Гретхен Рю
Ведьмино наследство. Убийства и чаепития

Original title:

Death by a Thousand Sips

by Gretchen Rue

На русском языке публикуется впервые

В тексте неоднократно упоминаются названия социальных сетей, принадлежащих Meta Platforms Inc., признанной экстремистской организацией на территории РФ.

Все права защищены.

Никакая часть данной книги не может быть воспроизведена в какой бы то ни было форме без письменного разрешения владельцев авторских прав.

© 2023 by Ashley MacLennan All rights reserved.

© Издание на русском языке, перевод, оформление. ООО «МИФ», 2025

* * *

Посвящается моей маме, Джо-Энн, моему первому фанату, моему величайшему фанату, лучшему человеку из всех, что я знаю

1

– У мертвецов самые лучшие книги.

Я опустила взгляд на лежавшую передо мной газету, затем подняла его на женщину, которая ее положила. Имоджен Пратер, единственный штатный сотрудник моего маленького книжно-чайного магазина, выжидательно смотрела на меня с блеском в карих глазах.

Обычно Имоджен вела себя сдержанно, редко проявляя эмоции столь отчетливо, поэтому я откинулась на спинку стула и подняла газету, которую она опустила на стол.

– Прости, ты сказала – у мертвецов?

Она с готовностью кивнула, протянув руку к верхней части страницы, дабы указать на область, представляющую особый интерес.

– Смотри, в старом особняке семьи Уэзерли в Барнсвуде будет проходить распродажа частной коллекции. Бывший владелец, судя по всему, слыл большим книголюбом. Фиби, готова поспорить, в его библиотеке тысячи книг.

Я прочитала статью, на которую указала Имоджен, в ней действительно сообщалось о большой распродаже и аукционе, которые состоятся завтра. Затем я взглянула мимо Имоджен на книжные полки за ее спиной. Несмотря на то что они все еще заполнены, а в подвале у нас стояло несколько коробок с дополнительными запасами, которые мы могли бы использовать для восполнения, – не говоря уже о еженедельном поступлении новинок, – стоило признать, что наша корзина со скидками выглядела немного пустовато. И идея отправиться на распродажу в поисках книг звучала весьма заманчиво.

Прошло около семи месяцев с тех пор, как я унаследовала «Кабинет графа» от своей тети Юдоры и переехала в маленький городок Рейвен Крик, чтобы перенять бизнес и начать жизнь с чистого листа. Будучи разведенной, без дома и ориентиров, я оплакивала кончину тети, но в то же время испытывала благодарность за предоставленную мне возможность.

У меня появился новый дом – великолепный викторианский особняк, не меньше, – и процветающий бизнес. Помимо всего этого, а также Боба, упитанного рыжего полосатого кота, которого она оставила после себя, Юдора предоставила мне все необходимое, чтобы начать жизнь заново и почувствовать себя цельной. Конечно, мое знакомство с жизнью в Рейвен Крик прошло не совсем гладко.

В первую же неделю моего пребывания в городе за моим магазином обнаружили труп, и я угодила в неприятную ситуацию с городской сплетницей Дейрдре Миллер. С тех пор смертей, к счастью, больше не случалось, но Дейрдре по-прежнему меня недолюбливала.

Обосновавшись в маленьком городке, я перестала испытывать чувство вины, когда брала отгул в магазине или принимала важные решения от имени бизнеса. В конце концов, магазин принадлежит мне.

– Здесь говорится, что распродажа начнется в одиннадцать. Завтра я должна выходить в утреннюю смену… – Я работала почти каждое утро, поскольку Имоджен отнюдь не ранняя пташка, а магазин всегда открывала Юдора. Я тоже не очень любила утро, но научилась наслаждаться предоставленным им спокойным временем. Если погода позволяла, то я отправлялась на пробежку, затем сажала Боба в самый нелепый кошачий рюкзак, который когда-либо видела, и мы вместе ехали в магазин на велосипеде.

Чарли Брейвберд из зоомагазина продал мне рюкзак, когда я призналась, что хочу и дальше брать Боба с собой на работу, но не желаю тратить бензин и вредить окружающей среде, проезжая на машине столь малое расстояние. Однако мне не хотелось таскать переноску Боба, даже если мы жили довольно близко. Рюкзак выглядел как нечто из научно-фантастического фильма с отверстиями для воздуха и маленькими окошками-пузырьками, через которые мой питомец мог видеть окрестности. И, к моему удивлению, рюкзак ему очень понравился.

Каждое утро, закончив завтракать, он подходил к входной двери и садился рядом с ним, издавая просительное «Мяу?» в ожидании, пока я соберусь.

Зимой мы отказались от велосипеда в пользу теплой машины, но теперь, когда весна сменялась летом и стояла прекрасная погода без дождей, мы ездили на велосипеде.

В данный момент Боб, свернувшись клубочком в одном из больших кожаных кресел возле камина, дремал. Другое кресло занимал мистер Лауэри, приходивший сюда каждый день, чтобы выпить чая и почитать свою последнюю купленную подержанную книгу. Когда заканчивал ее – сейчас он читал детектив Лауры Липпман, – он сдавал книгу обратно в магазин и повторял процесс заново. Мужчина поступал так практически с тех самых пор, как Юдора открыла магазин. Мне нравилась наша рутина. К тому же мистер Лауэри хорошо отзывался о новых рецептах, которые я пробовала на своей маленькой кухне.

Мы в «Кабинете графа» готовили не так уж много, поскольку у нас не ресторан, но нам нравилось дополнять собственными изделиями ту выпечку, что я ежедневно приносила из «Карамельной феи» по соседству. Огромной популярностью пользовалось наше печенье «Эрл Грей», а несколько раз в неделю я стала добавлять в меню домашние тосты из закваски. Временами мы делали тосты с авокадо и яйцом, иногда с рикоттой, инжиром и медом. Что бы ни добавлялось в меню, оно всегда сметалось с полок к завершению обеденного ажиотажа.

Я перевела взгляд с задремавшего и слегка похрапывающего мистера Лауэри на Имоджен.

– Если завтра я открою магазин, как думаешь, сможешь выйти на смену не к десяти, а к девяти? Так у меня останется достаточно времени, чтобы успеть в Барнсвуд до начала распродажи.

– Да благословят тебя небеса, что ты не попросила меня выйти к семи, – рассмеялась Имоджен, приглаживая свои длинные черные косы, перекинутые через плечо. Она меняла их цвет раз в полгода, дополняя черные волосы забавными элементами. Сейчас остановила выбор на благородном цвете электрик, который придавал ее смуглой коже почти золотистый оттенок. – Считай, что договорились.

– Разумеется, я выплачу тебе сверхурочные за лишний час, – добавила я, будто мне все еще нужно было ее убеждать.

Имоджен усмехнулась.

– Спасибо, но мне не так уж сложно прийти на час пораньше.

– Мы можем позвать Дафну, чтобы та помогла тебе в обед. Знаю, она всегда ждет, что я дам ей больше часов, чем просто смены по выходным. – Мне хотелось предоставить девушке больше рабочего времени на постоянной основе, но магазин редко бывал настолько загружен, чтобы оправдать дополнительную зарплату, и, хотя дела у нас шли хорошо, все же не настолько, чтобы я могла содержать еще одного сотрудника на полную ставку.

В конце концов, у нас небольшой городок, и, хотя с окончанием зимы поток туристов возрос, мне все равно нравилось держать бюджет под контролем, дабы сбалансировать межсезонный спад, когда в магазин в основном заглядывали местные жители, чтобы получить специальные заказы или запастись книгами на случай, если их дом занесет снегом.

На Тихоокеанском Северо-Западе понятие «занесет снегом» несколько иное, чем на Среднем Западе, но иногда меня раздражало, что люди смеялись над нашей реакцией на ледяные бури. Простите, но вы когда-нибудь пробовали вести машину по крутому подъему холма, когда дорога буквально покрыта льдом? А попытайтесь подняться пешком. У вас ничего не выйдет.

Вырезав из газеты заметку про распродажу, я пошла в кабинет, чтобы засунуть ее в бумажник. Я относительно хорошо представляла себе местонахождение особняка, поскольку несколько раз уже ездила в Барнсвуд с тех пор, как переехала в Рейвен Крик, но на случай, если заблужусь, хотелось иметь под рукой подробную информацию.

Кажется, мне предстояло отправиться за покупками за счет магазина. Признаться, я была более чем взволнована.

2

На следующий день рассвет выдался ярким и радостным. После долгой зимы с ее утренней мрачностью в мае наступило облегчение, что солнце вставало раньше меня. Я включила кофеварку и покормила Боба его любимым влажным кормом, после чего зашнуровала кроссовки и отправилась на утреннюю пробежку.

Я преодолела всего около трех миль, и стрелка на часах еще даже не перевалила за шесть, так что у меня осталось достаточно времени, чтобы добежать до дома и быстро принять душ, прежде чем встретиться с Эми в «Карамельной фее» около семи. Она приходила гораздо раньше, готовила хлеб и выпечку на день, но для меня семь часов уже и так было довольно ранним временем.

Утренняя пробежка стала частью моего ритуала, и, хотя зимой зачастую бывало слишком холодно или возникали иные затруднения, я старалась бегать при любой возможности. Сегодняшний утренний воздух был хрустящим, все еще сохраняя крошечные намеки на зимнюю прохладу, и я обрадовалась, что решила надеть спортивную куртку с длинными рукавами.

Хотя в дальнейшем на сегодня прогнозировали теплый и солнечный день, этот момент еще не наступил, и мне не хотелось простудиться. Мои длинные, почти черные волосы, собранные в высокий хвост, во время бега покачивались из стороны в сторону, а плейлист отбивал ритм в такт шагам. Весенним утром ничто не сравнится с музыкой Destiny’s Child, способной придать бегу дополнительную интенсивность.

Я завершила свою короткую петлю, помахав ранним владельцам собак, которым приходилось выгуливать питомцев до начала рабочего дня. Я помнила имена всех животных, однако редко запоминала имена людей. Юджин – маленький корги – принадлежал женщине средних лет с седеющей стрижкой пикси, а Голиаф – возвышающийся над другими собаками дог – был питомцем высокого, стройного мужчины в очках с толстой черной оправой и аккуратно подстриженной козлиной бородкой. Я встречала их обоих каждое утро, как по часам, и мы махали друг другу в знак приветствия, однако редко останавливались поболтать.

Временами я встречала еще несколько завсегдатаев: чихуахуа по кличке Тэнк и трех золотистых ретриверов – Сандру, Рут и Соню, чьи клички вызывали у меня смех каждый раз, когда хозяйка звала их домой. Назвать собак в честь женских представителей Верховного суда – потрясающее решение, и я частенько задавалась вопросом: чем зарабатывала на жизнь пожилая женщина с седой завивкой, ведь она, похоже, уже на пенсии.

Сделав трехмильную петлю, я взбежала по ступенькам и остановилась на верхней доске, когда та издала громкий скрип.

Не думала, что древесина протестует против лишнего веса, поскольку я его точно не набирала. Я отступила, затем снова встала на доску, и она отчетливо застонала и прогнулась подо мной.

С губ слетел громкий вздох. Особняк тетушки Юдоры великолепен, поистине прекрасен, он похож на место, где семейка Аддамс чувствовала бы себя как дома, если бы решила отправиться в отпуск. Но еще он был очень старым, и в последние годы своей жизни тетя уже не могла следить за его состоянием так же тщательно, как в молодости, когда полнилась энергией.

Зимой я старалась не обращать внимания на большую часть необходимых работ, но, очевидно, месяцы мокрого снега и льда немного подпортили крыльцо и ступени.

Осторожно обойдя поверхность, я проверила несколько посеревших досок и обнаружила, что многие из них прогибаются под моим весом. Их замену следует отправить на первое место в списке дел.

Я невольно задумалась, не удастся ли мне подкупить Рича и Лео – ящиком хорошего местного пива и вкусной пиццей из пиццерии Тони, – чтобы они немного потрудились и помогли с починкой.

В детстве, когда я приезжала в Рейвен Крик и проводила лето в доме Юдоры, я подружилась с двумя местными мальчишками, Лео и Рики, и мы были закадычными товарищами примерно до тех пор, пока не достигли возраста, когда мальчикам и девочкам уже не круто дружить, а потом, став подростками, и вовсе отдалились друг от друга. Моя семья переехала в Чикаго, и я перестала так часто приезжать в гости. Однако Лео и Рич остались близки с Юдорой, и, пока они были подростками, она часто привлекала их к работе по содержанию старого дома. Возможно, настало время вернуть им эту привычку.

После возвращения в город я вновь встретилась с мальчиками, которые теперь уже стали вполне взрослыми мужчинами, и, хотя поначалу мне казалось, что между мной и Ричем что-то происходит, мы почти сразу же притормозили. Мы оба недавно развелись, и начало нового романа представлялось мне предвестником катастрофы.

Лео, как я подозревала, хотел бы пригласить меня на свидание, но он застенчив и пока не решался. Хотя он и не мой типаж – здоровяк размером с медведя, высокий и грузный, с густой бородой, – вероятно, я бы согласилась.

Что ж, я позвоню им, когда вернусь из Барнсвуда, и узнаю, какие у парней планы на выходные. Откладывать неизбежное с крыльцом не имело смысла, и я могла бы, наверное, заехать за пиломатериалами сегодня по дороге домой. В Рейвен Крик был только небольшой хозяйственный магазин, в то время как в Барнсвуде настоящий склад лесоматериалов.

Взглянув на часы, я быстро забежала в дом, чтобы взять рулетку из ящика кухонного стола. Не могла же я покупать пиломатериалы, не зная, что мне нужно. Вернувшись на порог, я поняла, насколько же серьезная предстоит работа по ремонту всего крыльца, и решила, что пиво с пиццей для такого масштаба не подойдут. Но мы, вероятно, сможем заменить первые доски за выходные, чтобы я случайно не проломила их ногой, возвращаясь домой после пробежки.

Я быстро измерила ту часть, которую посчитала наиболее важной, включая сами ступеньки, и вбила цифры в телефон. К тому времени, как закончила, у меня оставалось всего около пяти минут на быстрый душ, чего бы не хватило даже на то, чтобы как следует нагреть воду, и я мысленно поблагодарила себя, что накануне разложила одежду и мне не пришлось сейчас об этом думать.

Несмотря на то что погода становилась все более летней, по утрам и вечерам еще сохранялась прохлада, чтобы носить одежду с длинными рукавами. Но в «Кабинете графа» мы зажигали камин, и жар от печей, где я выпекала хлеб и печенье, не давал мне замерзнуть. Я выбрала хорошие джинсы, самые удобные черные мокасины – целый день на ногах научил, что умная обувь важнее симпатичной, да и кто знал, как сложится ситуация на распродаже недвижимости, – светло-серую футболку с художественным принтом Альфонса Мухи[1] и сверкающими золотыми мазками, придававшими рисунку особый блеск при правильном освещении, а также длинный кардиган цвета корицы, доходивший мне до колен. Кардиган на самом деле принадлежал Юдоре, будучи одним из нескольких предметов ее одежды, которые я оставила себе. Остальные вещи пожертвовала местному комиссионному магазину, но некоторые произвели на меня неизгладимое впечатление, и мне понравилось, что Юдора отдавала предпочтение высококачественным вещам, которые казались достаточно вечными, чтобы легко вписаться в мой существующий гардероб. В сочетании с кардиганом и футболкой я готова к любой погоде.

Боб уже ждал меня возле входной двери, когда я закончила одеваться, виляя хвостом и внимательно наблюдая за мной большими желто-зелеными глазами. Он заметил, что рюкзак не стоит у двери, и осуждение на его мордашке читалось ясно как день.

– Мр-мяу, – выдал он.

– Не смотри на меня так. Ты поедешь, просто сегодня мы воспользуемся машиной. Хотя, наверное, мне лучше оставить тебя дома, чем заставлять бедную Имоджен весь день терпеть этот взгляд.

Кот медленно моргнул и замурчал, словно показывая, что не верит, будто я его оставлю, и что Имоджен нравится проводить с ним время, потому как с ней он идеальный джентльмен.

Когда я только унаследовала особняк Юдоры, никто не предупредил меня, что в комплекте шел кот. Он просто ждал меня на крыльце, когда я приехала. Позже Лео рассказал, что Юдора просила его периодически заходить и кормить кота до моего приезда, и Лео был очень щедр с Бобом в вопросе еды. Когда я с ним познакомилась, грозный рыжик представлял собой настоящий пушистый шарик. Он все еще крупный малый, но теперь явно стал немного здоровее.

Ему не нравилась та небольшая диета, на которую я его посадила, однако ветеринар сказал, что для здоровья ему не помешает сбросить около пяти фунтов. То же самое я пару раз слышала и от своего врача, особенно сразу после развода, когда мой рацион состоял в основном из моих добрых друзей Бена, Джерри и Тима[2].

Поскольку сегодня мы ехали в магазин не на велосипеде, переноска казалась мне лишней. Боб не из тех котов, которые рвутся на свободу, стоит только открыть дверь, поэтому я взяла сумочку, убедилась, что ключи под рукой, и подняла его на плечо.

– Мр-р-р-р-р-я-а-а-ау-у-у-у, – драматично завопил он, сильнее взмахнув хвостом.

– Или так, или в переноске, выбор за тобой, приятель.

Боб замурлыкал.

– Так и думала.

Менее чем через десять минут мы уже открыли заднюю дверь «Кабинета графа», и Боб направился к своему любимому креслу, оставив, как всегда, свободным место мистера Лауэри. Он потянулся, а затем свернулся в плотный рыжий клубок.

Как всегда.

Я закинула сумочку в кабинет и направилась к входной двери. Мне нравилось, что по соседству расположена «Карамельная фея». Очаровательная маленькая пекарня с розовыми и белыми акцентами и прелестными столиками в стиле парижского кафе снаружи, и ее покупатели почти всегда находили дорогу в мой магазин или наоборот.

Кто не любит книги и латте или чай и выпечку? Хотя наши предложения пересекались с ассортиментом пекарни, соперничества не возникало. Эми не делала специальных обедов, как мы, а мы в основном выставляли в магазине ее выпечку, в то время как у нее был представлен выбор наших самых популярных сортов чая. Взаимовыгодные отношения, которые, похоже, устраивали всех.

И мне по душе, что каждое утро у меня имелся повод, чтобы зайти к Эми и выпить идеальный шоколадно-ореховый латте. Она предлагала и другие вкусы в зависимости от сезона, но я просто помешана на этом сладком утреннем лакомстве и редко меняла свой постоянный заказ.

Прежде чем отправиться в магазин Эми, я улучила момент, чтобы окунуться в мирную утреннюю тишину на Мейн-стрит. Хотя Рейвен Крик далек от шумных мегаполисов, центральные улицы, несомненно, становились более оживленными с наступлением дня. Учитывая местных жителей и постоянно прибывающих туристов, на улицах всегда можно было встретить толпы народу.

В течение нескольких месяцев, когда я приходила на работу, на улице еще царила темнота, поэтому мне редко удавалось оценить красоту моего нового родного города, и теперь мне впервые предстояло насладиться весной и летом здесь, будучи взрослой.

Солнце пробивалось сквозь высокие сосны и придавало горам на заднем плане серо-розовый оттенок, отчего все вокруг напоминало ненастоящий голливудский фон. Слышалось заливистое щебетание птиц, а из пекарни Эми доносился аромат свежего хлеба.

Я улыбнулась и удовлетворенно вздохнула, ощутив то спокойствие, которое возникает лишь в моменты, когда человек уверен, что он дома. Именно так теперь ощущался Рейвен Крик. Может, я чувствовала себя здесь дома даже сильнее, чем где-либо еще, с самого детства.

Несмотря на то что часы показывали семь утра, Эми уже зажгла вывеску «Открыто», и внутри горел свет. Пекарни и должны открываться рано, а закрывалась Эми с последним проданным изделием. Каждый день она приходила около трех часов, чтобы приступить к выпеканию буханок для утреннего самовывоза и доставки, и к шести тридцати открывала заведение для посетителей.

Не то чтобы их было много в это время.

Я оказалась единственным клиентом в магазине, и Эми вышла из подсобки с широкой улыбкой. Мои белые коробки с заказами уже аккуратно лежали на прилавке за ее спиной, ожидая моего прихода.

– Как обычно? – усмехнулась она, доставая пустой розовый стаканчик для кофе.

Я протянула ей кружку, которую захватила из дома.

– Имоджен постоянно читает мне нотации об углеродном следе, поэтому я заказала это. – Я показала ей кружку. Она мятно-зеленого цвета, и на ней бронзовым шрифтом был изображен логотип «Кабинета графа», такой же, как на большой деревянной табличке над нашей дверью. – На лето хочу купить полупрозрачные, они немного больше, чтобы люди могли видеть красивые оттенки холодного чая. Что скажешь?

Эми взяла легкий пластиковый стаканчик, который выглядел так же, как и бумажный, за исключением того, что его можно мыть и использовать снова и снова.

– Это действительно здорово, Фиби. Не могла бы ты прислать мне информацию, где делала заказ? Я бы с удовольствием купила такие для магазина.

– Конечно. – Схватив с ее прилавка блокнот, я написала название сайта. – У них отличные предложения для оптовиков, и можешь сначала получить образцы, дабы убедиться, что все выглядит как надо. Я собираюсь предложить скидку всем, кто принесет собственную емкость.

– Мне нравится. – Она подошла к раковине рядом с кофеваркой и быстро ополоснула мою кружку горячей водой, а затем принялась готовить мой обычный латте.

Я окинула взглядом баночки с листовым чаем на кондитерских шкафах.

– Похоже, у тебя почти закончился «Лимонный пирог с меренгой». Хочешь, занесу тебе позже добавку?

– Было бы замечательно. Спасибо. – У нас с Эми не традиционные отношения клиента и продавца. Мы обменивались товарами: я приносила ей чай, какой она хотела, а она отдавала мне выпечку почти за бесценок. Так они работали с Юдорой, а теперь и со мной.

Чего Эми не знала, а я часто хотела ей об этом рассказать, так это того, что она фактически мой арендатор. Вскоре после приезда в Рейвен Крик, благодаря неожиданному убийству на заднем дворе магазина, я узнала, что мне принадлежит не только «Кабинет графа». Юдора владела половиной предприятий на Мейн-стрит.

Вместо того чтобы тратить доход от аренды на собственные нужды, она пообещала предыдущему владельцу использовать деньги исключительно на благо города. Теперь, когда я стала владельцем, все осталось по-прежнему. Я никому не говорила правду о своем статусе, поскольку подозревала, что ко мне начнут относиться иначе, если узнают, что на бумагах я миллионер.

Правда, деньги не совсем мои. Я управляла ими через второстепенный бизнес с помощью нескольких юристов, и они просто обращались ко мне, когда что-то в городе требовало внимания. Недвижимость содержалась в чистоте, арендная плата никогда не повышалась, а на Рождество мы украшали городок лучше, чем любой другой крупный город в радиусе пятидесяти миль.

Немного странно – технически владеть «Карамельной феей», но мне приятно осознавать, что я обладаю властью, благодаря которой Эми и другие владельцы бизнеса могут не беспокоиться о том, что их предприятия закроют.

Рейвен Крик – небольшой городок, и ему нужны милые маленькие бутики, чтобы привлекать внимание туристов. Мы славились своими прекрасными пешеходными тропами и смотровыми площадками для наблюдения за птицами, не говоря уже об очаровательной европейской атмосфере, которую излучала местная архитектура, но именно люди и магазинчики заставляли туристов возвращаться.

К тому же Эми уже знала другой мой самый большой секрет, и этого более чем достаточно. Если его можно назвать секретом.

Я унаследовала не только книжный магазин и упитанного кота.

После смерти Юдоры я также узнала, что она была ведьмой.

Как и я.

3

По Рейвен Крик давно ходила шутка о том, что Юдора ведьма. Даже когда я приезжала сюда в детстве, другие дети считали Лейн Энд Хаус пристанищем злобной колдуньи.

Они на спор стучали в его двери и убегали, что, к моей досаде, продолжалось и после кончины Юдоры, каждый раз приводя меня в ужас.

Тогда я списывала эти слухи на глупую детскую чепуху, но я еще не знала, что, пока дети пугали друг друга историями о доме и живущей в нем ведьме, их родители заглядывали в магазин Юдоры, чтобы купить ее особые чайные смеси. Те, которые мы хранили в подсобке, а не выставляли на всеобщее обозрение.

Юдора обладала особым талантом к заклинаниям намерения, о котором я узнала от своей подруги Хани, владелицы магазина «Новолуние». Необычный магический дар тетушки заключался в умении помогать другим людям получать то, чего они жаждали больше всего на свете. Это был уникальный бескорыстный дар, потому что он работал только на благо других, а не самой Юдоры.

Она брала свой дар и, образно выражаясь, вливала его в приготовленные ею смеси. Люди, которые пили ее любовный чай, денежный или другие составленные ею специальные смеси, обязательно испытывали на себе положительный эффект. Она действительно желала людям добра.

Я способна делать то же самое, но с меньшей эффективностью. В результате неожиданных проб и ошибок мне удалось выяснить, что я обладаю особой предрасположенностью к магии вероятности. То есть в определенных ситуациях способна буквально остановить время и изменить уже запустившийся ход событий. Не сказать, чтобы я могла это контролировать, хоть и старалась. Дар проявлялся в самые неожиданные моменты и позволял помогать незнакомцам, которые спотыкались, прежде чем упасть на землю. В одном очень захватывающем случае, который, я надеюсь, никогда не повторится, мне удалось увернуться от летящей пули.

Это очень крутой дар, но мне бы хотелось иметь возможность управлять им.

Что касается более общих колдовских навыков, то с тех пор, как я узнала правду о себе, раз в пару недель стала посещать «Новолуние», чтобы выпить чая – а иногда и вина – с Хани, владелицей лавки и подругой по ремеслу, и попрактиковаться в некоторых основных способностях, которые имелись в моем распоряжении. У большинства ведьм есть одна или две области, в которых они от природы разбираются лучше, однако у каждой имеются и более общие магические дары.

К сожалению, ни один из моих колдовских навыков не пригодится в починке крыльца или стрижке газона. Зато я могла выключать свет, лежа в постели, одним щелчком пальцев, что стало довольно интересным открытием.

Хани пыталась успокоить меня относительно моих скудных колдовских способностей, напоминая, что большинство ведьм открывают в себе силу примерно в период полового созревания, а я вроде как стала поздним цветком. У меня в запасе меньше времени на обучение и развитие, а значит, я еще не успела отточить все азы.

Но я справлялась, просто требовалось время.

Я размышляла о полезности своих способностей, пока балансировала двумя большими коробками с выпечкой, кружкой кофе и ключами от магазина. Я опустила взгляд, задаваясь вопросом, почему до сих пор не придумала что-нибудь получше, а потом заметила сидящего на внутреннем подоконнике Боба, который взирал на меня немигающим взглядом огромных глаз.

Если бы только я могла научить кота открывать двери.

Нет, забудьте: я бы не знала ни минуты покоя, умей он самостоятельно выбираться наружу. Почему котов так тянет на улицу? Внутри хорошо и уютно, там бесплатная еда и удобное место для сна. И все же многие из них вели себя так, словно были заключенными.

Боб не из таких, но он определенно следил за дверью, когда я куда-то уходила одна. Возможно, на улице с ним бы ничего не случилось: район не слишком оживленный, особенно на холме возле моего дома, и я не думаю, что в лесу за Лейн Энд Хаусом много потенциальных хищников, но мне было спокойнее, что кот находится в особняке.

Я с трудом открыла дверь, колокольчик радостно звякнул, словно поздравляя меня, а затем смогла дойти до стойки с чайным сервизом, пока Боб терся о мои лодыжки на каждом шагу.

– Если бы не знала тебя лучше, подумала бы, что ты пытаешься меня убить, – укорила я его. – Но я шучу, приятель, тебя еще нет в моем завещании.

Он громко замурлыкал, а затем побрел обратно в сторону книжного отдела, к своему креслу, на котором теперь виднелась небольшая выемка в коже в форме Боба. Даже старушки из команды «Вяжи и потягивай» оставляли кресло свободным для него, когда еженедельно собирались у камина, чтобы повязать, обменяться сплетнями и выпить горячий чай. В подсобке у нас стояло еще несколько стульев, которые мы выносили в пятницу, и Боб мог спокойно сидеть с женщинами.

За зиму они связали ему маленькие праздничные свитера, и это были самые милые вещицы, которые я когда-либо видела. Боб их не любил и жутко извивался, когда я пыталась надеть на него свитер, но я позаботилась о том, чтобы сфотографировать его во всех четырех и подарить снимки женщинам на Рождество в качестве открыток. Они пребывали в восторге.

Я разложила всю выпечку на длинные белые сервировочные тарелки, которые мы использовали в холодильнике со стеклянной витриной, позаботившись о том, чтобы красивые клубничные тарты и радужные макароны стояли на самом видном месте на верхней полке. И, оставив свободное пространство для нашего фирменного печенья «Эрл Грей», отправилась на маленькую кухню, чтобы приступить к его приготовлению, а также выпечь ежедневные буханки хлеба на закваске.

Закваска в «Кабинете графа» была сделана Юдорой, когда ей было примерно столько же лет, сколько мне, то есть она появилась здесь раньше меня. Закваска была завораживающим творением, словно живым питомцем, за которым нужно ухаживать и относиться к нему с уважением, и я следила за тем, чтобы в магазине ее кормили дважды в день.

С тех пор как мы стали готовить в магазине специальные обеды, мне пришлось увеличить количество регулярно выпекаемых буханок. Раньше мы обходились двумя, теперь же выпекали четыре, и все равно к концу обеденного перерыва они заканчивались.

На столе стояли четыре большие миски, каждая из которых была накрыта хорошо вычищенным полотенцем и оставлена на ночь для подъема теста. Две из них со стандартным тестом на закваске, одна – с черным перцем и розмарином, а последняя – с тестом по новому рецепту, в котором большие куски сыра чеддер смешивались с измельченными кусочками халапеньо. Я экспериментировала с ним, пробовала как свежий халапеньо, так и маринованный, но наибольшего успеха достигла с последним, поскольку маринованный вариант не сморщивался и не становился жестким в процессе выпечки.

Обычно я старалась выпекать и пикантный хлеб, и сладкий, но сегодня оба решила сделать острыми. Простой же хлеб можно использовать для чего-то более десертного. Правда, у меня возникла идея попробовать на следующей неделе вариант с арахисовым маслом и шоколадными кусочками. Некая терпкость закваски и слегка горьковатая сладость темного шоколада очень хорошо сочетались. Главное, что меня беспокоило, – как лучше замешать арахисовое масло. Может, просто влить его в тесто? Или же стоит разложить на пергаментной бумаге, заморозить, а затем подмешать замороженные кусочки в массу – так выйдет немного чище.

Размышляя о вариантах более сладкого хлеба, я принялась думать о свежих продуктах, которые вскоре будут легко доступны, и какое применение я им найду. В Вашингтоне выращивали одни из лучших в стране местных продуктов – от яблок до персиков и груш. Весной и летом мне представится множество вариантов. Может, сделать буханку с вишней и шоколадом? Сушеная вишня служила основой для нашего чая «Вишневый пирог», так что у меня определенно завалялись запасы.

Я так погрузилась в размышления о новых рецептах хлеба, что не заметила, как уже испеклась первая партия печенья. Достав горячие противни, я оставила их на решетке остывать, а затем поставила в духовку первые две буханки. Выглядели они неплохо, но я смотрела в интернете видеоролики, в которых гораздо более опытные пекари обматывали буханки шпагатом и с помощью специального лезвия, предназначенного для искусного обращения с хлебным тестом, вырезали на поверхности замысловатые узоры. Отчасти мне хотелось попробовать сделать что-то столь же изысканное, но я также знала, что мы не продаем хлеб целыми буханками, так что все усилия оценю только я сама. И, возможно, пользователи «Инстаграма»◊.[3]

Прикрепив к фартуку простенький таймер и отправив выпекаться не самые изысканные буханки, я прошлась по магазину, дабы убедиться, что все готово к предстоящему дню.

Это просто привычка, поскольку я знала, что Имоджен всегда наводит порядок, а книги, которые она не успевает расставить по полкам, аккуратно складывает в нашу библиотечную тележку. Сейчас в ней лежало не более дюжины томов.

Я привела в порядок новую витрину с многоразовыми стаканчиками на чайном прилавке и проследила за тем, чтобы наша маленькая корзина с бесплатными наклейками «Кабинет графа» была заполнена. Я прибегала к различным методам маркетинга, дабы убедиться, что магазин имеет отличительный вид и узнаваемый бренд. Мы составили четкое расписание постов для страницы магазина в социальных сетях, в чем Дафна преуспела. Она также пыталась убедить меня, что приложения для просмотра коротких видеороликов, такие как «ТикТок», очень привлекают покупателей, но, поскольку у нас нет интернет-магазина, я не решалась вести страничку и там.

Это еще одна из моих долгосрочных целей. Юдору вполне устраивала посещаемость магазина, и он действительно пользовался успехом, но я изучала сайты других книжных, и у многих из них есть системы онлайн-заказов, позволяющие покупателям заказывать и получать товары с доставкой.

Работы бы прибавилось, и нам бы пришлось обсудить вопрос упаковки и логистики, зато, если бы дело пошло в гору, мы бы сумели обеспечить Дафне полный рабочий день. Но это связано с расходами, не говоря уже о сложной задаче проведения полной электронной инвентаризации. Сейчас ни одна из подержанных книг в магазине не каталогизирована по названиям. Мы просто наклеивали на них ценники и вручную вводили цены в кассу. Что значительно облегчало задачу, когда мы решали переместить старые запасы в корзины для распродаж – достаточно было наклеить на оборот оранжевый стикер с новой ценой, и все готово.

Но я уже привела колеса в движение и надеялась оцифровать весь магазин до наступления осени. Задумка масштабная, и нам придется закрыться на несколько дней, чтобы ее осуществить, но в конечном счете это того стоит и, возможно, увеличит наши продажи в зимние месяцы, когда с улицы заходит не так много покупателей.

Черт, мы могли бы разместить в интернете и товарные запасы чайного отдела и начать рассылать их тоже.

Мне стало интересно, существуют ли какие-либо правила относительно пересылки чая, чтобы люди не подумали, будто я тайком провожу какую-то махинацию с наркотиками.

Взглянув на Боба, я задумалась еще и о другом проекте, который находился в процессе реализации, – я собиралась привезти в магазин несколько котов, которые ищут новый дом. Уже обсуждала это с директором приюта в Барнсвуде больше месяца назад, и мне показалось, что он не против предложить некоторым из животных, которые дольше всего находились в приюте, пожить в магазине.

Мы не могли выпустить их на волю, как Боба, но я планировала отстроить для них закуток возле камина. Идея заключалась в том, что посетителей магазина будут привлекать милые животные и домашняя обстановка, они увидят сидящего у камина Боба и поймут, что тоже хотели бы завести питомца, который будет рядом во время чтения книг.

Боб получал столько любви и внимания от покупателей, что я могла только представить, какому количеству котов мы могли бы помочь найти дом.

Однако этот план я тоже не могла реализовать в одночасье. Я получила разрешение от приюта, нашла место – мы перенесли одну из небольших книжных полок, а Лео даже предложил помочь мне построить вольер. Теперь мне нужно было получить разрешение от городского совета, потому что, очевидно, держать в магазине моего кота и привезти приютских кошек – это разные вещи, и мне пришлось подать заявку на изменение зонирования.

Учитывая, что само здание, как и прилегающие постройки, принадлежит мне, жаловаться на внесение изменений некому. Я убедилась, что все будет находиться на безопасном расстоянии от места, где мы готовили и подавали еду. Обитель животных будет находиться так далеко от чайного отдела, как это вообще возможно, не посягая на территорию «Карамельной феи». Моя работа закончена, оставалось только дождаться официального разрешения, чтобы приступить к постройке, а на это уходила целая вечность.

Бюрократия не шутка, даже в маленьких городах. Быть может, особенно в маленьких городках. Не помогало и то, что в совет входила Дейрдре Миллер, и, возможно, именно из-за нее задерживали рассмотрение моих документов.

Стоит один раз обвинить женщину в убийстве, и она навсегда затаит обиду.

На этой неделе должно состояться заседание, на котором будут рассмотрены новые проекты, и я надеялась, что, если выскажу свою идею публично, процесс ускорится.

Признаться, мне также просто нравились ежемесячные открытые заседания городского совета. Собрания в «Девочках Гилмор» всегда выглядели немного глупо, пока я не начала ходить на собрания в Рейвен Крик и вдруг поняла, что это правда: жители маленьких городов действительно иногда бывают немного не в себе.

Фитнес-трекер на запястье зажужжал, сообщая мне две вещи: во-первых, я почти не двигалась с тех пор, как пришла в магазин этим утром, а во-вторых, уже без десяти минут восемь, а значит, скоро пора открывать магазин.

Я выложила остывшее печенье на тарелку, которую отнесла на витрину. Теперь она заполнена до отказа и готова к предстоящему утру. Взяв с полки большую емкость чая «Ханикрисп[4] с жимолостью», я высыпала четверть в прозрачную стеклянную банку, затем поставила ее на прилавок с табличкой «Чай дня».

Наступал сезон холодного чая, и мне предстояло оценить купажи Юдоры, чтобы понять, какой из них лучше всего подавать холодным. Я уже практически освоила приготовление по ее рецептам, когда нужно было пополнить запасы, но все еще не решалась на собственные эксперименты.

В какой-то момент мне пришлось бы попробовать что-то новое, поскольку «Кабинет графа» славился своими уникальными смесями, а Юдора всегда любила готовить сезонные рецепты к большим праздникам. Мы уже пережили одно Рождество, когда я придерживалась проверенных и верных рецептов, но у меня закралось предчувствие, что в этом году люди захотят чего-то другого.

Меня все еще пугала мысль о том, чтобы попробовать сделать что-то свое, поэтому я оставила этот пункт в списке дел на последнем месте. Забавно, что я так сдержанно относилась к созданию новых чайных купажей, учитывая, что не испытывала никаких проблем с творческим подходом к составлению меню, о чем свидетельствует чередование наших обеденных предложений. Но чай оставался фишкой Юдоры, ее нишей, и она потратила десятилетия, путешествуя по всему миру, чтобы узнать о чае все, что могла.

Я же просто знала, что мне нравится, когда речь заходила о вкусе, и как заварить идеальную чашку или чайник для моих клиентов. Создать что-то новое казалось непростой задачей. Мне хотелось, чтобы Юдора гордилась мной.

Утро пролетело быстрее, чем ожидалось. Мне привезли дюжину коробок из крупного издательства, и первый час рабочего дня я потратила на то, чтобы распаковать книги и уложить в библиотечную тележку в некотором подобии порядка. Обычно мне нравилось самой разбирать стену с новыми изданиями, но сегодня я, пожалуй, оставлю эту работу Имоджен.

Кстати, о моей замечательной и прекрасной сотруднице, она, как и обещала, пришла в девять. Поначалу я думала, что уеду, как только она придет, но коробки были почти разобраны, и я закончила последнюю сортировку, пока она занималась теми немногими посетителями, которые зашли выпить утреннего чая или взять пирожных. В первой половине дня книг продается не так много, однако после обеда покупательская активность меняется.

– Дафна придет в половине двенадцатого, – напомнила я Имоджен. – Держи ее здесь столько, сколько тебе нужно. Если она захочет остаться до шести, чтобы ты могла уйти в пять, я не против.

– Перестань так волноваться, – сказала Имоджен. – Посмотрим, как пройдет день, и тогда мы с Дафной примем решение, хорошо? А ты просто иди и наслаждайся распродажей. Я обещаю тебе, что мы удержим корабль на плаву без всяких проблем, договорились?

Я выдохнула, сама не заметив, что задержала дыхание. Имоджен слишком хорошо меня знала, если поняла, что мне нелегко отказаться даже от малой толики контроля. Она и Дафна работали здесь вместе с Юдорой и вполне могли руководить делами в мое отсутствие. В конце концов, у них обеих имелся опыт самостоятельного управления заведением. Мне не о чем беспокоиться.

– Я постараюсь вернуться к шести, чтобы забрать Боба, но, если не успею, просто оставьте свет в книжном отделе, чтобы он не подумал, будто я его забыла. Я заберу его по дороге домой. Думаю, ему приятнее провести день здесь, чем дома, поэтому и привезла.

– Конечно. Уверена, мистер Лауэри расстроится, если его приятель не проведет с ним этот день. – Она рассмеялась, и, как по расписанию, в дверях появился мистер Лауэри в старом твидовом пиджаке с кожаными заплатками на локтях и в клетчатой кепке, которую он снял, прежде чем кивнуть нам.

– Доброе утро, дамы. Надеюсь, столь прекрасное утро вам благоволит.

– Вам как обычно? – спросила я. За почти семь месяцев он ни разу не заказывал ничего другого, но я старалась не строить предположений о людях. Кто знал, быть может, в один прекрасный день мистер Лауэри зайдет к нам и закажет матчу?

Я тихонько фыркнула от этой мысли. Нет, только «Ирландский завтрак». Всегда «Ирландский завтрак».

– Если вас не затруднит. – Он положил на стойку пятидолларовую купюру. До конца дня мы поили его горячим чаем, но после первой недели наблюдения за его привычками я настояла на том, чтобы он перестал платить за каждую чашку. Пять долларов за целый день чая, вероятно, слишком низкая цена, но мне становилось не по себе, когда он отдавал почти двадцатку за восьмичасовой день. Мистер Лауэри платил за любую еду, которую заказывал, а это случалось лишь раз в несколько дней. Я делала вид, что не замечаю, как он обычно приносил из дома сэндвич.

Ему должно быть уже за восемьдесят, а значит, скорее всего, он имеет постоянные выплаты. Бесплатный чай и доступ к лучшему креслу в заведении казались мне разумным способом проводить здесь время. Временами он болтал с другими посетителями, но в основном пару часов читал, а потом засыпал еще на пару.

– Доброе утро, Боб, – поздоровался мистер Лауэри с моим котом, устраиваясь в кресле напротив. – Ты сегодня необычайно рыжий.

– Я принесу ему чай, – шепнула Имоджен. – Тебе пора, а то пропустишь начало распродажи. Привези нам что-нибудь забавное.

– Забавное или нет, я просто надеюсь, что мы сможем еще немного пополнить полки с подержанными книгами к лету.

– Проваливай уже. Обещаю, ничего плохого не случится. Ты слишком сильно волнуешься.

Может быть.

А может, я волновалась ровно столько, сколько следовало.

4

Поездка в Барнсвуд доставляла одно лишь удовольствие. Теперь, когда лето вступало в свои права, деревья были усыпаны листьями десятка различных зеленых оттенков, а голубое небо усеивали пушистые белые облака.

Поскольку мы находились на Тихоокеанском Северо-Западе, я знала, что не стоит постоянно ожидать столь ясных дней. Гораздо чаще у нас шли дожди, но это только способствовало появлению зелени.

Я переехала в Рейвен Крик в середине октября, а значит, успела хорошо познакомиться с прохладной, снежной зимой и серой, дождливой весной. Однако отчетливее всего мне запомнилось лето. Именно в летние месяцы в юности я чаще всего приезжала в гости к Юдоре, и потому лучшие детские воспоминания неразрывно связаны с летним сезоном, проведенным в Рейвен Крик.

Запах влажной зелени настолько завораживал, что мне пришлось опустить стекла, когда я выехала из города на шоссе, ведущее на юг. В воздухе витал теплый торфяной аромат, а фоном ему служили запахи нагретого солнцем льна и первых летних цветов, только-только раскрывших свои бутоны.

Меня не покидало ощущение, что сегодня будет замечательный день.

Однако спустя двадцать минут езды появился первый признак того, что мой прогноз на утро может не сбыться.

– Мр-мяу?

Нет.

Нет, этого не может быть. Мне только кажется; я слишком часто засыпала под мурлыканье кота над головой, отчего в мозгу нарушились химические связи, заставив меня слышать котов там, где их нет.

– Мр-р? – В зеркале заднего вида я заметила рыжую голову, высунувшуюся из моей сумки с многоразовыми пакетами для продуктов, которые я держала в машине для походов по магазинам. Сегодня я взяла с собой еще несколько на случай, если понадобится в чем-то увезти новые книги.

Теперь из сумок на меня смотрел упитанный рыжий кот, щуря зеленые глаза от яркого утреннего света.

Я тотчас прижала машину к обочине, радуясь, что нахожусь не на оживленной автомагистрали, а на малоиспользуемом шоссе между небольшими городками. Других машин на дороге в этот момент не было, но меньше всего мне хотелось рисковать тем, что я случайно сверну на встречную полосу.

Остановившись, я повернулась, чтобы как следует рассмотреть заднее сиденье и убедиться в том, что у меня не разыгралось воображение.

– Боб, ты шутишь?

Кот каким-то образом умудрился спрятаться, пробравшись в машину в некий момент между тем, как я выходила из магазина и отправилась в поездку. В последний раз я видела его удовлетворенно похрапывающим на кожаном кресле рядом с мистером Лауэри. Я понимала, что грузила вещи в машину немного рассеянно, а затем сразу отправилась в путь, убедившись, что ничего не забыла, но казалось совершенно невозможным, чтобы очень крупный кот незаметно пробрался в автомобиль.

Потом в голове промелькнула картинка, как я бегу обратно в магазин, оставив открытой и заднюю дверь машины, и дверь «Кабинета графа», чтобы сходить за сумочкой, и осознала, что именно в тот момент маленький проныра воспользовался своим шансом.

– Ох, приятель, ты меня в могилу сведешь. – Я взглянула на часы, понимая, что мне уже никак не успеть вернуть его в магазин и доехать до Барнсвуда до начала распродажи. Мы так близко к поместью, что не имело никакого смысла проделывать этот путь повторно. – Тебе придется немного посидеть в машине.

Возможно, я покажусь ужасной кошачьей матерью, но на улице не слишком жарко, и я могла бы оставить окно открытым. Посмотрев, что из книг предложено на распродаже, я вернусь в машину и посижу с Бобом, пока не придет время моего лота. Если там вообще найдется хоть что-то, за что стоит бороться. А если мне ничего не приглянется, мы развернемся и поедем домой.

Я держалась за это оправдание, чтобы вернуться на дорогу и продолжить путь в Барнсвуд, стараясь не позволять назойливому ворчащему голосу в голове убедить меня в том, что поступаю неправильно. В конце концов, Бобу явно захотелось приключений, и кто я такая, чтобы ему в этом отказывать?

Когда я слегка опустила стекло на заднем сиденье, он выпрыгнул из сумки, чтобы подставить нос свежему воздуху. Несколько раз моргнув, кот слегка чихнул.

– Будь здоров.

– Мр-р-мяу, – отозвался Боб.

Он не предпринял ни единой попытки пересесть на переднее сиденье, улегшись вместо этого прямо за пассажирским местом, чтобы я могла видеть его, если оглянусь через плечо. Прямо-таки «Шофер мисс Дэйзи»[5], только я шофер мистера Боба.

Примерно через пятнадцать минут мой GPS-помощник огласил:

– Ваш пункт назначения находится слева.

И точно, по левую сторону шоссе, примерно в пяти минутах езды от Барнсвуда, виднелись большие кованые ворота.

Заметив на арке выложенную железными буквами надпись «Поместье Уэзерли», я ощущала себя так, будто въезжаю либо в готический роман ужасов, либо в особняк профессора Икс из «Людей Икс». В любом случае я уже понимала, что буду выглядеть здесь совершенно неуместно в своем кардигане и джинсах.

И ладно. Мне не впервой бросаться в глаза.

Потребовалось больше минуты, чтобы проехать через нависшие деревья, которые образовали плотный навес и заслонили часть яркого утреннего солнца. Когда я выехала из их тени, в конце круговой дороги меня ждал огромный особняк. Хотя на дороге не попадалось никаких указателей, что это нужное нам место, перед входом висел баннер с надписью «Распродажа частной коллекции». Очевидно, организаторы уже проводили подобные мероприятия в прошлом. Выглядело все очень изысканно и профессионально.

Я припарковала машину в самом тенистом месте, которое удалось отыскать, и немного приоткрыла все четыре окна, чтобы впустить свежий воздух. Порывшись в сумочке, обнаружила контейнер с кошачьими лакомствами, который, видимо, прихватила с собой в магазин, а потом забыла о нем.

Бросив Бобу горсть лакомств со вкусом морепродуктов, я сказала:

– Пожалуйста, веди себя хорошо. Я ненадолго.

Он уставился на меня, как бы задаваясь вопросом: неужели я настолько глупа, чтобы поверить, будто кот станет вести себя примерно только потому, что его вежливо попросили? Зевнув, он стал поглощать лакомства. Я должна была поверить, что с ним все будет в порядке, потому что иначе провела бы весь день в беспокойстве. Он кот, машина не перегреется и не замерзнет, и теперь, когда его накормили рыбными калорийными вкусняшками, Боб не умрет от голода.

Я вышла из машины, закрыла ее за собой и побежала в сторону особняка, где уже стояло несколько других автомобилей. Некоторые выглядели особенно шикарно. Я заметила среди них «Ягуар» и «Ауди», что лишь усилило ощущение, что я буду выделяться, как бедный горожанин.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

Notes

1

Выдающийся художник эпохи модерна XIX–XX вв. Он прославился оригинальными плакатами с красивыми женщинами и изысканными цветочными орнаментами. Вписал свое имя и в историю дизайна: придумывал необыкновенные ювелирные украшения и проектировал интерьеры. А также стал автором эскиза витража в соборе Святого Вита в Праге.

Вернуться

2

Мороженое Ben & Jerry’s и Tim & Tim Ice Cream.

Вернуться

3

◊ Здесь и далее: название социальной сети, принадлежащей Meta Platforms Inc., признанной экстремистской организацией на территории РФ.

Вернуться

4

Название чая идентично названию сорта яблок, в дословном переводе с английского означает «Яблочный хруст».

Вернуться

5

Американский художественный фильм, снятый в 1989 году режиссером Брюсом Бересфордом по пьесе и сценарию лауреата Пулитцеровской премии Альфреда Ури.

Вернуться