Анна Синельникова
Сборник сказок для взрослых

Сказ о том, как богатый помещик Фрол своего работника порол.

Сказка – ложь, да в ней намёк…

Жил-поживал да добра наживал зажиточный помещик Фрол.

Несметными богатствами владел Фрол, хоть и любил пожалиться он, приговаривая:

Всё ему чего-то для счастья не хватало.

– Фрол – гол – как сокОл!

И, вот, однажды его взгляд уколол шикарный «портсигар», изготовленный из редкого и такого прекрасного, блестящего и необыкновенного металла. Фрол случайно увидал, как тот блеснул в кармане его бестолкового работника Харитошки.

– Да кто он таков! Как посмел иметь "эку невидаль", что у самого Фрола таковой никогдась не бывало?!! – возмутился помещик.

Металл явно был редкий, редкоземельный и такого даже у самого Фрола не водилось, хотя все рудники по добыче были его собственностью.

Призадумался помещик, как бы этакий «портсигар» у глупого Харитошки хитростью выманить. Стал разузнавать потихоньку – откуда у того, появилось такое богатство. Что да как.

Но работники все в отказ шли – дескать, не знаем, ничего не видели, нету как бы портсигара дивного вообще, а только привиделся он ушлому Фролу. А никто другой его и не видал.

– Ну нет, – вскипел тогда Фрол, – я это дело так не оставлю! Не пристало работникам простым иметь дорогущие вещицы, да ещё получше моих! Вытрясу с него любым способом! А иначе не Фрол я!

Поручил тогда злющий помещик Харитошке работы трудные, невыносимые. И условие поставил: Коли невмоготу тебе станет – отдай самое дорогое, что есть у тебя – и переведу тогда тебя на райский остров, что в местах Гоакских, да Баливских обитается – кокосы колоть, да на солнышке лежать апельсины заморские чавкать и в ус не дуть.

ПОтом, кровью Харитон обливается, а из рудников опасных не уходит, пощады не просит.

Рассвирепел Фрол:

– Экий упрямец! А вдруг он у меня в рудниках и наворовал МОЙ редкий металл для своего знатного «портсигара»?! Да, торгует там налево и живёт припеваючи, а меня за нос водит. И все работники эти полоумные надо мною втихаря посмеиваются, потешаются?!

Пуще прежнего разозлился Фрол, ногами затопал, бородой затряс, пальцами защёлкал.

И поручил тогда богатей-помещик своим самым доверенным слугам следить постоянно за Харитоном, чтобы уличить его и с поличным схватить.

Что ни новый день, а они докладывают – ничего особенного за наглым работником не замечено. К жене, детям по вечерам ходит, на руднике пашет как проклятый, изнемогает, металлов больше не имеет, один этот «портсигар» дорогущий, и тот мало кому показывает… Да совсем никому. Но они видали раз, что когда он его открывает, то внутри бабочка, из невероятных драгоценных камней выполненная, крылышками машет.

Вот так: бяк-бяк-бяк… И музыка необыкновенно приятная слуху играет. Ти-ти-там-дам… Бам-бам…

Пуще прежнего рассвирепел барин. Пуще прежнего возжелал завладеть секретным «портсигаром» из редких металлов и драгоценных камней с бабочкой волшебной, да музыкой диковинной.

И повелел слугам наказать работника за то, что раньше уходил с рудника по пятницам (к детишкам и жене торопился) – так что – чтобы, немедля, отдавал самое ценной, что есть у него!

Вернулись через некоторое время слуги, головы повесив, а с ними жёнушка Харитошки, да выводок детишек.

– Барин, что прикажешь с ними делать-то? Отдал Харитон самое дорогое, рыдал, но отдал. Барин, чай, говорит, ты с ними плохого не учудишь, уж очень справные малыши и пуще всего на свете он их любит и дорожит ими.

Разгневался не на шутку Фрол. Да так, что загремел гром и покои его ходуном заходили!

Велел Фрол тащить негодяя Харитошку к нему тотчас же и судить за воровство.

Пригнали верные служаки работника. Обыскали, а чудного портсигара при нём всё равно не обнаружили.

– По карманам одни камни распиханы! – Плюнули сгоряча, служаки-сыщики.

– Где, – говорит Фрол, – краденный портсигар? Из металла чудного, да с бабочкой из камней ярких и драгоценных, что крылышками машет этак – "бяк-бяк-бяк", когда оный открываешь? И музычка дивная слуху играет?

А Харитошка только глазами блымает, да молчит.

Приказал тогда барин Фрол выпороть нерадивого работника, дать ему 55 плетей, пока не скажет, куда штуковину дивную спрятал, да и откуда она у него имеется. Покамест не признается.

Бьют служаки Харитошку, он слезами, пОтом, кровью обливается, на чём свет стоит барина бранит разными словами неприятственными, а не сознаётся.

Завопил Фрол:

– Ты, дурак, верно, Харитон!!! Отдай диковину! Верну твоих детишек малых и жену, отправлю вас всех на дальний рудник с глаз моих! Только отдай портсигар дивный, золотом и редкоземельными металлами исполненный с волшебной бабочкой драгоценными металлами инкрустированной.

Харитон сел на лавке, пот, кровь с лица обтёр об ошмётки своей нищенской, худой одёжи:

– Барин, да нет у меня ничего дорогого, дороже семьи моей. Как сказал, так и есть, – и достал в разорванного карману каменную, обтёсанную шкатулку.

Служки барские зашептались:

– Да эту каменюку мы видали при обыске, ничего особенного то в ней нет…

– Явно ж, умалишённый раз с собой таскает…

– Надо было выкинуть, ещё в барина не дай Господь пульнёт!

И только ринулись работнику непутёвому руки снова заламывать, как щёлкнул тот пальцем, да раскрылся камень, а внутри фото милой жёнушки Харитошки и детишек его малых красуется.

Да, как засветится камень от улыбок евонных и превратится тут же в руках Харитона в «портсигар» дивный из редкого метала исполненный, и бабочка вольная и красивейшая с драгоценнейших камней выполненная, крылышками замотала так – «бяк-бяк-бяк», да мелодия удивительная заиграла: «Ти-ти-там-дам… Бам-бам…»

– А вот же он! – заверещал барин, – Ах, ты сукин сын! А вы куда глядели? – Фрол в ярости зыркнул на слуг верных.

Кинулись они вперемешку, один опережая другого, хватать у Харитона «портсигар» дивный, лишь бы быстрее барину услужить и задобрить его.

А «портсигар» сияет, на солнце переливается, глаз радует, бабочка машет крылышками. Ну диво дивное. Неслыханное-неслыханное.

Фрол руки потирает:

– Вот оно, моё, моё, моё!

Слуги кутерьмой своей навалились на Харитона, и так как каждый хотел первым ухватить «портсигар» редкий и услужить хозяину, выбили с рук работника его. Выпал он из рук Харитона, любящего мужа и отца семейства, и тут же обратно в каменюку обыкновенную обратился.

Лишь фото семьи Харитошки ещё долго кружилось в воздухе, подхватываемое порывами ветра, пока не упокоилось на дальней от произошедшего невиданного случая поляне…

А без фото любимой семьи волшебный «портсигар-шкатулка» больше так не работал. Каменюка – в дивный, золочёный, из редкоземельных металлов выполненный портсигар с бабочкой из драгоценных камней – более не превращался. Даже в тёплых и любящих руках Харитона.

Не всё то золото, что в чужом кармане блестит. Так-то.

Март 2025

Сказка о заколдованной принцессе Брижит

1 Ведьма Урсула и её страшное проклятие

Дело было в такие тёмные времена, да в таких далёких-далёких королевствах, что не доплыть до них на корабле расписном, не долететь на дирижабле, дутом и мощном.

Правил в тех Землях Тридевятых король Чарльз Пятый, а первым министром при нём служил Дон Аль Дуальдо Трамонтано.

Издавна настоящую власть держали в тех местах ведьмы, колдуны, да шаманы. Свои злые происки околачивали, народ запугивали и королей за горло брали магией своей страшной и опасной.

Но случилось так, что народ взбунтовался, спала пелена чар угрюмых да колдовских. Прозрели многие и повели остальных за собой. Так и потерял народ страх перед тьмой магической и заклинаниями муторными.

Поднялся бунт против платы в казну налога на содержание местной ведьмы-кликуньи -Урсулы фон дер Итакхляйн Скондолизы Прайс. Ела она как за троих, а то и больше, – настолько её содержание было в тягость королевской казне.

Потому простой народ, что честно трудился, так не хотел, чтобы на их кровные содержали старую бестию, а не детишек малолетних. Порой впроголодь жили, а Урсулу обеспечивали, и она ни в чём нужды не знала много веков.

Наконец-то люди устроили бунт. Прозванный впоследствии антисоляным, потому как ведьма Урсула ещё и наркотой приторговывала, и детишек малых на эту дрянь попутно подсаживала. Такая была стерва страшная и злющая.

Жутко не любили её в народе, а извести никак не могли. Зато она ни один род извела своими пакостями.

Только старая ведьма не на шутку разгневалась на королевскую семью после того, как её содержание по жёсткому требованию бунтующего народа было исключено первым министром из бюджета.

Она тайно пробралась на ближайший же приём во дворец. По случаю это оказался первый бал его чудесной милашки-дочурки Брижит.

Там скандальная тварь в отместку королю произнесла страшное заклинание-проклятие (ахала-каксало-хум-хум-хум, ахала, бум, бум…) и заколдовала принцессу, превратив в юношу до тех пор, пока прекрасный принц не поцелует её по любви и не снимет крепкие злые колдовские чары.

Ибо супротив любви никакое коварство не действует.

2 Трудности короля – заколдованное дитя

Так злая ведьма заколдовала прекрасное дитя, дочь короля и теперь на пороге своего совершеннолетия она внешне превратилась в юношу, а в душе так и осталась прежней нежной Брижит.

Выдать замуж в таком обличии Чарльз Пятый принцессу не может. Да и как двору показать её теперь?! Потому спрятал он любимую и единственную дочь в дальние покои и стал горевать. Первый министр только руками разводит – советов не даёт.

А у прекрасной малышки меж тем стала расти борода и появились и другие признаки мужского рода.

Что делать в этакой нестандартной ситуации, король не разумеет, да и советники все как один воды в рот набрали и молчат, стараясь больше не смотреть Его Величеству Чарльзу в глаза.

Никто не знает.

Принцесса Брижит заперта в теле мужчины, и только прекрасный принц может расколдовать её поцелуем любви.

Но где такого взять?

– О, Брижит, о, моя прекрасная Брижит! – Ходит и вздыхает то и дело король, но не может ничего придумать и предпринять.

Чарльз Пятый (он же Проклятый) прекрасно понимал, что даже если раздобыть незнамо где такого принца, то он же не станет целовать его дочь в таком безобразном юношеском обличии. А Королевство-то на грани краха. Надо что-то делать.

Но как ни бились король Чарльз с королевой Чарозеттой – ни один из ближайших заморских принцев не хотел даже тайно свататься к их некогда прекрасной Брижит.

Их дитя, этот прекрасный, дивный цветок – увядал буквально на глазах, чахла принцесса от тоски и скуки. Ведь ей теперь даже выходить никуда было нельзя, нельзя было никому показаться в таком виде. А раньше ведь принцесса была очень общительной девушкой. Любила потрещать о том, о сём с фрейлинами, да подурачиться на королевском дворе с придворными. А теперь оказалась заперта, заперта в мужском теле, так нелепо и безобразно.

Уж сколько Чарльз собирал советов – ни одна голова светлая не могла ничего дельного придумать. Первый министр так вообще постоянно на охоту отпрашивался.

Попал король в историю, никому не пожелаешь, да и не позавидуешь.

Уж корил он себя и так, и сяк, что на поводу у народа пошёл. А народ ему теперь ничем не помощник.

Ведь от этого жуткого заклинания, что произнесла в злополучный вечер страшная ведьма, спасти принцессу Брижит может только прекрасный принц из заморских стран.

3 Неожиданный шанс

Что только не перепробовал король, чтобы спасти свою дочурку. И магии пытался обучаться, и ведьм заморских привлекал, и зельеварением занимался. Целый цех открыл в королевстве. Но ничего не помогало прекрасной некогда принцессе.

Время шло, Брижит не молодела. Принести внуков родителям в таком обличии она не могла.

А извести старую ведьму не представлялось более возможным – как в воду канула она в лесу своём, и никто более о ней не слыхивал после заклятия.

Чарльз и в розыски подавал, и награду обещал – всё пусто.

Старики уже было отчаялись.

Как совсем случайно в шторм прибило к берегу их королевства шхуну с заморским принцем с таких далей, что они и не слыхивали никогда о них.

Сам принц Макарон Замануэль явился к ним, сошёл на берег и представился так. С островного государства Макарон и Ла Пши – Его Высочество Замануэль Макарон Ла Пши.

Король тут же банкет соорудил и незваного принца, но такого дорогого гостя к столу пригласил.

Экий случай редкостный – надо пользоваться!

Тем более, что не знает он о Брижит ничегошеньки, а все ближайшие королевства давно растрындели о бороде принцессы, которая появляется сразу же как сбреешь её – только глазом моргни.

4 Ошибочка вышла

Один крюшон, и вопрос решён.

Принц Замануэль о своих путешествиях королю докладывает, так мол и так – попали впросак в вашем море, такое горе.

А Чарльз Пятый, знай, ликёру сладкого подливает гостю и слушает, слушает, утешает, лишь бы и он его печаль утешил.

Только после приключений на воде, жуткого шторма и чудесного спасения слишком быстро захмелел принц островов Макарон и Ла Пши, да и заснул прямо за столом от усталости и избытка выпитого алкоголя.

Неподрасчитал Чарльз Пятый от радости, переборщил с ликёрчиком. Так-то.

А первый министр, как всегда всё пропустил – на охоту отбыл, не посоветовал, не помог верно сориентироваться.

Король волосы на голове последние с досады рвёт, мечется по залам, уже не знает, что-теперь-то ему предпринять, проклятому.

Ничего не придумал и тогда повелел прям так и снести пьяного принца в покои Брижит.

5 Капризы принцессы

Но проклятие не снято. Что же делать?

А Бриджита – та ещё штучка, упирается, говорит:

– Не хочу я принца Макарон, он маловат, да смешон, обаянья лишён, пусть не лез бы на рожон! Меньше налегал бы на крюшон!

– Что же ты, дурында, нервы мне делаешь, – беснуется король, – один шанс, чтобы с этим хоть что-то вышло, а то так в девках, тьфу ты, в юношах и помрёшь, и меня без внучат оставишь!

Топнул ногой Чарльз Пятый и повелел лежать рядом с принцем, чтобы, улучив момент, поцеловаться.

Свет пригасили в покоях, один король со свечой туда-сюда мечется, волшебный поцелуй узреть желает.

То пятку принцу пощекочет, то нос. А тот дрыхнет без задних ног и хоть бы хны ему, похрапывает, трели заводные выводит заморские.

6 Попытка – не пытка

Одна ночь проходит, за ней другая и третья.

Отдыхает новоиспечённый гость, а Брижит приходит к нему в постель в своих покоях, когда тот уснёт.

Король на нём уже все свои зелья приворотные использовал – ничего не берёт олуха заморского. Кажную ночь дрыхнет принц и похрапывает радостно и привольно, как у себя дома.

Несколько раз пугался Брижит, да её щетины, но удалось придворным убедить гостя, что это просто кошмар ему приснился после стресса серьёзного такого – как крушение корабля.

Меж тем принц уже распорядился и отправил письма в своё родное государство и корабль чинить вовсю взялся. Ни дать, ни взять, скоро и отчалить может.

Тогда от отчаяния новую хитрость придумал Чарльз Пятый Проклятый.

Запретил принцу бриться – якобы все приборы бритвенные и все мастера в королевстве пропали, а сам повелел всем спрятать, чтобы у гостя борода росла гуще.

Заметил накануне король сметливый, что принц Макарон и Ла Пши уж больно в зеркало на себя смотреть любит, крутится и туда, и сюда, чуть ли в попу себя не целует, если бы так можно было с зеркалами учудить – уж точно поцеловал бы.

И тогда задумал король Чарльз нарядить Брижит в точь-в-точь такой же костюм, как у самого принца заморского Замануэля.

Чтобы утром ранним прямо со сна поверил гость непрошенный (но очень дорогой) будто бы Брижит – это его собственное отражение в зеркале, это и есть он сам – и тогда попросит она его как бы самого себя поцеловать и тогда точно проклятье жуткое падёт!

А Брижит и принц Макарон и Ла Пши пойдут под венец.

*Принц Нарцисс и проклятая принцесса с душевной травмой, да в депрессии – отличная пара, как ни крути, лучше сходу не найти.

7 Чудеса, да и только

Настала заветная ночь, а за ней и чудотворное утро.

Король с придворными запрятались в покоях, чтобы самим воочию наблюдать долгожданную картину преображения Брижит.

Проснулся принц, потянулся и, как всегда, пошёл любоваться на себя к зеркалу. А там уже заколдованная принцесса стоит, улыбается и просит поцеловать его (её) в это прекрасное и дивное утро.

Замануэль разомлел спросонья и, расчувствовавшись после дивного спасения, взял и поцеловал своё чудное отражение, уж так он обожал себя любимого.

Тут же спало проклятье с Брижит, и удивлённый юноша увидел пред собой прекрасную принцессу с шиньонами и в шелках!

Король с королевой и вся придворная знать повысыпали со своих укрытий, не удержались и стали бурно поздравлять молодых.

А принц Макарон и Ла Пши только глазами хлопает, не понимает, что происходит.

Брижит скорей к настоящему зеркалу побежала – и кружит, и кружит!

– Восхитительно, изумительно, ошеломительно прекрасна! – стала рассматривать себя принцесса в таком диком восторге, что уже и позабыла, что не мил ей был энтот принц Замануэль.

Вот так-то истинная любовь и творит чудеса.

Так что сказке конец, а Брижит пошла под венец девушкою распрекрасной и король счастлив! И внучки «макаронята» на островах народились, и королевство Чарльза Пятого сохранилось.

Два нарцисса – вот рецепт парадиза.

Июль’ 2025

Легенда о Золотом Таракане

1 Собственно, сама Легенда

О, времена! Они меняются, а паразиты размножаются. Тараканы живут, сменяется власть, а их станы кочуют по квартирам и всегда находят себе пропитание. Живут вольготно и свободно.

И вот однажды при власти одного из королей династии Цинь народ познал невероятную истину, открывающую глаза любому, кто её изведает.

Есть один единый Таракан, к которому идут все энергопотоки многочисленных станов и это Золотой Таракан, он-то как раз бессмертный. Все Тараканы ему несут ресурсы, а он их потом справедливо и разумно распределяет. Потому и не иссякает их тараканий поток никогда. А бессмертный он лишь потому, что никому ещё не попался, а не от того, что его убить невозможно.

Именно благодаря нему возрождается полчища тварей даже там, где отравы немерено тараканами съедено. Им хоть бы хны, – потому что Золотой Таракан качает энергию с со всех таких квартир, где живут вольготно его подданные.

Накачает и распределяет ресурс для жизнеспособности станов. Управляет. Управленец с большой буквы.

2 Новый указ. Деньги и слава

Не всё то золото, что блестит, а то золото – что бежит…

И прознав эту золотую истину, поспешили тогда люди найти и извести главаря – Золотого Таракана.

Король же издал новый указ: Тот, кому попадётся Золотой Таракан и он предъявит его живым или мёртвым правительству выиграет миллион тугриков и навеки будет запечатлён на стенах Белого Кремля. Фото повесят в рамочке.

И как взялись люди тараканов гонять, да изводить, только Золотой никак никому не попадается. Хоть реви и на стену лезь, а не видать нигде.

Тугрики-то всем надобны. Тут не поспоришь. Переполох в государстве нещуточный.

Такое началось, ни в сказке сказать, ни пером описать. Весь народ на ушах стоит, с утра до вечера охотится, по ночам дежурит, ловушки строит. Только всё без толку. Не попадается такой особый таракан-главарь никому.

Гоняют, гоняют тараканов, а Золотого никто найти не может. Отчаялись уже не на шутку.

Один раз только казус приключился, за малым победителя не объявили.

Некий сантехник Шпунь С. объявил, что изловил Золотого, да сапогом-сапожищем самолично примял, но только на поверку оказалось, что этот таракан был весьма стандартного образца, просто залит золотой краской, а сам что ни на есть обычнейший прусак.

3 Поиски продолжаются по сей день

Так и живут люди, доднесь тяготея мыслею, что где-то живёт Золотой Таракан и ежели его изловить, жизнь сразу же наладится у людей повсеместно, а тараканы тогда все потихоньку издохнут и потеряют всю свою силищу и мощь.

Беспокоит каждого эта мысль. Все мечтают о том, когда этот день настанет.

Только Золотого Таракана до сих пор никто не видывал.

Пусть и ширится молва, а результата нет и по сей день.

Тараканва плодится, Золотой Таракан тусит себе и горя не знает, да и что облава на него объявлена тоже не ведает. У него дела поважней. Кайфует до поры до времени, пока кто-нибудь ушлый не изловит его и не спасёт весь род человеческий от иродов треклятых, тараканищей неприятных.

А вы, случайно, Золотого Таракана не видели?..

Сказка о Василисе Прекрасной, возлюбленной Елисея-Чудодея, похищенной Кощеем

1 Похищение

Дело было во времена тёмные и страшные.

Много нечисти развелось вокруг, а иная стала править и указывать, кому как жить и с кем.

Был таким и Кощей – «Нахлебался кислых щей». Так прозвали, потому что уж больно кислая физиономия издревле застыла на его тощем лице.

– А всё оттого, что жены у него отродясь не бывало, – шептали в народе, но вслух никто так не высказывался, опасался.

Так и случилось. Нежданно, негаданно, а выкрал он первую красавицу на селе Удалом Василису Занишну («Василису-Кису»), да в темницу свою в башне громадной заточил.

Посадил на хлеб, соль и воду, да всё согласия на брак стал испрашивать.

Ждёт-пождёт, покуда она смирится со своей участью и пойдёт с ним под венец.

Захотел охламон, чтобы было все чин-чинарём: свадьба, брак, маракасы и коньяк, – застолье с танцами значится.

А Василиса ни в какую не соглашается. Дескать, помолвлена я, суженый у меня имеется –Елисей-Чудодей, за него токмо и пойду.

– Оставь меня в покое, Кощей проклятый! – Кричит истошно и ногами топает.

2 План спасения

А Елисей погоревал, погоревал, когда возлюбленную похитил Кощей, да за ум взялся. Стал думу думать, как невесту дорогую сердцу из темницы сырой вызволить. Как милую, ненаглядную лицезреть. План спасения сочинять стал. И вот, что удумал.

Пошёл в лес к местной ведунье-колдунье Хуанне, да ей всю свою беду горькую поведал.

– Не печалься, хлопец, не кручинься, – говорит ведьма, – лучше… покалинься: прокались в баньке, как следует и калиновый отвар отведай, а я пока заварю свет-чай и печку волшебную, на камнях изумрудных согрею.

Выполнил Елисей всё, как Хуанна велела.

Вернулся.

– Садись предо мной, как лист пред травою, – говорит ведьма, – ровнёхонько, не шевелясь, коли готов, орёл. Сейчас я тебя в комара мигом превращу, слетаешь к своей милой, кровушки её отведаешь, да мне принесёшь. Смотри не пролей ни капли, и никого другого не жаль, мне только её кровь нужна, ДНК нужно извлечь, чтобы обмануть Кощея и вызволить Василису твою Прекрасную из тёмных лап ирода треклятого, триста раз мною заклятого.

Послушался Елисей ведьму, на всё был готов, только бы спасти Василису-Кису.

3 Обращение

Обратился Елисей комаром по завету и заклятию ведьмы и полетел кровушку любимой добывать.

В башне темным-темно, лишь малюсенькое окошко на самом верху виднеется. Охрана внизу спит, от них такая вонь человеческая стоит, что невольно Елисей своим комариным чутьём к ним потянулся, опомнился лишь только когда уже сел одному храпуну на лоб.

Воспоминания о возлюбленной помогли ему побороть комариный инстинкт и полететь в крошечное оконце.

Он аккуратно проник в него и стал Василиску свою любимую искать.

Зырк, а она спит в уголку, на матах каких-то заштатных, не сильно-то Кощей её жаловал, не особо баловал (и на что рассчитывал – непонятно). Сладко спит милая, а сама такая аппетитная, румяная, сладенькая.

Разомлел от увиденного Елисей, да и впился без памяти ей в грудь, всё насытится никак не может, сосёт и сосёт. Тут голос самой ведьмы Хуанны ему явился.

– Дурень бросай скорей, лети обратно, с добычей, а то прибьёт ненароком возлюбленная твоя тебя.

Еле пересилил себя Елисей в последний момент вспорхнул, как над ним следом пролетела ладонь любимой.

Он летел и оглядывался:

– Вот так, ещё секунда промедления, и обоих бы погубил. Эх, житуха, непруха и непруха… Повезло, как ни крути. Опять ведьма Хуанна выручила.

4 Превращение

Воротился Елисей к колдунье знатной. Она кровь Василисы с него вывела, и обратно его в красавца превратила, придав человеческий облик.

А сама пошла над кровушкой колдовать, нечто эдакое создавать.

И через неделю-другую вырастила на крови той ведьма Василису другую.

Точь- в-точь, как она, да не она вовсе.

– Души нет у неё, а так девка справная. Подменим Кощею невесту. Он и не заметит. Я ей тех задание пропишу. А потом она сама изничтожится, не может долго без ресурсов энергетических жить. Пока я её накачала, на первое время хватит.

5 Подмена

Отвёл Елисей новую Василису к Кощею, и она ему заявила:

– Сбежала я из башни твоей, из темницы сырой, да вот только идти-то мне некуда уже, мой жених в лес ушёл и с ведьмой спутался, с Хуанной. Некуда, потому. Возвернулась я и на всё согласная. Бери меня в жёны, мне уже всё равно. Предал он меня.

Кощей так от радости подпрыгнул, что и лоб расшиб, да забыл проверить темницу, закатил пир на весь мир, свадебку отгрохал.

А Елисей тайком под звон литавр и бубенцов прокрался в темницу и возлюбленную Василису свою вызволил.

Сбежали влюбленные, да уехали скоро-скоро подальше от этих злющих мест.

6 Чудесное спасение. Кощей «остался с носом»

Свадьба кощеева отгремела, повёл он женушку в опочивальню, от сладострастной истомы весь не в себе. Раздел деву, сам разделся и только нефритовый свой стержень направил в врата страсти и супружеской любви, как вспыхнула Василиса его поддельная и рассыпалась на глазах его.

В комарика обратилась, больно ужалила Кощея и улетела обратно к ведьме создательнице своей.

Хуанна призвала обратно фантом Василисы, да развеяла его в своей магической печи изумрудной.

Так и остался Кощей ни с чем, а с нелёгким шлейфом разочарования.

От досады, что так его провели, осадочек остался, конечно, серьёзный.

Но больше дев прекрасных он там побаивается похищать, уж больно опасается опять нарваться на проделки ведьмы Хуанны.

P.S. Только что он, Елисей, по-прежнему время от времени по ночам превращается в комара и пьёт кровь любимой Василисы. А наутро делает вид, что ничего не произошло…

А Кощей выучился играть на гармонике, чтобы больше так сильно не тосковать.

Август’ 2025

Новая сказка-притча Деревня «Мудаково».

1 В Мудаково

Деревня «МудаковО», где всё до боли знакомо.

Деревня «МудАково», где всё у всех одинаково.

Жили-были в деревне эдакой мужики-мудаки. А баб там и вовсе не было.

По ночам мужики самогон пили, в карты, нарды, домино играли, разговоры баламутские вели, сплетни туда-сюда гоняли, а горя не знали. В конфронтации и бои друг с другом не выступали, даже в кулацкие. Рыбалка – кабак! Всё так, – всё так!

Урожай (будущий) засадят, соберут, закрутят, заготовят и год живут без забот – полон еды рот.

Но только вот незадача. Стала деревня вымирать, деды померли, а новых мудаков не народилося.

Стали мужики в круг собираться и думу думать.

– А коли бабу завести?

БОльшая часть голосовала против:

– Забот не оберешься с ею. Вы что сбрендили? Нашему уюту, комфорту конец тогда придёт! Вымрем, так и пущай! Только без баб.

– Ни в какие ворота баб не пущать! Они тут такое разведут!

– А детишки малые! Да вы что! С ними покоя не будет вовсе!

– Лучше мудаков в соседнем селе отращивать и к себе переселять, заманивать жизненной устроенностью нашей, порядком и спокойствием.

– Жили без баб и неча начинать, – ерепенились мудаки.

– Не перевелись ещё мудаки на селе, неча их отдельно выращивать, сами вырастут и придут!

2 Толя Бзик

Жил у них на селе мужик, и звали все его Бзик. Сам-то он Толя, Толик, Анатоль. Но народ прозвал так неслучайно.

Уж очень крутого нраву был, импульсивен, излишне. Давно его мудаки по-тихому хотели выселить в соседнюю деревню Батраково. Сплавить, так сказать. Да он всё ворочался.

Вдруг слово взял Толя Бзик, да заявил:

– В Батраково у мя женщина и пара ребятишек уже имеется, завтрева же свезу их в Мудаково!

– Ну ты Бзик мужик, а не мудак, не делай так! Езжай сам к ним! Какой же с тебя мудак-то теперича?! – раскричались с досады мудаки.

Но Бзик стоял на своём!

– Нет, и всё тут! Хочу тута жить со своей Аксиньюшкой! И ребятишек мудачьей жизни обучать тутово!

Ударил он по столу кулаком.

Отозвали старшие в сторонку Бзика, да по-отечески наставить хотели:

Так ежели ты бабу свезёшь сюда, к нам, все так захотят! И твову Аксиньюшку могут отвадить от тебя, да соблазнить. Сам посуди – полна деревня мудаков!

Толя пораскинул мозгами, призадумался на миг, но настоял на своём (по своей мудачьей сути):

– Везу Аксинью, беру в жены и жить тут в Мудаково семьёй желаю! Вот такой у меня бзик, и всё тут!

Махнули на него собравшиеся мудаки рукой удручённо:

– Вези, Ирод треклятый.

3 Аксинья

Привёз Анатоль жену, стали семьёй жить в Мудаково.

А мужики местные-то навострились все, напряглись и работать невмоготу им стало, то и дело ходят глазеют как Аксиньюшка чужая с хозяйством справляется, да как одевается.

Особливо в банный день цельная очередь сбираться стала.

А отдельные мудаки так и прямо клинья стали к Аксинье подбивать:

– Так мол и так, хочу тебя, не могу, на своём дворе видеть! Хоть в гости захаживай, хоть женой законной становися, век буду твой вечный раб!

Только выйдет Аксинья в огород работать, как мудаки тут как тут, аж заборы загибаются от их желания неуемного.

Зырят и зырят во все глаза.

– Ай-люлю, ай-люлю, я тебя уже люблю! – Хором кричат.

Только загнётся Аксинья сорняки вырывать, али вскопать что, как члены мудаков об забор стучат, стучат «тык», «тык», «тык», «тыктыктык», как будто град с неба срывается и о забор лупит, аж дыры и вмятины остаются.

А Аксинье хоть бы хны, своими делами занимается, по хозяйству хлопочет, на мудаков внимания не обращает, будто бы и нет их вовсе.

Взглянул вечером на забор Анатоль Бзик и обомлел. Пригорюнился:

– Чем его латать, твою мать?

Но так, как и сам он был ещё тот мудак, то порешил оставить всё так, как есть. Велика им честь.

Пусть зырят, да завидуют.

Хоть забор спермой не поливают, и то ладно, и так сойдёт. Чай не сахарный он, не растает к осени.

4 Визит Председателя

Но с тех пор порядок в Мудаково нарушился. Неспокойно стало. Всё набекрень пошло, наперекосяк. Урожаи не собраны, скотина не кормлена, мудаки кручинятся.

Пошёл сам Председатель Никита Мудито к Анатолю Бзику, да на серьёзный разговор его вызвал:

– Непорядок, Анатоль, в селе экий ты вызвал! Дичайший! Посмотри, что творится! Поля не паханы, а уж сеять пора!

– А я почём знаю, возразил Анатоль, я свой участок давно обработал.

– Ну ты дурень, пойми, Аксинья твоя, баба, народ смущает, народ баламутит! Свези её обратно, хоть в деревню «Гадюкино», лишь бы подальше от нас!

– Ведь жили ж, зачем вот это вот всё начинать? – и он широко развёл руками.

Но Анатоль стоял на своём:

– На то я и коренной мудаковец, чтобы жить тут как пожелает моя мудаковская, мудачья душонка! И всё тут!

Мы справно живём и всё у нас ладится. Слову мне поперёк Аксиньюшка не молвит, ухаживает как за барином каким, а вы дураки так и сидите без баб, пока мя законная жёнушка кажную ночь ублажаеть!

Призадумался Председатель, да сгоряча выпалил:

– Экий ты, Толя, мудак! Хорошо ж жила деревня, первые места по урожаю всегда имели, забот не знали!

Плюнул он на порог дома Анатоля, да ушёл восвояси.

5 Неожиданный поворот

Но случилось непредвиденное. Аксинья снова понесла и уже к осени народился у них в семье ещё один рот. Еще один мудаковец родился.

Всё бы ничего, но новорождённый оказался ярко-красно-рыжим. А Анатоль чёрный как смоль и детишки первые все в него были.

А младенец просто как две капли схож с самим Председателем Никтой Мудито.

– Как так?!!! – Застыл немой вопрос у Анатоля.

Не мог поверить глазам своим Бзик и потому, естественно, сразу же ушёл в запой. Не обвинять же жену, – мало ли что это и почему так. Верная ж, кроткая, ласковая и молчаливая всегда ж была с ним Аксинья тут, в Мудаково. Всем мудакам на зависть.

Всё хозяйство он позабросил, да стал горе своё окаянное, предательство поганое оплакивать.

Вот как-то в итоге напился Бзик до чёртиков и пошёл Председателя, да и всю шайку его громить.

Пришёл, а там как раз очередное собрание актива первых мудаков идёт.

Анатоль окно разбил булыжником, да дверь с ноги вышиб, заорал дурным голосом:

– Мудачьё проклятое!

А ему Председатель отвечает:

– Так знамо всеми, чай деревня «Мудаково» у нас, а не райские кущи. Ничем не удивил. Пойди проспись лучше. И коли с нами единения не чуешь больше, то можешь съезжать в любую другую деревню, али село. В «Рыжиково-Бестыжиково», например!

– А отпрыска твово тебе оставить? – возмутился Бзик.

– С чего ты взял, что мой? – удивился Председатель Никита Мудито. – ФЕДОТ, ДА НЕ Тот. – Нетушки, твоя семья, сам и разбирайся. Воспитывай. В Мудаково не может быть брака, семейных уз и всё тут! Сам же знал. Другого общим собранием не постановляли!

– Мы, мудаки, отродясь детишек не воспитывали и не будем.

– Это ты сам от общества нашенского отколупнулся, почём я теперь знаю, что там такое у тебя в семейке приключилась.

Выперли мудаки Бзика от Председателя взашей.

– Да они насмехаются надо мной! – подумал пьяной головой Бзик.

Пошёл домой, схватил ружье, да побежал обратно, громить мудаков треклятых.

Только ружьё почему-то разряженным оказалось. Холостое оружие схватил спьяну Анатоль. Патроны дома остались. Или Аксинья, дурёха, загодя вынула, испугавшись за него или за себя. Как тут теперь разобраться?!

Так и вернулся Толя в тот вечер домой, озлобленный, не отомщённый. Потому злость свою до поры сохранил.

– В Мудаково жить – по-мудачье выть! – смекнул наутро Бзик.

6 Синее пламя

Деревня «МудАково», где всё у всех одинАково.

– Так гори всё это Мудаково синим пламенем, – порешил Анатоль на третью неделю запоя. Ведь ежели я воспитывать чужого мальца стану, растить, ума давать – так больше и не мудак я вовсе.

Тогда вывез семью Бзик ночью, а хату свою поджёг. Сгорело полдеревни в ту ночь.

Аксинья и тут смолчала.

– Не баба, а чистое золото! – думал подчас Анатоль, – Вот же свезло – мне досталась!

И теперича только проходящие мимо бывшей деревни поезда выстукивают по-прежнему знакомую всем мелодию или такт:

– Мудак-дак-дак-дак, Мудак-дак-дак-дак, Му-дак-дак-дак…

Как будто ещё помнят памятью своей поездатой прежние времена, когда цвела, гуляла и галдела деревня «Мудаково». Хватала все первые места по урожаям.

Да и Петька рыженький, любимец Анатоля своей рыжиной алой напоминает ему о том страшном пожаре и более ни о чём другом.

Такой славный мальчуган вырос, озорной. На селе «Навеселе», да в деревне «Бирюково».

Сжёг значится Анатоль своё мудачье прошлое в том огне лютом.

Июль’2025

Сказ про то, как Иван чёрту душу продавал.

На колокольню осторожно взбирался чёрт. Сегодня было полнолуние, и ровно в полночь он условился с Иваном, что придёт за его душой.

Иван основательно подготовился к акту приёма-передачи – намылся, натёрся, отпарился и щедро надушился благовониями.

Итак, в условленный час они оба стояли под колоколом, под который же и искоса светила полная довольная луна.

– Пришёл час, – сказал патетически чёрт, – Давай!

– Эт, а как мне тебе её отдать-то? – почесал затылок Иван.

Тут и чёрт зачесался:

– А давай так: ты прицепишься к языку колокола, а я так хорошенько с тебя ту душу то и вытрясу?!

– Хорошо, – согласился Иван. – Договор, так договор.

Вцепился Иван в язычок, а чёрт давай его раскачивать. Бьётся Иван об колокол, а душа всё с него не выскакивает. Чёрт и так старался, и эдак.

– Видать крепко засела, али зацепилась за что, – говорит чёрт.

А Иван побитый, да пришибленный молчит, как в рот воды набрал. Только с языка колокола сполз и на пол повалился.

– А давай, – говорит Чёрт, – я тебя по ступеням колокольни стану возить – глядишь, душа где и выскочит, отцепится?

– Ну, давай, – промямлил Иван.

Спустил чёрт Ивана со всей винтовой лестницы, до самого низа допинал, ничего не выходит. Умаялся чёрт. Давай его наверх тащить. Еле затащил. Иваново тело бьётся о ступеньки, а душа всё никак не выскакивает.

– Сил моих нет, – причитает чёрт, – эк, как закрепилась.

А Иван так вообще молчит. Избитое тело только ноет его всё.

Присел чёрт. Задумался.

– Эй, Иван, – ткнул его пальцем в глаз чёрт, а давай, я песню заунывную затяну, так душа, глядишь, и проявится, потянется ко мне?

– Давай, – согласился Иван.

– Ох, на полюшке-полянушке, горевали мы по бабушке, мы снесли к погосту пепел, разметал по полю его ветер… А цветочки головы склонили и меня дурного не простили…

– Ой, не простили, – протянул, поддержав черта Иван.

– Эх, сплюнул чёрт. – Не видать и краешка, чтобы ухватить, да потянуть. Крепко засела, небось. А давай, я тебя сейчас с колокольни сброшу, пока лететь будешь, точно в пятки уйдёт, потеряет форму, я её тут же и схвачу?

– Э, чёрт, а тело? Я же его разобью в лепёшку, – засомневался Иван, нахмурившись.

– Ну, договор же, – стал настаивать чёрт, – играть так хоть по последней пятке, а надо.

– Давай, перекурим, слышь?! Запарился я.

– А то, что, давай, – ответил чёрт.

Закурили.

Иван мечтательно смотрел на небо, по которому вальяжно проплывали облака. Ему мерещились мелкие искорки между облаками, которые как будто бы звали Ивана к себе. Он невольно залюбовался ими.

Чёрт тоже засмотрелся на небо, выпуская аккуратненько кольца дыма. Но он видел там синюю табуретку, как раз между трёх облачков сложилась, такая ладная.

– Удобно, удобненько, – подумал чёрт и заулыбался.

– Давай так, – прервал раздумья Иван, – вместе одновременно спрыгнем, тебе то ничего не станется, а там в полёте – ты своё дело и выполнишь, пойдёт?

– Пойдёт, так и быть, по рукам, – согласился быстро чёрт, отбросил окурок и затушил его острым чёрным копытцем, тщательно растирая искорки по деревянному полу.

Прыгнули.

Летят. Летят. Крутится чёрт и так, и сяк, а ничего у него не выходит. Никак никакой души и краешка обнаружить не может, хоть Иван летит и от ужаса воет как буйный оглашенный помешанный.

Итак, шмякнулся чёрт оземь первый, а Иван сверху него.

Очнулся Иван через некоторое время, да поплёлся домой залечивать раны, приговаривая:

– Нет мне смерти, нет мне смертушки…

По пути домой он откупорил заранее заготовленную под кустом в ямке бутылку с самогоном и с усилием влил её себе в горло.

– Фуф… – потряс он головой, зажмурившись, – Полегчало бы… Болит всё, зараза. Была б душа, так совсем бы подох, небось, – и он сделал ещё один большой глоток спасительного напитка.

А чёрт, так пришибленный, ещё до вечера под колокольней и провалялся.

Ваня же пил горькую, да весь свет материл. Уж больно ссадины и ушибы его досаждали. Анестезия всё-таки, как-никак…

Да, так выходит то, что нет у Ивана никакой души. Так родился. Таким уродился. Только чертей вот всё ходит доставать. Постоянно энтих товарищей на колокольню водит. А что ему станется – души нет, так и тела ему не жалко. Обижен, знаете ли, на весь свет. И на этот, и на тёмный, стало быть.

Сказка о богатыре Илюшке и Волшебной Ватрушке.

БогаТырь Илюшка-Душка и его деликатная проблема.

Жил-был богатырь силушки невероятной, стати знатной Илюшка-Душка.

Только невесту никак он найти себе не мог, что аж стыдился этого.

Такой крутой и могучий, а девки за него не идут. Куда силушку молодецкую-то и удаль девать?

Горевал его учитель Ерёма-ПолуДрёма, чтоб такое придумать, чем бы его отвлечь, а то, глядишь, как бы Илюха делов не натворил по дури своей энтой молодецкой.

И привиделось ему как-то во сне чуднОм, что в соседнем Тридевятом Королевстве есть такая Волшебная Ватрушка, которая удаль молодецкую удовлетворяет и успокаивает.

Решил он снарядить в поход Илюшку-Душку и другана его Матвея-Ухогрея добыть таку Ватрушку, раз девки за оных не идут.

Обрадовался Илья несказанно тому, что сможет свои трудности так-то вот разрешить, да поспешил за Ватрушкой волшебной.

Ну и дружбана Матвея Дуралея взял с собой за компанию, чтобы скучно в пути не было.

Поход.

Идут они уже третьи сутки без отдыху, без продыху, лишь бы побыстрее в Королевство Загадочное прийти и чудо чудное, диво дивное отвоевать.

Матвей одно уши греет, землю, деревья слушает – как же им Волшебную Ватрушку заполучить.

И вот встречный-поперечный Дятел поведал ему такое.

– Близко уже Тридевятое, знаю за Волшебной Ватрушкой идёте. Но даётся она только самому смелому, а вы я смотрю дуралеи. Если Чудище одолеете местное, быть может Царь вам Ватрушку и отдаст. А пока Чудище её пользует. Им без неё никак нельзя – а то Чудище девок насиловать станет и чудища у них пойдут рождаться. А какому царю такое надобно?..

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.