# Люся у психологов

Люсинда Думмкопф

В этой книге вас встретят психологи, коучи, тренеры и психиатры, с которыми я встречалась в жизни.

Я сделала из них персонажей, добавив своего сарказма. Встречайте героев моего повествования:

ОЛЕЖА МАМИН - СИБИРЯК - немножко сибирского нафталина и Серёжина мама как мерило сессии

Чему научиться: не дать себя украсть у мамочки всяким шлюшкам

ВЛАСТЕЛИНА НЕНАСИЛЬЦЕВА - коуч по ненасильственному общению

Чему можно научиться: как насиловать людей, изображая ненасилие

КАРЭН ОБНЕССЯН - московский распил и немного коучинга с восточным колоритом

Чему научиться: заработал сам, помешай это сделать другому

ЮЛИЯ ШКУРО - ВЫДДЕРИНОВА - провинциальный MLM + коучинг с элементами доведения до суицида

Чему можно научиться: как издеваться над мазохистами и богатеть.

МИНА ПОДДОНОВА - немного магии с признаками мазохизма

Чему можно научиться: попрошайничество

И другие увлекательные коучи, психологи и психиатры...

## ОЛЕЖА МАМИН - СИБИРЯК И ВЛАСТЕЛИНА НЕНАСИЛЬЦЕВА

ОЛЕЖА МАМИН - СИБИРЯК

ЧЕМУ МОЖНО НАУЧИТЬСЯ У ОЛЕЖИ МАМИНОГО СИБИРЯКА:

•

Как не дать себя украсть у мамы всяким шлюшкам

•

Как в любой непонятной ситуации выбирать маму, а не работу и деньги


"У всех бед одно начало, сидела женщина, скучала" - вспомнилась мне фраза во время написания этой главы.


Как - то я стала искать психолога.

У меня уже был опыт работы с несколькими.


Одна милая тётушка - преподавательница психологии, у которой я взяла пару сессий ( глава о ней будет позже), сослалась на занятость и отказала в приёме.


У неё начинались экзамены в университете.

Это было похоже на правду, судя по тому, что она принимала меня в 9 вечера в закоулке в Китай - городе, с трудом находя окна.


Психолог, с которой работала ещё раньше, до этой психологини мне сказала:


- У вас уже всё нормально. Я не знаю, зачем вы ходите.

Ценник у неё был 9 тысяч в час и мне не хотелось за эти деньги её убеждать, что мне всё ещё нужна помощь.

Ну я и не пошла к ней больше.


Но я не чувствовала в себе достаточно опоры, мне всё давалось через усилие.


С этим запросом я и пошла искать психолога на AVITO.

Мне попался профиль мужчины лет 30 - ти из моего родного города.

Новосибирск...500 рублей...

Цена, конечно, бросовая.

Как же он живёт с такой ценой, подумала я. Сырки по акции в 30+ лет?

Презервативы с бабушкиной пенсии?

Отдых во дворе в песочнице?


Возможно, слишком низкая цена - это очень плохой признак. Человек себя не ценит, не пользуется спросом. Может быть вообще застрял в 2010 - м году. Или в 1010 - м. А может его господь питает, как птичек небесных, за его невероятную доброту.


В профиле у психолога ОЛЕЖИ МАМИНОГО - СИБИРЯКА стояли заветные буквы самого престижного вуза Сибири и Дальнего Востока....

"НГУ, Новосибирский Государственный Университет".

О, вау...

ЭнГэУуу....это где умные...это что - то хорошее...

Академгородок...это всё серьёзно, не хухры - мухры там какие - то.

Я крутила себе в голове гипнозную рекламу без всякой сторонней помощи. Ну и цена. Конечно же, хочется верить в сказки...дешёво и хорошо.


- А может надо вот эту всю предвзятость убрать и не выпендриваться? Ну 500 рублей и что? Вот за 9 тыщ тоже было не то чтобы переход в другое измерение.

Ничего я и не теряю. В Москве кофе в "Кофемании" на Кузнецком столько стоит.


Я не любила долго выбирать. Мне было проще сделать, а потом подумать. И сразу понятно на практике, стоит ли овчинка выделки. Чаще всего мысли опосля были: а что это было?

Так я начинала вообще все свои отношения и устраивалась на работу. Лишь бы колупаться и не ковыряться. Чай не принцесса. То, что я не принцесса и требования мне не полагаются по статусу мне ещё в детстве объяснили, а если не доходило, то пара подзатыльников добавляли аргументов.

Я написала психологу в AVITO и мы договорились созвониться в Whatsapp.

В назначенный день я и Олежа Мамин - Сибиряк созвонились.

Когда камера открылась, мои подозрения о неверном выборе усилились.

Олежа выглядел, как советский человек образца 80 - х годов. Он легко смог бы вписаться во вселенную Лапенко.

Нечёсаная голова и старая джинсовая куртка создавали ощущение, что я его вытащила из бабушкиного шкафа своим заказом сессии.

"Да уж...будем надеяться на чудо...вдруг он интеллектуал? А я придираюсь...".

Привычка игнорировать реальность и тут же выдумывать другую никуда у меня не делась, не смотря на проработки.

Если бы вы родились в моей семье, вы бы тоже научились фотошопить всех, кого видите и всё, что видите. Я научилась жить в дополненной реальности до того, как это стало модным.

Вы бы придумывали, что мама не злая, а строгая. Папа не очень алкоголик, просто расслабляется, как все. Колготки с пузырями на коленях не очень растянуты. В сломанном дипломате, с которым ходишь в школу, есть своя оригинальность. Соседи не быдло, а простые люди, уставшие на работе. Брата на свесили на меня, а немного попросили помочь. Просить что - либо опасно не потому что за все просьбы унижают, а потому что не надо наглеть, я и так зажралась.

Однажды мой сын в сердцах сказал:

- Я не понимаю, как это у вас получается, у тебя, у моих друзей, не замечать реальности. Ходить с гордыми лицами, когда у вас жопа. Вы делаете вид, что всё в порядке и сами в это верите. Я не понимаю, как это вообще возможно? Что у вас в голове?

- Просто мы мазохисты, - ответила я. – Мы привыкли так жить с самого детства. Мы этого не замечаем.

У меня были страх и вина думать критически о людях. Ну и соответственно о себе. Я себя грызла, но это не критика, это просто насилие.

То, что можно воспринимать себя критически и не грызть, и то, что грызть себя – это не критичность, мне только предстояло узнать.

В голове у меня крутились примитивные социальные гипнозы, которыми был занят мой мозг 24/7.

Я постоянно сама себя уговаривала, что я что - то должна кому - то.

Должна не критиковать даже в мыслях, ( я ж не нарцисс! ), должна давать шансы, даже если не хочется.

Должна игнорировать и осуждать свои впечатления и интуицию.

“Только поверхностные люди не скдят других по внешности”, кажется, сказал мой любимый оригинал Оскар Уайльд.

К сожалению, мой комфорт – дискомфорт не казался мне достаточным аргументом. Просто ориентироваться на «приятно – не приятно»? Мне казалось, что так делают только злые люди.

Все, кто не раб, казались мне чёрствыми, резкими и эгоистами. Но это не касалось моих родителей, конечно же. Ведь если родитель делает, как ему вздумается, это святое родительское право.

Слить человека без железобетонных аргументов?

Просто потому что неприятно общаться? Куртка не понравилась! Ха - ха, «какие же мы королевишны», звучал голос матери в моей голове. Я же не такая гадина, я хорошая.

Это сейчас я знаю, что это социальный гипноз и гипноз моего внутреннего ребёнка. А тогда - нет.

Я ж поэтому и искала специалиста: психолог, психиатр или уфолог с энтомоголом, мне было всё равно, кто починит мне кукушку. Мне было ясно, что мне почти сорокет и со мной что - то не так.

Я и сама периодически склонна впадать в какую - то мадам старьёвщицу, нацепить на себя ретро, радоваться своей оригинальности, находить милоту в бомжа - шике. А потом спустя время смотреть на фото и думать:

- Ну и что это было? Отрыжка СССР? Припадок какой - то?

Отступать я не привыкла.

В каждую пакость я вляпывалась под самоуговоры:

- Ну уже же пришла...

- Зачем же так критично кого - то оценивать?...

- Не суди по обложке...

- Внешность - не главное...

Все эти фразы - гипнозные пластинки без всякого смысла.

Внутри этого лежит запрет ставить себя на 1 место. Малейший дискомфорт в общении со мной у другого человека вызывал вину. Мне комфортнее было терпеть гадости, чем испытывать вину за чужие эмоции и недовольство.

Просто я выросла в семье, где за отказ что - либо делать, могли пообещать выбить зубы.

Долгое время я считала себя доброй, понимающей других. Очень терпеливой. И большинство людей поддерживали во мне эту иллюзию.

А это был просто страх людей и их реакций, а так же внушённое чувство вины.

Ну вернёмся к Олеже.

- Наверное нужно немного обрисовать ситуацию...- начала я. - Я тоже из Новосибирска, но сейчас живу в Москве.

Мой запрос сейчас - нехватка опоры в себе. Я уже работала с психологами, но мне как будто всё ещё тяжело и страшно делать многие вещи. Наверное нужно пояснить, что я уже обращалась к психологу по поводу отношений с матерью. Я больше года с ней общаюсь...

Олежа мгновенно изменился в лице.

- Как..не общаетесь? Как можно не общаться с родителями? Я вас не понимаю. Совсем не общаетесь?

- Да, мать я заблокировала по совету психолога более года назад. Психолог сказала, что если я этого не сделаю, то я умру. С отцом у нас никогда не было близких отношений, он иногда звонит. Его я пока не заблокировала.

- Погодите...но ведь общение с родителями - это самое прекрасное, что есть в мире. Как можно не общаться с родителями? Это же удовольствие, радость, лучше этого же нет ничего. Я вот даже не представляю, как это - не общаться с родителями.

Выслушивая это я думала:

- О- о. Вот это я влипла. Маменькин огурчик. Есть ли у него секс? Не думаю...

Мне не хотелось перебивать...в голове крутились сценки "радостного общения" с семьёй перед разрывом отношений.

Однажды мать позвала меня в гости. Брат жил с ней и был дома. Когда я собралась уходить, я вдруг не обнаружила своей обуви.

Я ходила искала её и спрашивала, куда она могла деться.

Моя мать жила в частном доме с небольшими сенями. Я осмотрела сени, крыльцо, коридор дома. Но обуви не было.

В последнее время перед разрывом отношений, как только я приходила к матери в дом, меня постоянно шпыняли за обувь.

Если я ставила в коридор, то говорили:

- Зачем ты в дом свои ботинки затащила? Чтобы мешались тут? Вынеси отсюда!

В следующий раз, когда я ставила ботинки в сени, мне говорили:

- Зачем там оставила! Занеси!

Я недоумевала, что запомнила с прошлого раза, куда ставить, чтобы на меня не ругались, но попадала под гнев снова.

- Вы же сказали в сенях ставить!

- Ты что дура! Тогда было тепло, а теперь холодно. - хотя речь шла о том же самом сезоне и разнице в неделю.

Если я ставила слева, говорили, что нужно справа. Если справа, то нужно слева.

Тогда я не знала, что у психопатов без конца меняются правила, они это делают, чтобы придираться и дезориентировать человека.

Я чувствовала свою беспомощность. В эту игру послушания выиграть невозможно. Чем старательней ты запоминаешь их требования и угодничаешь, тем сильней они на следующем витке. Эта игра играется не для того, чтобы вы в неё выиграли.

Я искала свои ботинки, а мать с братом молчали.

- Я не могу найти обувь!

- Там смотри!

- Там нет, я посмотрела уже всё. Уже за крыльцом всё смотрела.

- Лучше смотри. Может научишься ставить, куда надо. - Ухмыльнулся брат.

Смутная догадка холодком проскользнула по спине. Я вышла во двор.

- Не вижу...

- Лучше смотри, глаза разуй!

Я увидела один ботинок, выкинутый, как мусор, с крыльца в угол двора.

Они выкинули мою обувь и молчали.

От унижения у меня затряслись руки.

Я надела чужие мужские ботинки, так как мне не в чем было выйти во двор промозглой осенью и пошла собирать обувь по двору и искать второй ботинок. Его выкинули в другом направлении.

То же самое они сделали несколько раз с моими фотографиями.

Я в отчании начинала сомневаться в своём уме. Потому что знала, куда их положила.

Один раз брат уничтожил диски с фото моего ребёнка, другой раз мать спрятала альбом на крышу бани, где фото стали разрушаться.

Меня ещё удивляло, что она не говорила "не знаю" на мои вопросы о фото, а просто молчала.

Наверное здоровый человек сразу бы понял. Но я - нет.

Родственники лишили меня физического здоровья, психического здоровья, уверенности и добивали, как могли. Радость. Да. Главная радость. Просто экстаз.

- Но ведь у всех разные родственники...- для проформы вставила я, понимая, что этот спор уже приговор всей сессии.

- Я не смогу с вами работать. - Гордо сказал Олежа из НГУ.

Подумав, как это обосновать, он ответил:

- У нас с вами не совпадают ценности.

Олежа оказался насквозь маминым сибиряком.

С точки зрения психиатрии, моя ситуация вогнала его в параноидную реакцию. Даже мысли о чужом плохом объекте вызывали у него неподдельный ужас.

Страх и замешательство были написаны на его лице. Его аффекты совершенно не соответствовали по интенсивности сказанному мной.

Я не убеждала его не общаться с его родителями. Он же считал в праве переносить свою идеализацию своих родителей на всех. Я, видимо, триггернула его теневую часть, которая хотела бы освободиться от слияния с родителями, он начал защищаться от угрозы вторжения его отщеплённых теневых частей в сознание.

Ему явно нужен был психиатр.

Он был не способен выдерживать никакую реальность другого как отдельную от него самого.

Мы попрощались, Олег милостиво решил не брать денег за те 10 минут консультации, что он мне предоставил.

Отвержение больно меня кольнуло.

Общество порицает таких, как я.

Которые "с жиру бесятся", не выросли, жалуются на родителей, неблагодарные и вообще неудачники.

А могли бы заработать маме на Ferrari. Обеспечить будущее.

Стать кем - то.

Я всё ещё боролась с чувством вины и стыда.

Я говорила с собой:

- Ну видно, что он вот такой. Мамозависимый. Это не про тебя. Это про него. Неприятно, но не страшно.

У меня даже не было полного понимания, насколько надо мной издевались, играли, как кошка с мышкой.

Я была слишком слаба выдержать всё это осознание. Мне казалось, что мои нарциссы в мягкой степени нарциссы. Младенцев не ели, до синяков не били. А значит, не такие уж плохие ребята.

Как этот психолог вообще изучал психологию, если не смог критически посмотреть на родителей и на себя.

Ценности в случае этой сессии не при чём. При обучении на психолога или психиатра никто не проводит психиатрическое обследование.

И даже если у человека есть тяжёлый диагноз, то ему никто не запрещает принимать клиентов.

Мозг больного человека всегда всё будет интерпретировать в свою сторону. Если у человека страх даже от мыслей о сепарации и том, что родитель не ангел и есть рамки и поступки, после которых с людьми не общаются, даже если это родители. Даже если были и хорошие моменты. Даже если вас кормили в детстве.

Родители не имеют ни по закону, ни по совести прав на ложь, клевету, насилие, побои, лишение человека достоинства, свободы, самоуважения, личной жизни, развития и спокойствия.

У любого психолога, даже относительно психически здорового могут быть свои слепые зоны, искажения и недоработки.

Он их может совсем не видеть, может догадываться о них, но не понимать слепую зону в полной мере.

Дело не в механических часах личной терапии или супервизиях. Хотя, конечно же, в течение 100 часов терапии проще отловить свои искажения.

Пока я писала эту главу, я вспомнила, что однажды моя знакомая объявила, что её сестра покончила с собой, оставив маленького ребёнка, мальчика лет 10 сиротой.

Перед самоубийством она обратилась к психотерапевту. Он выписал ей таблетки.

Она выпила смертельную дозу лекарства.

Я видела эту девушку. По матери она была русская, по отцу казашка. Она была высокой, стройной, симпатичной.

Мы танцевали с ней однажды на дискотеке, она шутила и развлекала нас с её сестрой.

Меня мучил вопрос:

- Что ей сказали на той сессии? Почему родственникам не интересно, что же ей сказали?

Ведь она обратилась за помощью. Значит, она не хотела умирать, она хотела, чтобы ей помогли.

Что если сказанное на сессии повлияло на её решение свести счёты с собой?

Что если она потеряла надежду быть услышанной?

Почему вот так просто люди исчезают под землю во всей своей красоте, молодости и нужности, и нет вопроса:

- Почему? Как мы пришли к этому? Почему людям не хочется с нами жить? Почему они хлопают крышкой гроба у нас под носом, показывая, что они думают о нас и о жизни в целом.

Приоткрыть завесу, что происходит на сессиях, кто их ведёт и поделиться моим опытом в качестве клиента психологов, тренеров, коучей и психиатров - цель этой книги.

Возможно, что это даст голос так же и тем, кто уже не может говорить. Мне бы этого хотелось.

Ну а Олеже Мамину - Сибиряку спасибо за материал для данной главы.


ЧЕМУ НА САМОМ ДЕЛЕ СТОИТ НАУЧИТЬСЯ:

•

Доверять своим ощущениям

•

Читать внешность


ВЛАСТЕЛИНА БЕЗНАСИЛЬЦЕВА И ЧУДЕСА НЕНАСИЛЬСТВЕННОГО ОБЩЕНИЯ


ЧЕМУ МОЖНО НАУЧИТЬСЯ у Властелины Безнасильцевой


•

Как насиловать людей под видом ненасилия

•

Как встроиться жертвой к Властелине Безнасильцевой


Если предыдущего героя нашего романа я нашла на просторах AVITO, то Властелину Безнасильцеву мне посоветовала подписчица в Instagram, она знакома с ней лично. Что может лучше личной рекомендации?

Я подписалась на блог Безнасильцевой в Instagram, который гласил, что она тренер по ненасильственному общению по методике Маршалла Розенберга.

Среди интересующихся психологией и саморазвитием была популярна книга это автора с таким же названием “Ненасильственное общение”.

Я же хотела наконец - то придти к пониманию с окружающими.

Чего не сделаешь, чтобы наконец - то понять людей и быть понятой.

“Счастье - это когда тебя понимают” - фраза из советского фильма “Доживём до понедельника” стала очень популярной именно потому, что с пониманием друг друга у людей проблемы.

Безнасильцева презентовала себя обладательницей иностранных сертификатов, одной из немногих сертифицированных коучей по ННО.

Лёгкий загар и фото из - за границы наводили на мысли о благополучии и европейской просвещённости.

Я быстро прочла незатейливую книгу Розенберга.

Главным принципом метода ненасилия было - определять свои настоящие потребности и договариваться с окружающими из этой позиции.

Например, говорить вместо претензии:

•

Что ж ты мне не позвонил? - фразу, которая концентрируется на потребности.

А потребность за этой фразой может быть разная.

“У меня чувство опасности, когда мы договариваемся о звонке и ты не звонишь”.

“Я чувствую себя покинутой, если ты мне не звонишь”.

В YouTube и VK я нашла видеолекции создателя ННО. На видео автор держал в одной руке куклу - шакала, в другой - жирафа или муравьеда.

Шакалий язык - это язык ненависти, обвинений и долга, приземлённый язык.

Жирафий язык - это язык эмпатии, отказ от обвинений и позиция, обозревающая всю картину с высоты. Это как бы более взвешенная картина.

Розенберг считал, что большинство конфликтов у людей происходят не вокруг конфликта потребностей, а вокруг конфликта стратегий их удовлетворения.

Например, человек хочет чувствовать себя важным для другого. Но не может об этом сказать, вместо этого такой человек начинает критиковать другого.

По версии Розенберга всегда можно договориться.

На сайте Безнасильцевой размещена информация о том, что она особенно любит работать со СКРЫТЫМИ манипуляциями.

После общения с ней для меня это звучит как насмешка.

В блоге была размещена реклама групповых занятий. Что может лучше для тренировки навыков ННО, чем место, где все собираются попрактиковаться в ненасилии?

Меня, конечно, глодало сомнение.

Важна ведь суть общения и что из этого получается. Можно общаться ненасильственно, но бессодержательно.

Можно создавать видимость общения.

Можно создавать видимость ненасилия.

Люди вообще стараются придумать миллион способов, как сделать общение комфортным или не причиняющим боли, в частности освоить методы ННО, не понимая, что боль и насилие давно внутри них, а не снаружи.

Избегание обвинений любой ценой тоже казалось мне утопией.

В моей жизни были разные ситуации, когда я была не права и обвинения помогали мне подумать над своим поведением.

И были ситуации, когда я не обвиняла людей, надеясь на их благоразумие, хотя правильным шагом было бы обвинить и привлечь к ответу.

Я пришла на конференцию в ZOOM, сначала были разговоры в общей комнате, а потом нас делили на пары и создавали кабинеты в ZOOM для работы попарно.

В группу так же пришло много психологов.

Первая встреча мне понравилась, я даже обменялась контактами с ещё одной участницей для тренировок по практикам ННО.

После сахарного шоу тотального безнасилия на 3 или 4 - м занятии уже платном произошла ситуация, которая сильно подавила меня.

Меня определили в пару для отработок с молодым человеком.

Хотя по правилам все участники должны были включить камеру, он сослался на то, что она не включается.

Тем не менее “психолог” отправила меня с ним в одну ZOOM - комнату и стала наблюдателем и инструктором за тем, как мы “практикуем ННО”.

По правилам участник делится какой - то проблемой, а второй участник эмпатически поддерживает без осуждения и говорит только из “я - позиции”.

Молодой человек поделился своей проблемой, я как могла, дала поддержку ему и задала в конце вопрос:

•

Я могу ещё как - то поддержать тебя?

Он сообщил, чего ему не хватило и я охотно выполнила его просьбу.

Когда ход перешёл ко мне, я поделилась своей проблемой, молодой человек со своей стороны отобразил поддержку и тоже решил использовать мой вопрос:

•

Я могу как - то ещё поддержать тебя?

•

Да, - ответила я, - мне бы хотелось услышать фразу “всё будет хорошо”.

Мне всё время в жизни не хватало опоры, будущее меня пугало. Я чувствовала себя слабенькой.

Казалось бы, что тут сложного, я не попросила ничего сверхъестественного. Так думала я. Но так не думал мой партнёр по отработкам:

•

Я не буду это говорить, - ответил молодой человек.

Я опешила. Вроде бы диалог развивался мило.

Психолог вклинилась в наш диалог:

•

Ты можешь ничего не говорить, если не хочешь.

Я спросила:

•

Почему не скажешь?

Молодой человек ответил:

•

Потому что я не знаю, будет ли у тебя всё хорошо. Я не беру на себя ответственность.

Тут мне показалось, что я разговариваю с кем - то злым и ненормальным.

Может он и “здравствуйте” не говорит, вдруг человек не будет здравствовать. И “всего хорошего” не говорит, вдруг у людей будет всё плохо. Так же не надо желать никому долгих лет, может они умрут завтра.

Человек может рационализировать любое своё поведение.

Сначала я сказала:

•

Ну, ладно. Тогда не надо.

Время у нас еще оставалось. Я подумала, что в ННО принято выражать чувства из “я - позиции” и мне всё - таки лучше высказаться.

И я сообщила психологу и молодому человеку с чёрной аватаркой вместо лица:

•

Я чувствую себя не окей с этим. Я оказала поддержку, а мне отказали в обратном. Мне это не нравится.

Психолог мгновенно вспыхнула и почему - то начала гневно и на повышенных тонах отчитывать нас:

•

Во - первых, то, что вы делали вообще не ННО! Вы всё делали неправильно!

Тут я, конечно, удивилась. Опачки.

•

Во - вторых, ты не можешь заставлять участника говорить то, что он говорить не хочет.

Я ответила:

•

Заставлять, конечно, не могу. Но выразить свои эмоции на счёт его решения могу.

Ситуация, казалось бы, не стоила выеденного яйца.

При всей неожиданной неприятности для меня этого отказа, это не такая уж печаль. Но с другой стороны это был тот же сценарий, в котором я застряла в жизни.

От меня берут, но мне не дают.

Лицо Властелины же покраснело, она переходила чуть ли не на крик.

•

Он тебе объяснил, что он не хочет это говорить и не обязан это говорить!

Я много раз в жизни оказывалась в ситуациях, когда из меня качали энергию и ничего не давали в ответ. Многие люди очень любят питаться от других и фрустрировать в ответ мои потребности.

Я не собиралась ставить диагнозы и копаться в психике этого молодого человека, но я уже знала, как люди попадают в абьюз.

Он имеет права на любые отказы, а имею права на свои ощущения в их отношении.

Если вам кажется, то вам не кажется.

Люди бывает забивают на свои потребности, потому что “ничего страшного”, а потом опс, пираньи общипали со всех сторон.

Заявить о своих эмоциях я имела по всем правилам ННО.

Фрустрировать чужие потребности отговорками, извращать обычные просьбы - это и есть скрытые манипуляции, с которыми обещала бороться Безнасильцева.

Вместо этого я увидела красное лицо, какую - то тотально обесценивающую критику, что это “вообще не ННО! Всё неправильно”.

Я думала, что сеанс экзекуции закончен.

Безнасильцева и чёрный квадратик чуть изнасиловали меня в комнате, но я заявила, что мне это не в кайф.

Но ситуацию ждало продолжение.

На этом собрании в конце нас выводили из ZOOM - комнат в общее собрание и мы делились впечатлениями, как прошла наша практика.

Когда подошла моя очередь высказываться, я сообщила, что попросила поддержать меня фразой “всё будет хорошо”, но мне отказали в этом.

И тут мне пришла идея, что если я не получила это в комнате, то будет хорошей практикой не циклиться на одном человеке.

И я попросила участников, если кто - то хочет, то поддержать меня словами “всё будет хорошо”.

“Психолог” опять сидела с гневным лицом, делая вид, что я совершаю какое - то преступление.

Мне абсолютно знакомы эти неадекватные гневные припадки - ведь я выросла с нарциссами.

У них разгон от мелочи до ярости - 1 секунда.

Психолог явно себя не контролировала, это стало очевидно окружающим.

Мне казалось, она сейчас сбежит и бросит ZOOM.

•

Тебе надо сделать всё по - своему, да? - в её глазах сияла личная обида. - Лишь бы было как тебе надо?

Где же я уже видела похожий взгляд?

Однажды моя мать купила новый телефон и дала мне посмотреть его. Я не видела до этого сэлфи - камер и сфотографировала себя на её телефон.

Она взяла телефон, посмотрела на моё фото, в её глазах стояли слёзы обиды:

•

Как мы себя любим!

Я тогда была замучанная, некрашенная, в упадке. Но даже просто сэлфи вызвало у неё резкий припадок боли и обиды. Это очень тяжело выносить.

Такие люди, как пираньи, по кусочку отъедают твою личность.

Во ты что - то попросил, а они извратили.

Вот ты заявил о себе, а их это триггернуло.

И вот ты уже ходишь по яичным скорлупкам вокруг них на цыпочках.

Мало ли что они не говорят.

Простое проявление - сфотографироваться, попросить слова поддержки, выразить неудовольствие для них становится трагедией и поводом для ярости и нападок.

Я никому не хамила, не критиковала их поступки, ничего от них не требовала.

На вопрос:

•

Лишь бы было как тебе надо?

Я внутренне подумала, но не сказала вслух:

•

А почему мне должно быть НАДО, как вам надо? Я же не требую, чтобы вам было надо, как мне надо?

Тут одна из участниц, не взирая на едкие комменты Властелины, превратившейся из одуванчика в фурию, сказала:

•

Я хочу поддержать тебя, “всё будет хорошо…”. И да, я не знаю, что сейчас произошло, но мне не нравится то, что сейчас произошло.

Я поблагодарила участницу за поддержку и была признательна за то, что она вслух проговорила, что происходит что - то ненормальное.

Властелина замыкала встречу по ненасильственному общению словами, она что чуть не прервала групповую сессию досрочно и не закрыла ZOOM на середине, гневно кося взглядом в мою сторону.

Она даже не пыталась скрыть, что съехала с катушек. Вот это откровенность!

Видимо, в её понимании, срывы и припадки гнева должны были вызвать во мне вину, а не вызвать в ней вопросы к себе самой.

Я с удивлением наблюдала, что большинству участников не кажется странным, что психолог вышла из себя по какому - то высосанному из пальца поводу.

Да, я могу представить себе, что люди не железные и у всех могут быть ошибки. Но я не готова терпеть припадки и нападки на ПЛАТНОМ занятии по НЕНАСИЛЬСТВЕННОМУ общению.

Тем более, что я всю жизнь держала себя с такими хамками в руках. У меня такое дома было с рождения. Вот уж кому можно было бы вести такие курсы в своё время.

Но я даже не хочу вести такие курсы, потому что никому не пожелаю ставить задачу перевоспитать нарцисса или быдло. Это невозможно.

И, конечно, упаси господи играть с нарциссом в игры ненасильственного общения.

Любую отличную идею нарцисс доведёт до абсурда.

Я опишу дальше тренинг, на котором тренер придумала абьюзить людей под видом особой “обратной связи”, которую участник обязан был слушать молча.

Смерть от нарциссического абьюза называют - смертью от 1000 порезов. Нарцисс может не убить, но дрессировать по чуть - чуть своими обидами, вспышками гнева, отказами, капризами, нарушениями правил ( им можно, вам нельзя).

С участницей с которой мы обменялись контактами и отрабатывали ННО в Whatsapp, я поделилась историей, что мне пришлось выкинуть человека и заблокировать в групповом чате, который я вела за хамство и агрессию в мой адрес.

Она ответила, что её очень триггернула моя история и она не хочет больше общаться, потому что банить людей - грубо.

Я подумала, что всю жизнь попадаю под какую - то странную дрессуру окружающих.

Обзывать меня можно, банить за это нельзя.

Однажды я заметила, что религиозные люди в моём окружении постоянно говорили о смирении, но никогда сами не вели себя смиренно со мной.

Я задумалась:

•

Как я могла не замечать раньше эти двойные стандарты! Это же они всё для меня придумали. Им вершки, мне корешки, как в русской сказке “Как мужик медведя обманул”. Хитро. Получается, я всё время была в роли тупорылого медведя. Правила меняются, а мне по - прежнему подсовывают несъедобную часть, забирая себе питательную.

•

И что мешало раньше увидеть? Они будут вести себя ко мне как враг, а я должна буду их любить. Так они постоянно будут вампирить мою энергию.

Я так же вспомнила ситуацию, когда мы с подругой поехали в США и она предложила иметь общий бюджет на продукты:

•

Сегодня ты покупаешь, завтра я!

Мне такая идея не понравилась, но она не унималась. Я хотела, чтобы каждая купила своё, что любит и что подходит по бюджету.

•

Да так удобней будет! Чего ты боишься? Сегодня ты купишь, завтра я!

Я поддалась на уговоры и купила продукты на 18 тогдашних долларов. Дело было давнее и у меня в кармане всего было 400 баксов. Я боялась остаться без трусов в чужой стране.

На следующий день Анастэйжа благородно купила продуктов на 5 долларов.

Я отметила, что у неё продуктов на 5 долларов вышло и что разница очевидна.

Запасов денег у неё при этом было больше. Это и не удивительно. Люди с такими талантами не могут не процветать.

Анастэйша легко отмела мои возражения:

•

Да подумаешь! Сегодня меньше у меня, в другой раз я потрачу больше!

Я наивно согласилась, пока через неделю до меня окончательно не дошло, что меня ошкуривают.

“Шкурить” люди могут легко и в эмоциональном плане.

Я всегда старалась помочь подругам, стараясь особо не надоедать людям. Я была уверена, что вот сейчас мне помощь не особо - то и нужна. Но как только будет нужна! То они конечно же мне тоже помогут и выслушают.

Как же я была наивна. Какой же шмяк об землю меня ждал.

Каково же было моё удивление, когда подруги, которые плакали у меня на кухне часами, кривились от меня, как от бомжа:

•

Ты такая негативщица! У меня нет ресурса это слушать!

Ух ты! Оказалось, что я закрепила себя в роли сливного бачка, в роли давалки.

Есть такая присказка:

•

Подай - принеси, на хер иди.

Я думала, что я важная, что я нужная, что я друг. Оказалось, что я не друг, а слуг.

Однажды одна психологиня, назовём её Стелла Амфетаминова, девушка из звёздной московской семьи, дипломированный психолог с дипломом МГУ, по совместительству наркоманка, сексоголичка и папенька содержанка попросила меня обменяться психологическими услугами. Я тоже вела сессии.

Мы договорились, что в первое воскресенье я помогаю ей, а во второе - она мне.

Я провела сессию и тут психологиня начала ныть…”а может перенесём…я плохо себя чувствую…”...Чувствуя подвох, я твёрдо сказала: “Нет. Я провела тебе сессию и ты верни долг или оплати мою услугу” и дала понять, что не дам ей соскочить.

Психологиня появилась в воскресенье вести для меня сессию в полном здравии и цветущем виде.

Было время, когда мне невыносимо было уличать людей в чём - то, я верила всему на слово, любой намёк на плохое самочувствие у кого - то приводил меня к мысли “о боже, бедненький…конечно, поправляйся”.

А оно может ничем не болеть.

Есть ещё одна замечательная русская сказка о том, как дети попали в дом к Бабе - Яге. Баба - Яга хотела съесть детей и просила их сесть на лопату, чтобы засунуть их в печку.

Тогда сообразительный мальчик притворился, что не понимает, как сесть на лопату. Он растопыривал руки и ноги, кося под дурачка.

В конце концов баба Яга разозлилась, чтобы Ивашка сел на лопату правильно.

Ивашка попросил Бабу Ягу показать ему же правильно садиться на лопату.

Баба Яга, купившись на его наивность, села на лопату, показывая, как смиренно сложить руки и ноги. Ивашка засунул её в печь и закрыл заслонку.

Так хищник стал добычей.

Большинство хитрованов, как и Властелина Безнасильцева, никогда не собирались отказываться от насилия.

У них одни стандарты для себя, а другие - для простодушных.

Для многих людей сложно понять, что такие люди могут делать это вполне осознанно.

Когда вы идёте к психологу, вы видите фасад.

Он обложен иностранными сертификатами, улыбками и отзывами, в которых не будет моего.

Поэтому я решила написать эту книгу, не будучи писателем или журналистом и не имея понятия, сколько человек её прочитают.


ГЛАВНЫЙ ПРИЁМ ВСКРЫТИЯ ТОКСИЧНЫХ МАНИПУЛЯЦИЙ - ГОВОРИТЕ, КАК ВЫ СЕБЯ ЧУВСТВУЕТЕ


Этот простой приём творил для меня чудеса. Говорите о том, как вы себя чувствуете.

Если человека это бесит, вы просто вскрываете манипуляцию.

Главные приёмы скрытых манипуляторов основаны на том, что вы будете стараться им угодить, постараетесь не быть наглым, захотите избежать конфликта.

Большинство манипуляций эксплуатируют ваши страхи, вину и раненое достоинство.


“Голосуй, а то проиграешь”, “ведь вы этого достойны”, “я не халявщик, я парнёр”.


А история, как ещё один психолог - супервизор убежал с красным лицом, досрочно закрыв ZOOM, ещё впереди.


ЧЕМУ НА САМОМ ДЕЛЕ СТОИТ НАУЧИТЬСЯ

•

Равноценный обмен

•

Общение адекватное ситуации и поведению того, с кем общаетесь

•

Вскрывать манипуляции просто оставаясь собой и не пытаясь быть бескорыстным человеком


## Глава 2

ЖИГУЛЬ КОВРИЖКИН. БИЗНЕС ТРЕНЕР БИЗНЕС ТРЕНЕРОВ И УПРАВЛЕНЕЦ УПРАВЛЕНЧЕСКИХ УПРАВЛЕНЦЕВ.


ЧЕМУ МОЖНО НАУЧИТЬСЯ:

- развлекать провинциальных женщин за 30

- брать восторженные отзывы, пока никто не разобрался, что ты за специалист

- придумывать себе несуществующие титулы


Я тогда ещё жила в провинциальных кущах. Увлекающаяся саморазвитием, эзотерикой и садомазохизмом подруга посоветовала сходить на такой вид тренингов как «Управленческие поединки» по Владимиру Тарасову.

Тренинги вёл мужчина, взявший себе псевдоним недорогой популярной в провинции машины Жигуль Коврижкин.

Меня ещё насторожило это самоназвание: зачем бизнес - тренеру и управленцу называть себя некомфортным автомобилем, ассоциирующимся с бедностью? Но я себе это объяснила так:

- Не нужно судить поверхностно. Может быть у него свои ассоциации и приятные воспоминания, связанные с данной моделью авто.

В общем, я была специалист по превращению всего самого очевидного в невероятное.

Кажется, видя очередь из алкоголиков у киоска в самом ушатанном районе самого депрессивного сибирского ПГТ ( посёлка городского типа), я могу сочинить историю, что это потомки семьи Романовых, которые в своём редком визите в Сибирь знакомятся с местной особенностью – торговлей из будки без туалета и отопления в минус сорок. Причём, из крайнего краеведческого любопытства.

Если вам когда – нибудь нужно будет объяснить себе очевидную нелепость в причудливо – фантазийном ключе - обращайтесь.

Навыки остались, 1001 версия происходящего в духе Шехерезады от Люсинды Думмкопф.

Я шучу об этом, но эта грустная особенность на самом деле патология, которая и привела меня к краху и поискам психолога, гуру, психиатра, да хоть кого, чтобы понять, как я оказываюсь на дне.

Когда я разобралась в себе, я поняла, что просто ненавидела дом, соседей и район, в котором жила, не носила очки и линзы годами, чтобы этого не замечать, испортила зрение ещё больше, начался астигматизм.

Я игнорировала свои мнения о людях, запрещала себе критику ( «а кто же я судить кого – то?») даже внутри себя, не подозревая, что её очень много и что она по большей части разумна и позволяет ВЫБИРАТЬ.

Делать выбор и отказывать мне тоже казалось порой невероятной жестокостью.

Однажды в магазине я стояла перед витриной с лепёшками лаваша двух разных фирм. Они были постоянными конкурентами. И вдруг я увидела, что одна фирма поставила на свои лаваши скидку.

Они были уже подсохшие. Я тут же придумала в голове историю, что вторая фирма проигрывает, люди разорятся и нужно срочно купить сухой лаваш, хоть и не хочется.

Но я была уже проработанная и вела с собой диалог:

- Хотя откуда я вообще знаю? Может хозяин этой фирмы убил 100 человек ( конфронтирую придуманный образ придуманной жертвы). Откуда вообще эта история? Это просто товары в магазине, Люсинда, ты вообще нормальная ( возвращаем фокус на себя)? Покупай, что ТЕБЕ надо и пошли уже.

Я подумала, что мне действительно нужно и купила мексиканские лепёшки. Так я не спасла какое – то ИП Лавашьян. А всего – то надо было немного эмпатии и 30 рублей.

Тренинги должны были меня развлечь и научиться отстаивать своё мнение и эффективно общаться с людьми. В общем дать надежду, что из провинциальной курицы с комплексами вылупится фламинго.

В наших краях такое случалось: однажды перелётные фламинги упали с неба в лес в Новосибирской области и почти замёрзли. Но их спасли и показали по телевизору.

Цена за тренинг была 1000 рублей. Как раз удобная такса для потерявшегося в жизни лузера.

- Колбаса или управленчество? Управленчество, решала я. Колбаса подождёт.

Сначала я попала на тренинг в окружении работниц «Сбербанка».

Нам выдавали листочки с описанием наших ролей и конфликтных ситуаций на 2 – 3 человека. Ещё троих человек назначали судьями.

Разыгрывать сценки конфликтов с банковскими сотрудниками оказалось просто.

Кассиры, бухгалтера и главы отделов «Сбербанка» оказались довольно мягкими приятными людьми без особой наглости. Я быстро начала у них «выигрывать» просто проявляя больше напора.

Когда мы напираем, это напор, когда другие – наглость. Не перепутайте, пригодится в управлении.

Мне кажется, таким «управлением» кассирами «Сбера» пользовался каждый второй россиянин за бесплатно.

Надуваешь щёки, выдумываешь аргументы и вот она я, я уже не хамоватая лузерша, а управленка.

Короче, мне понравилось.

Я решила пойти на ещё один такой же «поединок».

В тот раз мне попались ребята из маленьких провинциальных торговых фирм. Стриженные под 0.5 менеджеры по оптовым продажам гвоздей и хваткие дородные менеджерихи лакокрасочных магазинчиков.

Мне выдали в пару блондинку и посадили нас за столик переговоров.

Я должна была играть роль клиента психологического центра. А моя напарница – директора этого центра.

Я должна была попросить вернуть деньги за сессии, оплаченные заранее, но которыми я передумала пользоваться.

Директор психологического центра, которого играла блондинка, должен был отстоять свой интерес и ничего не возвращать.

Нам скомандовали начинать, я собиралась открыть рот, блондинка заверещала:

- Ничего не отдам! – для достоверности она закинула руки на весь стол.

Как только я начинала говорить, блондинка начинала кричать:

- Не дам!

Меня перехабалили.

Ей присудили безоговорочную победу.

Вообще, я могу переоорать торговку с одесского привоза, но было неловко, потому что в описании поединка было слово «управленческий». Так меня подвёл cognitive bias, ошибка предвзятого мышления.

Смотря где управлять, смотря, кем, какой фэбрик, какие дитэйлз.

После нескольких визитов на тренинги, Жигуль Коврижкин счёл меня уже своей фанаткой попросил оставить ему лестный отзыв на сайте vsetreningi.ru.

Я влепила ему пятёрку, пыхтя над текстом из двух предложений. Эммм…Жигуль очень талантливый тренер…замечательное мероприятие…это так помогло моему развитию… Всем рекомендую.

Сколько ещё выпрошенных отзывов валяется на разных сайта периода моего угодничества? Не помню.

Недавно в парикмахерской меня попросили поставить оценку стрижке по шкале 5 баллов, я поставила «4». Столько, сколько я ей реально давала.

Раньше бы у меня желудок в трусы стёк от мыслей, что мастер расстроится, разозлится или получит выговор от начальства, что не «5».

Меня спросили – я ответила.

Вообще лайфхак любого хитрого тренера и психолога – взять обратную связь после одной – двух сессий.

Некоторые особо продвинутые психологи даже не ведут сессии больше 1 – 5 – ти, чтобы клиент не успел выйти из первичной идеализации и не догадался, что психолог ничего не понимает в теме.

- Чуфыр, чуфыр, делай, что нравится! Не делай, что не нравится! Будь психически благополучен и не будь психически неблагополучен.

Пока я писала выпрошенный у меня отзыв, я бесилась. Потому что нужно было регистроваться на сайте, сочинять отзыв и прочее, потому Жигуль Коврижкин настойчиво просил и сообщал, как это для него важно.

В профиле Жигуля я увидела бесконечное количество сертификатов.

Психология, управление, МБА, НЛП, коучинг.

С золотыми буквами, с красными корочками. Гипнозные фантики произвели на меня впечатление.

Я ничего не знала о всех этих курсах, специальностях, поэтому бумажки со словами «управление», «коучинг», «психология» подействовали на меня, как ситечко на Эллочку Людоедку.

Я решила записаться к нему на личную сессию.

Вскоре у меня был день рождения. Я решила сильно изменить свою жизнь и поставила сессию прямо на утро этого дня.

Я так и видела, как Жигуль Коврижкин интернэшнл коуч, тренер тренеров, мэнэджер регионального отделения ООО «Пирожки на трассе» наконец – то откроет мне секреты успеха.

Мой день рождения совпадает с государственным праздником 23 февраля.

Я не могла уже видеть родственников, которые каждый день рождения использовали для самоутверждения и решила символично начать новый год по – новому.

Сессия стоила 2000 тысячи рублей. Для оплаты были указаны реквизиты какой – то женщины.

- Это карточка моей жены, - сказал Жигуль, - переведёте деньги туда.

Я задумалась:

- Карточка жены? Это что… у него даже нет СВОЕЙ карты? Может попросить его мигнуть, если он в заложниках? – неприятно кольнула мысль. Но я тут же погасила её другой: «Ну, может им так удобней».

Хотя мы жили с Жигулём в одном городе, мы решили созвониться онлайн.

В тот день я обнаружила, что забыла вывести деньги со счёта, который не привязан к карте, на карточный. По правилам моего банка в выходной я не могла вывести деньги со счёта на счёт.

Я подумала:

- Ну всё. Я оставила себя без копейки на день рождения и Жигулю тоже смогу заплатить только в понедельник. Даже торт не купить. Шах и мат.

Раз родственники не пришли издеваться надо мной в день рождения, то надо делать их работу. Нельзя просто развлекаться и поехать куда – нибудь.

В начале сессии я сообщила Жигулю, что у меня день рождения.

- Вы решили в своей день рождения поставить сессию, чтобы начать новую жизнь. – Прокомментировал Жигуль.

- Да, - сказала я. – И ещё такой момент. К сожалению, я начудила с банковскими счетами и отправлю вам оплату в понедельник, в рабочий день. Так как сегодня не смогу вывести деньги на карточный счёт.

Жигуля слегка дёрнуло, я заметила это, но ничего не могла поделать. Так как у нас были общие знакомые и я уже оплачивала его услуги, я подумала, что это неприятно, но я ничего не могу поделать.

- И вообще продолжила я, мой запрос в том, чтобы избавиться от таких говноприключений. Иногда я организую себе проблемы из ничего.

Вот сегодня мой день рождения и я внезапно поняла, что оставила себя без денег. Мне даже не на что отпраздновать. Технически деньги есть, но я как будто специально забыла перевести их на карточный счёт, забыв, что в выходные и праздники это невозможно. Я хочу избавиться от этого. Я хочу понять, как это получается.

Жигуль заговорил о коучинговом упражнении: надо написать 100 вещей, которые тебе в себе нравятся, каждый день по 10 вещей.

- Ооо, да я могу сейчас вам рассказать сразу эти 100 вещей. Я уже делала эти аффирмации, списки и прочее. В целом это не изменило ситуацию.

Я уже действительно какое – то время смотрела разных коучей, говорила аффирмации и могла назвать уже массу своих достоинств. Это не поменяло ситуацию в целом.

Да, я уже слегка начала знакомится с тем, что у меня в голове, хвалить себя и прочее.

Жигуль ответил:

- Но суть в том, чтобы делать это упражнение именно так, как я сказал. 10 дней подряд.

Эта херня мне уже не нравилась. Я что пришла на сессию получить упражнение, которые раздают из каждого утюга в интернете и которых я уже кучу переделала? Он меня слышал вообще?

Я перед этими зеркалами торчала целыми днями, рассказывая, как я люблю себя и как я замечательная.

Так я узнала, что я себя совсем не люблю и меня от себя тошнит. Глазами я видела, что я хорошенькая. Я могла даже любоваться собой иногда на фото, но как картинкой, наклейкой, открыткой. Потом начинались придирки. Внутри меня не было к себе теплоты и контакта с моим образом и качествами. Отсутствовала опора.

Я слушала Луизу Хэй и других коучей, убеждала себя, но оно не убеждалось.

Конечно, сейчас мне это представляется особо наивным, потому что даже если бы я писала это упражнение 10 лет подряд, оно бы ничего для меня не поменяло.

Жигуль решил зайти с другого угла:

- Нам придётся копаться в вашем прошлом. – Эта фраза отпечаталась у меня в мозгу, так как вызвала сразу параноидную реакцию.

Копаться!

В прошлом!

Отличное предложение. Я хотела забыть поскорей своё прошлое как страшный сон, но мне предложили не только вспомнить и ещё и «копаться».

Даже не объяснив, зачем.

- Но я не хочу копаться в прошлом! Я хочу идти вперёд. Я не хочу зависать в старом.

Жигуль явно не был мастером формулировок и обхода острых углов.

В НЛП, сертификат которого я видела в его профиле есть принцип раппорта. То есть ты сонастраиваешься с собеседником. В том или ином виде люди делают это автоматически – гармонизируют поля. Разворачиваются к друг другу, гармонизируют темп речи и громкость, улавливают жесты друг друга.

Так же есть такая фраза «в раппорте работает всё, без раппорта не работает ничего».

Роман не следил за раппортом и его это нисколько не волновало.

В норме даже после такой неудачной формулировки, можно было спросить клиента:

- Какие мысли и эмоции вызывает это предложение?

Есть множество методов, которыми с этим можно работать с 1 сессии, Роман решил не использовать ни один из них.

Даже в самых простых техниках коучинга, психологии, а тем более НЛП, которым якобы владел Жигуль, можно было хотя бы что – то сделать, кроме предложений “копаться в прошлом” и коучинговых упражнений, которыми пестрит интернет.

С людьми работать трудно, мы кажемся себе простыми, потому что заключены в стенки своих ограничений.

Но мне сложно представить, что какой – то клиент ответит на предложение:

-

Нам нужно будет копаться в вашем прошлом. – Без какой – либо конкретики.

-

А давайте, погнали. Мне исполнилось 36, в каком году мы “покопаемся” без всякой цели?

Ну в общем, сессия закончилась, хотя, она мне не понравилась, я не в силах была себе признаться, что мне она не понравилась.

Не было даже намёка и просвета понять, по каким принципам мои «говноприключения» происходят.

Жигуль взял у меня электронную почту, чтобы скинуть мне “протокол сессии”.

На следующий день я получила длиннющее письмо.

Я привожу его целиком, заменив моё имя на псевдоним “Люсинда”, который я использую в этой книге, а имя коуча – тренера – психолога на Жигуля Коврижкина.


Протокол коуч-сессии

24 февраля 2018


Дневник успехов.pdf

Дневник эмоций.pdf


Люсинда, доброго времени суток!

Высылаю, как обещал, упражнения:

Процесс Диккенса - представляете свое будущее через 5,10,15,20 лет, если текущий уровень отношения к жизни будет продолжен.

Это болезненное упражнение поддержит вас, в случае потери мотивации.

Безусловно, это упражнение является морковкой "сзади" (я больше приветствую мотивацию спереди), вместе с этим - факт - работает.

Используйте только, если почувствуете, что "сливаете" свое развитие, просто так - не стОит.

Дневник успехов, Дневник эмоций - в приложении.

Важно: упражнения работают именно в таком формате (последовательность, частота и т.д.), если их делать с отклонениями от формата, то лучше не делать.

Я услышал также следующие запросы:

Избавиться от повторяющихся паттернов (сценариев) - "говноприключений".


Предположение, что налицо низкая самооценка.


Прокрастинация. Перфекционизм.


Низкий уровень энергии.


Высокий уровень тревожности.


Могу сказать, что все эти текущие характеристики связаны, то есть "ядро" одно.

Может быть неприятно услышать, что это не уникальный случай. И приятно услышать, что это решается технически.

Люсинда, к сожалению, я не смогу продолжить с вами работу.

Поясню: вы, безусловно, и это явно видно, человек сильный, имеющий стремление развиваться. И одного этого уже достаточно, чтобы мы с вами достигли успеха.

Вместе с тем, попробовав несколько режимов работы (вопросами в стиле классического мягкого коучинга и, скажем так, классическим жестким менторством), я сталкиваюсь с сильным сопротивлением вашей текущей "картины мира".

Эта картина мне внушает уважение, вместе с тем, если она эффективна, то я точно не нужен, вы сами все сделаете.

А если она неэффективна, то тогда зачем сопротивление? - я ожидаю готовность отказаться от нее, чтобы двигаться дальше. Иначе, она (картина), к сожалению, противоречит выраженной вами готовности развиваться дальше.

Поэтому очевидно, что на преодоление текущей картины мира, на переход от защиты к учебе, мы с вами потратим много времени. Результат, в любом случае будет, но встреч будет много, очень много, а результат каждой встречи долгое время будет не очевиден. Для вас это будут большие расходы, а мне будет дискомфортно, поскольку я привык работать в моделях "режим учебы вместо режима защиты" и "явный конкретный запрос от Клиента = явный конкретный явный конкретный результат от меня = в каждую встречу".

Люсинда, оплачивать прошедшую сессию отсутствует необходимость.

Неудач не бывает, есть только опыт.

Будьте счастливы при малейшей возможности.

Приятных выходных!


С благодарностью и восхищением,

Роман Жигуль, тренер – реабилитатор

Зам. Председателя Федерации управленческой борьбы (РО в Нск)

Член Совета (Главный редактор) Ассоциации психологов Синтон-подхода

Автор статей для порталов "Психологос", "ВсеТренинги" - читайте!

Спикер конференции "Маркетинг и продажи-2018" - регистрируйтесь!

………конец письма……..


Письмо произвело на меня гнетущее впечатление. В тот момент для меня это был набор слов в котором я увидела «долго» и «дорого».

Долго – это сколько? Откуда он знает, сколько у меня денег и что мне дорого, а что – нет?

«Обещанные упражнения» были вообще не в тему.

В тот момент я не понимала: куда развиваться?

Зачем мне это, если я в точке «ни хера не понятно».

Мы не ставили никаких целей, чтобы мне их пропускать через «процесс Диккенса».

Обвинения в «защите картины мира» тоже звучали абсурдно.

Я не знала, что у меня за картина мира.

На мой 34 – ый, кажется, день рождения ко мне принеслась мать с картиной «одинокая ромашка в чёрной пустоте».

Она проявила дикую прыть и даже притащила шуруповёрт, гвозди и брата, чтобы он быстренько прибил мне её на стену.

- Смотри, как к обоям подходит! Хорошая же картина! – я послушно кивала, думая в тот момент «не обижать же людей».

Я думала:

- На хрена мне картина? Я просила? Знают же, что у нас разные вкусы.

После матери в квартиру забежал отец с полотном, похожим на те, что продают в переходе. Деревенская идиллия, но огромная, на полстены.

- Смотри, как подходят к обоям в спальне!

Картины, подходящие к обоям. Что может быть тупее.

Позднее, я сделала в квартире «магическую уборку» по Мари Кондо. Я вытащила кучу хлама.

Выкинула массу ненужных вещей и, конечно, нужных тоже. Мой мазохизм везде вторгался во все дела.

Потом я вообще решила съехать с этой квартиры, распродав большинство вещей.

И уже съезжая, я заметила, что даже во время «магической уборки» не заметила эти картины. Они слились для меня со стенами и с моей жизнью.

Так работает бессознательное.

У меня не было СВОЕЙ картины мира.

Я была мусоркой, которая собирала в себя всё, что в неё толкают.

- Не обижать же людей! – был главный гипноз моей жизни.

После того, как я сделала уборку по Мари Кондо и мне стало просто поддерживать порядок в доме я обнаружила, что легко захлямляю идеально убранный ящик на кухне.

У меня была привычка брать флайеры и листовки на улице:

- Не обижать же раздатчиков мусора!

Я притаскивала в дом ненужный хлам, стараясь не мусорить на улицах Новосибирска, в котором не хватало урн.

В какой – то момент я вспомнила своих богатых знакомых, кидавших окурки из окна со словами:

- Мы оплачиваем уборку, пусть собирают.

Меня это жутко покоробило. Они всё везде старались урвать, выразить недовольство, выпросить скидку, загрузить окружающих.

У них были стерильно чистый дом. Даже окурки вылетали на улицу под нос нам, челяди.

Я делала всё наоборот. Но я это не замечала. А если бы мне об этом сказали ранее, я бы сказала:

- Да разве ж это влияет как – то на жизнь в целом? Скааазки…

Снимая картины родителей со стены я испытывала ужасающую вину. Мне казалось, я их этим унижаю, отвергаю…а они хотели как лучше…

Для кого лучше? Для них, конечно же.

Меня они вообще игнорировали, я для них была мусоркой, в которую удобно запихивать, что хочешь.

А когда я начинала «вонять» во всех смыслах, тухнуть по жизни, хандрить, ныть, засыхать, я никак не могла пролечить от грибка ноги, я воняла в буквальном смысле, они не хотели замечать, что это логично.

Упрёки коуча в том, что я защищала СВОЮ картину мира, кажутся мне сейчас абсурдными.

Мне пришлось изучить, как на меня повлияла советская система, тоталитарное общество, политическая пропаганда в разных видах, социальный гипноз, религиозное насилие, школа, семья, работа.

Знаете, когда тебе не выплачивают зарплату, это очень влияет на самоощущение. Российское общество обычно винит самих людей: ты сам выбирал, ты не туда устроился.

Бугага. Это обычная подлость в общем – то.

В общем порция обвинений от коуча в моём нежелании «менять картину мира» в сторону беспрекословного следования его бессмысленным заданиям и предложениям вызвала – таки у меня вину.

И я решила её загладить, посетив ещё один бессмысленный тренинг по управлению за 1000 рублей.

Жигуль явно удивился такому мазохизму, но мне казалось, что я делаю это, чтобы показать:

- Всё ок. Мы не в конфликте. Я не обижаюсь. – Так я делала всю свою жизнь с родителями. Мать радовались тому, какая я «отходчивая». Наорёт, пошлёт матом, а тут я хожу, улыбаюсь, шучу, развлекаю.

Ситуация конфликта или неприязни вызывала у меня тревогу, страх и вину.

Казалось бы, на сессии я не была мямлей, но в этом и была моя проблема: как говорит Евгений Понасенков, любой комплекс сильнее интеллекта.

Когда ты интеллектуально понимаешь:

- Нет же логики! Нет же смысла! Что – то не так, - а эмоции и бессознательное начинают душить и тянуть в свою сторону.

В общем, проблема с Жигулём была и в том, что он не был подходящим специалистом, тренеры и коучи с этим не справляются, даже если есть дополнительные квалификации по психологии.

Удивительно, что человек, который пишет в письме «одного этого достаточно, чтобы мы с вами достигли успеха», а через предложение, почему он не будет со мной работать.

У меня от таких качелей в одном письме голова закружилась.

Ну и самое смешное: только описывая эту ситуацию для книги я обратила внимание на выражение «морковка сзади». А что такое «морковка сзади»? Однажды мой босс психопат прислал нам в отдел мем с чёрными ботинками, у которых на носах были чёрные фаллосы.

Подпись к картинке гласила что – то типа:

- Готов к совещанию.

Он хохотал, как бешеный. На вид парень был голубоглазый офисный Новосельцев. Я только начала работать в компании и начала подозревать, что с ним что – то не так.

Если рассматривать в терминах психоанализа коуч всё равно всадил мне свою «морковку сзади».

Удивительно, но на 30 – ый день рождения мой тогдашний бойфренд, с которым меня познакомили друзья, подарил мне чёрную палку с шипами.

Подарок мне он выбирал вместе с ними. Когда я в омерзении и недоумении спросила:

- Что это? Для чего это? – моя «подруга» весело ответила,

- Это декоративная штука такая, красиво же. Поставишь куда – нибудь.

Мне казалось нелепым их допрашивать у порога. Все прошли за стол.

Палку я поставила на балкон.

Абсурдный какой – то «подарок» на юбилей. Выкинуть сразу не поднялась рука.

Долгое время я ещё не думала, что это не просто неприятный подарок, это подлость.

Сейчас бы я даже не пустила таких людей к себе в дом после «подарка». У бойфренда выявилась ужасная особенность: он возбуждался от сексуального насилия, при том, что это был милый татарин со светлыми кудряшками.

Когда мы уже расстались, мать сказала:

- Вот бы тебе такого парня! Но куда тебе!

Я промолчала, что я его уже бросила, сказав:

- Он жадный…

- А…жадный…ой, жадный это очень плохо. Это не нужно…


ЧЕМУ ДЕЙСТВИТЕЛЬНО СТОИТ НАУЧИТЬСЯ:

Вы ничего не знаете о личности коуча, психолога и психиатра, а так же любого другого человека на самом деле и о его бессознательных мотивах.

Он сам не знает.

Даже проработанный психолог не знает, а психиатры в нашей стране считают себя выше этого по моему мнению.

Убирать вину, сознательную и бессознательную.

Убирать гипноз «зачем обижать людей», «ну подарили же», «они хотели как лучше».


ХАРАМАМБУРУ

ЧЕМУ МОЖНО НАУЧИТЬСЯ:

Как разрушить рекламный образ за несколько сообщений.


В тот момент я начала встречаться с парнем, который посоветовал мне книгу «П.Ш.» Дмитрия Хары.

Я вообще стала поглотителем сэлф – хэлпа и успешного успеха.

Всё от «Магической уборки» Мари Кондо ( замечательная практика, но лучше с наставником) до «Мирного воина» Дэна Миллмэна ( сказки для взрослых).

Книжка Хары повествовала о том, как мужик меняет свою жизнь, зайдя в нужные двери.

Наставники помогали ему отбросить старое и влиться в новый мир.

Особо мне запомнилась практика состояния. Когда герой погружал себя в особое состояние и делал из него свою жизнь прекрасной. И заключал сделки. И ничего не боялся.

Это не звучало для меня белибердой, потому что мне знакомо было временами это состояние.

Бывало, что все и всё против меня, но я ощущала:

- Не знаю, как, но я это сделаю.

И получалось в 99% случаев.

Сильное состояние.

Одно время я обслушалась речей ныне немного отменённого Уилла Смита:

«Миру не хочется бороться с тобой, если ты уверен, мир будет тебя обтекать, а не сопротивляться».

Мне нравилась эта идея.

Особенно она актуальна для девушек, сбежавших из чеченских семей, вроде Седы Сулеймановой. Которых ловит семья, полиция и пограничная служба может выдать родственникам вопреки закону, как вещь, и порой родственники достают за границей.

Да, иногда всем по фиг. Бывает и такое. Бывает и наоборот, когда ты собственность семьи.

Что касается состояния, то сложно ловить нужное состояние, когда с детства тебе могли сказать просто из ниоткуда «ну ты, говно, которое я высрала».

Когда не то что уверенное состояние, а просто мнение вызывает крик матери:

- Еще раз пикнешь и я тебе все зубы вышибу!

Или тоже миленькое:

- На одну ногу встану, за другую дёрну! – в детстве я не понимала, что это реальный способ убийства детей и его применяли – придавить ногу ребёнка одной ногой и рвать рукой в другую сторону. Я боялась в любом случае, но не понимала, чего конкретно.

Страх хомо сапиенсов перед друг другом вполне оправдан.

Однажды мои подружки выкололи глаз моей кукле, как только я вышла из комнаты. Так я начала знакомиться, что такое социум.

Что касается Уилла, то ему вовремя нужно было пройти глубокую психотерапию от созависимости с Джадой, тогда бы он не побежал бить Криса Рока по мановению её обиженной брови.

Ну в общем обчитавшись книги «П.Ш.» я нашла имя волшебного коуча, упомянутого в книге, в Instagram.

На удивление у такого грандиозного коуча не было множества подписчиков. Я отправила запрос, сколько стоят его услуги.

Он ответил, что 10 сессий стоят 50 тысяч рублей.

Книжкожители продавались за небольшой прайс.

Это история будет самой короткой.

Я написала коучу, что куплю его услуги.

Он выслал мне карту его сестры, потому что он находился за границей.

Я не видела проблемы, как человек может сделать себе карту в России и контролировать её из – за границы.

Неужели состояние не помогло ему добыть одну маленькую карточку на своё имя?

За границей тогда активно работал paypal, я могла перекинуть ему деньги по разным платёжным системам.

Казалось, мне попадаются жертвы матриархата.

Всю получку контролировали женщины.

Коучу Жигулю я готова была это извинить. Но бог состояний с картой сестры?

Коуч слал мне сообщения, что скоро купить его услуги будет нельзя, надо срочно.

- На кого всё это рассчитано? – Думала я.

В конце концов я ответила, что передумала.

Что касается денег, то обычно у людей нет недостатка в идеях и возможностях.

Их гложет тот же страх и вина, страх сепарации, страх проявления.

Люди больше боятся того, что получится, чем того, что не получится.

При таком простом определении избавиться от всего этого наследства не просто.

Вот ты захочешь выразить себя, а внутри твоей личности живёт материнский объект. Который разбивает твоё желание о «все зубы вылетят». А вдруг? Вдруг вылетят? Вдруг твоей кукле, что бы это ни было, выколют глазки?


ЧЕМУ ДЕЙСТВИТЕЛЬНО СТОИТЬ НАУЧИТЬСЯ:

Отличать рекламные материалы от реальной жизни.

Иметь карты на своё имя и распоряжаться деньгами самостоятельно.

## Глава 3

«МАГИЧЕСКАЯ УБОРКА». Начинаю принимать решения.


ЧЕМУ МОЖНО НАУЧИТЬСЯ:

- Принимать решения

- Узнать себя в процессе

- Избавиться от иллюзий

- Сбросить груз прошлого


Разбавим скорбный список первой удачей в моих поисках того, что может помочь менять себя и что действительно работает.

В одном тренинг – центре, о котом речь пойдёт в главе о Юлии Шкуро – Выддеринове позже, была помощница и коуч, которая постоянно искала себя и вообще была милым в общении человеком.

Она посоветовала мне просто мимоходом без всякой сессии сделать магическую уборку по Мари Кондо. Лучше бы она, конечно, продала мне полноценное ведение этого процесса, но она была слишком неуверенной для этого.

Я просто пылесосила всё, что попадётся под руку в надежде, что неведомое что – то избавит меня от неведомо чего – то ( в целом я не знала, в чём моя проблема) и заодно от бесконечной моральной и физической усталости и отсутствия опоры.

Я прочла книгу Мари Кондо «Магическая уборка» и посмотрела видео в YouTube.

Я рекомендую посмотреть и прочесть её самим, она переделала мои отношения с хозяйством навсегда.

В ней много лайфхаков, о которых тут не имеет смысла говорить.

Я расскажу о психологическом аспекте этой практики и о том, как мой мазохизм влиял на принятие решений.

Суть главной практики “Магической уборки” – это перебрать все вещи в доме за 1 день по определённому принципу.

Вы берёте вещь и определяете, насколько она вам нравится и насколько вы ею пользовались.

Например, у вас могут быть книги, которые вы собирались прочесть, но никогда не прочтёте, они загромождают пространство и занимают место вещей, которые могли бы придти на их место.

У вас могут быть вещи, которые вам подарили, но которые вы не любите.

Может быть вы что – то накупили и не надели ни разу, оно уже вышло из моды. Мари Кондо предлагает удалять всё ненужное из дома разом за 1 день.

Конечно же, я не смогла это сделать за 1 день.

Коуч Наташа предупреждала меня, что эта практика очень сложная и что она может растянуться надолго.

У меня она растянулась на полгода и я не смогла сделать её без мазохизма и излишних телодвижений, который вторгался во всё, что я делала, всю мою жизнь.

Книги. У меня была разношёрстная библиотека в которой стояли и нечитанные «Два тела короля» Канторовича, самоучители по японскому, целый ряд любимых книг по немецкому, собрание сочинений Ленина, целый мешок старых книг, подобранных, как котята с улицы из закрывавшейся советской библиотеки с соответствующим душком.

Книги были везде, внутри шкафов, на шкафах и даже в одёжный шкаф я напихала не вместившиеся в другие места фолианты.

Я решила разгрести книги:

- О, мой бог, зачем мне Аркадий Гайдар? Ну вот зачем? А Горький? Я же терпеть его не могу.

«Чтобы бы было»

«Это же известные писатели, их нужно знать для общего развития» - такие убеждения – гипнозы плескались у меня в голове ( можно не знать и не обязательно хранить, кстати).

Кто вообще решил, что российским школьникам важней Горький, а не Эжен Сю? Я даже не знаю, кто конкретно составлял программу по литературе и чем руководствовался.

Ещё подростком меня интересовали темы пропаганды и информационных войн против людей, но я почему – то думала, что точно не стоит их имкать в нашей школьной программе. Там же о нас позаботились, думала я, ни разу не задумываясь, кто был таким заботливым и почему моё поколение вымерло от наркотиков и алкоголя в 90 – х и продолжает вымирать.

Я не могла просто выбросить книги или отвести разом к букинисту. Я начала их пристраивать.

- Кто хочет забрать собрание сочинений Ленина? – писала я у себя в Фейсбуках.

Нельзя же сделать всё просто и легко. Нужны говноприключения.

Тренер – реабилитатор Коврижкин обвинил меня в том, что я держалась за свою картину мира. Но скорее картина преследовала меня из бессознательного.

Вроде бы концепция бессознательного – это первое, с чем знакомятся психологи, но это слишком страшно для осознания.

То, на что у людей уходит полчаса – выставил на улицу и кому что надо, то разберут – у меня заняло 6 месяцев.

Потрясающая медленность в принятии решений и исполнении.

Я потратила полдня перед новым годом и деньги на такси, чтобы отвезти это собрание довольно милой сталинистке. Она дала мне в подарок коробку конфет и вино. Она мне этим запомнилась, нечасто встретишь благодарных людей. Но в общем – то я на это не рассчитывала.

Часть книг я убрала на балкон, часть в коридор. Многие пачки стояли там ещё полгода, обросли пылью и кошачьей шерстью.

Когда я наконец – то утащила их все к букинисту, он морщился и брезгливо просил меня:

- Ну сначала протрите!

Я думала:

- Ну уж нет. На это уйдёт ещё полгода.

В общем – то – прощание с советскими книгами стало для меня прощанием с прошлым, с детством и с ностальжёрством по редкому относительно счастливому периоду жизни при СССР до 11 лет.

Это стало началом переосмысления того, чем была советская система в принципе и как она на меня повлияла. Материала хватит на отдельную книгу, здесь я не буду об этом писать подробно.

Какие – то книги я продала, какие – то подарила.

Я ещё не понимала, что скоро уеду из этого места и этой квартиры и моя жизнь действительно начнёт меняться со скрипом и проблемами.

Отдельное место в моей квартире занимали вещи, которые сгрузила в мой дом мать.

Разбирая кухню я нашла старый комбайн. Матери он был не нужен, она спихнула его мне. Он стоял под раковиной, туда попала вода из трубы, которая немного подтекала. Бедняга окончательно заржавел. Я выкинула комбайн и ещё кучу ненужных вещей, пристроенных ко мне матерью, как в какой – то старый сарай.

Забирать я их не хотела, мне сказали взять, я подчинилась. Выкидывая комбайн я подумала, что по закону подлости наверняка она начнёт звонить и спрашивать:

- А ты пользуешься комбайном? А мне он нужен. Принеси.

«Подай – принеси – на хер иди» - так можно описать мою судьбу народным фольклором.

Конечно же, я была права. Как будто унюхивая ветер перемен, мать вскоре вспомнила о старой рухляди и начала требовать её назад.

Даже годы спустя у меня эта сценка вызывала чувство вины.

Я должна была хранить любое дерьмо по моему мнению, кто бы что в меня ни запихнул. Моральное, материальное, идеологическое.

«Магическая уборка» реально стала метафизическим действием.

Хотелось бы сразу вычесть из меня прежде всего чувство вины, но это для меня было ещё сложней, чем отправить Аркадия Гайдара просто на помойку.

Когда я добралась до одежды тоже всё было не так просто.

Я почему – то утащила дорогие вещи просто в приют, нуждалась в деньгах и могла бы продать.

Какие – то платья я решила дарить коллегам из соседнего офиса, среди них были и новые с бирками. На самом деле я просто хотела с ними подружиться.

Каждый мой шаг к «подружиться» кончался неловкостями. Однажды в столовой я решила развлекать байками из заграничных путешествий и работ, я не считала это особыми достижениями, за столом повисла тишина и возникло что – то вроде тягучей зависти.

Я осеклась и подумала, что это не те истории, что травить менеджерам из промышленной зоны. Социальная слепота меня всё время подводила.

В итоге я выкинула и раздала слишком много вещей, в том числе тех, что мне нравились.

Лес рубят, щепки летят.

Чуть чуть или сильно наказать себя за своеволие – это неизбежное проклятие невольно руководило мной, что бы я ни делала.

Пока я разбирала одежду, я обнаружила, как много у меня было вещей, которые я носила годами и они были в отличном состоянии.

Мать с отцом всё время внушали мне, что я неаккуратная, что вещи на мне горят и «ничего не держится».

Я впервые заметила, что это не так.

Я помню, как коллега купила сапоги, такие же, как у меня и мы начали носить их одновременно.

Я всегда любила много ходить пешком, коллега же лишний раз не любила вставать со стула.

Она начала сравнивать с каким – то странным подтекстом, который мне не нравился, что мои сапоги быстрее изнашиваются: не знаю, какое дело ей было до моих сапог. Купила же себе она такие же, я ей сказала, где их можно взять ( зря, как считаете?). Я ответила:

- Потому что я прохожу 5 километров, а ты 500 метров в день. Если в сапогах ходить, они быстрее изнашиваются.

В общем, осмотрев свой скромный гардероб с кофточками, топиками и юбочками столетней давности в почти идеальном состоянии я решила:

- Ничего на мне не горит. Я даже вроде бы аккуратная.

До разделения себя от внушений родителей было ещё очень далеко.

Уборка и дом для многих женщин составляет огромный пласт стыда, тревоги и трудностей. Для многих в это зашита самооценка и она качается в зависимости от того, кто что сказал.

Бесконечные придирки и ожидания невоможного от людей без всякого порой внятного обучения ведению хозяйства – отравляют жизнь семьям на годы.

Люди привыкают делать дом не для себя, а для придирчивого взгляда нарцисса, так они сами погружаются в то, что работают на картинку, а не живут.

Люди начинают вести себя сами как “пустая оболочка”, идеальный дом без наполнения, без радости и даже без здорового чувства собственности: “Это МОЙ дом”.

Я не чувствовала дом своим, не чувствовала, что моя жизнь принадлежит мне и даже не ощущала, что вещи принадлежат мне, но я ещё об этом не знала.

Из сэлф – хэлп тренингов и практик, эта, пожалуй, одна из лучших. Она сильна ещё и тем, что не оторвана от материального мира, а напрямую связана с ним. С самым непосредственным пространством – с домом.

Я так же научилась складывать вещи и организовывать ванную по методу Кондо и это дало мне твёрдый скилл, на что я могла опираться.

Иногда для уверенности нам нужна не накачка воздухом, а просто твёрдое знание.

Точно так же бесполезно учиться быть уверенным человеком, если ты не понимаешь, как работает общество, не видишь ясно, кто тебя окружает и не слышишь, что они говорят НА САМОМ ДЕЛЕ.

Понимание даёт твёрдую опору, а опора даёт уверенность.


Но вернёмся к теме помогающих специалистов, которых я сгрузила всех под ярлык “ПСИХОЛОГИ” для удобства.


БЕСКОНЕЧНАЯ ХРОНИЧЕСКАЯ УСТАЛОСТЬ


Я не буду описывать все симптомы и проблемы, от которых я страдала к 36 годам.

Одним из них было то, что я просыпалась разбитой.

Что может ужасней проснуться ужасно уставшей, разгоняться усилиями, пить литры кофе и с напряжением в мышцах гнать себя на работу.

Я уже не функционировала, не жила, но не могла себе признаться в этом.

Иногда мне нужно посидеть как упоротый лис со взглядом в стенку, чтобы отключиться. Окружающие не сразу могли до меня докричаться, это стало темой для ёрничества для людей вне дома и раздражения и травмы для моего ребёнка.

Неприятно, когда мать реагирует на вопрос с 3 раза.

Я смотрела в YouTube бесконечные видео о том, как побороть хроническую усталость.

Ванны, натирки, аромамасла, холодный душ, проветривание помещения с вечера до уровня холодильника, медитации, релаксации, аффирмации.

Я пробовала всё.

Все это не работало и не могло работать. Я только измождала перегруженную психику.

Ни в одном видео мне не попалась рекомендация сходить к психологу или психиатру. Хотя уровень понимания темы психиатрами я описываю в этой книге.

К психологу и психиатру мне нужно было давно, а не в 36.

Но что если сами психологи больны? Что если психиатры – сами с шизофренией или расстройствами личности?

Что если тебе нужна помощь в том, чтобы понять, происходит, а не просто таблетка? А психолог будет в лучшем случае говорить тебе вредные вещи?

Что если психиатр, который сидит в психоневрологическом диспансере в обстановке, как в тюрьме после бомбёжки, выучился на психиатра, потому что дядя работал в приёмной комиссии в медицинском университете – это реальный пример двоих моих знакомых врачей, одного психиатра и одного кардиолога.

Они никогда ничего не решали сами, не задумывались о смысле своих действий. При приемк в вуз они не проходили реальный конкурс, а при приёме на работу у них не было конкурентов на место в заштатном ПНД?

Что если плывут по течению, ненавидят людей, но им неудобно об этом задумываться.


НЕВРОЛОГ АНАСТАСИЯ КУЗНЕЦОВА И ПРИКЛЮЧЕНИЯ МОЕГО «ОСТЕОХОНДРОЗА».

Вернёмся во времени назад. В 21 год я родила ребёнка и через пару лет у меня начала адски болеть шея. Мышцы сбивались в комки, голову ломило.

Сначала я мазала себе шею, чем придётся.

Натирки, меновазины и прочее.

Пыталась разминать шею, иногда просила родственников мне помять мышцы.

Всё зто не работало. Моя спина была хронически стянута.

Знакомые рекомендовали физиотерапевта – массажиста, врача по образованию.

Мать настояла, чтобы я прошла курс у него.

Терапевт мял меня, тянул и хрустел моими костями. А так же очень опасным способом вертел мою голову.

Сейчас бы я не доверила ему и задницу осла, не то что свою шею.

Пока он делал мне массаж и давил на больные точки, мышцы немного распускались.

Как только я выходила из кабинета, я чувствовала, как они снова тянутся в тугие комки.

Моё бедное тело брало на себя всю нагрузку моей глупости и немощности на себя.

В надежде обрести облегчение я пошла в поликлинику, которой боялась, как огня.

Меня направляли то к хирургу, то к неврологу.

Мне запомнилась женщина – врач, которая сказала мне:

- Что вы хотите? У вас остеохондроз. Вам уже 24 года, это возраст!

Я не могла поверить своим ушам. Возраст? 24 года? Серьёзно?

В комедийном шоу «Наша Раша» был такой персонаж – завистливая официантка восточного кафе Анастасия Кузнецова, которая нападала на молодых девушек, у которых были ухажёры.

Она говорила им гадости в надежде соблазнить их спутника жизни.

Эта женщина – врач вела себя аналогично карикатурным образом.

Мне были знакомы образы врачей по советским кинофильмам. Благородные люди в белых халатах.

Жизнь с детства показывала обратное: мало кто соответствовал этим образам хоть в какой – то мере.

Сейчас мне 44 года и у меня не болит шея. Шейные боли ушли самыми первыми после неконтакта с нарциссами и начала психотерапии. Мне было уже под сорок лет. Возраст был гораздо старше, но это не играло роли.

Я очень много потратила на бесполезные массажи, часто адски болезненные, на разговоры о протрузиях дисков, генетических нарушениях позвоночника.

Я не говорю, что мой позвоночник в идеальном состоянии, но боль и спазмы были не от защемлений и не от остеохондроза.

Никакая физкультура, йога, массажи, мазилки, специальные упражнения мне не помогали.

Сколько бы я ни обошла специалистов, включая специализированных из учреждений типа новосибирского НИИТО, специализирующегося на ортопедии и костном аппарате, реабилитации от травм и лечения сложных случаев.

По телевизору часто критикуют людей за самолечение и народную медицину, но я обошла сотни врачей и на большинство даже неглубоких проблем всё, что они могли выдать – это дозу садизма.

Много раз я становилась жертвой не только словесного садизма, но и неправильного лечения. Об этом подробней я расскажу в подобной же книге «Люся у врачей».

Поскольку боли в шее были чисто психической природы, я описываю эту историю в этой книге.

Однажды я ходила к ещё одной женщине – врачу, она засандалила мне пчёл на спину. После этого мне опять полегчало на какое – то продолжительное достаточно время.

Так продолжалось много лет.

Однажды я сидела на работе и шейно – головная боль стала просто невыносимой. Цитрамон не работал.

Я уже едва разговаривала.

Я пошла в аптеку и попросила:

- Дайте мне самое сильное лекарство! Убойное! Я уже не могу.

Аптекарь внезапно сказала:

- Что? Прям так болит? Садись на стул.

Я села. Она начала разминать мне шею. Мне было неловко, что мне уделяют столько внимания и неловко спорить с ней и отказываться. Внезапно всё прошло.

Я уже тогда подумала:

- И что? Это получается моя такая боль, которая казалась концом света, была просто какой – то психической? И что мне было нужно? И как и почему оно так быстро прошло?

Я не могла ответить себе на этот вопрос. Тупиковость мыслей заставляла меня не думать об этом лишний раз.

Я пишу эту книгу в том числе для того, чтобы изложить, как абсурдно выглядит система помощи изнутри, глазами клиента и пациента.

И насколько наше общество не понимает, что происходит с ним и с отдельными его пациентами в частности.

Я была и во многом наверняка остаюсь такой же неосознанной частью этого общества, которое не понимает само себя и которому садизм мешает двигаться к пониманию.

## Глава 4

НЕМНОЖКО БЕРНА В ХОЛОДНОЙ СИБИРИ

Кстати после посещения Жигуля я принялась читать книги по психологии в этот раз имея цель найти в них ответы.

Вскоре мне попался Эрик Берн. Я пыталась читать его в 19 – 20 лет и не поняла ничего. Люди, игры…какая скукота.

В этот раз я прочла «Люди, которые играют в игры» со всей серьёзностью. Мне было не смешно.

Эта книга сыграла серьёзнейшую роль в моей жизни. Из неё я узнала о сценариях в жизни и о посланиях матери – ведьмы и отца – людоеда.

Я не могла до конца прочувствовать, насколько мои родители ненавидели меня и желали мне зла, это заняло много времени, потому что я не в силах была трезво оценить их слова и поступки в течение жизни. На меня действовал их гипноз и слабость моей личности, я была очень зависимым от семьи и людей человеком, прячущимся за розовыми очками.

Принятие реальности было сокрушающим и болезненным даже в физическом плане, я то и дело заваливалась в болезни. Мне не хватало сил. Мне было очень страшно и сознательно, и бессознательно.

Если бы я не знала про сценарный смех деструктивного родителя, я бы никогда не раскусила до конца моего отца и то, насколько он коварный. Так это было мне под силу.

Когда я заподозрила, что мой отец ждёт только плохих новостей и взлетает и торжествует как только услышит плохое о моих делах и делах моего сына, я позвонила ему и напрямую спросила об этом:

-

Я заметила, что ты радуешься нашим несчастьям, ты ждёшь плохих новостей и даже выпрашиваешь их.

-

Да что ты, как могу радоваться несчастьям близких людей, - ровным тоном сказал отец. – Вот есть специально обученные люди, они радуются ( он засмеялся, хотя тема не смешная, я поняла, что он не удержался, пытался маскироваться, вкинул бред про каких – то “обученных людей” и него получилось бы заморочить мозг такой, как я, не изучи я психологию и транзактный анализ).

Я записала этот разговор на телефон и прослушивала много раз, какждый раз находя, как он шизофреногенно отвечает на каждый вопрос.

Я даже не была никогда проблемной дочерью, его злоба изматывала мне душу страхом перед иррациональным злом, у которого не было никаких логичных причин.

Может быть если бы я его опозорила, обокрала, оболгала, стала наркоманкой и вынесла всё из дома ради дозы, вымотала ему все нервы, предала его, убила его собаку, какая – то злость была бы объяснима.

Кстати, моя доброта к нему тоже не имела объяснения долгое время: ведь он меня оболгал, бухал, напугал моего ребёнка пьяной дракой, предал, бросив нас с братом и не поздравлял даже дежурными звонками с праздниками. Я подозреваю, что он убил животное, которое я принесла домой, сказав, что “котик убежал”.

Мы жили в маленьком посёлке, если бы он выкинул кота на улицу, я бы его увидела. Кот был приручен к лотку, я подобрала его в песочнице.

Возвращаясь обратно к теме психологической помощи: я была измучена психически, у меня было нервное истощение. Забегая вперёд скажу, что ни один врач или психолог не спросил меня о событиях в жизни, а я пережила множество кошмаров – пожары, увольнения, задержки зарплаты в 2 месяца, абьюзивные отношения, предательство друзей, воровство денег “подругой” в самый сложный момент. Моё физическое здоровье тоже сыпалось с детства из- за абьюза: ангины из – за оскорблений, кишечные колики и рвота от стресса, вегето – сосудистая дистония, затем аллергия, “остеохондроз” щитовидка, поджелудочная, психосоматические боли в спине. Моя гормональная и иммунная система медленно, но верно разрушалась. Всех моих изысканий по одной психосоматике хватит на отдельную книгу.

Я не знала, выживу ли. И, если выживу, что это будет за жизнь?

Успею ли? Не слишком ли поздно я решила выползти из – под родительского катка, смогу ли я собрать кишки или умру как собака, замучанная моими родственниками, у которой все внутренности выпали на дорогу?

Я начинала понимать слегка про сценарии. С грустью я подумала, что Жигуль на сессии не объяснил мне даже теоретически, откуда берутся «говноприключения».

Берн объяснил. Но как это всё убрать? Как докопаться? Особенно, когда не понимаешь ни людей, ни себя. Как выключить эту «говноприключенческую кнопку»?

Я начала смутно ощущать какие – то свои конфликты внутри себя.

«Мне нужна старшая женщина, которая разрешит мне жить» - такая фраза начала крутиться у меня в голове.

Я понятия не имела, как это всё должно выглядеть и кто это должен быть.

Надо сказать, что я смутно предсознательно многие вещи ощущала. В старших классах и на первых курсах вуза я часто рисовала свои внутренние конфликты, маски, реальное я.

Всё это стремилось вылиться из меня, но я не понимала всех этих посланий от себя самой.

После посещения Жигуля Коврижкина я решила подойти к поискам психолога более основательно. Помимо чтения книг и прослушивания коучей, посещения разных тренингов, я начала смотреть различные блоги по психологии в YouTube.

Так я нашла Сабину Скок.


САБИНА СКОК

Сабина Скок рекомендовала не прощать абьюзивных матерей и обещала быстрый результат.

Я записалась на бесплатную 15 – минутную тестовую консультацию в Skype.

На консультации у меня как будто мозг отшибло, зачем я пришла и что мне нужно.

- А какие у вас отношения с матерью? – спросила Сабина.

У меня из глаз полились гоблинские слёзы:

- Я не знааююю….

- Ну вы же плачете сейчас, значит, отношения плохие?

Я уже хрюкала и захлёбывалась.

Клиент был готов.

Сабина решила закрывать клиента.

- Вы готовы дальше работать? Моя консультация стоит 9 тысяч рублей, нам понадобится порядка 5 консультаций, максимум десять.

Я ждала, что консультация будет не дешёвой, но 9 тысяч? В провинции за эти деньги порой работают месяц.

А что делать? Моя жизнь непонятное дерьмо. Может быть это шанс.

Я решила начать хотя бы с одной.

Этот способ продажи сессий до сих пор вызывает у меня двойственные чувства.

С одной стороны это типичная манипуляция: крякнуть клиента, надавив на боль и продать, пока он в состоянии боли. А там он сам себя уговорит дальше.

С другой стороны, я не жалею о попадании к Сабине.

Сабина – это тоже феерический персонаж.

При всех её гениальных прозрениях и коммерческих талантах, за 9000 рублей она вела сессию без видео и брякала кастрюльками, явно готовя ужин для всей семьи, пока клиент рыдает в трубку.

Мне было неловко сказать:

- Сабина, вы не могли бы не зажигать газ, пока идёт сессия и да, возможно, на 9 тысяч рублей вы можете неделю кормить семью доставками.

Сабина тем не менее оказалась единственным специалистом, который записывал сессии и присылал аудио этих сессий, никто из встреченных мной специалистов не соизволил это делать.

Правда, на записях параллельно шла кухонная симфония.

Остальные предпочли кошмарить клиентов, не оставляя следов, в лучшем случае высылая обвинения и отказы клиенту, называя это «протоколом сессии».

Сабина быстро нажала на кнопки гнева и из меня полилась нескончаемая злость.

Я начала осознавать, что под моей пассивностью и маской хорошей девочки скопился садистический гной.

Сабина давала упражнения рычать, виртуально мочить врагов, орать в подушку. В общем, всё то, что я сочла бы ненормальным, постыдным.

Точнее не я, а мой гипноз. Мои родители объявляли меня “ненормальной” за любое возмущение или сопротивление.

Однажды мать ударила меня, потому что я не хотела, чтобы она брызгала мне лак на волосы. У меня от него чешется голова, но она настаивала, что “немного брызну”. Вслед за ударом по голове последовало:

-

Противная!

Так меня дрессировали всё детство, но на момент описанного эпизода мне было уже 35 или 36 лет. Я встала со стула в безмолвном гневе и решила:

-

Хватит. Это уже ни в какие ворота.

Я молча вышла от матери. Вероятно, она почувствовала мою перемену в решимости, вскоре начнутся кампании моего очернения. Я бы никогда не подумала, что мои родители на это способны, я считала, что я выросла с суперчестным человеком.

Я не верила людям, которые пытались открыть мне глаза на некоторые факты о биографии моих родственников.

Во мне жил слишком большой раскол и отход от реальности.

Сабина считала, видимо, что ранний прорыв злости исцеляет клиента и всё дело в шляпе.

Увы. Увы. Увы. Если бы.

Вообще в какой – то момент кризиса ещё до психологии я ходила по квартире и рычала. Меня начал побеждать инстинкт самосохранения.

Но я думала:

-

Ну всё, я чокнулась. Я рычу. Это же копец!

“Копецом” было, что я настолько не позволяла себе чувствовать свою злость и выражать недовольство.

Пришлось учиться.

Много лет.

Я благодарна Сабине, что она начала с этого важного шага, а не с рассказов, как сила рода и почитание родителей магически исцелят мою жизнь.

Помимо психолога из Новосибирска Маминого – Сибиряка таким же гипнозом занимались множество психологов, включая тех, что преподают в университетах.

Ничего не зная о моих родителях и не стремясь узнать, они развешивали ярлыки и вздёргивали брови:

-

Как же вы с матерью не общаетесь?

Сабина этого не делала. Вместо этого Сабина предложила заблокировать мне мать.

-

Иначе вы умрёте, - сказала Сабина.

Я до конца не понимала всей опасности. Я не ощущала себя, в голове стоял туман, страхов было много, но они плавали, как куски колбасы в солянке.

Мой инстинкт говорил мне, что нужно хотя бы сделать паузу.

Моё желание было прервать контакт и очухаться, ноья не могла себе разрешить. Сабина подтолкнула меня и я решила за неё спрятаться.

Я написала матери СМС, что я её блокирую и что психолог посоветовала мне с ней не общаться.

Конечно же я разделяла ответственность, я была слишком слабой, инфантильной и затюканной, чтобы взять ответственность за решение.

Даже не знаю, как Сабина прочухала, что за мной уже смерть идёт по пятам и игнорируя все предписания не брать ответственность за клиентов и ничего не советовать, просто посоветовала мне и причём настойчиво.

-

Вам нужен минимум год неконтакта. – Решительно сказала Сабина.

“Целый год” – подумала я. Мне казалось это долгим, нереальным и слишком несправедливым к матери.

Тем не менее я ощущала, что жизнь скатилась в тупик и если я не буду слушать советы, ничего не получится.

Сейчас мне кажется абсурдным, что я считала несправедливым блокировку матери. Человека, который только в последний год общения меня ударил, оклеветал, привычно испортил мне день рождения гадостями вместо поздравлений, выкидывал мою обувь на улицу приглашая в гости, обвинял, обещал мне, что я не выживу без неё и сдохну на помойке.

Такова была сила гипноза и терпильства, а так же моего прилипания к родителям. И страха перед жизнью.

Я уверовала, что без матери меня ждёт помойка.

В последнем СМС я написала:

-

И постучи себе по голове. Может быть ты поймёшь, как это больно, когда тебя бьют.

Многие высмеивают блокировку родителей, стыдят и виноватят за неё. В моей семье уже есть 5 трупов детей, 4 из них не дожили до 25 лет. Один не дотянул до 30.

Возможно, мне проще было бы скопытиться следом, но у меня был ребёнок. И я не хотела оставлять его сиротой.

Забегая вперёд скажу, что через год я только я начала ощущать, как гипноз начал рассеиваться. Даже через год я ещё не пришла в себя. Сабинин запрет прошёл, но я не горела желанием восстанавливать контакт.

Наоборот. Через какое – то время я заблокировала обвиняющего меня брата, так как он разговаривал словами матери точь – в – точь.

Как будто личность матери говорила через него. Она даже подменила ему воспоминания, он рассказывал всё так, как преподносила мать, искажая факты и привирая на ходу.

Я поняла, что брат всю злость на мать сместил на меня. Я должна была ему заменить родителя в его представлении. Он и так висел на мне всё детство, но ему было мало. Он собирался скушать меня и обглодать косточки.

У меня были другие планы.

Подолгу не общаясь с братом я заметила, что разговор с ним делает меня физически больной, как будто меня переехал трамвай. У меня начинало болеть всё тело, я начинала спать по 16 часов.

В чём – то это даже было полезно, так как я начинала понимать, насколько это ударяет по мне и проживала эти ощущения уже более осознанно, имея поддержку и прочее.

Триггеры становились ресурсом. Однако рост был очень очень болезненным.

После 8 – 9 консультаций я решила обсудить с Сабиной отца.

Сабина толком не знала, как работать с этой темой.

-

Ваш отец подлец, - сказала Сабина.

Я же до конца не могла с этим согласиться и мне казалось, что просто этой фраз мало. Есть что – то ещё.

На 10 – ой консультации Сабина скучала и сказала:

-

Честно говоря, я вообще не знаю, зачем вы взяли эту консультацию. Вам уже хватит.

Сейчас я понимаю, что у самой Сабины был не проработан отцовский комплекс, отсюда брал начало её лишний вес, гиперопека над её ребёнком и прочие проблемы.

Мне же предстояло изучить темы отчуждения родителя и других родственников и как в это была запутана моя бабушка – мать матери. Она проводила моё отчуждение от семьи и родственников по отцу.

Мать же отчуждала от отца.

После отчуждения мне пришлось работать над отцовским комплексом и вообще изучить, что такое мой отец и какие конкретно послания он дал мне, как ребёнку.

Из этого выросло моё изучение травмы завистью – главной травмы, нанесённой мне отцом. Эта травма кумулятивная – его зависть и зависть матери отравила всё моё детство и уничтожила мой подростковый возраст.

Сабина имела формальное психологическое образование, но не углублялась в психоаналитическую теорию, транзактный анализ и психиатрию.

С этим связана не только её метод вести клиента 5 – 10 консультаций ( это позволяет не работать с переносом в терапии и не выдерживать неудобные чувства клиента, регрессы и прочее).

Где – то на 3 – ей сессии я поделилась с Сабиной мыслью, что хочу подстричься наголо. У меня было прекрасное каре ярко – красного цвета. Мне шло и даже пенсионеры – консерваторы делали мне на улице комплименты.

Я подозревала, что эта мысль может быть слишком радикальная и нездоровая. Я не торопилась с этим. Но на меня что – то давило.

Мне хотелось “обнулиться”, “срезать карму” и прочее.

Конечно же это было нездоровое желание. Я боялась, что оно шокирует сына и окружающих.

В провинции ждать милости и понимания “оригинальничания” вообще не приходилось.

Сабина вместо того, чтобы исследовать бессознательные мотивы желания, сказала:

-

Конечно. Делайте, как вам нравится. Приводите свой внешний вид в соответствие с внутренним миром.

Я потихоньку подготовила сына, чтобы это не стало шоком. Он сначала испугался такой идеи, потом сказал:

-

Делай, как хочешь.

Бессознательно это конечно было самонаказание, вина за отрыв от семьи, за свободу. Оно повторялось и дальше. Сознательно я не чувствовала эту вину в полной мере и не считала её ведущим фактором.

А так же это был истерический жест привлечения внимания и безмолвный крик о помощи.

Я не в состоянии была это оценить и понять. Для этого мне нужно изучить себя дальше, понять, что такое БЕССОЗНАТЕЛЬНОЕ.

Меня до сих пор удивляет неспособность и нежелание психологов видеть именно скрытые мотивы. Ведь за этим по сути и приходит клиент.

Моя лысая голова собрала массу реакций, не дав мне никакого удовлетворения, кроме закрытия гештальта.

Больше это желание у меня не возникало. Многие женщины писали мне после моих фото в блоге, что много раз думали о таком и мечтали. Возможно, нужно исследовать мотивы, стоящие за такой мечтой.

Впереди меня ждали месяцы стрижек под мальчика и болезненного отращивания волос. Я продолжала краситься в разные цвета: синий, сизый, блонд, рыжий.

Как будто я пыталась найти свою кожу и всё успеть: походить со всеми стрижками и во всех цветах, что есть в мире.

Потом я поехала жить во всех районах Москвы. Затем в разных городах России.

Когда я подстриглась под Котовского, я встретила массу реакций.

От отвращения до приставаний.

Кто – то просил надеть меня платок. Кто – то просил никогда не отращивать волосы и ходить, как Шинед О’Коннор.

Я тогда начала обучение на курсе НЛП. Раньше меня пугала возможность программировать себя и людей, но когда я поняла, что живу по внесённым в меня программам, я захотела научиться перепрограммироваться.

Пришла я в группу с волосами. Но когда я подстриглась я стала кем – то вроде парии.

Даже тренер, когда ёрнически говорил о “людях с тонкой душевной организацией” невольно смотрел на меня.

В чём – то я хотела раздражать людей, я хотела не нравиться. Это давало мне кажимость свободы.

Вместо настоящих границ я играла в игры.

Самой страшной игрой было бы для меня играть в успешную красавицу, это мне было нельзя, меня бы грохнул удар вины и страха.

А поиграть в “Чучело” я себе разрешила. Не совсем изгой, но инаковая страдалица, протестунья, нарушительница социальных норм, особенная.

При всей неоднозначности Сабины, я всегда ей буду благодарна за то, что она дала.

Лекции Сабины открыли для меня тему религиозного гипноза, который Сабина особо не изучала, поскольку не копалась в структурах психики и не видела нарушений характера у клиентов.

Без неё я бы не начала эту тему, которую я развинтила на атомы, поняв, что я моя бабушка нанесла мне гигантские увечья своей религиозной пропагандой, внушением страха вплоть до создания у меня травматического синдрома. Мне снинились кошмары и сцены страшного суда, моя психика не могла вынести этот накал и некоторые сцены суда вынеслись в невольные физические травмы у меня.

В чём – то Сабина для меня герой – первопроходец.

## Глава 5

КИМ ЧЕН СВИН

Когда я пошла в терапию к Сабине Скок, принимала решение о неконтакте, потом брилась и начинала курс НЛП, меня преследовала мысль:

- А что если Сабина ошибается и со мной не всё в порядке с точки зрения психиатрии?

Я спрашивала Сабину:

- Может быть мне к психиатру?

Сабина отвечала:

- Не нужно, с вами всё в порядке.

Мне сложно было планировать многие вещи, как будто из меня вынули энергию для мышления.

Забегая вперёд: это не было абулией, то есть дефектом воли в чистом виде, так как я в конечном итоге делала всё, что планировала, просто без тщательного планирования после периода нерешительности.

Часто я принимала решения избыточно скоропалительно.

При этом я продолжала терять друзей и приятелей.

Один «друг» висел со мной на телефоне и предлагал оказать «любую помощь». Этот «друг» был иностранец, с личным интересом ко мне. Я ему сказала, что мне сложно подбирать рейсы и билеты, стыковать маршрут. Я хотела съездить на Дальний Восток и посетить места детства, я искала опору.

Я попросила его помочь мне и выбрать выгодные билеты. Просто найти варианты и прислать мне ссылку для оплаты.

На следующий раз я услышала тот же вопрос:

- О, я сделаю, что ты хочешь…что мне сделать?

Я отвечала:

- Я же сказала, билеты…

Это повторилось снова. Из меня тянул энергию очередной нарцисс. Он не собирался помогать, он кидал крючки, включал дурака и любовался собой.

Я подумала:

- Зачем я трачу на него время?…

…потом я посчитала количество лет, что он мне пишет временами, мне стало страшно. Мне казалось, что мы знакомы года два. Но история переписки и звонков показала, что прошло 6 лет. С какой целью я вообще общалась с ним, если это ни к чему не вело? Я не могла ответить себе на этот вопрос. Кажется, я вообще не вкуривала, что происходит в моей жизни, что жизнь идёт.

Это убеждало меня, что я не в адеквате. Так и было на самом деле. Я не отдавала себе отчёт, что жизнь МОЯ. Что время идёт. Что непринятие решений тоже решение.

Кажется, глубоко внутри я не верила ни в какие хорошие результаты для себя. Отсюда все эти бессмысленные люди, бессмысленные диалоги.

У меня менялись места работы, статус свободности, а сей человек периодически возникал у меня в Whatsapp.

Он летал то во Францию, то в Америку, то в Германию, но считал, что я должна его навестить. Вот так «жених».

Он был каким – то режиссёром клипов и рекламы, высоким, кудрявым белозубым красавчиком, но очевидно женатым на маме.

Я написала ему, что он предложил помощь и сам же проигнорировал действия и что я больше не хочу общаться.

- Неужели и он паразит из паразитов?

Я уже пережила шок от того, что друзья, которых я годами поддерживала, затыкали меня сразу же, как только я хотела поделиться неприятностями.

Это разбило мне сердце.

Паразит паразитыч не был мне близок, но в ослабленном состоянии его издёвки – предложение помочь и игнор просьбы, которая человеку в нормальном состоянии не составляет труда – меня добивали.

Как будто люди душили меня со всех сторон.

Я не понимала ещё про нарциссизм и у меня рождалось чувство запутанности и непонимания:

- Почему это со мной? Почему это так не логично? Люди демонстрируют интерес, потом исчезают, потом разговаривают так, как будто предыдущего разговора не было.

- Я схожу с ума? Со мной что – то не так? Я очевидно ничем не могла насолить человеку.

В голове крутились гипнозы:

- Дело в тебе. Если что – то не так, смотри на себя.

Ладно бы человек сказал:

- Забыл. Не смог. Это не для меня. - это окей.

Отправив его в блок, я собрала волю в кулак и заказала билеты на сайте AEROFLOT'а, жильё я собиралась найти на месте по Airbnb.

Мне по – прежнему сложно было искать и выбирать.

- Не останусь же я на улице, имея деньги. Буду резать слона по кусочкам. Прилечу и найду размещение.

Так я и сделала.

Вскоре мне пришло сообщение с неизвестного номера:

- Люсинда, я тебя прощаю. Я не злюсь на тебя, у тебя нервы. – Мой принц не сдавался, его доброе сердце меня извинило.

Я ответила, что не нужно меня прощать, эта бессмысленная трепотня закончилась навеки. Больше мы не разговаривали.

Я избавилась от привычки заводить бессмысленные флирты по переписке. У меня таких “женихов” было много. Один уже женился. Когда я его забанила, он ещё 2 года писал мне с разных номеров, не в силах поверить, я упустила такое счастье.

Не смотря на способность принимать радикальные решения, как неконтакт с родителями, переезд, блокировка старых знакомых, я пришла в кабинет психиатра с жалобой на неспособность принимать решения.

Кстати, неадекватные представления людей о себе и своих качествах и поступках приводят к тому, что даже хорошо составленные тесты не информативны, если человек не понимает себя.

Человек может писать в ответ на вопросы вообще не своё мнение, а мнение мамы, преуменьшать проблемы или преувеливать, видеть проблему там, где её нет и наоборот, принимать за норму ненормальное.

Я даже забыла о своей жалобе на неспособность принимать решения при написании этой книги, но полезла в свои файлы искать переписку с клиникой и прочла заключение психиатра Ким Чен Свина, которая перечисляла мои жалобы в кратком виде. И я вспомнила:

-

Точно! Я же изнемогала от тяжести принятия решений.

У меня было много вины и никогда не было свободы. Мне на всё нужен был кивок матери.

В 10 лет соседка принесла к нам домой жёлтый джемпер. Жёлтый был моим любимым цветом. Джемпер казался мне потрясающим.

Соседка предлагала его купить, так он не подошёл её дочери.

-

Нравится? – Спросила соседка.

Я вопросительно смотрела на мать. Какое у неё будет решение?

Мать спросила меня:

-

Ну что? Нравится?

Я пожала плечами. Я твёрдо решила не выдавать своего интереса. И опять уставилась на её лицо# какой будет сигнал.

Соседка начала нервничать.

-

Смотри, какой красивый, ты можешь сказать, нравится тебе или нет?

-

Я не знаю, - сказала я,

тайно из

нывая от восхищения джемпером. – И снова стала ждать реакцию матери.

-

Ну если тебе не нравится, то не нравится, - скала мать. Как будто провоцируя меня сказать в догонку, что я хочу эту кофту.

Соседка разозлилась и пошла на выход. Я твёрдо решила ничем себя не выдавать. Нет заветного кивка – нет моих желаний. Жёлтый джемпер уплыл у меня из под носа, но я решила любить его втайне, издалека и скрытно. Я привыкла прятаться, чтобы из меня было сложней добыть ресурс и фрустрировать.

Даже прежде чем пойти к психологу, я пошла к матери и сидя у неё на кухне я сказала:

-

Я хочу пойти к психологу.

( На самом деле я думала, что мне давно пора к психиатру).

Мне было уже 35 – 36 лет.

( На самом деле я много раз уже соприкасалась с психологами и психиатрами, я опишу эти опыты дальше в книге, но «всерьёз» я задумалась об этом в 35 лет).

Мать, у которой я иногда в доме спала по 2 дня с редкими перерывами на просыпание, что очевидно была не лень, а ненормальное психическое состояние, скривила лицо в гримасу отвращения:

-

Но ты же не сумасшедшая!

Я подумала:

-

Откуда такая уверенность?

Просто песец. Она не видит, что со мной всё не так? У меня не сложилось ничего. Личная жизнь – катастрофа. Я вообще – то не планировала жизнь старой девы – отшельника. У меня вина и были мысли о суициде или мечты заболеть раком и скинуть эту жизнь, как камень, в реку.

Меня в очередной раз удивило, что моей матери совсем не интересно, почему я хочу к психологу. Я тайно ждала вопроса:

- Тебе плохо? С какой проблемой ты хочешь пойти?

Ей было всё равно.

О суициде я бы не заикнулась никому никогда. Идеальным самоубийством я считала исчезнуть, чтобы меня не пришлось хоронить. Я испытывала вину даже за возможные похороны.

Мысли о суциде прошли, когда я начала себя спрашивать:

-

Откуда у меня столько вины? Я что убила кого – то? Нет. Может я ограбила кого – то? Нет. У меня вина, как будто я серийный маньяк, а я кошку со стула убираю с извинениями, когда мне нужно сесть на стул.

Дальше я продолжала:

-

Да я испытываю вину за то, что я не

достаточно з

арабатываю.

Иногда я впадаю в полную зависимость в финансах от матери.

Но вот есть бомжи, тоже не зарабатывают. Считаю ли я бомжей не ценными? Нет. Я искренне считала бомжей людьми и имеющими право на жизнь и достоинство.

Даже смешно сейчас, но меня по сути спасли бомжи и уверенность, что главное, что они тоже люди.

Один мой бывший, иностранец, морщил нос, что я общаюсь с людьми, с которыми по его словвм “не стала бы разговаривать ни одна его знакомая женщина”.

Вскоре он меня предал. А бомжи меня спасли, получается. Хотя и не активным образом.

В общем, я решила, что ничем не хуже бомжей. Даже если я лузер. Я смутно подозревала уже, что моя мать очень странно настаивала на некоторых вещах: бросить работу, где платят без задержек, постоянно выведывала, сколько у меня накоплений и давила, чтобы я тратила, а то я “одета как бомж”. Когда я начинала вкладывать деньги в свои проекты, она говорила, что ничего не получится. Настаивала на том, что в России мне делать нечего. И всегда ровно в те моменты, когда дела шли хорошо.

Я не хотела ей говорить, сколько я накопила, но меня неизменно пробивали уговорами и обвинениями:

-

Ты скрытная!

-

Ну сколько у тебя там?

-

Что это такой большой секрет?

Как – то так получалось, что из нетранжиры с накоплениями я неизменно превращалась в безденежную тётку в отчаянии.

Это так же накопило у меня опыт бессилия: я хожу кругами! Что за чёрт. Мои решения ведут в ад.

Когда я решила себе ответить на вопрос:

-

Если я такая умная, почему я такая бедная? – и начала смотреть коучей, хотя мысли о денежном мышлении казались мне бредом

и магией, я действительно

начала принимать решения.

Когда я решила пойти к психологу вопреки гримасе моей матери, я начала принимать решения.

Я начала принимать решения, когда я сидела на полу в своей хрущёвке на коленях и говорила себе:

-

Я же не могу быть одна такая. Моя история не может быть уникальной. Где – то ещё есть такие же люди. Я выберусь и расскажу им, как выбираться из такой ситуации.

Я даже не знала, кем могут быть эти люди. Мне казалось, что это какие – то единицы по всей России.

Но они есть! Я не могу быть такой плохой и беспомощной одна, сама по себе. Кто – то должен быть в таком же состоянии. Я не могу быть одна такая куку.

Я ещё не представляла что меня ждёт не таком далёком будущем. А меня ждали впереди между прочим консультации с людьми, которые довели своих детей до суицида.

Однажды ко мне пришла женщина, которая сделала племянника бомжом. В её описании насилия под видом добра и помощи я узнала себя и то, как меня толкали в пропасть.

Самая тяжёлая консультация была с папой девочки – самоубийцы. Я не знаю, как он пришёл ко мне. Он говорил о ней ровно теми словами, что моя семья описывала меня. Я как будто смотрела в зеркало. Это было особенно жутко, потому что ты ничего не можешь сделать. Человека уже убили.

Девочку помещали в ВИП – частную психушку, но это не помогло и не могло помочь. Частная психиатрическая помощь не может спасти подростка, которого изуродовал нарцисс, так как этот нарцисс производит оплату и перед ним пляшут.

Кто не понял, тот не понял. Кто понял, тот кайфанул/.

Так я узнала, что таких, как я, очень много. И многим из них я уже ничего не расскажу, так как их нет в живых. А у некоторых слишком сильный гипноз семьи и они меня не услышат.

/ Комментируя мои отступления и переходы то в прошлое, то в будущее, проще всего, я думаю, меня понять людям с кинематографическим мышлением. Я просто так мыслю, для меня это иллюстрация драматизма и трагикомизма человеческих положений. Психиатр, которая это не поняла, приписала мне резонёрство, а для меня это просто как история в фильме: нелинейное повествование.

Меня на самом деле очень занимает тема вот этих вещей: кто мог предсказать, что я буду запойно каждый день читать труды по психиатрии? То ты на коленях сидишь в страхе и ищешь хоть какую – то зацепку, потом ты ходишь и психуешь «что такое «тень объекта падает на «я»? Потом ты замечаешь ошибку у Хаера в книге про психопатов, как его обманули. Потом ты бежишь в музей Сабины Шпильрейн в Ростове, потому что тебя который год интересует тема деструкции, о которой ты в жизни никогда не думала. Потом ты пишешь книгу на тему травмы зависти, о которой в век изучения нарциссизма, не говорят специалисты. Это настоящие превращения/.

То, что всю жизнь было моим токсичным гипнозом: “А как же другие?” в этот момент стало моим правом на спасение. Я даже не знаю, откуда у меня сразу возникла идея “рассказывать”. Как я им собиралась рассказывать? Об этом я не думала. Мой мозг выворачивался в поисках аргументов, почему мне можно жить, даже если я безработная неудачница, которая накопила долги по ЖКХ. Однажды мне вырубили свет за 3 дня до Нового года. Я побежала в энергосбыт платить штраф за подключение и страшный долг в 2500 рублей.

Алжиру и Анголе прощали и большее, но не мне. Меня топила и семья и страна с её бешеной инфляцией и презрением к лузерам, которые не выплывают из мутного потока кризисов и кидалова на работе.

Я спустилась на дно. Я любила фильм «Пианино» Джейн Кемпион, в котором героиня в конце фильма почти тонет в безмолвной толще океана, а потом выбирает жизнь и выплывает на поверхность. При этом теряя своё пианино, кстати.

Однажды я проматывала сцену на репите, где она выныривает и говорит:

- Wow, I chose life. ( Вау, я выбрала жизнь)

Я сидела, смотрела это и слушала это снова. И снова.

- Wow, I chose life.

- Wow, I chose life.

- Wow, I chose life.

- Wow, I chose life.

И этот тоненький голосок. (Я пыталась изо всех сил разгадать загадку невзросления моего голоса.)

В тото момент, когда я сидела на коленях, я как будто додумалась взять кредит взаймы у будущего: сейчас я выживу, а потом отплачу. Такие вот расчёты, калькуляция, чтобы снизить давление вины и пролезть в щёлочку.

Наверное в тот период жизни я только и начала принимать решения, а всё, что было до этого, ими не являлось.

К моменту, когда я начала искать психиатра, никаких мыслей о суициде у меня не было. Я никогда не хотела кончать с собой всёрьёз. Меня мучала вина, а не отсутствие удовольствия от жизни. Удовольствие от жизни давалось мне всегда легко: музыка, картины, природа, готовка, вода, запахи. Я вообще – то жизнелюбка.

Даже без копейки денег я просто дома могла включить какие – то песни и петь и танцевать, сготовить вкусный обед буквально из ничего, я любила просто ходить или болтать часами по телефону на английском.

Я думаю, что у меня не было настоящей депрессии, когда люди не испытывают удовольствие. Я спала часами в какие – то периоды, потому что не было сил, было истощение. На меня давили жизненные драмы и страх, череда неудач и трагедий: пожары, увольнения, неудачи в личной жизни нанесли мне много ран.

У Джордана Петерсона я услышала такую фразу: «Нужно различать, у клиента депрессия или ужасная жизнь». У меня была ужасная жизнь.

В общем я решила найти психиатра из страха. Чтобы вдруг со мной не случилось ничего ужасного и я не поехала кукухой окончательно, спросить его мнение о моём состоянии.

Я думала:

- Все психи не критичны к себе. А вдруг это продром? Критичность лучше некритичности.

Это было моё типичное заблуждение, которое впоследствии навредило мне не раз и в других сферах.

Из жалоб, записанных психиатром в тот визит: мне часто давило лоб, голова не болела, просто чувствовалось напряжение.

У меня часто была бессонница по ночам, я начинала спать днём, а ночью не могла уснуть.

Я прочла, что перед стартом психотических эпизодов люди могут не спать по нескольку дней:

- Если у меня такое будет, я побегу в психушку. Не стану дожидаться коллапса. – думала я.

К тому же, когда я в очередной раз пришла в неврологу с болью в спине, она посоветовала мне психиатра.

Я давно заметила, что у меня дёргает в спине, как только я вижу сообщение в Whatsapp от матери или брата. Ещё до неконтакта я часто выключала звук, не брала трубку и приучала писать мне, а не звонить.

С тех пор у меня возникла привычка не брать трубку без договорённости о звонке и не говорить по телефону без необходимости. А ведь когда – то я была болтунья.

Но я уже дёргалась, как собака Павлова, даже не заглядывая в сообщение. Так что предположение невролога, что эта боль психическая не вызвало у меня большого удивления.

Моё дёрганье было совершенно логичным: мать и брат могли довести меня до слёз, очерняя меня, мою работу. Совершенно спокойно брат мог пройти мимо меня и сказать:

- Ну ты кабан. – Хотя я с ним не была в ситуации ссоры. Потом он выкинул мою обувь, потому что «я поставила её не туда». Место, куда надо ставить у них менялось каждую неделю.

Я при подходе к их дому по их же приглашению в гости заранее готовилась ставить обувь правильно. Но я не могла выиграть эту игру. Это невозможно.

Стараясь быть хорошей я только попадалась на крючок.

Я как будто оправдываюсь, что старалась ставить обувь туда. Хотя это просто нелюбовь. Если бы меня любили, мою обувь никогда бы не выкинули на улицу.

В итоге я решила не ходить к ним. Нет визитов – нет криков и сеансов унижений.

Ко мне относились, как будто я ненавистный дебошир - алкоголик, который портит им жизнь. А не человек, раз в две недели заглянувший к ним гости, который наденет свои ботинки и уйдёт.

Кстати, боль в шее и «остеохондроз» у меня прошли сразу после неконтакта с матерью. Но боль в спине осталась.

Как вообще искать психиатра, если ты ничего об этом не знаешь?

Я решила посмотреть объявления.

Я читала описания, ничего не понимая в написанном, кроме слова «психиатр».

Как их всех различать? Вот эти вроде бы модные…у них какие – то слова интересные…Молодой или пожилой?

Я решила выбирать по аватарке. На одном сайте – каталоге врачей мне попалась женщина – психиатр из клиники «Энимал» ( название изменено).

Я видела их посты и рекламу в Фейсбуке.

У меня возникло ощущение хоть какого – то знакомства.

На маленькой аватарке я увидела лицо корейской женщины и корейскую фамилию.

«КИМ ЧЕН СВИН. КАНДИДАТ МЕДИЦИНСКИХ НАУК».

В детстве одна корейская женщина была ко мне очень мила. С тех пор корейцы вызывали у меня только позитивные эмоции.

Ребёнок во мне выбирал мне специалиста, то есть я руководствовалась детским состоянием, если размышлять в стандартах транзактного анализа.

Конечно же, это было моей проблемой: детское состояние, инфантильность. Но проблема состоит в том, что когда ты ищешь решение своему инфантильному состоянию, ты опять принимаешь решения инфантильной головой. И так по кругу.

А может быть примешивалось то, что моя мать брюнетка от природы с карими глазами. Бессознательная вина гнала меня искать подтверждения:

- Ты и есть проблема. - И наказания.

Люди, которые воспитаны в жёстких семьях, верят в то, что подчинение родителю – справедливо и родитель этого заслуживает. Даже если он хочет от тебя, чтобы ты умер. Он же тебя родил и мучался, по его словам.

Даже если сознательно такой человек решает вырваться, каждый круг освобождения сопровождается самонаказанием, откатом, болезнью, проблемами, утратами.

Особенно это характерно для людей с пограничным расстройством личности: у них каждый шаг в сторону индивидуации может сопровождаться откатом в болезнь или загул.

Я решила, что ничего серьёзного от одного разговора с психиатром случиться не может. Я вообще не любила долго раздумывать, мне проще было пойти и получить опыт. И быстрее.

Что говорило скорее о моей склонности принимать решения скоропалительно, быстро и необдуманно.

Я так подробно пишу о решениях, потому что на основании моих слов, психиатр сделала заключение, не исследуя, насколько мои ощущения соответствуют реальности.

Будучи ботаном с детства я поглощала информацию, но мне запрещено было думать. Особенно критически.

Я же не плохая девочка? Я же не думаю о людях плохо? Все мы хотим добра, мира и здоровья. Медицинские степени не раздают, кому попало, думала я, лично зная сотрудников новосибирского меда и имея подругу, которая поступила в мед благодаря дяде в приёмной комиссии. Там же выучилась её сестра на психиатра.

О том, как пишут кандидатские в нашей стране я знала на примере знакомой – кандидата филологических наук, которая не могла написать пост в Facebook без массы ошибок и даже не догадывалась о своей безграмотности.

Сева Новгородцев написал в своей книге «Интеграл похож на саксофон»:


«...Мой племянник Антон проработал год в Публичной библиотеке в Питере. Из пыльных недр Публички он привез мне в подарок стопку учетных карточек с названиями кандидатских и докторских диссертаций. Они поразили меня настолько, что и сегодня, много лет спустя, я могу воспроизвести многие из этих названий: «Воспитание патриотизма на уроках математики в 8-м классе средней школы», «Разделение навоза на жидкую и твердую фракцию» или «Расчет светопроемов окон в условиях ясного дня».”

Интеллектуально я часто понимала всё трезво, но мои комплексы оказывались сильней.

Думать не надо, надо делать. И делать то, что сказали. А не то ты капризная эгоистка.

Короче, мне ампутировали мозг ещё в детстве и этой ампутантской головой я начала выбирать себе специалиста.

Я назначила встречу и пошла на приём.

Клиника была в центре города, а я прожила на окраине. И мне почему – то казалось, что центральное положение добавляет всему какой – то весомости.

Там явно работают заслуженные люди, которые наработали доверие, иначе как окупить аренду?

Кстати, в те времена отзывов о психиатрах было крайне мало. Забегая вперёд, я оставила первый негативный отзыв Ким Чен Свину.

После меня уже добавились новые отзывы и я знаю, как психиатры легко зарабатывают себе на клинику в центре.

Я скопировала отзыв с сайта, рекламирующего медицинские услуги про этого врача, добавленный в недавние годы:

«Обратился к специалисту по поводу проблем с психическим здоровьем и употреблением ПАВ. Подробно рассказал весь анамнез, историю работы с психиатрами и психологами, опыт употребления алкоголя и наркотиков. Как итог, в течение первых тридцати минут приёма, КИМ ЧЕН СВИН заявила о двух достаточно внушительных диагнозах - БАР и ПРЛ. После этого, специалист сказала о том, что мы можем закончить приём, так как она отказывается от лечения в амбулаторных условиях. Несмотря на моё искреннее желание перестать употреблять и готовность к полноценному лечению, КИМ ЧЕН СВИН начала активно настаивать на помещении меня в условия платных реабилитационных центров. Следующие тридцать минут приёма прошли в формате убеждения и внушения мне того, насколько плачевно моё положение. Если всё начиналось с убедительных аргументов в пользу авторитетности её мнения и "тяжести моей ситуации", то закончилось это дело повышенным тоном, открытой доминацией над пациентом, предложениями формата "займите денег у родителей", "возьмите кредит" и обесцениванием моей текущей жизни и продолжающегося образования. [...]. После моего условно положительного ответа, специалист начала отыскивать в своих ящиках какую-то бумагу и написала мне номер неизвестного представителя [...]. Звонить по нему я, разумеется, не стал. Мой вывод после взаимодействия с КИМ ЧЕН СВИН - специалист, пользующийся своим авторитетом и званием, активно преследующий [...] выгоду и финансовые цели. Отношение к пациенту ужасное, в людях, употреблявших алкоголь или ПАВ, людей она не видит. Уверенно высказывается о диагнозах, выявление которых требует обследования в течение продолжительного времени. Клинику "Энимал» не советую. Положительные моменты - точно определяет симптомы и имеет внушительный опыт работы. Как профессионал - да, как человек - нет. Стоит учитывать это, если планируете работать с психиатром на продолжительной основе. В итоге, после приёма, прекратил употребление, нашел гуманного психиатра-нарколога, пошел на группы, восстановил и продолжаю заниматься своим психическим и физическим здоровьем. Остаюсь чистым. Спасибо за внимание!»

Позже после переезда в Москву я встретила москвичей, лишившихся квартир с помощью психиатров. Так можно легко заработать не только на офис в центре Новосибирска, но и на офис возле Кремля.

Но, кажется, что у злодея должны быть признаки. Мне же такой не попадётся?

Это же не может быть женщина в белом халате?

Надо сказать, что я обсмотрелась голливудских фильмов и ждала, что меня встретит российская версия доктора Вик из «Прерванной жизни» Джеймса Мэнголда.

Я почему – то не считала, что меня встретит сестра Рэтчед из «Полёта над гнездом кукушки» Милоша Формана или доктор Финч из «Бега с ножницами» Райана Мёрфи.

«Прерванная жизнь» - это фильм снятый по мемуару Сюзанны Кейсен, загремевшей в ВИП – психушку Сан Франциско в 60 – ые годы.

Я смотрела этот фильм много раз, а мемуар прочла дважды. Он согрел мне сердце словами, что все девушки, которые описаны в книге, вышли из больницы и построили свою жизнь. Я подумала:

-

Если уж с такими серьёзными диагнозами это сделали люди, то я и подавно справлюсь.

Главное, смотреть в глаза реальности.

«Бег с ножницами» тоже снят по мемуагру пациента, Огюстена Берроуза, как его в детстве лечил сумасшедший психиатр доктор Финч.

Моя книга ведь тоже в своём роде мемуар на психолого – психиатрическую тему.

Даже сейчас КИМ ЧЕН СВИН вызывает у меня страх и от этого желание всё рассказать обстоятельней.

В общем я пришла в назначенное время в клинику. Меня встретила женщина в коричневом мешке с чёрной ленточкой в волосах.

В душе неприятно ёкнуло:

- Она одета как советская восьмиклассница в школьную форму. – Думала я. – Только платье бесформенное совсем, как мешок. Она явно не видит в себе женщину. Если я бы я видела её такой на сайте, я бы никогда её не выбрала. Кажется, это ребёнок в теле пожилой женщины.

Мне хотелось уйти, но было неудобно:

- Я же не могу отменить сессию, они уже заняли на меня время. Это несправедливо. – Я опять выбирала кого – то вместо себя.

Она мне не понравилась. А мне редко не нравились люди до такой степени.

( Забегая вперёд я сделала ещё более худшую ошибку, оставшись у неприятного мне онколога, которая назначила мне операцию, которую не нужно было делать. Так мотив самонаказания опять проигрался в моей жизни.

Если вам неприятен человек, даже если он говорит разумные на первый взгляд вещи, сделайте шаг в сторону. Те, кому тяжело это делать, выучите фразу – помогайку

«сначала я отвечаю за себя»

«я имею право прервать неудобное общение в любой момент».

В тяжёлый момент, когда вы пуститесь в самоуговоры об удобстве других, промотайте внутри себя эту фразу и вспомните мою историю: далее я расскажу, как мои мысли об удобстве для психиатра кончились криками психиатра в мой адрес. ).

Меня пригласили в кабинет. Я сразу рассказала, что работаю с психологом, но хочу узнать мнение психиатра о своём состоянии.

Она позадавала дежурные вопросы об образовании, работе, не углублясь в вопросы о детстве, кормлении, причинах разрыва с родственниками.

Потом она сделала приворно стадальческое лицо и сказала:

- А вот у вас сын подросток. Это кошмар, наверное? Когда у меня дети были подростками у меня валерианка стояла в каждом углу квартиры. Это был ужас.

Она проверяла мою эмпатическую реакцию, я же видела в ней тревожно – контролирующую мать, которая хотела от меня признания:

- Да, да, у меня так же.

Она меня бесила. Я решила закрыться от неё и оставить её наедине с её валерианкой и истерикой.

Каждый психиатр выбирает истории для тестирования эмпатии. Думаю, в её бреде про валерианку в каждом углу была значимая доля личной правды.

- Наверняка она своих детей не отпустила, глаза закатывала.

Я ей не сочувствовала, я её боялась, но не отдавала себе в этом отчёта. Я сочувствовала её детям.

Поотвечав на вопросы, я спросила:

-

Ну что вы думаете? Что у меня?

-

Вам – только таблетки и поддерживающая терапия.

Меня резануло “вам”, но я решила выяснить, что за этим кроется.

-

А от чего таблетки? От какого заболевания? Поддерживающая ЧТО терапия?

Я понятия не имела, что условно все терапевтические подходы делятся на поддерживающую терапию и на трансформационную, психо – динамическую.

В поддерживающей терапии не рассчитывают на глубокую терапию характера. Мне нужна была как раз она.

Позднее я прочла у Отто Кернберга, психиатра, разработчика терапии личностных расстройств, по каким критериям определяют, что пациенту не подходит трансформационный метод: низкий интеллект, паразитический способ жизни, который поддерживают родственники или государство ( содержание пациента на чужие средства), низкая заинтересованность в лечении, самые тяжёлые расстройства типа злокачественного нарциссизма и антисоциального расстройства, когда у человека нет вины, присутствует тотальная лживость, отсутствие раскаяния в воровстве, вреде окружающим.

Но тогда я этого не знала и слова “поддерживающая терапия” звучали как “поддерживающая текущее состояние”.

-

Я выпишу вам рецепт. Будете пить таблетки?

-

Но я не знаю, от чего я буду пить таблетки. Я же пришла к вам узнать ваше мнение о моём состоянии.

Вы ставите мне какой – то диагноз?

Я не понимала до конца, что такое антидепрессанты, нужно их пить или нет. Что они дадут, а главное: что лечим? Депрессию? Астению? Шизу?

-

Эта информация не для вас.

-

А для кого?

-

Для психиатров.

У меня возникло ощущение, что я разговариваю с психически больным человеком. Она же не госпитализирует меня, я не овощ, я ей деньги заплатила и сразу сказала, зачем пришла. Для каких “психиатров” она собралась держать информацию?

-

Как вы думаете, зачем я заплатила деньги за вашу услугу?

И тут врач почти завизжала:

-

Я не слуга! Я не оказываю услуги! Я врач, это не услуги.

Я подумала: “А она точно в себе, если её триггерит слово “услуга”? Я же купила медицинскую услугу. Это даже в классификаторе коммерческой деятельности так и именуется “медицинские услуги”. Я была права, у неё был совок в голове, где она богиня психушки, небожительница. Ты должен открыть рот и она сунет тебе таблетку. Только небожительница брала вполне земные деньги.

-

Я купила медицинскую услугу, чтобы узнать о своём состоянии. – Я не унималась, но вместо того, чтобы потребовать деньги назад, я ввязалась в этот блудняк ещё дальше.

Казалось бы, женщина неуравновешенная, вспыльчивая, я с ней разговариваю, как взрослый с ребёнкои:

-

Смотри, деточка, ты врач. Тебе платят денюжки. У клиентов свои потребности. – Я игнооировала её гнев и объясняла свою позицию. Мне это было легко, я всю жизнь провела с вопящими по самым нелепым поводам людьми.

Она порекомендовала мне пройти тестирование у клинического психолога. Не смотря на ту лабуду, что она мне наговорила, я согласилась.

Нужно было выбрать день и придти отдохнувшей на длительное тестирование. Меня встретила психолог, которая смотрела на меня очень странно.

Я пыталась для своего комфорта устроить смолл толк, но она никак не реагировала. Впоследствии она написала в заключении, что я иду на эмоциональный контакт. Психиатр же написала, что я не иду на эмоциональный контакт.

Два специалиста из одной и той же организации в одно и то же время могут дать вам противоположные характеристики.

Я же думала про клинического психолога:

-

Ну я – то шла

на контакт,

а ты – нет.

Я уговорила себя, что в целом это не важно, мне нужно было просто мнение и заключение: откопаться от себя или насторожиться.

На тестировании меня просили искать цифры по времени, рисовать картинки, убирать лишние объекты на картинках. Стандартное советское тестирование.

Пройдя тестирование, я стала ждать заключение. А его не было.

Клиника отвечала, что доктор занят.

Через пару дней после тестирования мне прислали бумажку, написанную от руки, в которой я ничего не могла прочесть.

Даже в здоровом виде для меня было бы огромным стрессом такое поведение. Я чувствовала, как будто меня дрессируют и относятся, как к мебели.

Я набрала номер клиники и позвала врача к телефону.

Ким Чен Свин подошла к телефону.

- Здравствуйте. Я получила от вас бумагу, в которой я ничего не могу прочесть. Там написано от руки.

- Я вам уже сказала, что это не для вас!

- Я заказчик услуги и впервые вижу, чтобы частная клиника в таком виде выдавала заключения. Пришлите мне пожалуйста в печатном виде, как это делают все другие врачи. Вы должны представить всё в читабельном виде.

- Ничего я вам не должна! – Ким Чен Свин просто визжала в трубку и переходила на личности.

К сожалению, я не записывала её речь. Но всем рекомендую записывать все визиты к врачам, включая непсихиатрические специальности.

Я же намеренно разговаривала с ней спокойным тоном, как с больной. В чём – то я чувствовала превосходство.

- Кто кого должен консультировать, если она орёт, а я спокойно ей отвечаю.

Не то чтобы такое самообладание было моим постоянным свойством. Кажется, мне казалось, как и в детстве, что если взрослый рассыпается, кто – то должен сдерживать хаос.

Я удивилась, что я довела психиатра до истерики.

Но в голове у меня было «я вообще – то имею право знать…это же абсурд! За что я платила за сессию и тестирование? Я потратила время на 2 визита, деньги и у меня меньше понимания, чем до визита. Одни страшные какие – то слова «вам только таблетки» и крики.

Я точно не ангел и не хочу выставлять себя только с положительной стороны, у меня есть предвзятость наверняка, но поведение этой женщины было из ряда вон.

Ким Чен Свин бросила трубку.

Я набрала администратора и сказала:

- Донесите до этой женщины, что я жду текст в печатном виде, именно для этого я пришла на приём.

Спустя время мне на почту пришло два листа, одно с тестирования, другое от психиатра.

Оба назвали меня «склонной к доминированию».

Меня когда назначили руководителем однажды, я впала вместо руководства и управления в побегушки к подчинённым. Мне всегда проще было быть исполнителем.

Я испытывала трудности заставить ребёнка делать домашку в школе до токсичной степени, переходящей в безответственность.

Я боялась записаться лишний раз в поликлинику.

- Над кем я склонна доминировать? – задумалась я.

Конечно, скрытного доминирования во мне был вагон. Даже депрессии и саморазрушения могут быть формой детского доминирования. Даже настойчивость в получении бумаг вместо того, чтобы просто написать претензию и забрать деньги может быть формой мазохистического доминирования. Но вряд ли эти две специалистки зашли так глубоко в моём анализе, они просто проецировали своё на меня. Даже в отзыве, который я скопировала сюда с сайта другой клиент Ким Чен Свина указал доминирование над клиентом как способ взаимодействия Ким Чен Свина.

Конечно, даже эта книжка и презрительные клички ( не во всех случаях) - это тоже может быть формой доминирования.

Позже я выявила в себе разные замашки, понятное дело, что я порой считала себя самой умной, не слышала окружающих и прочее. Но эта оценка меня удивила.

Дальше написали про эмоциональный контакт, одна считала, что я к нему склонна. Другая – что не склонна.

Обе сочли меня склонной к резонёрству и обстоятельности.

У меня же было ощущение, что меня не слушали. С того периода у меня сохранилось много, дневников, видео и текстов, а так же интервью журналистке, личная переписка. Никакого резонёрства в них нет.

Я всегда говорю очень конкретно, на своих примерах, о реальных ситуациях, а не об абстракциях или отвлечённых понятиях. Мои попытки ввести психиатра в контекст моих решений – почему я прервала контакт, почему я обратилась к врачу, видимо, были восприняты за резонёрство.

Так, кстати, воспринимал мои слова босс – психопат, который устраивал совещания и заставлял вести отчётность, которая блокировала всю работу. Потому что полдня мы заполняли календарь и писали, как поход в бухгалтерию соответсвовал целям SMART. Пока он нас критиковал, его любимая сотрудница – бухгалтер просадила фирму на крупную сумму и он не смог заплатить нам зарплату.

Будучи выпускником ПТУ он тайно снимал меня на телефон и говорил, что «твоя речь не понятна». Хотя это он посылал письма, которые не могли прочесть сотрудники и понять их смысл. Даже его родственник пришёл к нам в отдел и сказал, что не может понять, о чём его письмо. Он же всё это проецировал на меня, человека, который с физмат лицея привык всё раскладывать по полочкам. Дано, задача, решение.

Я корректировала его писанину, разделяла на абзацы, убирала лишние слова и выделяла побудительные фразы: купите то – то, напишите туда – то.

Я опять попала в какое – то дерьмо.

Я думаю, что многим ясно, для чего я делала отступления в этой главе, описывая события прошлого, контекст, в котором я выбирала психиатра, причины. И что все эти темы ведут к пониманию, что психиатр не выявляла, что стоит за моими жалобами и фактами жизни.

Она не проверила, действительно ли я не принимаю решения, почему мне тяжело. Почему я прервала контакт с частью родственников. Почему я не отреагировала контактом на её тревожные истории. Ей это было не интересно.

Психиатр написала, что я отказалась от фармакотерапии, хотя я не отказывалась, я спрашивала, от чего мне её назначают, какой будет итог и хотела взвесить «за» и «против».

В конце бумаги стоял непонятный буквенный код с вопросом.

F21.9?

Вопрос означает неокончательный гипотетический диагноз.

Я пошла гуглить…

Гугл выдал мне надпись: «шизотипическое расстройство неуточнённое».

От первых четырёх букв у меня сердце камнем упало: «Шизо…»?

Я начала читать дальше Wikipedia:

Шизотипическое расстройство


Расстройство, характеризующееся чудаковатым поведением, аномалиями мышления и эмоций, не подходящее по диагностическим критериям для диагноза шизофрения ни на одной стадии развития: нет всех необходимых симптомов или они слабо выражены, стёрты. Симптомы могут включать странное или эксцентричное поведение, склонность к социальной изоляции, холодность или неадекватность эмоциональных реакций, параноидные идеи, болезненные навязчивости, также могут быть редкие преходящие квазипсихотические эпизоды иллюзий или галлюцинаций.»


Чудаковатое поведение?...в чём?

Эксцентричные расстройства характеризуются особым стилем одежды, несочетаемыми цветами.

Я пришла в кабинет в светло - зелёной футболке пастельного цвета, синих джинсах и серых кроссовках. Что может быть банальней?

Разве что моя почти лысая голова смутила её. Я не собиралась носить её вечность, мой стиль со школы был – кофта на пуговицах, юбка, топ.

Возможно, советскую женщину избыточно шокировал мой ёжик на голове.

Я даже считалась через чур серьёзной и слишком классической у окружающих.

Странное поведение… хм…

Склонность к социальной изоляции…

Это она о чём?

Я ходила в это время на множество мероприятий, обучений, обедала с одногруппниками, встречалась с троюродной сестрой, к которой переехала поближе, ездила к отцу на дачу ( о чём пожалела в то же лето, он устроил скандал обвиняя меня в поддержке матери, с которой я перестала общаться), играла с дядей в нарды, давала интервью местной журналистке, писавшей статью о разрыве отношений с родителями, ходила в кино и на лекции, на концерт в консерваторию, много гуляла пешком.

В конце концов я работала с психологом и с коучем.

Ну помимо прежде всего сына, с которым я общалась каждый день и мы много обсуждали разные вещи и касательно родственников, его жизни, ходили на обеды с его друзьями.

Ни хрена себе изоляция!

Она решила, что если я перестала общаться с матерью, то я в изоляции?

Вскоре я поехала в места своего детства на Дальний Восток и там ходила по гостям, ездила с друзьями на океан.

Холодность? Хм…

Параноидные идеи?

Мой босс на одной из работ боялся оставить компьютер без присмотра, когда уборщица мыла офис. Это я понимаю параноидность. Ему везде мерещились «засланные казачки».

Какие у меня могли быть параноидные идеи?

Я наоборот всегда думала: «Да кому я на фиг нужна»?

Я мелкий человек. Когда в соцсетях обсуждали опасность чтения переписки государством я думала:

- Ну в моей они что найдут? Мои корявые стихи, которые я просила оценить знакомых?

Я была даже туповата в этих вещах.

Я прочла далее: «Болезненные навязчивости…». Я уже знала об обсессивно – компульсивных неврозах и расстройствах, ритуалы, мытьё рук, страх наступать на стыки плит, многочисленные проверки, выключен ли утюг и плита. У меня их не было.

Впоследствии в длительной терапии я выявила у себя компульсивное переедание, компульсивное недозарабатывание, залипание на YouTube, любовная зависимость, склонность к любовным фантазиям.

В общем, я выявила у себя множество психологических проблем и занялась ими. Но к этому расстройству они не имели отношения.

Я зачастую звала людей встретиться и мне часто отказывали.

Одной из черт расстройства называли «уязвимость к стрессу». Когда я подстриглась наголо мой тогдашний коуч начал при словах «люди с тонкой душевной организацией» смотреть в мою сторону.

Я всё детство провела с людьми, которые орали, дрались в доме, мать вышвыривала меня в подъезд. Я лишалась друзей, потому что отец служил в армии и мы переезжали. Меня не отвели ни на один кружок никогда.

После развода родителей я стала мешком для унижений матери и брата. Моя мать испоганила здоровье моей собаки и отдала её, пока меня не было дома, другим людям.

Она переехала одного щенка на автомобиле, ещё 2 собаки, которых я очень любила, попали под колёса машины из – за недосмотра и неглекта в кормлении.

Однажды я вернулась домой, а мой сын купал в тазу мёртвого котёнка со словами:

- Котёнок уснул. – Ему было года 2 – 3.

Мать налила сыну таз воды, вытащила в огород, и оставила без присмотра, зачем – то вручив ещё и котёнка, который мог убежать, свалиться в многочисленные дыры у забора, стать добычей других котов. Хорошо хоть ребенок не захлебнулся. Он был слишком мал, чтобы понять, что котёнок не уснул.