# Музыкальный остров

Наталия Митзикис

Фантастическая повесть "Музыкальный Остров" расскажет юным читателям об острове, где живут уникальные Музономы, которые наделены способностью гармонизироваться с природой и посылать музыку в сердца людей.

Но, что-то происходит не так, и злая ведьма Тишина, наносит заклятие на Музыкальный остров и их обитателей. Музономы теряют способность слышать музыку природы, и теряют связь со своей душой. В одночасье, мир превращается в беспорядочный набор звуков, радость покинула сердца людей.

Казалось, нет надежды на возвращение музыки в этот мир…казалось душа потерялась в вакууме тишины.... и вдруг в сердце самой застенчивой, и доброй Музономы по имени Минор, зазвучала волшебная мелодия, которая восстановила гармонию на острове и заставила поверить девочку в свои силы, ведь ее волшебная мелодия не только возвратила радость музыки на острове, но и исцелила ведьму, Тишину, которая открыла в себе новые способности, изменившие ее в лучшую сторону.

МУЗЫКАЛЬНЫЙ ОСТРОВ

Сказка -Аллегория


## ПРОЛОГ

«История океанских волн»

«Что же скрывается за бескрайними просторами океана?» – спрашиваю я себя каждый раз, гуляя по берегу.


Волны поют свои мелодии – они то шепчут, то смеются, то вдруг становятся серьёзными. В их ритме слышны отрывки недосказанных песен, будто каждая волна пытается поспеть за другой и рассказать свою историю первой.

Иногда волны словно перебивают друг друга – так сильно им хочется поделиться тем, что они услышали от таинственных обитателей глубин.


Ведь океан – это огромная книга, где каждая капля хранит секреты. Он бережёт истории, которым тысячи, а может, даже миллионы лет.

И каждый раз, слушая его, мне кажется, что я стою на пороге волшебной сказки, которую океан готов рассказать… стоит только прислушаться.

И вот однажды, прогуливаясь по тёплому песчаному пляжу на закате, я остановилась и прислушалась.


Золотистые волны нежно касались берега и шептали свою мелодичную песню – песню об удивительном Музыкальном Острове и о его смелых обитателях, Музономах. Они, как и мы, люди, старались сохранить добро на своей музыкальной земле.

Я всматривалась вдаль, туда, где солнце растворялось в горизонте.


Синие волны играли своими прозрачными гребешками и стремительно несли к берегу песни о приключениях – песни, которые путешествовали по океану, словно послания из далёкого волшебного мира.

Казалось, стоит только протянуть руку – и волны расскажут всё:


о смелой принцессе Минор,


о весёлых Музономах,


о чудесах, что рождаются в сердцах тех, кто верит в музыку.

И в тот момент я поняла: Музыкальный Остров живёт не только где‑то в океане…

Он живёт в каждой волне, в каждому вдохе ветра и в каждом сердце, которое умеет слушать.


## ГЛАВА 1 Немузыкальный Младенец

Там, где линия горизонта осторожно касается океанской дуги, живут удивительные маленькие человечки – Музономы.

Представляете, их голоса такие гармоничные, что обычный разговор между ними звучит, как приятная песня!

Внешне Музономы напоминают людей, только чуть более забавных и очаровательных. У них мягкие, пухленькие тельца, похожие на маленькие воздушные шарики, и снизу у каждого торчит крошечный хвостик в форме музыкальной ноты – у кого восьмушка, у кого четверть, а у кого и вовсе очаровательная половинная нотка.

Но самое удивительное в Музономах – их кровь заменяет музыка.


В их венах течёт не алый поток, а мягкие звуковые волны, сияющие всеми цветами радуги. Их сердца работают от мелодий природы: от шороха листьев, пения ветра, голоса океана. Стоит вокруг прозвучать какой‑нибудь звук – даже самый тихий – и сердце Музонома откликается ему лёгким, тёплым биением.

Вся природа на этом фантастическом острове была пропитана живой музыкой.


Каждый листочек, каждая капелька росы и даже самые крошечные песчинки на берегу звучали по‑своему. Всё вокруг пело, играло, шуршало, звенело – словно огромный оркестр, созданный самой Матерью‑Природой.

Музономы умели настраивать ритм своего сердца на одно биение с природой. И когда их сердца начинали звучать в унисон с ветром, морем или пением птиц, они слышали такие чудесные мелодии, которыми стремились поделиться с нами.

Говорят, что Музономы день и ночь трудятся над созданием новых песен и ритмов – тех самых, которые однажды вспыхивают у нас в душе.


Иногда они посылают весёлые мелодии, чтобы поднять настроение.

Иногда – тихие и тёплые, чтобы поддержать в грустный день.


А порой – тревожные нотки, чтобы предупредить об опасности или удержать нас от ошибки.

Ведь музыка – это волшебный эликсир для человеческой души.


Она может радоваться вместе с нами, грустить, вдохновлять, успокаивать и даже лечить сердце.

И пока музыка живёт внутри нас, мы никогда не будем одиноки – ведь где‑то там, за горизонтом, маленькие Музономы продолжают петь для каждого из нас.

Маленьких Музономов называли по первому звуку, который они издавали при рождении. Ведь это был не просто крик младенца, это был звук определенной высоты, тона. Вы, наверное, догадались, что так и появились на этот свет первые музыкальные звуки: До, Ре, Ми, Фа, Соль, Ля, Си, До. Каждый Музоном был удивительно неповторим, ведь дети, рожденные на этом острове, обладали волшебными музыкальными характеристиками, из которых получается музыка.

С каждым годом мать природа дарила больше и больше музыкальных младенцев этой волшебной земле. И каждый младенец получал музыкальное благословение от правителей острова- Короля Баса и Королевы Солии. У короля Баса был очень низкий, но громкий голос, с хрипотцой.

Его жена- королева Солия напротив, имела звонкий и высокий голос. Когда Солия была чем-то недовольна, она пела самыми высокими октавами.

Рождение каждого Музонома было радостным событием для всего острова и его обитателей. Все с нетерпением ждали новых волшебных Музономов, которые словно звездочки в небе озаряли музыкальную землю и наполняли остров миллионами неповторимых голосов, сплоченных вместе силой музыки природы.

Но однажды на Музыкальном острове появилась на свет девочка, совсем не похожая на остальных Музономов.


Её личико было чуть вытянутым, будто нарисованным необычной кисточкой художника, а глаза – большие и блестящие, как два прозрачных кристаллика, смотрели в одну точку, словно прислушиваясь к чему‑то далёкому.


И, что удивляло всех сильнее всего, у малышки не было музыкального хвостика, который обычно торчал у каждого Музонома внизу спины, напоминая маленькую нотку.

Но самое странное случилось в момент её рождения: девочка не издала ни единого звука.


Ни писка, ни шороха, ни даже крохотного музыкального вздоха, который обычно появляется у всех Музономов в первую же секунду жизни.

– Ничего страшного, наверное, родилась с очень тихим голоском. Подождём, – уверенно сказала добрая сестра‑акушерка и осторожно положила крошечную девочку рядом с матерью. Она старалась не волноваться раньше времени.

– Подождём… – повторили родители, но их голоса дрогнули, как будто внутри каждого застыла тревожная нотка.

Прошел час, два, три, четыре.... девочка – младенец продолжала молча лежать и пристально смотреть на окружающую ее компанию Музономов.

– Может быть повернем её на бочок? – волнуясь произнесла сестра-акушерка и нежно протянула руки к новорожденному. Но как только сестра-акушерка соприкоснулась взглядом с младенцем, её сердце вдруг застонало. Да так громко, что медсестра вскрикнула от страха и чуть не выронила из рук бедного младенца.

– С этим младенцем что-то не так, от ее молчаливого взгляда хочется убежать подальше – проскрипела почти шепотом акушерка и быстро выбежала из комнаты.

Растерянная мать стала нервно качать младенца, словно пытаясь вытрясти из нее хоть какой-нибудь звук. Но малышка молчала, а мать тихонько плакала, в её сердце звучала ноющая монотонная мелодия, от которой еще больше хотелось плакать.

– Почему ты не поешь, моя малышка?– всхлипнула мать. – Как же мне тебя назвать?

– Назовем ее Тишина… – произнес обреченно отец-Музоном.

Тем временем слухи о рождении странного младенца дошли до правителей острова, короля Баса и королевы Солии.

Король Бас побледнел от испуга, услышав животрепещущий рассказ от сестры-акушерки о рождении немузыкальной девочки с колючим взглядом. После рассказа испуганной медсестры, Бас молчаливо отошел к окну. Он думал о чем- то. Его сердце сжалось на мгновенье, а потом вдруг стало стучать, причем все громче и громче, как будто миллионы ног бежали от чего – то страшного. Королю вдруг стало жутко от этого угрожающего стука сердца. Он подошел к королеве и прошептал своим низким голосом:

– Раз этот младенец не пропел никакого звука, мы не можем дать ей наше музыкальное благословение, и по сему девочка не может принадлежит к нашей музыкальной семье.

– В любом случае мы все таки должны дать свое благословение этому бедному ребенку, ведь каждый рожденный на нашем острове имеет свой уникальный голос, – вдруг возразила королева своим пронзительно-высоким голосом, пытаясь уверить испуганного короля.

И в этот момент в сердце короля Баса заиграла уже громкая драматическая музыка барабанов, и он поспешно выбежал из комнаты.


– Так… состоится ли завтра музыкальное благословение этого ребёнка, Ваше Высочество? – неуверенно спросила сестра‑акушерка. Она всё ещё находилась в гостиной короля и королевы, боясь лишний раз вздохнуть слишком громко.

Королева Солия кивнула и ответила спокойно, хотя в её голосе слышалась усталость:

– Да. Мы благословляем каждого Музонома, которого дарит нам природа.

Она говорила вместо короля Басса, который, как ни странно, внезапно покинул комнату раньше и отказался обсуждать рождение ребёнка.


Сегодня король не пожелал разговаривать даже с самой королевой, сославшись на плохое самочувствие – что было необычно и тревожно. Казалось, что в его сердце звучит какая‑то неровная, странная нота.

Королева задумчиво посмотрела на дверь, через которую он ушёл, но ничего не сказала. Сегодня слишком многое шло не так… и завтрашнее благословение обещало стать совсем не похоже на остальные.

На следующий день на площади дворца Гармонии собрались тысячи Музономов. Все ликовали и приветствовали недавно родившихся Музономов. Когда очередь дошла до «немузыкального» младенца, король сухо произнес:

– Сила нашей земли в гармонии, которая держится только на музыкальных голосах, живущих в сердцах каждого Музонома. Мы не слышали музыкального голоса этого младенца, и я не могу дать ей музыкальное благословение и принять в нашу музыкальную семью во имя сохранения силы нашей земли.

И вдруг после слов Баса океан завыл и небо потемнело.

– Но ведь мы всегда благословляли любой голос! – пыталась возразить королева, нахмурившись. – Даже эти противные Диссонансы получили наше благословение! – недовольно вскрикнула она.

– Тишина и Музыка несовместимы. В тихом омуте .... жди беды, – ответил король категорично.

В этот момент ворота площади дворца пошатнулись от резкого штормового ветра, который выл с океана.

Толпа Музономов ахнула.

– Мне кажется, мы что-то делаем не так, – уже почти кричащим голосом произнесла королева, пытаясь защититься от штормового ветра. – Но будь по-твоему король, – почти шепотом закончила королева.

И тут Бас, пытаясь противостоять ветру, который разрезал его слова, грозно произнес своим низким и властным голосом: «Я не изменю своего решения и не позволю Тишине вмешиваться в гармонию музыки».

После этого король поспешно удалился с балконного подмостка, и на этом этот день благословения младенцев- Музономов быстро закончился. Да и природа похоже была против продолжения этой церемонии в тот неблагополучный день.

Тогда ни король, ни королева не могли знать, что через много-много лет природа повернет обстоятельства так, что королю придется изменить свое решение, которое может и вовсе изменить ход музыкальной истории.

А тем временем Музономы продолжали жить одной музыкальной семьей, поддерживая остров и весь мир гармонией музыкальных звуков.

–А что же случилось с Тишиной? – спросила я у говорящих со мною волн.

– Возьми ручку и записывай, – улыбнулась мне золотистая волна, игриво переливалась от ярко-оранжевого заката.

Скорей переворачивай страницу и узнаешь, что же было дальше…


## ГЛАВА 2. Бал Весны

Если не находишь ты дороги,
Ветер будет петь с тобой,
Оставь позади все тревоги,
Ты беги быстрей, не стой.

Бал Весны считался самым важным праздником на Музыкальном острове. Ведь именно на этом празднике звучала музыка вдохновения и радости, музыка нового начала и пробуждения после зимы.

С момента своего правления король Бас руководил этим балом и открывал этот праздник своим маршем. А правит король Бас Музыкальным Островом уже очень давно, ведь Музономы отсчитывают свое время не по земным часам, а по космическим. А по космическому времени 72 земных года составляет лишь одну космическую минуту!

Сколько космических минут живут на Музыкальном Острове Музономы можно только предположить. Ведь музыка появилась на земле вместе с рождением Земли. Природа и человек неразделимы, ведь они выражают свое состояние при помощи звуков.

Так вот, король Бас был главным управителем и дирижером Музыкального Королевства. Бас вдохновлял и управлял каждым звуком, который исходил из сердца каждого обитателя этой музыкальной страны.

Но время летело, и вот уже дети правителей Музыкального острова, Мажор и Минор, достигли своего совершеннолетия.

И в этот раз, Бас, по совету своей жены, королевы Солии, которая еще и была по совместительству первой скрипкой музыкального королевства, решил поручить открывать Бал своему сыну, Принцу Мажору. Мажор был магистром веселого тона в музыкальном королевстве, ведь в его сердце просто фантанировали миллионы праздничных звуков, которые он вместе с нотками- Музономами превращал в разнообразные веселые мелодии и песни.

И если у тебя вдруг хорошее настроение и день удался – это наверняка в твоем сердце зазвучала одна из мелодий Принца Мажора. Ведь именно этот музыкальный волшебник посылает радость в наши сердца. А что может быть важнее, чем радость нашей души?

– Вот уже почти 4000 земных лет как мы спустились из просторов вселенной на эту землю вдохнуть музыку в сердцах людей. Ведь только музыка сердца сможет сделать человека счастливым и дать ответы на все его вопросы. Но не все люди слышат музыку в своем сердце, – задумчиво произнес Бас, всматриваясь в предрассветную даль восходящего солнца.

– Ну вот, опять ты считаешь земное время, – мягко заметила королева Солия, стараясь подбодрить своего мужа.


Её голос звучал высоко и звонко, будто лёгкая серебряная струна задела солнечный луч.

– За один космический час мы уже почти выполнили свою миссию – соединили человеческие сердца с природой.


Почти каждое сердце теперь откликается на наши вибрации, которые мы посылаем каждую секунду, – продолжала она, двигаясь плавно, словно танцуя в воздухе.

– На предстоящем Весеннем Балу мне хочется услышать больше весёлых, вдохновляющих мелодий. Сейчас людям так не хватает тёплой, радостной песни в сердце.


И наш озорной сын может помочь – если он станет главным дирижёром на этом Балу.

Её глаза засияли, словно в них загорелись две маленькие музыки.


Ведь Солия верила: одна светлая мелодия способна изменить весь мир.

– Замечательная идея, дорогая! – откликнулся Бас, покручивая свои усы игриво, и потом продолжил. – Вместо того, чтобы целыми днями безутешно веселиться со своими друзьями Музономами, Мажор сможет вдохновить своей радостной песней тясячи Музономов, а те подхватят его песню и разошлют ее по всему миру!

Довольные своим решением, король и королева отправились скорее оповестить Мажора о его предстоящей роли на весеннем балу.

Мажор очень обрадовался решению своих родителей – стать ведущим Бала. Ведь ему очень хотелось сочинить самую зажигательную песню, которая разлетится по всей земле и позволит людям радоваться с утра до ночи, забывая про все горести и сложности повседневной жизни.

Мажор был, пожалуй, самым общительным и популярным Музономом на Музыкальном Острове, потому что Музономы всегда хотели быть в ладу с самым веселым парнем острова, ведь сочинять музыку с Мажором было всегда намного интереснее, нежели с его сестрой, принцессой Минор, которая была магистром минорного лада, ее музыка в отличие от мажорного лада напоминала дождливый осенний денек, с налетом грусти и печали.

В этот вечер зеркальный зал дворца, в котором обычно проходили репетиции, кричал от звонких и громких мелодий в исполнении Мажора и его ансамбля ноток До Ре Ми Соль.

Самый веселый парень королевства пел и танцевал перед зеркалами зала, воображая о своей значимости: «Вот было бы здорово, если бы люди слышали только веселую и праздничную музыку в своих сердцах. Тогда бы им не о чем было бы беспокоиться. Как бы мне хотелось изменить этот мир и сделать так, чтобы в сердцах людей звучала только светлая и радостная музыка – тогда люди стали бы намного счастливее»

Мажор настолько увлекся этой идеей, что даже не услышал, что музыканты закончили играть, а он все продолжал насвистывать мелодию, при этом громко отстукивая ритм каблуками своим ботинок с носиком в форме басового ключа.

Принц кричал радостным голосом, продолжая отстукивать ритм своими каблучками: – Это будет самый лучший Бал Весны, ведь моя песня будет не просто самая задорная и громкая, эту песню услышат все сердца планеты, и люди забудут страдания и переживания! – прокричал радостным голосом принц.

В этот момент До Ре Ми Сольки подхватили чечетку принца и стали отстукивать ритм новой песни. В зал стали собираться и другие Музономы, приветствуя и аплодируя главному весельчаку острова. Толпа Музономов кричала восторженно: «Ты – супермузыкант, Принц!»

А потом все собравшиеся Музономы запели, восхваляя принца: «Мажор – самый лучший певец! Мажор – самый лучший танцор! Музыка Мажора – самая крутая!»

– А теперь все танцуют и поют до утра,– скомандовал самозабвенно Мажор, хотя и знал, что по правилам музыкального королевства ночные гуляния не приветствовались. Ведь это нарушало гармоничный лад Музономов. Ночью Музономы должны были отдыхать, потому что во сне все хаотичные и дисгармоничные звуки, накопленные за день, волшебным образом восстанавливались. А с приходом солнца сердца Музономов соединялись с природой. Кстати у каждого Музонома было свое вдохновение. Кто-то слышал, о чем поет листва и цветы, а кто-то прислушивался даже к глубоким корням деревьев. Были даже и такие Музономы, которые слышали, как пела смола на деревьях. Принца Мажора и его сестру Минор отличало от всех Музономов то, что эти дети имели магическую чувственность ловить звуки природы практически отовсюду: от корней дерева до самого высокого облака. И как вы уже, наверное, догадались, Мажор извлекал исключительно звуки радости, а принцесса Минор была магистром самых тонких и чувствительных звуков грусти и спокойствия.

И вот сегодня на репетиции все Музономы, казалось, забыли обо всем, зал гремел от кричащей музыки и восторженных воплей Музономов. Вечер был не за горами, но расходиться никто не собирался, потому что решили гулять до утра, вопреки всем правилам и традициям гармонии Музыкалного Острова.

Мажор с восторгом смотрел на радостные лица поющих Музономов. И в этот момент Мажор представил себя сначала главным дирижером всего острова, а потом и всей земли, где люди будут беззаботно веселиться с утра до ночи.

– А ну-ка музыканты, играйте так, чтобы стены дрожали, и весь мир нас услышал, – запел свистящим голосом Мажор и резко взмахнул дирижерской палочкой. Музыканты заиграли хаотично, пропуская и не попадая в ноты, но никто и не заботился о гармоничном сочетании звуков.

– Что это за музыка? Почему все музыканты играют невпопад? – мысленно рассуждала Принцесса Минор, которая наблюдала за репетицией ансамбля своего брата Мажора сквозь замочную скважину. «Я слышу хаотичные, дисгармоничные звуки, нет ритма и такта… Я ничего не понимаю, может быть это новый стиль моего брата? Как жаль, что я могу чувствовать и писать только грустную музыку», – прошептала в растерянности принцесса Минор, при этом пытаясь прислониться ухом к замочной скважине, в надежде услышать порядок и гармонию в тоне музыки.

Но, то, что она увидела, скорее ее шокировало, чем удивило. Через замочную скважину Минор, затаив дыхание, наблюдала за тем, как растерянный принц пытался дотянуться до дирижерской палочки, которая резко отскакивала от Мажора, как только он дотрагивался до этой палочки. А потом и вовсе дирижерская палочка стала летать в воздухе над головой бедного принца, словно дразня его.

Принц пришел в ярость.

– Глупая палка, ты что себе позволяешь? – крикнул во все услышание рассерженный принц,– я магистр самой важной музыки на земле, – с этими словами Мажор споткнулся и растянулся на зеркальном полу. Наш бедный весельчак расплакался, сердце Мажора не издавала ни одного веселого звука, оно ныло от обиды.

В это время самая высокая и худая нотка Си захохотала, а её звонкий хохот подхватили другие Музономы.

–Прекратите смеяться! – прохрипел злым голосом Принц Мажор. – Никто из вас не готов к балу, поете мимо нот, играете вразнобой, мне за вас всех стыдно, – сказал резко принц, снова споткнувшись при попытке подняться.

Смех прекратился. Музономы переглянулись и склонили головы, соглашаясь с высказываниями Мажора, который уже поднялся и надменно прохаживался вдоль выстроившихся в ряд музыкантов.

Мажор уже не пел, он просто кричал, нахмурив брови и скривив рот от гнева:

– До начала бала осталось только две недели. Вы знаете, насколько это знаменательное событие для нашего острова и всей земли!

Музономы кивнули головой в знак согласия. А Мажор продолжал своим уже неприветливым голосом:

– Да вы просто не понимаете, что на этом Балу Весны главную песню буду исполнять я, Мажор, главный лад в музыке …..

И в этот самый момент откуда ни возьмись налетел ветер, сильный сквозняк ветра резко закрыл ставни окон. Перепуганный Мажор открыл рот от страха, так и не закончив свою “важную речь”..

Но этот странный порыв ветра, возникший ниоткуда, так же быстро исчез, как и появился. Музономы вздохнули с облегчением. И Мажор вдруг забыл, о чем он только что говорил. Он как ни в чем не бывало вальяжно встал перед своим ансамблем и, задержав свою беззаботную улыбку на лице, пропел своим звонким голосом: «Бал Весны – наш шанс дать миру новые песни для радости и вдохновения».

Музономы переглянулись друг с другом и кивнули с улыбкой в ответ принцу. Мажор опять беззаботно улыбался и пел своим громким голосом.

А тем временем принцесса Минор, наблюдая за всем происходящим через замочную скважину, тихо шептала, всем сердцем стараясь оправдать недавнее поведение своего брата. «Ему просто иногда не хватает терпения», – думала про себя Минор.

– Мне бы так хотелось помочь моему брату сочинить эту особеную волшебную песню. Но разве от моих занудных минорных мелодий может быть какая-то польза на самом феерическом празднике Музыкального Острова? – с грустью вздохнув, произнесла Минор и поспешила уединиться в своем любимом месте на острове – Тихом Озере.


## ГЛАВА 3.Тихое Озеро

Наслажусь я шелестом листвы,
Легкий бриз попутчик мой,
Подарю букеты нежности,
Так легко – теперь он твой.

Поверхности и очертания Музыкального острова тоже были связаны волшебным образом с музыкой. Если это были водоемы, то они были музыкальными по своему характеру: будь то громкие водопады, бурлящие воды, или стоячие тихие, и в каждом потоке воды звучала своя мелодия.

Так и Тихое Озеро, которое находилось неподалеку от дворца Гармонии, оставалось тихим и спокойным в любую погоду: будь то сильные ветра или ливневые дожди. Природа тихо шептала в этом месте, излучая чистоту и спокойствие. Тихое озеро считалось самым спокойным местом в музыкальном королевстве, где природы пела медленные и протяжные мелодии. Для принцессы Минор Тихое озеро было, пожалуй, самым любимым местом. В тиши дикого камыша и элегантных лилий, сердце Минор настраивалась на волну природы в этом месте, и она слушала трогательные нежные мелодии, которые наполняли ее душу тихой радостью.

И вот сейчас Минор сидела на берегу озера, около куста кудрявой ивы, нежно перебирая каждый ее листок: «Я слышу мелодию каждого листочка, каждой травинки, каждой капельки. Каждая мелодия неповторима, красива, и хранит в себе историю».

В этот момент Минор на мгновение закрыла глаза, наслаждаясь гармонией легкого бриза, который развивал золотистые локоны ее волос, подсвеченные лунным светом.

Минор открыла глаза и увидела лунную дорожку света, которая расстилалась над озером с элегантно танцующими ночными жучками и изумрудными лягушками.

– Привет сестра-Луна, – поприветствовала ночное светило Минор, помахав рукой вверх. – О, как же божественно ты поешь, свою голубую мелодию, – Можно я спою вместе с тобой? – продолжала девочка, медленно пританцовывая в такт с ночными танцорами водоема в лунном куполе света.

Голос Минор был негромкий, но, пожалуй, самый проникновенный в Музыкальном королевстве, так как обладал необыкновенной глубиной и чистотой. Будучи магистром грустных тонов в музыке, Минор пела соло редко. Чаще она создавала необыкновенно красивые гармонии и добавляла свои бархатные нотки в музыку других Музономов, искрення веря, что быть солистом грустных песен не так привлекательно.

И сейчас, вдохновленная Луной, Принцесса Минор, пела свое соло.

А тем временем Королева Солия, мать принцессы, гулявшая неподалеку, услышала свою дочь и тихонько стояла за кустом, слушая песню своей дочери с замиранием сердца.

– Девочка моя! – воскликнула мать, как только Минор закончила петь, – твоя песня божественно прекрасна!

– Ой, мама, привет! – произнесла Минор, обняв королеву, – ты тоже наслаждаешься волшебной музыкой Тихого Озера?

Королева нежно погладила Минор по голове и тихо прошептала:

– Я хочу рассказать тебе маленький секрет.

–А что за секрет? – с улыбкой ответила дочь.

– Ты знаешь, я часто приходила к Тихому Озеру услышать вдохновляющие мелодии, когда была в твоем возрасте. Но я никогда не слышала такую мелодию, какую ты сейчас спела. Твоя песня настолько чувственная, что вдохновит многих на этой земле, – сказала с гордостью королева.

Минор робко улыбнулась и слегка замялась:

– Мамочка, это не я, это песня Луны, я просто с ней вместе пела.

Солия нежно прижалась к своей дочери и тихо сказала:

– Это твоя песня, доченька, твое сердце чисто и открыто, природа вокруг нас- самое большое вдохновение и сила. Насколько мы откроем свои сердца, настолько мы услышим музыку в нашем сердце! В сердце – наша искра, в сердце – наша душа!

Мать и дочь стояли некоторое время молча, наслаждаясь звуками природы вокруг.

Вдруг мать нарушила молчание и спросила:

– Да, я забыла тебя спросить. Ты сегодня была на репетиции своего брата? – улыбаясь спросила королева. – Этот озорной мальчишка со своей командой ноток усиленно готовится к Балу Весны. Сегодня было что-то невероятное, весь день играли какую-то оглушительную музыку, модерн. Не знаю, уж какую песню он придумал, но уверена, что твой брат удивит всех на Балу.

Минор предпочла не развивать этот разговор, ведь она стала свидетелем не только шумной репетиции, но и также недоброго поведения своего брата, о чем не хотела рассказывать матери.

Минор ответила скромно:

– Да, мамочка, я восхищаюсь своим братом.

Но Солия, почувствовав в ответе дочери некоторую грусть, решила подбодрить Минор и продолжила разговор:

– А что случилось, Минор, почему ты грустишь? Скоро придет весна, и этот Бал Весны станет особенным, ведь впервые твой брат будет главным дирижером и солистом на нашем празднике! Нам нужно создать больше радостных песен и разослать их по всему миру, – вздохнула радостно королева, продолжая, – в век технологий и прогресса все меньше и меньше людей слышат радость в своих сердцах.

Мать взяла дочь за руку, пытаясь закружиться с ней, словно пытаясь забыть о ее беспокойствах. Минор последовала за матерью, и они стали медленно кружиться в карусели, пританцовывая. И тут Минор вдруг поняла, что ее грусть не от того, как вел себя сегодня брат на репетиции, а просто потому, что она не смогла помочь своему брату, когда оркестр играл невпопад.

– Мамочка, я вовсе и не грустная. Я просто не знаю, как я могу помочь в написании веселых песен на весеннем балу. Ты же знаешь, в моем сердце льется только спокойная и грустная музыка – произнесла Минор, опустив свои большие голубые глаза.

Королева обняла свою дочь, нежно гладя ее по голове, продолжая:

– Дорогая моя, минорная музыка также важна, как и мажорная. Вот представь, природе нужен дождь так же, как и солнце, ведь если не будет первого, то почва высохнет и превратится в пустыню. Людям нужна одинаково веселая и грустная музыка. Мажорная музыка бодрит людей в радостный день, а минорная музыка помогает исцелять человеческие души, вселяет надежду, когда людям тяжело.

Минор проникновенно взглянула на свою мать и вздохнула:

– Чем ближе люди к машинам и технологиям, тем тяжелее достучаться до их сердец. Я слышу, как страдают человеческие сердца, скорее посылаю им свои глубокие успокаивающие мелодии, но люди их не слышат. Ты права, мама, может нам нужно просто сочинять больше радостных мелодий. Может для страдающего сердца вовсе и не нужна моя заунывная песня.

И тут королеву-мать осенила замечательная мысль:

– Ну что ты моя звонкая птичка, твои мелодии вовсе не заунывные, а проникновенные, потому что светлые как капля воды. Я уверена, что нам надо добавить твои мелодичные и задумчивые напевы в программу Бала. Мы совсем редко слышим твой волшебный голос.

Минор посмотрела на свою мать растерянно, словно не понимая смысл ее слов:

– Мамочка, ведь ты же знаешь, что у меня нет таланта писать веселую музыку.

Но королева была уверена в том, что ее застенчивая дочь с ее уникальными способностями сможет себя проявить на феерическом празднике Весны. Королева продолжала убеждать Минор:

– А почему бы тебе не поговорить с твоим братом и не предложить добавить несколько минорных гармоний в его песню. Я уверена, мелодия будет звучать еще заманчивей и игривей. И это будет ваша первая совместная песня. Это будет самый приятный сюрприз для вашего отца-короля.

Сердце Минор запело от счастья. «Ведь если мама верит в меня, значит у меня есть надежда на то, что мои грустные мелодии смогут пригодиться на самом веселом празднике нашего королевства», – улыбнувшись, подумала про себя девушка.

–Ты моя золотое солнце, – продолжала восхищаться своей дочерью королева, – у тебя самое большое сердце, которое может чувствовать и сострадать каждому, кто нуждается в твоей поддержке.

– Я буду просто подпевать тихонечко, чтобы мелодия Мажора переливалась, как цвета радуги от радости и счастья, – пропела чистым, звонким голоском Минор, кружась в танце вокруг дерева. Королева и принцесса мило смеялись, взявшись за руки, и в их сердцах лилась гармоничная мелодия.

Женщины настолько расслабились, что не заметили, как густой туман опустился на озеро, закрыв полностью луну, и неожиданно наступила темнота.

– Ой, почему так неожиданно стало темно? Мама, я почти тебя не вижу. А где же Луна? – тревожно произнесла Минор.

Королева заволновалась и стала вглядываться в темноту. И тут она уловила своим непрямым взглядом странную кружащуюся серебристую серую дымку в форме шлейфа, которая плавно кружила над затуманенным озером, и потом вдруг резко исчезла.

Минор тоже почувствовала, присутствие какого-то явления или существа.

–Что это было? – с испугом спросила Минор у матери.

– Я думаю, ветер пытался развеять этот густой туман, ничего страшного, просто густой туман, и ничего не видно, – ответила королева неуверенно, больше пытаясь убедить себя, что она ничего странного не видела.

Королева слегка улыбнулась и сменила тему разговора:

– Что-то мы с тобой засиделись, пока поспешить домой. Солнце спряталось за гору, и время позднее.

Королева крепко обняла дочь, и обе поспешили домой ко дворцу. Тропинки совсем было не видно, потому что темнота от густого тумана закрыла весь обзор.

Но тут на помощь пришла старая сова, которая своим мелодичным уханьем направила женщин к дому. Королева и дочь быстро шли, подпевая сове.

Уже на крыльце, у входа во дворец, перед тем как закрыть дверь, королева еще раз попыталась вглядеться в черную темноту. Странное чувство тревоги не покидало ее.

Потом она крепко закрыла двери и нежно пропела своим высоким голосом, обратившись к принцессе: «Скорей беги к своему брату и предложи ему сочинить песню вместе. Я думаю, он будет приятно удивлен!»

Сердечко Минор забилось от волнения и радости. Она просто летела по ступенькам, направляясь в комнату к Мажору с интересным предложением.


## ГЛАВА 4. Дуэт

Не теряй волну
И не растрать позитив,
Жизнь, как приключение:
потанцуй ей под мотив.

А тем временем из комнаты Мажора доносились динамичные танцевальные ритмы. Минор попыталась постучаться, но музыка, в комнате Мажора все заглушала.

Дверь брата была не заперта, поэтому Минор просто вошла без стука, прикрыв свои уши от резкого звенящего удара барабанов, которые четко выстраивали свои ритмы под мелодию гитары, которая сама по себе настроилась, и пела, и плясала под музыкальную палочку Мажора, который одной рукой дирижировал инструментами, а другой отстукивал ритм на барабанах.

Минор с изумлением смотрела на мастерство брата и его талант зажигать своей праздничной энергией даже инструменты, которые сами пели и плясали под зажигательную импровизацию самого веселого Музонома Острова.

– Ух ты, ух ты… просто невероятно?! Инструменты сами поют и играют без ансамбля! Как это у тебя получается? – Минор с восхищением воскликнула, привлекая внимание брата.

Мажор резко прекратил дирижировать своим инструментами и повернулся к сестре. Обратив удивленный взгляд на сестру, он сухо поприветствовал Минор:

– Привет, сестричка! А ты пришла случайно, не для того, чтобы мне спеть свою скучную колыбельную песенку перед сном ? – сказал с ухмылкой Мажор.

Минор немного растерялась от такого приветствия своего брата, что даже ничего не ответила.

Мажор попытался все же быть вежливым и, улыбнувшись, продолжил:

– Извини, сестренка, но я сейчас занят со своим ансамблем инструментов. Мне не до твоих колыбельных песен, хотя они мне очень нравятся. Сейчас я полностью погружен в процесс создания песни для открытия бала. Мне пока не до сна.

Тут Минор забилось от волнения, она нежно улыбнулась и произнесла звонким голосом:

– Братец, дорогой, извини, что ворвалась без стука. Я просто хотела что-то у тебя спросить, – она пыталась, выровнять дрожащие нотки, которые так и пытались выдать ее волнение.

– И что же это могло быть? – спросил Мажор дразнящим голосом.

– А можно мне предложить свою музыку для Бала Весны? – неуверенно спросила Минор и продолжила, – я знаю, что весенний бал – это самая веселая вечеринка, но, может быть, ты поможешь сделать мою музыку нескучной? Может мы сможем написать веселую песню вместе?

– Ха, ха …и это уже не смешно! – произнес все с той же ухмылкой Принц, растерявшись от такой просьбы сестры. Потом он ответил сухо, пытаясь скрыть свое недовольство:

– Я не думаю, что это хорошая идея, сестра. Ну и потом, весь репертуар программы Бала уже почти написан. Вот посмотри! – обратился он к Минор, показывая стопку нот, которую он схватил с крышки фортепиано, – вот все песни Весеннего Бала. В каждой песне, которую сочинили другие Музономы есть мои нотки радости – эликсир для души. Сегодня я работаю над моей сольной песней, которая откроет наш Бал. Уже почти все готово!

– Понятно, – опустив расстроенные глаза, пробормотала Минор. Принц уловил настроение своей сестры и решил ее подбодрить.

– Сестра, выше нос, ты хочешь послушать мою крутую песню ? А то ведь ты уже готова расплакаться, – c этими словами он схватил свою музыкальную палочку, взмахнул, и в воздухе вдруг появились Музономы- малыши с маленькими фейерверкам в руках, которые ритмично кружились под звуки ревущей гитары и барабанного грохота.

Минор замерла от восторга, ведь она никогда не видела, чтобы по зову дирижерской палочки Музономы могли летать в воздухе с феерверками.

Музыка была настолько громкой, что Минор пришлось прикрыть уши руками, но она было восхищена мастерством брата.

– В твоей музыке столько волшебства и силы! Твоя мелодия будет самой популярной на Балу! – произнесла с гордостью принцесса, искренне пытаясь забыть о своем нелепом музыкальном предложении.

– Я тоже уверен в волшебной силе своей музыки! Что может быть лучше праздника и веселья! – воскликнул Мажор с гордостью.

– А ты знаешь, что сегодня на репетиции мои подруги- нотки сказали, что я супер музыкант, – добавил Мажор с озорной гримасой, при этом взял свою сестру за руку и начал пританцовывать с ней, насвистывая свою мелодию своей песни.

Минор элегантно кружилась под игривую мелодию своего брата, но вдруг остановилась, и с удивительной настойчивостью опять обратилась к брату:

– Послушай, а, может быть, мы все же попробуем написать вместе песню? Ты только представь, микс легкого и веселого тона с грустной, задумчивой мелодией.

Принц замолчал, выпучив от удивления глаза. Он и представить себе не мог, что в его бодрящей музыке, где-то могут застрять грустные, скучные ноты.

А Минор продолжала убеждать брата, и решила поделиться с ним своим вдохновением, которое она нашла сегодня у Тихого озера:

– Ты просто не представляешь, какую сказочную песню я сочинила у Тихого озера.

Мажор не любил Тихое озеро, потому что ему просто было там скучно.

А Минор очень хотелось убедить брата в том, что именно на Тихом озере приходит самое настоящее вдохновение для создания музыки.

– Ты не представляешь, братец, я пела вместе с самой Луной. У каждого листочка, у каждой травинки есть своя неповторимая мелодии, а вместе они поют в тысячи голосов, переплетаясь в гармониях. Хочешь, я тебе напою мою новую песню, которую мне подарила сестра- Луна? – произнесла своим бархатным голосом Минор.

Мажор ухмыльнулся, недовольный:

– Я уверен, твоя новая песня прекрасна. Но ведь ты же знаешь, что от твоих заунывных песен всем хочется грустить и в лучшем случае спать!

Но Минор все же надеялась убедить брата и уже слезно его упрашивала:

– А почему бы нам все же не попробовать спеть песню вместе на балу? Может быть, это будет самый неожиданный подарок для наших родителей?

Мажор любил своих родителей, а еще он любил их удивлять. Но предложение его сестры пока не звучало убедительным.

Мажор попытался возразить своей сестре:

– Здорово бы было удивить наших родителей, но я не думаю что это будет самая удачная песня. Да и вообще я не верю, что грустная музыка может каким то образом украсить и без того яркую веселую песню.

Но Минор не отступала, в ней куда-то исчезла робость и стеснение. Девушка продолжала убеждать своего несговорчивого брата:

– Братец, а что если просто добавить немного моих минорных ноток и петь вторым голосом на заднем фоне, и тогда твоя мажорная мелодия зазвучит еще ярче на фоне минорного тона.

И тут Мажор сдался. Идея о том, чтобы сделать его мелодию еще более выразительной, привлекала его.

– Ты говоришь, что твои минорные нотки можно поставить во второй ряд? – вдруг переспросил Мажор и потом отошел к окну, почесывая затылок.

«А может это и неплохая затея, – подумал про себя Мажор, – ведь если не дать возможность моей сестре спеть ее грустные мотивы на подпевке, она совсем закиснет. А ее колыбельные песни все-таки помогают мне заснуть. Ах, хоть и скучные эти песни, а все же, полезные.» – подумал про себя принц. Мажор был добрым парнем, и, конечно, любил свою вечно унылую сестренку.

Вдруг он резко повернулся к Минор и радостно воскликнул:

– Да, давай попробуем добавить несколько грустных ноток, и ты их будешь петь вторым голосом, но очень тихо. Договорились?

Принцесса вытерла слезинки, выпавшие из её глаз от эмоций, со своего лица. Она нежно обняла своего брата, воодушевленно прошептав:

– Спасибо, братец, это будет наша весенняя песня.

– Ну что, подпевай! – крикнул принц своей сестре, мгновенно схватив гитару.

Мажор начал петь свою песню, ритмично приплясывая и хлопая в ладоши. Принцесса Минор пыталась подпевать, но ее нежный бархатный голос просто потерялся в импульсивных громких звуках брата. Сердце Минор стало учащенно биться в замешательстве. Ее розовые щеки покраснели от смущения, но она продолжала петь, пытаясь найти подходящую гармонию для мелодии брата.

И тут Мажор вдруг резко замолчал и обратился к сестре раздраженный:

– Послушай, сестренка, не хочу обидеть твои чувства, но твой нежный заунывный голосок просто не сочетается с моим харизматичным и ярким голосом.

Минор хотелось просто немедленно убежать от стыда и смущения. Ведь, действительно, их голоса были совсем разные. Пытаясь скрыть нелепое смущение, Минор прошептала в ответ своему решительному брату:

– Да, конечно, ты прав, Мажор, мои грустные нотки совсем не подходят для веселой музыки, ведь в моем сердце течет только музыка дождя. Ты прав, только веселая песня способна воодушевить сердца, – с этими словами Минор направилась к выходу.

А Мажор еще больше возгордился.

Он выпрямился и торжественно прокричал, чтобы Минор его хорошо услышала : – Я хочу, чтобы только мажорная музыка вдохновляла людей. Я хочу, чтобы все веселились с утра до ночи и не заботились ни о чем на этой земле.

Минор повернулась и увидела лицо Мажора, которое вовсе не светилось беззаботной улыбкой, а было наполнено гордостью и превосходством.

– Брат, но люди не могут только веселиться, ведь помимо радости и веселья есть грусть и печаль, и это совсем не плохо. Ведь моя грустная музыка вселяет надежду и успокаивает, когда людям грустно, – пыталась возразить Минор.

Мажор уже не обращал внимания на свою сестру, и равнодушно сказал в ответ:

– Твоя музыка прекрасна, сестра. Но не такая важная, как моя. Я первый голос Музыкального Королевства, и люди больше любят веселиться, чем грустить. И ты не можешь с этим поспорить.

Минор никогда не видела брата таким упрямым и высокомерным, но она любила своего брата, какое бы сейчас настроение он не показывал. Она повернулась к Мажору, нежно ответила:

– Да, ты прав, брат. Твоя музыка самая нужная на земле. Забудь о моем глупом предложении. Спокойной ночи. Я тебя люблю.

Мажор перекрутился на одной ножке и помахал игриво рукой:

– Я тоже люблю тебя, сестричка, приятных снов, мисс Печаль!

Принцесса поспешила к себе в комнату, ведь было уже поздно, дворец спал. Неожиданно она повернулась опять в сторону гостиной Принца Мажора и замерла от страха. Потому что дверь в комнату Мажора внезапно открылась порывом ветра, появившимся ниоткуда, туманное облачко в виде туманного мерцающего шлейфа закружилось вихрем и затянулось ветром в комнату Мажора.

Минор не на шутку испугалась, она побежала закрыть ставни окон, которые оказались открытыми с одной стороны коридора. Она обратила внимание на небо, которое было очень темным, словно покрытое черным полотном. «Да, погода похоже испортилась, даже света луны не видать», – подумала про себя Минор, – пора ложиться спать, хоть у меня и не получилось спеть весеннюю песню с моим братом, расстраиваться не стоит, ведь луна мне подарила такую красивую песню, которую я тоже наверное кому-то спою», – Минор даже улыбнулась, ее страх и смущение куда-то исчезли, и сердце вновь наполнилось гармонией и благодарностью к матери природе.


## ГЛАВА 5. Заклятие Безмолвия

Природа замолчала,
Туманом опустилась Тишина,
Обволокла сердца в печали.
Придет ли снова к нам Весна?

Вы, наверное, и даже представить себе не можете, что было на Музыкальном острове одно мрачное место, которое было совсем не музыкальным.

Это была долина Туманов, которая располагалась в самой низкой части острова между грядами голых холмов и насыпей, которые образовались от потухшего вулкана. Долина Туманов была огорожена скалой от всей части острова, которая называлась нелестным именем, а именно, скала Безнадежная. Все, что начинало расти или цвести на этой скале или вокруг, почему-то погибало. Говорят, что это происходило из-за недостатка странного тумана, поднимающегося из этой Долины, от которого сжималось сердце Музономов и трудно было дышать. Долина Туманов даже не была обозначена на карте Музыкального Острова.

Музыка там не жила, потому что все звуки поглощал этот едкий свинцовый туман, который окутывал эту долину и днем и ночью и никогда не рассеивался. Поэтому там не было растительности, там не водились птицы и животные, а Музономы и вовсе избегали этого места.

На острове ходили легенды, что этот плотный туман, стоящий в долине, поглощал в себя всех и вся, кто имел способность чувствовать музыку своего сердца.

Эта таинственная долина считалась заброшенным и одиноким местом. Но это было так, пока там не поселилась злая колдунья, по имени Тишина, обладающая мощной магической силой – отнимать способность чувствовать музыку, накладывая заклятие безмолвия на своих жертв.

И откуда на острове, который стал волшебной местом рождения музыки могла появиться эта злая колдунья Тишина, которая потом еще и провозгласила себя королевой?

Оказывается, это та самая девочка, которая родилась в королевстве много-много земных лет тому назад, которая не издала ни единого звука при рождении, и которую то когда-то не признали в музыкальном королевстве, безнадежно назвав Тишиной.

Однажды, Долина Туманов стал прибежищем для Тишины. Ведь Тишина не просто была лишена способности чувствовать музыкальные вибрации природы, это девочка страдала от музыки и песен вокруг, потому что вместо прекрасных звуков в ее ушах звенел лишь один монотонный звук, напоминающий сирену.

Представляете, каждый раз, когда пели птицы, в ее ушах звучал монотонный звук сирены, а когда играли свои песни Музономы, этот однообразный звук становился еще громче и пронзительнее! С каждым днем Тишина ненавидела музыку все больше и больше. Единственным желанием Тишины было убежать подальше от музыки. Ведь для нее гармония музыки была недоступна. Она не умела улыбаться, смеяться, радоваться и плакать. Душа ее была пуста, ведь она не слышала музыку своего сердца.

И вот однажды одной весной, когда родились Мажор и Минор, волшебные близнецы- дети короля и королевы, остров гудел в празднестве звуков. Деревья пели, трава шептала, вода журчала, а вместе с ними Музономы, празднуя пополнение в королевском семействе.

Для Тишины это был ужасный день, потому что режущий звук сирены, пронизывающий ее тело, от всего этого пения был сильнее обычного. И сейчас этот угнетающий звук только усиливался, заставляя ее тело колотиться как от электрического шока.

И тогда Тишина решила бежать от Музономов и от всей этой музыки. Она покинула дом своих родителей глубокой ночью, когда природа спала.

Девочка бежала ночью, а с восходом солнца укрывалась в сырых оврагах, чтобы не слышать музыки природы и Музономов. Так она бежала несколько дней и не заметила, как оказалась на самом краю острова, у подножия скалы Безнадежная.

«Это скала, такая огромная и неприступная.»,– подумала про себя Тишина, глядя на огромного каменного гиганта.

Она хотела подняться на вершину скалы, но это было невозможно. Скала, с ее крутыми глыбами стояла, как неприступная крепость.

И, вдруг, сверху из за скалы стали сползать густые туманные облака, опускаясь все ниже и ниже на скалистое подножие. Уже через мгновенье Тишина оказалась в пенящемся туманном облаке, которое стало медленно отрываться от земли, нежно покачивая Тишину как в каруселе. И вот туманное облако уже несло Тишину над Музыкальным Островом. Пролетая над островом Тишина видела Музономов, птиц, животных, которые пели и веселились.Но, находясь в туманном облаке, Тишина не слышала того истощающего звука сирены, который обычно скрипел в ее ушах, разрезая пространство, когда вокруг пела или играла музыка. Тишина удивилась и на всякий случай закрыла уши, когда туманное облако приблизилось очень близко к поющим птицам, но и птиц она тоже не слышала. «Похоже, это облако обладает какой-то волшебной силой шумоизоляции», – подумала про себя Тишина, вдохнув глубоко туманный воздух внутри облака.

Она продолжала медленно лететь над островом, и в это время злые мысли стали выстраиваться в ее голове. Она продолжала повторять про себя и вслух: « Пусть на Музыкальный остров опуститься туман и поглотит в себя все музыкальные звуки. Пусть и птица не поет, и вода не шепчет, пусть эти глупые Музономы перестанут чувствовать музыку и эмоции. Пусть их музыка расстроится и превратится в жалкий стон».

Вдруг облако быстро закружилось и понесло ее куда-то, резко поднимаясь ввысь. Сейчас Тишина уже не видела ничего вокруг, кроме пенящегося тумана. Через какое-то время облако приземлилось на каменистую поверхность и вмиг испарилось. Вот так Тишина оказалась в долине Туманов.

С того момента, как Тишина поселилась в долине Туманов, она больше не слышала режущий звук сирены в ушах от поющей вокруг природы. Невидимые частички туманного воздуха обладали сильнейшей шумоизоляцией. Но самое страшное, что хранили в себе эти туманные капли – это ядовитые чары безмолвного заклятия, от которого гибла любая растительность и живность, а сердце наполнялось равнодушием, жестокостью и властолюбием.

Безмолвные духи, хранители таинственной долины туманов жили в этом густом тумане. Это были невидимые существа. Их движения можно было наблюдать лишь по движению облаков, которые могли принимать различные формы от элегантных до самых страшных чудовищ. Безмолвные духи выбрали Тишину своей повелительницей, и передали ей мощные чары заклятия безмолвия.

С того момента, когда Тишина приземлилась в Долину Туманов ее магические силы росли день ото дня. И вот, девочка, которая родилась когда то с бесчувственным сердцем, постепенно превратилась в бессердечную колдунью. Вдыхая этот ядовитый туманный воздух, Тишина была одержима лишь одной идеей: лишить обитателей Музыкального Острова – Музономов, их таланта соединять их сердца с вибрациями природы и творить музыку, которую мы, люди, потом услышим в своих сердцах.

Тишина была уверена что, как только Музыкальный Остров превратится в холодное, безмолвное место, тогда музыка исчезнет во всем мире, и тогда, она- Тишина будет править миром.

Эти мысли не давали покоя колдунье Тишине. Каждый день Тишина сидела в своей мраморной пещере на мраморном троне и повторяла свое заклинание. Обладая магической силой превращать растущее дерево в сухую ветку, иссушать голоса птиц, колдунья Тишина все же не могла расстроить гармоничные сердца Музономов, ведь в их венах текла музыка, которой подпитывались их сердца от окружающей природы. Но после многолетних наблюдений за Музономами, Тишина нашла, того, на кого подействовали ее чары.

Весть о том, что принц Мажор будет править этим Балом Весны, разлетелась по острову и случайно долетела и до Долины Туманов.

В этот день Тишина сидела в своем мрачном мраморном подземном дворце и как обычно шептала свое безмолвное заклятие: «Хочу, чтобы на Музыкальный остров опустился туман и поглотил в себя все музыкальные звуки, чтобы и птица не пела, и вода не шептала, чтобы расстроились сердца Музономов, а потом и вовсе замолчали…пусть наступит безмолвие души и сердца».

Тишина продолжала повторять свое заклинание, под которое она почти заснула. Но внезапный голос ее служанки Двубяки нарушил покой Тишины. Ее служанка держала букет отцветших одуванчиков с пушистыми головками:

– Лови! – захохотала Двубяка, бросив пушистый белый одуванчик, пестики которого плавно рассеялись над головой Тишины.

– Как ты посмела нарушить слова заклинания своей королевы, негодная девчонка, – апатично, но с раздражением, произнесла Тишина, – бросаешь эту уродливую ветку, да еще разбрасываешь этот мусор! – продолжила Тишина, брезгливо снимая с себя пушистые семена одуванчика.

– Ваше Безмолвное Величество, – сказала Двубяка, глядя на пушистые одуванчики в своих руках. – Их шапочки так напоминают мне тихих духов туманных облаков… особенно когда на них дуешь!

Она набрала побольше воздуха и раздула букет одуванчиков так сильно, что белый пух закружился в воздухе, словно рой крошечных облачных фей. Пух мягко коснулся лица колдуньи, и та… неожиданно чихнула.

Двубяка нашла это ужасно забавным.


Её рот широко растянулся в улыбке. Пух продолжал медленно кружиться, словно маленькие ноты лёгкой, воздушной музыки.

Но Тишине это не понравилось и она произнесла каркающим голосом:

– Эти уродливые цветы не имеют ничего общего с могущественными безмолвными духами, хранителями тайны долины Туманов, и вообще я тебя не посылала в музыкальное королевство за этими уродливыми цветами, от которых у меня свист в ушах. Что происходит в королевстве, почему не замолкают эти противные Музономы? – вяло, но деспотично спросила Тишина.

Игривость в лице Двубяки моментально исчезла. Девушка поклонилась своей госпоже и ответила монотонным голосом:

– Ваше величество, эти надоедливые Музономы шумят без умолку. Вместе с деревьями, травой, водой и птицами они сочиняют самую громкую песню! Я видела, как они танцевали, смеялись, прыгали…потому что самый озорной и глупый Музоном, принц Мажор, будет главным дирижером Бала Весны.

– Мажор? – переспросила Тишина, и ее стеклянные глаза заискрились, как горящие электрические провода. И тут туманные духи, медленно кружащие около колдуньи, завихрились и начали превращаться в густую пенящуюся массу, образуя кокон вокруг своей королевы. И вдруг в этом туманном смерче Двубяка увидела неясный силуэт Мажора, а потом еще нескольких Музономов. Двубяка закрыла глаза, потом опять открыла, но никаких силуэтов больше не увидела. Туманный кокон вокруг Тишины тоже рассеялся.

Вдруг бесчувственные глаза Тишины опять заискрились, и она произнесла равнодушным голосом:

– Весеннего праздника не будет! Мои чары безмолвия сильны и беспощадны! Скоро Безмолвное заклятие долины Туманов опустится на Музыкальное королевство. Веселое сердце Мажора перестанет быть веселым, он забудет мажорный лад, и в его сердце будет царит молчание. Не будет радости, а потом и грусть покинет сердца людей. Мир без чувств и тепла – править миром буду я!

От этих слов у Двубяки пробежали мурашки. Она не могла представить Музыкальный остров без поющих растений и животных, и, конечно, Музономов.

Под воздействием тумана душа Двубяки была пуста как котелок, в сердце не было любви, сострадания, страха. Но оставалось чувство любопытства, от которого девушке было не скучно.

Для Двубяки в долине Туманов было совсем мало дел, поэтому чтобы не уснуть от скуки, девушка наблюдала за поющими и танцующими Музономами, летающими птицами, движущимися животными и всякими тварями, которые издавали хоть какие то звуки. Сейчас похоже Тишина задумала что-то серьезное.

Пенящийся пепельный туман начал быстро подниматься из пещер, превращаясь в форменные облака жутких гигантских амфибий, пауков, ящериц и других страшилищ.

Это были безмолвные духи, армия Королевы Тишины. Наполненные ядовитыми частицами безмолвного заклятия, безмолвные духи начали медленно двигаться за своей королевой – колдуньей в сторону Музыкального Королевства. Тишина глубоко вдохнула туманный воздух и растворилась в облачной тени, оставив лишь пепельный, мерцающий шлейф, тускло светящейся, указывая на ее присутствие в густом тумане.

## ГЛАВА 6. Музыкальные Часы


Тем временем рассвет поднимался над островом, но солнца совсем не было видно, потому что остров был окутан густым туманом. Безмолвные духи, спрятанные в пенящемся тумане, медленно душили природу и растительность музыкального острова своими ядовитыми частицами.

В это утро Король Бас проснулся от холода еще до восхода солнца. Увидев в окне сплошную пелену тумана, Король Бас открыл рот от испуга и тревожно пропел своим низким глубоким голосом королеве- жене:

– Что это за непонятное явление? Похоже… облака опустились на землю…. , – вдруг король сделал паузу, а потом просто заорал. – Да, в такой туман небезопасно выходить из дома! Давайте поскорее собирать утреннее собрание и петь наши благодарственные песни солнцу. Глядишь, и эта темная сила развеется. – командным голосом, сдерживая волнение, заключил управитель Музыкального королевства.

Королева Солия крепко прижалась к своему мужу и с надеждой промолвила своим звонким высоким голосом:

– Я думаю, что это не темная сила, а всего лишь пробуждение природы от зимы. Может быть, снежинки замерзли в воздухе, а потом просто опустились к нам туманом.

Потом королева еще раз подошла к окну, внимательно всматриваясь в туманную мглу словно пытаясь увидеть что- то, и вдруг с улыбкой произнесла:

– Скорее пойдем поприветствуем солнце! Оно спряталось в этом снежном тумане. Я верю – солнце рассеет туман и все наши опасения.

Король и королева поспешили в гостиный зал дворца на утреннеее собрание, которое Музономы проводили каждый день, приветствуя восходяще солнце. Светлые лучи солнца соединяли сердца Музономов с энергией природы.

Принц Мажор всегда задавал бодрый тон на утреннем собрании. Ведь Мажор был главным проводником солнечной энергии для Музономов. Озаренный солнцем, он начинал свою утреннюю песню, а потом и все Музономы дружно подпевали.

Ансамбль «До Ре Ми Сольки»уже пришел в зал. Все ждали Принца Мажора, который пока еще не появился.

Музономы время от времени заглядывали в окно, надеясь увидеть солнце, спрятанное под туманной пеленой.

Король Бас ходил взад и вперед, нервно поглядывая за окно. Королева Солия сидела на троне, прикрыв глаза, и что-то тихонько напевала.

Тем временем принцесса Минор сидела за роялем, пытаясь воспроизвести песню, услышанную вчера на Тихом озере, на рояле. Минор пыталась отвлечься от вчерашнего разговора с братом. «Как жаль, что мой голос не сочетается с ярким и веселым тембром Мажора, – с сожалением подумала она. – Каждый должен заниматься своими песнями», – молча согласилась Минор с решением брата о невозможности гармонизировать мажорный и минорный тона.

Неожиданно взгляд Минор упал на музыкальные часы, которые висели посередине центральной стены в гостином зале. Часы были достопримечательностью Музыкального дворца. Они были большие и круглые, в форме солнца, с золотым наконечником, который сверху напоминал басовый ключ, а снизу скрипичный. Минор не могла поверить, что стрелки часов, в форме ноток, остановились на полуночи вчерашнего вечера.

– Часы остановились? – подумала про себя принцесса. Она зажмурила глаза на секунду, в надежде, что ей просто померещилось. Но когда она открыла глаза, Минор увидела, как туманное облако окутало музыкальные часы. Потом это облако закружилось и мгновенно испарилось.

– В комнате недостаточно света! – воскликнул король в это же время, одновременно зажигая дополнительные лампочки.

– О, это недобрый знак! Похоже, пока никто не заметил, что часы остановились – заволновалась Минор, все еще надеясь, что часы затикают опять.

Чувство тревоги не покидало девушку. Она услышала ноющую мелодию в своем сердце. Она снова посмотрела на часы. Туманное мерцающее облако вокруг него исчезло, но стрелка продолжала стоять на полуночи вчерашнего дня.

Вдруг по телу Минор пробежали мурашки от какого-то непонятного страха. Все Музономы то и дело смотрели в окна и ждали, когда же рассеется туман.

В этот момент Минор подумала, что сейчас ей как никогда хочется услышать бодрящий голос ее брата Мажора.

– Как же мрачно и холодно в этом зале без Мажора… Надо его скорей позвать, братец, наверное, проспал, – пытаясь успокоить себя, подумала Минор, и потом сказала вслух:

– Я вчера вечером заходила к Мажору послушать наброски его сольной песни для Бала Весны. Он много работал и, наверное, проспал, – я пойду разбужу его.

– Ах… я так и думал. Этот озорник снова нарушил время сна!– выпалил с ухмылкой на лице Король Бас, качая головой.

– Тебе понравилась песня Мажора? – с довольной улыбкой спросила королева Солия, зная о том, что Минор вчера хотела поговорить со своим братом про совместный дуэт.

– Да… да… это была такая заводная песня. Нотки витали в облаках, инструменты сами играли, и я даже пыталась подпевать, – ответила скромно принцесса.

В этот момент, казалось, все забыли о туманном утре и всех опасениях, связанных с этим.

– Доченька, моё золотое сердце! – мягко сказал король Бас, подойдя ближе и взглянув на Минор с тёплой нежностью. – Я рад, что вы с братом пытались петь вместе.


Он гордо покрутил свои длинные, аккуратно закрученные усы и добавил:


– Знаешь, прекрасной идеей было бы, если бы вы с Мажором спели дуэтом на открытии Весеннего бала. Уверен, у вас получится что‑то по‑настоящему волшебное.

Королева Солия весело улыбнулась и подмигнула дочери так, что её глаза засияли, как две маленькие звёздочки.

– Я тоже так думаю, милая. Твои нежные мелодии могут украсить любую музыкальную композицию, любого стиля и жанра! Они – как лучик света, который делает музыку теплее.


– Да, мы обязательно попробуем спеть песню вместе… но… после бала… – без особого энтузиазма согласилась Минор и поспешила выйти из зала. Она не хотела рассказывать родителям о своей безнадежной попытке спеть вчерашним вечером с Мажором.

После того, как Минор вышла из зала, музыканты начали свои распевки. Вдруг неожиданно для всех король вскрикнул:

– Этого не может быть! Музыкальные часы… остановились? – потрясенно воскликнул Бас и подбежал к остановившемся часам.

– Кто-нибудь заметил? Часы остановились! – еще раз крикнул своим низким голосом король Бас.

В этот момент музыканты прекратили репетицию и уставились на застывшие часы.

Король Бас осторожно обошел часы, дотронулся до стрелок часов, пытаясь пошевелить стрелками, но они словно примерзли к двенадцати часам полуночного времени.

– Я должен выяснить, что случилось с музыкальными часами… ,– растерянно произнес король. – Утреннее собрание не состоится, пока мы не починим часы! Вот поэтому и солнце не может пробиться сквозь этот злой туман, – уже совсем отчаявшись произнес Бас.

– Пожалуйста, идите по своим домам, ребята, через час – другой, все будет в порядке, – обратился Бас к Музономам, откашливаясь, пытаясь скрыть свою панику.

Озадаченные Музономы покинули зал. Они знали, что произошло что-то нехорошее, ведь часы отсчитывали время с момента появления Музономов на острове и являлись «пульсом» природы. Благодаря часам менялись времена года и ритм природы, а вместе с этим менялась музыка природы.

Озадаченные Музономы чувствовали: в воздухе дрожит что‑то недоброе. Часы, некогда безмолвные стражи острова, отсчитывали время с того самого мгновения, когда первые Музономы появились на этом острове. Их мерный ход был не просто звуком – он был пульсом природы.

С каждым ударом менялись времена года, смещались ритмы ветра и дыхание лесов, и вместе с этим рождалась новая, едва уловимая музыка природы. Что‑то нарушило древний порядок, и часы, казалось, знали об этом первыми.


## ГЛАВА 7. Пророчество

Королева Безмолвия
И в сердце только стон
Безмолвные духи
Ведут ее на трон.

Король плотно закрыл дверь в парадный зал, убедившись, что за дверью никого нет. Он повернулся к королеве и тихо произнес:

– Боюсь, это… не просто туман, – и внезапно замолчал.

– А что же это может быть? – взволнованно спросила Солия.

– Это может быть… безмолвное заклятие… – запинаясь сказал король, оглядываясь вокруг.

– Без.. Безмолвное заклятие? – ошеломленно переспросила королева.

– Без.. Безмолвное заклятие? – визгливым эхом повторила вслед королеве старая виолончель, сидевшая в углу зала. Старушка-виолончель уже редко участвовала в концертах и в основном молчаливо отдыхала в углу. Но сейчас и старушка- виолончель, похоже была перепугана происходящим.

И в этот самый момент дверь распахнулась, и вбежала рыдающая принцесса Минор. Она заголосила сквозь слезы:

– Мать, отец, Мажор пропал, его унесло туманное облако.

Король просто побелел от страха и схватился за голову. Он тяжело вздохнул.

– Что? О чем ты говоришь? – закричала пронзительным голосом королева.

Мысли принцессы путались, запинаясь от волнения в словах, Минор стала рассказывать, о том, что только что произошло в комнате ее брата:

– Я зашла в его комнату. Мажор спал и тяжело храпел. Я подошла к нему и стала будить, нежно похлопывая его по плечам. Брат проснулся и сразу грубо оттолкнул меня, похоже, он меня не узнал.

Руки принцессы дрожали, сердце сильно колотилось.

– Ох, нет. Мой мальчик не может так себя вести. Он, должно быть, болен, – забеспокоилась Солия.

– А что же дальше случилось? – озабоченный Бас подошел к дочери.

Прижавшись к отцу, Минор рассказала об увиденном:

– Вдруг комната Мажора стала наполняться туманом, и из него медленно поднялось облако – вытянутое, с длинным шлейфом, похожее на тень. Оно кружилось всё быстрее, и в его вихре мелькали искорки, похожие на хитрые глаза.

Это облако не улыбалось. Оно будто наблюдало, выбирало, к кому приблизиться. Облако стало кружиться вихрем, а потом нависло над Мажором и стало обволакивать его. Я протянула свои руки к брату, чтобы вытащить его из этого страшного туманного облака, но я стала задыхаться. Словно какая-то сила отшвырнула меня в другой конец комнаты. Комната продолжала наполняться этим туманом. Мне стало сложно дышать. Облако закружилось вокруг Мажора, поднялось выше и, вспыхнув фиолетовым светом, проскользнуло сквозь стену, потащив с собой принца, – рыдала девочка

– Это она… это Тишина, – в панике крикнул Король Бас.

И королева, и принцесса ахнули от страха.

Король Бас, шокированный от услышанной истории, медленно подошел к виолончели и тихо сказал:

– Я должен рассказать вам одну страшную историю, которую я услышал очень давно на Тихом озере, – признался Бас женщинам.

– Тихое озеро? Это мое самое любимое место, это единственное место, где природа сливается и поет божественной гармонией голосов, – вытирая слезы, перебила Минор.

– Да, очень давно Тихое озеро было мои вдохновением, но все изменилось с того момента, когда я увидел невиданное и услышал неслыханное, – после короткой паузы произнес король.

– Что же это было? – в один голос спросили королева и дочь.

– Это было пророчество глубинных вод озера, – тихим хриплым голосом продолжал король, – это случилось в год первого Бала Весны, после того как мы только что поженились. В тот вечер я был в прекрасном настроении, мне так хотелось написать неповторимую мелодию для первого Бала Весны. Окрыленный этой идеей, я побежал к Тихому озеру. Я долго гулял босиком по побережью озера, прислушиваясь к мелодиям его вод. Оранжево-золотистые лучи заходящего солнца переливались на гладкой поверхности озера, играя с хрустальными звуками гладкой воды.

Я наслаждался этим красочным пейзажем, но вдруг мое сердце начало стучать в тревоге. Откуда ни возьмись туман опустился над озером тяжелым серым облаком. В этот миг наступила тишина вокруг: птицы замолчали, деревья не качались, даже ветер не шептал. И вот вода в озере стала подниматься, пытаясь смыть это туманное облако, которое словно давило на озерную чашу. Я испугался, потому что никогда не видел такого странного явления. Эта борьба воды и тумана продолжалась несколько секунд. Потом туман рассеялся, и вдруг я услышал шепот, исходящий из сердца озера. Это был стонущий шепот подземных источников. Они тихо пели:

Туман окутал весь остров вокруг,
Тяжелый, удушающий туман.
Людей охватил испуг,
В воздухе ядов фонтан.
Проклятье вихрем мчится по земле,
Но в сказках страх растает в светлом дне.
Душа не знала тайны той большой,
Пока не встретилась с Тишиной самой.
Она шагнула тихо из тумана,
Несла с собой загадку без обмана.
И мир прислушался – вдруг в вышине
Звучит ответ на шёпот в тишине.
Ах, эта Тишина!
Ни звука
Ни мелодии
И нет любви внутри.
Королева Безмолвия
И в сердце только стон
Безмолвные духи
Ведут ее на трон.
И духи ветра нашептали:
Страшись! И бойся ту.
В ком нет мелодии,
Гармонии, любви
Ту, кто с бессердечием слилась
И родилась без крика в сердце
Тишина
Отвергнутая, исчезнет она тумане
Но это обман,
Вернется вновь и проклянет,
И музыкальный род падет ,
Безмолвие придет,
И будет остров
Весь в тиши, окутан пустотой души.

Королева Солия в панике схватилась за голову и спросила пронзительно высоким голосом:

«'Что? Какая это еще королева может появиться на нашей земле? На острове может быть только одна королева! Все остальные – самозванки!»

– Самозванки…—повторила скрипучим эхом старушка – виолончель, струны которой еще больше расстроились от всего происходящего.

Король перевернул виолончель к стене, указывая на то, что старушка- виолончель должна помолчать. Вдруг Король Бас схватился за сердце и с испугом произнес:

– Мое сердце опять заныло. Кто-то еще слышит эту жуткую скрипящую мелодию? обратился Бас к жене и дочери. Солия и ее дочь прислушались, пытались словить какую-то музыку из своего сердца.

– Я ничего не слышу, – настороженно произнесла Солия.

– Мое сердце просто ноет и не может настроиться на музыкальный тон, – плаксивым голосом ответила Минор.

– Недобрые времена наступают, надо спасать Музыкальный Остров от заклятия безмолвия, – почти шепотом произнес Бас.

В этот момент Солия выпрямилась и пропела своим высоким голосом:

– Я уверена, что музыка сильнее любого безмолвного заклятия. Мы – голос музыкальной земли. Но сначала мы должны найти и спасти нашего сына Мажора! Талант Мажора помогает нам создавать мелодии радости, которые мы, Музономы, несем в сердца людей. Без радости в сердце опустеет душа! И мы не можем этого допустить.

Бас собрался с силами и прохрипел своим низким голосом:

– Нам надо собрать всех Музономов острова и спеть хором, чтобы Мажор нас услышал, и тогда он откликнется, а от наших мощных голосов уши Тишины просто завянут, и чары ее отступят.

Королева обрадовалась решительности короля, но потом вдруг осознала, что без Мажора им будет сложно настроить хор Музономов на мажорный лад. И она произнесла:

– Но как же Музономы настроятся на веселый лад без Мажора?

Король Бас с болью посмотрел на королеву Солию. Он знал, что без главного мажорного тона своего сына ему будет очень тяжело организовать Музономов всего острова и настроить их на мажорный тон. Но Бас обладал другой волшебной силой – своим командным и глубоким голосом он мог собрать всех Музономов. И тогда он пропел своим бодрящим голосом:

« Я – король Бас, давайте сначала соберем всех Музономов на придворцовую площадь Гармонии». После этого он взял золотистый музыкальный рог и начал играть мелодию марша, созывая всех. Бас гордо расправил плечи и начал выдувать свои низкие солидные звуки. Но вдруг что- то произошло, и вместо яркой командной мелодии раздались отрывистые кричащие звуки, которые напоминали кряканье утки.

Король изо всех сил стал дуть в музыкальный рог, пытаясь исправить эти ужасные звуки.

– Я теряю голос! Кря-кря! Эта ужасная Тишина! Заклятие безмолвия, – закрякал король. В этот момент туманное облако, напоминающее утку вдруг вылетело из часов и рассеялась в воздухе.

Солия и ее дочь так испугались, что отбежали за рояль, затаив дыхание. Потерянный от происшедшего король остался сидеть на троне, молча разводя руками от безысходности.

А в это время в голове Минор вертелись разные мысли. Девушка не могла поверить в то, что на Музыкальном Острове, в месте, где родилась музыка, может жить какая-то колдунья, которая не чувствует и не понимает красоту мызыки природы. «Да и вообще, как вообще можно жить без музыки в сердце, ведь музыка есть в каждом живом существе!» – рассуждала про себя Минор, и у нее возникали вопросы, которые сеяли сомнения в сердце девушки.

«Но как это возможно? Разве есть на нашем острове место, где может жить безмолвие или любое другое зло?» – прошептала потрясенная Минор, бросая свой взгляд то на короля, то на королеву.

Король лишь молча разводил руками, королева молчала, смотря за окно, где все еще властвовал густой туман, словно снежным комом обрушившейся на музыкальное королевство. Потом королева вдруг тихо заговорила: