я, начав спускаться по лестнице.

– Эй, ты не подумай ничего такого! – возмутилась она. – Это все исключительно в научных целях! Мне интересно, как человек вроде тебя, не обладающий ни магией, ни выдающейся комплекцией, смог так легко разорвать цепь.

После спуска мы свернули налево, пока не вышли в одно из крупных помещений, вызвавших у Алисии недюжий интерес. И там действительно было на что взглянуть. Большая часть площади помещения оказалась занята разного рода механизмами. Назначение их оставалось загадкой, но больше всего это походило на энергоустановки. Да и Алисия при входе обмолвилась, что воздух тут буквально вибрирует от энергии.

Что примечательно, там обнаружился человек. Безобидного вида толстяк спал на кресле перед панелью с кучей индикаторов. Скорее всего, он и должен был следить за работой всей этой аппаратуры. Он был вооружен, на поясе висела кобура с револьвером. А вот форма была незнакома, но явно принадлежала вовсе не тюремной охране.

Несмотря на то, что я двигался почти бесшумно, тот словно что-то почувствовал и, разлепив сонные глаза, повернул голову.

Мгновенное удивление, а затем он, не думая не секунды, бросается в сторону. Я сразу понял куда именно он бежит – к кнопке, висящей на стене. Сигнализация, вне всякого сомнения.

Стрелять было нельзя, ещё неизвестно, сколько людей тут, так что я сделал единственное, что успевал в данной ситуации – швырнул черный клинок. Тот вонзился ему точно в колено, заставив кубарем полететь на пол.

Толстячок здраво оценил свои шансы добраться до кнопки и схватился за оружие, но я добрался до него раньше, чем тот нажал на курок. Мощный удар моей ноги выбил оружие из рук охранника, а затем я быстрым движением выхватил нож из раны и приставил его к шее толстяка.

– Что это за место?

Тот молчит. Скалится и смотрит с ненавистью.

– Я повторю вопрос. Что это за место?

На что этот лишь плюнул мне в лицо. Точнее, в маску.

– Как грубо, – фыркнула Алисия.

– Действительно, – вздохнул я и быстрым движением перерезал ему горло. Испытывал ли я жалось о содеянном? Немного. Но сейчас не лучшее время играть в благородство. Я дал этому типу две возможности пойти на сотрудничество, тот отказался. А на мне все ещё висит долг в сотню душ.

От убийства я не почувствовал какого-либо притока сил, следовательно жертва ушла Нуорру. Осталось девяносто девять.

– Виктор, это нормально, что ты… только что хладнокровно убил человека?

– Ну, я же в тюрьме. Все логично.

– Мне не нравятся такие шуточки.

– А я и не шутил. Успокойся, Алисия, я уверен, что в этом месте не может быть невинных.

– И тем не менее, это не повод для убийства, – буркнула она.

– Я могу хоть сейчас отказаться от твоих услуг.

– Неважно. Что будем теперь делать?

– Не знаю, может, что-нибудь сломаем?

* * *

Мда, об охране местным стоило позаботиться гораздо лучше. Хотя вряд ли они ожидали, что кто-то может напасть со стороны тюрьмы. Единственная дверь, ведущая в эту часть подземелий, была больше похожа на сейфовую, и вряд ли её можно было так легко открыть без магии. Тут нужен либо ключ, либо бомба. Да и путь к неё не так-то прост.

Мою идею сломать тут что-нибудь Алисия сходу отбросила как слишком грубую и глупую. Да, в таком случае я, вполне возможно, обесточу тюрьму, но и тем самым дам понять всем присутствующим, что что-то произошло.

Скорее всего, Алисия права. Чем дольше я сохраняю статус инкогнито, тем лучше.

Порывшись в кармане у мужчины, я нашел новую связку ключей. Гораздо меньше первой, но это не мудрено.

Тело мертвеца даже не попытался спрятать или оттащить. Любому заглянувшему сюда и так станет ясно, что что-то случилось, ведь останется здоровенная лужа крови. Так что, не став тратить время попусту, просто пошел дальше.

И, увы, произошло то, чего я боялся – карта стала бесполезна. Просто в один момент Алисия сообщила мне, что планы местных катакомб сильно отличаются. И чем дальше мы шли, тем больше становилось тоннелей и комнат, которые не были отмечены на плане. К счастью, моя призрачная спутница весьма ловко дорисовывала недостающие части карты по мере исследования здешних мест.

В конце концов, мы уткнулись в массивную металлическую дверь.

– Может, пойдем в другое место?..

– Нет, я хочу посмотреть, что за ней, – мотнул я головой. Вполне возможно, что за ней скрыт вход в Лабиринт. А если я ещё достану ключ, то без особых проблем смогу через него попасть домой. К счастью, я оказался очень предусмотрительным, и ещё до того, как меня судили, поместил второй компас себе в ногу. Сделал это на тот случай, если первый будет поврежден. Сочетания магического насоса и компаса не слишком надежно. Его легко может повредить монстр, и тогда я вновь стану пленником того подземелья. Всегда нужно иметь план «Б», и это был именно он.

Слева от двери находился рубильник с замочной скважиной. Найдя нужный ключ, я вставил его и потянул за рычаг.

За металлической «стеной» что-то лязгнуло, и она неторопливо поползла наверх, освобождая нам путь.

– Виктор… Нам определенно надо делать отсюда ноги… – мне кажется, в голосе девушки промелькнул страх.

А вот я не испугался увиденного, напротив, оно меня очень заинтересовало. По ту сторону преграды находился огромный ангар, заставленный тяжелыми крепкими клетками. А вот находились в этих клетках как знакомые мне твари, так и те, с которыми мне встречаться не доводилось. Но во взгляде каждой из них я чувствовал лишь голод и желание отведать моей плоти.

– Что за…? – послышался удивленный возглас Алисии. – Что это за чудовища? Откуда они вообще взялись!?

– Я догадываюсь, откуда они взялись, но вот чего не понимаю, так это почему они тут.

Я подошел поближе к одной из клеток, и тут же ко мне протянулось несколько когтистых лап, тщетно пытающихся достать.

– Тебе нравится их дразнить, Виктор?

– Немного, – не стал отрицать я.

Чуть в отдалении стоял простой деревянный стол, над которым находилась лампа, но заинтересовала меня не мебель, а бумаги лежащие на ней. Подойдя и взяв в руки, я внимательно изучил их.

Там оказался подробный список того, что имелось в Большом ангаре, а был, как я понимаю, ещё и малый. В большом хранились существа, большая часть из которых должна была быть доставлена в «Объект 21».

– Объект двадцать один? Что это? – поинтересовалась призрачная девушка.

– Понятия не имею.

Бумаги оказались довольно интересными, но полную картину сформировать все равно не удавалось, лишь добавились новые вопросы. Ясно одно – вход в Лабиринт действительно где-то тут.

По списку чудовищ я лишь бегло пробежался глазами. Там было их полное наименование и даты транспортировки. Ближайшая была назначена на завтра в полдень. Я уже было думал отложить бумаги, как на последней странице заметил весьма странные и пугающие строчки.

«Людская поставка от 13 месяца Сожаления, года 707: 34 штуки»

«Женщин: 16»

«Мужчин: 18»

«5 человек: Объект 21»

«1 человек (номер 502), женщина, переправить на проект «Тень».

«Остальных 28 человек партиями по 5–6 отправлять в Лабиринт»

«Следующая поставка из Объекта 18 ожидается 24-ого месяца Сожаления, года 77».

Прочитанное породило ещё больше вопросов, чем было прежде. Помимо двадцать первого объекта появился ещё и восемнадцатый объект, не говоря о проекте «Тень». Хотя насчет последнего у меня были определенные мысли. Невольно вспомнились те девушки в четырехглазых масках.

А последняя строчка четко говорит о том, что эти поставки довольно регулярные и происходят раз в неделю. Но если верить тем же бумагам, людей держали не тут, а в малом ангаре, который ещё надо было найти.

– Виктор, ты тоже это видишь?

– Что?

– Самый конец.

Действительно, в конце была приписка, сделанная явно не на печатной машинке, а карандашом.

«Дежурному по кормежке: не забыть покормить узников из зоны 7. Торну давать половинную порцию, приказ сверху. Эмроузу давать больше, его списываем в утиль 27-ого».

– Торну… Дядя Уоррен, это он…

Глава 7. Тайны Брокен Хиллс(3)

Как только я узнал, что дядя Уоррен находится тут, я отправился на поиски своего единственного родного человека. Мне стало совершенно плевать на скрытность и на жертвы, так что первых же попавшихся солдат я прикончил быстрее, чем те успели хоть чем-то ответить.

Точнее, один ответил. Железной рукой мне прямо в морду, но я от подобного удара лишь пошатнулся и тут же ударил в ответ.

Из схватки я вышел почти невредимым. Разве что заработал легкое сотрясение и разбитую губу. Повезло, что зубы целы остались. Зато обзавелся рабочим автоматическим карабином и несколькими магазинами к нему.

Очень скоро я смог добраться до малого ангара и столкнулся с поистине ужасающей картиной. Десятки людей разных возрастов сидели в клетках подобно зверям. Они испуганно взирали на меня из темных углов, словно боялись даже дышать в мое присутствие.

От вида этой картины внутри все похолодело. Почти всех их собирались отправить на убой в Лабиринт, и я не понимал лишь одного – зачем? Зачем собирать со всего Лэндуэлла людей, чтобы отправлять тех на корм тварям. Это какое-то безумие.

– Мне нужно знать, где держат особых пленников, – прямо спросил я этих людей, но те лишь испуганно жались к противоположной стене камер. – Я вам ничего не сделаю.

Подошел к одной из камер и, ухватившись за навесной замок, попробовал подобрать ключ. Но тех было так много, что я плюнул и решил сломать его грубой силой. Внутри механизма послышался скрежет, а затем тот сдался и сломался.

– Вот, вы свободны, – сказал я, отворяя дверь, но те даже не думали бежать. Наоборот, лишь ещё сильнее скучились в глубине камеры.

– Виктор, оставь, ты вряд ли что-нибудь сделаешь. Даже если они уйдут… – Алисия не закончила, но я и так понял, что она имела в виду. Они не свободны, даже я не свободен. Мы все ещё в Брокен Хиллс, и лишь чудом ещё никто не прознал, что тут посторонний, и что было убито уже несколько солдат.

Но это вопрос времени.

– Где держат особых заключенных? – повторил я вопрос, уже более грубо. Раз эти люди не хотят бежать, то пусть остаются. Но никто не спешил мне отвечать.

И когда я уже собирался плюнуть на них и уйти, один мужчина, совсем тощий, сделал шаг вперед и молча указал куда-то в сторону. Присмотревшись, там я увидел металлическую дверь.

– Спасибо, – бросил я ему, направившись в указанное место.

Дверь, разумеется, оказалась заперта, но сейчас в этом не было никакой проблемы, чуть ранее я обзавелся ключами. Небольшой отряд, с которым я столкнулся по пути во второй ангар, скорее всего, отвечал за кормежку пленников. Этот вывод сделал из-за того, что у них при себе была тележка с большой кастрюлей. Содержимое последней пахло совсем не аппетитно и выглядело так же, но думаю, это была еда.

Главное то, что у этой парочки при себе имелись ключи, которых не было у первой моей жертвы.

То, что оказалось за дверью, гораздо больше напоминало тюрьму, подходящую для содержания заключенных, чем сам малый ангар с клетками, поставленными как в голову взбредет. Все камеры находились по правую руку и шли ровной линией.

Всего их было больше десятка, но пленников оказалось всего четверо.

– Дядя Уоррен! – воскликнул я, заметив своего единственного живого родственника, лежащего на соломенной подстилке в одной из дальних камер.

Тот приподнял голову, а затем, узнав голос, резко подскочил.

– В-Виктор?

– Да, это я, – отвечаю ему и на пару секунд снимаю маску, демонстрируя лицо.

– Виктор… Мой мальчик… Но… Как ты…?

– Это долгая история. Сейчас я тебя освобожу.

Дядя сильно изменился за то время, пока мы не виделись. Раньше он был довольно упитанным человеком, но под жиром у этого мужчины хватало крепких как сталь мышц. Сейчас же он похудел и сильно осунулся. Нижняя часть лица была скрыта густой и не аккуратной бородой.

Стоило мне отворить камеру, как тот выскочил и заключил меня в своих объятьях. Не смотря на ослабшее состояние, сил у него ещё хватало. Но почти сразу он поморщился и едва не рухнул на колени. Я едва успел его удержать.

– Что с тобой?

– Да так. Эти твари сломали мне несколько ребер. Переборщил я с объятиями…

– Ты точно в порядке?

– Как сказать… Лучше скажи, как ты. И что за дурацкая маска?

– Она вовсе не дурацкая! – воскликнула Алисия, но девушку кроме меня никто не услышал.

– Не обращай внимания, это долгая история.

– Я думал… ты погиб, – на глазах мужчины проступили слезы. – Все эти месяцы я корил себя за то, что не смог тебя сберечь. Вначале твои родители, а затем ты… Вот зачем вы пошли в Лабиринт!?

– Может, вначале стило нам все рассказать, – тут уже не сдержался я. – Если бы мы знали про Лабиринт раньше, мы бы туда не отправились! Если бы мы работали сообща сразу, то всего бы этого не случилось.

– Да, возможно ты и прав, – кивнул он. – Виктор… Я правда рад что ты в порядке. Но я не понимаю… Почему ты тут. Это больше похоже на сон…

– Про ребра вспомни, – напомнил я.

– И впрямь, – невесело усмехнулся дядя.

– Помнишь, как обращаться? – протянул я ему карабин, оставив себе револьвер. Дядя Уоррен уверенно взял оружие, извлек магазин и передернул затвор, после чего вернул тот на место. – Глупый вопрос.

– Нам надо выбраться отсюда и связаться с лордом Блейком, – косясь на выход, сказал Уоррен.

– Блейком? – нахмурился я. – Зачем нам с ним связываться?

Эта фраза уж очень сильно обожгла, учитывая, что именно благодаря Блейку меня должны были убить. И не просто убить, а вначале пытать, чтобы каждое мгновение перед смертью я должен был страдать.

– Потому что он должен был мне помочь. Внутри лордов существует несколько группировок, у которых совершенно разные взгляды на Лабиринт. Вот только проблема в том, что одна из них, та, в которой состоит Блейк, на данный момент предпочитает бездействовать, – попытался как можно более кратко и понятно объяснить мне дядя. – Я должен предоставить Блейку доказательства аморальных экспериментов, что проводятся в Объекте Двадцать Один, которые он должен предъявить на Совете Лордов.

– Это из-за этих доказательств погибли мои родители?

Дядя Уоррен несколько секунд смотрел мне в глаза, но вряд ли их видел из-за маски. Внутри него явно происходила борьба.

– Да, – кивнул он. – Но давай не будем об этом говорить сейчас. Сюда в любой момент может кто-нибудь прийти.

– Хорошо, – не стал спорить я. Как бы мне не хотелось расспросить дядю поподробнее, сейчас однозначно было не лучшее время. Слишком много вопросов, слишком мало времени. Но кое-что из нашей короткой беседы я все-таки подчерпнул. Выходило, что контролировало Лабиринт лишь несколько лордов, а остальные почему-то стояли в сторонке. Почему? Вопрос хороший, и надеюсь, я доживу до того момента, когда смогу узнать ответ. – Только сразу тебе скажу одну вещь.

– Это какую? Только не говори мне, что Сильвия беременна.

– Что? Нет! Как ты вообще такое предположить мог!?

– Ну… учитывая, что она к тебе вроде сильно привязалась, а меня долго не было…

– Дядя…

– Что? Я старый человек. Твоего батюшки уже нет, а так хоть я смогу его внуков поняньчить. Хотя, то, что они будут фуори, конечно, не так хорошо… – он слегка раздосадованно почесал затылок.

– Да нет ещё никаких внуков! – фыркнул я. А вот Алисия хохотала от этого так, что у меня аж в ушах звенело.

– Нет, так нет. Главное, чтобы потом были.

– Ох… – покачал я головой. – Я тебе другую вещь хочу сказать, и она тебе не понравится.

Дядя тут же отбросил свое шутливое настроение и стал предельно сосредоточен. Поражаюсь этому его умению. Буквально по щелчку пальцев передо мной словно другой человек появился.

– Мы не можем рассчитывать на лорда Блейка.

– Почему?

– Я убил его сына.

– ЧТО ТЫ СДЕЛАЛ!? Виктор, да ты спятил!? Как это вообще произошло!?

– Он вызвал меня на дуэль.

– И ты согласился!? Совсем из ума выжил!? – воскликнул он, а затем до него дошло, с кем именно я стрелялся на дуэли и её итог. Лицо дяди буквально менялось на глаза. Вначале злость, затем недоумение, а потом растерянность. – Погоди… Это бред какой-то. Если ты сражался на дуэли с Блейком, как ты вообще жив остался? Он же мастерский дуэлянт, а ты в лучшем случае стреляешь нормально.

– Это хороший вопрос. Его магическая защита попросту отключилась. Или не сработала. Я не знаю. Он выстрелил и промахнулся, я выстрелил и вышиб ему мозги.

– Святые Лорды, Виктор… – дядя чуть за голову не схватился. – Ты хоть понимаешь, что наделал!? Блейк теперь будет жаждать твоей смерти, и что не менее важно, ему теперь абсолютно плевать на все доказательства, что мы с твоим отцом собирали!

– И это опять приводит нас к тому, что стоило мне об этом рассказать раньше. Гораздо раньше.

– Я хотел тебя защитить! Ты не был готов!

– Зато когда стал, оказалось слишком поздно.

Дядя замолчал. По лицу было видно, что он чувствовал сильную вину из-за случившегося и явно собрался сказать что-то ещё, но его прервал неожиданный гул сирены, разнесшейся по этому подземному бункеру.

– Проклятье, – выругался я, хоть и понимал, что это было вопросом времени. Я слишком много наследил по пути к дяде. Зато мой долг перед Нуорром снизился на две души.

– Ох, – вздохнул дядя Уоррен.

– Что за шум? – послышался недовольный голос и к решетке соседней камеры подошел какой-то старый заросший старик. – Торн и циркач в маске?

– Какой ещё циркач!? – возмутилась Алисия, но опять же, услышал её только я.

– Эмроуз, как насчет того, чтобы устроить побег? – ухмыльнувшись, предложил дядя. Собеседник на это отреагировал как-то странно, отошел во мрак камеры, сделал там круг, после чего вернулся и согласно кивнул.

– Почему бы и нет, – пожал тот плечами. – Все-равно мне прямым текстом сказали, что еще неделя-две и от меня избавятся. Странно, что так долго тянули, на их месте я бы это сделал ещё лет эдак пять назад. Так что, какая разница, сдохнуть сейчас или потом? Так хотя бы попробую захватить с собой этих сукиных выродков. Оружие то есть?

Мы с дядей переглянулись. Оружия-то как раз и не было.

– Видимо, нет, – вздохнул Эмроуз.

– Ничего, старина, найдем. Я подстрелю кого-нибудь, а ты держись поблизости.

– А он хоть стрелять умеет?

– Эмроуз? Ты сейчас пошутил? – дядя посмотрел на меня не то с удивлением, не то со смехом. Не поймешь, что у него на уме.

– Нет.

– Эмроуз, расскажи моему нерадивому и глупому племяннику, что ты натворил.

– Да всего-то оставил инвалидом лорда Хейзалса. Так и надо этому ублюдку.

– ЧТО!? – тут уже пришел черед удивляться мне.

Только теперь я стал вспоминать очень старые новости, что какой-то ветеран Бойленской резни стрелял в лорда. Ни имя стрелка, ни какие другие подробности не разглашались газетчиками во избежание паники. А так же везде говорилось, что лорд цел и здоров, но судя по довольной ухмылке Эмроуза, дела обстояли не совсем так.

– Мальчик, дай мне в руки хорошую винтовку, и я многих утащу за собой на тот свет, – ухмыльнулся старик беззубой улыбкой.

Глава 8. Побег из Брокен Хиллс(1)

Помимо Эмроуза к нам присоединилось ещё двое заключенных.

За что их арестовали, мне было совершенно безразлично. Как я уже понял, место это совершенно особенное. Это в главном корпусе Брокен Хиллс сидят насильники, убийцы и ворье, то здесь контингент куда более интересный.

– Виктор, мальчик мой, держись за мной, – заявил дядя, вооружившись револьвером, что был отдан мною. – Эмроуз, прикрывай Виктора. Остальные, держитесь позади и не лезьте на рожон, по крайней мере, пока не получите оружие.

Несогласия после этого не последовало. Оно было у меня, но я решил его пока не выказывать. Дядя все ещё считает, что меня надо оберегать, и просто не понимает, что мне опека не нужна.

Из оружия у меня остался лишь черный кинжал, но это не страшно. В Лабиринте мне было достаточно и его, чтобы сражаться с тварями, словно вышедшими из ночных кошмаров. В данной ситуации чем больше у нас боевых единиц, тем лучше. Дядя стрелял не хуже, а даже лучше меня, так что его навыкам я более чем доверял.

Эмроуз вызывал у меня сомнения, но раз уж дядя Уоррен ручался за его навыки, то и я буду спокоен.

Единственное, что меня волновало, так это нога дяди. Он подволакивал её при ходьбе и постоянно морщился. На вопрос, что с ней, тот ответил что-то вроде:

– Сущая ерунда. Когда пытали, ткнули ножом, куда не надо, и в итоге я её плохо чувствую.

Меня его слова сильно обеспокоили, но дядя пообещал, что задерживать нас не станет.

* * *

На выходе из зоны камер в ангар нас уже ждал добрый десяток бойцов, предложивших нам сложить оружие и сдаться, чего мы, разумеется, делать не собирались. Ответом на данное предложение стал весьма меткий выстрел Эмроуза прямо в лоб одного из охранников. Похоже, дядя был прав, когда говорил что тот отличный стрелок, а я ещё сомневался, смотря на этого невзрачного и хилого деда.

По нам незамедлительно открыли огонь. Одна из пуль срикошетила от стены и попала в ногу арестанту, бежавшему с нами. Тот вскрикнул, но на это особо никто из нас не обратил внимания, и своих проблем хватало.

Противник действовал грамотно, используя укрытия и подавляя нас численным преимуществом. Дядя с Эмроузом были вынуждены отстреливаться, пряча головы за укрытием.

– Все ещё не готовы сдаться? – послышался самодовольный вопрос, когда выстрелы стихли. – За ваши трупы с нас спросят, но не думайте, что мы побоимся вас убить. Бросьте оружия и вернетесь в камеры. Живыми.

Среди пары безоружных послышались тихие перешептывания. Начал их явно раненый, который всерьез задумался о том, что совершил ошибку, решив пытаться бежать. Но ни я, ни дядя, ни тем более старик с винтовкой не намерены были отступать, несмотря на численное и огневое превосходство противника.

– Эмроуз, отвлеки их, как сможешь, – попросил я старика, на что тот ухмыльнулся беззубой улыбкой.

– Виктор, что ты задумал? – схватил меня за руку дядя Уоррен.

– Просто доверься мне.

Я тенью рванул в сторону одной из пустых клеток. Меня, разумеется, заметили и тут же открыли огонь. И даже попали: одна пуля прошила мне левый бицепс. Ещё одна чиркнула по ноге, но там просто царапина.

Ранения нисколько меня не задели, и я, напротив, попытался воспользоваться способностью, благодаря которой ранее становился невидимым для врага. Проблема в том, что для этого я должен был сохранять неподвижность, а я сейчас бежал со всех ног.

Я ни на что особо не рассчитывал, но оказалось, что способность работает. И нет, у меня вовсе не получилось стать невидимкой, но противник все чаще стал стрелять куда-то не туда. Но я полностью игнорировал данный факт – разум должен быть кристально чист. Ни страха, ни сожалений. Я подобен ветру.

– Виктор! Ты совсем спятил!? – послышался испуганный возглас Алисии, видевшей, что я чуть ли не под пули кидаюсь.

На этот раз не пронесло. Одна из пуль ударила в живот, едва не заставив меня потерять концентрацию и упасть на пол от боли. Одно хорошо – пуля прошла насквозь. Но пересиливая боль и продолжая движение, я сходу вонзаю черный клинок в шею солдату.

Стоящий рядом немедленно открывает огонь, полностью игнорируя близость товарища.

Приходится использовать тело первой жертвы как живой щит. Хотя вернее, уже мертвый.

Увы, жизненные силы в этот раз ушли не мне, а Нуорру. Отбросив от себя мертвеца, сделал стремительный рывок в сторону стрелка. Тот оказался не из простых, и встретил меня выдвижным клинком, скрытым в металлической руке.

Это стало для меня крайне неприятным сюрпризом. Да и товарищи, которые были заняты обстрелом прикрывающих меня заключенных, мигом сообразили, что силы противника, зашедшие слева, оказались куда серьезнее, чем ожидалось.

Острие клинка проходит совсем рядом с моим лицом, едва касаясь серебристой поверхности маски. Затем я резко отклоняюсь в сторону, распарывая ногу врага и попутно забирая себе немного жизненных сил.

Этих крупиц не хватило, чтобы затянуть пулевое ранение, но остановило кровь и немного сняло боль.

Глаз цепляется за один весьма интересный цилиндрический предмет на поясе. Почти сразу я вспомнил кое-что и едва сдержал довольную ухмылку.

Одной рукой выбиваю огнестрельное оружие из рук врага, попутно уклоняясь от атаки клинком, закрепленным на искусственной конечности, а свободной хватаюсь за чеку гранаты. Резкий рывок и она покидает свое положенное место.

Солдат сразу реагирует на данный факт, рукой тянется к гранате, но не тут-то было, я изворачиваюсь и, вкладывая все силы в ноги, толкаю его ими в сторону остальных неприятелей, а сам бросаюсь в укрытие.

К сожалению, все прошло не совсем так, как я ожидал. Граната оказалась не осколочной, а начиненная каким-то воздушным химикатом, в мгновение ока создавшим зону тумана вокруг нас.

– Противогазы! – послышалась команда главного. – Отряд два, налево, прикончите этого ублюдка. Отряд один – со мной!

Выстрелы смолкли, и даже мои товарищи не спешили продолжать бой. Видимо, не видели противника и берегли патроны.

– Алисия, ты можешь их…

– Да не вопрос, – отозвалась девушка, прежде чем я успел закончить фразу. И почти сразу после этого впереди я увидел нечто похожее на ауры людей. Отдельные части переходили из красного в оранжевый, но по большей части были синими. – Тепловое зрение, не благодари.

– И все равно спасибо.

Не смотря на то, что враги явно ждали атаки, оказать сопротивления они физически не смогли. Первый же попавшийся на пути враг стал жертвой черного клинка. Я бил специально в самые уязвимые точки, рассчитанные не на мучение или парализацию, а на куда более скорое убийство жертвы.

В меня тут же хлынула живительная сила, раны стали затягиваться, а скорость моих движений возросла на порядок. По мне открыли огонь, и в этот раз я получил уже не одинокую пулю, а целую очередь.

Но только что поглощенные жизненные силы не позволили мне умереть от такого, и уже спешно латали повреждения. Раны затягивались прямо на глазах, а мои враги сквозь туман не могли этому удивиться.

* * *

– Все! – крикнул я.

– Виктор? – послышался голос дяди.

– Да, все кончено. Я разобрался.

Белый дым понемногу начал оседать, и перед собравшимися бежать заключенными Брокен Хиллс предстала настоящая бойня. Больше двух десятков мертвецов лежали у моих ног, и если я правильно запомнил, то Нуорру ушло одиннадцать жизней. Итого: осталось восемьдесят семь душ.

Да такими темпами я управлюсь куда раньше, чем истекут эти три месяца. А что будет дальше? Он просто оставит меня в покое? Почему-то мне в это не сильно верилось…

– Виктор… как ты…? – дядя Уоррен был не просто поражен, он был поистине шокирован подобным. Почти голыми руками я смог разобраться с крупным отрядом хорошо подготовленных солдат, и при этом на мне не было ни царапины.

– Это сейчас так важно? – устало спрашиваю у него.

– Думаю, нет, – немного задумавшись, ответил тот, повернувшись к остальным. – Эй, чего встали!? Хватайте оружие! Или вы думаете, что эта горстка вояк – все, что может нам предложить это место!?

Заключенные стали отходить от шока и нехотя подбирали оружие с пола и боеприпасы с убитых. Я же обратил внимание на несчастных людей в клетках. Во время схватки пострадали и другие пленники. Семь человек мертвы, ещё пятеро ранены.

– Дерьмо… – поморщился я.

– Да… – кивнул дядя, а затем направился к ним.

Он собирался убедить выживших отправиться с нами и участвовать в побеге, но те явно были не готовы сражаться.

– Оставь их, Уоррен, они потеряны и будут нам больше мешаться, – фыркнул Эмроуз, пытаясь образумить дядю, который чуть ли не пинками старался выгнать людей из клеток.

* * *

– Пробиваемся! – воскликнул дядя, прячась за перегородкой.

– Они обходят сверху! – предупредил Эмроуз. – Виктор!

– Понял! – отзываюсь я, собираясь сменить позицию.

Дядя все-таки смог уговорить пятерых мужчин и одну женщину отправиться с нами. Последняя должна была приглядывать за раненым в ногу заключенным. В данный момент они держались позади.

Это уже была вторая перестрелка с тех пор, как мы вооружились и покинули малый ангар. И, несмотря на то, что в первой противников было в два раза меньше, чем во время битвы в ангаре, мы лишились одного из бойцов. Это произошло, потому что у освобожденных из клеток людей не было никакого боевого опыта.

Простые гражданские, которым вручили карабины и коротко проинструктировали, как стрелять. Во время схватки они если и стреляли, то мимо, и по большей части прятались, а стреляли дядя, Эмроуз и те двое заключенных что составляли им компанию. У них, как оказалось, имелись необходимые навыки стрельбы и хватало смелости рисковать жизнью ради свободы.

В данный момент мы оказались в странном месте, представляющем собой гигантский цилиндр, уходящий на глубину в сотню-две метров. В центре, кажется, находился лифт, и все вокруг было усеяно металлическими мостиками и переходами. Причем те имелись как снизу, так и сверху, отчего вести огонь по нам могли сразу из многих позиций.

– Граната! – закричал дядя Уоррен, увидев, как один из вражеских бойцов выхватывает чеку и швыряет гранату в нашу сторону.

А в следующий миг та взрывается, и из неё вырывается уже не дым, а множество металлических осколков.

Это постарался Эмроуз. Его меткость была просто поразительной! Он подстрелил гранату в тот момент, когда враг её швырял. От взрыва мосты содрогнулись, и тот, где непосредственно произошел взрыв, обрушился, увлекая за собой вниз сразу трех солдат.

Неожиданно заработал лифт, и когда металлические ворота отворились, нам навстречу вышел здоровенный бронированный человек.

– Проклятье, – выругался я, сразу узнав один из бронированных костюмов, что уже видел в Лабиринте. Один из товарищей Санни был одет в такой. Но, к моему счастью, он был вооружен оружием ближнего боя и был довольно медлителен.

Этот отличался.

Он мало того, что был чуть крупнее, так у него ещё в руках был крупнокалиберный пулемёт.

– Виктор, – заговорила Алисия. – У нас проблемы, да?

– Это ещё мягко сказано…

Глава 9. Побег из Брокен Хиллс(2)

Я бездумно шагал по канализационной трубе, оставляя за собой кровавый след. По нему меня могли найти, но плевать. Сейчас мне было совершенно не до этого…

Тело лихорадило. Одна пуля застряла в плече, еще одна где-то рядом с позвоночником в пояснице. Парой сантиметров левее, и меня бы парализовало…

* * *

– Виктор, уходи… ты должен… – дядя Уоррен крепко сжимает мою ладонь окровавленными руками.

* * *

Болезненное воспоминание в очередной раз бьет в самое сердце подобно пуле.

– Прости меня… – шепчу я себе под нос. – Прости…

* * *

Силы изначально были не равны, и шансов на успешный побег почти не было. Вот только мы это поняли слишком поздно.

Вначале нас атаковали со всех сторон в зоне лифта, а затем к атаке подключились и типы в доспехах с сервоприводами и кучей бронированных пластин. Но что хуже – их вооружение: крупнокалиберные пулеметы. В один миг наше укрытие стало попросту бесполезным, заставив нас отступить.

Я успел прикончить нескольких противников. Меня прикрывал Эмроуз, за что и поплатился жизнью. Прямо на моих глазах тело старика прошила пулеметная очередь, заставив его рухнуть на пол.

Мне казалось, что в одиночку я способен победить их всех. Ранили? Плевать, боль продлится лишь до того момента, пока я не убью ещё одного. Я получал раны и регенерировал с такой скоростью, что стал считать себя чуть ли не бессмертным.

И забыл про остальных…

Эмроуз был не первой жертвой, но и не последней.

* * *

Я в очередной раз рухнул на каменный пол, полный нечистот, сделав несколько глубоких вдохов, борясь с болью и желанием просто вырубиться прямо тут. Сил продолжать двигаться вперед не было…

Сейчас бы услышать голос Алисии, но та уснула. Именно благодаря девушке я ещё жив.

Но не дядя…

* * *

В итоге остались только я и дядя Уоррен. Он был уверен, что если мы доберемся до западной части комплекса, то сможем выбраться. Где-то там должен был быть выход в канализацию.

И мы действительно смогли его найти, более того, он был достаточно большим, чтобы в него без особых проблем пролез человек. Пока мы разбирались, как открыть массивную железную крышку, которая закрывалась гидравлическим поршнем. Пуля перебила ему бедренную кость и повредила артерию. Даже не смотря на оказанную мной первую помощь, он на глазах терял силы.

* * *

Картины прошлого плыли вместе с моим сознанием.

– Дядя Уоррен… – бормотал я.

* * *

Кровь.

Кровь.

Кровь…

Злость.

Ярость.

И вновь кровь…

* * *

– Они заплатят. Все они заплатят… – рычал я, раз за разом ударяя кулаком по грязному каменному полу. – За моих близких, за мою семью…

В другую руку что-то больно вонзилось и, повернув голову, я с удивлением обнаружил крысу. Её явно привлекла кровь, вот только к несчастью для этой гадины, я был ещё жив.

– Тварь…

Крепко стиснув зубы, я быстрым движением выхватил из-за пояса кинжал и вонзил его в мерзкого грызуна. В тело тут же хлынули жизненные силы, но едва ли этих крох было достаточно, чтобы заживить множество ран. И все же, душа грызуна немного притупила боль и придала достаточно сил, чтобы вновь подняться на ноги.

– Надо идти… нельзя останавливаться…

* * *

Вслед за одной крысой появились и другие, чем я и воспользовался. Нуорру души грызунов были не интересны, так что вся их жизнь шла исключительно мне. После пятой я уже мог более-менее уверенно шагать, да и голова немного прояснилась.

Но это не отменяло того факта, что я плохо помнил последние несколько часов. Скорее всего, это из-за не слишком удачного падения в канализационный сток. Я тогда неслабо приложился головой и, кажется, даже вырубился на несколько секунд, но затем, ничего толком ещё не соображая, побрел вперед.

Хотелось пить и есть, и это было очень хорошим знаком. Куда хуже, если бы я ничего при этом не ощущал, а так я четко знал, что организм идет на поправку и требует питательных веществ для полного восстановления.

* * *

Вначале я услышал крики чаек совсем рядом, а затем не прошло и двух минут, как я вышел на берег реки Бер. Задрал голову. Втянул носом свежий морской воздух.

Думаю, любой другой на моем месте сейчас бы не таращился в голубое небо, а бежал, сломя голову, опасаясь преследования. Пройдет немного времени и враг поймет, что один из бежавших заключенных все ещё жив.

Да, мне стреляли в спину. Да, я рухнул с высоты как минимум десяти метров на бетонный пол, и наверное лишь по этому на выходе из стока меня ещё никто не ждал.

К тому же это не единственный канализационный сток, а лишь один из десятков или даже сотен, разбросанных по всему городу. Разве что мой кровавый след был способен сузить поиски.

Но, не смотря на это, внутреннее напряжение никуда не делось. Мне все так же казалось, что вот-вот по мне откроют огонь.

Сделав несколько шагов вперед, заходя в воду, я падаю на колени и начинаю смывать кровь и нечистоты. На пару мгновений окунул голову в ледяную воду, а вынырнув, почувствовал как разум окончательно проясняется.

* * *

– Виктор, – шепчет дядя Уоррен. Из его рта течет кровь. – Я спрятал… все доказательства, что собирал твой отец… в Коске. Дом на улице Франка, оформлен на Юджина Грейва… – он явно многое хотел сказать, но с каждым словом ему было все сложнее и сложнее говорить. Он кашлял и задыхался от крови. наполняющей легкие из-за пулевого ранения в груди. – Под… половицей…

* * *

Это я помнил хорошо. А ещё стекленеющий взгляд дяди Уоррена и застывшую на его лице улыбку.

* * *

– Я рад, что ты жив… – шептал он тихим голосом. – И ты не должен умереть тут…

– Не умру…

* * *

Сердце ломило от боли из-за утраты, но холодная вода неплохо отрезвляла. Злость и обида полностью не прошли, но уже не заглушали здравые мысли.

Я сбежал. Более того, есть призрачный шанс, что остался инкогнито, учитывая, что большую часть времени я находился в маске, убрав её в пространственный карман, только оказавшись в канализации. Но не стоит на это слишком полагаться. Слишком серьезные люди вовлечены в это. Так что все, что я могу – выиграть немного времени для себя.

– Снова тяжелая ночь? – послышался легкий насмешливый голос, заставивший меня резко дернуться и выхватить из-за пояса револьвер.

Метрах в пятнадцати на большом камне сидел бездомный, улыбаясь мне беззубой улыбкой. Пару мгновений я смотрел на него, пытаясь понять, откуда его знаю, а затем вспомнил.

– Юлий? – поморщился я, вспомнив странное имя старика.

– Он самый, – кивнул тот в ответ.

Но я не расслабился, наоборот, большим пальцем взвел курок револьвера. Одна встреча у реки это случайность, а вот вторая. Причем не просто на улице, а когда я в очередной раз смываю с себя кровь у воды. Это как минимум подозрительно.

Оружия старик не испугался, лишь как-то криво усмехнулся, покачав головой, а затем зашелся громким кашлем. Сплюнув смесь крови и слюны в воду, он достал из старого драного пиджака бутылку, открутил крышку и пригубил.

Но больше всего меня поразил контраст. Бутылка была далеко не обычной, а весьма и весьма дорогой. «Ромарк и Ко»: напитки этой марки стоили от сотни сальтов и доходили до нескольких тысяч.

– Убери оружие, мальчик, – вздохнул Юлий. – Или стреляй. Только решай уже скорее. Не люблю неопределённости.

Немного подумав, я все-таки опустил оружие. Да и глупо было тратить один единственный патрон оставшийся в барабане на какого-то безобидного старикашку.

– Что вам от меня надо?

– От тебя? – удивился старик. – Ты слишком большого о себе мнения, мальчик. Я просто случайно проходил мимо, и заметил старого знакомого. Решил поздороваться.

– Ну-ну, и бутылка «Ромарк и Ко» у вас, Юлий, тоже совершенно случайно оказалась?

– Вовсе нет, – усмехнулся он в ответ. – Но это уже не ваше дело, как, собственно, и не мое, откуда на вас столько крови. Если ответите на этот вопрос, отвечу на ваш.

Я лишь поморщился. Не смотря на то, что раны перестали кровоточить, они никуда не делись. Но ничего, отдых, хорошее питание. и через неделю-две я буду полностью здоров. Если, конечно, не прикончу кого-нибудь раньше.

– Мне потребуется от вас услуга, Юлий.

– Опять позвонить?

– Да. Только… в этот раз у меня нет при себе ни сальта. Но могу отдать вам оружие, – я взял револьвер за боковую часть и показал старику. Тот шмыгнул носом и что-то пробормотал про себя, а затем выдвинул встречное предложение.

– Я не слишком люблю огнестрельное оружие, а вот ножик, что у вас на поясе… Вот он бы мне пригодился.

– Боюсь, что его я отдать не могу.

– Вот как…? – задумался старик. – Ну, хорошо. Может, смогу выменять его на что-нибудь полезное.

* * *

– Виктор, – первым я услышал голос Винса, а затем, прежде чем успел опомниться, у меня в объятьях оказалась Сильвия. Девушка своим напором едва не повалила меня за землю, попутно едва не потревожив начавшие заживать раны, но своим видом я этого постарался не подать.

– Силь… – прошептал я, чувствуя радость из-за того, что она обо мне переживала. Треугольные уши были прижаты к голове, а сама она уткнулась лбом мне в грудь.

– Идиот, ну, и что ты там устроил? – тихо прошептала она. – Тебя уже ищут.

– Даже так, – нахмурился я. Значит, меры предосторожности, что я принял для этой встречи, были необходимы.

– Она очень за тебя переживала, – довольно ухмыляясь, поспешил сообщить Винс, на что Сильвия оторвалась от моей груди и бросила на старого друга полный гнева и ярости взгляд.

Наконец совладав с нахлынувшими эмоциями, девушка отступила от меня и поправила немного помявшееся платье.

– Ты плохо выглядишь, – теперь она смотрела на меня с легкой обеспокоенностью. – Надо обратиться к доктору Шелту, – девушка протянула руку и мягко коснулась моей щеки.

– Нельзя, – отрицательно покачал я головой. – Чем меньше людей обо мне знают, тем лучше.

– Тут я соглашусь, – кивнул Винс. – А ещё я бы порекомендовал тебе покинуть Харкон и где-нибудь затаиться. Фабрикой и прочим ты можешь управлять дистанционно, через нас.

Сильвия утвердительно кивнула, соглашаясь с доводами моего главы службы безопасности.

– Да, я и так собирался это сделать. Оставаться в Харконе сейчас – самоубийство, – и в этом я был совершенно уверен. Пусть я был в маске, но кто-нибудь рано или поздно сложит факт проникновения в закрытую зону неизвестного и пропажу заключенного из Брокен Хиллс. Если уже не сложили. Пока радует, что поиски ведутся вяло, но не стоит забывать и про лорда Блейка. Когда тот узнает, что я все ещё жив, то обязательно попробует разобраться со мной снова. – Я отправлюсь в Коску.

– Не такой плохой выбор, – одобрил Винс. – Он почти на границе и достаточно крупный, чтобы затеряться. Хотя, я бы порекомендовал вообще покинуть Лэндуэлл и отправиться, к примеру, в Трэстримскую Республику. Как раз из Коски туда ходят регулярные рейсы. Поддельные документы я достать смогу.

– Нет. Я останусь в Лэндуэлле. А ещё… – я на пару секунд задумался, собираясь с мыслями. – Я должен вам очень многое рассказать, в частности о том, что случилось в Брокен Хиллс, и почему я бежал.

Глава 10. Южный экспресс

Я стоял на перроне и старался слиться с людьми, ждущими прибытие южного экспресса, что направлялся прямиком в Коску. Мой путь лежал туда. Из багажа при себе был чемодан, содержимое которого оставалось для меня загадкой. Его собирал Винс, а у меня не было времени заглянуть. Но что я знал точно – там лежит гардвинг с запасным магазином к нему. Об этом глава службы безопасности предупредил заранее, попутно посетовав, что места хватило лишь на один дополнительный магазин.

Достал из кармана небольшие круглые часы, посмотрел на время и устало вздохнул. До прибытия поезда оставалось ещё около получаса. Проблема была не столько во времени, сколько в моей маскировке.

У Винса оказалась весьма полезная знакомая: работает в Большом Харконском Театре. Она любезно предоставила ему парик и накладные усы, которые теперь и были на мне. И если с париком было относительно терпимо, хотя голова и прела, то вот клей, на который крепились усы, вызывал раздражение на коже, и что хуже всего, мне постоянно казалось, что они вот-вот отвалятся. Невольно приходилось проверять, на месте ли они.

Одет я был в простецкую рабочую одежду. Она была дешевой и относительно качественной, отчего и была популярна у рабочих фабрик. В подобной одежде я за все время пребывания на вокзале видел ещё нескольких человек, так что за неприметную маскировку Винсу стоит выписать премию. Даже несмотря на парик и не слишком естественно выглядящие усы, на меня никто не таращился.

Зато я заметил подозрительного типа, шныряющего по перрону и время от времени скрывающегося в здании вокзала. Спустя десять минут их стало уже двое. Явно кого-то разыскивают и вполне возможно, что именно меня.

Специально подошел поближе к скоплению людей и попробовал вычеркнуть себя из окружающей обстановки. Получилось лишь частично. Одно дело прятаться от врагов в темноте, под землей, и совершенно другое – стоять посреди оживленной толпы. Это умение не делало меня невидимым, но сейчас подобного и не требовалось. Мне было достаточно, чтобы взгляды чересчур любопытных личностей просто соскальзывали, оказываясь на мне.

Так я и стоял, совершенно спокойно дожидаясь момента, когда прибудет поезд, и, наконец, послышался предупредительный гудок, а вскоре к перрону подъехала массивная черная машина, тянущая за собой состав.

За последние годы железнодорожное сообщение сильно изменилось. На смену паровозам, использующим в качестве топлива уголь, пришли высокотехнологичные поезда, работающие на обогащённом мертилиуме. Не знаю, насколько правдивы числа, указанные в газетах, но если верить журналистам, то путь от Харкона до Коски теперь занимал в два раза меньше времени, и инженеры заявляли, что это не предел. Кто-то из видных инженеров-конструкторов, занимающихся мертилиевыми двигателями, со всей ответственностью утверждал, что в будущем будет создан поезд, способный преодолеть данный путь за каких-то три-четыре часа.

Как по мне – ерунда это все. Технологический прогресс шагнул достаточно далеко, но проделать путь, который у конного экипажа занимает больше недели, за несколько часов кажется уж слишком фантастичным.

Сам поезд казался чем-то массивным, но в тоже время не выглядел вершиной конструкторской мысли. Какому-то «гению» пришло в голову, что клиновидная форма носа – это красиво. Я с ним был категорически не согласен, ещё с детства привыкший к вытянутому носу паровозов и огромной дымящейся трубе. У данной машины труба тоже была, да ещё не одна, а две, и располагались они по обе стороны квадратной кабины.

Выглядела данная конструкция несуразно, и у меня промелькнула мысль, что может стоить поручить через Винса Мерселу попробовать сконструировать собственный? Это влетит нам в кругленькую сумму, но мы ещё можем успеть получить несколько крупных заказов. Железнодорожная сеть расширяется каждый год. Ходят слухи, что собираются построить несколько мостов через Тихий Канал, по которым проложат железнодорожные пути. Это соединит Лэндуэлл с Агромосом и откроет перспективы для роста. Глупо останавливаться на одних только автоповозках.

Но, кажется, я рановато об этом задумался.

Поезд остановился, и у вагонов появились контролеры, что должны были проверить билеты. У меня таковой имелся, и куплен он был на имя Герберта Сумза. Не слишком звучное имя, и малость странная фамилия, но как временная личность сойдет.

Сами документы, не смотря на то, что сделаны явно впопыхах, были довольно качественными. Если не знать, что они фальшивые, то отличить их от настоящих довольно сложно. Знающий человек, скорее всего, довольно быстро раскусит подделку, но таковых ещё надо поискать. По крайней мере, Винс уверял, что проблем возникнуть не должно.

– Ваш билет, – протянул руку седой усатый мужичок на две головы ниже меня.

– Прошу, – протянул я ему листок бумаги.

– Можете проходить, – сообщил он, протягивая мне половину билета.

Я кивнул и зашел внутрь. Почти сразу приметил свободное местечко и, закинув чемодан на полку. Тут же коснулся приклеенных усов, проверяя, на месте ли они.

Ехал я в общем вагоне, и это был мой первый опыт. Отец обычно покупал нам билеты в первом классе, а после его смерти я не покидал Харкон. Теперь же у меня была возможность в полной мере ощутить себя простым работягой, который решил отправиться из Харкона в Коску, к примеру, навестить родителей.

Думаю, это сойдет для легенды.

Посадка продолжалась и вагоны заполнялись народом. Рядом со мной присела немолодая дама, переборщившая с косметикой. На её лицо было нанесено столько белоснежной пудры, что ещё немного, и оно бы превратилось в маску. А яркий макияж в сочетании с пудрой делал её больше похожей на клоуна из бродячего цирка, чем на деловую даму, которой она явно пыталась казаться.

Но внешность её меня мало волновала, куда неприятнее был крайне резкий запах духов. Мои органы чувств после Лабиринта и так были куда острее, чем у обычного человека, и такой сильный раздражитель под боком превращал поездку в муку. Я успокаивал себя тем, что как только поезд тронется, я могу отправиться в вагон-ресторан и большую часть времени провести там.

Стараясь как можно реже дышать, а если и вдыхать, то исключительно ртом, я повернулся к окну и попробовал найти глазами тех подозрительных личностей, шныряющих по вокзалу. Судя по тому, что особого оживления с их стороны не было, я остался незамеченным.

А может, это паранойя? Может… Они тут вовсе не из-за меня?

Вполне возможно, что именно так, но лучше быть параноиком, чем трупом.

Они все так же расхаживали по перрону, заглядывали в вагоны, а я, приспустив кепку, откинувшись на спинку сиденья и делая вид, что решил подремать, краем глаза продолжал наблюдать за мужчинами.

Кто они? Констебли? Нет, не похоже. В констебли обычно идут бывшие военные, так что военная выправка чувствуется в походке, повадках. Эти явно не служили, следовательно, они вряд ли являются солдатами из закрытой части Брокен Хиллс.

Тогда кто? Самый логичный вариант – Дино Сэнларра. Этот влиятельный гангстер по какой-то причине уже несколько раз пытался до меня добраться. И вполне возможно, что это его люди. Так же нельзя исключать, что это нанятые лордом Блейком шпики.

Как же хорошо, что Винс отговорил Сильвию ехать со мной. Фуори ну слишком бы бросалась в глаза. Хотя, как отговорил… Она все равно отправится в Коску, но на другом экспрессе. Встретиться мы договорились в парке Марлы, что располагается примерно в миле от вокзала Коски.

Красивое место. Я там последний раз бывал лет пять назад, а может дольше. И идеальное для нашей встречи. Легко найти, да и расположен он так, что Силь должна суметь избавиться от «хвоста», а что он будет, я даже не сомневался.

Раздался гудок, а затем поезд содрогнулся и пришел в движение. Я пару минут сидел с надвинутой на глаза кепкой, стараясь дышать как можно реже. А когда запах духов сидящей рядом мадам стал совсем невыносим, я поднялся и решительным шагом направился в сторону вагона ресторана.

Всего в поезде имелось два вагона-ресторана. Первый располагался сразу за головой состава и был предназначен для высшего общества. Цены там были запредельные, зато выпивка была первоклассной. Но и попасть туда можно было только по билету в первый класс.

Так что я отправился в противоположный конец состава.

Вагон-ресторан, несмотря на то, что был предназначен для простого люда, выглядел вполне прилично. Я почему-то ожидал чего-то похуже. Пусть без особых изысков, но все красиво и главное – чисто.

Я неторопливо прошел и присел за барную стойку, занимавшую добрую треть вагона, попутно оглядывая присутствующих. Народу было немного: один господин сидел за дальним столиком и читал Вестник Харкона. Дородная женщина кормила свое любимое чадо с ложечки, а то в свою очередь очень не хотело есть и орало на весь вагон.

– Что желаете? – поинтересовался у меня бармен: худой высокий мужчина с темно-карими глазами.

– Бурбон, – немного подумав, заказал я. Мужчина кивнул, и уже через пару секунд передо мной стоял бокал, полный янтарной жидкости.

Пригубил и тут же поморщился. В целом – терпимо, но по сравнению с тем, что хранилось в баре отца, что-то близкое к моче. И, тем не менее, я выпил, и с каждым новым глотком становилось чуточку легче.

– Ещё, – попросил я, и получил ещё один полный бокал. – Ещё!

– Вы бы не налегали так на спиртное, сэр. Утро.

– Все нормально, – отмахнулся я, кладя на стол несколько сальтов, демонстрируя таким образом свою платежеспособность.

Мое тело претерпело сильные изменения после Лабиринта, и четыре бокала крепкой выпивки сейчас были сравнимы с парой глотков пива для меня прошлого. Чтобы как следует напиться, мне нужно выпить несколько бутылок.

А напиться хотелось. Хотелось вернуться в те времена, когда я просто лежал на диване в своем особняке и выслушивал нравоучения дяди, которому очень не нравилось, что я впустую трачу свою жизнь. Тогда все было просто.

А теперь его нет. Последнего родного мне человека нет. Нет надежды на то, что спустя месяц или два он неожиданно объявится, как ни в чем не бывало, и заключит меня в своих крепких объятьях. Уоррен Торн умер у меня на руках несколько дней назад…

– Ох! – воскликнул бармен, когда стакан в моей руке треснул и разлетелся на множество осколков. – Вы не поранились?

– А? – не сразу опомнился я. – Нет, все хорошо. – Оглянув руку, не заметил и намека на порезы.

Надо быть аккуратнее. Я же физически сильнее обычного человека, и кажется, так глубоко погрузился в воспоминания, что совершенно потерял контроль.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.