Между линиями
Галина Мартынюк

© Галина Мартынюк, 2025

ISBN 978-5-0065-6603-3

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Глава 1.
Под маской нормальности

Алексей стоял перед зеркалом в ванной, его взгляд был сосредоточен на отражении собственных рук. Красные, воспаленные участки кожи выделялись на фоне бледной кожи, словно карта неизведанных территорий. Он медленно выдохнул, готовясь к ежедневному ритуалу. Пальцы привычно потянулись к баночке с консилером, специально подобранным под его тон кожи.

Нанося маскирующее средство, Алексей невольно погрузился в воспоминания. Перед глазами возник образ маленького мальчика, съежившегося под суровым взглядом матери. Ее руки, холодные и жесткие, грубо втирали мазь в раздраженную кожу.

– Почему ты не можешь быть нормальным, как другие дети? – эхом отозвались в голове ее слова, острые, как осколки стекла.

Алексей моргнул, возвращаясь в настоящее. Его руки слегка дрожали, когда он заканчивал наносить консилер. Он внимательно осмотрел результат своей работы: ни единого красного пятнышка не было видно. Удовлетворенно кивнув, он начал застегивать рубашку, тщательно скрывая следы экземы на шее.

В это же время в другом конце Санкт-Петербурга София сидела за своим рабочим столом, окруженная инструментами дизайнера интерьеров. Ее рука зависла над чистым листом бумаги, карандаш слегка подрагивал. Она пыталась начать новый эскиз, но вдохновение, казалось, покинуло ее.

София закрыла глаза, пытаясь сосредоточиться. В голове мелькали образы ярких, смелых интерьеров, которые она когда-то создавала с легкостью. Но сейчас эти воспоминания лишь усиливали чувство беспомощности.

Не выдержав, она резко отодвинулась от стола. Стул скрипнул по деревянному полу, нарушая тишину комнаты. София встала и подошла к окну, глядя на серое петербургское небо. Ее пальцы машинально коснулись запястья, где под рукавом скрывались красные шелушащиеся пятна псориаза.

Глубоко вздохнув, она вернулась к столу и открыла нижний ящик. Там, под стопкой бумаг, лежало сокровище – альбом с ее лучшими работами. София осторожно достала его, словно боясь, что он рассыплется в ее руках.

Открыв альбом, она погрузилась в мир ярких красок и смелых решений. Вот проект летнего кафе, где каждый элемент дышал свежестью и радостью. А здесь – интерьер городской квартиры, в котором София смело сочетала классику и авангард. Ее пальцы нежно касались страниц, словно пытаясь впитать ту уверенность и творческую свободу, которые она ощущала, создавая эти проекты.

Внезапно кожа на запястье начала нестерпимо чесаться. София поморщилась, борясь с желанием расчесать зудящий участок. Она знала, что это только ухудшит состояние кожи, но искушение было сильным. Закрыв глаза, она сделала глубокий вдох, пытаясь отвлечься от неприятного ощущения.

Когда зуд немного утих, София вернулась к своему текущему проекту. Она взяла карандаш, надеясь, что вдохновение, навеянное старыми работами, поможет ей преодолеть творческий ступор. Но как только грифель коснулся бумаги, все идеи словно испарились.

Линии выходили бледными и неуверенными, совсем не похожими на смелые штрихи в ее прошлых работах. София нахмурилась, ее плечи напряглись от усилия. Она пыталась представить яркие цвета и интересные формы, но в голове была лишь серая пустота.

– Давай же, София, – прошептала она сама себе. – Ты можешь это сделать. Это просто эскиз.

Но чем больше она старалась, тем хуже получалось. Карандаш словно не слушался ее, оставляя на бумаге лишь невнятные безжизненные наброски. София чувствовала, как растет ее разочарование. Она отложила карандаш и потерла виски, пытаясь прогнать нарастающую головную боль.

В этот момент в комнате Алексея царила атмосфера сосредоточенности и напряжения. Он стоял перед большим зеркалом, внимательно изучая свое отражение. Его глаза скользили по каждому дюйму тела, выискивая малейшие признаки экземы.

Алексей медленно застегнул последнюю пуговицу рубашки, удостоверившись, что воротник полностью скрывает шею. Он поправил манжеты, убедившись, что они плотно прилегают к запястьям. Каждое движение было отточено годами практики, превратившись в своеобразный защитный ритуал.

Он сделал шаг назад, окидывая себя критическим взглядом. Строгий костюм сидел идеально, не выдавая ни единого намека на его состояние. Алексей поправил галстук, стараясь, чтобы узел не давил на раздраженную кожу шеи.

– Вот так, – пробормотал он, глубоко вздыхая. – Теперь никто ничего не заметит.

Его взгляд на мгновение остановился на собственных глазах в отражении. В них читалась смесь решимости и усталости – усталости от постоянного притворства, от необходимости скрывать свою истинную сущность.

Тем временем София, не в силах больше бороться с творческим блоком, откинулась на спинку стула. Ее взгляд был прикован к неудачному эскизу. Листок бумаги, покрытый бледными, неуверенными линиями, словно насмехался над ней, напоминая о былых успехах и нынешнем бессилии.

Внезапно эмоции, которые она так долго сдерживала, вырвались наружу. София схватила лист, смяла его в комок и с силой бросила через всю комнату. Комок бумаги ударился о стену и упал на пол, словно символ ее разбитых надежд.

– Черт возьми! – воскликнула она, ударив кулаком по столу. Боль в костяшках пальцев на мгновение отвлекла ее от внутренней боли.

София закрыла лицо руками, чувствуя, как подступают слезы. Она была опустошена, разочарована в себе. Куда делась та уверенная творческая девушка, которая могла создавать шедевры?

– Я больше не могу так, – прошептала она в пустоту комнаты. – Я не знаю, кто я без своего искусства.

Ее взгляд упал на альбом с прошлыми работами, все еще лежащий на столе. София провела рукой по обложке, чувствуя под пальцами фактуру бумаги. Это прикосновение словно напомнило ей о том, кем она была и кем все еще может быть.

Алексей тем временем стоял перед входной дверью своей квартиры. Его рука лежала на дверной ручке, но он медлил. За этой дверью был мир, полный людей, взглядов, суждений. Мир, в котором ему приходилось постоянно быть настороже, скрывая свою истинную сущность.

Он сделал глубокий вдох, выпрямляя спину и расправляя плечи. Его лицо приняло выражение спокойной уверенности – маска, которую он носил каждый день.

– Ты справишься, – сказал он себе тихо. – Ты всегда справляешься.

С этими словами Алексей открыл дверь и шагнул в коридор. Звук захлопнувшейся двери эхом разнесся по пустой квартире, словно финальный аккорд утренней симфонии притворства.

София, собрав остатки решимости, снова села за стол. Она взяла новый лист бумаги и карандаш, решив попробовать еще раз. Ее рука все еще дрожала, но в этот раз она не позволила страху остановить себя.

– Пусть будет не идеально, – прошептала она, начиная рисовать. – Но это будет мое.

Первые линии были неуверенными, но постепенно рука начала двигаться свободнее. София погрузилась в работу, позволяя своим эмоциям выливаться на бумагу. Может быть, эти наброски не станут шедеврами, но они были честными, они были частью ее самой.

Так начался новый день для Алексея и Софии – день, полный вызовов и сомнений, но также и надежды. Надежды на то, что однажды они смогут принять себя такими, какие они есть, без масок и притворства. Что они найдут в себе силы показать миру свою истинную сущность со всеми ее несовершенствами и уникальностью. И возможно, в этом процессе они обретут не только самих себя, но и родственную душу, способную понять и принять их целиком.

Глава 2.
Разоблачение
под маской

Алексей стоял перед зеркалом в туалете офиса, нервно поправляя галстук. Его пальцы, покрытые красными шелушащимися пятнами экземы, дрожали, когда он в очередной раз пытался скрыть их под рукавами рубашки. Он глубоко вздохнул, пытаясь успокоиться перед предстоящей презентацией.

– Ты справишься, Алексей, – прошептал он своему отражению, но голос предательски дрогнул. – Просто не обращай внимания на их взгляды.

Выйдя из туалета, Алексей направился в конференц-зал. Коридор казался бесконечно длинным, каждый шаг отдавался гулким эхом в его ушах. Он чувствовал, как по спине стекает холодный пот, пропитывая рубашку.

Войдя в зал, Алексей увидел, что большинство коллег уже собрались. Их приглушенные разговоры стихли, когда он прошел к трибуне. Он почувствовал на себе любопытные взгляды и постарался сохранить невозмутимое выражение лица.

– Доброе утро, коллеги, – начал Алексей, стараясь, чтобы его голос звучал уверенно. – Сегодня я представлю вам новую стратегию развития нашего отдела на следующий квартал.

Он включил проектор и начал свою презентацию. Первые несколько минут прошли гладко, и Алексей начал расслабляться. Он даже позволил себе улыбнуться, объясняя график роста продаж.

Но тут он заметил, как Марина, сидевшая в первом ряду, вдруг нахмурилась и отвела взгляд. Алексей проследил за ее взглядом и с ужасом понял, что рукав его рубашки задрался, обнажив красные, воспаленные участки кожи на запястье.

Он попытался незаметно одернуть рукав, но в спешке задел стакан с водой. Вода разлилась по столу, намочив его бумаги. Алексей почувствовал, как краска заливает его лицо.

– Прошу прощения, – пробормотал он, пытаясь собрать мокрые листы. Его руки тряслись так сильно, что бумаги выскальзывали из пальцев.

В зале воцарилась неловкая тишина, прерываемая лишь шепотом и обеспокоенными взглядами коллег. Алексей услышал, как кто-то прошептал:

– Что с его руками? Это заразно?

Его начальник, Игорь Петрович, встал со своего места:

– Алексей, может быть, вам стоит взять перерыв? Мы можем продолжить позже.

Алексей кивнул, не в силах произнести ни слова. Он поспешно собрал свои вещи и практически выбежал из зала, чувствуя на себе взгляды коллег.

В это же время в другом конце города София сидела перед зеркалом в своей квартире, тщательно нанося макияж. Ее пальцы осторожно касались кожи, покрытой красными шелушащимися пятнами псориаза. Она морщилась от боли, но продолжала наносить слой за слоем тонального крема.

– Ну же, София, – бормотала она себе под нос. – Сегодня важный день. Ты не можешь его упустить.

Закончив с макияжем, София отступила на шаг и критически осмотрела свое отражение. Следы псориаза были едва заметны, но она знала, что они там, скрытые под толстым слоем косметики.

София глубоко вздохнула и села за компьютер. Через несколько минут должна была начаться важная видеоконференция с потенциальным клиентом. Она нервно теребила край блузки, ожидая звонка.

Когда экран ожил и на нем появилось лицо клиента, София натянуто улыбнулась:

– Добрый день, Андрей Николаевич. Рада вас видеть.

– Здравствуйте, София, – ответил клиент. – Готовы представить ваши идеи?

София кивнула и начала рассказывать о своем проекте интерьера. Она говорила увлеченно, жестикулируя и показывая эскизы на экране. Но вдруг изображение застыло.

– Андрей Николаевич? Вы меня слышите? – София в панике смотрела на экран, где застыло ее собственное лицо в крупном плане. Она с ужасом заметила, что макияж начал осыпаться, обнажая красные пятна псориаза.

Через несколько мучительных секунд связь восстановилась. София увидела изменившееся выражение лица клиента – от заинтересованного к явно обеспокоенному.

– София, с вами все в порядке? – спросил он, явно избегая смотреть ей в глаза.

– Да, конечно, – поспешно ответила она, пытаясь скрыть панику в голосе. – Просто небольшие проблемы со связью. Давайте продолжим.

Но было очевидно, что момент упущен. Клиент слушал ее вполуха, то и дело поглядывая на часы. Через несколько минут он прервал Софию:

– Извините, но у меня назначена другая встреча. Мы свяжемся с вами позже.

Экран погас, оставив Софию в оглушительной тишине ее квартиры. Она сидела, не двигаясь, глядя на свое отражение в черном экране компьютера. Ее тщательно созданный образ рассыпался на глазах.

Звук входящего email вывел ее из оцепенения. София открыла сообщение и почувствовала, как земля уходит из-под ног. Клиент отказывался от ее услуг, ссылаясь на «несоответствие корпоративному имиджу».

София вскочила со стула и бросилась в ванную. Она яростно начала смывать макияж, обнажая красные, воспаленные участки кожи. Слезы смешивались с водой и косметикой, оставляя грязные разводы на ее лице.

– Почему? Почему это происходит со мной? – рыдала она, глядя на свое отражение в зеркале.

В этот момент ее телефон зазвонил. София вздрогнула, увидев имя на экране: Виктор, ее бывший парень. Тот самый, который когда-то публично высмеял ее болезнь.

Она колебалась, но потом все же ответила:

– Алло.

– София, привет, – голос Виктора звучал необычайно мягко. – Я просто хотел узнать, как у тебя дела. Мне кажется, я должен извиниться за то, что произошло между нами.

София почувствовала, как ее сердце сжалось. Она так долго ждала этих слов. Но сейчас они звучали как-то неправильно, фальшиво.

– Зачем ты звонишь, Виктор? – спросила она устало.

– Я думал о тебе, – ответил он. – Может, встретимся? Поговорим, как в старые добрые времена?

София закрыла глаза, вспоминая, как Виктор смеялся над ее болезнью, как называл ее «чешуйчатой» перед друзьями. Внезапно она почувствовала прилив гнева и решимости.

– Нет, Виктор, – твердо сказала она. – Между нами все кончено. Навсегда.

Она нажала кнопку «отбой» и швырнула телефон на кровать. Потом снова посмотрела на себя в зеркало. Ее лицо было красным и опухшим от слез, псориаз выглядел хуже, чем когда-либо. Но в глазах появился новый блеск – блеск решимости.

София взяла телефон и набрала номер.

– Здравствуйте, это кабинет доктора Волковой? Я хотела бы записаться на прием.

В то же время Алексей сидел в туалетной кабинке офиса, пытаясь успокоить дрожь в руках. Он слышал, как коллеги заходят и выходят, их приглушенные голоса и смех. Кто-то упомянул его имя, и Алексей напрягся, пытаясь расслышать разговор.

– Ты видел руки Алексея? – прошептал кто-то. – Выглядит ужасно. Надеюсь, это не заразно.

– Да уж, – ответил другой голос. – Не хотел бы я работать с таким в одном офисе.

Алексей почувствовал, как к горлу подступает комок. Он опустил взгляд на свои руки, красные и воспаленные. Внезапно его охватила ярость – на себя, на свою болезнь, на жестокость окружающих.

Он вышел из кабинки и подошел к раковине. Коллеги, увидев его, замолчали и поспешно вышли. Алексей остался один. Он включил воду и начал яростно тереть руки, словно пытаясь смыть не только остатки консилера, но и саму болезнь. Вода становилась все горячее, обжигая кожу, но Алексей не останавливался. Боль была почти приятной – она заглушала чувство стыда и отчаяния.

Наконец, он поднял взгляд на свое отражение в зеркале. Его лицо было красным, глаза блестели от непролитых слез. Но в них также появилось что-то новое – решимость. Алексей достал телефон и, поколебавшись секунду, набрал номер.

– Добрый день, это приемная доктора Волковой? Я хотел бы записаться на консультацию.

Когда он договаривался о времени приема, его голос звучал увереннее, чем за весь день. Повесив трубку, Алексей еще раз посмотрел на свое отражение. Возможно, это был первый шаг к чему-то новому.

Он вышел из туалета с высоко поднятой головой, игнорируя любопытные взгляды коллег. В его походке появилась новая решимость. Пусть сегодняшний день был ужасным, но он не собирался сдаваться. Впереди его ждала встреча с доктором Волковой, и кто знает, может быть, это станет началом новой главы в его жизни.

Глава 3.
Отражения в зеркале души

Мягкий свет приемной доктора Волковой струился сквозь полупрозрачные шторы, создавая атмосферу уюта и спокойствия. Алексей нерешительно переступил порог, его глаза беспокойно метались по комнате, словно в поисках укрытия. Он осторожно опустился на край мягкого кресла, инстинктивно пряча руки в складках пальто. Пальцы нервно теребили потертую ткань, выдавая его внутреннее напряжение.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.