Иван Рыжов
По следам двоих

Эта книга посвящается моим родителям. Всю жизнь я витал в облаках и сочинял истории. Благодаря их пониманию и участию этот роман появился на свет.

Глава 1

Ясмала не сразу поняла, что ее разбудило. Хотелось закопаться поглубже в гнездо из одеял и шкур, возвращаясь к безмятежным видениям ночи. В конце концов навряд ли в этом доме что-то могло ей угрожать. И все же смутное ощущение тревоги заставило девушку приподнять голову над подушками и прислушаться.

Тишина ночи была непроницаема. Несколько мгновений она слышала лишь стук собственного сердца, как вдруг с первого этажа донесся еле различимый шорох. Мохнатые уши дрогнули и повернулись к двери. Вот! Еще один, более различимый звук снизу. Там точно кто-то есть! Хвост ударил по полу от страха и возбуждения, заставив Ясмалу прикрыть глаза от раздражения.

Медленно поднявшись на всех четырех конечностях, девушка по-звериному прокралась к двери и проскользнула к лестнице. Вглядываясь в темноту сквозь щели в перилах она не сразу заметила источник странных звуков. Наконец глазам удалось различить еле видимую тень на темном дощатом полу.

Ужас, охвативший девушку в первые мгновения, сразу прошел, стоило ей получше присмотреться. Даже с потрясающим зрением лиотари Ясмала не смогла определить возраст незнакомца. Единственное, о чем она могла говорить с уверенностью – это был взрослый мужчина. И он не был похож на затаившегося убийцу или грабителя. Скорее портовый пьяница или уличный бродяга. Об этом ясно говорили лохмотья, в которые он был одет, и весьма различимый запах опустившегося человека.

Ясмала беззвучно выдохнула. Испуг сменился озабоченностью. Она недоумевала, как этот бродяга проник в запертый магазин. Ставни были заперты изнутри, как и двери.

Повертев головой, она отметила, что замки висят на дверях да и колокольчик у двери никуда не делся. Окна не разбиты. Должно быть, он воспользовался черным ходом. Ну какой вор будет взламывать парадную дверь, когда есть неприметный вход из темного переулка? Вот только почему он… лежит на полу? Виной всему лишняя бутылка крепкой гномьей огневицы? Хотя, учитывая его внешний вид, едва ли доходяге был по карману этот недешевый напиток. Скорее уж он просто свалился от истощения. А может ударился обо что-то в темноте? Не всем так повезло со зрением, как ей.

Тяжелый вздох с пола прервал ее мысли. Кажется, горе-налетчик начал приходить в себя. Не желая давать ему фору, девушка слетела вниз по лестнице, на лету схватив так удачно попавшийся под руку табурет.

Нависнув над мужчиной девушка подумала, что все это может быть его хитрым планом. Возможно, он услышал ее копошение наверху (дурацкий хвост!) и придумал, как заставить ее саму спуститься. А значит целью были не деньги и не товары магазина. У Ясмалы все похолодело внутри от этой мысли.

Догадка промелькнула в голове за миг до того, как она замахнулась тяжелым табуретом. Дрожа от возбуждения, девушка застыла перед ударом, как вдруг он открыл глаза. Острый взгляд голубых глаз пронзил ее, заставив остолбенеть.

"Вот и все!" – подумалось Ясмале.

Табурет выскользнул и ударился об пол за ее спиной. По телу пробежали непрошенные мурашки.

Но незнакомец ничего не сделал. Глаза его закрылись, а по комнате прокатился еще один тяжелый вздох.

Взяв себя в руки Ясмала отшатнулась. Нет, не от резкого запаха, исходящего от незнакомца. Ее парализовал этот дикий взгляд загнанного зверя. И пусть в нем читались настороженность, напряженность, даже угроза, но отчего-то он показался девушке приятным, знакомым, даже родным. Желая отбросить странное ощущение, Ясмала тряхнула головой и осмотрелась. Задняя дверь была заперта. В темноте удалось разглядеть даже контуры нетронутого тяжелого замка.

Судя по всему, к сундучку с выручкой под кассой он тоже не подходил. Лиотари обвела взглядом товары, убеждаясь, что с полок тоже ничего не пропало.

– Но как?.. – удивленно выдохнула девушка.

"По… помоги," – голос прозвучал только у нее в голове.

Шерсть на всем теле Ясмалы встала дыбом, хвост вздрогнул от волнения. Губы незнакомца совсем не двигались, не прозвучало ни единого звука.

Девушка вновь подняла табурет с пола, но только чтобы присесть. Ее бил озноб, ноги были ватными, голова – и того хуже. Все плыло.

Прикрыв глаза, Ясмала тяжело выдохнула. Черт бы побрал этого мужика, этот магазин и ее любопытство.

***

Едва придя в себя, Малбор встрепенулся и попытался вскочить на ноги. Ему помешали два обстоятельства: сильное головокружение и неудобная лежанка, походившая на гнездо из одеял. Повернувшись на бок, парень почувствовал тошноту и подтянул ноги к груди, словно это могло как-то избавить его от боли и разбившей все тело крупной дрожи.

Казалось, что хуже уже не будет, но тут вдруг снизу раздался заливистый звон колокольчика. Малбор напрягся, стараясь совладать с непослушным телом. Он вспомнил темное помещение, заставленное всякой утварью, с широкой дверью и кассовым прилавком. Он не мог вспомнить, был ли на двери колокольчик, но был почти уверен, что оказался недалеко от того места. Судя по всему, его зачем-то перенесли на второй этаж.

Юноша осмотрел свое тело и заметил, что о нем кто-то позаботился: раны обработаны, а вместо слоя пыли и засохшей крови тело покрывает какое-то пахучее масло. Кроме того он нащупал на голове здоровую шишку. Значит, это был не сон, и его трюк подействовал на странное существо, нависшее над ним прошлой ночью?

Снизу послышался звук шагов нескольких человек, затем приглушенные голоса, какое-то копошение, снова шаги и пронзительный звон. Руки обхватили трещащую по швам голову, в попытке заглушить противный звук.

Воздух в комнате был прохладным, поэтому перед тем, как подняться, Мал накинул на голое тело большое лоскутное одеяло. Несколькими неверными шагами дошел до подоконника и долго разглядывал неверящим взглядом людную улицу за окном.

Улыбка на бледном лице становилась все шире, пока в голову не закралась страшная мысль – сюда прямо сейчас может нагрянуть ублюдок Хевис и снова попытаться его убить. И Малбор не сомневался, что в этот раз у него точно получится.

Покачав головой, он еще раз оглядел незнакомую городскую архитектуру и отогнал пустые мысли. Теперь он уделил внимание самой комнате. У одной из стен коптило каменную трубу пламя в широком очаге. Судя по кухонной утвари и набранной в ведра воде, на нем регулярно готовили пищу. По крючкам и полкам вокруг были расставлены баночки и шкатулки со специями и маслами.

У двери и под окном стояли несколько объемных комодов с висячими замками и дубовый платяной шкаф с ростовым зеркалом на дверце. Тут же у окна разместился небольшой столик красного дерева с письменными принадлежностями, а дальний от двери угол был завален целой кучей всякого барахла. Раздутые мешки и коробки, вязанки и валики так и манили заглянуть внутрь. Скорее всего это были запасы товаров, продаваемых на первом этаже.

Добротных и дорогих вещей тут было немало, отчего еще более странной выглядела лежанка из наваленных в центре комнаты матрасов, подушек и теплых шкур.

От изучения места Малбора оторвал очередной выводящий из равновесия звон. Парень медленно побрел к единственной в комнате двери.

– Всего доброго! – прозвучал милый и услужливый женский голосок перед тем, как колокольчик – источник его бесконечных головных болей – снова задребезжал.

Спускаясь по крутым ступенькам, Мал чуть не упал, в последний момент ухватившись за перила. В тот же момент к лестнице подлетела ошарашенная девушка-икати в цветастом сарафане. Кошка с человеческими повадками. Или человек с кошачьими?

– Ты больной?! – совсем не милым голосом спросила она. – Ты же совсем голый! Немедленно вернись наверх, пока никто не зашел.

Не ответив ни слова парень продолжил медленно спускаться. Видя, что слова его ничуть не убедили, девушка отчаянно метнулась к двери и успела перевернуть табличку на входе. Развернувшись, она практически уткнулась носом ему в грудь. Икати прижалась к холодной двери спиной и зажмурилась. Щеки ее полыхнули жаром, непослушный хвост несколько раз ударил по дереву, а уши прижались. Когда она все же решилась открыть глаза, то увидела, что парень поднял руку над ее головой, отчего накинутое одеяло соскользнуло с плеча, открывая взгляду худощавый жилистый торс. Резкий звук рвущейся ленточки и приглушенный звон заставили икати вздрогнуть.

– Вот, – протянул он ей руку с оторванным колокольчиком. – Он сводит меня с ума.

Девушка приняла протянутый предмет, после чего ловко схватила край одеяла и накинула парню на плечо.

– Ты не думал, что расхаживать голышом в общественном месте совсем чуточку неприлично? – язвительно спросила Ясмала, совладав с собой и выныривая обратно в зал.

– Кстати насчет одежды… – протянул незнакомец. – Не уверен на сто процентов, но мне казалось, она еще была на мне, когда я очутился здесь.

Хозяйка магазина зашагала к кассе, стараясь не оборачиваться, так как в этот момент лицо ее горело, как ошпаренное. Незнакомец никак не смог бы увидеть румянец под короткой шерсткой в отличие от пушистого хвоста, то и дело предательски рассекающего воздух, так что девушке даже пришлось взять его в руки. Уже дойдя до кассы Ясмала нашла, что ответить.

– Если те лохмотья ты называешь одеждой, то я тебе сочувствую. Эту вонючую рванину я бросила в костер. Но если ты так хочешь, я могу дать тебе взамен старую половую тряпку. И даже не попрошу доплату.

– Ты обработала мои раны, – то ли спросил, то ли подметил парень.

Девушка ответила не сразу, нервно натирая до блеска лакированную столешницу.

– На тебе места живого не было. Я лишь слегка обтерла струпья и попыталась отбить вонь маслом. Там, где дотянулась. Знаешь, такую тушу особо не поворочаешь.

– И все же ты затащила меня наверх, – продолжил Мал невозмутимым тоном, потирая шишку на голове.

– Не очень-то похоже на благодарность, – отозвалась девушка, расставляя склянки по полкам.

Тем временем юноша присел на знакомый ему высокий табурет и поежился от потянувшего по полу холода.

– Я благодарен тебе… за то, что не ударила.

Его спокойный тон и медлительность, а еще удивительное умение заставить собеседника испытывать стыд выводили Ясмалу из себя.

Девушка уже еле сдерживалась, чтобы не кинуть в незнакомца чем-нибудь тяжелым, но вдруг остыла, вспомнив его вчерашний взгляд, который заставил ее опустить свое импровизированное оружие.

– Так ты колдун? – внезапно спросила она.

Да, – не стал отрицать парень.

– Зачем ты здесь?

– Мне нужно убить одного человека, – бесстрастно ответил он.

Ясмала перестала расставлять товары, обернувшись к нему.

– Кого?

Она безуспешно пыталась держать лицо, но замерший хвост и вставшие торчком уши выдавали ее волнение.

– Ты икати или оборотень? – неожиданно сменил тему колдун.

Ясмала ответила не сразу.

– Мы называем себя Лиотари, но ты можешь говорить икати, если хочешь.

– Женщина-кошка, твои таланты едва ли раскроются в пыльной лавке.

– Наверное, ты предпочел бы увидеть меня в борделе на соседней улице, – фыркнула она, ударив хвостом. – На кого ты охотишься?

– Охочусь? – удивился парень.

– Ты сказал, что тебе нужно… убить.

– А, ты об этом. Да, есть один человек. Но моя цель спасти хорошего друга. А убийство – это всего лишь способ ее достижения.

– Крутишься, как уж на сковородке. Не хочешь говорить – не говори. Не мое дело.

Ясмала не спешила открывать магазин и прогонять юношу. Ей было важно услышать от него еще что-нибудь, что позволило бы понять, как к нему стоит относиться. Страшные слова про убийство настораживали, но отчего-то не отталкивали от незнакомца. Тот молчал, задумавшись о своем. Девушка хотела отвлечь его от мрачных мыслей, заставивших свести густые брови, но так и не подобрала слов. Наконец, лиотари отказалась от попыток сформулировать правильный вопрос и сухо сказала.

– Мне надо открывать магазин.

– Мне уйти?

– Голым? У всех на виду? Еще чего! Ступай наверх, тебе надо отлежаться.

– Я бы перекусил.

– Хм! А наглости тебе не занимать!.. Ладно, сейчас чего-нибудь принесу. А ты сиди там тихо. И чтобы без фокусов.

Мужчина плотнее укутался в одеяло и пошагал к лестнице.

– Эй, постой! – позвала девушка. – Зовут-то тебя как?

– Малбор. Малбор Скеггс.

Глава 2

Допив бульон из глубокой чашки, Малбор довольно присвистнул. Давно ему не приходилось есть горячую пищу, за столом, да еще и в такой компании. Ясмала сидела рядом, раскладывая монеты аккуратными столбиками.

– Это – за приличную одежду. Это – за еду и жилье. Это – за мои таланты врачевания. Как ни крути – тут слишком много.

Икати подняла глаза, на постояльца, живущего в ее комнатке уже больше недели. Тот уже насытился и теперь вальяжно развалился на шкурах, явно наслаждаясь моментом.

– Я не могу принять остальное. Да и где ты столько взял? Я точно знаю, что, когда ты свалился на мою голову, денег при тебе не было Ворованного мне тоже не надо.

– Не волнуйся, я не крал эти деньги. Мне их одолжили давным давно. А как они у меня появились… можешь считать, что это такой магический фокус. Большего я сказать не могу, но прошу принять в знак моей благодарности.

И было за что. За то время, что Малбор жил в магазине, девушка кормила и выхаживала парня, делилась с ним новостями и слухами, подробно ознакомила с местной географией и порядками, но главное – подобрала подходящую одежду.

Последняя задача оказалась особенно непростой в исполнении. Нет, Малбор никогда не был щеголем и франтом, но к выбору одежды всегда относился с придирчивостью. Такое поведение диктовала его нелегкая профессия.

Так, например, одежда не должна была выделяться из толпы, при этом, по возможности, не выдавать хозяина в темноте. Помимо того, что сидеть она должна была как влитая, ей следовало быть крепкой и удобной. И в то же время выглядеть представительно. Также были просто необходимы потайные карманы и многое-многое другое. Особенно тяжко пришлось с обувью и головным убором. И если подходящие сапоги из тонкой оленьей шкуры нашлись уже через два дня, то вот с приличной шляпой все оказалось куда сложнее. В итоге пришлось обойтись накидкой с глубоким капюшоном. Не чета тому, что он носил в далеком прошлом, но и так сойдет на первое время.

Ясмала измучилась искать подходящие варианты, заказывать доработки, да и самой пришлось несколько раз браться за иголку с ниткой, что было на нее совсем не похоже. В последнее время она все чаще думала об этом, но только теперь решилась спросить.

– Признайся, ты меня приворожил?

Малбор от неожиданности даже поперхнулся. Он с удивлением поднял голову с мягкой подушки, заглянув в глаза икати.

– Не делай такое лицо, я себя знаю. Я ни за что не стала бы тебе помогать, будь я в своем уме! – выпалила девушка, сведя брови и скрестив руки на груди. – Черт, да я даже ради родного брата не стала бы бегать по всему городу в поисках тряпья!

– Я не занимаюсь приворотами, – лениво бросил Мал, готовясь растянуться в гнезде. – Это моя природная обаятельность.

Икати ничуть не повелась на его беззаботный треп и придвинулась чуть ближе. Движения ее были плавными, почти текущими. Несмотря на то, что девушку нельзя было назвать худышкой, двигалась она весьма грациозно. Ясмала прижалась к плечу Скеггза и промурлыкала, проводя ладонью по его груди.

– Я должна тебе кое-что сказать, сладкий… Я – Лиотари! – В это мгновение она выпустила когти и впилась ими в оголенную грудь Малбора. – Поэтому мне бесполезно врать. До этого ты был на редкость откровенен. Я уж было подумала, что ты смог обмануть мое чутье. Но теперь я вижу – ты такой же человек, как и все.

Мал криво ухмыльнулся в ответ. Его ладонь легла на руку икати и прижала ее сильнее. Острые когти заставили мышцы пойти бугорками, слегка стянув кожу.

– Раз ты все поняла – тебе нужно прервать заклятие. Ты же знаешь, как это делается?

Рука Малбора не переставала давить. Из-под когтей выступили красные бусинки крови. Ясмала боялась посмотреть в глаза колдуну, опасаясь снова подпасть под его чары. Она таращилась на собственную руку. Когти все глубже вонзались в плоть человека. По груди уже побежала тонкая струйка крови. На глазах девушки наворачивались слезы, в горле встал ком, она всхлипнула. Резко вырвав руку из его хватки, Ясмала метнулась прочь, но вдруг застыла на месте. Стоя у двери, как побитая собака, преданно любящая своего хозяина, икати обернулась на колдуна.

Парень встал на ноги, стер одеялом кровь и накинул камизу. Без тени напряженности он подошел к девушке.

– Я не умею привораживать, – серьезно сказал Скеггз. – Ты должна чувствовать, что я не лгу. Но ты права. Это было не простое обаяние. Я совершил довольно подлый поступок и хочу извиниться за это. Это была ментальная атака. Я подавил твои настороженность и недоверие. Иначе, боюсь, тебе бы еще долго пришлось оттирать мои мозги с пола этого милого заведения. Такие заклятия не могут оказывать длительный эффект и спадают через несколько часов, вот только…

– Хм?

– Мое заклятие держится куда дольше. Это не опасно и скорее всего скоро пройдет.

– Скорее всего? – напряглась икати.

– Не волнуйся, я уверен, что с тобой все будет в порядке.

Малбор старался звучать убедительно. Хоть девушка и так готова была верить всему, что он сейчас скажет, все же Мал не решился говорить, как сильно он не рассчитал силы. Такой удар вполне мог повергнуть в шок или даже оставить непоправимые последствия на психике неподготовленного человека. Однако, судя по наблюдениям последних дней, он зря опасался. Раз девушка задумалась над тем, как вела себя с ним с момента встречи, значит скоро снова сможет мыслить здраво.

До того момента ему бы желательно постараться убедить икати, что он не проходимец или грабитель. Не хотелось бы получить табуретом по голове пока спишь, а уходить еще слишком рано. Он еще не до конца восстановился.

– Так что, если ты испытываешь ко мне какие-то чувства, то это только моя природная обая…

– Заткнись! – прошипела девушка.

В конце своей речи парень криво ухмыльнулся, а Ясмала отступила на шаг назад. Ярость закипала в ее груди. И все? Жалкого заклинания хватило, чтобы она влюбилась, как дура в первого встречного? Да как смеет он, этот жалкий колдун, завладеть ее сердцем?! Она – Лиотари! Душой и кровью дочь Небесной Кошки поддалась на жалкие фокусы этого придурка. Она порвет его! Прямо здесь набросится со спины, вцепится когтями и разорвет горло!

– Ты только не волнуйся так сильно. Я вижу, ты готова…

Уничтожающий взгляд заставил его замолчать.

Ясмала наблюдала, как колдун молча идет к камину, берет из пламени очага раскаленный до бела камень и бросает в ведро с водой. Вода начинает бурлить.

– Как ты попал сюда? – шепчет она.

Ее фраза слетает легко, как перышко, но опускается все ниже подавляя любые звуки.

– Прости. Боюсь, моя история еще не закончена. Ей не хватает кульминации и трагичного финала.

Ясмала поднимает бровь. Скеггз уже прознал об ее безмерном любопытстве и теперь явно играет с ней. Его дурацкая ухмылка кричала об этом в полной тишине, но не поддаться оказалось сложнее, чем она думала. Будь Ясмала немного сдержаннее, может плюнула бы и на него, и на его историю, но…

– И что это значит? Может, мне тебя убить для трагичного финала?

– Можно и так, – улыбается он. – Но твоя концовка еще и печальная. Мне нужно как минимум закончить дело.

Парень наливает кипяток в глиняный чайник. Вода заполняет его и бежит через край на раскаленную сетку подставки. Аккуратными движениями он протирает влажные стенки и наполняет глубокие пиалы ароматным напитком. Завороженная процессом девушка не смеет нарушить тишину церемонии.

Малбор протягивает ей пиалу и возвращается в гнездо. Икати садится рядом.

– А если я люблю именно неоконченные истории?

Парень задумался. Поначалу он не хотел ни с кем делиться своими воспоминаниями о недавнем прошлом, но теперь все сильнее задумывался о том, что это наиболее простой способ избавиться от подозрений. А реши Ясмала рассказать эту историю знакомым в городе, ей все равно никто не поверит. К тому же, как выяснилось, они находились далеко от столицы. Так далеко, насколько это вообще возможно.

Приняв решение, Малбор постарался скопировать безразличную манеру речи своего наставника:

– Что же, мне все равно нужно время на восстановление…

Ясмала победно улыбнулась и села поудобнее, готовясь услышать историю, а Малбор сделал глубокий глоток и прочистил горло, вспоминая, с чего все начиналось.

– Все началось с тишины. Тишины, а еще пустоты. Без первого в моем деле никуда, это понятно, а вот второе стало печальным открытием. Открыв сундук мага, я обнаружил, что в нем ничего нет. По углам валялись носки и книжки, на столе – стопка чистой рисовой бумаги и писчие принадлежности сомнительной ценности. Разумеется, я спустился на первый этаж. Уходить без барыша не собирался. На тот момент мне многого и не требовалось. Небольшой кошель, пара перстней…

– Постой, – прервала Ясмала настороженно. – Так ты все-таки грабитель?!

– Нет, вообще-то я профессиональный вор, – поправил Мал. – Постарайся не перебивать, хорошо? Иначе я буду сбиваться с мысли.

Девушка хмыкнула, но притихла. Видимо, интерес возобладал над ее докучливым характером. Ну а Малбор не без труда уловил нить повествования и продолжил.

***

Конечно, я опасался всяких магических трюков и фокусов, но как я и говорил, положение дел было непростым. Я едва сводил концы с концами, поэтому, когда заподозрил в нелюдимом старике колдуна – решил порыться в его запасах.

Не найдя ничего на втором этаже, спустился на первый. Но и там было не лучше: какая-то посуда, банки-склянки. Вникать во все это тогда мне не было никакого интереса, а между тем алхимических инструментов там стояло минимум на несколько тысяч фортинов!

О том, что маг вернулся домой, я узнал практически сразу. Разумеется, на этот случай у меня был план. Я бесшумно переместился обратно к чердачной лестнице. Оттуда был удобный выход на пологую крышу веранды, а там – спрыгнуть на бочку – и по прямой к забору через густую растительность. Сразу скажу, что дальше чердака я продвинуться не сумел.

Как все началось я и не помню уже, но вдруг сквозь щель в полу заметил, как колдун бегает по дому, собирая вещи. Сначала он перетащил в центр гостинной большой чемодан, а потом начал стаскивать туда горы всякого добра. Причем такого, которого в доме отродясь не было. Я-то знаю, я эту конуру вдоль и поперек излазил!

Длилось это копошение недолго, потому что вскоре снизу раздались голоса. Оба мужские, один принадлежал этому колдуну, а второй, пописклявее, но тоже достаточно грозный – другому человеку. Уж по этому легко было понять, что он самый настоящий колдун. На шее висел амулет, сверкающий камнями, мантия вышита золотом, плащ развевается, как будто на ветру. В общем – Чародей с большой буквы.

Только вот видимо мой волшебник так не считал. Уж не помню, что именно он говорил, но презрением в его голосе можно было целый ров наполнить и еще бы осталось немного. В общем, слово за слово и вот уже полетели заклинания.

Я парень неглупый. По крайней мере, тогда считал себя таковым. Так вот, ждать пока они весь дом по кирпичику разнесут я не стал. Поспешно ретировался, перегруппировался и… замер на месте. Буквально перед моим носом столб пламени испепелил потолок и часть крыши. Прожег все до подвала за пару мгновений. Я хотел было отскочить, но тут сзади послышался настораживающий треск. Оборачиваться не стал, а вместо этого перемахнул через огненную пропасть и метнулся назад, к лестнице. Вот только прогоревшие опоры не вынесли такой акробатики, и я с грохотом рухнул на пол.

Мое внезапное появление удивило обоих колдунов, но битва не прекратилась ни на миг. Вспышки света, светящиеся в воздухе печати, взрывы – и это только то, что я успел увидеть за пару мгновений полного оцепенения. Опомнившись, я вскочил и удивленный отсутствием серьезных увечий опрометью бросился прочь. На этом бы все и закончилось. То есть в следующий миг высокий столб пламени должен был испепелить меня на месте. Но вопреки моим ожиданиям пламя не причинило мне никакого вреда. В тот же миг сзади раздался пронзительный хохот. Оглянувшись, я увидел, как тот, что помоложе, стоит на земле, протянув руки вперед, а второй – хозяин дома – висит перед ним в воздухе, раскинув руки.

– Не думал, что ты так глупо подставишься, Гракс! – ухмылялся он, когда прямо из воздуха возник небольшой камень с острыми гранями.

На поверхности этого камня светились зеленым незнакомые мне символы.

– Знай, глупец, ты не только проиграл, но и не спас своего нового ученика. Он умрет в ужасных муках.

Чувствуя, как похолодело внутри, я постарался сдвинуться с места, но ничего не вышло. Хотел закричать – но и этого мне не удалось. Оставалось только смотреть, как старик исчез в яркой зеленой вспышке, а убийца повернулся ко мне.

– Говори, – то ли приказал, то ли разрешил он.

С удивлением обнаружив, что могу говорить, я сбивчиво ответил, не зная, чего от меня ожидают.

– Я… я ему не ученик. Я вообще не знаю этого человека.

– Что же ты забыл у него на чердаке? – с ухмылкой спросил он.

– Хотел что-нибудь украсть, – не стал юлить я.

Что-то мне подсказывало, что волшебник без труда мог понять вру я или нет. Услышав мой ответ он только рассмеялся. Когда искры веселья потухли в его глазах, он глянул на меня задумчиво.

– Этот великовозрастный осел вполне мог защитить незнакомого человека. Только богам ведомо, что у старого маразматика в голове. Что ж, пожалуй, я помилую тебя. Раз ты не его ученик – ты умрешь быстро.

Между нами возник все тот же камень. Краткий миг потребовался на то, чтобы письмена вновь засветились а потом… потом меня не стало.

Глава 3

Я сидел на высоком каменном уступе, свободно свесив ноги, и почему-то радовался жизни. Колдун явно что-то напутал. По крайней мере, если хотел убить меня быстро.

Пока я осматривал окрестности, вопросов в моей голове становилось все больше, но одно можно было сказать точно – я жив, а значит, еще не все потеряно.

Кругом расстилались нескончаемые поля с высохшей желтой травой. То тут, то там из земли белыми пиками прорывалась каменная порода, местами сильно возвышаясь над равниной. Где-то каменные глыбы врезались одна в другую, создавая формы с причудливыми очертаниями, а где-то выстраивались в длинные ряды.

Я сидел как раз на одной из таких "стен". Согласно законам природы она мало походила на творение рук человеческих. Угловатые формы местами терялись под землей, а местами заворачивали, создавая тесные ниши и коридоры. С высоты это место больше всего напоминало мне хаотичный лабиринт. Я порылся в памяти в поисках воспоминаний о подобных местах, но ничего на ум не приходило. Даже в нескончаемых рассказах моряков в кабаках я ни разу не слышал ничего подобного.

Холодный ветер пробирал до костей. Солнце не выглядывало из-за густой серой пелены, но пока света было достаточно для того, чтобы сориентироваться и убедиться, что вокруг никого нет. Тени были мягкими, едва заметными. Цвета по-осеннему блеклые, а горизонт утопал в густом тумане.

Удостоверившись, что организм готов к свершениям, а темнота не спешит брать свое, я бодро встал на ноги и потянулся. Спешная ревизия имущества показала, что все на местах. Ни одна вещь, включая отмычки и тощий рюкзак на спине, не пропала.

Жаль только, воды и пищи не было совсем. Да и поблизости не было слышно плеска воды. Это могло перерасти в большую проблему. В ближайшее время моему организму потребуется жидкость, и мне придется сделать все, чтобы ее обеспечить. Было бы крайне глупо умереть от жажды после того, как уцелел перед заклинанием могущественного волшебника.

Идей по решению этой проблемы было немного. Без понимания, где очутился и куда идти, я решил выбрать одно направление и двигаться по прямой. Вот только туман со всех сторон долго не давал выбрать, в какую сторону лучше отправиться.

Наконец, за серой мглой удалось различить возвышенность. Ничего конкретного, лишь темный силуэт вдали. Вполне вероятно, что порода там просто сильнее выступает из земли, или это была хитрая тень особенно густого облака. И все же, если это гора, то есть шанс наткнуться на ручей. Да и первое время даже не придется спускаться с гряды. Каменная стена выросла относительно ровно в направлении горы, слегка уводя вправо.

Не дожидаясь темноты, я направился в выбранном направлении.

Хоть природная стена и казалась поначалу легкой дорожкой к цели, двигаться по ней было не так-то просто. Крутые спуски, выступы и каменная крошка не способствовали быстрому продвижению. Поэтому отыскав место, где один из белых камней уходил в землю под наклоном, я спустился вниз.

Сухая трава под ногами зашелестела, буквально рассыпаясь под ногами. Идти по ровной сухой земле оказалось не в пример проще. А вот обзор теперь оставлял желать лучшего. Спустившись я мог видеть только вперед и назад, пока взгляд не упирался в нагромождения камней. По бокам взгляду мешали естественные преграды, превышающие человеческий рост. Лишь забравшись наверх получалось частично осмотреться. Это было необходимо, дабы не сбиться с пути и иметь представление об окружающей территории. Солнце так и не показалось, но судя по освещенности, ночь не заставит себя долго ждать.

В очередной раз оказавшись на относительно плоской площадке одного из выступов, я сосредоточил все внимание на поиске мест для ночлега. Таковых не наблюдалось. Зато обнаружилось нечто другое. Не посмотрев под ноги, я заскользил по каменному крошеву на плите с легким уклоном и чуть не скатился к ее основанию. Там, на прилегающей к ней под острым углом глыбе сплелись в пугающий своими размерами узел не меньше сотни небольших змеек. Мелкие камешки и куски побольше забарабанили по шершавой поверхности, но рептилии не отреагировали, продолжая извиваться и шипеть в постоянно меняющемся, текучем чешуйчатом узле.

Стараясь не издавать лишних шорохов, я просеменил по самой кромке. Нет, я не боюсь змей патологически. Но и большой любви к ним тоже не питаю.

Осмотревшись еще раз, приметил, что некоторые особи поднялись по отвесной стене на редкие плоские выступы. И как я не увидел их раньше?

Край, казавшийся раньше абсолютно безжизненным и безлюдным, начинал настораживать. Примеченные раньше ложбинки и ниши теперь казались совершенно не подходящими для отдыха. Как я ни старался не думать об узле из ползучих тварей, не мог отделаться от мысли, что змеи тут повсюду. Слышались шорохи и отдаленное шипение, которые я раньше списывал на ветер.

Если до этого момента мною двигало любопытство и поиск пропитания, то теперь появилось плохое предчувствие. Оно говорило, что отсюда надо уходить. Причем как можно дальше.

Как назло, в округе нельзя было встретить ни кустика, ни деревца, лишь ломкие полые стебли какого-то растения местами возвышались над желтеющей травой. Так что даже длинной палкой разжиться было негде. Пришлось проверять особенно заросшие травой участки на пути, бросая небольшие камушки. Да, может и глупо, но сгинуть в этом лабиринте от одного укуса ядовитой рептилии не хотелось.

Темнело медленно, и все же настал тот час, когда землю под ногами стало сложно отличить от засохшей травы. Привал устроил на последнем каменном пятачке гряды, вдоль которой продвигался.

Несколько последующих каменных островков не располагали к движению в выбранном направлении. Они торчали либо перпендикулярными плавниками, либо колючими островками.

И по пути, и теперь, на привале, я старался запомнить характерные ориентиры. Вот только через несколько часов бесконечные причудливые формы примелькались настолько, что я едва ли смог бы сказать, откуда пришел, если бы не стена.

И все же я наметил примерный маршрут движения. Какую глыбу с какой стороны лучше обойти, где виднеется перспективный разлом, а куда лучше не соваться. Двигаться все равно придется по наитию. Но наличие плана, пусть и примерного, весьма успокаивало нервы.

Ветер завывал все сильнее, продувая мою легкую одежду. Содрогнувшись в очередной раз, я сжал в руке сухой пучок жестких стебельков и листьев. С едва уловимым хрустом они рассыпались прямо в ладони. Это место давно не видело приличного дождя. Даже этот непроглядный туман больше напоминал сухой дым. Поначалу я думал развести огонь, но похоже стоит тут упасть искре, как все вокруг всполыхнет. Может это и сделает мой путь меж камней безопаснее, но удастся ли мне выжить в море огня? Проверять не хотелось.

Заночевать решил прямо тут, на камнях. Натаскал побольше травы – благо стена тут сходила на нет – и постарался устроиться поудобнее. Мне не раз приходилось спать под открытым небом, но все же обычно удавалось найти более спокойные места.

Избитые ноги, ноющий от долгого перехода хребет и общая измотанность во всю давали о себе знать. Сидя на подстилке из сухой травы, я весьма красочно представлял себе бесконечный лабиринт полный змей и ловушек.

Наконец, мне удалось успокоить разбушевавшуюся фантазию. Я постарался поскорее уснуть, но чудовищный голод, не дал сомкнуть усталые веки. До этого мне как-то и в голову не приходило, что это место может быть моим посмертным наказанием.

Когда наконец удалось принять удобное положение и немного расслабиться, на всю округу раздался пронзительный крик. Я почти успел подняться на ноги. Быстрый удар сверху заставил меня потерять равновесие. Не удержавшись на камне, я полетел вниз. Сухая трава не сильно смягчила падение на твердую каменистую почву.

Я был оглушен, в ушах звенело, мысли путались. На то, чтобы подняться на нетвердых ногах, ушло немало времени. Ошалело глядя, как недалеко в траве беснуется пернатое нечто, я коснулся ладонью головы. Несколько глубоких порезов на затылке и висках. В ушах стучало с неистовой силой.

Видимо, не совладав с инерцией полета, массивная птица прокувыркалась по земле приличное расстояние. Потерянно оглядевшись вокруг, я не нашел ничего мало-мальски напоминающего оружие. Камни либо слишком тяжелые, либо мелкая крошка. Все, что когда-то росло из земли, стало трухлявым и ломким. Не придумав ничего лучше, я набросился на птицу с голыми руками, но та успела вскочить на ноги и взмахнуть крыльями. Удивляться, как такому монстру удалось взлететь с относительно небольшой площадки было некогда.

Отпрыгнув к стене, я вжался в небольшое углубление. Сверху оно практически не прикрывало, зато тут я мог быть уверен, откуда будет нанесен следующий удар. Оттуда я наблюдал, как птица развернулась, оседлав сильный поток ветра. Мощные порывы ничуть не мешали ей маневрировать.

Оказавшись практически у меня над головой, когтистая спикировала с пронзительным криком.

Вот только в этот раз я был готов. Рывком уйдя в сторону, припал спиной к соседнему островку. Руками прикрыл голову на случай, если рефлексы позволят хищнику скорректировать курс атаки. Спас очередной порыв ветра – в последний момент птица слегка отклонилась, задев лишь камни.

Снова череда кувырков с мешающими на земле длинными крыльями. Высокая поросль дала мне небольшую фору, не позволив ей резво вскочить на ноги. Но давать напавшей это сделать я и не собирался – бросился на распластанную птицу, стараясь прижать ее своим телом к земле. Одну лапу сковывают сухие стебли плетущегося растения, а другой ей удается задеть мою щеку и плечо. Боль заставила меня взвыть не своим голосом. Кривые когти не резали – они рвали кожу.

Но через миг все закончилось так же резко, как и началось. Очередным обезьяньим ударом обеих рук мне удается выбить из нее дух.

Кажется, она порвала мне ухо при первой атаке. Горячая кровь слегка обагрила давно не видевшую влаги траву. Неуклюже проковыляв к стене, припадаю спиной. Только теперь мне удается рассмотреть в деталях неожиданного противника.

Узкие крылья и крючковатые когти выдавали в нем сокола. Об этом же свидетельствовал не слишком большой широкий клюв с выступом на конце, напоминающим зуб. Темные полосы расходились по обе стороны от клюва, сливаясь с оперением на затылке. Вот только не мог сокол вырасти до таких размеров! Размах крыльев этого гиганта превышал все виданные мной раньше. А вот вес едва ли мог соперничать с откормленным домашним гусем. Что все-таки немало при скорости его разогнанного падения. Будь первый удар чуть точнее – и валяться мне сейчас на земле с пробитым черепом.

Перерезать сухожилия заточенной о камни отмычкой было тем еще мучением. Хватило меня лишь на то, чтобы отделить от тела крылья и грубо выпотрошить птицу. Ощипывать тушку не стал. Кое-как отделил шкуру от сухого жилистого мяса и подвесил над костром. Как бы мне ни хотелось избежать открытого пламени в этом засушливом крае, пришлось все же смириться с тем, что без огня тут не обойтись.

Костер из травы быстро прогорал, не давая устойчивого жара, поэтому ужинать пришлось полусырым подкопченым мясом. Без соли и воды подсушенные куски не лезли в глотку. Нетронутый запас пришлось бросить в пыльный мешок.

В этот раз сон пришел почти сразу. Согретый теплом от костра, сытый и укрытый от ветра я почти забыл о мучившей меня жажде.

Глава 4

Сделав очередной глоток из глубокой пиалы, Малбор откинулся на подушки. Девушка растянулась в гнезде, но стоило ему замолчать, ее уши дрогнули. Сонным голосом она попросила:

– Продолжай, я вовсе не сплю.

Молодой маг улыбнулся, видя как девушка пытается бороться со сном. Но он и не собирался останавливаться. Пусть в его рассказе не было всего того, что удавалось вспомнить, да и сами воспоминания будто затерлись и потускнели со временем, история захватила и его. Прочистив горло, он продолжил.

***

Следуя по намеченному пути, мне все чаще приходилось останавливаться. Я прислушивался к шороху листвы, оглядывал серое облачное небо, бросал мелкие камушки в сухую траву. Вот только истинной проблемой постоянных заминок была не паранойя. Она едва заметным приведением мелькала на задворках сознания. Главной проблемой была моя усталость.

Жажда мучила настолько, что теперь с сожалением вспоминалось, как прошлым вечером в никуда выпускал кровь побежденного сокола-переростка. Густая, текучая, соленая, она нередко возникала в сознании после пробуждения поздним утром. Во рту даже стоял железный привкус то ли от разыгравшейся фантазии, то ли от собственной крови на нёбе.

Несмотря на вялость и отвлекающие мысли, я все еще держался в сознании. Хоть желание прилечь в очередной темной нише с каждым часом и становилось все сильнее, я уверенно продвигался дальше.

Залезать на каменные выступы больше не было желания, так что ориентировался я по воспоминаниям. Эта тактика могла сыграть со мной злую шутку, но пока я не собирался ее менять.

Главным признаком, что я двигаюсь в верном направлении был постепенно нарастающий уклон под ногами. Да и в целом ландшафт немного поменялся. Теперь камни занимали больше пространства, оставляя для движения лишь узкие коридоры. Они рыжели слоистыми пластами породы, создавая ступенчатые уступы. Несколько раз в тупиках мне приходилось забираться по таким "ступеням". Плиты собирались в дорожки на разных уровнях, где-то сливаясь под углом, где-то упираясь в непроходимые преграды.

Ориентироваться становилось все сложнее. Раньше осмотреть округу мешал туман вдалеке. Теперь же благодаря многоуровневому ландшафту оглядывать даже ближайшие окрестности без потери большого количества времени и сил было в принципе невозможно.

Травы в этом каменистом краю стало значительно меньше, а змеиное шуршание пропало вовсе. Теперь редкие сухие кустики одиноко серели на фоне бурых камней.

Сдавшись перед очередной стеной в длинном углублении, где рассчитывал найти путь наверх, я подыскал глубокую выщербину в породе и свернулся в ней улиткой. Мясо полетело в рот, челюсти автоматически заработали. Я почти провалился в сон, когда до слуха донеслись еле слышные звуки.

Это было тяжелое свистящее дыхание большого существа. Прямо перед моими глазами, припав к земле, мимо проплыла вытянутая морда, напоминающая кабанью. Маленькие глазки белели мутными жемчужинами на фоне густого темного меха. Вот только вместо привычных закрученных клыков я разглядел ряд конусообразных хищных зубов, что никак не вязалось с моими представлениями о кабанах. Пасть будто разрезали напополам, не пожалев нашпиговать зубами все пустоты.

А заканчивалась морда пятаком с крупными подвижными ноздрями. Они глубоко втягивали пыль с земли, по которой я совсем недавно проходил. Продолговатая голова переходила в несоразмерно длинную шею, а следом на массивных ногах шла крепко сбитая туша, напоминающая медвежью.

Сонливость мигом пропала. Я сильнее вжался в относительно глубокую впадину, почувствовав спиной прохладу каменной стенки. Мое положение позволило разглядеть не все, но с этого ракурса я детально изучил мощные ноги. Они напоминали широкие столбы, что вгоняют в илистое дно при возведении мостов. Передние ноги были почти вдвое длиннее задних. Мелкое крошево камней беззвучно рассыпалось под ступнями.

Судя по морде и брюху, всю поверхность туши покрывала густая шерсть, от которой разило запахом влажной болотной тины.

Несоразмерность частей тела и явные признаки хищника пугали ничуть не меньше чем ткань накидки, свисавшая по бокам чудовища. Такие домотканые, незатейливые полотнища служили одеждой совсем уж отчаянным беднякам, едва сводящим концы с концами. Чаще их использовали как подстилки в хозяйстве или как пологи при работе в полях. Еще припомнилось, что из подобных тканей иногда шили накидки для ездовых лошадей.

Наездника я не заметил, да и сомневался, что эта огромная туша стала бы кого-то на себе возить. Если уже со взрослым жеребцом у человека могут возникнуть проблемы, то с этим чудовищем – и подавно. Когда существо полностью исчезло из поля зрения, я заключил, что размеры его в разы превосходили самых крупных кабанов, соперничая даже не с буйволами, а скорее со слонами.

Я лежал и молился, чтобы существо не учуяло меня, когда дойдет до тупика, а развернулось и пошло обратной дорогой. Вот только оно не пошло. Когда шаги его почти стихли, послышался неописуемый грохот. В спину от стены моего убежища отдались толчки от многочисленных ударов падающих массивных камней.

Тело больше не могло сопротивляться усталости, нервное возбуждение переросло в ступор. На краю сознания мне почудился чей-то крик, хотя тогда я не был в этом уверен. Не в силах шелохнуться, я вскоре отключился.

Не сразу понял, что именно меня разбудило. Пока сознание медленно возвращалось после отдыха, я долго пытался прояснить, сон ли мне приснился или все это произошло взаправду. Огромный монстр, крушащий скалы пришел по моим следам, а когда не нашел искомое, не догадался разнести все кругом? Все это звучало, как бред, поэтому хотелось списать все на иллюзию уставшего мозга. Видения изможденного организма перед неизбежной смертью от жажды и истощения.

Лишь представив, как окончательно обессилевший останусь лежать в пещере, став лакомством, а потом и прекрасным жилищем для вездесущих змей, я нашел в себе силы выбраться наружу. Тут же почувствовал приступ паники, глядя, как на месте неприступной высоты сгрудились обвалившиеся камни.

Остановить мятущиеся мысли помог звук. Кто-то стонал. Сначала я решил, что мне это показалось, но вот снова даже не стон, а скорее тяжелый вздох. Доносился он с другой стороны обвала. С трудом перебравшись через гряду, я застыл на месте. В сорока шагах справа от образовавшегося прохода на земле распласталось чудовище. Судя по тому, что туша не вздымалась и не шевелилась, оно было мертво. Рядом с ним весь в пыли сидел человек, опершись спиной на массивную лапу монстра.

Очертания фигуры смутно напоминали знакомый образ. Человек прижимал обе руки к ране на ноге. Каким-то образом ему удалось остановить кровь без перевязки, но рана все еще выглядела пугающе.

Человек оглянулся в мою сторону и замер. Видимо он почувствовал, что за ним наблюдают, но не понял, кто. Только увидев очертания лица, я понял, почему эта фигура кажется мне знакомой.

– Эй, есть там кто живой? – крикнул старый колдун, пытаясь подняться на ногу.

Не видя больше причин скрываться, я подошел ближе.

– Вы ранены?

Колдун не ответил, глянув мне в глаза. Несколько долгих секунд он буравил меня тяжелым взглядом исподлобья, сверкая искрами темно-карих глаз, прежде чем ответить вопросом на вопрос.

– То, что у тебя есть глаза – я понял, а вот есть ли за ними мозг – большой вопрос! Или тупые вопросы – следствие твоего неизлечимого кретинизма?

Я растерялся, по изможденному телу прошел озноб. И в добром здравии не каждый человек найдет, что ответить на такое хамство, а уж в моем-то состоянии… Мужчина, все так же обхватив обеими ладонями окровавленную ногу, не стал меня торопить. Брови его медленно сходились к переносице, пока я пытался подобрать ответ.

Ответа я не нашел, а потому покопошился в памяти, вспоминая его имя, не раз прозвучавшее из уст победившего колдуна.

– П-простите. Гракс, кажется, верно?

– Что-о?! Как ты меня назвал?! Ты, безнадежный слизняк, подобие наглого вора, воплощенная тупость, низшее создание!.. – Старик замолчал всего на пару мгновений, чтобы отдышаться после чего продолжил. – Ты сделал все для того, чтобы я оказался в этой ситуации, не правда ли? Сначала пролез в мой дом, чтобы напакостить по-мелкому, потом не удержался от того, чтобы не напакостить по-крупному? И при этом чуть не сгорел в примитивном заклинании! А теперь ты привел за собой эту тупую скотину, чтобы добить меня окончательно, а?! Признайся, когда план “А” не удается ты сразу переходишь к плану “Д” – для дебилов?

Я сглотнул. Мне уже приходилось слышать, как этот старик искусно унижает собеседника, но в тот раз я был всего лишь сторонним наблюдателем. Теперь же я всем своим естеством прочувствовал его ораторский талант.

– Это… это случайное совпадение, то есть я вовсе не хотел… – начал было оправдываться я, сам не понимая для чего.

– Не хотел меня обворовывать? Так кто же тебя заставил? На кого ты работаешь?

Последний вопрос привел меня в чувства, прозвенев металлом в опустевшей голове.

– Я… ни на кого, – собрался я. – Я действительно хотел вас обокрасть, но все остальное я не планировал, мне этого никто не приказывал.

Легко протараторив ответ, я почувствовал сильное головокружение. Ноги подогнулись, я рухнул на спину. Старик сбавил тон, обеспокоенно одернув:

– Эй, ну! Не вздумай сейчас отключиться. Я не стану тебя испепелять, если ты останешься в сознании… Эй, слышишь? Давай, помоги мне и может заслужишь серебрушку-другую.

Его слова едва пробивались сквозь темноту.

– Да чтоб тебя…

Покряхтев он подполз ко мне, послышался звук вынимаемой пробки. Прохладная вода заполнила рот. Я поперхнулся, прокашлялся, припал к наполненному бурдюку. Глоток, второй, третий. Слышу, как старик нашептывает какие-то незнакомые слова и одновременно с этим чувствую, как понемногу начинают возвращаться силы.

– Послушай, парень. Без еды я скоро свалюсь. Ты должен найти, чем перевязать мою ногу и оттащить меня подальше от туши. Скоро тут будет слишком оживленно. Такая гора мяса быстро привлечет других… существ.

С трудом повернувшись на бок, я полез рукой в сумку, достал кусок мяса и протянул старику.

– Что это? Мясо? Хм… Мда… – заработал челюстями старик. – А ты… не совсем безнадежен.

Глава 5

Малбор замолчал. С тяжелым сердцем он подбирался к той части истории, которую хотел бы забыть навсегда. Икати старалась не отвлекать, видимо решив, что ему нужно собраться с мыслями, прежде чем продолжить. Окунувшись в те непростые времена, он сухо продолжил, стараясь ничем не выдать накатывающее раздражение.

***

– Тупоголовый кретин, дитя барана и ослицы, безнадежное разочарование… – разорялся старик, уничтожая последние запасы мяса, добытого в смертельной схватке.

Меня его слова совершенно не напрягали. Свою ошибку я мог осознать и без унижений.

– Вот о родителях явно было лишнее, – беззлобно ответил я, ожидая очередной получасовой тирады от такой неслыханной наглости.

Вот уже три дня старик клял меня на чем свет стоит буквально за любое действие. Поначалу его нескончаемая критика заставляла поджимать губы и морщиться, корить себя за то, что не просчитал все варианты. Но вскоре нескончаемый поток оскорблений стал однообразным фоном нашего совместного времяпровождения.

Я собирал сухие побеги для костра, готовил еду, искал дорогу и обустраивал места для ночлега. А мой престарелый спутник костерил меня на все лады, сидя без дела с перевязанной ногой. Стоит ли говорить, что скорость нашего передвижения упала ниже показателя хромой улитки? Приходилось буквально тащить его на себе. Да и к чему продолжать подниматься на гору, если ему было известно, что воды там не будет, я не знал. Маразматичный дед, как я привык называть его про себя, не посвящал меня в свои планы. А когда я пытался о них узнать, он снова и снова словесно выражал свои сомнения касательно моих умственных способностей. Разумеется, в грубой форме.

Уйти от сдвинутого на всю голову старика я не мог. Во-первых, он что-то делал с сухими стеблями редких кустиков, отчего они долго горели, давая сильный и равномерный жар. Пусть задачи по добыче, разделке и готовке дичи, состоящей в основном из змей, ложились на меня, его способности позволяли сносно приготовить даже их длинные тушки. Есть мясо рептилий полусырым было просто-напросто невозможно. А во-вторых, каким-то волшебным образом его бурдюк, появляющийся прямо из воздуха, всегда был полон чистой прохладной воды. Пусть я и подозревал, что насчет отсутствия рек и снегов на горе он мог соврать, бродить по этим диким местам в одиночку совершенно не хотелось.

В этот раз он костерил меня за то, что на запах змеиных внутренностей, вышла стая гиеноподобных существ. Старик никогда не вникал в процесс готовки, поэтому когда он узнал, что я просто выбрасывал несъедобные потроха, то устроил очередной разнос.

Разумеется, я уже и сам давно понял, какую глупость совершил. Нужно было сразу закапывать все в землю. Вспомнился огромный нос на продолговатой морде убитого колдуном чудища. Наверное, оно тоже почувствовало запах сырого мяса сокола и шло по следу.

Разумеется, делиться этими мыслями со стариком я не стал. Ни к чему подтверждать его собственные догадки. Еще полчаса назад он собирался прекратить, но когда я в очередной раз назвал его про себя старым маразматиком, тирада продолжилась со слов:

– Нет, посмотрите! Вы только гляньте на эту паскудную улыбку недоношенного имбецила! – призывал колдун невидимую публику его сольного выступления. – Как же тошнотворно смотреть на то, как на твоих глазах неблагодарный прощелыга оскотинивается до крайней меры подлости!

Прикинув, что с его неведомыми способностями, со старика станется читать мои мысли, я прикусил язык, ставя зарубку в памяти не реагировать на его пакости, пока он рядом.

Как оказалось, Граксом его прозвали нерадивые изгнанные ученики. Что именно означал странный термин, я не знал, но зато колдун поведал, что они объединились и, воспользовавшись его доверчивостью, попытались его уничтожить. Разумеется, он не рассказывал этого мне лично, а просто направлял свой бесконечный словесный поток в их сторону, частично раскрывая детали своей прошлой жизни.

Старик представился мне господином Итсвином. Именно господином, что положило начало нашей первой перебранке. Почетный маг первого круга, великий магистр, высший арканолог… Колдун раздувался от важности, бросая пыль в глаза и выдумывая титул за титулом.

Его реальная полезность определилась, когда пришла пора добывать пропитание. В поисках пищи и кулинарии его опыт сводился к нулю. Глубокие познания в области застольного этикета – вот то единственное, чем он мог козырнуть за столом.

Кроме неуемной гордыни вкупе с непомерным самомнением, что суть одно и то же, Молтусу Итсвину была присуща излишняя болтливость. В основном он предпочитал ворчать, язвить, насмехаться, подтрунивать и распекать, но иногда ему все же удавалось совладать со своей натурой. В такие моменты он, как правило, недовольно фыркал или молча пялился в одну точку.

Мне много раз хотелось ответить ему в такой же манере. Но каждый раз представляя, что именно скажу, и как жалко это будет выглядеть на фоне его всеподавляющей силы, я лишь стискивал зубы и уходил выполнять новые поручения.

К тому же не стоило испытывать терпение колдуна. Часть вины висела на мне тяжелым грузом. Нет, не за все те мелочи, о которых он брюзжал, и даже не за то, что я пытался его обокрасть. Я думал о том, что вынудил его каким-то образом "обезвредить" тот испепеляющий столп огня. Старик спас меня, проиграв битву. Об этом сказал тот ублюдок, который нас сюда отправил. И пусть старик не сознавался в этом, а при другом раскладе мог и лично испепелить воришку, случилось то, что случилось. И даже его нескончаемые истерики не способны были заглушить моей благодарности.

Как и полагает колдуну, мой спутник был старым и седым, с длинной бородой. Замызганная мантия с жирными разводами на манжетах и кровавыми пятнами после боя с чудищем нисколько не умаляла образа кичливого павлина.

Пусть и не сразу, но все же я сообразил, что этот образ со скрупулезной точностью в мелочах создавался намеренно. Для чего колдун хотел, чтобы его видели богатым, презирающим, важным – я не знаю. Искусственность этой маски проявлялась, как только он становился серьезным. Тяжелый сверкающий взгляд из-под кустистых бровей и спокойная молчаливая стать профессионального заклинателя не раз заставляли меня проглотить колкий ответ.

Стая шла по следу уже второй день. Медленно, но верно она догоняла нас. Я предполагал, что погоня началась еще от мертвой туши гиганта.

Когда я высказал свою догадку, старик не подтвердил ее, прекратив ругаться. Итсвин задумался. Мне показалось, что ему было известно куда больше.

– Скоро они догонят нас, – наконец сказал он, став серьезным. – В этот раз я не смогу повторить заклинание. Не сейчас. Да и вообще на мои способности лучше не полагаться. Ты должен подготовить укрытие. Наше спасение – в тупике. Найди узкую расселину с достаточно высокими и крутыми стенами. Если им придется толкаться в проходе и заходить с одной стороны, у нас появится шанс. И еще, в ту сторону, откуда мы пришли, не ходи.

Сердце после этих его слов упало в пятки. Старик не раз уже отшивал меня с просьбами создать палатку для привалов или новую одежду, но раньше мне казалось, что это из-за вредности его характера.

В те нечастые мгновения наших совместных скитаний, когда колдун был сыт и доволен, он рассказывал, насколько круты такие, как он. Как волшебники одной силой мысли создают удивительные предметы, подчиняют время, меняют пространство. И я склонен был этому верить, вспоминая поверженную тушу гигантского монстра рядом с ним. Еще одна причина, почему я оставался рядом – чувство безопасности. И вот теперь он говорит, что на него можно не рассчитывать?! Сделав усилие, чтобы не уйти, куда глаза глядят, я открыл было рот, но старик прервал меня.

– Делай, что я сказал. Разговоры потом.

– Я только хотел кое-что попросить, – не своим тихим голосом начал я.

Да что со мной такое?! Никогда не чувствовал себя такой тряпкой как сейчас! Собравшись и прочистив горло, достал нож и уверенно продолжил:

– Я так понял, что в отличие от бурдюка и котелка, этот нож ты достал не из воздуха. Ты как-то сделал его, верно? Впрочем, мне без разницы, как… Если у тебя где-то в невидимых закромах лежит оружие, желательно длинное и острое, самое время его достать. Мне не помешает что-то более смертоносное, чем этот ножичек, чтобы держать их на расстоянии.

Предвосхищая очередной вынос мозга, внутренне собрался. К моему удивлению маг ответил не сразу. Он не стал язвить и зубоскалить, а глянул на меня с удивлением. В очередной раз смерив меня взглядом, словно в первый раз увидел, старик спокойно ответил.

– Нет у меня никакого оружия. Придется пока обходиться тем, что есть. Иди, я подумаю, как тебе помочь.

Осмотрев очередную подходящую на первый взгляд нишу, я выругался. Уже больше часа я носился по каменным уступам, подыскивая подходящий провал, но ничего подходящего так и не нашел. Последнее место не подходило по двум причинам: пологие стены – если они загонят нас наверх, придется попрощаться с щиколотками, а еще тут слишком мало места. Вдвоем тут будет не развернуться.

Я побежал обратно, когда услышал устрашающий вой хищника, напавшего на след. Звучал он в отдалении, но не так далеко, как хотелось бы.

Я видел этих существ лишь однажды, когда впервые обнаружил, что они преследуют нас. Несколько фигур показались между каменных островов совсем ненадолго, поэтому я не смог как следует рассмотреть их. При этом неувиденные детали вроде длинных и острых зубов, свирепых глаз и скверного характера весьма реалистично дорисовало мое воображение. Но даже без этого стайные хищники выглядели весьма устрашающе. Размер был главной отличительной чертой этих существ. Пусть они и не могли тягаться с громадным зверем, которого сразил заклинанием колдун, в холке любая из них была мне по грудь за счет длинных мощных лап. Туловище наоборот показалось коротким в сравнении с ними. Насколько я помнил, морды у хищников слегка приплюснутые, а хвостов либо нет, ибо они совсем короткие. Окрас тварей был светло-бежевым с большими темными пятнами по всему телу.

Колдуна я встретил по дороге. Он ковылял навстречу, опираясь о стену. Я помог ему забраться мне на спину, после чего двинулся к самой подходящей расщелине. Оказавшись на месте, старик внимательно осмотрелся, покачал головой, но говорить ничего не стал.

Встреченная одной из первых, она показалась мне идеальным решением. В меру широкая, продолговатая, с высокими стенами с трех сторон и расположена недалеко. Но если углубиться на пару метров, она слегка поворачивала и заканчивалась не глухой стеной, а достаточно широким лазом. По одиночке твари спокойно могли воспользоваться им, чтобы атаковать со спины. Прикинув и так, и эдак, я сначала сделал вывод, что обороняться в ней будет невозможно и оставил, отправившись на поиски других вариантов. Теперь же я сильно жалел, что вместо этого не остался здесь и не укрепил защиту. Времени окапываться совсем не оставалось.

– Это плохо, – лаконично заметил маг, глядя на широкое отверстие в стене.

– Знаю. Ты сможешь завалить ее заклинанием? – спросил я с надеждой.

Пусть колдуну недоступна боевая магия, на что-то он все же должен быть способен! В ответ на мои надежды старик подошел к дыре, внимательно осмотрел породу вокруг и покачал головой.

– Если я разрушу камень, стена обвалится. Мы потеряем преимущество одного входа.

Преимущества, по сути, и так не было, но заострять на этом внимание было некогда. Я уже слышал характерный отрывистый лай поблизости.

– Остается только одно, – сказал я. – Возьми камень потяжелее и прикрывай меня сзади. Два-три тела в невысоком проходе должны будут их остановить. Если до этого меня не разорвут на части, у нас будет шанс отбиться.

Глава 6

Ясмала спала, запрокинув голову назад. Малбор встал и потянулся. В небольшое окно пробивался лунный свет, теряясь в тусклых бликах посуды. Спустившись вниз, он побродил по магазину, рассматривая антикварные шкатулки, курительные трубки и острые инструменты для врачевания. Тут было так много всего, что он невольно вспомнил свою недавнюю историю. Будь у него хоть что-то из этого, да вот хоть этот злосчастный табурет, все могло закончиться иначе. Горько вздохнув, он резко замер, а затем обернулся.

Икати потирала глаза кулачком, сонно глядя в его сторону.

– Ты чего тут бродишь?

– Ты заснула. – Улыбнулся гость. – Мне стало скучно.

Ясмала подошла к парню, схватила его за руку и потянула за собой на лестницу.

– Ночью надо спать. Нечего слоняться по магазину.

Утром Малбор проснулся от сильного толчка в бок. Как оказалось, это был острый локоток икати.

– Совсем охренел? – послышался недовольный голос.

Открыв глаза, молодой маг увидел ошарашенное лицо икати.

– Что-то случилось? – собрался маг приподнимаясь в гнезде.

– Еще бы. Ты в моей кровати – вот, что случилось.

Непонимающе посмотрев на девушку, Малбор недоуменно ответил:

– Так ты же сама меня сюда притащила.

– Вот в этом и проблема! – фыркнула девушка. – Ты должен расколдовать меня немедленно. И после этого чтобы ноги твоей здесь не было!

Еще вчера ночью Мал подозревал, что соглашаться на ее предложение не стоило. Но нежная шерсть под руками и мягкие одеяла в гнезде заставили отказаться от ночевки на одиноко лежащем у стенки матрасе.

– Да, конечно, – согласился он. – Я просто должен удостовериться, что ты все помнишь. Что мы с тобой не… Что мы просто спали.

Малбору не понадобилось умение видеть сквозь предметы, чтобы понять, что икати покраснела под шерстью. Ее с потрохами выдавал непослушный хвост. Дальше она будет мило злиться и обзывать его нелепыми детскими словами, а к вечеру может даже оттает и предложит остаться. Но Ясмала была права. Оставаться у нее дольше не следовало. Как ни хотелось ему продлить это время безмятежного отдыха, Малбор чувствовал, что силы к нему вернулись, а значит пришло время действовать. Он не станет подвергать икати опасности, оставаясь у нее дольше, чем положено.

– Я чувствую себя значительно лучше, – продолжил Малбор. – Кажется, я полностью восстановился с твоей помощью. Спасибо за это. Сегодня я уйду.

Ясмала спрятала взгляд, сделала несколько шагов и обняла его.

– Я тоже чувствую себя лучше.

Хвост дрогнул, кошка отскочила назад. По комнате пронесся приглушенный рык.

Ее непосредственность уже не раз заставляла его думать о ней, как о ребенке, но силы икати никогда не давали ему расслабиться. Природная сопротивляемость магии и мгновенная реакция делают даже из таких комнатных девочек хороших бойцов. В ближайшее время ему стоит покинуть ее, пока смены настроений и вспыльчивый характер не довели до беды.

– Ты сильный колдун? – неожиданно спросила она.

Малбор опешил. Он мог объяснить быструю смену настроений остаточным эффектом от ментального удара, но как объяснить такую резкую смену темы?

– Не знаю. Смотря для чего.

– Понятно, значит слабый. Сильные колдуны всегда задирают нос.

Девушка села в кресло, задумавшись, а Малбор усмехнулся. Она даже не подозревает, как она права.

– Ты согласился меня расколдовать, а говорил, что не можешь, – хитро посмотрела она.

– Я согласился уйти. Я уже говорил, что это не заклятие.

Они снова замолчали. Ясмала боролась с желанием рассказать свой секрет. Она подозревала, что этот порыв тоже связан с магией, но отчего-то девушке хотелось поделиться, чтобы заинтересовать его. Сделать так, чтобы Малбор передумал покидать ее магазин. Уже набрав воздуха, чтобы выпалить с таким трудом сохраненный в тайне секрет, лиотари передумала в последний момент.

– Я помню, ты сказал, что это было атакующее умение, делающее жертву доброй и послушной.

Мал кивнул.

– Тогда сделай это снова. Но только в другую сторону. Заставь меня быть настороженной и…

– Злой? – помог он девушке с улыбкой.

Покачав головой, Малбор ответил.

– Не получится. Ты уже и сама заметила, что эти понятия не всегда означают то, что обычно в них вкладывается. Я бы мог попробовать намешать коктейль из чувств и эмоций, в попытке добиться обратного эффекта, но боюсь станет только хуже. Уже сейчас тебя мотает от привязанности до злобы. А что будет тогда? Я не хочу сломать тебя…

– Окончательно… – в этот раз его слова подхватила девушка, но уже без улыбки.

Невесело вздохнув, парень покачал головой.

– Я думаю, у тебя все наладится, когда я уйду.

Ясмала сдержала предательские слезы ненастоящих чувств. Сейчас она безуспешно пыталась найти выход, не раскрывая главной тайны.

– Договор! – вдруг нашлась она, повеселев.

Не найдя понимания в глазах человека, икати принялась объяснять.

– Раз я не могу доверять ни тебе, ни тем более себе, мы заключим договор. Скрепим его клятвой богов. Ты не сможешь его нарушить и останешься здесь, чтобы закончить историю.

– А если его нарушишь ты? Это клятва богов, а им без разницы, в каком состоянии ты ее даешь. – Покачал головой парень.

– Поэтому клятву дашь только ты, глупый! – весело проговорила она.

– Сама будешь не рада, что заключила его, когда снова захочешь меня выгнать, – пробубнил Малбор, прикидывая вариант на жизнеспособность.

Пусть он и сказал девушке, что восстановился, на самом деле еще пара ночей отдыха ему точно не помешает.

– Ничего я не захочу!.. Если приставать не будешь. Мы это тоже пропишем. Только другими словами…

Ясмала вдруг затихла, подыскивая правильно формулировку.

– Торжественно клянусь, что буду всячески отбиваться от приставаний этой особы, – предложил Малбор, за что получил кулаком в плечо.

Следующие полчаса они с воодушевлением и взаимными подколками придумывали пункты договора, перед тем, как настроение девушки снова поменялось.

– Если мы заключим договор, я попрошу тебя кое о чем, – тихо сказала она.

Малбор сбился с мысли и посмотрел на девушку, но она уже собрала вещи и поторопилась к выходу. Останавливать не стал. Ясми уже и так опаздывала к открытию. Вместо этого, надев все новые вещи молодой маг вышел на людную улицу.

Глава 7

Судя по словам Ясмалы, городок находился на краю империи. Провинциальное местечко с невзрачной архитектурой и скверными дорогами едва ли напоминало Малбору привычно широкие улицы городов Хеймарка. Разноцветные флажки на гирляндах между зданиями, острые крыши домов и пестрые вывески магазинов придавали городку игрушечный вид. И по одному виду этого места, и по поведению его жителей было понятно, что жизнь тут текла неспешно и скучно.

Город вряд ли был интересен имперским аристократам, поэтому Малбор Скеггз без особых опасений исследовал местные улочки и магазины. Вчера он даже дошел до крепостной стены. Ров местного замка не был наполнен. Да и замком его сложно было назвать. Скорее укрепленное поместье. Своими стрельчатыми окошками и лепнине на фасаде оно вполне дополняло игрушечные домики спокойного городка.

Скеггз даже понадеялся что сюда не добралась гильдия воров, к которой он принадлежал, но тайные символы на стенах говорили об обратном. Возвращаясь назад он даже прошел по знакам, найдя тайное логово, но входить в старый пакгауз не стал. Малу не хотелось раскрывать свою принадлежность к гильдии, пока он живет у Ясмалы.

К тому же, однажды, когда он завершит все дела, он хотел бы вернуться сюда. Ни к чему создавать определенную репутацию, если еще не решил, чем будешь заниматься.

Фонарщик уже ходил по улицам, возвращая свет вечернему городу. Малбор и Ясмала сидели на втором этаже и пили сладкий малиновый чай. Сделав глубокий вдох, девушка с безмятежной улыбкой посмотрела на невысокий столик для каллиграфии. На нем лежал исписанный с обеих сторон лист бумаги. Внизу на нем краснели две точки засохшей крови.

Вообще-то клятва богов работала и без этих условностей, но девушка решила перестраховаться. Все-таки имеет дело с колдуном. Сказать, что у ее народа все клянутся на крови было рискованным и хитрым ходом. Ей даже показалось вначале, что Малбор ее раскусил. Но в конце концов он согласился.

На несколько минут в комнате повисла тишина. Но не та, от которой бывало неуютно или беспокойно, это была благодатная тишина.

Первым ее решился нарушить он.

– Ты сказала, что если мы подпишем договор, то о чем-то попросишь меня.

Вспомнил он, словно между делом, однако, поза и взгляд говорили, что он внимательно следит за ее реакцией. Икати не нашла, что ответить, поэтому поспешила пригубить из своей пиалы. Отпив слишком много, Ясмала обожгла язык, но даже хвостом не повела.

– Я тебя заинтриговала, – не спросила, а заметила она.

На лице икати проступила победная ухмылка, а глаза превратились в две узкие щелочки.

– Но это не честно! Ты остановил свою историю на самом интересном месте. Я вся измучилась сегодня, пока стояла за прилавком. Давай сначала ты закончишь свою, а потом я расскажу свою? В конце концов, у девушки всегда должно быть на одну тайну больше, чем у парня.

Не обратив внимания на ее последний аргумент, Малбор все же не стал давить. Он почему-то был уверен, что окажись это чем-то важным, она бы не стала себя так вести.

– Значит, настало время продолжить отложенный рассказ… Ладно. На чем я там остановился?

– Вас окружили гиены.

***

Нас окружили гиены. План сработал, но я не был этому рад. Да, хищники не могли добраться до нас со стороны высоких стен, но и встречать их лицом к лицу было совсем не весело.

Клыкастые морды клацали зубами и скалились. Пока они не решались приближаться, кружа вокруг неприступных стен, но я знал, что скоро они осмелеют.

В вытянутой руке я держал белый нож. Он был весьма хорош. Крепкий, острый. Мне еще ни разу не приходило в голову его точить. Старик создал его из моего скальпеля. Тогда я впервые увидел, как он колдует.

Металл изделия сначала побелел, затем будто бы стал насыщаться энергией. Прямо из воздуха появлялись мерцающие частички, стягиваясь к скальпелю. Клинок удлинялся и деформировался, пока в руку старика не лег нож средних размеров. Он был белоснежным с голубыми вкраплениями. После этого старик совсем раскис и приходил в себя не меньше часа.

В битве на ножах я толк знаю. Не то чтобы я мастер, но все же случались поединки. И я выходил победителем. Только одно дело разобраться с налакавшимся матросом за борделем, и совсем другое – схватка насмерть с десятком хищников.

Хотелось завыть от безысходности, когда старик достал из ниоткуда и протянул мне какой-то шест. Продолговатый, не меньше четырех локтей, он был весьма увесист. На конце красовалось продолговатое лезвие.

– Копье! – воскликнул я.

Гиены тут же залаяли со всех сторон.

– Но…

Я вспомнил, как долго колдун отходил от создания ножа. К тому же тогда у него был мой скальпель. Понятия не имею, чего ему стоило создать настолько большое оружие, и остаться при этом на ногах.

– Ты как, старик?

– Теперь этот колдун уже не такой бесполезный, как ты думал, да?

Я бездумно согласился, получив в ответ такой презрительный взгляд, что сразу же пожалел. Ох, чувствую, и устроит мне этот маразматик, когда все закончится! Утешало только одно – шансов выжить сегодня было крайне мало.

Ширина пещеры позволяла без труда пройти двум гиенам. Это на одну больше, чем я мог себе позволить. Перехватив копье, я наблюдал, как из-за угла появилась морда первого хищника. Самый смелый из представителей этой стаи монстр при этом был и самым крупным, достигая в холке моей груди.

Сразу за ним из-за угла появились еще двое. Припав к земле, они двигались вплотную за вожаком, капая слюной на растрескавшуюся землю. Нападать никто не спешил. Остаться на месте под злобным рычанием огромных пастей и рябью массивных пятнистых тел оказалось непросто.

Ноги, поначалу легкие и послушные, налились свинцом. Так дело не пойдет. Неожиданно для себя я тряхнул копьем и не своим голосом прокричал во все горло. Телу в тот же миг вернулась подвижность и легкость. Гиены, вместо того чтобы атаковать крикуна, прижали уши и опустили головы. Не дожидаясь другой реакции, я начал действовать.

Сделав ложный выпад, отпрянул вбок, пропуская метнувшегося вожака вперед, после чего полоснул по спине последовавшего за ним хищника. Вместе с пронзительным визгом сзади послышался отраженный от стен пещеры рык. Вожак уже был сбоку и слегка сзади. Ему почти удалось развернулся, но сделать этого я ему не дал. Я прыгнул в противоположную сторону, оттолкнулся ногой от стены и вонзил копье между лопаток.

Мощный удар и инерция тела вогнали копье на треть. Вожак упал со свистящим выдохом, а клыкастая пасть, что появилась перед лицом в тот же миг, будто встретила невидимую наковальню, забрызгав мозгами мое лицо. Одновременно с этим я услышал, крик старика, обрушившего камень на голову гиены, наполовину вылезшей из лаза. И когда он только успел подстраховать меня заклинанием?

Следующую тварь я ударил ножом в шею. Увернуться не успел – падая ничком, она накрыла меня своим массивным телом. Времени встать не было, поэтому я несколько раз полоснул по сухожилиям третьего хищника, идущего за вожаком. Чудовище взвизгнуло и отскочило назад.

Краем глаза я заметил странное свечение позади. Запрокинув голову, увидел вспыхнувшие ладони колдуна, выставленные в сторону входа в коридор. Из пещеры по телу предшественника к нему полз очередной монстр. Я метнул нож почти без размаха за секунду до того, как пламя сорвалось с пальцев старика. Огненная вспышка с громовым звуком разметала тела еще трех хищников, появившихся следом, и оглушила меня.

Сквозь звон в ушах я с трудом расслышал голос колдуна:

– Чего лежишь, недотепа?! Поднимайся и лезь на стену!

Гиены, ошарашенные взрывом не меньше меня, снова не спешили наступать, прижимаясь к земле и скаля клыкастые морды. Такое я видел впервые.

Заметив выступающее из нагромождения туш белое древко копья, дернул без надежды достать глубоко засевшее оружие. К моему удивлению, копье без труда выскользнуло из плоти. После сразу же бросился к стене, ставя новый рекорд по покорению отвесных поверхностей. Удерживая копье ободранными руками, я помог магу взгромоздиться на отвес, с которого были видны близлежащие окрестности.

Сердце пропустило удар. Стая впечатляла численностью. Вместо ожидаемых пары десятков особей, их тут было не меньше сотни. А вдалеке, почти скрытые туманом были видны несколько темных, до дрожи знакомых силуэтов с вытянутыми шеями.

С надеждой глянув на старика, увидел, как тот слегка поднялся над землей, прикрыв глаза.

Как только старик начал колдовать – гиены взбеленились. С рыком и воем вся несметная стая бросилась к нам по кратчайшему пути. Стараясь не задеть колдуна, я встал на краю уступа, отбиваясь от самых шустрых быстрыми ударами. Раз, два, три… Громкий визг и рычание разносились по лабиринту, привлекая все больше и больше хищников.

На седьмой или восьмой гиене копье сломалось. Тяжелая туша вместе с наконечником покатилась по телам убитых собратьев, а мне осталось лишь отбиваться ногами. Этот метод показал свою несостоятельность практически сразу. Первая же пасть, ухватившая меня за пятку, едва не утянула за собой. Оставшись без сапога, боковым зрением заметил, как две особи успели забраться на уступ сбоку и прыгнули на колдуна.

Бросившись им на перерез, я с отчаянием крикнул, как вдруг мою тушку прибило к полу. Да так, что головы было не оторвать. Тень прыгнувшей надо мной твари вдруг растворилась в яркой вспышке. Через доли секунды все пространство вокруг озарил яркий свет, заставив зажмурить глаза. Но даже так свет никуда не делся. В голове зазвенел тошнотворный писк абсолютной тишины.

Почувствовав, что больше меня ничто не прижимает к земле, поднял голову. Везде, докуда доставал взгляд, чернели сожженные туши монстров. Каждый сантиметр воздуха вокруг был напитан сажей. На границе тумана стеной разрастался пожар.

– Малбор… – даже не прошептал, а выдохнул старик. – Скоро тут будет нечем дышать. Нам нужно немедленно убираться отсюда. Уходи на гору самым коротким путем. Нужно во что бы то ни стало перебраться через хребет. Вот…

Старик протянул руку в сторону и достал из пустоты знакомый бурдюк, прежде чем свалиться без чувств. Не тратя времени, я спустился за ножом и обломком копья. Прах недавно еще живых гиен поднимался черной при каждом шаге. Отыскав разорванный сапог, бросил его в рюкзак. Теперь он мало на что годен, но выбрасывать в нынешних условиях – непозволительная роскошь. А обувь придется одолжить у старика.

Размер не подошел. Его ботинки с дорогой вышивкой были мне явно малы, но сейчас это не имело значения. Я видел, как сзади вовсю разгорался чудовищный пожар. Кое-как примотав к рюкзаку обе части копья, я посмотрел на чернеющую гору. Она почти терялась в густом дыму от горящей травы. Мне предстоял долгий путь.

Глава 8

Лежа на своем матрасе, Малбор задумчиво уставился в стену. Сна не было. Не было и идей, как добраться до врага. Хевис хитер и осторожен. Ему едва ли удастся запудрить мозги, а значит без старых связей тут не обойтись. И почему портал не выкинул его там же, где принял? Прикинув, сколько времени уйдет на дорогу в родные места, Малбор тяжело выдохнул.

Ему бы давно следовало признаться себе, что он засиделся на месте. Помня, каково это – находиться по ту сторону, парень знал, что старику долго не протянуть в одиночку. Где-то глубоко, там где мысли даже не успевали облачаться в слова, тлело желание забыть неожиданное приключение, как страшный сон и остаться здесь с Ясмалой. Да, она вскоре полностью вернется в норму и тогда, возможно, не захочет больше его видеть. Но…

"Но дожидаться этого не стоит," – прервал он сам себя, в последний раз глянув на свернувшуюся в гнезде клубком девушку.

Уже собираясь встать, чтобы бесшумно исчезнуть из жизни Ясмалы, парень замер. До боли знакомый звук работы отмычками заставил поднять голову. В темноте его взгляд без труда различил две луны широко открытых глаз икати. Значит, ему не показалось.

– Я думала ты снова… – прошептала девушка, но мгновенно замолчала, увидев приложенный к губам палец.

Бесшумно прокравшись к окну, Малбор глянул через щель в шторах на улицу. Из окна нельзя было рассмотреть ни парадный вход, ни заднюю дверь, зато как на ладони была широка улица. По своему опыту Малбор знал, что если он не один, то должен был подстраховаться… Ага! Вот и мы. Скучающий тощий парнишка на другой стороне улицы весьма посредственно изображал интерес к доске объявлений.

Вернувшись к девушке, Скеггз прошептал ей на ухо вопрос.

– Где ты хранишь деньги?

Сердце ее колотилось, как бешенное, хвост прижала подушкой.

– Они пришли не за деньгами, – сдавленно ответила девушка. – Им нужна я.

Понадобилась лишь доля секунды для того, чтобы прочитать в ее глазах смятение и страх. Кроме этих весьма узнаваемых чувств удалось распознать еще сожаление за невысказанную просьбу и еще… надежду. Сколько раз он сам смотрел такими глазами на мастера Итсвина? Сто? Тысячу?

Не тратя больше ни секунды Малбор проскользнул на площадку за дверью комнаты. К перилам подходить не рискнул, глядя на происходящее сквозь щели в дощатом полу. Малбору вспомнились печальные последствия того, как он подобным образом наблюдал за людьми. Тогда это были два не поделивших что-то очень могущественных колдуна, а теперь…

Выкинув дурные мысли из головы, сосчитал людей на первом этаже. Трое. И еще четвертый со стороны скрипнувшей лестницы. Звука шагов не слышно. Судя по всему, работают профессионалы. А не он ли заставил их действовать, выйдя на логово гильдии? Снова не те мысли. Сконцентрировавшись, как учил наставник, Малбор начал действовать.

Встав в полный рост, он бросил воспламенение на подсвечник, после чего громогласно спросил:

– А вы часом не заблудились, господа?

Ошарашенные неожиданным вопросом воры так и застыли на полусогнутых. Тот, что был на лестнице, замер на последней ступени.

– Добропорядочным гражданам ни к чему шататься по чужим домам поздней ночью. – закрепил успех молодой маг, вплетая в речь свою волю.

– Он колдун! Взять его! ! Живо! ! – раздался вдруг женский голос из непроглядной тьмы камина, прерывая наваждение.

Ждать, пока наемники соизволят последовать приказу, Скеггз не стал. Он бросил мощнейший ментальный удар в того, что вскинул арбалет и бегом метнулся к лестнице, по пути достав из воздуха белый нож. Арбалетный болт просвистел там, где недавно была голова, угодив в оконную раму. За время полета снаряда Мал успел оказаться рядом со стрелком и мощным ударом заставил его повалиться на землю.

Второй налетчик уже сориентировался и в несколько прыжков взлетл по ступеням наверх. В конце последнего прыжка Мал его и подловил, отбросив обратно на винтовую лестницу ударом двух ног. Рефлексы сработали мгновенно, позволив сгруппироваться и встать на четвереньки. Из камина все еще раздавались приказы, поэтому пришлось полоснуть ножом по предплечью и бросить заклинание пламени в том направлении. Кровь зашипела, развеившись темным сгустком пыли, а с кончиков пальцев сорвался сгусток пламени. Недогоревшие угли в миг подсветили комнату красным.

Это не только дало Малбору разглядеть небольшой парящий силуэт внутри, но также позволило двум оставшимся на первом этаже прицелиться. От первого болта удалось увернуться, а под второй пришлось подставить плечо. Попадание было не так страшно, главное сейчас – не терять преимущество в скорости.

Судя по тому, что пламя не нанесло цели никакого вреда, он имел дело с пикси. Малу пришлось резко скорректировать план, пока она не начала ворожить.

Перемахнув через перила, он провел пальцами по ране на плече, чувствуя, как кровь из предплечья уже стянула кожу сухой коркой. Новое заклинание потребовало произнесения нескольких слов. Еле слышный речитатив отразился от стен неестественным эхом. За время произнесения заклинания Скеггз успел прошмыгнуть за стеллаж, после чего из камина послышался страшный вопль.

Краем глаза ему удалось выхватить в суматохе боя тень икати. Ясмала прыгнула с балкончика через весь зал, сбив одного из арбалетчиков с ног. Другой скрючился от очередного ментального удара, грузно опустившись на землю. Небольшое существо в сфере неестественно темного пламени верещало похлеще свиньи на заклании. Малбор скривился. Гулкий вой из печной трубы едва ли останется без внимания. Но об этом было некогда беспокоиться.

Вырвав болт из плеча, Малбор воспользовался новой порцией крови для очередного заклинания. Подойдя к железной каминной решетке, он прочертил двумя пальцами кровавый след. Та, выдрав камни из пола, оплела существо в камине и взмыла в воздух. Пламя потухло, клетка с грохотом рухнула в угли, подняв облако черной сажи. Все еще сопя и ругаясь, скованная жертва с трудом поднялась и топнула ножкой.

– Ты заплатишь за это, маг! Ты понятия не имеешь, кому перешел дорогу, – прошипела фея.

– Ты ее знаешь? – не обращая внимания на пленницу, спросил Малбор, обращаясь к икати.

– Нет. Но я могу предположить, на кого они работают, – ответила Ясмала.

Видя, что девушка не спешит продолжать, Мал махнул рукой, отчего железные прутья решетки сжали фею сильнее. Что-то под сдавливающей решеткой хрустнуло, заставив Ясмалу вздрогнуть.

– Тварь! Конченная тварь! – прокаркала пикси, покусывая губы от боли.

– Зачем вы пришли? – мрачно спросил маг.

Вплетать волю не было никакого смысла. На пикси не действуют подобные вещи. Поэтому он решил действовать более… традиционно.

– Я не… Тварь! Тварь! Стой! Я скажу!

Отдышавшись после очередного сдавливания железными прутьями, фея продолжила.

– Мне сказали, эта фифа умудрилась кинуть Золотого Когтя. За ее поимку назначена большая награда. Теперь, когда он узнает, что с ней колдун, сумма увеличится.

– Золотого когтя Таррокса? – удивился Малбор. – Вилгрима Таррокса? Мы сейчас говорим про самого богатого гнома Грундхейма?

От неожиданности Малбор даже присел. Фея захохотала.

– Сказать, какая награда? – хитро ухмыльнулась она.

– Двадцать тысяч, – неожиданно встряла Ясмала. – Если ничего не изменилось.

– Чертов скряга! – снова выругалась пикси. – Он обещал нам восемнадцать!

– Хочешь спросить у нее что-нибудь еще? – поинтересовался парень, поднимая с пола арбалет.

– Стой! – каркнула фея. – Я отказываюсь от задания! Клянусь богами!

Девушка нерешительно посмотрела на Скеггза.

– Давай заключим контракт! – взмолилась пикси, глядя, как он взводит оружие. – Ты меня больше не увидишь!

Малбор нажал на спусковой крючок. Щелкнула тетива. Болт ушел в цель между прутьев. Тяжелая клетка глухо ударилась о дощатый пол.

– Зачем ты это сделал? – возмутилась икати, глядя как обмякло маленькое тельце. – Она же согласилась подписать контракт!

Малбор бросил арбалет на прилавок и принялся осматривать тела.

– И она бы его исполнила. Теперь ей не выгодно, чтобы гном тебя нашел. Она использовала свой шанс и провалила единственную попытку.

– Тем более! – Не понимала Ясмала.

– За такую награду обычно борются десятки отрядов наемников, – начал пояснять Малбор. – Этим… – Он обвел взглядом магазин. – Посчастливилось выйти на твой след первыми. Но то, что мы с ними разделались еще не значит, что ты спасена. Скорее всего, часовой уже на полпути к местному логову гильдии, где дожидаются своей очереди конкуренты. Он слышал, что подельники выдали себя. Они не подали условного знака, а значит – скорее всего, мертвы. Через полчаса тут будет новый отряд, который только и ждал их провала. Они шли по следам этих недоумков, рассчитывая на удачу. Если бы я отпустил пикси, она бы рассказала, что с тобой маг. Это сильно усложнило бы жизнь нам обоим.

– Мы могли бы указать это в контракте… – не сдавалась икати.

– Пикси – очень хитрые существа. Даже когда кажется, что ты все предусмотрел, они оставят себе лазейку, чтобы ты проиграл. Поверь моему опыту.

Наконец, девушка сдалась. Отрешенным взглядом осмотрев магазин, она закрыла лицо ладонями и тихо произнесла.

– Три года…

Оставив девушку со своими мыслями, Малбор вернулся на второй этаж и собрал вещи. Короткий взгляд на улицу подтвердил его догадку. Парнишки и след простыл. Спустившись, Мал бросил растерянной икати наполненный рюкзак.

– Оставаться тут больше нельзя. Что ты теперь собираешься делать?

Девушка не реагировала.

– Ясмала!

Она вздрогнула и обернулась.

– Я… Я, наверное… Нет! – Махнула головой девушка, приняв решение. – Так больше продолжаться не может! Мне нужно решить одно незаконченное дело.

– Тогда собирайся в дорогу. Нужно немедленно уходить.

Глава 9

Трактирные койки едва ли могли соперничать по удобству с гнездом, но обрадовали промокших путников не меньше. Ясмала, скинув хламиду, рухнула на лежанку, вытягивая промокшие ноги.

– Ненавижу дождь, – пробурчала икати, глядя, как ее спутник развешивает одежду.

Малбор напротив был рад. Дождь удачно начался на середине пути. Теперь ни к чему было путать следы. Если бы не постоянное нытье Ясмалы, они могли бы пройти еще пару верст, после чего заночевали бы в палатке. Та, услышав план, устроила такую драму, что пришлось зайти в поселение и снять номер.

– Они легко найдут нас здесь. Уж извини, но таким, как ты не просто затеряться в толпе.

Словно в ответ на его слова пушистый хвост стукнул по стене. В дверь постучали. Малбор не сразу закрыл дверь, поэтому в номере мгновенно стало на одного человека больше. Закрученные черные усы, пивной живот и затертое полотенце на плече.

– Вот, как и просили.

Мужчина держал в руках деревянный таз с горячей водой. При этом цепкий взгляд трактирщика проскользнул по постояльцам, не упустив ни единой детали.

– Благодарю, – Малбор протянул плату за горячую воду и ужин, появившись между ним и девушкой.

– Что ж… еда будет через полчаса. – Сверкнул улыбкой трактирщик, после чего исчез за дверью.

– Ты видел, как он смотрел на меня? Этот прощелыга продаст нас за медный грош.

– Скорее всего, его о тебе уже спрашивали, – согласился Малбор. – Могу поклясться, что он уже послал подручного за подмогой.

Девушка вскочила с кровати, ошарашенная такой спокойной констатацией факта. Неужели колдун решил разделить награду? Будто прочитав эти мысли, Малбор усмехнулся.

– Если решила, что я сдам тебя этим недоноскам – то ты ошиблась. Ты знаешь, как пробраться в столицу, минуя досмотр и регистрацию. Для меня эта возможность куда выгоднее нескольких сотен фортинов.

Девушка успокоилась. Лиотари умеют чувствовать явную ложь. Малбор не врал.

– Я придумал этот план, когда ты отказалась избегать городов и поселений. Если мы не беглецы, то лучший способ избавиться от проблем – взять контракт на твою поимку.

Сердце икати замерло. Что он говорит? Ведь они же…

Мага прервал стук в дверь. В тот же миг она снова распахнулась. В этот раз щеколда была закрыта, но ей не удалось выдержать мощного удара.

В проеме показалась женская фигура. Хотя, понять, что она принадлежала женщине, Ясмала смогла не сразу. Замешательство было объяснимо. Развитая мускулатура вкупе с внушительным ростом делали ее похожей скорее на могучего гвардейца, чем на даму.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.