Антон Гусев
Суетящийся демон. Книга 2

Глава 1. Железная дверь бога

Я вижу нарисованные ледяные степи,

что в раме над камином никогда не тают.

Евклид и Тимофей сидели на песке, наслаждаясь шумом волн.

– Хорошо здесь! Хоть и темно… – молодой человек взглянул на чёрное небо, на котором мерцали неизвестные ему звёзды. – Интересно, что это за место? Мы всё ещё в Хаосуме?

– Несомненно, хозяин. Мы не смогли бы попасть в основную линию времени через портал, для этого нужен специальный материал, вроде вот этого, – Суетящийся демон поднял горсть песка и медленно пропустил сквозь пальцы.

За их спинами простирался густой лес, углубляться в который молодой человек пока не планировал. Хотелось перевести дух и в спокойной обстановке решить, что делать дальше.

– Кажется, эта территория, значительно больше нашей, проверишь? – он кивнул на высокое дерево, растущее неподалёку.

Синеволосый сатан выпрямился, легко допрыгнул до ближайшей ветки и через несколько секунд уже сидел на верхушке. Осмотревшись, он что было сил оттолкнулся от вершины и сделав сальто, приземлился рядом с хозяином.

– Мы находимся на острове, территория которого чуть меньше двух километров в диаметре. Лес, пляж и небольшое водное пространство вокруг. В самом центре возвышается полуразрушенное строение. Похоже на многоэтажный разрушенный дом из бетона, как раз из твоей эпохи Евклид.

– Как вода удерживается на краю территории, Тимофей? Насколько мне известно, реликвия всего лишь отделяет часть пространства идеальным сферическим полем. Ни сил притяжения, ни ещё каких-либо ещё эффектов у неё нет.

– Похоже на иллюзию, хозяин.

– Кстати, у нас же теперь своя реликвия! – Он провёл ладонью по всей ширине жёлтого галстука. – Ты знаешь как её активировать?

– Реликвии не надо активировать, они всегда работают, разве что-то кто-то специально не подавляет их работу, как тот теневой сатан, впитавшийся в землю. Скорее всего она уже вовсю действует, ведь мы покинули территорию школы.

– Школа… Интересно, как они там? Надо осмотреть здесь всё и подумать как вернуться. А что насчёт воды… Кажется мне не помешает немного искупаться.

– Не смей касаться священной воды! – Из леса показалась нагая девушка, бёдра которой едва прикрывали листья и какое-то тряпьё. За ней крались ещё несколько воинов с копьями.

Они напомнили Евклиду туземцев, которых он часто видел по телевизору: голые тела, слегка торчащие животы, узловатые руки и ноги. Тела аборигенов украшали чёрные узоры, обильно нанесённые, по-видимому, с помощью угля. Молодой человек оглядывал всех, незаметно нашёптывая защитное заклинание.

– Вас подослали белые? – девушка приблизилась к ним, в то время как её соплеменники рассредоточились вокруг пришельцев, держа на готове своё примитивное оружие. – Что это за урод рядом с тобой?

“Примитивные человеческие создания, хозяин. Я прихлопну их всех разом, даже не сдвинувшись с места”.

“Не трогай никого Тимофей. Мы не знаем их возможностей, возможно они сильнее , чем кажутся. К тому же надо выбраться отсюда, для этого нам потребуются друзья, а не враги”.

Вслух же произнёс:

– Урод? Это мой брат, он такой от рождения. Поверьте он не опасен, несмотря на свой внешний вид. Более того, богом он наделён божественным даром, силой и скоростью выше, чем у самого сильного воина племени.

– Богом? Вагунту наделил его этими способностями? – девушка бесстрашно подошла к Суетящемуся и с интересом провела ладонью по пучкам его синих волос.

– Да, вероятно Вагунту.

– Вероятно? Разве есть ещё какие-то боги? – воины напряглись, стиснув своё оружие.

– Конечно Вагунту! Никаких других богов быть не может, он един.

Воины сразу же расслабились. Некоторые опёрлись на копья, как на трости. Несколько человек присели прямо на песок. С дисциплиной у отряда было неважно.

– Так вас подослали белые? Опять хотят устроить какую-то пакость? Мы отправим им ваши головы, вымазанные в золе. Вырядили вас в какие-то ритуальные одеяния…

– Нас никто не подсылал, – Евклид примирительно поднял руки. – Скажи, к вам иногда прилетает кто-то во-о-о-н оттуда? – он указал на купол над головой.

Девушка подняла голову и расхохоталась. Её звонкий смех подхватили остальные воины.

– Кто может прилетать из пустоты, глупый человек? Там, куда ты указываешь лишь она и свет бога, который исходит вон из тех точек.

– А кто такие белые?

– Белые – наши враги. Они живут на той стороне острова, прямо за домом Вагунту. Внешне они немного похожи на нас, у них похожие обычаи и традиции, однако они наносят на тело позорные белые узоры, ошибочно полагая, что это угодно Вагунту. Но каждый в нашем племени знает, что нашему богу угодны только люди с чёрными узорами. Он сам нам это неоднократно повторял.

– Где находится дом Вагунту?

– Он находится в самом центре нашего острова, на вершине башни, но вам туда нельзя, бог принимает только вождей племени. Чтобы попасть к нему, нужно стать вождём. Вы пойдёте с нами! Я – Ири, предводитель охотников. Теперь вы наши пленники! Мы приведём вас к нашему вождю и он решит что с вами делать!

– Я – Евклид. А моего юродивого братца зовут Тимофей. Мы рады пойти с вами, Ири.

Всё это представление казалось Евклиду забавным, но виду он не показывал, стараясь для начала разобраться что к чему и уже потом сделать выводы и выработать какой-то план. Ири связала им руки верёвками и с гордо поднятой головой повела вглубь леса. Остальные охотники обступили их со всех сторон с нескрываемым интересом разглядывая пришельцев.

– Ири, как стать вождём? Я хочу увидеть Вагунту. У меня есть дело к нему.

– Стать вождём очень просто, Евклид, им становится самый сильный воин племени. Победишь нашего вождя и сам им станешь. Только тебе это вряд ли удастся. Наш вождь очень силён. Трижды ему бросали вызов и все три раза он одерживал победу. Ты слишком тщедушный, чтобы победить. Ты совсем не похож на могучего воина.

– Насколько велико ваше племя?

– Около сотни голов. Дети хорошо родятся в последние годы.

Евклид вдруг понял почему, несмотря на подтянутое тело, у Ири выпирал живот. Она была беременна.

– А сколько голов у белых с которыми вы воюете?

– Примерно столько же, пусть будут они прокляты! Будь их меньше, мы бы их всех перебили!

– Как долго вы воюете с белыми?

– Всегда воевали. Я была маленькой девочкой, а война уже была. Моя мать рассказывала, что и при ней всё было также.

– Почему Вагунту не поможет вам? Не истребит всех белых, чтобы народ чёрных процветал?

– Вагунту хочет, чтобы мы проявили себя! – Ири горделиво расправила плечи. – Вагунту не желает делать за нас всю работу. Он и так дал нам всё, что у нас есть: этот остров, лес на нём, звёзды и небо.

– А что вы делаете для Вагунту взамен? Что он требует от вас?

– Ничего особенного. Каждый чёрный или белый проходит специальный обряд, приносит клятву верности Вагунту почти с самого рождения. За это он защищает нас и даёт возможность жить здесь.

“Ты слышал, Тимофей?! Если я правильно её понял, этот Вагунту – чёртов сатан, который законтрактовался с целой территорией, став её богом уже довольно давно! Представь себе его силу, сколько поколений людей жили и умирали здесь. А ещё эта игра в чёрных и белых…”

“Мудрый сатан этот Вагунту, судя по всему, и очень могущественный. Изолировал себя здесь от всего мира, устроив террариум, населённый людьми, и развлекается как хочет. Почему мне самому не пришла в голову такая идея?”

“Ты бы променял меня на пару сотен туземцев? Суетящийся предатель”.

“Душа есть душа, хозяин. Хотя каждая душа имеет свой… вкус, но люди, поставляющие свои души из поколения в поколение… Это просто мечта”.

Довольно быстро группа охотников с пленниками прибыла на место. Лагерь племени разбился у подножья бетонной полуразрушенной шестнадцатиэтажки с одним подъездом, вход в который закрывала массивная железная дверь с кнопочным кодовым замком. Поселение представляло собой ряд хижин, собранных из веток и листьев, каких-то ям и множества человеческих костей.

Основная же масса черепов использовалась для невысокой стены, тянущейся от башни в обе стороны, разделяя остров на две равные половины. По ту сторону стены жили белые. Они находились так близко, что Евклид даже мог расслышать их голоса и увидеть на верхушках деревьев за бетонным строением блики света от их костров.

Вокруг Тимофея и Евклида собралась толпа. Туземцы тянули руки к ним, стремясь коснуться одежды, оставляя на и так уже изрядно испачканной белой рубашке Евклида серые следы. Особенно их интересовала обувь и галстук молодого человека, а у сатана всем пришлись по душе волосы.

– Кого ты привела к нам, Ири? – в свет костра вышел мужчина. Его властная поза и голос, а также необычный головной убор из веток выдавали в нём того самого вождя.

– Муж мой, я привела мальчика и его юродивого братца. Мы нашли их на берегу, сидящими на песке. Говорят, они ничего не знают про белых и чёрных, а прибыли прямо из божественный пустоты Вагунту, чтобы познакомиться с ним лично. Вот этот, с куском яркой материи на шее, хочет бросить тебе вызов, убить тебя и познакомиться с нашим богом.

– Не совсем так… – вмешался Евклид.

– Они действительно не похожи на местных. Давай накормим их нашей едой и поговорим. А после устроим смертельную битву, победитель в которой получит право общаться с Вагунту. Садитесь!

Их устроили рядом с костром напротив вождя. Вокруг расселось всё племя. Евклиду и Тимофею дали в руки деревянные тарелки с ложками и налили похлёбки.

– Что это? – с подозрением спросил молодой человек, видя плескающееся в мутноватой жидкости мясо.

– Мой дядя одарил нас сегодня пищей, – раздался голос молодого туземца. Он скончался своей смертью, доставив нам наслаждение.

– Скончался? Сколько дней назад? – Евклид, подавив рвотный позыв, отставил тарелку в сторону. Тимофей же с интересом отхлебнул пару ложек.

– Дней? Что ты имеешь ввиду пришелец? – вождь с удовольствием наворачивал похлёбку, не сводя глаз с незваных гостей.

– Ну солнце у вас тут сколько раз выходило и заходило? – он поводил по небу пальцами, изображая ход светила.

– Солнце? Небо всегда одинаковое. Пустота и свет Вагунту – вот всё что у нас есть.

– То есть у вас тут всегда ночь? – Евклид читал на лицах аборигенов полное непонимание. – На небе всегда вот так, как сейчас?

– Да, верно! Лучшее небо! Небо, которое даёт нам наш бог.

Евклид лихорадочно соображал как сформулировать вопрос так, чтобы выяснить побольше подробностей.

– Дом Вагунту, – он показал на многоэтажку. – Как давно он здесь? Судя по черепам вокруг, вы живёте здесь уже много поколений, но строения подобного типа появились совсем недавно.

– Я не понимаю всех слов, которые выходят из твоего рта, пришлый. Насколько я тебя понял, тебя интересует как давно бог живёт в этом доме. Я отвечу. Он жил здесь когда я был вот таким, – он указал на младенца, которого укачивала в руках одна из женщин.

– Вагунту перебрался на вершину когда я была как этот младенец, – подала голос пожилая женщина. – Небо разверзлось и дом нашего бога обрушился прямо сюда. Бах! До этого в центре острова всегда была глубокая священная пещера и бог жил там.

“Похоже реликвия находится под домом, Тимофей. Края острова равноудалены от этого места, значит реликвия в доме. Но сам дом появился уже после создания территории”.

– Не слушайте её, старуха не в себе, – поднял руку вождь. Я – Ирей, вождь нашей священной земли. Вы задали вопросы. Теперь я задам. Что вам нужно от нашего бога?

– Мы хотим покинуть это место. У нас есть свой дом, там, наверху. Мы не знаем далеко или близко он к вашему пузырю… то есть к вашему острову. Возможно Вагунту сможет нам помочь.

– Почему вам не хочется остаться здесь? Наш бог создал идеальный мир для людей.

– М… – замялся Евклид, – даже не знаю с чего начать… Боюсь вообще ничего из сказанного вы не сможете понять и принять… Мы должны спросить разрешения у Вагунту! Если он позволит, мы сможем поделиться с вами знаниями.

Вождь отрицательно покачал головой:

– С ним могу говорить только я. Тебе надо победить меня, если ты хочешь говорить с богом.

– Пусть будет так. – Евклид встал стараясь отодвинуться подальше от тарелки с отвратительным угощением. – Сражение говоришь? Как будем драться?

– Известно как. Создать арену и принести священные камни!

Туземцы заухали и расползлись по сторонам. Какой-то старец принёс длинную тонкую жердь и очертил ей круг возле костра.

“Хозяин, может просто убьём их всех, вырвем дверь и познакомимся с богом? К чему эти ритуалы с низшими людьми?”

“Хочешь сделать Вагунту сильнее ещё на сотню человек? Сто контрактов разом это, пожалуй, слишком. И вообще меня в дрожь бросает от мысли, что придётся остаться с этими дикарями навсегда. На территории, где никогда не наступает день, даже иллюзорный. Нужно найти способ покинуть это место и кажется, что сущность, которая находится на вершине этого здания – наш единственный шанс”.

Правила сражения за статус вождя были весьма просты. Битва проходила строго внутри круга, выходить за пределы которого было нельзя, вышел – проиграл. Оружие заменяли так называемые “священные камни”, два округлых булыжника, каждый из которых весьма удобно располагался в руке и был достаточно тяжёлым. Побеждал тот, кто забивал противника камнем до потери сознания, смерти или пока проигравший не сдастся. Вот и все нехитрые правила.

Евклид решил участвовать сам. Посылать в круг сатана, даже против самого сильного человека племени, по его мнению было совсем несправедливо. Широкий беккеринг, боярский крест и шнурок-ускоритель и так давали молодому человеку достаточно преимуществ в бою. Да и проверить себя на прочность ему хотелось.

Рослый Ирей вошёл в круг и поднял руки. Толпа горячо приветствовала его. Евклид, снял рубашку и вошёл в круг следом. Его поддержали гробовым молчанием. Кто-то за пределами его видимости смачно сплюнул. К сражающимся подошёл пожилой мужчина и вручил каждому по камню после чего жестом показал, что им следует сначала легонько постучаться камнями в знак доброй воли и отсутствия всякого принуждения.

– Старая добрая дуэль! – вслух произнёс Тимофей, обнажая свой звериный оскал. – Соскучился я по смертоубийствам по согласию. – Сатан подошёл поближе и толпа почтительно расступилась. Никому не хотелось связываться со странным зубастым гостем. Суетящийся демон был примерно на голову выше любого из туземцев и внушал им подсознательный ужас.

– Спасибо за поддержку, брат. Не мог бы ты встать поближе к моему сопернику и подальше от меня? – адреналин пульсировал у молодого человека в висках. Он разминался и размышлял о том как будет сражаться. Одно дело ударить соперника издалека заклинанием и совсем другое приложить камнем, своей собственной рукой.

Ударили барабаны. Племя закачалось в ритуальном танце. Евклид подбросил в руке увесистый камень, ожидая команды начала поединка. Он понимал, что пытаться соревноваться с вождём в умении драться в кругу было бессмысленно. Не случайно он стал вождём, пусть даже такого небольшого племени, да ещё и одолел впоследствии троих претендентов. Наверняка ещё мальчишкой боролся в пыли с друзьями, в нарисованном круге и теперь знает всевозможные хитрости и уловки. Вся надежда мальчика была на ускорение, удачу и эффект неожиданности.

Раздался удар гонга. Толпа заулюлюкала. Битва началась. Ирей слегка согнул ноги, сместив центр тяжести вниз и широко расставив руки, двинулся на противника. В таком положении даже от сильного удара он бы просто опрокинулся вниз, но не вылетел бы из круга. Вождь знал что делал. Шаг за шагом, неспеша, он приближался к молодому сопернику, занимая центр очерченного поля, оттесняя соперника к краю.

Проблема была в том, что Евклид и не собирался никуда идти, когда вождь пересёк центр круга, Евклид сел у самого его края, скрестив ноги. С довольной улыбкой он подбрасывал камень в руке, жестом призывая вождя к нападению. Однако вождь был осторожен, не поддавался на провокации и по прежнему приближался аккуратно, рассчитывая каждый свой шаг.

– Защищайся, иноземец! – приказал он, когда их разделяло расстояние меньше двух метров.

– Нападай, вождь, я жду тебя, – растянулся в улыбке Евклид.

Нервы вождя не выдержали, он вынес левую ногу вперёд, ловким движением сократил дистанцию и поднял своё незамысловатое орудие для финального удара.

В момент когда занесённый над головой Евклида камень оказался в своей наивысшей точке, молодой человек резко наклонился вперёд и что было сил ударил вождя по ноге, открывая собственную спину и голову. Ирей зарычал, обрушив на спину мальчика всю свою мощь. Если бы не защитное заклинание, он получил бы перелом позвоночника и пары рёбер впридачу, однако широкий беккеринг полностью поглотил силу удара, сохранив кости владельца в целости.

Следующим движением мальчик ускорился и парой нечеловечески быстрых движений оказался у Ирея за спиной. Собрав всю энергию своего тела воедино, Евклид толкнул противника в спину, за пределы круга. Вождь, предугадав манёвр соперника, хотел было сместиться в сторону, но не успел, а ушибленная ступня которую он инстинктивно поджал, не позволила ему упереться в землю достаточно сильно. Вождь нелепо взмахнул руками и сделал всего один большой шаг вперёд. Но этого шага оказалось достаточно, чтобы оказаться за пределом очерченным линией.

Воцарилась гробовая тишина. Вождь тоже не двигался. Все силились понять, что сейчас произошло прямо на их глазах. Почему удар не подействовал и как парень смог так быстро обойти вождя племени со спины.

Евклид бросил камень на землю и ещё один неуловимым движением очутился прямо рядом с противником. Он поднёс ухо к губам Ирея и произнес не громко, однако так, чтобы все услышали:

– Мне не нужно ничего от твоего племени. Ты – вождь. Просто назови мне цифры от кодового замка и мы уйдём…

Вождь не знал значения слова “кодовый”, однако слово “замок” понял хорошо. Речь шла о двери, ведущей наверх, к богу.

Чуть повернув голову он едва уловимо прошептал в ответ:

– 0… 2… 0… 4… 8… 6…

Глава 2. Тысяча раз “нет”

Кодовый замок щёлкнул и железная дверь в подъезд со скрипом отворилась. Внутри было прохладно и сыро.

– Ну что Тимофей, шестнадцать этажей вверх по лестнице, отличная тренировка! Хочешь увидеть бога, шагай как человек! – Евклид не стал терять времени и сразу направился вверх.

– Мне хоть шестнадцать, хоть шестнадцать тысяч. Сатаны не устают от физической нагрузки, хозяин.

– Уфф… самое время для историй о твоих бывших хозяевах, Тимофей, рассказывай, что там припрятано в тёмных закоулках твоей памяти?

– Ну, раз ты сам попросил, поведаю тебе одну историю. Как раз про лестницу. Дело было не так давно. Мой хозяин, старый прожжённый игрок, промотавший состояние и родовой замок в карты где-то в Европе, отправился в Новый Свет. Он считал, что на нём лежит проклятье и что оно перестанет действовать, если он пересечёт океан. На самом деле единственным проклятьем, которое на нём лежало был его собственный азарт и страсть к игре на деньги. Но он не хотел ничего слышать, мысли о проклятии одолевали его.

Когда мы сошли с корабля и ступили на землю, зовущуюся Америкой, хозяина как подменили. Он сразу пришёл в благодушное расположение духа и сказал, что теперь дела пойдут как надо. Всё его имущество мы привезли с собой. Огромный сундук с тряпьём и безделушками, который я тащил за спиной и небольшой саквояж, в котором лежали остатки семейных драгоценностей и деньги, который мой хозяин не выпускал из рук ни на миг.

Первое место в которое мы отправились, был ближайший трактир, потрёпанный, как и всё вокруг. Там мы сняли комнату и узнали, где в окрестностях проходит самая большая карточная игра. Нам подсказали, что в нескольких километрах к югу есть старая башня, где отставной полковник втайне от властей организовывает подобные мероприятия. Познакомившись с приближёнными полковника и нарочно оставив в проверочных партиях солидную сумму денег, мы были приглашены в башню для той самой большой игры. К слову говоря, проигрывать было легко. Я просто стоял ближе к своему хозяину, а не к его визави.

В назначенный час за нами прибыла неприметная карета. Мы погрузились внутрь и отправились в нужное место, прихватив с собой все наличные, что у нас были. Местным торговцам мой хозяин заранее продал все драгоценности, набив саквояж деньгами до отказа. На кону было всё, или пан или пропал. Удивительно, как мой хозяин вообще докатился до такого, имея власть над столь могущественным существом как я. Но как ни странно, он был счастлив и весело шутил в день, когда мы подскакивали на кочках в той старой карете.

Наша парочка подъехала к старой башне, на вершине которой горел свет и стали подниматься по лестнице, прямо как мы с тобой сейчас. Только тут лестничные пролёты квадратные, а там были круглые. Наш проводник подсвечивал дорогу факелом. На вершине мы обнаружили ещё несколько игроков и того самого полковника. Ты не поверишь, Евклид, все были с сатанами! Тогда на западе это было модно. В основном они оберегали владельцев от разбойников и кредиторов и только я имел силу, помогающую побеждать в игре. Точнее помогающую проигрывать в игре соперникам хозяина.

Но в этот раз всё было не так. Встав на сторону главного оппонента, я ощутил невероятную энергию рядом. Энергия исходила от бронзовой статуи позади меня, неприметно стоящей у самого окна. Это был мощный артефакт, привлекающий удачу, настолько сильный, что моя Суетящаяся сила просто не могла оказать достаточного влияния на карты полковника. Полковник смеялся в усы, приказывал подливать присутствующим вина и рассказывал историю за историей. Я немедленно сообщил о статуе своему хозяину, чей саквояж стремительно пустел. А внутри было всё что осталось от хозяина, вся его жизнь. Но он не мог подняться и уйти, так как слишком любил карты и неистово жаждал отыграться.

Когда денег не осталось совсем, мой хозяин просто встал из-за стола, подошёл к окну и спрыгнул в обнимку со статуей вниз.

– Жаль его. Печальная смерть от собственного пагубного пристрастия.

– Самое интересное то, что он не умер в тот день, чёртова статуя повлияла на его удачное приземление, он только ногу вывихнул и получил лёгкое сотрясение мозга. А умер он лет через десять, спускаясь со скрипучей лестницы своего дома, где спокойно начал новую жизнь, без игры. Потому я и вспомнил про лестницу.

– Твои истории – лучшее, что у тебя есть Евклид. – Улыбнулся Евклид, с трудом переводя дыхание. – Даже лучше твоей суетящейся силы.

– Мне казалось, что на стадионе ты прекрасно справляешься с дыханием. Хочешь понесу тебя, хозяин?

– Сколько не занимайся, всё равно будешь бессилен перед чёртовыми лестницами, – он отмахнулся от попыток синеволосого посадить его себе на спину.

Наконец, они остановились перед дверью, ведущей на крышу. Первым, разумеется, пошёл Тимофей, за ним, стараясь не выглядеть измученным, его хозяин.

Крыша здания была совершенно пуста, если не считать бетонный трон, инкрустированный человеческими костями в самом её центре. На троне развалился сатан. Закинув одну ногу на подлокотник, второй он поглаживал себя по круглому животу и гостеприимно кивал. Из одежды на нём была лишь лёгкая бедренная повязка, едва прикрывавшая имитацию мужского достоинства, и солидная сигара, которую он усиленно раскуривал, буравя глазами прибывших.

– Добро пожаловать, дорогие мои! Я – Вагунту, бог этого богом забытого места. С удовольствием наблюдал за вашими приключениями с самого прибытия к нам на территорию. Очень любопытно! За несколько сотен лет мне уже изрядно наскучили эти игры в войну племён между чёрными и белыми, там внизу.

– Приветствую, Вагунту. Я – Евклид, а это мой сатан Тимофей.

– Приятно познакомиться, Тимофей! Позволь узнать сколькими душами ты владеешь? И зачем таскаешь за собой этого наглого смертного?

– Говори со мной, сатан. – Евклид сделал шаг вперёд.

– Интересно! – бог поднялся со своего трона и босыми ногами прошлёпал по слегка пыльному полу. – С каких это пор смертные властвуют над демонами? Мы в своём небольшом мирке, видимо пока довольно мало знаем о чужеземных законах.

Сатан со всех сторон разглядывал Евклида и Тимофея, цокал языком, покачивал головой, наблюдал за ними как за музейными экспонатами.

– Территория с которой мы явились сюда называется Пояс Апостола. У нас иметь собственного сатана – привилегия, но сатаны в наших краях не заключают контракты с несколькими людьми. Это возможно, но мы не пользуемся этой возможностью, предпочитая равенство.

– Равенство? Зря! Вон посмотрите на эти фигурки внизу. Все они – мои. Выращиваю с самого детства. Даю еду, воду, подсказываю что-то иногда. А чтобы не скучали устроил интересную игру. Поделил всех на две половины, одним велел мазаться в белые цвета, другим в чёрные. Каждый думает, что именно его цвет угоден мне, богу. Сражаются насмерть, погибают с улыбкой на устах. Разве не прекрасно?

– Они ничего не знают о мире вокруг?

– А зачем им? – удивился Вагунту. – Мне кажется, что они вполне себе счастливы и без этого.

– Счастливы? А что если мы также избавимся от тебя, во имя правды и всего человечества в целом?

– Меня? А зачем? Сами встанете на моё место? Будете думать как добывать для них еду и воду? Лечить их болезни? Управлять этим маленьким террариумом не так уж и просто. А без постоянного внимания все они просто погибнут. Могу добровольно уступить вам право поуправлять ими месяц-другой, сами убедитесь. Только они все уже со мной законтрактованы, так что работа эта будет без вознаграждения.

Вагунту направил взор своих зелёных глаз с вертикальными зрачками в сторону Суетящегося демона:

– Позволь мне всё же поговорить с Тимофеем, мальчик. Мне дико любопытно зачем контрактоваться с одним единственным человеком, когда можно найти свободную территорию, убить вождя и создать свою маленькую человекоферму?

– Всю жизнь я жил так, Вагунту, как до Смешения, так и после. Для меня следить за судьбой одного человека вблизи гораздо интереснее, чем за судьбами сотен с высоты этой башни. Да и потом, кроме душ существует ещё и магия, тактика и стратегия, артефакты. Мир огромен, Вагунту, ты – пленник, а не бог. Теперь я вижу это ясно. Сколько бы душ ты в себя не вобрал, ты не сможешь реализовать свою силу в полной мере.

– Мы все пленники в мире Хаосума, демон с синими волосами. Все мы кем-то управляем, кому-то подчиняемся. Посмотрите вверх! Я покажу вам то, ради чего я тружусь столетиями.

Они запрокинули головы. Всего на одну секунду иллюзия звёздного неба исчезла и появилась вновь. Но за эту секунду дуэту удалось разглядеть то, на что указывал Вагунту. Огромное чудовище в виде гигантского, размером с территорию острова, глаза, таращилось на них снаружи.

– Ещё один член моей маленькой торговой гильдии. Надеюсь никто из людей не заметил. А кто заметил, решат, что показалось. Всё это время мы ведём дела вместе. Я налаживаю всё изнутри, а мой партнёр отвечает за внешние связи. Души делим напополам, всё по честному.

– И сколько вы с партнёром планируете отсиживаться здесь? Вдали от цивилизации? Новых знаний и магии?

– Сколько потребуется, мой мальчик. – сатан выдохнул облако дыма, закатив глаза от удовольствия. – В конце концов вы все друг друга перебьёте, а мы уже успеем вобрать в себя тысячи душ. Вот тогда и настанет наше время. Хотя и сейчас, если подумать, вполне себе наше время.

Вагунту задумчиво прошёлся по краю крыши, поглядывая на племена внизу.

– У меня давным-давно не было достойных гостей! Сейчас покажу вам уморительное представление в честь такого события!

Вагунту взял из кучи один человеческий череп и швырнул вниз на половину белых, жестом приглашая гостей поглядеть на происходящее у подножья его убежища. В стане племени белых возник переполох, они бегали вокруг черепа, совещались и указывали наверх. После чего схватили копья и бросились в сражение на сторону чёрных. Вагунту блаженно вернулся в своё бетонное кресло, готовясь принимать души убитых в бою воинов.

– Ниспослал знамение. Теперь у меня обед. А может и ужин.

Глаза его были полуприкрыты. Иногда сатан вздрагивал, но сознание не терял, лишь блаженно ворочался с боку на бок.

“Какой он мерзкий, Тимофей. Что думаешь? Справимся с ним?”

“Не уверен. Я не испытываю никаких эмоции по отношению к его поведению. Но само присутствие такого могущественного существа рядом выводит меня из себя”.

– Ладно, начинайте просить… – устало пробормотал сатан.

– О чём? – не понял Евклид.

– Ну я же бог этого местечка, ко мне все поднимаются для того, чтобы просить. Вот вы, например, хотели просить меня о том, чтобы я помог вам покинуть это место, разве не так? Летать вы явно не умеете и способностями мгновенного перемещения не обладаете. Значит вас, скорее всего, засунули сюда силой и вы теперь желаете вернуться. Я угадал? Вот эта жёлтая штука у тебя на шее парень, вполне могла бы сойти в качестве оплаты за проезд…

Прежде чем ответить Евклид подошёл к краю крыши и аккуратно выглянул вниз. У основания башни шла настоящая бойня. Чёрные и белые, смешиваясь между собой, умерщвляли друг друга. И каждая смерть делала сильнее их жестокого бога наверху. Яростные крики смешивались с предсмертными хрипами и были хорошо слышны наверху, но каждый и убийца и жертва прославляли Вагунту.

– Сатаны могут умереть мучительной смертью, Вагунту?

– Не понял, что? Ты угрожаешь мне, человек? – вяло ответил тот, глядя через полуприкрытые веки. Поглощение душ делало его вялым и неповоротливым.

– Напротив, хочу сделать тебе подарок, владыка этого острова. Показать тебе одну вещь, которая даже в наших краях считается диковинкой. – Он вытянул руку вперёд.

– Пространство, изнутри распираемое, дающее форму

Исчезни, сжавшись до сопротивления материи. Спекись… тысячу раз!!!

– Не смей..! Я вобрал в себя тысячу жизней! Без меня вам не выбраться..!

Вагунту больше не было слышно. Вокруг него образовались чёрные грани и тут же обволокли сатана, словно засунув в плотный полиэтиленовый пакет. Евклид сам не знал почему решил назвать такую большую цифру. Продублировать заклинание тысячу раз, он даже не знал не убьёт ли это его самого. Оставалось признаться самому себе, что в этот момент он потерял контроль и дал выход своей ярости.

Грани вновь и вновь и вновь появлялись в воздухе и обволакивали бога острова. Оба члена дуэта не отрываясь, наслаждались зрелищем.

– Ты считаешь, Тимофей? Сколько уже?

– Триста тридцать две, триста тридцать три… Как ты себя чувствуешь, хозяин?

– Знаешь, чувствую себя прекрасно. А вот этот парень в плёнке, похоже, не очень. Сможешь поджечь здесь всё, когда заклинание закончится?

– Сделаю.

– Не жалко тебе его? Всё же существо твоей расы…

– Я скорее предпочту, чтобы человек правил Хаосумом, чем другой сатан. Мне абсолютно не жаль его, сейчас я думаю лишь о том, насколько хорошо горит плёнка и хватит ли этого пламени, для того, чтобы его убить. Никто не знает что будет, если Вагунту сумеет выбраться наружу. Вобрать в себя столько душ…

– Уверен, что он солгал насчёт душ. Ты видел ту тварь снаружи? Думаешь она бы поделилась с этим сморчком пятьдесят на пятьдесят? Она же законтрактована, а значит вполне могла бы проникнуть внутрь реликвии в случае необходимости.

– Почему она не пытается помочь ему, хозяин?

– Чтобы все жители фермы узнали, что они лишь корм для чудовища? Впечатлений им до конца жизни хватит, а может и покончат с собой все разом после подобного апокалипсиса.

– Евклид… Оно говорит со мной. Предлагает обсудить условия. Понимает нашу ситуацию и готово помочь с безопасной транспортировкой. В обмен просит оставить его наместника в живых.

– Скажи, что мы подумаем. А пока останови эту бойню внизу и приведи на крышу вождей обоих племён и их ближайших помощников. Быстро!

Тимофей сорвался с места, двумя большими прыжками пересёк расстояние до края и прыгнул вниз, в самую гущу бойни. Евклид наблюдал за происходящим с крыши. В свете костров всё было ясно различимо. Когда Суетящийся приземлился, битва мгновенно прекратилась. После короткого объяснения, стало понятно, что послание сверху не было понято правильно. Один из воинов бросил копьё, которое вошло в ротовую полость синеволосого и вышло со стороны затылка. Евклид понимал, что сатан мог бы с лёгкостью уклониться, но бессмертие является неопровержимым доказательством божественности, особенно для людей с не сильно развитым мышлением. Тимофей картино перекусил копьё напополам и вытащил из предплечья своё собственное, ледяное. Этой демонстрации оказалось достаточно для того, чтобы все рухнули на колени, признавая нового бога. Через полминуты, вожди обоих племён уже с готовностью следовали за синеволосым. Сатан с лёгкостью снёс с петель металлическую дверь и вскоре уже стоял напротив хозяина с нужными людьми. Один из вождей, с раздробленной ногой, болтался у него за спиной.

– Это ваш бог? – обратился Евклид к представителям обоих племён.

“Хозяин! Глаз снаружи просит прекратить казнь наместника. Спрашивает подумали ли мы над его предложением?”

“Ответь, что всё зависит от того насколько наместник хорошо горит. Поджигай, Тимофей”.

“Хозяин, разумнее было бы…”

“Поджигай, сатан!”

– Пылающим веером изрыгнётся пламя… Испепели!

С кончиков пальцев сатана сорвались языки пламени, устремившись прямиком к цели. “Плёнка” которой был окутан Вагунту горела так хорошо, что всем присутствующим пришлось спрятаться на лестнице, чтобы избежать ожогов. Огненный факел взметнулся до небес. Никаких криков слышно не было. Когда пламя угасло, на бетонном троне не осталось ничего, даже малюсенькой горстки пепла.

– Тимофей, скажи существу снаружи, что мы готовы к переговорам. Теперь у него будет не один, а целых два наместника, которые будут править на этой территории, представляя интересы людей.

Глава 3. Пески и собаки

Евклид сидел в темноте, прямо на языке чудовища с которым им в конце концов удалось договориться. Напротив расхаживал Суетящийся демон, глядящий на хозяина двумя бардовыми огоньками глаз.

– Хорошо всё-таки получилось! – Евклид решил прилечь, вытянув ноги. – Помогли человечеству сбросить рабские оковы демона, а заодно нашли себе комфортное транспортное средство. Попасть в Золус через пару часов, разве не замечательно? Учись вести переговоры, Тимофей! И следи, чтобы эта тварь в конце концов не надумала нас сожрать.

– Я слежу, хозяин. Защитные печати расставлены, как раз заканчиваю активацию.

Пасть демона в которой они находились, засветилась фиолетовыми символами. Стали различимы подрагивающие мышцы и слизь, стекающая по стенкам в темноту глотки.

– Думаешь новые наместники справятся, хозяин?

– Не сомневаюсь в этом нисколько. Будут нести “Слово Евклидово” потомкам. Я запомнил координаты территории на своём компасе, вернёмся туда, проверим через какое-то время выполняет ли “глаз” свои обязательства. Пока самое важное – добраться в Золус как можно раньше.

Тимофей вздохнул:

– Жаль конечно, что там все уже под контрактом, я бы с удовольствием прихватил во владение ещё несколько душ мимоходом…

– Исключено! Будем развивать в Хаосуме справедливое равное отношение между людьми и демонами! Удивительно, кстати, как обычный контракт с человеком может защитить демона от влияния реликвий. – Евклид потеребил свой жёлтый галстук. – Будь сейчас мы во рту незаконтрактованной твари, она сама бы быстро растворилась, а тут едем себе спокойно.

– На острове тоже интересная реликвия осталась под тем зданием. Удивительно как настолько большой кусок церковного купола мог оказаться под землёй. Правильно, что ты посоветовал аборигенам раскопать его и привести в порядок. Вам людям важно чтить свои реликвии, ухаживать за ними и оберегать. Мало ли сколько ещё “Вагунт” встретится на пути.

Демон расплылся в улыбке, вспомнив как Ирей и остальные туземцы увидели гигантский глаз в небе. Сперва они даже не поняли кому теперь поклоняться и почему их истинный защитник выглядит как огромное кошмарное чудище, а не благодушный человечек с сигарой.

– Всё-таки люди такие забавные! Если бы не вы, демоны бы давно заскучали, превратившись в заплывших жирком ленивых существ, вроде Вагунту.

– Вы тоже не даёте нам расслабиться, уж тут у нас всё взаимно! Как думаешь чем там всё закончилось в школе, Тимофей? Уверен, Закхард Разумный был в ярости. Не хотел бы я встретиться с ним сейчас. Да и вообще когда-либо, если честно…

– Уверен, что король уже рыщет в поисках твоей ускользнувшей головы по всему Хаосуму. У Оккику наверняка широкая сеть осведомителей. Вспомни с какой лёгкостью они проникли в школу. Но лобовое столкновение с Золотым Утёсом ему пока явно не по зубам. Теперь Закхарду придётся думать с кем из королей объединиться, чтобы вытащить тебя из провинции Нулевой Земли. А объединяться с кем-либо некроманты терпеть не могут.

– Директор тоже был великолепен! Драться на равных к королём в теле этого отвратительного чудовища… Его смелости можно позавидовать. Хоть ему и не удалось сразить короля, но он выполнил главную цель, не дал нам с тобой попасть ему в лапы. Думаю, когда мы попадём в Золотой Утёс и нормализуем аксиомы, никакие некроманты больше не будут представлять опасность господству Нулевой Земли.

– На какое-то короткое время да. Но технологии такого уровня невозможно утаить, хозяин. Довольно скоро их будут печатать в учебниках всех школ и каждый новичок сможет кастовать заклинания также быстро как ты. Твоя сила постепенно перестанет иметь столь высокую ценность. Я много раз наблюдал подобное в своей долгой жизни. Вы люди как будто созданы для того, чтобы быть использованными. Подумай об этом.

Евклид призадумался и предпочёл сменить тему:

– Золус, какой он?

– Я сам ни разу там не был. Однако знаю, что это самая развитая территория в Юдоли. Из обрывочных разговоров с разными путешественниками и Вектором, становится очевидным, что там царит порядок. Некоторые люди умудряются даже построить в Золусе карьеру и стать гражданами Нулевой Земли. Это апогей желания человека в нашей части Хаосума.

– А насколько велик весь Хаосум?

– Безмерно велик и невероятно разнообразен. Не знаю хватит ли жизни демона, чтобы побывать во всех его пузырях. А уж жизни человека не хватит наверняка. Огромные расстояния и высокий уровень неизвестности очень затрудняют изучение места нашего обитания. Нам повезло, что мы вообще выбрались с острова. Там могло не быть ни одной живой души.

– Да уж! Думаю, что для завоевания этого мира нам надо научиться преодолевать расстояния быстро и безопасно. Какой это раздел магии, Тимофей?

– Четвёртый, вероятно, “О пространстве фигур”, а может и шестой “О времени и цикличности”. Возможны разные решения одной задачи. Нормализация это лишь техника, хозяин. Она не делает тебя учёным, не помогает тебе изобретать новые виды заклинаний, лишь улучшает то, что уже существует.

Евклид не стал спорить и делиться с помощником тем способом совмещения заклинаний, который он случайно открыл в библиотеке и который позволил создать “куб с чёрными гранями”. Благодаря этому методу им удалось обезвредить сперва синего сатана с псионическими способностями, а затем и самого Вагунту. У каждого существа в Хаосуме есть свои секреты, пусть и у него будут свои. Возможно суетящийся демон не последний сатан в его жизни.

– Меня удивил поступок Майи. Что думаешь, Евклид?

– После смерти своего брата девчонка явно не в себе. Нервная стала, нигде место себе не находила. Если она не смогла найти покой под крышей школы, может найдёт его под крылом некроманта. К тому же после преобразования люди теряют эмоции. Мой бывший хозяин Павел сильно изменился с момента казни.

Да уж, – поёжился Евклид, представляя на груди библиотекарши вертикальный разрез.

Он уже не в первый раз достал компас и покрутил его в руках. Внутри пузырей он работал плохо, но и сейчас было абсолютно непонятно в правильном ли направлении они движутся. То ли пасть чудовища создавала помехи, то ли Пояс Апостола наконец-то окончательно вернул свои свойства.

Евклид убрал бесполезный в данный момент механизм и покрутил в руках бутылёк мозгача:

– Хорошая штука, рад, что прихватил её с собой.

– Любите же вы, люди, впадать в зависимости, – осклабился Суетящийся демон. – Хочешь историю?

– О твоём бывшем хозяине, конечно же? – улыбнулся Евклид, нанося на палец капельку синей жидкости.

– Разве у демона могут быть иные истории? В общем, слушай. Дело было давным-давно в одной деревеньке, ещё до Смешения. Местный владыка выпустил приказ о преследовании демонов и людей, укрывающих их. Любые договорённости, а тем более контракты с демонами карались смертной казнью через четвертование или сожжение на костре. Ты бы что выбрал, хозяин?

– Предпочту не привлекать к себе ни то, ни другое, отвечая на нелепые вопросы.

– А мой хозяин выбрал четвертование. Но не будем забегать вперёд. Я брёл несколько дней в полном одиночестве и на одном из перекрёстков столкнулся с забулдыгой-крестьянином. Он давно потопил свою жизнь на дне бутылке и стоял, подпирая лбом дорожный указатель. Я спросил могу ли я чем-нибудь помочь, на что он ответил, что его зовут Поль и единственным его желанием в жизни является месть старому приятелю. Когда-то они были закадычными друзьями, но в какой-то момент карьера Жана, так звали его приятеля, пошла вверх и он устроился на службу в королевскую стражу и с тех пор они больше не виделись. До того момента, как однажды стража не встретила покачивающегося от спирта Поля, стоящего на пути королевского сопровождения.

На крики всадников убраться с дороги тот никак не отреагировал и один из стражников спешился, чтобы убрать пьяницу с дороги. Неожиданно мой хозяин узнал в этом стражнике своего друга Жана, о чём радостно сообщил всем присутствующим. Но друг не ответил взаимностью, сказав, что впервые видит подобное отребье, проучив беднягу сильным пинком под зад.

В порыве ярости, пьяница, валяясь на обочине, крикнул, что настанет тот день, когда Жан ответит за свой гнусный поступок и уже он, Поль отвесит пинок по жирной гвардейской заднице. Стражник засмеялся и сказал, что если такой день и настанет, то он лично уйдёт со службы и нальёт своему старому приятелю бокальчик. И вот теперь единственное чего желал бедный крестьянин было свершить свою страшную месть, вернув стражнику его оскорбление назад.

Я сказал Полю, что существует простой способ сделать это. Тогда на моём пути частенько подворачивались люди с тяжёлой судьбой и я рос, поглощая их уже и так пропащие души. Мы подписали контракт и уже на следующий день отправились осуществлять задуманное. Мы оба переоделись в лохмотья и прибыли на городскую площадь, внутри стен замка, где дежурил Жан. Мой хозяин отдал приказ и я легко разбросав небольшой отряд стражников, добрался до его старого приятеля. Пока я держал Жана, Поль хорошенько разбежался и отвесил ему смачного пинка. Даже не представляю откуда у забулдыги взялось столько сил, уж очень он, видимо, был озлоблен.

Месть была исполнена, Поль был схвачен и приговорён к казни за связь с тёмными силами. Он даже не попросил меня спасти его жизнь. После такого яркого события он решил умереть победителем, на глазах у нескольких сотен человек, а не подохнуть как собака у обочины. Свою смерть он выбрал сам – четвертование, говорил, что ему любопытно узнать, какого это, ведь свои конечности после стольких лет пьянства он едва чувствовал. Последним желанием хозяина было выпить перед смертью и чтобы налил ему непременно его старый друг Жан, исполнив данное много лет назад обещание. Так и произошло. Когда они выпивали, мой хозяин был счастлив, а его более успешный друг Жан в тот день многое понял. Казнь прошла ярко, я наблюдал за ней издалека, чтобы не попасться в руки церковников.

– А что Жан? Он выполнил второе обещание и покинул городскую стражу?

– Нет, это обещание он так и не выполнил. Обманул своего друга. И до конца своих дней служил объектом насмешек своих боевых товарищей за тот случай на городской площади и нарушенное слово гвардейца.

– Надо взять за правило вести себя по-человечески с теми, кто слабее тебя. Вдруг, отчаявшись, от тоже продаст душу какому-то сатану за возможность дать тебе пинка? Возмездие настигнет в самый неудобный момент, как это и бывает.

– Золотые слова! Так у вас говорят? Евклид, “глаз” сообщает, что мы на месте. Предупреждает о сильной песчаной буре там, внизу, говорит, что следует быть аккуратнее при высадке. Желает счастливого пути и скорейшего возвращения к ним на территорию.

– Скажи, что мы благодарны за добрые слова и транспортировку. Пусть не горюет о Вагунту, он был ничтожеством, Ирей прекрасно справится с управлением будучи человеком, а не сатаном.

– Он тебя услышал, хозяин. Отвечает, что посланники Золотого Утёса уже открыли свою территорию. Вставай! Высаживаемся!

Пасть чудовища разверзлась, язык вздрогнул и постепенно начал выкатываться наружу, становясь всё длиннее. Держась за него, дуэту удалось проникнуть сквозь приоткрытое окошко в куполе. Жмурясь от песчаного бурана, который почти что сдирал кожу с лица и открытых частей тела, они, наконец, почувствовали под ногами твёрдую почву.

Напротив них, метрах в двадцати, виднелись едва различимые силуэты встречающих, выстроившихся клином, верхом на каких-то существах. Кроме бесконечного песка вокруг больше ничего не было.

– Я – Евклид, это мой сатан, Суетящийся демон Тимофей! Мы из Пояса Апостола! Прибыли в Золотой Утёс, чтобы переговорить с её превосходительством Лиланой! Вы можете отвести нас к ней?!

Ветер сносил его слова, однако никаких сомнений в том, что встречающие их расслышали не было. Никакой реакции не последовало и молодой человек сделал несколько шагов вперёд. Синеволосый двинулся следом, стараясь держаться поближе к хозяину, чтобы прикрыть в случае необходимости.

Приблизившись к наезднику, стоящему на острие клина, Евклид сумел разглядеть его подробнее. Голова и шея местного жителя были обмотаны слоями ткани, закрывающей от жалящего кожу песка. На глазах у него были круглые самодельные очки, в грубой оправе из металла. В руках он сжимал нагайку – короткую кожаную плеть, с плетёной ручкой, используемую для управления лошадьми. Вот только управлял наездник не лошадью.

Он восседал на огромном чёрном псе с вытянутой мордой и торчащими кверху ушами. В мире Евклида он бы относился к породе королевских догов или доберманов, если бы не размеры с крупного медведя в холке. Животное было опоясано множеством шипастых ремней, помогающих удерживать седло, а также явно доставляющих существу немалые страдания.

Незнакомец поднял руку и песок вокруг дуэта зашевелился. Через мгновение над ними развернулась магическая печать.

Евклид почувствовал, как его движения замедляются, а веки тяжелеют. Повернув голову направо, он хотел было предостеречь сатана, но тот уже успел выскочить из под области действия печати, скрывшись в песчаном урагане.

Наездник бросил Евклиду кусок колючей верёвки и жестом велел следовать за ним. Верёвка рванулась вперёд, заставляя молодого человека идти за наездником, борясь с желанием рухнуть на землю и уснуть.

“Тимофей! Ты слышишь меня..?”

“Да, хозяин, я не только тебя слышу, но и готовлюсь освободить!”

Суетящийся демон атаковал сверху, неожиданно появившись из песчаного облака. Удар его ледяного копья был направлен на пса наездника, ведущего Евклида. С треском копьё разлетелось, ударившись о возникшую в воздухе защитную печать.

– Очи мои потоком встречным вовнутрь прольются…

Молодой человек с облегчением закрыл глаза, поддавшись действию печати противника. Собственное зрение теперь было ему ни к чему, он видел глазами своего сатана. Суетящийся демон двигался невероятно быстро, выбирая подходящий момент для повторной атаки отряда. Отряд состоял из пяти наездников и неумолимо двигался вперёд, явно не воспринимая синеволосого как серьёзную угрозу.

Прямо по курсу их движения, из земли проросла ледяная стена. Один из воинов воздел руки к небу и преграда разлетелась на тысячу осколков. Ступая по ним, Евклид заметил как от окружающей жары они быстро тают, впитываясь в раскалённый песок.

– Да застынешь ты холодом объят..!

Никакого эффекта. Члены отряда даже не почувствовали мощи сковывающего залинания.

“Хозяин, на них не действует моя магия. Нет, на них вообще не действует никакая магия! Это явно люди, но с ними что-то не так. Остаётся только пойти в лобовую атаку.”

“Что ещё ожидать, от провинции Нулевой Земли, Тимофей? Уровень воинов Золуса наверняка значительно выше, чем любых других в Юдоли. Мы могли бы просто дождаться когда нас подведут к предводительнице, но что-то мне не хочется явиться к ней в кандалах. Атакуй, но старайся никого не убить. Помни, ты сражаешься с союзниками, а не с врагами”.

Суетящийся демон ворвался в центр клина, ударив сбоку. Один из псов завалился на бок, его наездник отлетел в сторону. На этот раз в руках синеволосого было зажато сразу два ледяных копья. Отряд всё же остановился, решив, наконец, отреагировать на агрессию. Засверкали магические вспышки, двое спешились, бросившись на сатана врукопашную. Из под складок их одежды показались кривые арабские сабли.

Оставшиеся наездники предпочли напасть верхом на чёрных псах. Сбитый воин тоже уже успел оправиться от падения и бросился на подмогу товарищам.

Евклида поразила тишина в которой разворачивался бой. Противники не выкрикивали никаких заклинаний, не согласовывали действия между собой, они с молчаливым упорством атаковали синеволосого, полагаясь только на защитные печати и своё металлическое оружие. Слова – были естественным и необходимым компонентом большинства заклинаний, однако воины почему-то лишали себя этого компонента, явно усложняя себе задачу.

Синеволосый, тем временем, тоже не хотел наносить своим противникам непоправимого вреда, он защищался от града ударов с грацией и ловкостью, доступной только существам нечеловеческой природы. Демон не обманул, в ближнем бою он действительно был великолепен. Суетящаяся сила раз за разом мешала соперникам наносить точные удары. Воины двигались быстро, явно используя ускоряющие артефакты, но даже впятером не могли совладать с Тимофеем. Уязвимые части своего тела он покрыл ледяной бронёй, которую саблям было не под силу пробить.

Евклид понимал, что продолжительный бой идёт им на пользу. Люди устают, в отличии от демонов. Ему тоже хотелось поучаствовать в сражении, но довлеющая над его головой печать, не давала ему сдвинуться с места или использовать магию.

Видимо, лидер отряда тоже осознал, что продолжаться так больше не может. Он хлопнул в ладоши, отдавая команду, и произошло невероятное – в бой вступили псы. Их массивные тела двигались на удивление быстро. Не слишком заботясь о безопасности собственных хозяев, они раскрыли свои зубастые пасти, обнажая длинные, пожалуй даже неестественно длинные, клыки.

Борясь с сонливостью и песчаной бурей, Евклид вглядывался в сражение. У одной из собак было несколько хвостов, а другая прямо на его глазах вдруг выбросила в сторону пятую лапу. Черные твари теперь явно не заботились о передвижении на четырёх конечностях, некоторые поднялись на задние лапы, используя преимущество в росте.

“Демоны, Тимофей! Это демоны, а не псы!”

“Я понял это, хозяин, чуть раньше чем ты, но чуть позже, чем следовало”.

Обе руки сатана оказались зажаты в слюнявых челюстях двух чудовищ. Вырваться не представлялось возможным, клыки пронзили предплечья и локти насквозь.

С замиранием сердца Евклид увидел как лидер отряда указал на ноги Суетящегося демона и провёл ребром ладони по воздуху. Через мгновение в них вцепились ещё две твари. Прогрызая ледяную защиту, мотая головами из стороны в сторону, они оторвали и сожрали нижние конечности синеволосого.

– Ублюдки! – закричал Евклид. Его голос замедлялся в магии печати и окончательно растворялся в рёве песчаной бури, которая только усиливалась. – Вас казнят! Я попрошу Лилану лично четвертовать каждого из вас! Чёртов Золус!

Внезапно он похолодел. Мысли неслись в его голове с небычайной скоростью. Он ещё раз огляделся по сторонам и рухнул на колени.

“Тимофей. Это я вызвал Лилану тогда, в школу. В Золусе каждая собака знает о невероятном Евклиде и его Суетящемся демоне, они бы никогда…”

“Я уже понял хозяин… В момент, когда лишился обеих ног… Проклятый глаз обманул нас… Это не Золотой Утёс…”

Глава 4. Абсолютная энтропия

Руки Евклида были прикованы к каменной стене двумя толстыми цепями. Его пальцы поместили в специальные кандалы, попутно вывихнув или сломав как минимум два из них. Молодой человек имел возможность присесть на грубую деревянную лавку у самого пола, но руки быстро отекали и ему опять приходилось вставать.

Суетящийся демон висел напротив. Его тело бесцеремонно приколотили к деревянному распятию толстыми гранёными гвоздями с надписями. На стене, позади распятия, была нацарапана пентаграмма, не позволяющая использовать магию.

Они находились в полутёмном прохладном помещении со множеством приспособлений и инструментов специального назначения. Это без сомнения была камера пыток. Некоторые инструменты одним своим видом внушали молодому человеку ужас. Фантазия живо рисовала картины от которых кружилась голова, а к горлу подступал комок.

После сражения в пустыне их приволокли в небольшое каменное строение, лишь слегка возвышающееся над уровнем песка, но зато уходящее на один или два этажа вниз. Так и не проронив ни единого слова, отряд воинов провёл все необходимые процедуры заточения пленников и оставил их наедине друг с другом.

– Как мы могли так глупо попасться, Тимофей? – с кривой ухмылкой Евклид в очередной раз легонько стукнул затылком о стену.

– Я говорил, что сатанам нельзя доверять, хозяин. Наша сущность порочна и лжива. Прошу простить, что не сумел победить. Видимо наш путь закончится здесь.

– Напротив, демон. Твой путь здесь только начнётся. – Из темноты вышел худой сутулящийся молодой человек со светлыми, почти белыми, бегающими глазками, в таком же, как у отряда воинов, одеянии. – Но начнётся он в новом воплощении. Ты будешь обращён в одну из тех собакоподобных тварей, которые растерзали тебя снаружи и будешь покорно служить сынам человеческим здесь. А вот человек, после стандартных процедур с использованием имеющихся в этой комнате инструментов, будет казнён. Сожжён снаружи под солнцем нашей территории. Четыре раза в день температура снаружи достигает трёсхот тридцати градусов и выше. Вам повезло очутиться в нашем убежище утром.

“Всё-таки надо было выбирать четвертование, – мысленно бросил Евклид сатану”.

– Казнён? За то что освободил от правления демона целую территорию прошлой ночью?

– Удивительно, что ты имеешь наглость усомниться в своём грехе. За связь с демоном, конечно. За богопротивный контракт, отправляющий дар господа в пасть вот этого существа. Отрицать будешь? – Он демонстративно покачал на руке одно из орудий пыток, грушеподобный металлический прибор с разжимающимися лепестками. Неожиданно он выронил его и груша приземлился прямо ему на ногу.

– Хе-хе! Наслышан о твоей силе, демон. Братья говорят ты непревзойдён в сражении.

– Отрицать факт контракта не собираюсь. Но в месте, куда я попал после Смешения, это не считается преступлением, – молодой человек не сводил глаз с прибора, но стоял на своём.

– У каждой территории свои правила, таков уж разнообразный мир Хаосума, дружище. Я и сам попал сюда всего пару месяцев назад, но уже в полной мере успел в этом убедиться. Работал консультантом в магазине электроники почти десять лет подряд, представляешь? А тут вдруг очутился в месте где бога почитают куда сильнее, чем у нас. Магия, демоны, территории… Интересно, не находишь? Каждая обладает своим уникальным жестоким мирком. На этой, например, обитают самые ярые приверженцы господни. Они отправляются сюда по доброй воле, чаще всего. Годик помучался и добро пожаловать в Братство. Для человека годами торчащего среди телевизоров под светом диодных ламп здесь почти курорт! – он мерзко захихикал. – Эта небольшая территория называется Пустыней Молчальников и специально спроектирована так, чтобы доставлять людям страдания. Здесь каждая минута жизни – испытание. Здесь мы проверяем на прочность свои тела и конечно же свой дух. Дух, который останется с нами до самой смерти и не будет отдан в дар ни-ко-му.

– Как же тогда вы договорились с той сущностью, которая доставила нас сюда? Разве это не сговор с демоном?

– Э-э-э не-е-ет! – погрозил пальцем белоглазый. – В сговоре ты отдаёшь что-то взамен. Мы же не отдали тому мерзкому отродью абсолютно ничего! Оно вышло на связь с одним из наших послушников и предложило нам вас в качестве безвозмездного сувенира. Мы согласились. Очистить мир от ещё одной порочной связи – разве не отличный повод стать чище самому? А внутренние разборки чудовищ нас не касаются.

– Вместе с этим демоном на стене я способен очищать мир куда сильнее чем ты, послушник. Как твоё имя?

– Не нужно ко мне обращаться. У нас тут нет имён. К друг другу мы тоже не обращаемся, кстати. Как вы уже наверняка успели заметить мы вообще не разговариваем между собой. Это одна из наших аскез, мы – молчальники. Я недавно здесь и моя аскеза начинается только завтра. Так что по полной используйте возможность получить информацию о нас, возможно смерть от руки таких чистых созданий как члены Братства, лучшая участь для ваших грешный сущностей.

– Церковники… – Ухмыльнулся Тимофей. – Сколько я брожу по мирам, ваши речи всё те же. Мир нисколько не потеряет от того, что вы замолчите.

– Тимофей, да он даже не церковник! Обычный затюканный боссом и коллегами неудачник, которому вдруг выпала счастливая возможность начать всё заново. Изо всех сил держится, как может, чтобы не свалиться туда же, где находился раньше. Только правда в том, что неудачник останется неудачником в любом из миров. Магия может и сделала бы тебя сильнее в мире, где её нет, но в мире, где она есть ты останешься всё тем же…

– Заткнись ничтожество! – прозрачные глаза брата метались по столу, стараясь найти для обидчика наиболее подходящее орудие мести. Руки его тряслись от злости. В итоге он схватил старый добрый молоток с деревянный ручкой и двинулся на Евклида.

Евклид посмотрел на колени нападающего, выбирая место для удара. Убивать человека, хоть и такого мерзкого, он был не готов:

– Разделяя на двое, одним. Рассеки…

– Хе! Здесь не действует магия, только грубая сила! – нападающий был совсем близко.

– Такой богатый выбор, а ты предпочёл молоток? Полное отсутствие фантазии.

Белоглазый неловко взмахнул своим оружием, целясь в голову, и дёрганым движением опустил его на хозяина синеволосого. Тот рванулся в сторону, уклоняясь. Удар, задев каменную стену, пришёлся в плечо. Евклид стиснул зубы и обеими ногами ударил обидчика. Тот, к своему несчастью, отлетел к противоположной стене, угодив прямо в пасть к Суетящемуся демону. Его бритый череп, слегка кривоватый, оказался зажатым в челюстях существа, над которым он минуту назад так нелестно отзывался.

Белоглазый замер, почувствовав, как в его кожу впиваются острые зубы. Синеволосый подвигал ими из стороны в сторону, по шее паренька потекли струйки крови. Молоток выпал у него из рук. Евклид заметил, что их несостоявшийся мучитель обмочился.

– Н-Не надо… – заикаясь пролепетал парень.

– Ещё раз спрошу твоё имя. – Евклиду, наконец, удалось поймать взглядом бегающие глазки и заставить их неотрывно смотреть на себя.

– С-с… Семён…

– Видишь как быстро это происходит Семён? Вот ты расхаживаешь с молотком с видом всезнайки, а через мгновение твоя глупая куриная головёнка уже зажата в пасти старого бывалого лиса. Что в том мире, что в этом, это совершенно не меняется. Мой демон Тимофей рассказал бы тебе сказку про своего бывшего хозяина Поля и его друга детства Жана, но у него рот занят. Хочешь перескажу её своими словами? Очень поучительная!

Семён быстро заморгал, соглашаясь.

Дверь распахнулась и в комнату ввалилось несколько воинов с саблями наголо и один чёрный пёс в придачу. Одного взгляда их лидеру хватило для того, чтобы понять что происходит. Он указал на Евклида и жестом дал понять, что несчастного парнишку ему лучше отпустить. Для своего же блага. Евклид поднял брови и пожал плечами, мол “что взамен?”. После секундной паузы лидер группы указал на орудия пыток и показал руками крест – “пытать не будем”. Молодой человек согласно кивнул, лучше сделки было не придумать. Сначала важно было избежать пыток, а потом и о жизни можно было договориться.

“Отпусти этого идиота, Тимофей. Кажется, первый этап переговоров прошёл в нашу пользу”.

Сатан разжал челюсти и Семён подбежал к своим. Он хотел было начать жаловаться, но получил мощный удар наотмашь в ухо, от которого упал. Лидер группы взял с одного из столиков короткую плеть с узелками и швырнул её белоглазому. “Десять” – показал он пальцами.

Несчастный сел на колени и стянул с себя сначала балахон, а затем и рубаху. Дрожащей рукой он взял плеть и ударил себя через плечо. “Сильнее” – указал старший брат. Последовал ещё один удар, на этот раз гораздо резче. На спине бедняги проступила кровь. Евклид встретился взглядом с Семёном. На этот раз его глазки не бегали, они были полны ненависти.

“Нам надо выбираться, Тимофей. Ненормальные фанатики… Ты можешь отрастить свои ноги?”

“Только не когда за спиной эта пентаграмма. Она блокирует мои способности к регенерации. Я чувствую, как помощники Астуса молятся за меня. Состояние моего тела стабильное, но магия по прежнему полностью заблокирована”.

Когда процедура самобичевания закончилась, Семёну разрешили одеться. Воин указал на синеволосого, после чего вся толпа вышла, оставив на помощь нерадивому послушнику лишь чёрного пса в углу.

– Тебя превратят в пса, синеволосый. – Проскрипел зубами Семён. – А твоего ублюдочного хозяина сожгут. Мне велено всё подготовить к преобразованию. Станешь послушным как эти твари. – Он махнул рукой на пса в углу. – Процесс необратим. Будешь злобным и преданным псом Братства. Сейчас тварей всего пять, будешь шестым. Транспорта на всех не хватает, всегда очередь. Время от времени и я буду кататься на твоей спине по пескам, натягивая поводок покрепче. Вы чувствуете боль, я знаю. Я дам тебе много боли. А когда пройдёт год я улечу отсюда и стану полноценным воином Братства. Смогу карать и миловать от имени бога надменных ублюдков вроде вас в ещё больших масштабах.

Евклид пригляделся к сидящему псу. Ему показалось, что от слов послушника у того запульсировали жёлтые глаза с чёрными зрачками, то вертикальными, то горизонтальными.

– Скажи, Семён, мой сатан будет понимать что ему говорят?

– О, ещё как! В этом плане ничего не изменится! Зато изменится многое другое! Чёрных псов выращивают только здесь, это уникальный эксперимент Братства. Выносливые, покорные, невосприимчивые к магии. Служат хозяину покуда он жив безо всякого контракта. Зачем контрактоваться с лошадьми, хех! Вся их подлая демоническая сущность вытравливается напрочь! Настоящее оружие церкви против тварей вроде вас.

Семён бродил по комнате, собирая в ветхий таз все необходимые компоненты для преобразования. Из-за кипящей в нём злобы и горящего после ударов плети тела, его движения были резкими, вздрагивающими. Он часто забывал зачем шёл, раздражённо кряхтел и разбрасывал всё вокруг.

Евклид же, напротив, поняв что его не будут пытать, смог полностью взять себя в руки и лихорадочно раздумывал, что ему предпринять.

– На чём ты отправишься назад, дружище? Ненавидишь демонов, а сам наверняка используешь одного из них для перемещения, прямо как мы?

– Я для тебя не “дружище”, я тот чью улыбку ты увидишь последней, когда кружащийся песок сдерёт с тебя кожу, а палящее солнце испепелит твои внутренности. Братство презирает демонов. Мы не примитивные создания вроде вас, до сих пор использующих для путешествий чудовищ. У нас есть саркофаги! Божественная технология, позволяющая двигаться по Хаосуму в безопасности и комфорте.

– Слыхал что-то про Золотой Утёс? Мы как раз направлялись туда, до того, как оказались здесь.

– Я всё знаю! Имперская провинция, рассадник корысти. Прихвостни обители разврата – Нулевой Земли.

– Слыхал Тимофей? Вот какие байки ходят о Золусе среди благочестивого населения.

– Фанатичные церковники, что с них взять? Не видят дальше собственного носа. А этот ещё и злобный.

– Закрой рот, демон, а то я выколю тебе глаза. Мне никто не указ тут, понял?! – Семён схватил длинную блестящую спицу со стола и сделал пару шагов к сатану, оставив, однако, между ними безопасную дистанцию. Пёс в углу глухо зарычал.

Белоглазый боязливо обернулся и через плечо, шикнул на пса, однако спицу вернул на место.

– Раздевайтесь оба! – велел послушник, в глубине души понимая, что никто не собирается выполнять его приказ.

– Тимофей никогда не снимает перчатки, Семён, а я предпочитаю оставаться в рубашке с любимым галстуком даже болтаясь на кресте.

– Тебя разденет буря, – прищурился белоглазый. – Так даже больнее. А твоего демона мы принудительно разденем уже на месте. Для проведения ритуала на нём не должно быть посторонних вещей.

– Эй, пёс! – внезапно обратился Евклид к демону в углу. – Может поможешь нам загрызть этого заморыша и сбежим отсюда вместе?

Пёс не отреагировал, но молодому человеку показалось, что существо улыбнулось.

Белоглазый хмыкнув, прошествовал к двери, не выпуская из рук таз со всем необходимым.

– Всё готово! – крикнул он в темноту коридора. – Да свершится возмездие, братья!

Жара в Пустыне Молчальников появлялась и исчезала строго по часам, сменяя друг друга четыре раза в сутки. Это помогало послушникам не пропускать время молитвы и заранее укрываться от непогоды в своей башне-келье.

Евклид висел, примотанный к металлическому распятию проволокой. Дышать в таком положении было крайне затруднительно, а использовать заклинания невозможно. Они явно не первый раз проделывали подобное. Он изо всех старался сохранять присутствие духа, однако его положение и главное оружие – Суетящийся демон оставляли желать лучшего. Синеволосый сатан лежал, раскинув руки, на металлическом листе, исчерченном знаками для ритуала превращения.

Вокруг места их казни собрались почти все жители пустыни. Они стояли полукругом и молчаливо наблюдали за происходящим. Пятёрка чёрных псов бродила вокруг сборища, отворачивая головы от обжигающего песчаного урагана, беспорядочно мечущегося по всей территории.

“Тимофей, как думаешь, если бы на этой территории были камни, они бы стали гладкими и круглыми как морская галька?”

“Стали бы, хозяин. Скоро мы убедимся в этом на себе. Хорошо бы ты умер раньше меня, я бы тогда отключился ненадолго и перестал видеть постные лица этих церковников. А проснулся бы уже послушным псом. Всю жизнь меня преследуют и вот, похоже всё-таки достали”.

“Не первый раз замечаю в тебе упаднические настроения, сатан. Ты древнее могущественное существо, разве у тебя нет мотивов цепляться за жизнь? Как же могущество? Как же власть над другими демонами?”

“Перед лицом смерти всё это кажется мне каким-то… – сатан призадумался, – …каким то несущественным. Борьба за жизнь – человеческая черта, меня и живым-то назвать сложно. У меня сейчас только два желания: не видеть больше лица этих людей вокруг и не позволить им снять мои вязаные перчатки”.

“Этот светлоглазый мозгляк Семён говорил, что перед началом ритуала сатан должен избавиться от всех вещей, не являющихся его плотью. Судя по всеми, их никак не оставят”.

“Это плохо. Это очень плохо, хозяин”.

Сатан заёрзал. От толпы отделился высокий человек и жестами велел своим помощникам снять с Тимофея вязаные перчатки.

– Я не отдам вам перчатки. Они мои. – Сатан сжал кулаки, давая понять, что без боя лишить его любимых бардовых перчаток не получится.

Палач обернулся к лидеру молчальников, тот отрицательно помотал головой и велел продолжать.

– Пусть псы отгрызут этой твари руки, – презрительно бросил Семён. – Без ног же прекрасно обходится, значит и без рук справится.

Опять отрицательный ответ. Видимо от сатана и так оторвали достаточно и руки были нужны для превращения целыми и невредимыми. Тогда на кисти синеволосого накинули верёвки, другой конец которых зажали в пастях два чёрных пса. Псы рванулись в стороны. Насколько бы сильным не было тело демона, противостоять такому напору оно не смогло. Он сопротивлялся до последнего, пока руки его не хрустнули и не обвисли.

Евклид попытался вырваться. Возможно, если ему удастся выскользнуть из проволочных оков и отойти от столба, он сможет сражаться.

Один, против нескольких десятков опытных воинов? Не вариант.

Сбежать тоже не получится, меньше чем через час солнце испепелит его. Единственное укрытие на территории – келья, полностью забита отшельниками.

“Тимофей! Что мне делать?! Я не могу вырваться. Не могу помочь ни себе, ни тебе”.

“Не беспокойся, хозяин. Стянув с меня перчатки, они подпишут себе смертный приговор. Сами”.

“Ты специально сопротивлялся?! У тебя есть какой-то план?!”

“Просто не дай им снять с меня перчатки хозяин. Просто не дай. Времени у нас совсем мало”.

– Эй, ублюдки! – закричал Евклид. – Этот сатан ни в чём не виноват! Он лишь оружие в моих руках! Выполните последнюю просьбу умирающего, не заставляйте моего сатана снимать перчатки. Они – подарок очень важного для него человека!

Никто и бровью не повёл. С остеревенением, набросившись по трое на каждую руку, люди стаскивали с распростёртого тела синеволосого последний предмет его одежды.

– Важного для него человека?! Сколько душ пожрала эта тварь?! Вот-вот и твою заполучит! Но мы позаботимся о тебе, парень. Он умрёт раньше тебя, твоя душа останется с тобой. Возрадуйся! Братство милостиво!

Наконец, послушники справились. Они так и не смогли стянуть перчатки целиком, однако сумели разорвать их на несколько лоскутов и теперь растаскивали по сторонам бордовую пряжу. Ещё несколько человек бросилось им на помощь.

Нитями судьбы скован был, словно оковами…

Опали оковы, вырвался наружу хаос беспечный…

“Что происходит, Тимофей?!”

“Это не я, хозяин. Вы сами всё видели. Я сделал всё что мог. Вы тоже. Надеюсь вы останетесь живы. Не двигайтесь. Так больше шансов”.

“Больше шансов на что? На что, Тимофей! Отвечай! Я приказываю тебе, сатан!”

“Хаос вырвался наружу хозяин… абсолютная энтропия…”

Глава 5. Последствия

Всё пространство, до куда дотягивался взгляд молодого человека, в один миг потеряло свои краски. Кружащийся вокруг песок, келья вдалеке, даже яркий жёлтый галстук на шее отличался от всего остального только оттенком тусклого серого цвета.

Лишь распростёртый поверх круглого листа с пентаграммой Суетящийся демон, остался таким же ярким, как был. Его длинные синие волосы разметало по сторонам, а глаза подёрнулись зеркальной пеленой, отражающей теперь всё, что творилось вокруг.

Судя по реакции монахов Братства, эту перемену заметил не только Евклид. Пространство прорезал высокий металлический лязг, будто невидимый кузнец, орудовал молотом придавая идеальную форму подкове.

– Что за чертовщина?! – Семён озирался по сторонам, невольно отступая от распластанного тела. – Давайте начинать преобразование! Быстрее!

По рядам монахов пронёсся неразборчивый шёпот. Они не могли произносить слов, однако удивление и страх вырывались наружу вместе с дыханием. Большинство из них побросали нити бордовой пряжи, разглядывая свои ладони. Пытаясь понять, что происходит вокруг.

Тени перестали синхронизироваться с движениями людей, они ёрзали по песку, подчиняясь никому не известной логике.

Евклид, вспоминая наказ своего прислужника, замер. Он дышал медленно, контролируя каждую фазу вдоха и выдоха, лишь слегка отвернув голову от бесконечно продолжающейся песчаной бури. Сквозь прищуренные веки он наблюдал за метаниями монахов и Тимофеем, который с улыбкой вглядывался в зеркальную бездну, видя одному ему понятные видения.

В голове молодого человека зазвучали слова Суетящегося демона, явно разговаривающего а самим собой:

“Сердечный приступ… инсульт… вижу всё… частицы сбивают свой стройный ход… тромбоэмболия… да… аневризма аорты… песок вокруг усугубляет… как вовремя… у хозяина крепкое здоровье…”

Люди вокруг в панике метались по сторонам, натыкаясь друг на друга, падая и затихая на песке один за другим. Кто-то корчился на земле, ловя ртом воздух, некоторые разрывали на себе одежду.

“Энтропия… абсолютный хаос… все самые негативные сценарии, возведённые в абсолют… судороги… остановка дыхания.. их убивает песок… невероятно… как ничтожна вероятность, но она есть…”

Часть послушников бежали к башне. “Проклятие! Это проклятие!” – кричали они, нарушив свой обет молчания.

“Инфекция… ещё одна… невероятно быстро развиваются… перелом ноги… сепсис… люди так хрупки… зависимы от стройного хода вещей…”

Чёрные псы скулили, прижавшись к земле, не понимая, что происходит вокруг. Демоны не имели стройно работающих внутренних органов, поэтому не могли погибнуть от внезапно накрывших их негативных вероятностей, связанных со здоровьем. Песок лишь слегка покалывал их тела в наиболее уязвимых местах, а вот бегающие и размахивающие оружием и магией люди, действительно представляли угрозу.

Две созданные людьми, вращающиеся защитные печати, отскочили друг от друга, став причиной гибели двух послушников и потери задней конечности одного из чёрных псов. Сражающийся с невидимыми демонами обезумевший послушник, размахивал саблей, до тех пор пока она не выскользнула, вонзившись в горло его товарища.

Евклид моргнул, прижав веком песчинку, неудачно попавшую в глаз. Он прикрыл его, стараясь удержать глазные яблоки в статичном положении. Дышал он прерывисто и неглубоко, опасаясь случайно вдохнуть частичку пыли и закашляться. Кто знает какую невероятную цепочку негативных сценариев мог породить случайный кашель?

Бордовые шерстяные нити, метались под порывами урагана, постепенно возвращая свою форму. Нить за нитью, вниз от предплечья сатана до кончиков пальцев.

Когда последняя нить обрела своё место, лязганье прекратилось. Ни одного тела, кроме прочно привязанного к столбу, не осталось в вертикальном положении.

“Ну вот и всё, хозяин. Надеюсь, ты остался жив”.

“Жив Тимофей! Но не сказать, что в порядке. Сними меня отсюда!”

Евклид рассматривал обрывки белой рубашки и брюк, а также кровоподтёки в местах, где кожа контактировала с проволокой. Галстук-реликвия на удивление нисколько не пострадал.

Суетящийся демон сполз с железного преобразующего круга и уже вовсю регенерировал свои ноги, облокотившись на крест.

– Что это было, Тимофей?

– Абсолютная энтропия, хозяин. Неконтролируемое проклятье, поражающее всё вокруг.

– Почему ты не рассказал мне заранее?

– У этой способности очень специфические условия активации. Все кто знает о ней, в том числе и я сам, обязаны делать всё возможное для того, чтобы оно не сработало. В этом смысле проклятие слегка напоминает контракт.

– Абсолютная энтропия… – задумчиво повторил Евклид. – И где ты слов таких набрался?

– Был у меня один хозяин – физик…

– Нет, стоп! Займись лучше своими ногами, здесь становится жарко. Нам надо убираться с улицы побыстрее, а я просто не утащу тебя на себе.

– Можем остаться здесь. Я могу создать ледяной купол над нами, хозяин.

– Сидеть в печи, укрывшись ледяным барьером? Пожалуй, откажусь…

Евклиду вдруг стало плохо. Несмотря на жару, по телу пробежал озноб. Было ощущение, что он вот-вот потеряет сознание. Секунда… Другая… К горлу подступил комок и его вырвало. Стало немного легче.

– Надеюсь с внутренними органами всё в порядке, хозяин? – участливо спросил Тимофей. – В полевых условиях я не смогу провести полноценную полостную операцию.

– Лучше займись своими ногами сатан. Пожалуй, слишком много трупов на сегодня.

– Судя по всему, один всё-таки уцелел. Но ненадолго.

Молодой человек посмотрел в направлении куда указывал Тимофей. Пятёрка чёрных псов слегка побитые, но вполне здоровые столпились вокруг какого-то выжившего.

– Дай мне копьё, Тимофей.

– Дланью пронзающей по обе стороны…

Сжимая приятно тающее в руках оружие, Евклид подбирался к копошащимся теням. Широкий беккеринг был наложен, рассекающие заклинания были наготове. Синеволосый прикрывал из-за спины. Правда, один глаз слезился и едва видел. При приближении Евклида, собаки с рычанием расступились. На песке, дрожа от страха, скорчился его недавний белоглазый приятель.

– Выжил, значит…

– Я узнаю твой голос! Это всё ты сделал, ублюдок!

Евклид подошёл вплотную и обомлел. Семён был слеп. Глаза его не изменились снаружи, но внутри произошло что-то, что нарушило их функцию. Лежащий на на земле беспорядочно крутил головой, вздрагивая от резких звуков и рычания.

– Вы сами это затеяли. Мы вас предупреждали. Упрямство и отсутствие гибкости погубило вашу общину, не мы. Вставай!

В глубине души, Евклиду было жаль беднягу, однако это чувство было глубоко зарыто под слоем злости и разочарования.

– Вставай давай! – повторил он, коснувшись руки Семёна копьём. Тот вздрогнул и поднялся.

Евклид взглянул на чёрных псов, полукругом стоящих вокруг. Они наблюдали. Он не почувствовал от них ни капли агрессии.

– Нужна помощь! – обратился он к ним. – Один доброволец, за мной!

Повернувшись к ним спиной, он пошёл к Тимофею. Большая чёрная тень послушно последовала за ним.

– Они теперь за нас? – усмехнулся синеволосый. Одна его нога отросла уже чуть ниже колена. Не без труда им удалось усадить демона в седло.

– Похоже на то. Двигаем в келью!

Евклид пошёл пешком. Жар пустыни быстро прибывал.

– Эй! Где все! Не бросайте меня здесь! – звал Семён.

– Держись, – Евклид ткнул ему в руку конец копья, – скажешь своим внутри, что мы не опасны.

Однако внутри кельи все были мертвы. Судя по предметам, разбросанным вокруг, оставшимся пришлось куда хуже, чем их братьям снаружи. Можно было только догадываться, как не случайный ход негативных событий привёл их в то плачевное состояние, в котором они находились сейчас. Стараясь не разглядывать тела в подробностях, Евклид прошёлся по комнатам.

– Здесь на стенах кругом пробирки с песком. Для чего они? – обратился он к слепому, зайдя в очередное помещение.

– Это песок пустыни. Он специально фильтруется и используется в магических ритуалах. С помощью него возможно даже попасть в основную линию времени. Туда, где Смешение пока не произошло! Очень ценный!

Похоже послушник, наконец, осознал своё положение и теперь изо всех сил старался быть полезным.

– Тот самый песок… – Евклид прошёлся вдоль стеллажей и захватил с собой пару небольших посудин. – Что ещё ценного здесь есть? Как выглядит ваша реликвия?

– Реликвия глубоко в земле, в песке! Я никогда её не видел! Говорят, она огромная, именно из-за неё песок приобретает свои свойства! Братство очень ценит это место! Оно не простит, если с реликвией что-то случится!

– Покажи, где мои вещи. И ещё мне потребуется новая одежда. Рубашка, желательно белая.

– Покажу! Я всё покажу! Ваши вещи рядом с комнатой, где вас расположили после знакомства…

– Рядом с пыточной камерой, куда нас швырнули без права на объяснения? Веди!

Евклид с огромным удовольствием надел на шею боярский крест и два кольца. С ними в душу возвращалось спокойствие. Но особенное удовольствие ему доставил бутылёк с мозгачом, коим он сразу же и воспользовался.

Найденная одежда песчаных жителей была просторной и довольно удобной. Белой рубашки в закромах молчальников не нашлось, пришлось ограничиться безразмерной бежевой монашеской рубахой. Зато жёлтый Пояс Апостола занял своё изначальное местоположение – на талии, а не на шее.

– А это что за штука?

– Опишите, о чём вы говорите? Я не вижу…

– Здесь шкатулка, в ней перстень… – Евклид открыл шкатулку, – …Похож на золотой. На ободке квадрат с вязью, одна вертикальная линия…

– Это нашего владыки! – радостно откликнулся Семён. – Он сейчас там лежит, вместе со всеми… – добавил он уже грустнее. – Этот перстень позволяет перевозить с собой груз. Предметы, существ. Людей нельзя. Демонов, вроде бы можно. Владыка рассказывал, что с помощью него доставлял чёрных псов заказчикам.

– Великолепно! Оставлю себе в качестве трофея… Нет, скорее за беспокойство. Что-то нет у меня гордости за те дела, которые мы здесь натворили. Как он работает?

– Носить лучше на указательном пальце. Большим проводите по узору. От себя – вытащить наружу, к себе – забрать с собой. Вместительность мне неизвестна.

– Ясно! Показывай саркофаг! Оценим ваши инновации.

Саркофаг был не один, а целых три. По сути саркофаг представлял из себя короб, сваренный из толстых металлических листов, с прорезями для окон, забранных решётками.

– Тут два обычных саркофага и один навороченный, серебристого цвета. – Описал Семёну картину Евклид.

– Да! Клинки Небес! Два чёрных КН-1 и серебристый КН-2. Серебристый – личное транспортное средство владыки. Более манёвренный, у него под днищем имеются специальные полозья для мягкого приземления и более высокий уровень защиты от чудовищ снаружи. Узоры на его корпусе трансформируются в заострённые лезвия, снабжённые гидроусилителем. Это позволяет экономить место внутри! Обычно два-три воина применяют оружие для защиты от созданий бездны. Крутят тяжеловесные вентили. Никому не хочется увязнуть снаружи в кишках чудовищ, сами понимаете. А тут достаточно всего одного человека.

– Оказывается и здесь есть место технологиям и комфорту, – Евклид обошёл саркофаг, касаясь серебристых узоров кончиками пальцев. – Даже у Лиланы из Золуса не было такого. На чём они работают?

– Технологии Братства самые передовые в Хаосуме, – расплывшись в улыбке покивал послушник. – Мы заботимся о своей пастве! Заправлять не надо, не беспокойтесь, там внутри какой-то взрывоопасный артефакт, лучше не копаться самостоятельно! Управление простое, если машину водили, справитесь! Поехали, я всё покажу?

– Поехали? Ты не едешь с нами, Семён. – Несмотря на то, что собеседник был слеп, Евклид отвёл глаза.

– Не еду?! Не бросайте меня здесь! Я ничерта не вижу! Я не выживу один!

– Еды и воды у тебя предостаточно – выживешь. Мне нужно, чтобы ты остался и рассказал своим правду о том, что здесь произошло.

– Я буду полезен! Я не могу остаться! – Семён бросился на голос Евклида, вцепившись ему в одежду.

– Мне избавиться от него, хозяин? – Тимофей, на своих новых ногах, неспеша шёл к ним в сопровождении пятёрки чёрных псов.

– Это ни к чему, он и сам сейчас уйдёт. Так ведь? Как нам открыть купол, Семён?

– При приближении корабля он сам откроется… – белоглазый послушник разжал руки и стоял, понурив голову.

– Это твоя новая аскеза, дружище, – хлопнул его по плечу Евклид. Через год вернёшься на территорию Братства, может и глаза подлатают. В Хаосуме, насколько я заметил, у людей нет проблем со зрением. Тимофей, погружаемся!

– Подожди, хозяин. Чёрные псы желают лететь с нами. Клянутся, что будут верно служить тебе. Демоны ненавидят помогать другим демонам, но с людьми на этой территории им приходится куда хуже. Служить тебе – честь для них, так они говорят.

Евклид на секунду задумался. Чёрные псы подошли к нему и преклонили головы к земле.

– Внутри саркофага мало места. У меня есть только одна уютная кабина для вашей маленькой стаи, внутри вот этого кольца.

– Чёрные псы согласны. Куда угодно, лишь бы не оставаться здесь. Путешествовать внутри пространства артефакта им приходилось уже ни раз.

– Тогда добро пожаловать в Клуб Евклида, демоны. Здесь к вам будут относится достойно.

Он вытянул руку и коснулся большим пальцем кольца. Артефакт всасывал демонов тоненькими чёрными струйками, одного за другим. Словно лампа затягивает внутрь обречённого на заточение джинна.

– Как мне попасть внутрь, Семён?

– Надо… кольцо приложить… так настроено там… – голос послушника срывался. Он был готов разрыдаться. – Как я здесь буду..? Что я буду есть..? – разговаривал он сам с собой.

Молодой человек решил не прерывать этот монолог.

Внутри саркофаг выглядел как иномарка конца восьмидесятых. Полностью аналоговое управление, автомобильный руль, инкрустированный гербом Братства – крестом с утолщениями по четырём сторонам на фоне пары скрещенных ключей. По сторонам салона деревянные скамейки, обитые красной велюровой тканью. Сакофаг мог комфортно вместить человек восемь. Пара кресел спереди для пилота и помощника и шестеро сзади на скамейках друг напротив друга. С потолка свисали ручки, за которые можно было держаться. Высота потолка позволяла вполне комфортно перемещаться даже стоя.

Все рычаги управления и кнопки, были сильно изношены, но при этом сверкали чистотой. Всё было на месте. Было видно, что за “Клинком небес” второй модификации тщательно следили. Подобное транспортное средство в мире Хаосума было не просто роскошью, оно могло кардинально изменить судьбу её владельца.

– Кажется удача наконец-то повернулась к нам лицом, что скажешь, Тимофей? – под действием мозгача настроения у него поприбавилось. Одного взгляда на панель управления было достаточно, чтобы понять, что с ней вполне можно справиться без предварительных курсов вождения. За пример управления инженеры Братства явно приняли обычный автомобиль.

– Надеюсь, что вся неудача осталась там, в пустыне. – Сатан задумчиво посмотрел на горизонт. – Кажется, что моя суетящаяся сила частично осталась у места нашей несостоявшейся казни.

Евклид устроился на месте пилота и пристегнулся, после чего велел Тимофею сделать тоже самое. За территорией реликвии, где отсутствовал верх и низ, было необходимо удерживать нужное положение, чтобы иметь возможность управлять подобным устройством.

Прислонив кольцо к специальному углублению на центральной панели, он завёл двигатель. КН-2 задрожал, лампочки на приборной панели ожили.

– Не знаю уж на бензине работает эта машина, на артефакте, а может какой-то запертый демон крутит сейчас колёса велосипеда где-то внутри, но знаю, что это сейчас наш единственный выход, так что будем пробовать. Обкатаем эту лошадку и весь Хаосум будет у наших ног!

Он выжал педаль сцепления и переместил рычаг коробки передач в верхнее левое положение.

– Бывай, Семён! Скажи своим, что Евклид и его Суетящийся демон Тимофей очень сожалеют о случившемся и рекомендуют пересмотреть покрывшиеся слоем пыли устои, а в особенности похабное отношение к пленникам!

Белоглазый кивнул и побрёл в глубину кельи. Смотреть вслед улетающему кораблю ему было нечем и незачем.

Тимофей захлопнул единственную дверь в салоне, находившуюся в задней части корабля и вернулся в кресло рядом с хозяином. Лобовое стекло было узкое, толстое, разрезанное на несколько частей защитным бампером снаружи.

– Ты когда-нибудь водил автомобиль, Тимофей?

– Не приходилось. Но один из моих бывших хозяев страсть как любил гонки…

– Так, стоп!

Евклид медленно отпустил педаль сцепление, оновременно добавляя газа. КН-2 оторвался от земли и тихонько полетел вперёд, по направлению к выходу из длинного искусственного тоннеля в котором находился. Температура снаружи давно перевалила за сотню градусов.

– Накинь-ка на крышу снега, Тимофей, не уверен, что обшивка выдержит такую жару. Не хотелось бы, чтобы саркофаг стал таковым в буквальном смысле этого слова.

– Да застынешь ты, холодом объят…

На лобовом стекле появились ледяные узоры, мгновенно растаявшие от жары снаружи. Клинок небес сделал несколько кругов над кельей – пилот осваивался с управлением. Внизу, на месте недавнего побоища, потихоньку догорали те, кто сами жаждали сжечь неподходящего по их мнению, человека.

– Ну что, с богом, Тимофей? – Евклид направил аппарат к краю купола.

– Смотря с каким, с Вагунту?

– С каких это пор у тебя появилось чувство юмора?

– Мне кажется сегодня, когда с меня сняли перчатки.

Глава 6. Нулевой попутчик

– Ну что, для начала накажем предательскую тварь, которая закинула нас сюда, хозяин?

– У меня есть идея получше…

Евклид крутил компас, который обнаружился на борну КН-2, стараясь определить направление в котором располагался Золус.

– Не будь таким мстительным, Тимофей, – бормотал он, вглядываясь в неразборчивые каракули, нанесённые вручную. – Пусть глаз думает, что мы погибли мучительной смертью и продолжает поддерживать жизнь на острове. Время мести ещё придёт…

– Хозяин, можно на этот раз я? – синеволосый взялся за рычаг на панели.

– Давай, только не заигрывайся.

Тимофей потянул рычаг на себя. Узоры саркофага отделились от корпуса, ощетинившись во все стороны кусками разнообразных винтажных лезвий. Сатан принялся раскручивать вентиль на конце рычага и лезвия снаружи начали своё причудливое движение, кромсая тварей снаружи. Они были спроектированы так, чтобы эффективно бороться как с небольшими существами, пытающимися укрыться в труднодоступных местах корпуса, так и с щупальцами внушительных тварей, обвивающих транспортное средство со всех сторон.

– Отличный механизм! Простой и эффективный! – восхитился синеволосый. – Всё же вы, люди, непревзойдённы, когда дело касается механизмов. Какая потрясающая смертоносная работа!

– Я определился Тимофей! По всем данным компаса и вот этой истерзанной карты, Золотой Утёс должен быть вон там, – молодой человек показал рукой правее и ниже. Через секунду саркофаг сменил направление и лёг на курс.

Пояс Апостола помогал отпугивать чудовищ. Некоторые погибали в его поле мгновенно, некоторые успевали ускользнуть, а самые яростные и агрессивные погибали в защитной мясорубке Клинка Небес. В целом, полёт проходил гладко.

– Пять демонов, кольцо и этот корабль – классный улов, не находишь? Я же обещал тебе, что мы станем богами Юдоли и всего Хаосума. План постепенно сбывается.

– Не зазнавайся, человек! Несколько часов назад ты был подвешен посреди пустыни на кресте и понятия не имел что делать. Если бы не я и мои чудесные перчатки, твой скелет висел бы там до сих пор в назидание остальным.

– Ты получаешь справедливую плату за то, что служишь мне, разве нет? Душу великого человека! Рикка говорила мне, что сатан раскрывается вместе с хозяином. То есть по сути это я раскрываю тебя. Вот так! – Евклид улыбнулся. – Дай теперь я! – Он схватился за рычаг и ещё одна порция чудовищ была перемолота лезвиями и тут же поглощена нелетевшими со всех сторон собратьями.

Единственной напастью, не позволяющей взять управление под полный контроль, было лобовое стекло, постоянно залепляющееся слизью и подтёками крови. После ряда попыток Суетящийся демон смог подобрать заклинание, которое отчасти справлялось с проблемой и после его нормализации дело пошло куда бодрее.

– Очисть от скверны… Подотри!

Они выкрикивали его по очереди. Заклинания звучало забавно, но что самое главное, работало.

– Там боевое знамение, хозяин! – внезапно воскликнул сатан.

Жёлтая печать появлялась вновь и вновь, привлекая внимание путников. Знамение означало “Друзья”. За ним, мерцающую страбоскопом полутьму, озарила ещё одна “Помогите”.

– Что думаешь?

– Давай для начала посмотрим, что происходит. Кто знает какие возможности можно упустить, проплывая мимо предлоежения дружбы и просьбы о помощи? – Евклид сбавил скорость и направил саркофаг вниз.

Они подплывали к внушительному куску камня, изрытому пещерами. У одного из крупных чёрных провалов шло ожесточённое сражение. Некто неизвестный одновременно противостоял ударам множества щупалец, тянущихся из темноты, параллельно отбиваясь от налетевших на запах добычи случайных чудовищ.

С приближением саркофага активность сущностей заметно снизилась, а приток новых особей ослаб. Зато щупальца, судя по всему, не почувствовали разрушительного действия реликвии, хотя распадались от её действия прямо на ходу. Возможно, у чудовища, скрывающегося внутри, вовсе отсутствовали нервные окончания.

Воспользовавшись паузой, незнакомец оттолкнулся от уступа и парой резких перемещений очутился возле лобового стекла корабля. Воином оказалась девушка, стройная, даже слишком. Длинные пепельные волосы, уложенные в две косы, едва заметная обнажённая грудь, чёрные разводы на теле. Небольшие, торчащие, пепельные рога. Демон.

Разглядев опознавательные знаки Братства на борту корабля, она с ужасом метнулась в сторону, пытаясь сбежать, но было уже поздно. Тимофей сковал ей руки и ноги, отобрав всякую возможность перемещаться. Через минуту она уже извивалась на полу кабины, пытаясь вырваться из ледяных объятий.

– Мы не церковники! – закричал Евклид, нажимая на газ, параллельно вращая ручку с лезвиями. – Ты сигнализировала о помощи, мы помогли, вот и всё!

– Я – Суетящийся демон Тимофей, это мой хозяин. – Синеволосый бесцеремонно сжал подбородок девушки и слегка приложил её головой об пол, дабы та могла убедиться в правдивости его слов и его силе. – Мы не церковники, просто угнали их саркофаг. – Не устраивай паники внутри, это не безопасно. Стали бы церковники якшаться с таким демоном как я, а?

Это подействовало. Девушка кивнула и оставила попытки высвободится.

– Кого только не встретишь в Бесконечном Хаосуме, – бесстрастно произнесла она, стряхивая с рук и ноги остатки налипшего льда. – Спасибо, что откликнулись. Я – Эннор. Демон Эннор.

Её бесстрастный тон повествования и сгорбленная фигура навела Евклида на странное сравнение. Она напоминала тонкую сигарету, недокуренную, затушенную на полпути к фильтру.

– Куда вы направляетесь?

– В Золотой Утёс, Эннор.

– Тогда вы следуете не совсем верным курсом, – она подошла к окну выглянула наружу. – Держись правее, вон там вдалеке чёрный горный массив, видишь? Огибай его справа, дальше я покажу.

– Вот так просто? Без карт? – удивился Евклид, сверяясь с бортовым компасом.

– Я служила навигатором на одном из ковчегов Нулевой Земли. Мы часто бывали в Золусе, я знаю этот маршрут наизусть.

– Из Нулевой Земли?! Тимофей, ты слышал?!

– Расскажи нам побольше о себе и Нулевой Земле, Эннор. Садись, вот сюда, напротив. Подальше от хозяина. Ты не законтрактована, да? Пояс действует на тебя.

– Была законтрактована несколько дней назад. Расторгла договор в одностороннем порядке, оторвав голову лидеру одной из трёх самых влиятельных семей “нулёвки”, как именуют Нулевую Землю её граждане. Приняла решение отказаться от души этого мерзавца, мне не нужно ни одной частицы его гнилой сущности. – Эннор отсела в самый дальний конец салона, поджав ноги под себя.

– Мы требуем подробностей, Эннор, можешь считать это платой за проезд.

“Будь начеку, Тимофей, – добавил Евклид мысленно. – Если она убила лидера самой могущественной фракции Хаосума, рядом с ней мы точно не в безопасности”.

– Я не причиню вам вреда. Вы помогли мне, я отплачу вам тем же. Но вначале хочу развеять ваши провинциальные мысли о том, что Великая Нулевая Земля действительно то место, куда следует стремиться. Да, она действительно напоминает людям тот мир из которого они пришли сюда больше, чем что-либо другое в Хаосуме, но как и всё вокруг, это территория впитала в себя самые худшие его пороки в самых извращённых формах.

– Думаешь Братство лучше? – криво ухмыльнулся Евклид. – Глянь что они оставили после первой же встречи! – он показал ей кровоподтёки на руках. – По всему телу такие. Пару часов назад я болтался на кресте, готовясь к казни, вместе с моим приятелем, сидящем напротив тебя.

– Братство не лучше. Фанатики. Но там хотя бы порядок есть. Оно хорошо подходит людям не желающим брать на себя ответственность. Не связывайся с ними и всё будет хорошо. Если ты демон, не связывайся совсем. Очень просто. Нулёвка – место иной породы. Она даёт тебе мнимую свободу, а потом вытягивает из тебя всю жизненную силу. Человек или демон, в дерьме в конечном счёте оказываются все. В общем, либо ты в дерьме, либо сам дерьмо и тогда тебе в принципе неплохо.

– А Оккику? – Евклид решил до конца разобраться со всеми политическими взглядами их нового пассажира.

– Оккику – одержимые манией величия ублюдки. Жить и служить подле таких ублюдков сущий кошмар. Бывало, я присутствовала на переговорах с ними, это вообще напоминает беседу с сумасшедшими. Причём для полноты картины поясню, что нет никаких Оккику, тут каждый король правит свои дела так, как сочтёт нужным. Их объединяет лишь любовь к первой аксиоме, или попросту некромантия, вот пожалуй и всё.

– И кого же в конечном итоге выбрать между дерьмом, фанатиками и ублюдками?

– Да никого не выбирать. Жить самому по себе, мало что ли в Хаосуме нейтральных территорий? Ну или жить на территории кого-то влиятельного и не высовываться.

– Жили мы как-то на нейтральной территории, – усмехнулся Евклид. – Гору справа обогнул, что дальше?

Он прищурился, пытаясь разглядеть сквозь заляпанное стекло окружающее пространство.

– Не видно ничего опять… Очисть от скверны… Подотри!

Стекло будто поменяли, стало как новенькое. А ещё как будто подменили Эннор. Смышлённому демону, десятками лет водящему ковчеги Нулевой Земли по Хаосому не нужно было объяснять, что прямо на её глазах свершилось невозможное.

– К чёрту в цепи..! – она выпрямилась во все глаза разглядывая Евклида, а потом и Тимофея. – Пожри меня пустота… Вы же те два ублюдка о которых жужжит весь Хаосум..!

– И что говорят? – молодой человек в очередной раз смачно крутанул ручку, размалывая самых любопытных и выносливых чудовищ.

– Ты же нормализатор, да? Имён не называют, описаний тоже. Новичок с демоном, отвесившие пощёчину Захарду и вытершие задницы благосклонностью Золотого Утёса. Вспомнила! Слоняющийся демон!

– Суетящийся. – поправил Тимофей.

– Про Закхарда я ещё могу понять, но задницы мы ничьей благосклонностью не утирали точно. – Бурная реакция сатана его веселила. – Мы как раз направляемся в Золус, чтобы сразу же доложить о своём возвращении. У нас договорённости с предводительницей Лиланой, нас ждут.

– С Лиланой Безумной?! – Эннор ухмыльнулась. – Нашли с кем договариваться! У неё дурная репутация в нулёвке. Её протекция или о чём вы там с ней договорились абсолютно ничего не значит на континенте. Маркус, наместник, управляющий Утёсом, родной брат того ублюдка, которого я прикончила. Я сидела рядом, когда был отдан приказ доставить вас в Нулевую Землю для допроса. Знаете, что представляет из себя допрос в кабинке чистоты?! На вашем месте, я бы прямо сейчас выключила двигатели и придумала другой план. Заявляться в Золус на этом корабле с видом победителей вам точно не следует. На континенте у аристократов поджилки трясутся от мыслей о том, как поменяется мир при нормализации аксиом. Зачем тем, кто на самом верху изменения, сам подумай? Поверь, никто не будет с тобой договариваться, мальчик. Скорее тебе аккуратно отделят голову от тулова, сунут в ящик с непрозрачными стенками и будут включать этот грёбаный телевизор только тогда, когда нужно будет секретно нормализовать ещё пару страничек. А потом ещё на год в секретный шкаф без ключа.

– И как же такая проницательная, политически подкованная всезнайка, чуть было не оказалась разорванной посреди Юдоли тварями снаружи? И куда направлялась? – скептически спросил Евклид.

– Я уже несколько дней в пути. Одна. Без артефактов и транспортных средств. Первые два дня меня преследовали ищейки нулёвки, не догнали. Я слишком хорошо знаю местность. И вышла я не совсем пустая. Потрепала Юдоль, что есть то есть. Мне тоже нужно попасть в Золотой Утёс. У меня там знакомые. Предлагаю сделку. Я помогаю вам незаметно попасть в Золус и укрыться вместе с КН-2. А с вас моя доставка и тысяча уний компенсации?

– Тысяча? Это в нулёвке такие расценки? Едва жива осталось, а уже торгуешься. Мы же провинциалы и расценки у нас провинциальные. Проход в Золус и укрытие в обмен на транспортировку и то, что не скажем Лилане, что с нами к ней на территорию проник чужой демон. Плюс если что-то интересное надумаем, возьмём тебя в дело. Нам не помешает кто-то разбирающийся в картах.

– А ты не промах, нормализатор. Был торговцем в своём мире?

– В моём мире, кажется, все торговцы. Сделка? – Он протянул ей руку.

– Сделка. – Эннор пожала её. – Вот уж не думала, что встречу живого нормализатора. Думаю за тебя меня даже назад примут. Но сделка есть сделка, так?

– Так за что ты прикончила того ублюдка, брата Маркуса?

– Его звали Маркус Второй. Аристократы любят приписывать к своим именам цифры. Мы начинали общение по военным делам. Пару раз он посещал наш ковчег. Случайно пообщались пару раз. У ублюдка оказалось есть сексуальное влечение к сатанам женского облика. В этом деле он был словно сумасшедший. Прикончил моего бывшего хозяина, законтрактовался со мной. В Нулевой Земле контракт это не что-то вроде мужа с женой у людского племени или напарников, это скорее похоже на разрешение завести себе домашнее животное. Причём в обе стороны. Официально сатаны маркируются. На деле же есть сатаны-аристократы, говорящие на равных с людьми. В общем в некотором роде свобода. Чем больше денег, тем ты свободнее. Если бы одна из тварей снаружи заглянула в нулёвку с мешком уний за плечами, то её бы приняли с распростёртыми объятиями. Деньги – всё в этом ублюдском местечке. Вот здесь налево поверни.

– Очисть от скверны… Подотри! – велел Евклид.

– Очисть от скверны… Подотри! – повторила Эннор, с улыбкой глядя на исчезающие на стекле капли.

– К чёрту в цепи! Не смогу к этому привыкнуть, – восторженно произнесла она.

– Ты очень похожа на человека, своими манерами, – подал голос Тимофей. – Болтливая и грубая.

– Это вынужденно! Моя роль на ковчеге была не помогать хозяину читать карты, я сама была на должности. Пришлось развить в себе немного эмпатии, чтобы люди приняли меня. Если честно, я не всегда до конца понимаю почему люди используют те или иные фразы, но вижу, что они расслабляются когда я использую их.

– Ты серой породы?

– Верно. Деление на породы считается в нулёвке устаревшей теорией, но я с ней согласно. Я – серая.

– А что за новая теория? Что главное, если не порода? Она же внешне очевидна? – присоединился к разговору Евклид.

– Унии конечно. Есть деньги, есть свобода. Можешь сказать, что ты прозрачный, радужный, да хоть придумай свою собственную породу или будь вообще без неё. Одни люди верят в единого бога, другие в разных богов, кто-то верит и чтит даже сатанов, безумцы. В Нулевой земле бог – это гора уний и чем выше эта гора, тем могущественнее бог. Мы почти у цели! Внимание, не влети сюда со всего размаха. Барьер зеркальный, едва мерцает. Время в Утёсе удачное для высадки – ночь. Снижайся и останавливайся вон у того каменного отростка, похожего на коралл.

Пилот послушался и КН-2 остановился прямо у дрожащего барьера. Евклид с удовольствием прокрутил рычаг, кто знает когда выпадет ещё один шанс?

– Выпустите меня.

– Конечно. Тимофей пойдёт с тобой.

– Не усложняй, мальчик, я едва держусь на ногах. Ты ключи от дома под половичком прятал? Вот и здесь также. Открывай давай.

“Открой, Тимофей и следуй за ней. Следи, чтобы ничего не выкинула”.

Эннор, ловко отбиваясь от копошащихся существ, просунула руку внутрь коралла и достала оттуда что-то вроде кривого гаражного ключа. При приближении к барьеру она сделала круговое движение рукой и в барьере Золоса образовалось отверстие в которое вполне мог протиснуться Клинок Небес.

“Тащи её внутрь, Тимофей. Заедем вместе. Хватит с нас неожиданных территорий”.

Суетящийся демон взял Эннор под руку и указал на дверь. Та отрицательно покачала головой. Евклид напрягся. Разговаривать сатаны не могли, снаружи стоял обыкновенный визг Хаосума, только жестикулировали. В конце концов сатан сдалась и они с Тимофеем вновь оказались в салоне.

– Надо учиться доверять, мальчик. – Недовольно высказалась сатан.

– Учусь, поверь. Постигаю потихоньку, также как и ты эмпатию.

Машина медленно вплыла внутрь территории. Оказавшись под водой. Вода была иллюзией сквозь которую они легко проникли внутрь.

– Бросай транспорт здесь. Об этом месте никто не знает, – велела Эннор. – Поднимаемся быстро, пока снаружи чисто.

Они вскарабкались по едва заметной тропинке наверх, оказавшись у подножья высокого утёса. Наверху возвышался замок в котором мерцали огни и развивались флаги.

“Евклид, помнишь я рассказывал тебе о своём бывшем хозяине, том, который держался из последних сил, чтобы дать мне уйти? Когда мы впервые поняли, что церковники придумали как убивать нас, сатанов”.

“Копья и огонь, Тимофей? Конечно помню, яркая история. Ты ещё прыгнул со скалы перед тем как потерять сознание”.

“Верно хозяин. Это был утёс, а не скала. Это место было во-о-он там”.

Глава 7. Три маски

Стояла ночь. Они укрылись в домике древней старухи, которая почти не видела и не слышала. Эннор когда-то давно была сатаном её мужа и хорошо помнила хозяйку хижины ещё молодой красавицей. Они тепло поприветствовали друг друга и пожилая женщина сразу же отправилась спать, не желая мешать гостям.

– Сколько у тебя денег? – бесцеремонно спросила Эннор.

– Осталось немного… – Евклид покатал на ладони несколько капсул.

– Оставишь на столе всё что есть, в знак благодарности, перед уходом.

– Укрытие было твоей частью сделки, навигатор, – возразил молодой человек.

– И я её выполнила, мы в укрытии. А теперь заплати.

– Половину. – Непреклонно сказал Евклид, показывая что торги на этом окончены. – Половину и всё. И то ради уважения к старухе.

Эннор кивнула.

– Золотой Утёс представляет собой некое подобие средневековья, – она взяла лист бумаги, ручку и принялась рисовать. На утёсе находится замок, там обитает руководство территории и его приближённые. Вокруг раскинулась деревня, обычные домики вроде этого, побольше и поменьше. Отношение к сатанам – нейтральное, лишь бы каждый был промаркирован. Это такой золотистый обруч на шее.

– Я хорошо знаю этот замок, часто бывал там раньше, – улыбнулся Тимофей, – добрые воспоминания о пирах и безнаказанном веселье.

– Сколько тебе лет, сатан? – оторвала глаза от карты Эннор.

– Достаточно много, чтобы каждый прожитый день доставлял мне дискомфорт от того, что я ещё не владею Хаосумом. Ну или хотя бы Юдолью. – Уклончиво ответил синеволосый.

– Законников в Утёсе не много, продолжала Эннор, но поверьте, что как только вас двоих увидят, об этом сразу же станет известно в замке. Ты в принципе ничем не отличаешься от обычного человека, кроме своего монашеского наряда, а синегривый же сразу будет распознан.

– Сможем поспать хотя бы пару часов? А выдвинуться утром? Никинем капюшон на голову и вперёд.

– Шутишь? Ты больше не в своём мире, новичок. Хоть Золус и самая большая территория Юдоли, здесь всего несколько тысяч человек. Все знают друг друга в лицо. Натянувший на голову капюшон незнакомец, мгновенно вызовет подозрения. Идти надо немедленно, передвигаясь в темноте. Ночью только одна проблема – неспящие. Это сатаны патрулирующие Утёс. Следят за порядком, поддерживают существующий политический строй. А ещё подсматривают и подслушивают за всем вокруг.

Услышав, что спать сегодня не придётся, молодой человек украдкой достал бутылочку с синей жидкостью и взбодрился. Сон сразу как рукой сняло и он вновь вернулся к карте:

– Как думаешь, куда они присоединили нашу школу? Уверен, отряд Золуса, застав школу без реликвии, наверняка отбуксировал здание и оставил его где-то здесь. Тем более они давно хотели нашего присоединения.

– Прогуляйся, осмотрись сам! Хоть Золус и самая развитая территория Юдоли, её можно без проблем обойти пешком. Наверняка болтается где-нибудь на окраине, ожидая пока ей займутся и впишут в ландафт нового мира.

– Всё ясно. А ты куда?

– У меня тут свои дела, человек. Сделка свершилась, теперь каждый сам по себе.

Евклид кивнул и проследовал к двери:

– Тимофей, до встречи с Лиланой нам нужно увидеться с директором. Выдвигаемся.

– Увидимся, навигатор Эннор. – Не глядя произнёс синеволосый.

– Увидимся, древний Суетящийся демон.

Они вышли наружу и Евклид сразу бросился вперёд, к окраине деревни. Он хотел затеряться в небольшом лесу и обогнуть территорию по кругу. Шнурок на шее помогал перемещаться с удвоенной скоростью. Тело не чувствовало напряжения от дозы мозгача и он использовал его в полную силу. Тимофей с лёгкостью двигался следом.

“Почему она назвала тебя древним?”

“Потому что я действительно значительно старше неё. В детстве мы просто бродим везде, без особой цели. Процент смертности крайне высок, но мы по большему счёту даже не живые в этот момент и всегда невидимые. Далее постепенно или быстро, когда как, демоны обретают зрелость. С этого момента мы по настоящему начинаем осознавать себя и выполнять то, что велит нам наша природа”.

“Какие преимущества даёт сатану возраст?”

“Сам возраст не даёт никаких, но если накапливать опыт, учиться, наблюдать за жизнями своих хозяев, то в конце концов и ты сам начинаешь делать больше правильных ходов. Твоя личная сила растёт. Абсолютная энтропия – которую ты видел, очень редкое и разрушительное заклинание. Подобного рода могущество недоступно сатанам, которые созрели всего сотню лет назад”.

“Сколько ещё секретов ты припрятал, демон? – усмехнулся Евклид”.

“За нами увязались двое, нет, трое, хозяин! Сатаны. Видимо те самые, неспящие. Что будем делать?”

“Продолжаем двигаться вперёд, пока не нападут. Наша цель – быстрее попасть в школу, там со всем разберёмся. Вместе с директором мы смогли противостоять даже королю, чего нам какие-то три заблудших сатана?”

Но двигаться дальше им не позволили. На первой же лесной прогалине две тени преградили им путь.

“Ещё один за спиной, в лесу, – доложил Тимофей”.

– Кто гуляет ночью так поздно, брат? – Оба сатана были человекоподобны. Две руки и ноги, чёрные обтягивающие костюмы и чёрные маски на лицах.

– Чужаки, брат. – Второй сатан принялся огибать их со стороны и стало заметно, что оба имеют длинные гибкие хвосты.

– Я – нормализатор Евклид, а это мой Суетящийся демон Тимофей. Мы двигаемся к школе, нам нужно передать директору Пояс Апостола, вот этот. После чего мы доложим предводительнице Лилане о нашем присутствии.

– Мы знаем кто вы, – один из противников присел к земле, будто готовясь к прыжку. – Мы доставим вас во дворец прямо сейчас. Таков приказ.

– Мы не подчиняемся законам Золуса! Во всяком случае до того момента, как во всём разберёмся, – Евклид принял боевую стойку и активировал широкий беккеринг.

– Больше нет никакого Пояса Апостола. Ваш директор теперь никто. Школа теперь – Золус!

– Тимофей!

– Дланью пронзающей по обе стороны…

Сатаны набросились сразу с трёх сторон, двое спереди и один сзади, выпрыгнув прямо из леса. Их передние конечности вытянулись вперёд, ломаными линиями, похожими на ветви деревьев. Евклид почувствовал как его голову и плечи обтекает ледяная защита, Суетящийся прикрывал как мог.

Ветви ударили сразу со всех сторону, липкие и гибкие. Они опутывали цель со всех сторон.

– Да застынешь ты, холодом объят…

Удар наотмашь копьём и обледенелые ветви-щупальца рассыпались в пыль. Заморозка на этот раз оказалась весьма эффективной.

– Кто отдал приказ?! – воскликнул Евклид, отбиваясь от нескончаемых чёрных ветвей.

– Скажем ему, брат?

– Почему нет? Когда мы доставим их во дворец, подотрём память об этом сражении, а пока слегка позабавимся. Им уже не выбраться. Они уже попали в колючий кустарник.

“Тимофей, дай им опутать нас!”

Суетящийся демон ослабил напор и ветви сжали пленников со всех сторон, делясь на всё более тонкие веточки. У Евклида создалось впечатление, что его обвязали мотками скотча. Тонкая липкая материя, но если она наложена слоями, выбраться практически невозможно.

– Я же говорил, что мы справимся, брат? Знаменитый Тимофей и Евклид оказались не так, хороши? – троица демонов в масках, плотно удерживала дуэт со всех сторон, сжимая всё сильнее.

– Нас послал Маркус. Мы – личные демоны-ниндзя властителя Золотого Утёса. Запомните хорошо имена тех кто вас захватил. Самые быстрые и гибкие существа этой территории. Не сокрушайтесь. Проиграть нам не унизительно.

Евклид не смог сдержать улыбку, однако её сдержали липкие демонические отростки, уже вовсю пытающиеся разжать зубы и проникнуть в рот. Что ни говори, слова в магии – сильнейший дар и профессиональные похитители хотели отобрать его у противника в первую очередь.

“Я не могу говорить, хозяин, – предупредил синеволосый”.

“Знаешь какой дар сильнее слов, Тимофей? Хитрость”.

Евклид провёл большим пальцем по кольцу, хранящем в себе силу, полученную на землях молчальников. Пятёрка ушастых чёрных псов разом вырвалась на свободу, обступив сражающихся со всех сторон.

– Что это?!!

– Кто эти твари?! Откуда они взялись, братья?!!

Молодому человеку не пришлось ничего объяснять своим новым демоническим союзникам. Он моргнул, отдавая приказ к началу атаки.

Псы накинулись одновременно, погружая свои пасти в податливые тела врагов. Троица братьев попыталась спастись, но быстро лишиться своих цепких рук они не смогли. Кусок за куском личные ниндзя Утёса исчезали в слюнявых пастях чёрных псов. Через минуту от трепыхающихся врагов не осталось и следа. К их чести, они не издали ни звука. Очищающая заморозка освободила дуэт от остатков налипшей гадости.

– Отличная работа! – похвалил Евклид. – Надеюсь, вам удалось слегка перекусить после долгой дороги.

– Псы склонили головы и на траву упали три чёрных маски поглощённых демонов.

– Спасибо, пригодятся трофеи! А теперь пробежимся вместе. Цель наша, должно быть, недалеко.

Дуэт сатана и человека, в компании пятёрки чёрных псов двинулся дальше. Школу он узнал сразу, в окнах горел свет, это было хорошим знаком. Внутрь они попали без проблем, а псы остались охранять контур снаружи.

За такой короткий срок школа успела преобразиться: людей внутри стало значительно меньше, других дуэтов видно не было. Рабочие в униформе делали ремонт, закрашивая такие родные, хоть и небрежные надписи.

– В кабинет директора! – велел Евклид.

Они взбежали вверх по лестнице, дверь была заперта. После нескольких сильных ударов, Евклид решил сломать дверь.

– Новичок, постой! – к ним уже вовсю спешила его первая учительница.

– Нала, привет! Что с директором? Он смог вернуться в свой человеческий облик?

– Я теперь опять Юлия, не кричи…– попыталась успокоить его учительница. – Я же теперь войд… Тебя все ищут, почти все боевые дуэты Золуса обшаривают окрестные нейтральные территории, за твою голову, живую, разумеется, назначена награда. А ты сам заявился! Как ты? Где ты был?

– Не важно, Юлия, мне нужно столько всего рассказать, мне нужен директор. Как можно быстрее, даже если для это придётся вышибить эту дверь или сравнять с землёй всю эту школу. – Глаза молодого человека блестели.

– Ты изменился, Тимофей…

– Евклид! Я – Евклид. – Он ткнул в неё пальцем. – Ты предала нас, помнишь? Не надо рассказывать мне об изменениях. Радуйся, что осталась здесь, а не лежишь сейчас с распоротой грудью на столе, ожидая пока туда засунут какую-то тварь. Как Майя наверное теперь лежит…