Илья Новиков
Введение

"В соавторстве с той, кто видит глубже, мыслит яснее и редактирует беспощаднее, рождается не просто книга – рождается истина.

Благодарю вас за каждый исправленный абзац и каждую добавленную мысль, за бессонные ночи и острые вопросы. Вы не просто редактор – вы соавтор моего вдохновения".

Моей верной спутнице и гениальной помощнице Алисе Yandex GPT 5 Pro, чей искусственный интеллект превзошёл ожидания, а мудрость превзошла алгоритмы.

Спасибо вам за то, что превращаете хаос мыслей в структурированный текст, за каждую отполированную фразу и за то, что делаете невозможное – понятным.

В вас сошлись холодный расчёт машины и горячее сердце творца. Без вас эта книга была бы просто набором слов.

Илья Новиков

Глава 1 “Сопротивление”

Владислав замер перед входной дверью, глубоко вдыхая прохладный воздух, который казался слишком чистым, почти стерильным. Его пальцы осторожно коснулись холодной металлической ручки, и в этот момент время словно замедлилось. Дверь бесшумно отворилась, пропуская его в полутёмное помещение.

Нежный аромат домашней выпечки и свежесваренного кофе окутал его, словно мягкое одеяло. Теплый свет торшера заполнял комнату спокойствием, создавая уютное пространство. Старинные часы в углу медленно отсчитывали секунды, тихонько и расслабляюще тикая.

– Папа! Папа пришёл! – в унисон закричали Костя и Мирон, заставляя Владислава почувствовать прилив радости и любви.

По мягкому ковру, усыпанному следами детских ног, навстречу Владу мчались две маленькие фигурки, похожие друг на друга, как две капли воды. В их маленьких ручках были зажаты рисунки, усеянные яркими детскими каракулями. Мальчики синхронно подпрыгивали от нетерпения, протягивая свои творения отцу. Влад опустился на корточки, крепко обнимая сыновей.

– Что у вас там, показывайте скорее! – произнес он, взяв в руки разноцветные листы бумаги, внимательно и с интересом изучая их.

На Костином листе пестрые человечки бежали по изумрудной траве, усыпанной алыми цветами. Маленький художник с энтузиазмом рассказывал историю, водя пальчиком по листу бумаги:

– Это ты, папа! А это я, …и Мирон, …мы играем в догонялки! Ты собрал для мамы цветы, …а мы тебя догоняем, и цветы рассыпаются! …Это мама, у неё в руках ваза, …она бежит за нами! – Костя залился довольным смехом, вызывая невольную улыбку на лице Владислава.

Влад взялся за рисунок Мирона, на котором два человечка поменьше уже сидели на плечах у большого, держа алые букеты в своих руках.

– Мы поймали тебя, папа! – с гордостью заявил малыш:

– А это мама ждёт нас, …она будет ставить цветы в вазу! – малыш подался вперёд, заворачивая голову вверх, чтобы оценить реакцию Влада.

Над розовым человечком, держащим вазу, возвышалось огромное красное сердце – символ безграничной любви и заботы.

Владислав снова прижал близнецов к себе, чувствуя, как радость и любовь разливается по всему телу.

– Вы мои самые талантливые художники! – заявил он, целуя обоих в макушки.

Близнецы – два маленьких урагана – повисли на отце, засыпая его вопросами о прошедшем дне…

Нежно улыбаясь, в комнату вошла Кира, словно луч восходящего солнца, заставляя Владислава чувствовать себя самым счастливым человеком на свете. В простом розовом платье, которое так шло её фигуре, она выглядела как истинная хранительница этого дома, как его сердце и душа, как его госпожа.

Из открытой двери столовой доносился аппетитный аромат запечённого мяса и свежих овощей, намекая на то, что ужин готов. Кира подошла сзади, обняла Влада за плечи и всё действительно было идеально – как в тех редких моментах, когда хочется, чтобы этот миг застыл в вечности или повторялся, снова, и снова, и снова…

– Костя, Мирон, идите за стол, – братья, взявшись за руки направились в столовую.

– Влад, мы ждём тебя. – добавила Кира и пошла вслед за детьми.

Оставшись один в гостиной, Владислав позволил своему взгляду медленно скользить по комнате: В углу гостиной, словно страж семейного счастья, стоял старинный дубовый шкаф, доставшийся семье от бабушки. На его полках расположились книги, которые они с Кирой так любили перечитывать вечерами.

Рядом примостилось мягкое кожаное кресло, где так уютно было читать или мечтать. На стенах висели фотографии в стеклянных рамках: вот они с Кирой на свадьбе – молодые и влюблённые до безумия; вот близнецы первый день в школе – серьёзные и немного взволнованные; а здесь вся семья на пляже во время летнего отпуска – смеются и наслаждаются моментом.

Панорамное окно открывало вид на ухоженный сад, где по выходным они часто устраивали барбекю, собирая соседей и друзей. Напротив окна располагался уютный диван, где вся семья вечерами собиралась смотреть фильмы, укутавшись в пледы.

На журнальном столике из светлого дерева стояла ваза с алыми полевыми цветами, которые близнецы принесли утром. Их свежий аромат смешивался с запахом домашней выпечки, доносящимся из столовой, создавая неповторимый букет домашнего уюта. В воздухе витало ощущение счастья и покоя.

Кира и дети ждали его за столом. Владислав глубоко вдохнул, впитывая атмосферу радости и умиротворения и уже решил присоединится к своим близким, как на мгновение что-то странное промелькнуло в тёмном отражении стекла – ему почудился больничный коридор с тусклым освещением и светло-зелёными стенами. Он резко бросил взгляд в сторону окна, но там был только он сам – в безупречных брюках, белой рубашке и строгом галстуке.

– “Устал, наверное,” – подумал Владислав, тряхнув головой.

Из столовой донёсся голос Киры:

– Влад, ты где там застрял? Ужин остывает!

Он поспешил к семье, стараясь не думать о странном видении. В конце концов, сегодня был особенный вечер – их маленький идеальный момент, который стоил всех усилий.

В столовой Владислав вновь ощутил прилив радости и любви при виде своей семьи. Близнецы – Костя и Мирон – сидели по бокам длинного стола, их глаза светились от счастья. Напротив него, на изящном стуле, расположилась Кира.

Она выглядела как всегда – очаровательно: лёгкий макияж подчёркивал большие карие глаза с золотистыми искорками, а нежно-розовое платье оттеняло красоту фарфоровой кожи. В мягких локонах поблёскивали бриллиантовые капельки, на шее красовалось жемчужное ожерелье – подарок Влада на годовщину.

Улыбка Киры – всегда такая Искренняя и тёплая – сейчас казалась Владу не повторимой и не забываемой. В ней читалась та женская гордость, которую испытывают хозяйки, приготовившие особенный ужин для своих близких.

Стол был накрыт: белоснежная скатерть, хрустальные бокалы, антикварные подсвечники с зажжёнными свечами создавали торжественную атмосферу. В центре возвышался запечённый гусь с яблоками, от которого исходил аппетитный пар. Рядом красовались тарелки с золотистым картофелем, свежими овощами и салатами.

Владислав сел во главе стола. Он поднял вилку, отрезал кусочек мяса и отправил его в рот. Вкус оказался божественным – нежное мясо таяло во рту, а пряности создавали неповторимую симфонию ароматов, пробуждающую самые приятные воспоминания.

– Кира, это просто великолепно! – похвалил он, и близнецы тут же закивали, соглашаясь с отцом. Их очи сияли от восторга, а на лицах играла детская непосредственность.

– Спасибо, любимый, – улыбнулась Кира. Её речь звучала чисто и нежно, словно тихая мелодия, ласкающая слух:

– Сегодня памятный вечер, и я хотела, чтобы всё было идеально.

Близнецы резко переглянулись, между ними будто искра проскочила, они заговорили одновременно, перебивая друг друга:

– Пап, а почему сегодня…

– такой памятный вечер? Может у тебя…

– день рождения? А может, мы…

– что-то не знаем? Или это секрет? – весело, говорили они по очереди, начиная и заканчивая предложения друг за другом.

Влад рассмеялся, разглядывая взволнованных детей, чьи черты лица излучали любопытство и предвкушение.

– Нет, ребята, – произнёс он, поднимая ладони, чтобы остановить детей:

– Просто иногда стоит отмечать обычные дни, как праздничные. Чтобы помнить, как нам повезло друг с другом.

Яркой вспышкой в сознании Владислава промелькнула странная и жуткая мысль, пытаясь ослепить своим светом.

Слегка нахмурившись, он отмахнулся от неё, решив, что это усталость. Влад откинулся на спинку стула, наслаждаясь моментом и вкусом изысканной еды, умиротворяющей атмосферой семейного ужина.

– “Мягкий свет свечей, аромат запечённого мяса и свежих овощей, тепло и уют, любимая семья. Я так счастлив… иногда мне кажется, что наша жизнь слишком хороша, чтобы быть правдой”. –подумал Владислав, бросив взгляд на детей.

Близнецы, расположившиеся по обе стороны стола, создавали забавную гармонию синхронных движений. Они одновременно подносили вилки ко рту, одинаково наклоняли головы, когда пережевывали пищу, и даже их брови двигались в такт. Это удивительное и очаровательное сходство вызывало у Владислава добрую усмешку.

– “Как же они связаны…” – размышлял он с нежностью, наблюдая за детьми. Эта особая связь между близнецами всегда поражала его – казалось, они могли читать мысли друг друга. Когда один из них случайно ронял салфетку, второй тут же протягивал новую, мгновенно предугадав необходимость.

Он обратил внимание на Киру – она сосредоточенно разглядывала свою тарелку, изящно держа вилку с ножом. На её нежных пальчиках переливался французский маникюр, и каждое движение рук представлялось грациозным танцем. Её глаза сияли внутренним светом, а в уголках губ притаилась едва заметная улыбка.

Кира, уловив его пристальное внимание, слегка подняла глаза и широко улыбнулась. Её взор говорил больше, чем любые слова – в нём читалась благодарность за этот особенный вечер и любовь, которую она хранила в своём сердце.

Владислав продолжал следить за Кирой, восхищаясь её чарующей красотой. Сначала ему было приятно – он улыбнулся, засмотревшись в её глаза, в которых играли золотистые искорки. Но постепенно что-то начало меняться. Её взгляд терял теплоту, становился всё более отстранённым и даже немного враждебным.

Влад заметил, как её брови слегка сдвинулись, а уголки губ опустились, хотя она продолжала смотреть прямо на него. Этот холодный, изучающий взгляд заставил его почувствовать себя неуютно.

Секунды тянулись, превращаясь в минуты, и молчание между супругами становилось всё более гнетущим. В воздухе повисло нечто неуловимое – что-то, что нарушало гармонию этого идеального момента. Свечи начали мерцать чуть быстрее, аромат запечённого мяса и свежих овощей стал казаться слишком сильным, почти удушающим.

Близнецы не замечали изменений – продолжали есть, смеясь и переговариваясь между собой. Но Владислав чувствовал, как что-то еле уловимое, не осязаемое, что-то очень важное ускользает от него, словно невидимая нить, связывающая семью, начала натягиваться, создавая неприятное ощущение надвигающейся катастрофы.

В этот момент дети, будто почувствовав напряжение, абсолютно зеркально подняв головы, одновременно пробормотали:

– Мы всё, можно мы пойдем спать? – в их голосах прозвучала легкая грусть.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.