Люссия Оберст
Наследие старинного Рода Айранса

Часть 1

Глава 1. Грейси Айранс

– Ааа-ааа! – раздался приглушённый крик в сумеречной утренней Тишине. Этот голос будто взбудоражил пространство комнаты. Всё ещё продолжая всхлипывать после странного ночного кошмара, пробуждалось прелестное создание.

Оставаясь лежать на своей огромной кровати, утопая в нежных атласных шёлках, молодая девушка припоминала картины сновидения. В голове у неё ещё гудело, будто какой-то своей частью её Сознание по-прежнему находилось в том неприятном Сне – в неком тёмном и бескрайном месте. А приближающийся рёв паровоза, который был по-настоящему грохочущим, остался где-то там, по ту сторону реальности…

– Уф… – послышался её томный вздох. Приходя в себя, девушка шёпотом произнесла: – Это всего лишь Сон…

Однако навязчивые обрывки из сновидения то и дело всплывали в её памяти. В голове непроизвольно прокручивались краткие моменты сюжетных картин, в основном то, что ей приходилось всё время от кого-то куда-то убегать. И хоть тело её не слушалось, она всё же бежала и бежала в сторону просвета в конце какого-то туннеля…

Вытерев холодный пот со лба, молодая особа привстала и осмотрелась. В комнате никого не было…

Грейси – так звали нашу героиню – шустро поднялась с кровати и зажгла стоящую на комоде свечу. Тусклый, чуть желтоватый Свет постепенно разлился по всей комнате. Всё, что находилось в ней, медленно оживало, оставляя за собой причудливые тени. Мебель и вещи обрели естественные очертания, но выглядели загадочно и таинственно.

Грейси посмотрела на картину, висевшую на стене. Картина была старинная, видимо, осталась от родовитых предков. Самоуверенный молодой человек, скачущий на белой прекрасной лошади, как обычно, куда-то спешил. Казалось, всадник пристально наблюдал за Грейси. Ощущая на себе взгляд далёкого предка, девушка всегда смущалась.

Джордж Айранс, отец Грейси, был представителем старинного знатного рода Айранса. Однажды, будучи уже в зрелом возрасте, он полюбил прекрасную женщину, которая ответила ему взаимностью, и они поженились. Однако Счастье их было недолгим. После рождения малышки молодая жена вскоре скончалась. И после этого вдовец Джордж так и не женился, всецело посвятив свою Жизнь дочери.

Вот так уже восемнадцать лет лорд Джордж Айранс воспитывал Грейси. Он долго искал для неё самых уважаемых в округе гувернанток, чтобы дать ей достойное и благородное воспитание. И однажды остановил свой выбор на Лидии. К ней-то и привязалась его дочь.

От родовитых предков в наследство Джорджу перешли обширные земельные угодья и старинный величественный особняк. Вот уже несколько сотен лет эти живописные места передавались из поколения в поколение.

Настенные часы тихо скрипнули, и Грейси взглянула на них. Маленькая стрелка стояла около шести. Девушка посмотрела в окно и обрадовалась: уже забрезжил Рассвет.

– С минуты на минуту взойдёт Солнце, – воскликнула она, – а значит, Жизнь продолжается! И страшный Сон уйдёт, как ночь…

– Правда же, мой дорогой Мигель? – обратилась Грейси к всаднику.

Изображение на картине по-прежнему не сводило с неё своих пристальных глаз. Грейси даже показалось, что он улыбнулся ей в ответ.

Улыбнувшись ему и уже чуть взбодрившись, она подошла к окну и раздвинула плотные портьеры из бархатной изумрудно-зелёной ткани. В этот предрассветный час Небо, пробуждаясь с тёмной ночи, наполнялось прекрасным розовато-серым оттенком.

На горизонте вырисовывались очертания гор. Они контрастно граничили с небесным пространством. Горы будто тоже просыпались после ночной спячки, меняя свою окраску, постепенно переходя от розового в пурпурные тона. А тёмно-зелёные заросли кустарников, растущие на берегу небольшого озера, будто кружились в хороводе в ожидании первых лучей восходящего Солнца.

Можно сказать, что имение находилось в удачном месте. Холмистые земли окружали владения Айранс с трёх сторон. Но порывистый морской ветер с холодного моря, которое простиралось на южной стороне этих земель, порой изредка посещал эту местность.

Самое ближайшее имение находилось в двух милях от них. Жизнь бурно развивалась, и таких старинных и родовитых семей в окрестностях было не так уж много. Люди обустраивались в провинции, и городская суета становилась привычной для их жителей.

Изредка Джордж Айранс выезжал в провинциальный городок для решения разного рода вопросов как бытового, так и финансового характера. Иногда он брал Грейси с собой. Ей нравилось наблюдать за Жизнью, значительно отличавшейся от привычного им ритма.

Небольшой и уютный провинциальный городок казался пёстрым и ярким. Постоянная суета напоминала о том, что город жил. По узким улочкам городка степенно прогуливались местные дамы. Посещая магазины, они не упускали возможности поделиться последними событиями недели. То и дело слышались эмоциональные восклицания. Разглашалось буквально всё, начиная от того, что кто-то что-то купил, кто-то сделал предложение знатной Каролине или ещё кому-то. А заканчивалось обычно чем-то трагическим – как кто-то упал с лестницы и очутился на месяц прикованным к постели или другие новости в этом же духе. Всё, что происходило в городке и его окрестностях, распространялось с удивительной быстротой. Грейси нравилось наблюдать за этой Жизнью со стороны, никак не вмешиваясь в их суету.

Как ни странно, девушку обычно ничего не прельщало в небольших магазинчиках. Всё необходимое для Жизни у неё было. А всяким украшениям, различного рода безделушкам или же дорогим тканям – всему этому особого значения она никогда не придавала.

Единственное, чем она дорожила, – это колечком с красным рубином. Совсем недавно, в день её совершеннолетия, отец преподнёс ей его в подарок. Он протянул дочери маленькую серебряную шкатулку со словами:

– Это кольцо носила твоя мама, теперь оно будет принадлежать тебе… Береги его. По цвету рубина ты сможешь определить, как тебе поступить…

Вспоминая слова отца, Грейси стояла у окна и любовалась прекрасным пейзажем. Тут в комнату заглянули первые солнечные лучи, и девушка посмотрела на своё колечко. От яркого солнечного Света рубин засветился ало-красным пламенем. Грейси прижала его к груди и вздохнула.

За окном всё пробуждалось. Вся Природа, птицы, люди… казалось, всё наполнялось Жизнью после долгой и тёмной ночи. Солнечный Свет волшебным образом озарял всё вокруг.

Вдруг в дверь комнаты кто-то тихонько постучал. Девушка обернулась.

– Кто там? – спросила она.

– Ты уже проснулась?

В комнату вошла женщина средних лет, чуть полноватая, невысокого роста и приятной внешности.

– Проходи, дорогая Лидия! Я уже встала, и мне нужно тебе кое-что рассказать…

И Грейси, взволнованно жестикулируя руками, поделилась с няней событиями своего сновидения.

– Можешь ли ты пояснить мне значение этого Сна, Лидия? – закончив свой рассказ, девушка с Надеждой смотрела на няню. – Почему-то меня не покидает жуткое ощущение после него. Что же означает всё это?

Мудрая женщина во многом разбиралась, не только в людях. Лидия не отрицала существование нематериального Мира.

– Сон – это состояние человека на грани с другим Миром, – пояснила она.

Иногда, пытаясь разобраться в сновидениях, Добрая женщина старалась дать девушке дельный совет:

– Не переживай, моя девочка. Видимо, в твоей Жизни начинаются перемены, ведь впереди у тебя взрослая Жизнь. Возможно, тебя ожидают неожиданности… – Лидия погладила свою воспитанницу и продолжила: – Думаю, всё будет хорошо. Ведь ты понимаешь, что многое зависит от твоих верных шагов, твоего восприятия Жизни, правильных решений, Добрых дел. По всей вероятности, туннель означает какой-то отрезок твоей Жизни, который будет определять твою дальнейшую Судьбу. Ты должна набраться терпения, учиться слушать своё Сердце, чтобы не наделать глупостей в Жизни. И тогда будет просвет в этом туннеле.

Затаив дыхание, Грейси слушала свою няню, стараясь не пропустить ни слова. Казалось, время на какой-то миг остановилось…

Тут Лидия улыбнулась и продолжила:

– Грейси, дорогая, ну зачем ты так волнуешься? Ну-ка, приводи себя в порядок, твоя любимица Византия уже ждёт тебя на прогулку.

Воодушевлённая девушка выглянула в окно. Конюх Макс уже почистил её любимую лошадку и ждал Грейси у ворот конюшни.

– Да… Мистер Джордж приказал подготовить к полудню карету, ему необходимо отъехать по делам в город, – продолжила Лидия.

– Может быть, он и меня возьмёт? – воскликнула Грейси и поторопилась приводить себя в порядок.

– Да… чуть не забыла, Мистер Айранс хотел сегодня с тобой поговорить, так что прогулку не затягивай, сразу после завтрака зайдёшь к отцу… Что-то он сегодня был взволнован… – задумчиво добавила Лидия, выходя из комнаты.

Грейси выбежала на улицу и умело отвязала свою белую красавицу Византию. Ласково похлопав её по спине, девушка поставила левую ногу в стремя, затем, сделав подскок, умело села верхом на лошадь.

Будучи ещё ребёнком, Грейси часто любовалась картиной, где всадником был их далёкий предок Мигель. И вот теперь уже она сама скачет на белой породистой лошади, которую назвала Византией.

Вскоре её густые светло-русые с пепельным отливом волосы развевались на встречном ветру… И ничто больше не волновало Грейси. Казалось, Природа и она были единым целым. Девушка ощущала себя хозяйкой целого Мира, принадлежавшего только ей одной.

Лошадь уверенно скакала по знакомой дороге. И вот, сменив темп, они привычно свернули к зарослям кустарника, которые росли на берегу маленького озера. В тёплое время года Грейси почти каждое утро купалась в нём.

Ловко спрыгнув с лошади, она подошла к озеру. Вода была прозрачной и прохладной. Сняв верхнюю одежду, девушка, не раздумывая, вошла и окунулась в воду. Но плавать, как обычно, не стала: поторопилась вернуться в дом до завтрака.

На зелёные луга прекраснейших земель пастухи выгоняли стада овец. Разведением овец занимались далёкие предки Айранс. И Джордж по сей день имел огромное количество голов.

Грейси нравились эти безобидные животные. Девушка помахала своей маленькой, но уверенной ладошкой молодым пастухам, пожелав им Доброго и удачного дня.

Все работники лорда Айранса уважали хозяина и его дочь. И в присутствии молодой хозяйки всячески старались привлечь её внимание. Грейси была с ними всегда приветлива и относилась ко всем Доброжелательно.

Умение держать себя наравне со всеми, исходящее от неё спокойствие и уверенность – всё это говорило о благородстве её Души.

Доверив свою любимицу конюху Максу, Грейси поспешила переодеться. Её начали тревожить слова Лидии о том, что отец был чем-то обеспокоен.

«Что же он хочет мне сказать? Может быть, он болен?» – взволновалась девушка.

За завтраком Джордж не произнёс ни слова. Закончив трапезу, он промокнул губы салфеткой и попросил Грейси подняться к нему в библиотеку.

Не торопясь, она допила свой сок и, поблагодарив прислугу и Лидию, поднялась к отцу.

– Девочка моя, Грейси, – Джордж заметно волновался, – ты у меня стала уже совсем взрослой. Многие из наших знакомых начали интересоваться тобой, хотят увидеть тебя в светском обществе. Ты же знаешь, я не любитель светских встреч, но сегодня я должен дать ответ нашему старому другу семьи – примем ли мы его приглашение на юбилейную дату его рождения. Я всё время считал тебя ещё маленькой девочкой. Но, судя по тому, что меня приглашают с тобой, начинаю понимать, что ты уже не ребёнок. И тебе пора выходить в Свет, познакомиться со знатными людьми Донеголских земель. В полдень я поеду в город и должен сообщить Эрну о нашем решении. Что ты скажешь мне, Грейси?

Девушка в раздумье водила пальцем по трюмо, глядя на своё отражение, словно впервые. В голове мысли путались. Недолго думая, она пришла к выводу, что когда-то нужно появиться в обществе, и решительно сказала:

– Да, отец, я согласна. Только, пожалуйста, возьми меня сегодня с собой в город.

«Это будет моя, возможно, последняя прогулка, когда ещё никто не будет узнавать меня на улицах городка. Это значит, я ещё смогу услышать много интересных новостей недели, будучи незамеченной», – размечталась Грейси.

Джордж Айранс с отцовской нежностью обнял свою дочь, не возражая её прихоти.

Глава 2. Предсказание

Чёрная карета, запряжённая великолепной тройкой породистых лошадей, остановилась на небольшой вымощенной булыжником площади. Это была центральная часть провинциального городка. Здесь проходили весёлые ярмарки, и здесь же выносили приговор человеческим Судьбам.

Джордж Айранс помог выйти дочери из кареты. Он попросил её далеко не отходить, а сам направился к знаменитому дому, который значительно отличался от окружающих площадь зданий своей неприступностью. Огромные мощные двери, высокие арочные окна, два огромных атланта, держащие балкон второго этажа, – всё это свидетельствовало о знатном хозяине дома.

Грейси недолго постояла, наблюдая, как отец постучал большим металлическим кольцом о дверь, которую тотчас же открыли. Когда он скрылся, войдя в дом, девушка перевела своё внимание на окружающих людей, которые прогуливались по площади.

В центре площади стояла покрытая тентом повозка, принадлежавшая труппе бродячих артистов. Они зарабатывали себе на Жизнь, выступая на улицах и показывая различные трюки.

Дамы в длинных роскошных платьях, прогуливающиеся по площади, считали ниже своего достоинства останавливаться и смотреть на выступления этих бродяг. Грейси же, напротив, с любопытством, не торопясь, стала приближаться к центральной части площади, где выступали ярко разряженные артисты.

Зрелище было интересным. Мужчина маленького роста выдохнул огромный язык огненного пламени, затем два маленьких лилипута умело поднесли ему три горящих факела, которыми он начал уверенно жонглировать…

Тут незнакомый голос привлёк внимание Грейси. Несомненно, обращались к ней:

– Вы здесь раньше не были… Удивительно, что такая молодая девушка гуляет одна…

Рядом с Грейси стояла старая женщина-цыганка в одежде из разноцветных тканей. На шее у неё висели костяные бусы, голову обрамляла тканая повязка из дорогого отреза. Она пристально смотрела на девушку, словно пыталась прочитать её внутренний Мир.

Грейси растерялась, не зная, что ответить этой женщине, и собралась было отойти, но цыганка завораживающим голосом начала удивлять её:

– Ты росла без матери, но Богом не обижена… Осталась бы мать жива, ты была бы очень больна. Но Судьба так распорядилась, а не иначе…

Грейси удивлённо посмотрела на старую цыганку и спросила:

– Кто вы? Зачем вы всё это мне говорите?

– Я старая женщина, прожила долгую Жизнь, многое повидала на своём веку. Не могу не предостеречь тебя от превратностей твоей Судьбы. Мне ничего от тебя не нужно, хотя, предсказывая людям Судьбу, я зарабатываю себе на хлеб, – не скрывала цыганка. – А ты передо мной вся как на ладони… Твоё прошлое, настоящее и даже выбор будущего. Но если ты не желаешь знать, то я умываю руки.

Грейси внимательно выслушала старую цыганку и, решив, что ничего плохого в этом нет, спросила:

– Могу ли я узнать, что вы хотите мне сказать?

– Ты можешь мне верить, можешь не верить, – цыганка начала говорить так, будто читала. – Около тебя по Жизни есть женщина, она оберегает тебя от всякого рода неприятностей. У неё большая Сила против зла. Но вскоре случится несчастье, и твой отец может быть непредсказуемо жесток по отношению к ней. В любом случае не теряй с ней связи, она твоя Духовная мать… Вижу, перед тобой молодой джентльмен, богатый, красивый… Но брак с ним принесёт тебе страдания. Устоишь перед его настойчивостью, вопреки всем его желаниям, то Судьба твоя… да, линия Судьбы, – продолжала она, – выправится и займёт более благоприятное положение. Твой характер ещё не весь раскрылся, в скором будущем ты обнаружишь неожиданные в себе доселе качества, черты, поведение. Предстоит борьба с самой собой. Помни мои слова. Удачи тебе.

С этими словами цыганка внезапно удалилась, не дав Грейси опомниться.

Как в тумане, девушка побрела, отрешённая от происходящей вокруг суеты, никого не замечая вокруг себя. Она пыталась осмыслить всё сказанное цыганкой. Поворот событий этого дня ошеломил молодую девушку. И , приблизившись к карете, она попросила кучера открыть дверцу. Устроившись удобнее в салоне, девушка стала ожидать появления своего отца, размышляя над неожиданным изречением старой цыганки.

Джордж Айранс не заставил себя долго ждать. Вскоре он появился в хорошем расположении Духа и сообщил Грейси, что принял приглашение, и назавтра они снова приедут к Эрну в гости. Приглашённых около сорока человек. Все самые знатные люди городка и окрестностей… Он ещё что-то говорил про подарок, но Грейси была в мыслях так далека от него: задумалась о странных переменах дня.

Уже спускались сумерки, когда карета Джорджа остановилась около родного особняка. Грейси не терпелось поскорее увидеть Лидию, чтобы поделиться с ней событиями, произошедшими в городке.

Услышав шум подъезжающей кареты, Лидия вышла навстречу прибывшим хозяевам. Девушка бросилась к ней:

– Я должна рассказать тебе… Это очень важно!

– Девочка моя, не сейчас. Твой отец будет не очень доволен, если ужин будет накрыт с опозданием…

– Ну, Лидия, пожалуйста, пойдём со мной, – старалась уговорить её Грейси.

– Всё после ужина, – строго произнесла женщина. – Наберись терпения, Грейси.

Понимая, что уговаривать бесполезно, Грейси пошла переодеваться.

За ужином говорил в основном Джордж Айранс о предстоящем юбилее друга, о лорде Эрне Эсквайре, о его семье, об утончённом вкусе друга, великом ценителе Искусства.

– Я надеюсь, ему понравится наш подарок? – спросил он, обращаясь к Грейси, которая всё ещё не могла избавиться от огромного желания поделиться новостью прошедшего дня со своей няней.

Голос отца вернул её к реальности. Она, извиняясь, переспросила:

– Вы что-то сказали, отец?

Лорд же никак не заметил отсутствующий вид дочери, он повторил:

– Я говорю, как ты думаешь, Эрну понравится наш подарок? Он любитель Искусства. Ничто не может его так взволновать, как холст, исписанный маслом, – величайшее полотно прошлого века. Я приобрёл его у одной старой женщины, она хранила этот портрет всю свою Жизнь как память об отце, который и написал его. К счастью, эта женщина пришла к выводу, что Искусством должны любоваться люди.

– Странно, но я ничего не знаю об этом, – Грейси была заинтересована. – Покажи, пожалуйста, что это за подарок?

– Терпение – это величайший дар, – проговорил Джордж. – После ужина поднимемся в библиотеку. Мне самому ещё раз хочется взглянуть на этот необычный портрет. Он хранит в себе Тайны, нам неведомые, Жизнь далёкого прошлого… Когда-то люди также жили, встречались, Любили… Но всему этому приходит конец… – вздохнул он. – Но не всё исчезает бесследно. Дела рук человеческих навсегда остаются в памяти людской. Хорошее не забывается, – Джордж встал и, подойдя к мебели, находящейся в столовой комнате, продолжил: – Всё, что создано человеком с Любовью, Добром, ещё долго живёт в этом Мире, в Сердцах людских. Даже если мы не знаем, кто это сотворил? – он показал рукой на окружающие предметы. – От таких вещей, предметов исходит Тепло, Тепло Души мастера, творца, художника… Вот это мы и чувствуем, когда любуемся творением рук и Души… – заметив, что Грейси уже поужинала, он продолжил: – Что-то я разговорился. Пожалуй, нужно подняться, и вы сами познакомитесь с холстом…

Холстом, который взволновал даже его, хотя Джордж никогда не считал себя заурядным ценителем художественного Искусства.

Библиотека была светлой и просторной. Здесь хранились книги, которым лорд посвящал свои вечера. Когда Джордж предложил взору Грейси и Лидии портрет, наступило недолгое молчание…

Девушка первая выразила своё изумление:

– Какая она Красивая! Интересно, кто это?

Лидия подтвердила:

– Да, женщина редкой Красоты…

Джордж радостно воскликнул:

– Я знал, что вам тоже понравится! Вот завтра мы обрадуем Эрна! Лидия, будь добра, заверни это полотно самым надлежащим образом, чтобы наш подарок и снаружи, и изнутри был безупречно восхитительным.

Грейси стояла и любовалась своим отцом. В нём она находила все черты характера, необходимые мужчине. Он был мужественным и Добрым, строгим и внимательным… Лишь изредка в его глазах тускнел огонёк, когда он предавался воспоминаниям о прошлом. Горечь утраты любимой женщины навсегда осталась в его Сердце. Но он Любил доставлять Радость близким и дорогим людям. И его лицо светилось от Счастья, когда Грейси с восторгом смотрела на него.

Проснувшись ранним утром, Грейси предавалась воспоминаниям о событиях, произошедших за последние два дня. Странный Сон, поездка в город, цыганка, портрет и разговор с Лидией после ужина…

Добрая и внимательная женщина весь вечер провела с ней, пытаясь помочь разобраться в этой непростой и запутанной Жизни, понять смысл сказанного цыганкой.

«Девочка моя, – говорила она, – ты знаешь, Жизнь непредсказуема. Бывают взлёты и падения, Радость и печаль, Любовь и боль. Всё это переживает почти каждый человек. Ты тоже не застрахована от испытаний, которые преподнесёт тебе Жизнь. Поверь, ты окружена людьми, которые тебя Любят, и весь Мир кажется тебе безоблачным. Но, к сожалению, это не так. Возможно, тебе придётся узнать других людей, узнать Мир, где царит ложь и зло. Ты Красивая, богатая девушка, а там, где Красота и деньги, возможны интриги, желание завладеть всем. На это способен далеко не порядочный человек. Алчность – порок, который затмевает Сердца людей, и они готовы на всё ради денег для осуществления своих целей. Но у тебя есть Сердце – верный твой помощник. Когда рядом с тобой не будет любящего тебя отца или меня, то Сердце никогда не обманет и всегда подскажет, как поступить. Нужно лишь научиться слышать его…»

Грейси лежала и пыталась вспомнить всё, что говорила ей Лидия. Для неё это было так важно, потому что сегодня день, когда она переступит порог, где на неё будут обращены все взоры светского общества. Нужно будет устоять и принять новый, доселе незнакомый для неё Мир, даже если он будет жестоким.

«Я буду молиться за тебя, моя девочка. Надеюсь, твоё Сердце никогда не очерствеет. Будь всегда такой, какая ты есть, и Бог тебе поможет», – убеждала её Лидия…

Грейси была благодарна Лидии за поддержку, которая была так необходима молодой девушке в Жизни. Она долго прокручивала в памяти весь разговор, понимая, что Жизнь действительно очень серьёзная штука. За окном занимался Рассвет. Начинался день. Новый день…

До обеда время пролетело незаметно, так как все были охвачены мыслями о предстоящем вечере. Сборы были особенными. Грейси хотелось выглядеть лучше обычного, и Лидия помогла ей убрать великолепные волосы в причёску. Девушка с новой причёской почувствовала себя совсем иначе. Что-то придавало ей уверенности в себе; изящная и грациозная, она закружилась в танце перед зеркалом. Настроение было превосходным.

Джордж зашёл полюбоваться дочерью и сообщил, что карета готова, пора отправляться в дорогу. Лидия обняла Грейси и пожелала им удачного вечера. Женщина долго махала вслед удаляющейся карете, в которой находились дорогие её Сердцу хозяева.

Глава 3. Юбилей Эрна Эсквайра

Глашатай, встречая гостей, объявлял громко и чётко:

– Лорд Джордж Айранс и его дочь Грейси Айранс.

Всё внимание присутствующих в зале было сразу же обращено на молодую особу. Джордж вёл дочь за руку и по мере находившихся рядом приглашённых гостей подходил для знакомства.

– Разрешите представить, моя дочь Грейси, – обратился он к солидной знатной паре.

Грейси протянула руку, как и подобает молодой особе, графу Генриху Вентальских и поклонилась его супруге Маргарет.

Следующей была Изабель Шимански. Вдова, женщина в расцвете сил. Она была очень расположена к Джорджу, на что сразу обратила своё внимание Грейси.

Пока Джордж обменивался любезностями с Изабель, Грейси внимательно разглядела эту привлекательную особу. Воспитание и изысканные манеры – всё это воплощала в себе Изабель Шимански.

«Странно, что отец так и не женился, ведь она, похоже, очень расположена к нему», – рассуждала Грейси.

Тут к ним громким грудным голосом обратился виновник торжества:

– Ну, дорогой мой друг, я очень рад, что вы приняли моё приглашение.

Джордж, извинившись перед Изабель, по-дружески обнял Эрна и представил ему Грейси.

– О, Боже! Как быстро время прошло! – воскликнул Эрн, глядя на Грейси. – Да… Дочь у тебя – настоящее сокровище!

Грейси смущённо подала руку мистеру Эрну Эсквайру.

А Джордж протянул ему красивый свёрток со словами:

– Надеюсь, мы доставим тебе истинное удовольствие этим подарком.

Слуга, стоящий рядом, поставил подарок на специально отведённое место до определённого часа.

Тут Эрн извинился и поспешил встречать следующего гостя, которого объявил глашатай:

– Граф Николь де Парнесси.

Тем временем Джордж Айранс подвёл Грейси к двум, стоящим неподалёку, женщинам и представил их дочери:

– Графиня Ионесса де Пардье и мисс Кетлин О’Жозе.

Женщины кивком головы поприветствовали Грейси.

Ионесса де Пардье выглядела постарше. Грейси предположила, что ей около сорока лет. А Кетлин, в отличие от своей подруги, была моложе и привлекательнее. У неё были большие выразительные глаза, которые притягивали и очаровывали, белоснежное лицо, тонкие изящной формы губы и прямой нос. Черты лица гармонировали с роскошными чёрными локонами, обрамлявшими её лицо.

Ионесса же, напротив, была блондинкой с грубыми чертами лица, а неприятная улыбка портила и без того не очень привлекательную внешность.

Грейси чувствовала на себе их пристальный, изучающий взгляд, который совсем не располагал её к их общению. Когда отец извинился перед ними и повёл Грейси дальше, она вздохнула с облегчением.

Следующий новый знакомый был более дружелюбен, и Грейси, мило улыбаясь, представилась ему.

Человек, который предстал перед её взором, был племянником Эрна. Чарльз Вентальских, сын четы, с которыми Грейси познакомилась по прибытии. Молодой человек сразу проявил интерес к девушке, и непринуждённая беседа скрасила её пребывание в этом доме. Грейси уже начала уставать от такого количества новых людей, и этот милый джентльмен развеял её усталость.

Джордж решил оставить молодых людей беседовать наедине. Предупредив Чарльза, что доверяет ему дочь, он направился к Изабель, которая прохаживалась по холлу в ожидании торжественной части.

Джордж давно не видел Изабель. Ему показалось, что с возрастом она стала ещё более женственной и обаятельной. Изабель казалась уверенной и непринуждённой в общении, но это не помогло ей скрыть свои чувства к нему. В её глазах блестел огонёк, который Джордж не мог не заметить. Но разговор между ними был чисто светский. Воспитание и возраст повлияли на манеру общения. Они говорили о друзьях, знакомых, обходя тему личной Жизни, наиболее интересующую обоих.

Вскоре прозвучал гонг, и лорд Эрн Эсквайр обратился к гостям:

– Я благодарен вам всем, леди и джентльмены, что вы сегодня в этот замечательный день почтили меня своим вниманием. Мне бы хотелось начать юбилейный бал с торжественной части.

Гости поддержали виновника торжества своими аплодисментами. Началось вручение подарков. Чтобы не утомлять гостей, церемония вручения была ускорена: слуга поднимал любой из подарков, а хозяин подарка подходил к Эрну, вручая его из рук в руки, будь то предмет Искусства, ювелирное изделие или украшение. Если что-то было более достойное всеобщего внимания, Эрн просил прислугу продемонстрировать данную вещь по залу.

Когда дошла очередь до свёртка, известного нам, вышел Джордж и обратился к другу и всем присутствующим в зале со словами:

– Мой дорогой друг, Эрн! Я долго искал, чем можно было бы удивить и порадовать тебя, и, надеюсь, что этот портрет тебе понравится.

Он развернул полотно, и взору Эрна предстал портрет Красивой женщины. Однако Эрн замер. Он чуть побледнел и, не отрывая свой взгляд от портрета, молчал, будто внимательно изучал его…

В холле все томились в ожидании, что же там такого особенного, почему лорд Эрн долго и удивлённо разглядывает полотно. Шёпот пронёсся по всему залу, и вопросы без ответа волновали присутствующих гостей.

Джордж стоял рядом с Эрном и не мог не заметить резкую перемену настроения друга. На какое-то мгновение ему даже показалось, что тот побледнел. Спохватившись и взяв себя в руки, Эрн, ни слова не говоря, свернул полотно и дал знак рукой продолжить церемонию.

Айранс был крайне удивлён поведением друга, но, соблюдая приличия, решил узнать причину странного отношения Эрна к подарку при более удобном случае.

Как впрочем, и некоторые из гостей, в особенности Ионесса де Пардье, была очень заинтригована, что изображено на полотне. Её любимое хобби – узнавать всё самое интересное в числе первых и не пропустить самого главного, что происходит в городке.

Джордж же, всё ещё недоумевая, подошёл к Грейси и Чарльзу. Молодой человек на протяжении всей, казалось бы, непринуждённой беседы непрерывно смотрел на дочь Джорджа своими большими серо-голубыми глазами.

Но он был не единственный, кто любовался молодостью и Красотой девушки. В зале находился ещё один человек, внимание которого было также посвящено Грейси. Он находился в окружении двух знакомых нам дам – Кетлин и Ионессы. Кетлин быстро обнаружила причину отрешённости в разговоре своего собеседника и бросала на Грейси взгляды, полные ревности.

Однако Грейси беззаботно беседовала с Чарльзом, ничего не подозревая. Подошедший к ним Джордж выразил своё огорчение, что всё получилось совсем не так, как хотелось ему, но причину столь внезапной перемены с Эрном он всё равно узнает после окончания торжественной части.

– Не беспокойтесь, отец, – произнесла Грейси, – возможно, есть какая-то причина столь странного поведения мистера Эсквайра, и он не хочет посвящать всех в свои Тайны. Не думаю, что подарок ему не понравился.

– М-да, всё это очень странно, – сказал Джордж Айранс, – я даже и предположить не мог, что всё так обернётся. Вместо Радости одно разочарование… – бормотал он, совершенно не вникая в происходящую вокруг него торжественную церемонию.

Вскоре лорд Эрн Эсквайр выразил всем свою признательность и подал знак оркестру играть музыку.

Бал начинался. Держался Эрн великолепно. Один только Джордж, зная его лучше всех, заметил, какого труда стоило Эрну ничем не выдавать своё волнение.

Заиграла медленная музыка, и все гости заняли определённые места в парах. Первый танец Джордж решил отвести, хотя беспокойство за друга не покидало его.

В паре с ним была Изабель. Она улыбалась своей очаровательной улыбкой, на время завладев вниманием Джорджа. Его внимание также было сосредоточено на танце. Танцевать он не очень Любил, но в паре рядом с Изабель его настроение поднялось.

Неподалёку от них была Грейси. Девушка впервые танцевала в таком замечательном зале. Ей казалось всё настолько прекрасным, что даже не хотелось, чтобы танец кончался…

Меняясь парой в танце, рядом с Грейси глаза в глаза оказался незнакомый ей мужчина, который, улучив момент, осыпал её вопросами:

– Могу ли я узнать, кто вы, Прекрасная незнакомка?

Грейси не торопилась с ответом, внимательно разглядывая своего партнёра.

Это был брюнет. Его ухоженное лицо говорило о многом. Но самодовольный вид насторожил Грейси. Карие глаза, правильные черты лица, казалось, должны притягивать внимание. Но что-то в нём было такое, что настораживало девушку. Она пыталась понять, но он прервал её размышления:

– Хорошо, Прекрасная незнакомка, перед вами граф Николь де Парнесси. Вам знакомо это имя?

– Нет, – робко ответила Грейси, не заметив, что поддержала беседу.

Радуясь, что девушка заговорила с ним, Николь спросил:

– Вы здесь одна?

Грейси доверчиво ответила:

– Со мной мой отец, лорд Джордж Айранс.

Узнав всё, что было ему нужно, Николь улыбнулся, и ровный ряд красивых белых зубов украсил его лицо.

Пары опять поменялись, и Грейси обрадовалась, что Чарльз снова занял место с ней в паре.

Когда закончилась музыка первого танца, Джордж извинился перед Изабель и поспешно пошёл искать Эрна, который так же воспользовался моментом и удалился в одну из комнат на первом этаже.

Это была комната для гостей. Здесь Эрн находился один. Он развернул полотно и воскликнул:

– О, Боже! Этого не может быть! Какое сходство!

Его перебил Джордж, который только что вошёл в комнату:

– Что случилось, Эрн? В первый раз вижу тебя в таком состоянии. Уж столько лет тебя знаю, но причину твоего беспокойства понять не могу.

Эрн повернулся к Джорджу и спросил:

– Где ты взял этот портрет?

– У одной старой женщины, – ответил Джордж.

– Ты мне должен сказать, где она живёт, или я потеряю покой…

– Да что случилось?

– Я тебе всё расскажу, но не сегодня. Это слишком затронуло мои воспоминания. Но этого просто не может быть!

Эрн хотел знать всё до мельчайших подробностей о хозяйке портрета.

Джордж пояснил:

– Его продала мне старая женщина, которая много лет хранила этот портрет как память о своём отце, художнике. Он и написал этот портрет. Женщина очень бедна, и нужда заставила её лишиться самого дорогого. Одно утешило её, что Искусством будут любоваться люди. И вот ещё что, похоже, её отец очень Любил женщину, которая изображена на портрете. Но, к сожалению, их уже нет в живых.

– Но это никак не подходит по времени, а она так похожа! – Эрн задумался. – Ты должен меня отвести к этой женщине, только моя супруга ничего не должна об этом знать.

Супруга Эрна была странной женщиной. Она редко появлялась в обществе, предпочитая одиночество. Даже в такой день Бейти Эсквайр, сославшись на недомогание, предоставила Эрну возможность самому встречать гостей. Что-то было между ними не так, но никто не знал их Тайны. Даже Джордж никогда не вмешивался в личную Жизнь друга, считая, что Эрн поделится с ним, если посчитает нужным. У супругов Эсквайров никогда не было детей, хотя совместная Жизнь близилась к двадцатипятилетию.

Джордж пообещал Эрну, что на днях заедет за ним. На этом они закончили своё пребывание в комнате для гостей, где Эрн прибрал полотно подальше от глаз людских.

В холле играла тихая музыка. Слуги разносили на серебряных подносах прозрачные фужеры с вином и различные закуски. Грейси стояла рядом с Чарльзом и, обратив внимание, что среди присутствующих нет мистера Эрна, искала взглядом своего отца. Чарльз, заметив обеспокоенный вид девушки, выразил своё мнение, что мистер Айранс и мистер Эсквайр, возможно, предпочли удалиться. Грейси была тронута вниманием молодого человека и призналась:

– Я вам очень благодарна за вашу поддержку. Вы весь вечер уделяете мне своё внимание. Возможно, вам хотелось бы и с другими гостями пообщаться, а я занимаю ваше время.

Чарльз растерялся:

– Что вы! Я очень рад, что мне выпала честь быть достойным вашего внимания. Но мы могли бы познакомиться с моими друзьями. Вы не возражаете, если я представлю вам их?

Грейси уже немного устала, но, мило улыбаясь, дала своё согласие. Чарльз располагал её к себе, и она положилась на него полностью. Они подошли к молодой супружеской паре.

– Мистер Кларк О’Брайн и его супруга Каролина.

Грейси показалось, что она когда-то уже слышала это имя. Молодые люди вызвали у Грейси симпатию.

Высокий голубоглазый шатен и маленькая, ладно сложенная Каролина с милыми чертами лица. У неё были Красивые зелёные глаза, чуть вздёрнутый носик, обворожительная улыбка – всё это дополняли каштановые локоны, украшенные диадемой, которая прикрывала открытый лоб девушки.

Грейси почувствовала с их стороны искренний интерес к себе. Когда Чарльз рассказал им о её происхождении, Каролина первая обратилась к ней:

– Как вам здесь нравится? Вы, наверное, в первый раз в таком обществе?

Грейси, не скрывая ничего, доверилась собеседнице. Между ними завязался разговор, а мужчины извинились и отошли, предоставив девушкам возможность поближе познакомиться.

У Грейси никогда не было близких подруг, за исключением Лидии. В Каролине было что-то необычное, что притягивало Грейси. И ей захотелось о многом поделиться. В собеседнице она почувствовала что-то очень близкое её Духу.

Каролина родилась в знатной семье и осталась сиротой в возрасте семнадцати лет от роду. Её родителей во время путешествия ограбили, и тела были найдены в горах. Каролина мужественно приняла это известие от единственного оставшегося в живых кучера. В одночасье лишившись своих попечителей, Каролина очутилась одна в Мире зависти и жестокости. Но по воле Божьей на её пути встречается юноша, который и явился её спасителем от лицемерных женихов, стремящихся завладеть состоянием богатой наследницы.

Поведав Грейси свою историю, девушки почувствовали много общего в Судьбах. Грейси была очень растрогана. Неожиданно в разговор вмешался Джордж Айранс, который подошёл к девушкам:

– Я вижу, моя дочь уже освоилась? – он улыбнулся.

– Да, отец, познакомьтесь, это миссис Каролина О’Брайн.

– Очень приятно, миссис О’Брайн. Я знал вашего отца и надеюсь, вы с моей дочерью подружитесь.

Тут к ним присоединились Чарльз и Кларк.

– Мистер Джордж Айранс, позвольте представить вам моего друга мистера Кларка О’Брайн, – сказал Чарльз, он был в отличном настроении.

После традиционного знакомства Кларк сообщил:

– Мне бы хотелось пригласить всех вас на торжественный ужин. Мы с Каролиной поженились полгода назад, хотели бы отметить это событие. И будем рады принять вас у себя в нашем небольшом имении.

Грейси была в восторге! Но тут она заметила взгляд, который смотрел на неё завораживающе и ревностно. Это был Николь де Парнесси. Рядом с ним стояла Кетлин О’Жозе и что-то мило шептала ему.

Но Николь весь вечер ощущал присутствие Грейси. Даже если бы он закрыл глаза, её образ будоражил его Сознание.

Грейси была страшно напугана: «Что хочет этот человек? Рядом с ним стоит женщина, вряд ли ей это понравится».

Девушка даже не могла себе представить, что Кетлин тем временем решилась пойти на шаг, неожиданный для неё самой. Когда Кетлин поняла, что Николь уделяет Грейси чересчур откровенное внимание, она решила использовать это в своих целях.

– Я вижу, тебе понравилась эта девушка, – шептала Кетлин.

Не получив ответа от Николя, она пустила в ход свою задумку:

– А почему бы тебе не постараться привлечь её внимание? Ты у нас Красивый, интересный, твоё благородное положение откроет дорогу к её Сердцу. Если тебе удастся узаконить ваши отношения, твоё состояние может увеличиться… Ты меня слышишь, дорогой Николь?

Кетлин Любила этого бессердечного графа Николя де Парнесси, но он всерьёз не воспринимал их отношения. Испугавшись, что может потерять его, Кетлин решила пустить в ход весь свой ум. Она решила быть ему другом: «А там я своего не упущу!» – думала она.

Николь, слушая слова Кетлин, решил, что пора действовать, иначе вниманием молодой девушки могут завладеть другие, он бросил свой взгляд на Чарльза.

Тем временем Джордж Айранс, заметив неподалёку Изабель Шимански, извинился и поспешил к ней:

– Скоро бал закончится, – с грустью сказала Изабель.

Джордж не знал, как поступить, он хотел встретиться с ней наедине. Он чувствовал, что многое зависит от него, но Судьба дочери всегда волновала его больше, чем личная Жизнь. Изабель ему нравилась. Год назад она потеряла мужа. Он свободен, она свободна… Но он боялся сделать шаг первым.

– Да, – сказал он и повторил, – скоро бал закончится.

– У тебя дочь Красивая и уже совсем взрослая, – продолжила разговор Изабель.

– Да, взрослая дочь, – он понимал, что поддерживает разговор, а что-то важное может упустить, и решился: – Меня с дочерью пригласили на торжественный ужин, и я подумал, там все молодые, зачем я буду им мешать? Может быть, я провожу Грейси, а сам заеду за вами? Если вы не против, может быть, мы встретимся и прогуляемся?

Как хотела Изабель услышать от него хоть что-то, что способствовало бы сближению их отношений. Наконец-то!

– Я согласна, – улыбнулась она, и Джордж с облегчением вздохнул, расслабившись от внутреннего напряжения.

Заиграла музыка, и объявили танец. Чарльз хотел подойти к Грейси, но его опередил Николь:

– Разрешите пригласить вас на танец?

Грейси виновато посмотрела на Чарльза и ответила:

– Да, пожалуйста.

Чарльз понял, что интерес к мисс Айранс проявляет не только он. С Николем де Парнесси им приходилось встречаться и раньше, но близко они никогда не общались. Теперь Чарльз увидел в нём соперника, и кровь вскипела в его жилах, но он отлично справлялся со своими эмоциями, соблюдая приличия.

Грейси, танцуя в паре с графом, заметно волновалась. Она стала побаиваться этого человека. Его Красота притягивала девушку, но глаза выдавали его страсть, это и пугало её. С Чарльзом она чувствовала себя спокойно, с ним было легко в общении. А с графом Николем ей казалось, что она в клетке.

Николь вежливо обратился к ней:

– Так как же вас зовут, Прекрасная незнакомка? Вы меня заинтриговали.

– Меня зовут Грейси, – тихо произнесла девушка.

– Грейси… Прекрасное имя! Я весьма польщён, что вы составили мне пару.

Девушка робела в присутствии этого самоуверенного человека. Он своим взглядом, казалось, подчинял её своей воле. Воспитание влияло на манеры её поведения: она была со всеми приветлива, не умела отказывать людям в помощи; а теперь в ней боролись противоречивые чувства: что-то она делает не так?

Николь всё больше восхищался своей партнёршей: молодая, робкая, с выразительными глазами василькового цвета, высоко поднятый подбородок удлинял шею, открытое декольте, тонкая талия… Всё было новым и желанным для Николя. Ему очень редко в женщине нравилось всё. Отношениям с Кетлин он не придавал особого значения, она была для него игрушкой. Глубоких чувств он никогда ни к кому не испытывал. И теперь, глядя на Грейси, в его Сердце зарождалось что-то новое, доселе неведомое ему. И слова Кетлин также сыграли свою роль. Зная, что Грейси принадлежит к старинному роду Айранс, Николь позарился не только на Красоту. За всем этим стояло гораздо больше – выгодный брак.

Кетлин со стороны наблюдала за танцующей парой…

– Они неплохо смотрятся, – сказала Ионесса де Пардье.

Она не могла не заметить, что Николь оставил Кетлин без внимания.

– Да, дорогая Ионесса, они были бы превосходной парой, – ответила ей Кетлин.

Ионесса была удивлена! Она ожидала увидеть в глазах подруги ревность, но та была абсолютно спокойна и улыбалась загадочной улыбкой.

– Что-то я совсем не понимаю, что происходит? – терялась в догадках Ионесса. – Ты так спокойно смотришь, как твой обожаемый Николь танцует с другой?

– Не волнуйся, дорогая, – засмеялась Кетлин, увидев обескураженный вид подруги. – Я не буду терять времени понапрасну, и ты, – она наклонилась к ней поближе, – должна мне помочь в этом деле.

– Ничего не понимаю, – бормотала Ионесса.

Она была поражена! «Когда же я могла пропустить что-то важное, что произошло за столь короткий период времени?» – терялась в догадках любопытная женщина. Это было не в её характере – пропустить ход событий, ей всегда нужно было быть везде первой.

– Что ты задумала? – обратилась она к Кетлин.

– Пойдём, выйдем, подышим свежим воздухом, – заинтриговала её своим таинственным видом Кетлин.

И они вышли на террасу…

Вскоре смолкла музыка, танец закончился. Николь поблагодарил уставшую от напряжения Грейси и проводил её к отцу – Джорджу Айрансу.

Джордж тоже танцевал в паре с Изабель, и теперь они вместе направлялись к Чарльзу и Кларку. Джордж хотел познакомить Изабель с молодыми людьми.

К ним и подошёл Николь, сопровождая Грейси.

Граф обратился к отцу девушки:

– Разрешите представиться, граф Николь де Парнесси.

– Джордж Айранс, – слегка кивнул головой Джордж.

– У вас Прекрасная дочь, очень приятно было пообщаться с ней, – произнёс самоуверенный граф и, отвесив поклон, поспешил отойти.

А Грейси, в кругу новых друзей, почувствовала себя гораздо спокойнее. Чарльз убедился, что с девушкой всё в порядке, и они продолжили беседу.

Джордж извинился перед молодыми, сообщил, что, возможно, не сможет почтить их своим присутствием на торжественном ужине, посвящённом празднованию совместной Жизни молодых.

Чарльз забеспокоился:

– Как? Что случилось?

– Не беспокойтесь, молодой человек, – Джордж сразу определил истинную причину, взволновавшую Чарльза. – Грейси я вам доверяю и в назначенный день предоставлю её под вашу ответственность.

Чарльз, широко раскрыв глаза, улыбнулся, не скрывая своей Радости такому исходу дел:

– Можете на меня положиться, мистер Джордж Айранс, – ответил он.

Кларк и Каролина сообщили, что в субботу к пяти часам они будут ждать своих друзей.

Джордж отвёл Изабель в сторону и произнёс:

– К сожалению, будет уже поздно, когда я оставлю Грейси в доме О’Брайн, но я заеду за вами, вы не передумали?

Изабель очень хотелось, чтобы именно так всё и получилось:

– Нет, мистер Джордж Айранс, я буду ждать вас. А сейчас я, пожалуй, покину вас. Уже очень поздно, мне пора домой.

– Я вас провожу.

Джордж предупредил Грейси, что он проводит Изабель до кареты, и они мило попрощались.

Все события, которые произошли за вечер, утомили Грейси. Она впервые так долго находилась в людском обществе. На неё смотрели незнакомые люди, и это смущало девушку.

Чарльз загрустил, предчувствуя час расставания. Он выразил Грейси свою признательность за проведённый вечер в её обществе. Единственное, что омрачало его настроение, – это был Николь де Парнесси. Чарльз уже ревновал Грейси, хотя она ничем не была ему обязана.

– Мы очень рады будем вас видеть в субботу, – сказала ей Каролина.

– Мисс Айранс, я тоже буду ждать вас, – обратился к ней Чарльз.

– Я обязательно приеду, очень приятно было познакомиться с вами.

Грейси была полна самых нежных чувств благодарности. К ним подошёл Джордж и поддержал Грейси:

– Искренне благодарен вам за то, что вы составили компанию моей дочери. К сожалению, нам пора в дорогу, всего вам Доброго!

Джордж взял Грейси за руку и продолжил:

– Нам надо попрощаться с Эрном.

Они нашли хозяина в столовой. Проведение и организация вечера – всё было под контролем Эрна. Ему приходилось то и дело звать слуг, чтобы они вовремя вносили питьё, закуски. Он следил за музыкантами, чтобы музыка звучала по мере необходимости. Эрн за вечер вымотался, его Силы были уже на исходе.

Увидев Джорджа, Эрн обрадовался, так как волновавший его весь вечер вопрос остался нерешённым:

– Ну что, когда мы поедем к той женщине, хозяйке портрета?

Джордж уже совсем забыл об этом:

– Да-да… я постараюсь в четверг заехать за тобой, тебя устроит?

Эрн на минуту задумался, просчитывая свои планы, и ответил:

– Пожалуй, устроит во второй половине дня. Я буду ждать тебя.

Они обнялись на прощание, Эрн поцеловал руку Грейси, и гости покинули этот замечательный дом.

Выходя на крыльцо, Грейси заметила знакомых нам людей: это были Николь, Кетлин и Ионесса де Пардье. Николь послал Грейси воздушный поцелуй, а Кетлин и Ионесса отвесили поклон кивком головы.

Джордж помог дочери подняться в салон кареты, и на этом они покинули площадь, вымощенную крупным булыжником.

Вернулись домой отец и дочь уже поздно. Лидия уже спала, Грейси не стала беспокоить няню. Она сама валилась с ног от усталости. Распустив свои волосы, Грейси готовилась ко сну. В отражении стоящего на трюмо трельяжа на неё смотрела другая Грейси. Девушка была не в состоянии разобраться сама в своих новых чувствах и решила, что завтра будет новый день. Она отдохнёт и сможет сделать какие-то выводы. Грейси подошла к столику, погасила керосиновую лампу и, пожелав Мигелю спокойной ночи, легла на свою кровать и вскоре заснула крепким сном.

Глава 4. Тайна старого холста

Наступило утро, началась новая неделя. До субботы предстояло прожить целых пять дней. Грейси торопила время и докучала Лидии своими вопросами:

– Как ты думаешь, Лидия, я понравилась Чарльзу?

Девушка постаралась не упустить ни единой детали, рассказывая своей няне про тот замечательный вечер в гостях у мистера Эрна Эсквайра. Оставаясь наедине с Лидией, Грейси могла щебетать без умолку.

– Ты знаешь, – призналась девушка, – граф Николь де Парнесси очень Красивый мужчина, но мне показалось, что у него есть женщина. И тогда мне совсем непонятно, почему он так смотрел на меня?

– Ну, если пригласил на танец, должно быть, ты ему понравилась, – ответила ей Лидия.

– Но что-то здесь не так, – сомневалась Грейси.

– Не ломай свою головушку, – успокаивала её мудрая женщина. – Время всё расставит на свои места.

Но Грейси не могла уже жить прежней спокойной Жизнью. Её волновало будущее, что всё могло измениться. Она пыталась разобраться в своих чувствах к Чарльзу и приходила к выводу, что Чарльз – хороший молодой человек. Но девушке хотелось большого чувства – Любви.

– Скажи, Лидия, а какая она – Любовь?

– Девочка моя, это чувство не просто так объяснить, – задумалась Лидия. – Человек существует уже тысячи лет, и благодаря Любви между мужчиной и женщиной продолжается род человеческий. Каждый по-своему понимает Любовь. Вот поэтому тебе нужно научиться слушать своё Сердце, разумом это не понять. Но если ты будешь сомневаться в своих чувствах, – продолжила Лидия, – то никогда не предпринимай серьёзных шагов. Любовь делает человека сильным, одухотворённым… Любящий готов идти на всё ради любимого человека. Вот здесь и может помочь разум: определить, что во благо, что во вред. Но ты сама в себе должна разобраться, никто тебе не сможет подсказать, где твоя Любовь.

Грейси была нетерпелива:

– Ну и как мне дальше жить? А вдруг Чарльз меня полюбит, а я буду ждать, что мне Сердце подскажет? А если оно молчит?

– Значит, наберись терпения и не обещай ничего. Не торопи события.

Женщина дала понять, что разговор окончен.

Грейси начала ходить по комнате, ей хотелось обо всём забыть и не мучиться от нагнетавших её мыслей.

Прошло три дня, и наступил четверг.

За завтраком Джордж Айранс сообщил, что после обеда он поедет к Эрну, а затем к старой женщине, хозяйке портрета.

Грейси умоляющим голосом обратилась к отцу:

– А можно я поеду с вами? Пожалуйста! Моё пребывание в доме начинает меня угнетать. Я постараюсь не мешать вам.

Джордж растерялся. Он не планировал ехать с дочерью, но её жалобный голос подействовал на него:

– Ну что ж, собирайся, поедем вместе. Дорогой будет веселее, – утешил он себя.

Вне себя от Радости, девушка подбежала к отцу и поцеловала его в щёку. Довольная, сияющая, она поторопилась привести себя в порядок.

Время в пути прошло незаметно. Эрн был уже собран и, услышав шум подъезжающей кареты, вышел из дома. Кучер помог Эрну открыть дверцу в салон, где мистера Эсквайра ожидали Джордж и Грейси. После короткого приветствия Эрн устроился поудобнее напротив них, и карета снова отправилась в нужном направлении. Эрн немного волновался, и присутствие Грейси помогло ему держать себя в руках.

Вскоре карета подъехала к узкой улочке на окраине городка, где путникам пришлось выйти и пройтись пешком.

Это был бедный квартал. На дороге валялся мусор, стёкла некоторых окон были разбиты – всё говорило об иной Жизни, незнакомой Грейси.

Джордж постучал в одну из незаметных дверей.

Спустя некоторое время раздался голос:

– Кто там?

– Простите, – сказал Джордж, – я недавно купил у вас портрет.

– У меня больше нет никаких портретов, уходите, – продолжил тот же голос.

– Мне необходимо поговорить с вами, – уговаривал Джордж.

– О чём? – хозяйка явно не желала открывать дверь.

Джордж вежливо спросил:

– Женщина на портрете, кто она?

– Зачем вам это?

– Мой друг утверждает, что знает эту женщину.

Любопытство побороло страх, и раздался скрежет открывающегося засова. Дверь открылась. Хозяйка убедилась, что перед ней стоят хорошо одетые мужчины и девушка, и сделала жест рукой, приглашая войти.

Комната была маленькая и бедно обставленная. Стол, скамья, кровать, зеркало – пожалуй, самое основное, что находилось там.

«Удивительно, – подумала Грейси, – как она так живёт?»

Женщина спросила:

– Вы сказали, что кто-то знает эту женщину? Нет, – она, отрицая, покачала своей маленькой головкой, – этого даже не может быть. Эта женщина давно умерла.

– Извините, – спросил Эрн, – вы не могли бы рассказать подробнее о её Судьбе?

– Не знаю, поможет ли это вам? Ну, слушайте, – ей хотелось выговориться: общения явно не хватало.

Она начала рассказ со своей биографии:

– Моя мать умерла от страшной болезни, когда я была маленькой. Отец ничего мастерить не умел, работу найти было сложно. Он подбирал уголь, менял его, этим мы и кормились. Всю работу по дому очень скоро я взяла на себя. Отец в свободное время стал рисовать карандашом, позднее он попробовал продавать свои рисунки на площади. Однажды у него купила рисунок женщина, она была из другого сословия, не пара моему отцу. Но, наверное, он ей приглянулся, потому что она стала частенько прогуливаться там, где он торговал.

Как-то раз отец осмелился и попросил её оказать ему услугу. Это было так романтично! – мечтательно произнесла женщина. – Он признался ей, что хочет написать её портрет. К моему удивлению, она согласилась и стала приходить к нам раз в неделю позировать ему. Отец хорошо потрудился. Первый портрет она приобрела у него, хорошо заплатив. А себе отец написал копию, которую вы у меня купили, – закончила свой рассказ женщина.

– Но что с ней дальше было? – не терпелось знать Эрну.

– Ну что я вам могу сказать? О покойных не стоит говорить, может, это сокровенные Тайны?

Эрн был настойчив:

– Вы что-то недоговариваете?

– Зачем вам Тайны прошлого?

Пришлось Эрну рассказать истинную причину своего посещения:

– Поймите меня правильно, – признался Эрн, – женщина, изображённая на портрете, как две капли воды похожа на ту, которую много лет назад встретил и полюбил я. Мы хотели пожениться, но мои родители были против этого брака. Они считали, что нашли для меня более достойную пару, к несчастью для нас обоих, – вздохнул он и продолжил: – Свои первые чувства, встречи до сих пор свежи в моей памяти, мне не безразлично, куда уехала моя любимая Орланда. Возможно, она тоже несчастна!

– Как вы сказали?

Похоже, женщина начала что-то понимать:

– Бог мой! Да, да, конечно, у этой женщины родилась дочь, которую назвали… как вы там… да, Орланда, – выговорила она. – Мой отец очень тепло отзывался об этой девочке. Сдаётся мне, вы её и имеете в виду.

– Но что дальше, где она? – не терпелось знать всё до мелочей Эрну.

– Уж столько лет прошло! Отец ушёл из Жизни двадцать с лишним лет назад. Знаю только, что он сильно Любил её. А она с родителями куда-то уехала, когда её дочь была ещё совсем маленькой. Отец говорил что-то, но всё разве упомнишь…

Эрн был очень напряжён:

– Пожалуйста, постарайтесь вспомнить, я вас щедро отблагодарю.

– Да мне ничего и не нужно, если только похоронили бы, как время моё придёт, и доживала бы спокойно свой век, – тихо проговорила она.

– Я всё для вас сделаю, – Эрн почти умолял бедную женщину припомнить события давних лет.

– Куда же они уехали? – мучительно напрягала память она. – Где-то в окрестностях, вроде, купили дом. Да, да, – осенило её, – может, вам фамилия что-то скажет? – она решила приоткрыть завесу Тайны. – О’Брайн – это фамилия моего отца, вероятно, та девочка, что родилась, была дочерью моего отца, а значит, мне сводной сестрой… – она призадумалась. – Да… которую я никогда не видела. Когда родители той женщины узнали, что их дочь ждёт внебрачного ребёнка, они поспешили сменить место жительства.

– Но Орланда носила другую фамилию, – растерянно произнёс Эрн.

– Постойте, – в разговор вмешался Джордж, – совсем недавно я слышал эту фамилию! – воскликнул он. – Это Кларк О’Брайн!

– Да, – подтвердила Грейси, – он носит именно эту фамилию.

– Мы ведь совсем ничего не знаем про Жизнь Кларка. Где его встретила Каролина? Кто он? Кто его родители? – Эрн был очень взбудоражен.

Он понял, что больше от этой женщины он ничего не узнает, поблагодарив за помощь, оставил ей мешочек с деньгами и пообещал обеспечить хороший уход за ней. После чего гости покинули эту комнату.

По дороге домой Джордж рассказал Эрну, что в субботу они приглашены на ужин к чете О’Брайн. И есть вероятность помочь Эрну распутать цепочку событий прошлых лет. Эрну ничего не оставалось, как согласиться и принять помощь друга. Он сказал, что с нетерпением будет ждать от них весточку о матери Кларка О’Брайн.

Кто она? Её ли он Любил в далёкой юности? Пока это оставалось для него загадкой.

Вскоре карета остановилась на площади напротив знакомого нам дома, Эрн попрощался и вышел, а Джордж и Грейси продолжили свой путь, находясь под впечатлением новых, полных неожиданностей событий уходящего дня.

Глава 5. Догадки Бейти Эсквайр

После отъезда Эрна миссис Бейти не находила себе места. Её не покидало внутреннее беспокойство. Раньше она никогда не проявляла интерес к делам супруга, но его странное поведение после юбилейного вечера привлекло внимание Бейти.

Всю свою семейную Жизнь миссис Бейти Эсквайр жила с ощущением, что тень прошлого стоит между ними. Но она проявляла терпение и никогда не заводила разговор на эту тему. До неё доходили лишь слухи, что Эрн хотел жениться на другой женщине. Бейти не считала себя Красавицей и понимала, что завоевать Любовь супруга ей будет сложно.

На первых порах семейной Жизни Бейти всячески старалась угодить мужу, но получалось только хуже. Она начала раздражать его своим присутствием. И Бейти решила ждать лучших времён, когда её супруг соизволит проявить к ней внимание. Однако проходили дни, недели, год за годом, а отношения между ними не становились прочнее. Напротив, они всё дальше отдалялись друг от друга.

Однажды ночью Бейти не спалось, и она спустилась в столовую в поисках снотворного. Возвращаясь обратно, она проходила мимо спальной комнаты Эрна. Ей показалось, что он с кем-то разговаривает. Осторожно приоткрыв дверь спальни, Бейти прислушалась и поняла, что он спит и бормочет что-то во сне. Она собралась было уйти, но услышала фразу, которая на всю оставшуюся Жизнь отняла у неё Надежду на её семейное Счастье. Эрн произнёс: «Орланда, где ты, Любовь моя…» И это было последней каплей. Все её Надежды рухнули… С той поры Бейти перестала принимать участие во всех семейных мероприятиях, отошла от всех дел. Отношения между ними стали холодными. Супруги стали совсем чужими.

Тут в дверь её комнаты постучали:

– Миссис Эсквайр, вас спрашивает графиня де Пардье.

– Передайте ей, я сейчас спущусь.

Графиня Ионесса де Пардье ожидала в холле, удобно расположившись на маленьком диване. Она загадочно улыбалась своей улыбкой, которая не придавала ей очарования.

Ионесса не могла сидеть в бездействии и, узнав, что Эрн отсутствует, решила нанести визит его супруге.

– Зачем пожаловали? – тон Бейти не выражал особой любезности.

– О, миссис Бейти Эсквайр, – вскочила графиня, – извините, что нарушила ваш покой. Намедни я оставила в вашем доме пелерину и сегодня только вспомнила. Вы не могли бы мне её вернуть?

Любопытство Ионессы было слишком велико. Холст, который свернул Эрн, не предоставив всеобщему вниманию, стал приманкой для графини. Нарочито оставив пелерину в доме Эсквайра, Ионесса выжидала удобный случай вернуться.

– Хорошо, – ответила ей Бейти, – спрошу прислугу, где ваша драгоценная пелерина, – съязвила она и направилась в комнату для прислуги.

Оттуда быстро вернулась со словами:

– Всё, что оставляют наши посетители, находится в комнате для гостей. Пройдёмте со мной, – обратилась она к графине.

Ионессу так и подмывало перейти на деликатную тему:

– Миссис Бейти Эсквайр, вы тоже были восхищены произведением Искусства на холсте?

Бейти всегда старалась сохранить репутацию благополучной семьи, и она поддержала разговор:

– Да, Прекрасная вещь.

– Мистер Эсквайр тоже был восхищён изображением на холсте, но, к сожалению, он решил оставить всех гостей теряться в догадках. Что заставило его свернуть холст, не показав никому? – притворилась расстроенной Ионесса. – Я очень Люблю Искусство, и мне хотелось бы взглянуть на него. Вы уже решили, куда вы повесите этот холст?

Бейти заинтересовалась: «О чём это она говорит?»

Они вошли в комнату для гостей.

– К сожалению, мы ещё не продумали место для холста, да и рама ещё не готова, – вышла из неловкого положения Бейти.

Ионесса искала глазами по комнате. Тогда, в тот вечер, она заметила, что мистер Эсквайр и мистер Айранс выходили из неё. И она надеялась, что Тайная вещь где-то рядом. Бейти направилась к двери, но Ионессе хотелось выиграть время:

– Миссис Эсквайр, я немного разбираюсь в живописи, – приврала она, – и подозреваю, что мистеру Эсквайру было что скрывать.

Бейти удивлённо посмотрела на графиню, та продолжила:

– Возможно, это был не оригинал, а копия.

Бейти растерялась. Она совсем не разбиралась в живописи, хуже того, она понятия не имела, о чём идёт речь, что подарили Эрну. Нужно было как-то выходить из положения.

Тем временем Ионесса заметила на шкафу тот самый свёрток и радостно воскликнула:

– Вот же он! Ну, пожалуйста, покажите!

Это обстоятельство выручило Бейти, которой уже надоело разыгрывать комедию, и она готова была признаться, что ничего не знает о подарке. Сделав важный вид, Бейти встала на стул и достала Таинственный свёрток.

Реакция на портрет у женщин была разная. Ионесса сделала вид, что разочарована:

– Как я и предполагала… похоже, это копия, – не подозревая об истинности своих слов, проговорила она.

Бейти же думала о своём: «А я предполагаю, что это копия той тени, что стоит между нами».

Она догадалась, что именно этот портрет – причина столь странного поведения супруга в эти последние дни.

Ионесса же скрывала свой восторг, получившийся от такого исхода дела. И она пришла к выводу, что Эрн действительно что-то скрывает. По реакции его супруги она убедилась, что Бейти видит этот портрет в первый раз. Осталось узнать, кто изображён на нём.

Ионесса обратилась к Бейти:

– Возможно, это ваша родственница?

У Бейти пропало всё желание продолжать никчёмную игру.

Она резко ответила:

– Вы хотели посмотреть? Посмотрели? Теперь можете забрать вашу пелерину и идти.

Для любезности места в её Душе не оставалось.

Ионесса сделала вид, что оскорбилась, быстро вышла из комнаты, прихватив пелерину. Затем покинула дом, удовлетворённая тем, что добилась желаемого.

«Разгадку этой Тайны я всё равно узнаю!» – Ионесса никогда не теряла Надежды. Любопытство помогало ей достигать цели, нужно было только хорошенько пошевелить мозгами, и Тайное становилось явным.

Глава 6. Визит к чете О’Брайн

Наступила долгожданная суббота. Грейси с самого утра была в отличном настроении. Жизнь становилась для неё насыщенной, полной приятных неожиданностей.

Молодая девушка перестала переживать о своих чувствах к Чарльзу. Интерес к Судьбам близких и новых знакомых заполнял её мысли.

Пока Лидия укладывала ей волосы к предстоящей встрече, Грейси продолжила разговор на тему последних событий. Девушка успела рассказать своей няне о первой романтической Любви мистера Эрна:

– Как ты думаешь, Лидия, если мистер Эсквайр найдёт Орланду, сможет ли он оставить миссис Бейти Эсквайр?

Лидия придерживалась религиозных канонов. Развод считался нарушением Законов Божьих. Стараясь передать воспитаннице свои знания о морали и нормах поведения, мудрая женщина ответила:

– Церковь этого не допускает.

– Но как же они будут жить? Ведь мистер Эсквайр Любит другую женщину, – сетовала девушка.

– Значит, это их путь. Нужно проявить смирение и терпение, – ответила Лидия.

Грейси очень хотелось, чтобы мистер Эсквайр был Счастлив, и она старалась придумать различные варианты, пытаясь помочь другу своего отца. Но Лидия считала, что вариантов быть не может, так как супруги обвенчаны. Это их крест.

– Если только… – произнесла Лидия и замолкла.

– Что если? – насторожилась девушка.

– Нет, ничего. Не стоит об этом даже и думать, – Лидия допускала, что мысль материальна. А когда человек с сильной Волей настойчиво о чём-то думает, то желаемое им может воплотиться в реальность. И она предпочла ни о чём плохом не думать.

– Что ты хотела сказать, Лидия? – не могла угомониться Грейси.

Лидия сдалась, ублажая свою воспитанницу:

– В Жизни всё бывает. Брак может быть свободным от обета в случае, когда один из супругов уходит из Жизни, – призналась она, – и больше мы на эту тему говорить не будем. Надеюсь, ты меня поняла.

Грейси виновато вздохнула и, опустив глаза, медленно кивнула головой в знак согласия. Ей не хотелось, чтобы разговор закончился таким образом.

Лидия уложила последнюю прядь её волос и посмотрела на свою работу. Причёска получилась удачной. Грейси нарядилась. Она надела своё любимое платье под цвет глаз – васильковое, из тонкой бархатной ткани. Русые с пепельным оттенком пряди волос, собранные на затылке, ниспадали на плечи, контрастно выделяясь на фоне пышного платья. Грейси примерила бусы из розового жемчуга и убедилась, что последний штрих её портрета завершён.

Через некоторое время Грейси с отцом были уже в пути. Карета подъехала к небольшому особняку, принадлежащему чете О’Брайн, без пяти минут пять. Джордж помог Грейси выйти из кареты. К ним уже спешил Кларк, который увидел их из окна:

– Я очень Рад, что вы благополучно добрались.

Через небольшой садик по узенькой дорожке, выложенной из камней, они направились к дому.

– Дороги в наших краях не очень хорошие, – продолжил Кларк, подходя к дому.

– Прошу вас, пройдёмте в дом, – он открыл массивную дверь из благородного красного дерева.

Пропуская гостей вперёд, продолжил:

– Чарльз предупредил, что задержится на полчаса. Так что у вас есть время отдохнуть с дороги.

В светлом и просторном холле их встретила хозяйка особняка – милая Каролина. Она была искренне Рада приезду Грейси. Среди многочисленных знакомых близких подруг у Каролины не было. А в этой, казалось бы, незнакомой ей Грейси миссис О’Брайн увидела близкого её Душе человека и сразу прониклась к ней доверием.

Джордж, расположившись в гостиной на уютном небольшом кресле, предупредил, что дождётся Чарльза и оставит свою дочь под его ответственность. То ли в шутку, то ли всерьёз прозвучала сказанная им фраза, но все весело рассмеялись.

– Кларк, – обратился к нему Джордж, – вы не могли бы уделить мне немного внимания? Надеюсь, ваша супруга не будет возражать?

Каролина улыбнулась и сказала:

– Что вы, мистер Айранс, нам с Грейси не придётся скучать.

– Я в вашем распоряжении, – весело произнёс Кларк.

Джордж улыбнулся и, недолго думая, показал Кларку рукой в направлении сада. Они вышли из дома, оставив женщин наедине.

– На свежем воздухе легко дышится, – начал Джордж.

Они стали не спеша прогуливаться по узкой, засыпанной гравием тропинке.

Джордж деликатно обратился к Кларку:

– Извините, что я вмешиваюсь в вашу Жизнь, скажите, ваши родители находятся во здравии?

– Меня воспитывала только матушка, и, слава Богу, она жива, – откровенно признался ему Кларк.

– А ваш отец? – мягко спросил Джордж.

– Я его никогда не знал, – сообщил молодой человек.

Он чувствовал, что Джордж не из тех, кто может осудить, и продолжил:

– Матушка мне рассказывала, что они расстались до моего рождения, и тот человек никогда не интересовался моим существованием. Я даже подозревал, что его уже нет в живых, – он немного подумал и добавил: – до недавнего времени.

Кларк замолчал.

– Вы сказали, до недавнего времени? – Джордж остановился.

– Понимаете, – продолжил Кларк, – я точно ничего не знаю. В последний раз мы с Каролиной были в гостях у моей матушки и, естественно, рассказали ей о прекрасном вечере, проведённом на юбилее мистера Эсквайра, где мы и познакомились с вашей Прелестной дочерью. Моя матушка, слушая наши восторженные отзывы, к моему удивлению, была странно бледна. Затем ей стало хуже, и нам пришлось дать ей успокоительное… А почему вас интересует моя матушка? – задумчиво спросил Кларк.

Джордж немного растерялся, но решил раскрыть Кларку часть этой необычной истории:

– Понимаете, меня беспокоит одна вещь…

Он рассказал Кларку только про портрет:

– …Всё вроде бы сходится, только вот одна загвоздка – в фамилии женщины, изображённой на портрете. Она не такая, как у вашей матери, не О’Брайн.

– Но это можно выяснить! – воскликнул Кларк. – Нужно поехать к моей матушке и всё ей рассказать, – предложил он.

Молодой человек ненадолго задумался, после чего продолжил:

– Мистер Айранс, раз уж мы с вами завели столь откровенный разговор, может быть, вы разрешите мои сомнения?

Джордж насторожился:

– Что вас беспокоит?

– Понимаете, мне показалось… Но, может быть, я ошибаюсь… На мою матушку произвело сильное впечатление именно имя мистера Эрна Эсквайра. Вы его лучший друг. Что вы мне можете сказать по этому поводу?

Джордж был немного озадачен, но решил, что сам никак не будет вмешиваться в этот сложный вопрос, он ответил:

– Мальчик мой, ответ на этот и другие вопросы мы сможем узнать только у вашей матушки. Да, Эрн – мой лучший друг, но в его личную Жизнь я никогда не вмешиваюсь.

Кларк был разочарован:

– Хорошо, мистер Айранс. Когда вам будет удобно нанести визит моей матушке? Я очень обеспокоен состоянием её здоровья. Мы с Каролиной собирались её навестить завтра.

Джордж подумал и решил отложить свои дела на более поздний срок, предпочитая посвятить завтрашний день посещению Орланды О’Брайн. Они согласовали время встречи, и Джордж обратился к Кларку:

– Молодой человек, благодарю вас за откровенность, но думаю, что наши милые дамы уже потеряли нас.

И они поспешили в дом.

Каролина и Грейси занимались украшением холла для проведения торжественного вечера. Они расставили вазы и корзины с букетами из ярких живых цветов. Это были бархатные георгины лилового, жёлтого и бордового цветов. Глаза молодых девушек светились от Радости. Глядя на них, можно было подумать, что они знают друг друга с детства.

– Ну, вот и подоспели наши дорогие мужчины, – улыбнулась своей очаровательной улыбкой обаятельная Каролина.

– И Чарльз приехал, – Грейси стояла у большого арочного окна и видела всё, что происходило у фасадной части особняка.

– Я, пожалуй, откланяюсь, – сказал Джордж и вышел навстречу Чарльзу.

Молодой голубоглазый Чарльз, как показалось Джорджу, был чем-то обеспокоен. Но, увидев отца Грейси, Чарльз воскликнул:

– Мистер Айранс! Как я Рад вас видеть!

– Добрый вечер, молодой человек. У вас всё в порядке? – спросил Джордж.

Чарльз замялся:

– Мне не хотелось бы портить этот замечательный вечер. У меня-то всё хорошо, но вот дядя Эрн, – Чарльз вдохнул, – в общем, он вам сам всё расскажет.

– Что с ним? Он болен? – беспокойство за друга напугало Джорджа.

– Нет, слава Богу, с ним всё в порядке. Тётя Бейти, она в тяжёлом состоянии. Она хотела отравиться, представляете!?

– Ничего не понимаю… – Джордж был в недоумении, что случилось в семье Эсквайра. – Почему? Чем?

– Таблетками, – грустно сказал Чарльз.

– О, Бог мой!

Джордж решил заехать за Изабель и затем вместе с ней навестить друга.

– Ладно, не переживай, всё обойдётся, – успокоил он Чарльза. – Ваш сегодняшний вечер должен пройти в хорошем настроении. Я вас покидаю, заеду за Грейси позднее. Ступайте, не расстраивайте друзей этой новостью. Я надеюсь на вас! – Джордж похлопал Чарльза по плечу и сел в карету.

Вскоре карета мчалась по каменистой дороге, издавая скрипящие звуки колёс. Ритмичные удары лошадиных копыт успокаивали Джорджа. Он был в тревожном состоянии.

Через некоторое время Джордж благополучно прибыл к Красивому ухоженному садику и аккуратному двухэтажному домику, хозяйкой которого была Изабель Шимански.

Изабель с самого утра нервничала, ей не нравилось, как она выглядит. Она перемерила все свои наряды, готовясь к встрече с Джорджем, и остановилась на нежно-лиловом атласном платье, белоснежной пелерине и белой шляпке с букетом и прозрачной вуалью. Убедившись, что всё это ей подходит, Изабель успокоилась.

Она выглядела женственно и романтично. Под шляпкой были белокурые волосы, которые кудряшками вились на висках. Удивительно чёрные от природы ресницы и брови придавали ей ещё больше выразительности. А маленькие пухлые губки и ямочка на подбородке напоминали что-то детское, от чего она всегда выглядела моложе своих лет.

Изабель выглянула в окно и увидела, как издалека приближается тройка лошадей. Она поспешила встречать своего гостя и вышла в ухоженный дворик.

Когда карета остановилась около небольшой калитки, Джордж поспешил выйти и направился быстрым шагом к Изабель, которая ожидала его у дверей своего дома.

Джордж поцеловал ей руку и выразил восхищение по поводу её внешности. Затем он перевёл разговор на волнующую его тему:

– Изабель, я очень сожалею, но наши планы изменились. Мне придётся проехать к моему другу Эрну, вы поедете со мной?

Узнав о несчастье с Бейти, Изабель с готовностью подключилась к сложившейся ситуации. Они не стали терять времени и отправились в путь.

Глава 7. Перемены в семье Эрна Эсквайра

Эрн был в удручённом состоянии. Вернувшись домой от хозяйки портрета, он застал свою супругу в бессознательном состоянии, лежащей на кровати. Рядом на тумбе стоял стакан с водой и пузырёк из-под снотворного. Эрн поспешил вызвать доктора, который поставил диагноз: отравление.

– Если бы вы вызвали меня часом позже, боюсь, нам бы не пришлось видеть вашу супругу в живых, – сообщил ему доктор.

Он промыл ей желудок, оставалось только ждать, выдержит ли её организм.

Бейти проспала около сорока часов. Проснулась она только в субботу днём. Около неё всё время дежурила прислуга. Эрн услышал, что она проснулась, и поспешил подняться к ней в спальню.

У Бейти было бледное лицо и тёмные круги вокруг глаз. Голос у неё был совсем слабый.

Увидев супруга, она прошептала:

– Зачем?

Эрн не понял, что Бейти имела в виду.

В тот злополучный день он обнаружил в комнате для гостей портрет, лежащий на полу. И причина столь неожиданного поведения супруги сразу стала ему ясна.

«Но она же не знает, чей это портрет? – терялся в догадках Эрн. – Похоже, что-то подозревает…» – искал он причину её неразумного поступка.

– Что зачем, дорогая? – спросил он супругу.

– Зачем я живу? – шёпотом повторила она.

«О, Бог мой!» – подумал Эрн, не зная, что и сказать.

– Успокойся, дорогая, тебе не стоит разговаривать, – уговаривал он её.

Бейти закрыла глаза и снова уснула. Она не просила даже пить, не говоря о том, чтобы принимать пищу. Эрн начал переживать за неё ещё больше.

Впервые за двадцать с лишним лет, вспоминая прожитые годы, он понял, какая терпеливая женщина жила рядом с ним. И чем больше он думал, тем больше осознавал, что во многом был не прав по отношению к ней. Её вины в их совместной Жизни не было: она была лишь пешкой в игре высшего сословия.

«Бейти тоже была несчастна…» – сделал вывод Эрн.

За этими размышлениями его застали Джордж и Изабель. Джордж попросил Изабель подежурить у спящей Бейти, а сам вышел с Эрном в комнату для гостей.

После того как Эрн рассказал всё, что произошло с Бейти, Джордж напомнил ему о своих новостях:

– Я понимаю, Эрн, тебе сейчас тяжело, но я уже договорился с Кларком. Завтра мы едем навестить его мать, Орланду. Она, кстати, тоже чувствует себя неважно, – тихо произнёс Джордж.

– Как! Ты всё узнал? – очнулся Эрн, будто от сна.

– Ещё не всё, но многое совпадает. Кларк ничего не знает.

– Она замужем? – Эрн понимал, что вопрос был некстати, но он беспокоил его все эти годы.

– Нет, – успокоил его Джордж, – на сегодня хватит, в скором времени я постараюсь тебе всё сообщить.

И они поднялись в спальню.

Изабель стояла у окна и задумчиво смотрела на закат Солнца в багрово-розовых тонах.

Эрн поблагодарил Джорджа и Изабель за участие и поддержку, и на этом они попрощались.

Солнце уже садилось, и по западной части Неба всё отливало розовато-лиловым закатом. Это сочетание удачно гармонировало с вечерним нарядом Изабель. В своём атласном платье она выглядела романтично, а белоснежная шляпка с вуалью придавала её лицу некую Таинственность. Джордж всю дорогу любовался этой женщиной, которая скромно глядела в окно, посвящая своё внимание великолепию Природы – уходящему за горизонт Солнцу.

Они благополучно доехали до окрестности, где проживала Изабель. Джордж предложил кучеру отдохнуть, предпочитая прогуляться наедине с женщиной, которая ему нравилась. Заросли терновника разрослись вдоль обочины дороги. Редкий лесок был недалеко, куда и направились путники.

Они шли рядом. Под ногами шуршала опавшая листва. Вечер был тихий и тёплый. Воздух, наполненный ароматом цветущих кустарников терновника, придавал прогулке романтическое настроение. Все заботы и переживания остались позади.

Джордж не мог налюбоваться очаровательной спутницей. Оба чувствовали себя молодыми и Счастливыми.

– Прекрасный вечер! – Изабель первая нарушила молчание. – Давно не чувствовала себя так хорошо!

– Я тоже, – искренне признался Джордж.

Последние годы Джордж даже не задумывался о себе, а теперь вдруг понял, как может быть Радостно на Душе. Новое чувство заполнило пустующую брешь в его внутреннем Мире. И это было замечательно!

Солнышко совсем скрылось, стало быстро темнеть и повеяло прохладой. Время поджимало, и нужно было расставаться.

Джордж приблизился к Изабель и спросил:

– Я приеду к вам в гости в следующий раз, вы не возражаете?

– Я всегда Рада вас видеть, – произнесла Счастливая Изабель.

Они дошли до двери её дома. Джордж, прощаясь, задержал поцелуй на её нежной ладони.

Глава 8. Неужели Любовь

В особняке О’Брайн царила атмосфера Дружелюбия. Оставшись вчетвером, молодые люди весело и непринуждённо проводили время. Они предавались рассказам о Жизненных приключениях Чарльза. Молодой человек старался произвести впечатление на Грейси, которая смеялась от всей Души, слушая его нелепые истории.

Ужин прошёл в торжественной обстановке. В сервировку стола Красиво вписывался бронзовый подсвечник с горящими свечами. Эта деталь придавала вечеру благоприятное и располагающее настроение. Грейси впервые пила красное вино, она не заметила, как в течение всего ужина осушила полный фужер и почувствовала лёгкое головокружение.

«Наверное, на меня подействовало вино», – догадалась Грейси.

Когда гости отведали всё, что было предложено внимательной молодой хозяйкой, Каролина пригласила пройти всех в холл, где они провели оставшуюся часть вечера.

Каролина с детских лет проявляла музыкальные способности. И сегодня она хотела доставить удовольствие своим друзьям. В холле стоял белый рояль. Миссис О’Брайн предложила всем устроиться удобно на мягких, обитых кожей креслах, а сама подошла к роялю и сказала:

– Я очень Рада, что сегодня такой замечательный вечер. Надеюсь, наши встречи станут традицией. И мне бы хотелось исполнить для вас музыкальное произведение собственного сочинения.

Каролина провела рукой по клавишам, и холл стал наполняться лирическими звуками тонкой Души, которую передала девушка в своём произведении.

Кларк смотрел на свою супругу взглядом, преисполненным нежности. Он был Счастлив, что Судьба была благосклонна к нему. Никогда не испытывая отцовского внимания, Кларк мечтал о детях, которым он мог бы передать всё лучшее, чем был наделён сам.

Чарльз и Грейси сидели на креслах, стоящих рядом. Грейси, слушая звуки Прелестной мелодии, восхищалась талантом подруги. Но она не могла не заметить, с каким вниманием к ней был устремлён взор Чарльза. Он сидел и восхищался не только музыкой, но и Красотой Грейси, которая с самого первого дня знакомства произвела на него сильное впечатление. Она ему очень нравилась, а сегодня он услышал её искренний, звонкий смех. Это говорило о чистоте её Души. Чарльз встречал много девушек, и большинству из них были присущи лесть и высокомерие. А обладательницу такой Душевной простоты и искренности он не встречал никогда. Ему очень хотелось узнать, какие чувства к нему испытывает Грейси. Но в её васильковых глазах трудно было что-то прочесть. В раздумье, под звуки рояля, Чарльз любовался ею.

Каролина сыграла последний аккорд и улыбнулась своим слушателям.

Грейси воскликнула:

– Невероятно! У тебя настоящий талант!

Чарльз поддержал:

– Мы надеемся, что ты никогда не откажешь нам в просьбе сыграть. И ещё не раз доставишь нам эти Прекрасные минуты под звуки рояля. И, надеюсь, не только нам! – он повернулся ко всем и продолжил: – Друзья, я хочу пригласить вас в гости. Мои родители очень Любят музыку и будут Рады прослушать это произведение в исполнении самой Каролины.

– Вы действительно хотите видеть нас в своём графстве? – удивилась Грейси.

– А почему бы и нет? У нас замечательные места. Мы отдохнём, устроим небольшую прогулку, покатаемся на лошадях.

Кларк сказал:

– Если моя дорогая Каролина согласна, я принимаю это предложение.

Он знал, что Грейси понравилась Чарльзу, и хотел поддержать друга. Кларк надеялся, что из них получилась бы хорошая пара и они дружили бы семьями.

Каролина внимательно посмотрела на Грейси. Убедившись, что та была не против, тоже дала согласие.

Этот разговор пришлось прервать: вошла прислуга, сообщив, что прибыл мистер Джордж Айранс.

– Я не помешал вам? – спросил вошедший в холл Джордж.

– Нет, что вы! – Каролина предложила ему присесть отдохнуть с дороги.

Чарльз, беспокоясь о здоровье тёти Бейти, спросил:

– Как дела, мистер Айранс? – не сомневаясь, что тот прекрасно понял, что он имеет в виду.

Джордж вздохнул и сказал:

– Пока ничего нового, – давая понять, что состояние Бейти не улучшилось.

Тут заботливая Каролина предложила Джорджу чашечку чая.

– С превеликим удовольствием, – согласился тот.

Кларк воспользовался моментом затишья и напомнил Джорджу, что назавтра после обеда он будет ждать его, чтобы навестить матушку.

Каролина и Грейси переглянулись, понимая, что проявлять излишнее любопытство и расспрашивать нетактично.

Время было позднее, и гости стали собираться. Молодые супруги вышли их проводить и пожелали на прощание удачной дороги.

Чарльз, прощаясь с Грейси, сказал:

– Мисс Айранс, я буду ждать встречи с вами! – он с Надеждой посмотрел ей в глаза.

– Непременно увидимся, – весело ответила девушка, никак не выражая своего отношения к нему.

Гости разошлись по своим каретам и при свете полной Луны разъехались по домам.

Глава 9. Задумка двух подруг

Ионессе де Пардье не терпелось увидеться с Кетлин, и она поспешила нанести ей визит.

Кетлин О’Жозе проживала в центральной части провинциального городка. Небольшой двухэтажный дом достался ей в качестве подарка от пожилого ухажёра, который когда-то занимал важный пост, а теперь находился на пенсии, в отставке. Время от времени он навещал Красавицу Кетлин, и она терпела его присутствие не более двух часов. Затем этот брюзгливый солидный джентльмен отправлялся восвояси.

Кетлин познакомилась с ним на одной из светских вечеринок и не смогла отказаться от соблазнительного подарка в виде недвижимости в центре городка. Личная Жизнь Генри Питерсона даже не интересовала Кетлин. А заполучив документы на право собственности, оформленные на её имя, она и вовсе не могла выносить присутствие мистера Питерсона, всячески выпроваживая его под любым предлогом.

Прислуга сообщила Кетлин о визите Ионессы де Пардье.

– Ты даже себе представить не можешь, – с ходу начала говорить Ионесса, бросая свои перчатки и сумочку на длинный диван, – какую новость я тебе сообщу!

Кетлин уже привыкла к бесцеремонной манере Ионессы появляться в любое время дня и ночи и удивлять её различными пикантными новостями, которые миссис де Пардье умудрялась разнюхивать любой ценой.

Кетлин рассмеялась и спросила:

– Ну, а что на этот раз?!

– Оказывается, Бейти ничего не знала про холст, который Эрн никому не показал! Отгадай, почему?

Ионесса решила помучить подругу, которая не Любила напрягать свои мозговые извилины и сердито проговорила:

– Продолжай, всё равно не отгадаю!

– Ладно, слушай… Оказывается, Эрн припрятал холст подальше от своей супруги, потому что там портрет женщины! Представляешь?!

– Ну и что?

– Как это что! Это значит, что ему есть что скрывать от Бейти. Возможно, он знает эту женщину или Любит… и не хотел, чтобы кто-то догадался.

– М-да, – произнесла Кетлин в раздумье, – но ты можешь и ошибаться?

– Да нет же! Ты бы видела, как выпроводила меня миссис Бейти Эсквайр! А вчера я слышала от горничной, которая работает в доме доктора, как доктор сообщил своей жене, что Бейти хотела отравиться! – на одном дыхании выпалила довольная Ионесса.

– Да ты что?! Неужели это правда?! – ужаснулась Кетлин.

– Я тебя никогда не обманывала, – обиженно проговорила Ионесса, – можешь не сомневаться.

– Страшно подумать! Она же могла умереть! – не могла прийти в себя кареглазая Кетлин.

– Вот-вот, я тоже о том же! – проговорила Ионесса, думая совершенно о другом. – Осталось только выяснить, кто изображён на портрете…

– Да обожди ты со своим портретом! – Кетлин была возмущена. – Ты обещала мне помочь в другом деле, вот и помоги! У тебя голова хорошо работает!

Кетлин задумала разработать план для достижения своих целей.

– Ты всё про своё? Не передумала? – Ионесса вспомнила о другом, не менее интересном для неё деле.

Нет, Кетлин была уже полностью во власти одержимой её идеи! В тот вечер на юбилее Эрна Николь признался, что Грейси недурна собой, и он не прочь поддерживать с ней связь.

То, что он откровенно говорил об этом Кетлин, внесло некую раздвоенность в её чувства: обида (всё-таки в ней жила Надежда, что Николь полюбит её) и злорадство (раз Николь ей доверяет, значит, Дружба между ними не прервётся, и она, возможно, сможет достичь желаемого).

– Ну, ладно, – сказала Ионесса, – не знаю, чего ты добьёшься в конечном итоге, но сблизить их будет несложно. Нам нужно получше узнать Грейси… – она немного подумала и продолжила: – Я думаю, мы напишем ей письмо.

– Письмо?! Зачем? – удивилась Кетлин.

– Ты всегда меня перебиваешь! – возмутилась Ионесса. – Слушай! Мы напишем письмо от Николя.

– Это интересно! – обрадовалась Кетлин. – А Николь? Он должен знать?

– Когда получим ответ, тогда и решим, как нам поступить дальше, – ответила довольная своей задумкой Ионесса.

Не теряя времени, женщины стали составлять письмо, которое Ионесса отправила по возвращении домой.

Кетлин уже почти засыпала, но, представив, как Грейси получит письмо, усмехнулась, затем перевернулась на другой бок и, поправив подушку поудобнее, погрузилась в Сон.

Глава 10. Таинственное письмо. Орланда

В воскресенье после завтрака Джордж Айранс сообщил дочери о своей договорённости с Кларком – навестить Орланду О’Брайн, матушку Кларка. Грейси очень хотелось поехать с ними, но её никто не приглашал. В Надежде, что отец расскажет ей все новости, когда вернётся, Грейси спокойно проводила его, а сама решила прогуляться.

На улице было свежо и прохладно. Тучки заволокли Небо, и начал моросить дождь. Девушка уже хотела вернуться в дом, но вдруг заметила, как издалека в их сторону направляется карета.

Она подумала, что отец что-то забыл и решил вернуться, но это была почтовая карета.

Получив корреспонденцию, Грейси обратила внимание, что одно письмо было адресовано на её имя. Однако обратный адрес отсутствовал. Недоумевая, Грейси поторопилась подняться к себе в комнату.

Оставшись одна, она закрыла дверь на ключ и вскрыла конверт. От волнения её Сердце сильно стучало в груди. Девушка прижала к себе письмо, боясь читать.

– Что же это может быть, Мигель? – обратилась она к всаднику на картине.

Он был единственным свидетелем. Почувствовав его поддержку, Грейси начала читать Таинственное письмо:

Дорогая Грейси!

Не имея возможности встретиться с вами, я решил написать вам письмо. В тот вечер, когда я впервые увидел вас, моя Жизнь изменилась. Я понял, что встретил девушку, о которой мечтал все эти годы. Простите, если я вас чем-то обидел, но мне очень важно знать, хотели бы вы встретиться со мной?

Если вы решите этот вопрос в положительную сторону, напишите мне ответ. Если вы не ответите, я всё пойму. Прошу вас, никому ничего не говорите.

Обратный адрес: До востребования № 111.

С уважением, граф Николь де Парнесси.

Грейси была крайне озадачена. Сердце продолжало сильно биться, отдаваясь в висках. Девушка испугалась, она не знала, как ей поступить. Этот человек оказывал на неё странное воздействие. Но она не понимала – какое.

«Значит, он не Любит ту женщину», – подумала девушка, вспомнив Кетлин.

Грейси потеряла покой. Хуже всего было то, что он предупредил её о секретности письма. Она не решилась нарушить это, понимая, что теряет возможность обратиться за советом к своей няне. И это было мучительнее всего. Там, где она больше всего нуждалась в поддержке, было наложено вето.

У девушки разболелась голова. Она спрятала письмо, предупредила прислугу, что приляжет, и постаралась уснуть.

Спустя некоторое время её разбудила Лидия:

– Девочка моя, приехал твой отец. Просыпайся, пора ужинать.

Грейси проснулась. Головная боль её больше не беспокоила, и она настроилась на встречу с отцом.

За ужином Джордж сообщил дочери всё, что ему удалось узнать в гостях у мисс О’Брайн:

«Орланда была удивлена, что Кларк и Каролина прибыли к ней в сопровождении незнакомого ей мужчины зрелого возраста и благородной внешности.

Пригласив путников в дом и предложив отдохнуть с дороги, Орланда обратилась к Джорджу:

– Насколько я понимаю, вы имеете определённую цель своего визита?

– К сожалению, это так, мисс О’Брайн. Мне не хотелось бы вас беспокоить, но нас интересует один вопрос, который можете разрешить только вы, – сказал Джордж.

– Интересно, и в чём же дело? – спросила она.

Джордж рассказал ей обо всём, ничего не утаивая.

Кларк внимательно наблюдал за матерью, которая проявляла мужество и держалась достойно на протяжении всего рассказа.

Когда Джордж закончил и хотел задать ей вопрос, она остановила его жестом руки и попросила:

– Прошу вас, пройдёмте со мной.

Джордж удивился и поспешил за Орландой, оставив Кларка и Каролину в недоумении.

Они поднялись на второй этаж. Орланда пригласила его войти в спальню, где его внимание привлёк портрет, висевший на стене. Это был точно такой же портрет, какой он подарил Эрну.

– Этот портрет? – спросила она.

– Он самый… – медленно произнёс Джордж, изменившись в лице от изумления.

Орланда была действительно очень похожа на женщину, изображённую на портрете. Но возраст нанёс свой отпечаток на её внешность.

Она тихо произнесла:

– Мне не хотелось бы посвящать сына в подробности прошлых лет, но теперь он уже многое знает…

– Простите, – Джордж перебил её, – вы не могли бы мне объяснить, почему у вас фамилия О’Брайн? Ведь ваша мать и вы в молодости носили другую фамилию?

– Это долгая история, – задумчиво сказала Орланда. – Но раз уж вы за этим приехали, то слушайте… – она начала свой рассказ.

– Я росла без отца. Мои бабушка и дедушка были очень строгого нрава, и они лишили мою мать личной Жизни, так как я считалась незаконнорождённой. Когда они умерли, я была уже совершеннолетней девушкой. Вскоре встретила Эрна. Мы полюбили друг друга, но нам пришлось расстаться. Все остальные подробности вы уже знаете. Похоже, я повторила Судьбу своей матери. Узнав, что я жду ребёнка, мать рассказала мне свою историю, и мы сменили прежнюю фамилию на ту, которую должен был мне дать мой отец. Вот и всё, – закончила она свой рассказ.

Джордж внимательно её слушал, но упустил самую важную деталь.

– Благодарю вас, мисс О’Брайн, я Рад, что вы смогли уделить мне столько времени. Надеюсь, ваше самочувствие улучшилось?

– Спасибо, я себя чувствую хорошо, – ответила она и странно усмехнулась.

Они спустились вниз, где Джордж распрощался со всеми и уехал…»

– Вот и всё, – закончил он свой рассказ. – Теперь Эрн будет знать всё, и это его утешит.

Девушка обратила внимание на одну фразу, которую обронила Орланда, со всеми вытекающими из неё последствиями. Но, сообразив, что отец ничего не заподозрил, Грейси раздумала говорить об этом вслух, произнесла лишь одно:

– Нужно как можно быстрее рассказать обо всём мистеру Эрну.

– Да, да… Я завтра заеду к нему, – и проговорился, – нужно узнать, как Бейти себя чувствует. Бедняжка, она чуть не отравилась…

Джордж покачивал головой, сокрушаясь.

– Как?! – ужаснулась Грейси.

– Прости меня, но я сегодня устал… Давай поговорим об этом завтра. Не волнуйся, ей уже лучше… – успокоил он дочь.

Грейси попросилась поехать назавтра с ним к Эрну, но Джордж только пробормотал, что утро вечера мудрене.

Глава 11. Грейси пишет ответ

Прошло два дня. Лидия стала замечать, что с Грейси происходит что-то странное.

– Девочка моя, тебя что-то беспокоит? – обратилась она к ней, расчёсывая её волосы перед сном. – Ты уже третий день сама на себя не похожа.

– Ничего особенного, – грустно ответила Грейси, скрывая истинную причину своего беспокойства. – Миссис Бейти Эсквайр не становится лучше. И я чувствую свою вину. Помнишь наш разговор? Неужели мои мысли могли причинить ей вред? Ведь я хотела лишь Счастья мистеру Эрну Эсквайру! – сокрушалась девушка.

– Грейси, – пыталась успокоить её Лидия, – не надо так переживать. Твоей вины в этом нет. Понимаешь, мы многого не знаем. Иногда происходят вещи, которые причиняют нам боль, но в то же время человек начинает задумываться о смысле Жизни, может, что-то он делает не так? Жизнь заставляет людей пересмотреть своё отношение ко всему, даёт шанс измениться в лучшую сторону. Так было всегда и будет. Это Закон Природы и развития Духовных качеств человека. У каждого из нас есть недостатки, и в течение отпущенного нам срока нужно успеть изменить своё отношение ко всему, что нас окружает, научиться быть Гармоничным и проявлять только Доброе отношение ко всему…

Грейси слушала Лидию, а на Душе было скверно. Она утаила ещё одну причину, беспокоящую её ничуть не меньше. Это было письмо от графа Николя де Парнесси.

– Может, с годами ты это поймёшь, – продолжила Лидия.

Заметив, что Грейси слушает её с отрешённым видом, закончила:

– Ладно, уже поздно… Ложись, отдыхай, – пожелав ей спокойной ночи, Лидия покинула комнату.

Оставшись одна, Грейси взмолилась:

«О, Боже, что мне делать?»

В её Душе происходила борьба. И она решилась. Приготовив перо, чернила и бумагу, Грейси призадумалась.

Она чувствовала, что поступит неэтично, если проигнорирует письмо графа. И стала писать:

Уважаемый Николь де Парнесси!

Довожу до вашего сведения, что письмо мною получено. Я согласна встретиться с вами, дабы прояснить некоторые нюансы.

С уважением, Грейси Айранс.

Грейси подписалась и заклеила письмо.

На Душе у девушки сразу стало спокойно и легко. Она избавилась от чувства тяжести, которое беспокоило её последние дни.

Глава 12. Последняя улыбка Бейти

Чарльз Вентальских был очень привязан к дядюшке Эрну и тётушке Бейти, он не мог спокойно находиться в своём графстве, ничего не зная о состоянии тётушки, и вот ранним утром после завтрака он отправился в путь. Встречный ветер не пугал его, он даже не замечал Красоты окружающего ландшафта: его мысли переходили от образа Грейси к образу тётушки Бейти, и его настроение менялось в зависимости от того, кому из них он уделял своё внимание. Воспоминания о Грейси заставляли биться его Сердце всё сильнее и сильнее, он мечтал добиться от неё женского внимания, не желал и близко видеть рядом с ней кого-либо, а вспоминая Николя, и вовсе им овладевало бурное проявление ревности. За всеми этими раздумьями Чарльз не заметил, как добрался до площади городка, где и проживал его дядюшка Эрн Эсквайр.

Дядя Эрн встретил его в холле, и они поднялись в спальню к Бейти.

Она время от времени приходила в себя и категорически отказывалась принимать пищу.

– Жаль, что тётя не приходит в себя, я бы её порадовал, – признался Чарльз.

– И чем же? – устало спросил Эрн.

За последние дни он потерял покой. Постоянное чувство своей вины перед Бейти угнетало его. Задумываясь над своим отношением к супруге за все прожитые годы, Эрн готов был просить прощения. И впредь хотел быть внимательнее к ней. Событие иного рода, которое раньше привело бы его в восторг (Орланда нашлась и не замужем), отошло на второй план.

– Так чем бы ты обрадовал? – переспросил Эрн.

Чарльз продолжил:

– Я пригласил дочь мистера Айранса и своих друзей к нам в гости. Мне очень понравилась Грейси. Но перед тем как я представлю её своим родителям, мне хотелось бы знать, могу ли я рассчитывать на ответные чувства. Я не знаю, как это узнать? Дядя Эрн, я, наверное, не вовремя к вам за советом?

– Чарльз, дорогой, прости, – Эрн Любил его как сына. – Давай поговорим на эту тему позже. Я действительно Рад за тебя, но сейчас меня беспокоит состояние Бейти.

Словно услышав своё имя, Бейти очнулась и тихо застонала. Эрн бросился к ней:

– Бейти, дорогая…

Она открыла свои тёмные, ввалившиеся глаза и мутным взглядом уставилась в одну точку.

Эрн присел на колени, взял её руку и стал причитать:

– Бейти… пожалуйста… ну покушай что-нибудь. Нельзя так.

Она никак не реагировала на его слова, а он продолжал:

– Ну, прости меня… ну, пожалуйста! Ну, что мне сделать, чтобы тебе стало лучше?

Его глаза постепенно наполнились слезами, которые стали скатываться одна за другой по его осунувшимся щекам.

– Бейти, ну что мне сделать, чтобы ты смогла меня простить? Прости меня… пожалуйста, – начал рыдать Эрн, забыв обо всём на свете.

Казалось, Бейти была для него самым дорогим и любимым человеком в Жизни…

Вдруг её глаза заморгали, и взгляд начал проясняться.

Чарльз, стоявший всё это время у окна, боясь потревожить дядю, заметил перемену с тётушкой:

– Она слышит вас! – радостно закричал он.

Эрн не верил своим ушам и заглянул в глаза супруги, которые смотрели на него с нежностью и пониманием.

– Бейти, дорогая, ты меня простила? – Эрн был вне себя от Радости.

Она улыбнулась ему…

Но тут… судорожная маска на мгновение скривила её лицо, и Бейти испустила последний вздох.

– Бейти!.. Бейти!..

Эрн был слишком потрясён, не мог поверить, что это действительность. Не хотел верить в это…

Чарльз мужественно принял это горестное событие. Теперь его беспокоило состояние дяди Эрна. Позвав прислугу, Чарльз попросил принести успокоительное средство для Эрна и послал за доктором.

Эрн медленно возвращался к реальности. Заботы о предстоящих похоронах постепенно вытеснили из него состояние угнетённости. И Жизнь потекла своим чередом. Единственное, что придавало ему Душевный покой, – это то, что Бейти простила его в последние минуты своей Жизни. Он навсегда запомнил её улыбку, можно сказать, и первую, и последнюю за всю их совместную Жизнь. Все эти воспоминания отдалялись от него с каждым днём всё дальше и дальше…

На похоронах присутствовали только самые близкие друзья и родные семьи Эсквайр. Священник произнёс последнюю фразу и осенил крестом последнее пристанище покойной. Затем гроб сняли с катафалка и бережно опустили в землю.

Все присутствующие, провожающие в последний путь Бейти Эсквайр, поочерёдно подходили к Эрну, выражая свои соболезнования. Грейси вытирала чёрной салфеткой слёзы. Чарльз подошёл к ней и, стараясь утешить, произнёс:

– Все когда-то уходят. Никто от этого не застрахован.

Грейси с грустью покачала головой, понимая, что Чарльз проявляет должное внимание.

Похоронная церемония закончилась. Люди начали медленно расходиться.

Кларк время от времени внимательно наблюдал за Эрном в течение всей похоронной церемонии и тоже подошёл проститься.

Печальные глаза Эрна немного оживились при виде Кларка:

– Благодарю вас, Кларк, что сочли необходимым принять участие в столь печальном событии…

– Что вы, мистер Эсквайр, мой долг – поддержать тех, кто близок мне и моим друзьям. Если вам понадобится моя помощь, можете всегда на меня рассчитывать, – добавил Кларк.

Эрн, неожиданно для себя, обнял Кларка, и его осунувшиеся глаза прослезились:

– Спасибо тебе, Кларк, я буду иметь в виду.

Эрн даже не заметил, как перешёл на простое обращение. Что-то в глубине Души притянуло Эрна к молодому человеку. Он почувствовал, насколько искренне тот обращается к нему, несмотря на общепринятые манеры приличия. Эрн всегда мечтал иметь сына, и это отозвалось болью в Душе его, когда он обнимал Кларка.

«Какая всё-таки странная Жизнь…» – вздохнул Эрн, по-отцовски похлопав Кларка по плечу, давая понять, что с ним всё в порядке, благодарно кивая головой.

Эрн пообещал, что в скором времени он непременно встретится с ним. На этом они расстались.

Глава 13. Переписка продолжается

Красиво одетая женщина скрылась за дверью, над которой висела вывеска «Почтамт».

Это была Кетлин собственной персоной. Она заглянула в ящик под номером 111 и, с нескрываемым злорадством, усмехнулась:

– Сработало!

Аккуратно положив письмо в сумочку, она быстро покинула помещение.

«Ионесса должна скоро подойти», – вспомнила Кетлин по дороге домой.

Очутившись дома совершенно одна, любопытство женщины одержало верх. И она вскрыла конверт, не дожидаясь появления подруги.

Прочитав небольшое послание, Кетлин до глубины Души была расстроена: «Неужели эта кукла всерьёз заинтересовалась личностью графа?»

Ревность напомнила ей о своих чувствах, но, осознавая, что это только начальная стадия собственной идеи, Кетлин гордо подняла голову. Думая о благополучном исходе начатого дела, она стала дожидаться подруги.

Ионесса, обладая интуитивным чутьём, не заставила себя долго ждать. Взглянув на самодовольный вид хозяйки дома, она с ходу выпалила:

– Небось, не вытерпела? Без меня вскрыла письмо?

Кетлин с важным видом, не поддаваясь атаке, протянула вскрытый конверт. Бегло прочитав его, Ионесса задумалась:

– Так, так…

– Ну, что ты думаешь дальше делать? – с иронией спросила Кетлин.

– Бери бумагу и пиши, – приказала подруге Ионесса.

Кетлин удивлённо на неё посмотрела.

– Пиши, пока я не передумала! – прикрикнула Ионесса на Кетлин, которая степенно, покачивая бёдрами, пошла за принадлежностями и лениво приготовилась писать.

– Уважаемый Николь де Парнесси… – начала диктовать Ионесса.

Она стояла с умным видом, подняв указательный палец вверх, будто считывала текст со стен комнаты…

Кетлин успевала записывать под диктовку подруги, и с каждым новым предложением её настроение улучшалось. Она очень явственно представила себе картину, как Николь получит письмо и как он удивится. Она была уверена, что он «попадётся на удочку». Это веселило её и вдохновляло.

Перечитав письмо вслух, обе женщины рассмеялись, получив удовольствие от своей необычной выдумки, уверенные в благополучном исходе дела.

Глава 14. Граф Николь де Парнесси

Граф Николь де Парнесси очень Любил свою мать.

После смерти своего супруга графиня Сьюзен де Парнесси передала титул графа своему единственному сыну, наследнику графства. Лишившись опоры и поддержки, вдова рассчитывала на помощь сына. Он должен был принять в управление все дела и ознакомиться с документами юридического характера.

Николь с юношеских лет был неуправляемым и свободолюбивым человеком, он не поддавался настояниям родителей серьёзно и ответственно подойти к делам графства. Только после смерти отца ему пришлось вникать во всё и отнестись к своему новому титулу со всей присущей ему серьёзностью, проявив умственные способности.

После чего ему лишь изредка удавалось вырваться в привычный для него ранее мир утех и свободы.

Встретив на торжественном юбилейном вечере у мистера Эрна Эсквайра Грейси, граф стал более серьёзно задумываться о своём будущем, которое его не интересовало до этих пор.

И вот в один прекрасный день он перебирал бумаги на своём рабочем столе. Прислуга принесла утреннюю корреспонденцию на Красивом серебряном подносе. Небрежно просмотрев всё, он заметил конверт без обратного адреса.

Николь усмехнулся и, вскрыв его, начал читать. Глаза его округлялись, приподнимая густые брови дугой и разделяя открытый лоб тремя продольными морщинами:

Уважаемый Николь де Парнесси!

Довожу до вашего сведения, что возникла необходимость встречи с вами, дабы прояснить некоторые нюансы. Если вы заинтересованы в моём предложении, прошу вас сообщить место, время и дату встречи.

С уважением, Грейси Айранс.

Николь не мог в это поверить! Он терялся в догадках, что заставило девушку, воспитанную в столь благородных манерах, написать письмо мужчине?

«Одно из двух, – подумал Николь, – либо у неё проявились глубокие чувства, и она очень эмоциональный человек, поэтому для своего облегчения просит о встрече. Либо существует нечто, о чём я не имею представления, и это заставило девушку написать письмо».

Он даже не представлял, насколько был близок к истине, предполагая второй вариант.

Недолго думая, Николь стал писать ответ. Ему самому хотелось определиться в Жизни, и Грейси для него была удачным вариантом:

Дорогая Грейси!

Получив ваше столь неожиданное послание, незамедлительно пишу ответ. Я предлагаю вам встречу, которая во многом определит мою дальнейшую Судьбу…

Он назначил место, дату и время встречи. Удовлетворённый содержанием текста, он запечатал конверт.

Удивлённый такому повороту событий, Николь в приподнятом настроении быстро разобрался с кипой накопившихся бумаг.

Дела графа потихоньку шли в гору. Его отец занимался разведением рогатого скота, производством мясной и молочной продукции, и сбыт был налажен. Николь быстро вошёл в дела отца. Улучшив качество продукции, молодой граф быстро стал пользоваться уважением в обществе. Сьюзен де Парнесси не могла нарадоваться новым проявившимся деловым способностям сына. Резкая перемена в его поведении вселяла в неё всё больше уверенности, что наконец-то Николь повзрослел. Желая сыну Добра, она стала частенько намекать ему о выборе достойной пары среди особ знатного рода.

В этот день, получив странное письмо от Грейси, Николь решил порадовать матушку и рассказал ей о своих видах на Грейси. У неё появилась новая Надежда, что в скором будущем его бесшабашной Жизни придёт конец.

Материнское Сердце всегда ждёт от своего чада ответного отношения. Но оно может проявиться не только в нежном и трепетном отношении, но и в делах – в грамотном подходе ко всему, что передано под его Ответственность. Как любая мать, Сьюзен мечтала о внуках. Она желала, чтобы сын проявлял заботу не только о своём внешнем виде и благополучии. Она ожидала от него иной заботы – о ближних, чтобы он жил не ради своего удовольствия и процветания, а ради тех, кому можно будет всё передать – как опыт, пример и наследие… Но для этого он должен найти себе ту самую и единственную, ради которой он пошёл бы на всё, ставя превыше всего человеческие ценности.

Глава 15. Всё идёт по плану

Кетлин и Ионесса чинно прогуливались по центральной площади. Рассчитав время, они заглянули в знакомый ящик под номером 111. Интуиция не подвела женщин. Ответное письмо от графа, как и ожидалось, находилось в ящике, откуда его вытащила миниатюрная рука в перчатке. Кетлин быстро положила письмо в маленькую сумочку, и женщины покинули здание под названием «Почтамт». Предвкушая интересный поворот событий, они поторопились к дому, где проживала Кетлин О’Жозе.

Закрыв входную дверь дома на ключ, Кетлин и Ионесса плюхнулись на диванчик, даже не сняв с себя верхнюю одежду. Ионесса посчитала, что она имеет право сама вскрывать конверт и читать письмо, и Кетлин уступила ей, сгорая от нетерпения. Вскрыв конверт, Ионесса прочитала его содержание вслух…

– Та-а-к… значит, в субботу в пять на развилке дорог неподалёку от имения Айранс. Хорошо! Всё идёт по плану. Если Грейси не передумает, то в скором времени мы будем пожинать плоды своих трудов, – подытожила рассудительная Ионесса. – Садись и пиши своей рукой, – обратилась она к Кетлин, – Грейси не знает его почерк.

Кетлин быстро переписала письмо Николя своей рукой. А Ионесса поспешила домой, чтобы по пути опустить письмо в почтовый ящик.

Глава 16. Беспокойство Кларка

Орланда О’Брайн была абсолютно спокойна, известие о кончине миссис Бейти Эсквайр не внесло в её Жизнь никаких эмоций. Всю свою молодость она жила в ожидании, что Эрн найдёт её, поинтересуется, что с ней, каковы последствия их романтических отношений… Но, увы… И теперь, когда он овдовел, Орланда уже ничего не ждала. Она прожила все эти годы, подарив Любовь своему сыну, которого она родила от любимого человека. Размышляя о последних событиях, она поняла, что горькая обида причиняла ей боль все эти годы. Теперь она отвергала даже мысль о встрече с Эрном, которого так ждала когда-то. Она жила уже спокойной Жизнью, ожидая появления будущих внуков, которые бы радовали её. Орланде не хотелось ничего лишнего, что могло бы помешать и разрушить её привычный ритм Жизни.

Кларк появился в дверях один. Вид у него был очень встревоженный. Неожиданное появление сына в таком состоянии напугало Орланду:

– Что случилось, сынок?

– Мама, Каролина больна… – растерянно произнёс Кларк.

– Как больна? Что с ней? – обеспокоенно спросила Орланда.

– Вчера после траурной церемонии мы вернулись домой, всё было хорошо. А когда стали готовиться ко сну, Каролина вдруг побледнела и потеряла сознание. Пока я искал нашатырь, она пришла в себя и уговорила меня не беспокоить доктора в столь поздний час. Сегодня утром она сказала, что чувствует себя хорошо, и необходимость в вызове доктора отпадает, – сбиваясь от волнения, закончил свой рассказ Кларк.

– Может быть, она переволновалась за день? – предположила Орланда. – Ведь не каждый день провожаешь в последний путь знакомых людей.

– Но раньше с ней такого никогда не было! Она сама мне призналась.

– И всё-таки нужно поговорить с доктором, – решительно произнесла Орланда, начиная подозревать истинную причину столь внезапной болезни Каролины. – Не волнуйся, сынок, у женщин бывает такое, – она не решилась заранее говорить о своих подозрениях и продолжила. – Я завтра сама навещу вас, поговорю с Каролиной, – и уже почти весело добавила: – Думаю, что повода для беспокойства нет.

Кларк немного успокоился. Уверенный голос матери подбодрил его. Он надеялся, что Каролина прислушается к ней, и тогда они пригласят доктора, который определит диагноз.

«Будем надеяться, что ничего серьёзного», – про себя думал Кларк, стараясь избавиться от внутренней тревоги.

Глава 17. Предчувствие Лидии

Грейси сидела у окна и увлечённо вышивала гладью на ткани свою любимицу Византию, скачущую на фоне природного ландшафта. Восход Солнца, горы, сочная зелень холмистой поверхности – все краски плавно переходили из одного в другой цвет, меняя свои оттенки. Грейси нравилось наблюдать, как проявляется рисунок в Красиво подобранных тонах из специальных нитей на белоснежной ткани. Она проводила своё свободное время, увлечённая любимым занятием. За вышиванием девушка отдыхала, не замечая ничего вокруг, пыталась отвлечься от навязчивых мыслей, и иногда ей это удавалось.

В комнату вошла Лидия и, внимательно посмотрев на воспитанницу, сообщила:

– Грейси, тебе письмо.

От неожиданности Грейси наколола себе палец:

– Ой, я наколола палец!

Это обстоятельство помогло ей скрыть, что она ждала это письмо.

– Спасибо, Лидия, я хотела бы сама выяснить, что в этом письме.

Она старалась не обидеть свою няню и вежливо выпроваживала её.

Лидия, ни слова не говоря, покинула комнату.

Последнее время она не узнавала свою воспитанницу. Девочка замкнулась, перестала делиться и спрашивать совета.

– Тут что-то неладно… – на ходу пробормотала женщина.

Ей овладело беспокойство. Имея чуткую и верную интуицию, Лидия предчувствовала что-то недоброе.

«Как помочь девочке?» – Лидия тяжело вздохнула и вошла в свою комнату.

Оставалось только выжидать, когда девочка изъявит желание поговорить обо всём начистоту. Лидия преклонила колени перед образом Пресвятой Девы Марии и слёзно начала молить о помощи:

– Пресвятая Дева Мария, Богородица! Взываю в мольбе к тебе с просьбой о помощи! Прости нас за все наши прегрешения, избави нас от лукавого. Дай силы рабе Божьей, несведущей Грейси, преодолеть все препятствия, возникшие на её благом пути, управля её делами, – горячо молила Лидия, – не дай воспользоваться её слабостью, Чистотой и невинностью порочным и ведомым к пропасти людям… Во имя Отца, Сына и Святого Духа… Аминь.

Произнеся искреннее обращение к Богородице и Господу Богу, женщина обрела Душевный покой. Она полностью положилась на волю Его и отогнала все свои недобрые мысли. Затем она потушила горящую свечу и стала готовиться ко сну.

После того как Лидия покинула комнату, Грейси вскрыла конверт и ознакомилась с содержанием письма. Затем она легла спать с мыслью, что завтра выскажет всё этому бесцеремонно вмешивающемуся в её личную Жизнь человеку. Она была настроена решительно. Ей надоело скрывать от Лидии все происходящие события. Грейси решила, что после встречи с Николем обязательно расскажет няне обо всём. Счастливая от одной только мысли, что ей не придётся больше ничего скрывать и отношения с Лидией наладятся, девушка вздохнула с облегчением и улыбнулась Мигелю, смотревшему на неё с картины.

Глава 18. Встреча у развилки дорог

В субботний день около четырёх часов пополудни Грейси выжидала подходящий момент, чтобы выйти из дома. Утром она предупредила конюха Макса, что, возможно, днём опять выйдет на прогулку со своей любимой Византией.

Грейси выглянула в окно, убедившись, что белая Красавица уже ждёт её, быстро переоделась в костюм наездницы. Делая вид, что никуда не спешит, девушка стала спускаться по лестнице со второго этажа. В этот момент Лидия вышла из своей комнаты:

– Куда же направляется наша Грейси?

Смутившись, что её застали врасплох, девушка быстро пробормотала:

– Хочу подышать свежим воздухом.

И, избегая вопросов, выбежала из дома.

И вот она уже мчится на белой лошади по знакомым дорогам родных просторов. Рассчитав время, всадница свернула к месту встречи с графом.

Николь де Парнесси проявил пунктуальность. Почти ровно в пять часов пополудни он уже был в назначенном месте, на развилке дорог. Вдалеке виднелся старинный особняк рода Айранс. По одну сторону горизонта простиралось тёмно-синее море, а снежные вершины горного хребта завершали ландшафт другой стороны.

«Природа и владения замечательные! – был восхищён граф. – Только бы удалось заполучить доверие Грейси, – думал он. – Это приданное будет лакомым кусочком!»

Тут он заметил, как издалека приближается всадница.

«Запаздывает…» – усмехнулся Николь и поправил свои пышные волосы, желая понравиться Грейси.

Всадница быстро добралась до назначенного места. Умело спрыгнув с лошади, она прикрепила уздечку к столбу – указателю развилки дорог.

– Добрый день, мисс Айранс, – проявил тактичность граф.

Грейси уверенно подошла к нему:

– Я надеюсь, что сегодня мы раз и навсегда разрешим все интересующие нас вопросы.

Это было сказано в резкой форме, но, заметив, что Николь удивлённо посмотрел на неё, она смягчила тон:

– Что вы хотели от меня, граф Николь де Парнесси?

– Я что хотел?! М-да… Мне показалось, что вы проявили инициативу, чтобы я назначил вам встречу! – недоумевал граф.

Вид у него был обескураженный и растерянный.

Грейси совсем ничего не понимала:

– Вы что, хотите меня разыграть? – она сомневалась в правоте его слов.

– Да нет… зачем мне это? Я сам был поражён до глубины Души вашим письмом.

Не зная, что и думать, Грейси решительно сказала:

– Ну, вот что! Я больше не собираюсь принимать участие в этом спектакле! – она развернулась и направилась к лошади.

Николь понял, что сейчас упустит свой шанс, и бросился за ней:

– Простите меня, мисс Айранс, я никак не собирался тревожить вас, это какое-то недоразумение! Но раз уж мы встретились, то я, – он взял её за руку, – мне хотелось бы сообщить вам…

Грейси повернулась к нему.

И Николь признался:

– Я полюбил вас с самого первого взгляда! С того дня, когда впервые увидел вас!

Девушка, услышав столь откровенное признание, была абсолютно растеряна. Всё это было похоже на сцену из романтической истории. Увидев, что Грейси замешкалась, Николь продолжил:

– Прошу вас, ничего не говорите. Я уверен, если вы узнаете меня поближе, то сможете сделать достойный выбор… – он поцеловал ей руку и сказал:

– Позвольте вам помочь.

Грейси, поражённая происходящим, не отказалась от помощи, и Николь ловко подсадил её на седло.

В порыве чувств, желая поскорее покинуть это место, девушка резко дёрнула за поводья. Лошадь громко заржала и встала на дыбы, сбросив всадницу. Грейси упала на землю. Всё произошло так быстро, что Николь не успел даже опомниться.

Он бросился к ней:

– О, Бог мой! Грейси, как вы? – граф помог приподнять ей голову. – Грейси, скажите что-нибудь!

Граф был очень напуган состоянием девушки.

От резкого удара и от неожиданности Грейси не могла понять, что с ней произошло. Заботливый голос Николя вразумил её о случившемся падении. Она хотела вскочить, но ноги не слушались её.

– Мне больно! – вскрикнула она.

Николь оказался в щекотливой ситуации. Нужен был доктор, но он не мог оставить девушку одну без присмотра.

– Грейси, постарайтесь понять, сможете ли вы встать?

– Не знаю, – жалобно произнесла она, – мои ноги не слушаются, я их не чувствую.

– Мне придётся помочь вам сесть на лошадь, я не могу вас здесь оставить одну.

– Я попытаюсь вытерпеть, – Грейси старалась быть уверенной.

Николь аккуратно поднял девушку и подошёл к лошади, но усадить её было очень сложно. Грейси, стиснув зубы, стонала.

«Бог мой! Зачем я скрыла от Лидии про письмо… Возможно, этого бы не случилось! Что я теперь скажу ей?» – корила себя Грейси, страдая не только от боли.

Николь не знал, как лучше усадить девушку, и предложил:

– Грейси, вам придётся лечь на седло поперёк спины лошади.

– Я на всё согласна, лишь бы домой добраться, – проговорила она.

Николь осторожно устроил девушку на седло, а сам вскочил на своего породистого коня и взял Византию за поводья, придерживая Грейси рукой. Так они направились к особняку Айранс. Грейси тихо стонала, но постепенно в этом положении боль затихала.

Заметив в окно странную процессию, прислуга поспешила доложить Лидии. Лорд Джордж Айранс в это время находился в библиотеке. Услышав непонятный шум, он вышел, чтобы узнать, что произошло.

Лидия бежала по лестнице и причитала:

– Боже, спаси, сохрани девочку!

Ничего не понимая, Джордж бросился за ней. Выяснять причину происходящего было недосуг.

Николь на руках внёс Грейси в дом и, поднявшись по лестнице на второй этаж, куда его направлял Джордж, уложил девушку на кровать в спальне.

– Девочка моя, как ты? – Джордж ничего вокруг не замечал, его беспокоило только состояние дочери.

– Спасибо, отец, мне уже лучше. Благодаря этому человеку, графу Николю де Парнесси, я здесь. Он мне очень помог.

Джордж немного успокоился и велел послать за доктором. Оставив Лидию посидеть с Грейси, он вышел с графом из комнаты:

– Прошу вас, расскажите мне всё. Как и что произошло? – Джордж ждал объяснений.

– Ваша дочь села на лошадь и резко дёрнула за поводья. Лошадь встала на дыбы и скинула её.

– Простите, а как вы оказались рядом? – поинтересовался Джордж.

– Мы с Грейси договаривались о встрече. Разъяснив кое-какие вопросы, мы уже расстались, и вот… – чистосердечно признался Николь.

– Спасибо вам, молодой человек, а теперь прошу меня извинить. Меня беспокоит состояние дочери.

– Мне жаль… Я больше ничем не могу вам помочь. С вашего позволения, – откланялся граф.

Джордж поднялся в комнату к дочери. Грейси дремала, а Лидия сидела рядом на стуле и с нежностью смотрела на воспитанницу.

Сообщили о прибытии доктора.

Осмотрев девушку, доктор вышел к Джорджу и признался:

– Ваше Счастье, мистер Айранс, что девочка сразу после падения была доставлена в таком положении, – и пояснил, – лёжа на седле. Встряска позволила позвонкам встать на места, освободить защемление нерва. Всё было сделано быстро, и, надеюсь, нерв не повреждён. Девочка чувствует боль, значит, скоро пойдёт на поправку. Пока строгий постельный режим, а через два дня я ещё раз осмотрю её.

– Благодарю вас, доктор. Вы подарили мне Надежду и Радость к Жизни. Не знаю, что бы я делал… – растроганно произнёс Джордж.

– Всё обошлось, – сказал доктор, и на этом они расстались.

Глава 19. Предсказания начинают сбываться

Заглянув в комнату Грейси и убедившись, что дочь спит, Джордж пригласил Лидию в библиотеку:

– Как вы мне всё это объясните? – сурово произнёс он.

– Простите, мистер Айранс, я ничего не знала, – Лидия выглядела беззащитной.

– Вы занимаетесь воспитанием моей дочери уже много лет. Кто, по-вашему, должен знать, где она, куда пошла?

– Она сказала, что хотела подышать свежим воздухом, – чувствовала себя виноватой женщина.

– И вы ничего не знали об их встрече с графом?

– Нет, мистер Айранс, – призналась она.

– Если моя дочь не доверяет вам, значит, у неё есть на то веские причины, – заключил Джордж. – С завтрашнего дня вы уволены.

Лидия стояла, не смея поднять головы. Слёзы начали стекать по лицу этой мудрой женщины.

– Всё, можете идти, – поставил точку в разговоре Джордж.

Лидия медленно шла по коридору. Слёзы застилали всё, что находилось вокруг. За все эти годы она досконально изучила этот дом и безошибочно определяла дорогу в свою комнату. Закрывшись и нарыдавшись вдоволь, женщина собрала все свои вещички в небольшой саквояж.

Когда Грейси проснулась, в комнате никого не было. За окном уже стемнело.

– Лидия, – позвала она.

Услышав голос дочери, пришёл Джордж:

– Как ты себя чувствуешь? – ласково спросил он.

– Мне уже лучше. Немного спина болит, но это пройдёт, – старалась она подбодрить опечаленного отца. – А где Лидия?

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.