# Суперпозиция

Владимир Тимофеев

Июльский вечер, парк, девушка, хулиганы… Казалось бы, какая банальность…

Сначала он увидел походку.

Потом фигуру.

А когда девушка остановилась, думая, куда повернуть, Максим окончательно понял, что не имеет права упустить этот шанс.

– Девушка, извините!

Незнакомка предсказуемо вздрогнула и прижала к груди маленькую дамскую сумочку.

– Ох, простите! Я, кажется, напугал вас. Не бойтесь, я просто ищу здесь свою собаку, Динка зовут. Она убежала. Может быть, вы её видели? Такая черненькая, с опущенными ушами, дворняжка, но очень похожа на таксу…

Максим врал настолько самозабвенно, что через минуту и сам поверил чему говорил. Хотя собака у него когда-то и вправду была, только она не пропала, а умерла от какой-то собачьей болезни.

Девушка никакую собаку, конечно, не видела. И вообще – в этом парке она оказалась впервые, и, к сожалению, сама почти потерялась.

Понятное дело, Макс сразу же вызвался проводить даму.

– А как же собака? – невинно поинтересовалась та.

– Ерунда! – отмахнулся мужчина. – Она уже третий раз убегает, но потом возвращается. Так что не переживайте, найдётся…

В уже подступающих сумерках они шли по подсвеченной фонарями аллее и – говорили, говорили, говорили. О чём? Да какая, собственно, разница? Главное Максим уже выяснил: девушку зовут Лиза, и она абсолютно свободна…

– Ой! Что это? – Лиза внезапно остановилась и вцепилась спутнику в руку.

– Не что, а кто, – процедил сквозь зубы тот, стараясь оставаться спокойным.

Трое спереди, трое сзади. Физиономии мрачные. У одного в руках цепь, у второго, похоже, кастет.

«И оружие в сейфе оставил. Шляпа!» – мелькнула досадная мысль.

– Вы что-то хотели, ребята? – проговорил Максим, разворачиваясь боком к противникам и аккуратно «отодвигая» девушку за спину, к краю дорожки. Растущие за бордюром кусты давали надежду если и не сбежать, то хотя бы обезопасить себя от нападения сзади.

Мрачные типы разговаривать не собирались. Они просто надвинулись слева и справа, беря парочку в клещи и…

Откуда прилетел первый удар, Макс не заметил, а ответить уже не смог. В голове словно бы что-то разорвало́сь, сознание милосердно погасло…


В себя мужчина пришёл от шибанувшего в нос запаха нашатыря.

Удивительно, но ни боли, ни тошноты он не чувствовал. Только какую-то слабость, как после болезни.

– Очнулся? Молодец! – склонившаяся над спутником Лиза убрала пузырёк и облегченно выдохнула. – Ты даже не представляешь, как я испугалась.

– Где… эти? – вяло махнул рукой Макс.

– Ты будешь смеяться, но они убежали.

Блузка у девушки была разорвана, на лице виднелись свежие ссадины, но, похоже, она не шутила.

– Убежали?

Лиза улыбнулась.

– Да. Их осы прогнали.

– Осы?

– Ну да. Когда ты упал, эти гады меня в кусты потащили, – глаза девушки гневно сверкнули. – А потом один наткнулся на дерево, и оттуда осы вдруг ка-ак полетели. Целый рой, ну прямо ужас какой-то! – на этом месте рассказчица не выдержала и засмеялась. – Там у них, наверно, гнездо, и эти уроды его повредили.

В голове внезапно «стрельну́ло», Макс болезненно сморщился.

– Где это было?

– Вон там.

Максим с трудом приподнялся на локте, чтобы взглянуть, и чуть было опять не упал.

– Не надо. Лучше лежи, – поддержала его Лизавета. – Скорую и полицию я уже вызвала… Ага. Кажется, едут.

За деревьями и вправду послышался шум сирены.

– Я тогда побегу, встречу их, – девушка поднялась на ноги и строго погрозила мужчине пальцем. – А ты пока не вставай, а то ведь мало ли что, вдруг сотрясение?

Макс судорожно кивнул и прикрыл глаза.

Ему было стыдно. Так опростоволоситься перед дамой – это надо уметь…


– Значит, говоришь, её зовут Лиза?

Аркадий Семёнович откинулся в кресле и внимательно посмотрел на Максима.

– Да.

– И как она выглядела?

– Эээ, – Макс почесал в затылке. – Если я скажу, что она просто красавица, это ведь не будет считаться, да?

– Не будет, – покачал головой собеседник. – Мне нужны конкретные данные: форма лица, рост, особенности фигуры, цвет глаз, причёска, тембр голоса, особые приметы, если имеются… Словом, всё то, чем она отличается от других.

– Увы, – грустно вздохнул Максим. – Я её совсем не запомнил. Почему? Не знаю. Вот вроде глаза закрою и вижу, как наяву. А описать не могу. Что хочешь делай, а не могу, и всё тут.

– Знаешь, Макс, если бы ты не был мне братом, я бы послал тебя к психиатрам.

– Если бы ты не был мне братом, я бы к тебе и не обращался, – буркнул обиженный родственник.

Аркадий Семёнович хмыкнул и развернул монитор.

– Вот, посмотри. Это запись парковой камеры. Видно, к сожалению, мало, но – что есть, то есть.

Максим придвинулся ближе и вперился взглядом в экран.

Дорожка в парке. Та самая. Вот по ней пробежал человек, странно прихрамывая и держась руками за правый бок. Лица не видать – камера снимала бегущего со спины. По левому краю мелькнул ещё один убегающий. Следом, в нижнем левом углу, кто-то как будто упал, но после поднялся и быстро исчез из кадра.

– Как видишь, никакой девушки нет, – прокомментировал фильм хозяин кабинета. – Экипаж скорой и патрульные ППС её тоже не видели, только тебя.

– Но ведь она же звонила им!

– В скорую позвонил мужчина, в полицию пенсионерка, их личности уже установлены. Они сообщили: в парке произошла драка, есть пострадавшие. И, кстати, осиное гнездо там и вправду нашли. Только оно старое и пустое, осы в нём давно не живут, – развёл руками Аркадий Семёнович.

– А другие камеры нельзя посмотреть? Они же наверняка там были.

Брат Максима задумался.

– Да. Верно. Камеры действительно были, но посмотреть не получится.

– Почему?

– В тот временной отрезок они не работали. Специалисты сказали: системный сбой. Такое бывает.

– Ерунда какая-то! – дёрнул щекой Максим. – Я же не идиот. Я точно знаю, что была девушка. И никто меня в этом не переубедит. Даже ты.

– А я и не собираюсь, – усмехнулся Аркадий Семёнович. – И, знаешь, почему?

– Потому что мы родственники?

– Нет. Не только. То, что ты мой двоюродный брат – это лишь половина проблемы. Вторая половина – это вопрос безопасности проводимых в институте исследований. Твоя работа имеет наивысший приоритет по режиму. Поэтому всякие происходящие с тобой странности я, как начальник службы, обязан проверять досконально.

– Так, значит…

– Да. Этой твоей никому не известной красавицей мы займёмся.

– Спасибо, Аркадий, – с чувством поблагодарил Максим.

– Не за что, – отмахнулся тот. – А вообще, жениться тебе надо, братец. Тогда и искать никого не придётся.

– Как только эту найдёте, так сразу же и женюсь, – засмеялся учёный…


Шишка на голове прошла примерно через неделю. Раны в душе зарастать не хотели.

Каждый вечер после работы Максим в течение месяца приходил в тот парк, где они встретились с Лизой, и долго бродил по дорожкам. Увы, но за это время девушка там так и не появилась.

Не удалось ничего узнать о ней и Аркадию.

Он лишь посоветовал носить при себе оружие. Как говорится, на всякий пожарный. Конечно, не в институте – служебный ПМ забирали на входе и возвращали на выходе, и не в метро – туда не пускали даже с травматом. А вот в машине или во время вечерних прогулок – это нормально. Как сказал брат, короткоствол, если что, может помочь отбиться от хулиганов или случайных грабителей.

Летом наплечная кобура по бо́льшей части мешала – приходилось надевать куртку-ветровку, и во время жары в ней было не слишком комфортно.

Зато сегодня, на пятый день осени, когда на улице стало заметно прохладнее, верхняя одежда уже ни у кого вопросов не вызывала. И даже в любимом баре на набережной можно было теперь не снимать её до самой зимы.

Главное здание института располагалось в районе Таганки. С одной стороны, место достаточно людное, с другой – полно огороженных заборами территорий, куда чужих не пускали.

Бар находился недалеко, минут десять пешком.

Макс не был в нём почти три недели, хотя раньше заходил сюда регулярно. Сидел за стойкой, неторопливо потягивал капуччино или латте, смотрел телевизор, слушал, о чем говорят посетители. Говорили здесь, в основном, о спорте или политике. Иногда разговор сворачивал на обсуждение каких-то бизнес-вопросов, в которых учёный был, как говорится, ни ухом, ни рылом. Впрочем, он редко когда встревал в чужую беседу, предпочитая слушать, а не болтать. В такие минуты он просто отдыхал от работы и «ловил» возникающие непонятно откуда идеи.

Одну из них, «пойманную» около года назад, Максим как раз и пытался реализовать сейчас в институте. Теория квантово-запутанных состояний, примененная к макрообъектам. В случае успеха она могла изменить этот мир до неузнаваемости. К добру или к худу – учёный гадать не хотел. Он знал – большинство великих открытий совершают мальчишки, не признающие авторитетов, не ведающие о том, что более опытные и маститые давно доказали, что такие открытия невозможны…

Кандидатская – в 25, докторская – в 31… Максим Викторович Росляков никогда не стремился к наградам и званиям. Они, казалось бы, сами падали на него, отмечая вехи «большого» пути, пройденного легко и непринуждённо, словно на спор с такими же, не подозревающими, насколько это тяжело для других…

И вот сейчас налаженная когда-то система начала давать сбои.

В свои тридцать три Максим неожиданно перестал получать удовольствие от работы. Как будто внутри у него переключился какой-то тумблер, встав в положение «надоело». Причиной хандры стала та самая таинственная незнакомка из парка.

Сутками напролёт Макс думал только о ней, манкируя служебными обязанностями и наплевав на грозные укази́вки начальства. Это было похоже на наваждение. Мужчина прекрасно помнил ту девушку, но совершенно не мог описать. Он чувствовал, она где-то рядом, поблизости, но отыскать её не могли ни полиция, ни спецслужбы, хотя Аркадий и уверял: это дело он взял под личный контроль.

Желание раскрыть тайны природы переросло в навязчивое и иссушающее душу желание найти пропавшую неизвестно куда красавицу по имени Лиза…


Сегодня Максим пришёл в бар с единственной мыслью. Впервые в жизни ему захотелось напиться до чёртиков, вдрызг, до полной потери сознания. Он просто устал искать и был готов признать своё поражение.