Алексей Кучерявенко
Обилиум I

Глава 1

Он узнал планету – это точно была Земля. Но выглядела несколько странно: помимо привычных белых разводов, плывущих поверх тёмно-синих и зелёно-жёлтых областей, вся она оказалась окутана какими-то нитями, образующими собой подобие паутины.

Они постоянно перемещались, проходя сквозь друг за друга, словно лучи света, попеременно становясь то длиннее, то короче. В одних местах исчезали, постепенно растворяясь в пространстве, в других появлялись снова.

Периодически нити обрывались, вспыхивая и втягиваясь в центр всей конструкции, где находилось огромное пульсирующее ядро, слегка увеличивая его температуру.

Если же нити не отрывались достаточно долго, то ядро начинало тускнеть, становясь при этом холоднее. И остывало оно значительно быстрее, чем нагревалось. Тем не менее общая тенденция была такова, что постепенно ядро разгоралось всё ярче.

Способствовали этому ещё и те случаи, когда одновременно отрывались целые пучки. В такие моменты вся паутина вздрагивала, а в ядре происходили необратимые процессы, больше не позволяющие ему остывать ниже определённого предела.

И сейчас, когда планета совершала очередной круг, паутина вновь задрожала: несколько сотен нитей одновременно устремились к центру. Раскалившееся до предела ядро прекратило пульсировать и замерло, словно в ожидании.

Хватило всего одного нового обрыва, чтобы оно раскрылось, извергнув из себя направленный поток частиц. Этот луч исказил пространство и мгновенно пронзил его, словно игла сложенный пополам кусок ткани.

Молодой человек очнулся, как ему показалось, от странного сна. Он лежал на широкой больничной койке, облепленный разными датчиками, в палате с полукруглыми потолками и большой стеклянной перегородкой, отделяющей её от коридора. Окна в помещении отсутствовали.

Но всего этого мужчина пока не мог видеть. Он силился открыть глаза, однако веки слипались и отказывались слушаться. Наконец, ему удалось заставить их чуть приподняться. По зрачкам тут же ударил свет, пришлось резко зажмуриться.

Что-то смутно знакомое, связанное с яркой вспышкой, пронеслось в его сознании, но зацепиться за этот образ не получилось. Спустя несколько попыток, когда глаза немного привыкли, он всё же смог кое как осмотреться.

Окружение расплывалось и норовило куда-то сместиться, вызывая при этом чувство тошноты. Однако мужчина понял, что очнулся в совершенно незнакомом для себя месте, и даже попытался вспомнить, как сюда попал, но из этого ничего не вышло. Более того, он внезапно осознал, что не помнит даже собственного имени.

Это спровоцировало лёгкую панику. Он снова закрыл глаза и попробовал перебирать в уме мужские имена, словно примеряя каждое на себя. Их оказалось удивительно много, но ни одно, казалось, не подходило. Процесс быстро утомил его.

Тогда он решил отвлечься и слегка пошевелил пальцами рук и ног – всё работало. Ощутить своё тело полноценным оказалось удивительно приятно! Словно оно могло оказаться покалеченным, или его могло и не быть вовсе – эта мысль теперь показалась абсурдной.

Внезапно рядом с ним что-то запищало. Он повернул голову и посмотрел в сторону звука. На металлической стойке среди прочего оборудования располагался небольшой монитор, на экране которого пульсировали яркие линии. Из его корпуса сейчас раздавались короткие гудки.

Вроде бы не такие уж и громкие, но этот звук почему-то сильно давил на слух. Мужчина открыл рот, намереваясь позвать кого-нибудь на помощь, но вместо слов получился только жалкий хрип.

Тогда он попытался встать, однако удалось лишь чуть приподнять верхнюю часть туловища. Сколько времени прошло с того момента, как его сюда поместили? Кто и зачем это сделал? Хотелось знать, но память отказывалась выдавать хоть какую-то информацию.

«Пииип!»

«Проклятый прибор!» – звук выводил его из себя. Он повернул голову в сторону раздражителя и мысленно выругался. Это было глупо, но он злился на электронное устройство.

«Пииип!»

– «Замолкни ты уже, долбанная пищалка! Замолкни!»

Монитор попытался ещё раз пикнуть, но звук исказился и затих. Внутри корпуса что-то громко щёлкнуло, затем появилась тоненькая струйка полупрозрачного дыма, быстро поднявшаяся к потолку.

Через пару секунд она добралась до стройного ряда пожарных датчиков у двери, и в коридоре за стеклянной стеной тут же истошно завыла сирена.

«Да вы издеваетесь!» – подумал мужчина, и снова попробовал встать, но в глазах резко потемнело. Сознание отключилось так же быстро, как и безвинно погибший прибор.

**

Второе пробуждение прошло без происшествий. Снова открыв глаза, он сразу увидел несколько человек в белой униформе, буквально нависших над ним. Лица их были наполовину закрыты плотными масками, а головы обтянуты странными гладкими шапочками.

Заметив его пробуждение, один из людей в белом куда-то ушёл, а двое других стали записывать какие-то показатели с приборов. Тем временем мужчина обратил внимание, что никакого дыма в палате больше нет.

– Послушайте, – обратился он к одному из врачей (или санитаров), и голос его оказался на удивление четким, – как я сюда попал?

Ему не ответили. Люди в белом продолжали заниматься своими делами с таким видом, будто лежащий на койке всё ещё находился в бессознательном состоянии. Они бесцеремонно поднимали его руки и ноги, а затем один из них зачем-то посветил ему фонариком в левый глаз.

– Эй, осторожнее! – мужчина машинально отпихнул руку медработника, но движение получилось неожиданно быстрым и сильным. Фонарик выскочил из руки и заскользил по полу, при этом вращаясь, словно волчок. Все трое увлечённо наблюдали за процессом, когда в палату вошёл новый человек. Фонарик тем временем звонко ударился о стену и погас.

– Упс… – мужчина удивлённо посмотрел на свою руку, – сам не знаю, как это получилось. Вы проверьте, может он и не сломался?

– Они вас не понимают, – сказал вновь вошедший, и все разом обернулись к нему. – Вы говорите на английском?

Мужчина на койке медленно кивнул. Происходящее было странным: он понял, что к нему обратились на другом языке. Поменялось произношение, но значение слов при этом осталось таким же ясным, как если бы к нему обратились на том же языке, на котором говорил он сам.

– Получается, что да, говорю, – ответил он на английском.

– Прекрасно! – вошедший слегка улыбнулся. – Это всё значительно упрощает. Как вы себя чувствуете?

– Не могу сказать, что я в полном порядке.

– Понимаю. Позвольте представиться: Джон Энклин, полковник.

– Даже так… – мужчина внимательнее посмотрел на собеседника: выправка явно армейская, сомневаться не приходилось. Лицо особо не примечательное, но волевое, с широкими скулами и характерными чертами, говорившими о том, что человек этот привык командовать.

Энклин, правда, не уточнил, что он полковник именно армии. Да и страну не назвал, хотя с этим и так всё очевидно. Куда важнее было другое:

– Рад бы представиться в ответ, но, увы, своего имени я не помню.

– Что ж, всё может быть, – полковник обменялся взглядами с остальными присутствующими и неожиданно резко спросил: – Ваше последнее воспоминание?

– Дайте подумать… Ничего. Абсолютный ноль, будто сегодня родился. Нет, не как младенец, конечно. Значение слов я понимаю, да и вообще… но вот воспоминаний почему-то нет. Странно как-то всё это… Где я, кстати?

– Все вопросы потом, – отрезал военный. – Я зашёл удостовериться, что вы действительно пришли в себя. Мы с вами еще весьма обстоятельно побеседуем, но позже. А сейчас отдыхайте, набирайтесь сил. Мои коллеги сделают всё возможное, чтобы вы как можно быстрее восстановились.

Энклин намеревался тут же уйти, но мужчина окликнул его:

– Подождите, полковник!

– Да?

– Имя. Мне нужно знать хотя бы своё имя.

Военный секунду помедлил.

– Хм. Ну хорошо. Согласно моим данным, ваше имя Владислав.

Энклин внимательно, пожалуй, даже чересчур пристально посмотрел на него, но мужчина этого не заметил. Он на время отстранился от всего, словно пробуя имя на вкус. Наконец, он медленно произнёс:

– Значит, Владислав. Спасибо, полковник!

Военный кивнул и решительно вышел за дверь. Вскоре вслед за полковником ушли и остальные. Оставшись наедине с самим собой, мужчина несколько раз произнёс названное военным имя вслух, но ничего особенного при этом не почувствовал.

Его охватило чувство пустоты: разве может быть так, чтобы человек не помнил о себе вообще ничего? Семья, друзья, родственники – есть ли хоть кто-то, кому он не безразличен?..

**

Джон Энклин вернулся в свой кабинет. Требовалось немедленно доложить начальству, что их общий подопечный очнулся. Отодвинув от стола высокое кресло на колёсиках, обтянутое кожей тёмно-кофейного цвета, полковник открыл нижний ящик и извлёк из него бутылку виски.

Налив в стакан на два пальца, военный залпом выпил напиток и опустился в кресло. Предстоящий разговор не вызывал в нём никакого оптимизма. Для Энклина предпочтительней был вариант, при котором «Неизвестный» оставался бы в коме до конца своих дней.

Или хотя бы до тех пор, пока его самого не перевели бы из этой дыры в заднице мира поближе к дому, а заодно и подальше от одного типа. Ей Богу, полковник всё больше убеждался в том, что его помощник помаленьку слетел с катушек…

Но выбирать пока не приходилось. Энклин развернулся к столу и снял с простенького на вид телефонного аппарата трубку. Прямая линия для экстренной связи сработала безотказно: три гудка и на том конце стандартно поинтересовались, с кем именно требуется соединить.

– С главным, – буркнул полковник.

**

Уилл лениво смотрел на экран, в который раз спрашивая себя, зачем всё это нужно. Его и ещё двоих парней срочно перевели сюда в полной, как ему показалось, секретности, и всё это только для того, чтобы они по очереди сидели и беспрерывно пялились в этот долбаный монитор.

А там уже в течение нескольких часов ничего не происходило: какой-то мудила валялся на койке и всё! Их старший, Фред, каким-то образом кое-что разузнал: оказывается, этот овощ на койке только вчера очнулся.

Перед этим что-то произошло: то ли проводку замкнуло, то ли кто-то из санитаров решил покурить прямо в палате. В итоге сработала пожарная сигнализация, поднялся большой шухер, а парень удивительным образом пришёл в себя, чего здесь уже вроде бы никто и не ожидал.

– Теперь сидим тут, как кроты в норе, – проворчал Уилл, растирая затёкшую шею.

Затем похрустел суставами и потянулся к кофеварке. В сон клонило нещадно, а до конца смены оставалось ещё два часа. В других обстоятельствах он бы забил на всё и завалился спать, но знающие люди предупредили: во владениях полковника Энклина лучше не подставляться. Простым выговором не отделаешься.

Вообще ситуация оказалась странная: Уилл уже почти год находился на этой базе и только вчера ночью узнал, что у неё есть подземная часть. Какая-то сеть бункеров, будь она неладна. Да ещё и начальство здесь своё, точно сторонний объект.

Нет, всё было добровольно. Предложили хорошие плюшки, он и согласился. Прошёл инструктаж, подписал бумаги о неразглашении и ещё что-то. Работёнка не сложная, только скучно и не совсем понятно, что именно здесь происходит. А это несколько напрягает.

Парень в палате тем временем сел. Повертевшись из стороны в сторону, он последовательно отцепил от себя все датчики, которыми был утыкан, словно ёж иголками.

– О, что-то новенькое, – Уилл налил себе в кружку горячий кофе. – И куда же ты собрался?

Парень встал с койки. Слегка пошатываясь, точно пьяный, дошёл до стеклянной двери и остановился. Провёл ладонью по стеклу, попытался толкнуть его от себя.

– Ага, разбежался, – усмехнулся охранник, доставая из кармана рацию. – Уж не знаю, что ты за птица, но клетка твоя на замке.

**

«Владислав. Как-то чересчур официально. Нужен вариант попроще. Может быть, Влад? Звучит неплохо…»

Его размышления прервала группа медиков, вернувшихся в палату. Причём стеклянная дверь открылась абсолютно свободно, без дополнительных манипуляций, хотя он сам недавно проверял, и ему она не поддалась…

– Зачем вы вставали? – спросили его с порога. – Да и как вы вообще смогли?

– Я в норме, – прервал говорившего Влад.

– И всё же вам лучше лежать. Мы подключим оборудование обратно.

– Нет уж, дудки! Лежать, словно парализованный, я больше не хочу. Говорю же, всё в норме. Зовите полковника, он обещал побеседовать.

– Джона Энклина сегодня больше не будет. Придётся вам подождать. А пока ложитесь, пожалуйста, – Врач сделал приглашающий жест. – Санитар возьмёт у вас кровь для анализов, не возражаете?

Влад пожал плечами:

– Раз нужно, делайте.

– Хорошо. Потом вам принесут еду. Вы же голодны?

– Пожалуй, что да.

Двое из вошедших удалились, а к нему подошёл санитар.

– Сожмите несколько раз руку в кулак. Так, теперь зажмите и держите.

Протерев ему руку влажным тампоном, медик поднёс к ней шприц. Боли не было: острая игла легко вошла в вену, проткнув тонкую стенку сосуда. Однако дальше что-то пошло не по плану.

Санитар вытащил иглу и снова воткнул её, немного в другом месте. Затем взял другой шприц и повторил процедуру.

– Что-то не так? – поинтересовался Влад.

– Кровь не набирается… – удивлённо констатировал медик.

– А ведь должна?

– Безусловно, – он кивнул на шприц. – Я точно попал в вену.

Влад тоже посмотрел на свою руку. Так и есть: игла в вене, поршень оттянут, но шприц пустой. Всё говорило о том, что кровь должна была хлынуть в пустую ёмкость. Он даже представил себе это, и тотчас алая жидкость заполнила свободное пространство в цилиндре.

– Вроде всё нормально, – растерянно предположил Влад.

– Вроде да, – в тон его интонации подтвердил санитар.

После плотного обеда внезапно захотелось сделать кое-что другое…

В палате была ещё одна дверь, за которой ожидаемо нашлись унитаз и даже душевая кабина. Справившись со своими делами, Влад умыл руки и заглянул в висевшее над раковиной зеркало. Вопреки ожиданиям, на него посмотрело лицо совершенно незнакомого ему человека…

Глава 2

На следующее утро ему принесли одежду. Ничего особо примечательного: серая футболка и такие же безликие спортивные штаны, но всё же лучше этой кем-то надетой на него накидки из лёгкой ткани с вырезами по бокам и на заднице. В качестве обуви – только тапочки. Порадовало, что не белые…

Переход из палаты оказался недолгим: уже через десяток шагов, сделанных по коридору, перед ним открыли другую дверь, на этот раз непрозрачную. Влад обратил внимание, что помимо самого санитара, пришедшего за ним, в коридоре на некотором отдалении дежурили ещё двое мужчин в чёрной форме.

Его провели внутрь. Одинокий стол и два стула, да ещё большое зеркало на белой шершавой стене, вот и весь незамысловатый интерьер. За столом сидел уже знакомый ему Энклин, на этот раз в форме военного, соответствующей статусу. Он жестом руки указал на свободное место перед собой.

– Как себя чувствуете?

– Спасибо, более чем прекрасно, – Влад расположился на стуле с весьма неудобными подлокотниками. – Готов выписываться из вашего чудесного, но уже порядком надоевшего мне заведения.

– Замечательно, – ухмыльнулся в ответ военный. – Вспомнили что-нибудь?

Влад отрицательно покачал головой.

– Тогда вам лучше у нас еще погостить. Потерявшим память опасно находиться в этом мире без присмотра.

– Полковник, давайте начистоту, – Влад чуть подался вперёд. – Не похоже всё это на отделение для страдающих амнезией. Кто я такой и для чего вам нужен?

Энклин некоторое время молчал, что-то обдумывая. Затем откинулся на спинку сиденья, побарабанил пальцами рук по стальной поверхности стола и наконец-то ответил:

– Можно и начистоту. Касательно первой части вашего вопроса, – он взял со стола папку и пододвинул её вперёд. – Вот.

Влад развернул папку к себе и открыл. Внутри находилась фотография абсолютно голого мужчины, лежащего на песке с закрытыми глазами. Под ней оказались ещё несколько фотографий того же самого человека, то накрытого по пояс покрывалом, то одетого в такую же накидку, какая была на нём самом в момент пробуждения. Места съёмок оказались разными, но неизменным оставались две вещи: мужчина лежал, и глаза его были закрыты.

Влад пролистал их одну за одной, и только при просмотре последней, где всё тот же мужчина лежал уже на больничной койке, до него наконец дошло, что на всех этих карточках был запечатлён он сам.

Лицо, совершенно незнакомое, тем не менее принадлежало ему, в чём он сам недавно убедился, увидев своё отражение. Он и сейчас обернулся в сторону зеркала, чтобы сравнить черты и удостовериться, что ему тогда не померещилось.

Стараясь не выдать своего удивления, он отложил фотографии в сторону и взял в руки лежавший под ними листок, на котором значились такие строки:

Пол: мужской

Рост: 187 см

Вес: 84 кг

ФИО: неизвестно

Возраст: предположительно 30-35 лет

Внешность: славянская

Семейное положение: неизвестно

Национальность: неизвестно

Род занятий: неизвестно

– Не густо, – Влад положил листок обратно в папку. – Если всё это обо мне, то почему тогда здесь указано, что моё имя неизвестно? Вы же сами мне его назвали.

– Я назвал первое русское имя, пришедшее мне на ум.

У Влада от возмущения перехватило дыхание.

– Но зачем?!

– Хотел убедиться, что вы действительно ничего не помните. Если бы вы отреагировали иначе, – полковник сделал неопределённый жест рукой, – но вы просто приняли это имя, из чего я сделал вывод…

– Вы поступили подло! – перебил его Влад.

– Да ладно вам, в чём подлость? – удивился военный. – Да и нужно же к вам как-то обращаться. Чем плох Владислав? По-моему, звучит. Или вам не нравится?

– Мне не нравится то, что здесь происходит.

– Не скрою, мне тоже. Так как же прикажете к вам обращаться?

– Влад.

– Влад? Что ж, ваше право. А вы весьма лаконичны.

– Почему именно русское имя?

– Потому что вы заговорили на русском языке, когда очнулись. Мне, в силу определённых обстоятельств, – полковник слегка поморщился, – достаточно знаком этот язык.

– Понятно. Но это ещё ничего не значит.

– Согласен с вами. Поэтому ваша национальность и остаётся под вопросом. В общем, как вы и сами видите, мне о вас известно не больше, чем вам самому.

– Зачем я вам нужен, полковник? – повторил свой вопрос Влад.

– Да-да. Я как раз хотел перейти к этой части, – полковник провёл ладонью по щеке, будто проверяя, насколько гладко она выбрита, – тут всё ещё сложнее, но вы уж постарайтесь меня понять. Чтобы было нагляднее, хочу показать вам одно видео. Включите запись, – громко обратился он к кому-то и развернулся всем корпусом к зеркалу.

Спустя несколько секунд в помещении погас свет, а прямо на зеркальной поверхности появилось изображение. Съёмка видео велась сверху, с какого-то летательного аппарата, беззвучного парящего над людьми. Изображение транслировалось с многократным увеличением, позволяющим разглядеть все детали.

Группа вооружённых людей шла по испещрённым воронками пыльным дорогам среди полуразвалившихся зданий. Они перемещались от одного строения к другому, периодически останавливаясь. Влад напряжённо всмотрелся в экран.

**

Молодой человек в камуфляже песочного цвета, над правым карманом которого была пришита полоска с позывным «Странник», отпустил автомат, оставив его висеть на ремне, затем снял с пояса флягу. Жара стояла невыносимая: солнце нещадно палило, выгоняя из тела вместе с потом последние остатки сил.

Стоящий рядом с ним мужчина, одетый точно также, но с позывным «Ясень», приложил руку ко лбу козырьком, пытаясь рассмотреть что-то в лежащих перед ними развалинах. Странник тоже посмотрел в ту сторону, но ничего подозрительного не увидел. Открыл крышку и сделал глоток почти горячей воды. Вкус показался отвратительным.

– Гадость, – произнёс он вслух и скривил губы. – Скажи, пожалуйста, как это можно пить?

– Никак не можешь привыкнуть к местной воде?

– Да как к ней можно привы…

Договорить ему не дали. Раздался взрыв, кто-то закричал. Оба инстинктивно бросились на землю и быстро отползли за ближайшее укрытие. Где-то заработал пулемёт, им на головы посыпалась бетонная крошка.

Странник огляделся. Двое из их группы распластались неподалёку, не подавая признаков жизни. Ещё трое укрывались за таким же массивным блоком, что и он с напарником. Один из уцелевших был, судя по всему, тяжело ранен.

– Да чтоб их! – выругался Ясень. – Меня тоже задело. Правая рука.

– Дай посмотрю, – Странник быстро проверил рану. Рукав двухцветной куртки, прорванный с обеих сторон, быстро напитывался кровью. – Навылет, кость вроде бы не задело, но нужно перевязать.

– Хрен с ней, сейчас не до этого! Надо сменить укрытие. Куда, интересно, подевался наш дозор? Знал ведь, что лучше идти самим.

– Видимо, нет его уже. Подловили нас. Да не смотри ты волком, там тоже люди опытные были, не первый раз заму…

Снова раздался взрыв, перебив его на полуслове. Он повернулся к напарнику и почти прокричал:

– Подняться сможешь?

– Да. Пускаем завесу и отходим, – он подал сигнал здоровой рукой.

Две шашки полетели вперёд на дорогу. Пространство быстро заполнилось дымом, скрывая их за густой пеленой. Пригибаясь к земле, они добежали до входа в полуразрушенное здание.

Где-то позади раздались автоматные очереди. Вторая часть их группы, несколько отставшая от первой, также попала под обстрел. Соотношение сторон было явно не в их пользу.

– Зараза! Похоже со всех сторон обложили, – предположил Ясень, пока напарник перебинтовывал ему руку. – Откуда их столько вылезло, а? Тут вообще никого не должно быть или мы чего-то не знаем?

– Выберемся, разберёмся, – ответил Странник, хотя прекрасно понимал, что их шансы на выход из окружения стремились к нулю.

В соседнее здание прилетело несколько гранатометных выстрелов. Раздался жуткий грохот. Прогремевшие один за другим взрывы снесли оставшиеся перекрытия, и крыша рухнула, похоронив под собой сразу несколько человек.

Во все стороны понеслась волна пыли. Через мгновение она влетела к ним, закрывая обзор и мешая нормально дышать. Обоих слегка оглушило. Они склонились к полу, спасаясь от осколков и пытаясь вдохнуть чистого воздуха, пока пылевое облако не осело.

Стрельба внезапно прекратилась, и на какое-то время вокруг воцарилась относительная тишина.

– Сдавайся, жить будешь, – прокричал кто-то на ломанном русском.

– Ага. Накось, выкуси! – процедил Ясень. Он подобрался к отверстию в стене и разрядил свой автомат в сторону кричавшего. Там кто-то взвыл, кто-то упал. Пули явно не ушли впустую.

Странник занял позицию у противоположной стены, ближе к дверному проёму. По ним теперь стреляли осторожно, подтверждая его догадки: хотя бы одного из них хотели взять живым. Возможно, что облаву именно для этого и устроили, хотя действовали, конечно, очень грубо.

Ясень снова выругался и сполз вниз, зажимая шею ладонью.

– Похоже всё, друг, спета моя песенка.

– Погоди отчаиваться, – Странник пробрался к нему.

– Не держи меня за дурака. Ты вот что, – Ясень снял с пояса гранату, – отходи на второй этаж, я их отвлеку. Попробуй выбраться на крышу, а как тут рванёт, уходи поверху. Может тебе повезёт…

Не повезло. К ним ворвались боевики, причём одновременно со всех сторон. Странник успел выстрелить дважды и отбить чей-то удар, но потом получил кулаком по лицу от бородатого громилы. Тот навалился на него и вытолкнул на улицу. В здании прогремел взрыв.

Сразу несколько человек схватили за руки, разводя их в стороны, а потом всё тот же здоровяк ударил в живот. Раз, другой. Молодой человек закашлялся и безвольно повис, судорожно ловя ртом воздух. С него сняли всё оружие и амуницию, повалили на землю и стали пинать ногами.

– Халас! Халас! – вмешался некто и стал распихивать нападающих, что-то им выговаривая. Затем он склонился над лежащим на земле и стал пристально его рассматривать.

Странник посмотрел вверх. Над ним стоял небольшого роста мужичок весьма тщедушного телосложения, с застывшей на лице ехидной улыбочкой. В руках он ловко вертел нож с рукояткой в чёрной кожаной оплётке.

Странник хорошо знал подобные ножи. А ещё то, что ими обычно делают с пленными. И такая судьба его совсем не радовала. Прикрыв глаза, он застонал, деланно скрючившись.

Над ним раздался смешок, который подхватили стоявшие вокруг. Именно это ему и было нужно: уличив момент, когда боевики расслабились, он резко ударил стоявшего рядом ногой под колено. Раздался характерный хруст, а мужичок с ножом взвыл, заваливаясь на бок.

Странник потянулся навстречу и перехватил из ослабших рук нож. Мгновение спустя остро отточенное лезвие вошло по самую рукоять в шею того, кто так привык видеть страдания на чужих лицах – теперь же его собственное исказила гримаса боли и удивления.

Отряд людей взревел, изрыгая проклятья. Кто-то попытался оказать умирающему первую помощь, но сразу стало очевидно, что это уже бесполезно. Затем все расступились, подняв оружие: Странника явно ждал расстрел.

Внезапно что-то ярко сверкнуло. Так сильно, что ему пришлось зажмуриться и на некоторое время отвернуться. Раздался гул, словно рядом заработал огромный трансформатор.

Рядом с ним прямо из воздуха появилось какое-то облако, от которого в разные стороны били электрические разряды. Затем оно растянулось вверх и вниз, коснулось земли и истончилось. На его месте возникла чуть подрагивающая плёнка, состоящая из каких-то энергетических волокон.

Один из боевиков осторожно прикоснулся к волнующейся поверхности ладонью, но тут же раздался треск, и мужчина, завопив то ли от боли, то ли от страха, попытался одёрнуть руку обратно, но не смог.

Внезапно по всему его телу пробежали мелкие искорки. Секундная вспышка, и на месте боевика осталось лишь облачко из пепла, тут же подхваченное и унесенное прочь порывом ветра.

Люди в испуге отпрянули назад и начали стрелять по «поверхности», отчего та снова пришла в движение, а затем из неё выпрыгнула какая-то огромная тварь, сочетающая в себе черты насекомых и каких-то древних рептилий.

Она разметала людей, словно тряпичные куклы, совершенно не обращая внимания на летящие в неё пули. Последние исчезали в каком-то красноватом свечении, исходившем от мощного туловища, и не причиняли существу никакого вреда.

Для пленника появился шанс на спасение: все были слишком заняты невесть откуда взявшимся чудовищем, чтобы обращать внимание на его скромную персону. Поэтому он решил не терять времени даром.

Превозмогая боль, Странник двинулся к ближайшему зданию. Но туда же рванула и часть тех, кто ещё оставался способным шевелиться после встречи с незваным гостем. Соседство с этими парнями не сулило ему ничего хорошего, но и оставаться прямо посреди улицы тоже не представлялось возможным. Здесь его либо подстрелят, как куропатку, либо это чудовище…

Произошло именно то, о чём он и подумал: тварь отшвырнула в сторону остатки очередной жертвы и направилась прямо к нему, в три прыжка оказавшись рядом. Тогда он бросился ей прямо под брюхо, сделав кувырок, и каким-то чудом проскользнул между лап.

Чудовище разочарованно взревело, пытаясь остановиться и повернуть назад, но с его комплекцией на рыхлой поверхности это было не так-то легко. Странник тем временем побежал изо всех сил в сторону портала. Именно так он успел обозначить для себя этот странный объект. И ему почему-то пришла в голову безумная идея спрятаться за ним.

Сзади снова раздались выстрелы: пришедшие в себя боевики предприняли ещё одну попытку одолеть пришельца. Раздалось несколько мощных взрывов, оглушительный рёв твари, а затем Странника обдало волной горячего воздуха. Он едва успел обернуться, как в него врезалось нечто массивное.

Тело пронзила острая боль, а в голове разом помутнело. Угасающим сознанием Странник успел понять, что это упавшая на землю тварь смела его, точно пушинку, и теперь он вместе с ней скользит по земле прямо в портал…

Глава 3

Экран погас. В помещении снова загорелся свет.

– Мне кажется, видео произвело на вас должное впечатление, – полковник немного подался вперёд и впился в собеседника взглядом.

Влад посмотрел на него так, словно впервые увидел. Он действительно находился под впечатлением. Впрочем, у любого, посмотревшего подобное видео, появилась бы масса вопросов. Скорее всего большинство вообще не поверило бы в реальность того, что ему показывают.

Но Влад поверил. И его поразило не столько происходящее на экране, сколько то, как именно он всё это увидел. Запись сама по себе была чёткой, но она велась сверху и не давала возможности разглядеть большинство деталей. В том числе и лица участников.

Влад же увидел всё так, будто сам присутствовал там, среди этих людей. Он словно перенёсся в самый центр тех событий и прожил их вместе со всеми, при этом оставаясь абсолютно никем не замеченным.

Не слыша звуков со стороны монитора, потому что камера их не записывала, и теперь они не могли быть воспроизведены, он тем не менее слышал взрывы, свист пуль и речь людей у себя в голове.

На фоне всего этого возникновение портала и появление из него ревущей твари уже не казались чем-то совсем нереальным…

– Что было там, после? – Энклин вытянул руку и звонко щёлкнул пальцами прямо у него перед глазами. – Эй! Вы здесь? Я к вам обращаюсь.

– Простите, полковник, вы что-то сказали?

Военный поднялся со стула и навис над столом.

– Я спрашиваю, что вы увидели там, внутри?

– Внутри чего?

– Портала. – Энклин произнёс это слово с ноткой недовольства. – Так мы назвали эту сверкающую хрень, куда вы угодили вместе с этим… Ну, вы понимаете.

– Да-да, этим чудовищем. Оно утащило с собой одного… – Влад выглядел растерянным. – Но с чего вы взяли, что этим человеком был я?

– Потому что кроме вас некому.

– Но ведь мы с ним совершенно непохожи друг на друга.

– С чего вы так решили?

– Я видел его лицо. Оно…

– Видели его лицо… – недоверчиво повторил военный. – Но как?

Влад проигнорировал вопрос.

– Я не могу быть Странником.

– Каким ещё странником?

– Позывной этого парня, про которого вы говорите.

– Его позывной Странник? Интересно. Подождите, значит вы вспомнили! – полковник воодушевился. – Откуда вы узнали позывной, если на записи таких подробностей не видно?

– Это не воспоминания, – Влад покачал головой. – Воспоминания не могут быть такими яркими, понимаете? Я словно перенёсся туда. Видел этого человека так же, как сейчас вижу вас перед собой. Но вот он меня не замечал. Никто не замечал. Эти люди общались, потом началась стрельба, взрывы. А я просто смотрел. Не прятался, не уворачивался, даже не пригибался. Просто следовал за ними. Не шёл, а как будто парил. И я не видел своего тела. Нет, это точно не воспоминания. Скорее уж сон.

– Но вы сейчас не спали.

– Не спал. Я не знаю, что это было. – Влад тяжело вздохнул. – Кто все эти люди, полковник?

– Это не важно, – военный снова сел на стул.

– Почему не важно? Эти двое говорили на русском языке. А остальные…

– Вы знаете! – перебил его Энклин. – На записи нет звуков, но вы помните их разговор!

– Я же объяснил вам, что это не воспоминания.

– Послушайте меня, Влад, или как вас там на самом деле зовут! – военный наклонился вперёд. – Не буду скрывать, что определённые события, зафиксированные на этой записи, не только заинтересовали, но и весьма напугали очень влиятельных людей. А они не любят, когда их что-то пугает. Так что ваша дальнейшая судьба целиком и полностью зависит от того, насколько быстро и подробно вы нам всё расскажете.

– Но я ничего не знаю! Или не помню. С чего вы вообще решили, что я был там?

– Сопоставили факты. Вас нашли недалеко от того места, где появлялся этот портал. В бессознательном состоянии, абсолютного голого, но при этом без каких-либо повреждений на теле.

– Возможно, я находился там до того, как всё это началось.

– И для чего же вы разделись? – полковник усмехнулся. – Согласитесь, это несколько нелепо.

– Согласен, – Влад призадумался. – Откуда у вас эта запись?

– А вот это не имеет значения.

– Но ведь для чего-то снимали именно это место. Вы наблюдали за этой группой?

– Нет, – полковник нахмурился. – Просто совпадение.

– Да неужели, – Влад неожиданно вспылил. – Похоже, вы помогали боевикам! Будут разбирательства!..

– Не будьте наивным, – Энклин снисходительно посмотрел на него. – В этой стране уже давно идёт гражданская война. Здесь каждый день кого-то убивают, предают, иногда похищают ради выкупа или каких-то ритуалов. Слишком много нюансов. Кто и что тут сможет разобрать? Этой группе не повезло, могу лишь посочувствовать семьям погибших, хотя у таких людей обычно нет семей. А вот вы живы. И здоровы. Советую вам сосредоточиться на этом.

Военный сложил руки у себя на груди. Некоторое время собеседники молча сверлили друг друга взглядами.

– Вы снова мне угрожаете, полковник.

– Никаких угроз, просто констатация фактов. Мы столкнулись с чем-то непонятным для нас, но очень хотим во всём разобраться и надеемся, что вы нам в этом поможете.

– Правительства других стран в курсе появления этого портала?

– Ну вот, опять вас куда-то понесло. К чему вам политика? Подумайте лучше о себе.

– Но ведь эти события касаются всего человечества! Возможно, это вторжение…

– Возможно, но ничего подобного с тех пор не происходило.

– Откуда вам знать? Вы следите за целым миром?

– Более-менее, – Энклин улыбнулся. – Такое событие мы бы не пропустили.

– Какой у меня статус? Я военнопленный?

– Нет, вы участник событий, которые требуют разбирательства.

– То есть меня отсюда не выпустят?

– А куда вы пойдёте, если ничего не помните? К кому обратитесь за помощью? Одному вам не выбраться из этой страны. Вокруг неспокойно. Здесь же вы в безопасности, можете на нас положиться.

– Ценю вашу заботу. А в какой стране мы находимся?

– В той же, где вас и нашли. Вспоминайте.

– Пока не получается…

– Мы вам поможем. Всеми имеющимися средствами.

Из уст военного это прозвучало настораживающе. Влад нахмурился.

– И всё же… Вы могли бы связаться с посольством. Не знаю… России, наверное, раз уж я сперва заговорил на русском. Отправить им моё фото. Возможно, у меня есть родственники…

– Ничего не выйдет, – полковник поднял руку, предостерегая собеседника от возможных возражений. – Вы даже не представляете себе, какой объём работ был проделан в попытках выяснить вашу личность. Мы были уверены в результате: всё же на дворе информационный век и всё такое. Как бы человек не старался, но какие-то следы всегда остаются, и их находят. Однако в этот раз нас ждало разочарование: вас будто никогда и не было. Либо абсолютно всю информацию о вас каким-то образом стёрли. Как с тем чернокожим из фильма… забыл название. Что-то про людей… Чёрные… Эээ…

– «Люди в чёрном».

– Точно! – Энклин сложил пальцы пистолетиком и будто выстрелил. – Значит, фильм вы смотрели.

– Не уверен… А что с этим военным? Если вы думаете, что я – это он, то следует разузнать о нём побольше.

– Увы, но там тоже не за что зацепиться. Мы понятия не имеем, кто был в той группе, и зачем она понадобилась тем, кто на неё напал. Вижу, что вы мне не верите.

– А чему тут верить? Но даже если это правда, остались же тела убитых, их можно опознать, затем через эту информацию…

– Нет, не остались, – полковник стал максимально серьёзен. – Этого нет на видео, но сразу после того, как вы и эта тварь угодили в портал, произошёл какой-то выброс энергии. Он не только вывел из строя беспилотник, что находился над порталом, но и уничтожил всю органику, или как это там называется, в радиусе нескольких километров. Это удалось установить несколько позже, когда съемку переключили на другой летательный аппарат. Полностью выжженная земля. Ни живых, ни трупов, ни даже их костей. Жуть, правда?

– Это впечатляет, – согласился Влад. – И меня нашли посреди всего этого?

– Вот именно. Причём целого и невредимого, хоть и голого.

– Чем дальше, тем хуже… – Влад снова потёр лоб. В помещении стало как-то жарко. – И всё же, касательно моего прошлого. Поиск данных о человеке, наверное, не быстрый процесс. Может, нужно ещё время?

– О, здесь тоже есть интересный нюанс. Вы совершенно правы, поиск всегда проходит не так быстро, как хотелось бы: все эти проволочки, знаете ли, право на частную жизнь и прочая чепуха, – военный извлёк из ящика стола пепельницу, зажигалку и пачку сигарет. Неспешно открыл крышку и предложил собеседнику. – Закурите?

Тот молча покачал головой. Он не знал, страдал ли вообще этой зависимостью, но сейчас курить ему совершенно не хотелось.

– Правильно. Я вот тоже бросил, – Энклин убрал всё обратно. – Так вот, процесс этот не быстрый, но в вашем случае, как выяснилось позже, мы могли и не спешить.

– Почему? – Влад насторожился.

– Боюсь снова шокировать вас, но… Сколько, как вы думаете, прошло времени с того момента, как мы вас нашли?

– Не знаю. Несколько дней.

– Ха, – полковник не удержался от смешка. – Несколько дней. Точнее будет сказать: несколько лет.

– Вы спятили! – Влад встал. – Этого не может быть!

– Спокойно. Сядьте, прошу вас. Понимаю ваши эмоции, но сейчас это лишнее. Вы действительно находитесь здесь почти три года, тысячу шестьдесят дней, если быть точнее. Честно признаться, никто уже и не ожидал вашего пробуждения. Вы лежали как овощ. Дышащий овощ, если будет так угодно.

Влад покорно опустился на стул. Голова пошла кругом. Энклин некоторое время изучающе смотрел на него.

– И вот что удивительно, – произнёс он, словно рассуждая вслух. – После всех этих лет отсутствия какой-либо двигательной деятельности, вы самостоятельно встаёте с постели. Как ни в чём не бывало! Представляете? Никакой атрофии мышц, даже банальной слабости. Вы ведете себя, да и выглядите так, будто провели всё это время не прикованным к постели, а тренируясь в спортзале.

Влад действительно чувствовал, что его тело буквально дышало силой и, казалось, было готово к любым физическим нагрузкам. И это якобы после столь длительного периода, проведённого в коме. В последнее верилось с трудом.

– Слабость была, – возразил молодой человек, но затем неохотно признал: – правда, совсем недолго.

– Вот-вот. Полагаю, с дальнейшими вопросами мы повременим. Вы выразили определённые сомнения относительно моих утверждений, но и у меня нет особых причин доверять вашим словам.

– Но зачем мне что-то скрывать? Учитывая ситуацию…

– Тем не менее вам придётся пройти ряд тестов, чтобы мы могли убедится в вашей откровенности.

– Полагаю, моё согласие спрашивать никто не собирается?

Энклин развёл руками:

– Вы же и сами всё прекрасно понимаете.

Пока его обвешивали оборудованием от полиграфа, он думал о прошедшем разговоре. В слова военного всё ещё верилось с трудом, хотя предоставленные факты оказались весьма убедительны.

Но было ещё кое-что, о чём он умолчал. После того, как человек с позывным Странник нырнул под монстра, Влад начал видеть мир не со стороны, а его глазами, чётко ощущая, как в груди бьётся сердце…

– Вы готовы?

Вопрос застал его врасплох. Но, как оказалось, относился он не к нему.

– Почти, – ответил тот, кто надевал ему на шею какую-то спиралевидную трубку. Подключив и её к квадратному устройству, он подытожил: – Теперь всё. Можете приступать.

Тест продлился около часа, после чего Влада отвели в тренажёрный зал, где вместо привычных скамеек, гантелей и стоек со штангами располагались силовые установки с системами тросов и отягощений, беговая дорожка, велотренажёр и некая конструкция, скорее всего для приседаний.

Был здесь и боксёрский мешок, только не подвешенный к потолку, а закреплённый на трубе, уходящей прямо в пол. Рядом с каждым тренажёром стоял небольшой монитор и какое-то медицинское оборудование. Здесь же ему выдали новый комплект одежды: спортивный костюм, майку, носки и кроссовки.

Влад переоделся, а затем ему пришлось изрядно попотеть. И пока он был занят выполнением упражнений, не имея ни малейшего понятия о том, с какими именно нагрузками и скоростями ему приходится заниматься, за ним внимательно следили. В его лицо настолько пристально вглядывались, что Владу показалось, будто его пытаются уличить в обмане.

Но он и не думал изображать какое-то ложное напряжение. Выкладывался по полной и с удивлением отмечал, что устаёт значительно медленнее, чем сам от себя ожидал. Он не помнил, в каком физическом состоянии находилось его тело до комы, но сейчас его подготовленность к длительным нагрузкам оказалась на самом высоком уровне.

Глава 4

Джон Энклин сидел у себя за столом, в очередной раз просматривая один за другим разложенные перед ним листы бумаги. Все они содержали результаты различных тестов и испытаний, проведённых за прошедшие дни с его подопечным.

Общая картина выглядела так, что тот либо действительно ничего не помнил, либо каким-то невероятным образом смог обмануть всю их сверхчувствительную аппаратуру. В последнем полковник сильно сомневался.

В любом случае получить нужную информацию пока не представлялось возможным: психотропные вещества, добавленные в пищу, не возымели должного эффекта, а прямое физическое воздействие… Энклин почему-то был уверен, что от пыток им стоило воздержаться. Конечно, если будет прямое указание, то придётся, но пока…

Он ещё раз пробежал глазами по последнему листку и прочитал вслух:

– Преодоление максимальных значений среднестатических нагрузок по всем показателям. Требуется провести повторное исследование.

Уже полученные данные о физическом состоянии испытуемого говорили о том, что он находится на пике человеческих возможностей. Сила, выносливость, скорость реакции. И это при том, что пропорциями тела он не сильно превосходил хорошо сложенного мужчину средних лет.

– Прямо капитан Америка, чтоб тебя! – резюмировал военный и выдвинул боковой ящик стола. – И наш чокнутый профессор вне себя от радости. А мне вот всё это не нравится…

Он с раздражением посмотрел на лежащую внутри ящика пачку сигарет: несколько лет борьбы грозили окончательно уйти коту под хвост. Нет, он всё же сможет! Полковник решительно задвинул ящик, когда зазвонил мобильный аппарат связи.

– Я в кабинете, – ответил он и пододвинул к себе стационарный телефон. Через минуту раздался резкий, дребезжащий звонок. Старая, но надёжная аппаратура. – Джон Энклин, слушаю!

Раздавшийся в трубке голос заставил его непроизвольно вытянуться. С ним говорили всего несколько минут, но с каждым новым предложением лицо полковника становилось всё мрачнее.

– Я вас понял, – военный медленно положил трубку на держатели, откинулся на спинку кресла и стал задумчиво рассматривать висящие на стенах картины. Много лет назад он собственноручно разместил их все здесь, одну за одной. Сейчас его внимание особенно сильно привлекла репродукция картины «Девятый вал» Айвазовского. Уделив ей несколько минут, Джон Энклин всё же достал сигарету и прикурил.

– Как же всё это не вовремя, – произнёс он задумчиво, собрав листы с результатами тестов в папку.

Он сделал ещё несколько медленных затяжек, явно наслаждаясь процессом. Затем затушил остаток сигареты и решительно вышел из кабинета. Уже через десять минут он сидел в кабине небольшого вертолёта, стремительно набиравшего высоту.

А ещё спустя восемь минут заметил далеко впереди яркую вспышку света. Пилот попытался увести их машину в сторону, но отчаянный манёвр не помог. Ракета, произведённая два года назад на родине полковника и выпущенная из сконструированного там же переносного ЗРК, с лёгкостью обнаружила, догнала и поразила одинокую цель.

**

Он совершенно ничего не чувствовал: ни тепла, ни холода, ни опоры под собой. Будто парил в невесомости. Возможно, так оно и происходило, только ничего нельзя было разглядеть: вокруг него царила абсолютная темнота. И тишина…

Он не помнил, как сюда попал. И не понимал, где находится. К нему закралась тень сомнения: реальность это или сон? Захотелось как-то проверить, ущипнуть себя. Но тело ему не подчинилось. Вернее, он его вообще не ощущал.

Попытался закричать, но и это не получилось: только мысленный крик и никаких звуков. Тогда ему стало по-настоящему страшно! Что с ним происходит? Он парализован с головы до ног? Или… умер? Но ведь он осознавал себя!

Внезапно он что-то почувствовал, не понимая только, что и чем именно. Какое-то отдалённое ощущение, но это вселило надежду! Ему даже показалось, что он что-то начинает видеть. А затем пришла боль и заполнила собой всё…

Влад в ужасе открыл глаза и обнаружил, что всё также лежит на больничной койке. В самой палате освещение выключено, но из коридора через стекло проникает свет. Он часто и тяжело дышит, словно ему не хватает кислорода. Всё его тело покрыто холодной влагой, пропитавшей также наволочку и простыню. В горле сухо, ужасно хочется пить…

Что это было? Очередное видение или просто сон? Боль казалась такой реальной… разве может такое присниться? А если это действительно произошло, то нет ничего удивительного в том, что ему отшибло память.

Медленно, словно преодолевая невидимый барьер, он опустил ноги на пол и встал. Его сильно трясло, как в приступе лихорадки. Добравшись до помещения санузла, он открыл вентиль и стал жадно пить воду.

Утолив жажду, умыл лицо холодной водой и посмотрел на себя в зеркало. Было слишком темно, чтобы разглядеть детали, но и в таком полумраке он заметил серебряную дымку, промелькнувшую перед глазами.

– Что за хрень? – вырвалось у него.

Он включил свет и снова посмотрел на себя, но ничего особенного не увидел. Решив, что ему просто померещилось, он щелкнул выключателем и пошёл обратно. Его по-прежнему трясло.

– Интеграция… – внезапно пронеслось у него в сознании вместе с лёгким толчком в области затылка. Это было не слово, скорее мысль. Причём он сам ни о чём таком не думал.

– Что за хрень! – повторил Влад вслух и инстинктивно зажмурился от внезапной вспышки. Но никакого нового источника света вокруг не наблюдалось. Это в самой голове молодого человека что-то словно взорвалось, после чего его тело, и без того сотрясаемое мелкой дрожью, забилось в настоящих конвульсиях. Не в силах удержать себя на ногах, Влад рухнул на пол.

Лёжа на спине, сотрясаемый мышечными спазмами и снова погружённый в непроглядную тьму, он чувствовал, как с его мозгом что-то происходит. Словно тысячи иголочек наносят быстрые уколы по всей его области, бегая из одной стороны в другую.

Затем всё прекратилось. Исчезли покалывания, его перестало трясти, а зрение начало постепенно возвращаться. Но вместе с этим он увидел то, что не поддавалось совершенно никакому объяснению.

**

Ллойд – учёный, военный врач и по совместительству помощник Джона Энклина – плохо спал в эту ночь. И дело было не в возрасте, что с каждым годом всё сильнее давал о себе знать, а в том, что его начальник не только не объяснил причин своего стремительного отъезда, но и сделал это именно сейчас, когда они оказались на пороге столь долгожданного открытия.

Добрую половину своей жизни Ллойд посвятил исследованиям в области совершенствования человеческого тела. И ведь у него почти получилось: после стольких лет разработки и сотен проведённых опытов, он получил негласное разрешение министерства обороны протестировать препарат на добровольцах из числа военнослужащих. И потерпел сокрушительное фиаско.

Каким-то образом произошла утечка данных, часть всей этой истории появилась в СМИ. Разразился грандиозный скандал, сразу несколько сенаторов потребовали прекратить все работы. Прозвучали угрозы, что всю их группу привлекут к ответственности – Ллойд даже фыркнул при этом воспоминании.

– Какие же идиоты! – произнёс он вслух, как часто делал, оставаясь в одиночестве.

Но исследования продолжились, благо среди высших военных чинов нашлись и те, кто не поддался давлению общественности. Теперь его группа работала вдали от родины, в стране дикарей, как называл её полковник.

В их распоряжении оказался переоборудованный подземный комплекс, когда-то построенный для нужд действующей военной базы. Последняя, кстати, оказалась идеальным прикрытием.

Энклин считал, что их отправили в ссылку, но Ллойд быстро нашёл преимущества: меньше отчётности, больше свободы. Отпала необходимость искать добровольцев и нести за них ответственность. Кто узнает, отчего в действительности отошли в мир иной люди, предварительно побывавшие в стенах этого комплекса, когда тут и там вспыхивали вооружённые конфликты.

В его сердце не было места угрызениям совести. «Да и причём здесь совесть?» – ответил бы он, если бы его спросили. «Я не стремлюсь никого убивать, в отличии от тех, кто обычно ко мне попадает!»

Кто они такие? Враги его родины! Опасные преступники, террористы, в любом случае заслуживающие смертной казни.

Он часто говорил, что в любой момент готов испытать сыворотку и на себе самом, будь от этого большая польза, нежели его вклад в дело в роли учёного. Последнее, однако, всегда перевешивало, и укол самому себе Ллойд не делал, предпочитая воткнуть иглу в тело очередного подопытного.

К его раздражению опыты не оправдывали всех ожиданий. Получившие сыворотку люди действительно улучшали свои физические способности, но лишь временно, а затем у них неизменно начиналась деградация. И как ни старался учёный, процесс не удавалось остановить или хотя бы замедлить до приемлемых сроков.

Откат приводил к тому, что ранее здоровый человек превращался в умственно отсталого калеку, а затем умирал. И происходило это тем быстрее и болезненнее, чем большая концентрация сыворотки накапливалась у него в крови.

Но вот судьба, столько лет демонстрировавшая свою пятую точку, совершенно неожиданно преподнесла им сюрприз:

– Мы наконец-то поимеем всех этих скептиков, Джон! – в каком-то диком восторге кричал Ллойд в кабинете у Энклина, когда принёс тому результаты тестов, чем напугал не только полковника, но и себя самого.

И ему было отчего ликовать, ведь этот Неизвестный три года тому назад попал не к кому-нибудь, а прямо к ним в руки. Совершенный образец, обладающий невероятными показателями. Всё то, чего они пытались добиться от человеческого тела своей сывороткой, предстало перед ними уже в готовом виде, хотя тогда они об этом ещё даже не подозревали.

Так уж получилось. Спонсируемые их организацией боевики из местных вооружённых формирований по их же наводке напали на группу иностранных наёмников, действующую в интересах сил, оказавшихся сейчас в немилости у правителей его собственной страны.

Они понятия не имели, какие конкретно люди входили в состав этой группы, достаточно было знать, что там есть представители нужной им нации, которых боевики должны были обезоружить и взять в плен. Судьба остальных не имела значения.

Когда же выяснилось, что именно там произошло, в министерстве не на шутку испугались. Не только самих событий, но и того внимания, которое эти события могли к себе привлечь. Никому не хотелось отчитываться перед правительством о том, почему запрещённые исследования не только не прекратились, но и стали причиной похищения и гибели людей.

Когда спустя некоторое время никакой шумихи так и не поднялось, Неизвестного решили оставить в комплексе и ждать пробуждения, а после действовать по ситуации. Работы над препаратом приказали приостановить. Почти весь медицинский персонал сократили, оставив только самых проверенных, а охрану почти полностью заменили, не посвящая новых людей в подробности.

Ллойд теперь не мог проводить испытания, но накопленных знаний хватало, чтобы продолжить размышления над формулами. Когда же он получил первые результаты анализов Неизвестного, на тот момент пребывающего в коме, в его голове всё сложилось.

Единственной проблемой оставалось то, что он пока не смог добиться стабильности получаемых из плазмы компонентов. При попадании в новый организм они могли как проявить себя в полной мере, так и вовсе не оказать никакого эффекта.

А вот если бы удалось осуществить процесс непосредственного переливания крови, то большая часть функций, он уверен, передалась бы от донора к реципиенту. Но Энклин неожиданно заупрямился и решил строго следовать полученным от начальства инструкциям, запрещающим новые эксперименты.

Порой полковник казался Ллойду настоящим тупицей. И вот теперь этот отъезд, больше похожий на побег. А что, если в Правительстве стало обо всём известно, и Энклин просто испугался и удрал? Вместо того, чтобы прямо сейчас довести начатое до конца и вернуться победителем…

Размышления учёного прервал решительный стук в дверь. Он даже подскочил от неожиданности. Первая мысль оказалась трусливой: за ним пришли, теперь всему конец!

– Ну что за бред, – пробормотал он, подбадривая сам себя, но не спеша открывать дверь.

– Профессор, это Фред! – раздалось с той стороны.

Врач облегчённо вздохнул.

– В чём дело? Сейчас ночь, если вы не в курсе!

– Профессор, просыпайтесь! – наполовину попросил, наполовину потребовал охранник. – Срочно нужно ваше присутствие!

Глава 5

– Не переживайте, Фред, – Ллойд попытался придать своему голосу максимально спокойные ноты, хотя сам ещё не отошёл от испытанного волнения после стука в дверь. – Наш подопечный проходит курс интенсивной терапии, и некоторые препараты оказывают на него побочное действие. Агрессия в данном случае вполне уместна. Побесится и успокоится.

– Но, сэр, – охранник смотрел на него с явным недоверием, – стена прозрачная, а этот ненормальный… вы же слышите удары? Он буквально швыряет в неё свою койку. Вы уверены, что стекло достаточно прочное?

– Это непростое стекло. Поверьте, оно выдержит…

«Многое», – хотел добавить врач, но не успел, так как в другом конце коридора раздался новый удар, ещё сильнее прежнего. Ллойд за годы исследований насмотрелся здесь всякого, но звук удара показался слишком уж громким.

– Чёрт бы его побрал! – вскрикнул Фред, вздрогнув от неожиданности.

– Пожалуй, лучше действительно проверить, – согласился Ллойд. – Только нужно побольше людей. На всякий случай. Вас двое, а где третий?

– Уилл остался в дежурной, чтобы открыть дверь, если что.

– Понятно. Хорошо, есть ещё Хуан и Тайлер. Санитары, – пояснил он. – Подождите.

Ллойд вернулся к себе, открыл чемоданчик и извлёк из него специальный шприц, заполненный прозрачной жидкостью.

– Тазеры при вас?

Фред кивнул, указывая на кобуру.

– Хорошо. Но сначала попробуем его успокоить. Нужно позвать остальных.

Как выяснилось чуть позже, звать никого не потребовалось, так как оставшиеся сотрудники сами вышли в коридор, встревоженные громким шумом. Из всех собравшихся только Ллойд примерно представлял, на что способен их подопечный, но присутствие рядом крепких мужчин вселяло определённую уверенность.

Тем не менее он собирался заходить внутрь только после того, как разбушевавшийся пациент будет надёжно обездвижен.

**

Когда к Владу вернулось зрение, первое, что он увидел – это какие-то серебряные линии на потолке. Стоило ему повернуть голову, как линии появились и на стене, а потом следовали за его взглядом, куда бы он не посмотрел.

Они не были нанесены на поверхность, а парили около неё, похожие на очень плотный дым. Их структура слегка колебалась, словно рябь на воде, появившаяся от дуновения ветра. И эти маленькие волны непрерывно бежали вперёд, проходя сквозь дверь и исчезая за поворотом.

Вместе с этим в нём самом усиливалось желание выйти из палаты. Оно буквально подавляло его разум, требуя немедленно двигаться в направлении, которое указывали ему волны. Преграда в виде остеклённой перегородки не казалась при этом чем-то существенным.

Влад сел, закрыл глаза руками, попытался успокоиться. Заговорил сам с собой вслух, чтобы хоть как-то отвлечься. Убеждал себя, что всё это сейчас пройдёт: просто галлюцинация, вызванная теми препаратами, что ему дали сегодня. Не помогло.

Тогда он медленно встал и осторожно коснулся одной линии рукой, ожидая уловить движение воздуха, но тщетно. Той словно и не было, как будто она существовала только в его воображении. Кисть свободно прошла до стены, и так же свободно вышла обратно.

Зато он почувствовал какой-то звук. Сначала просто гул, но потом смог различить в нём голоса, десятки голосов. И они звали его. Одни робко, едва слышно, почти умоляюще. Другие уверенно, тепло, по-дружески. Третьи настойчиво, требовательно, буквально приказывая.

Всё это сливалось в единый зов, сопротивляться которому не хватало сил. Тогда Влад сам стал кричать и требовать. Ему вдруг показалось, что он сойдёт с ума, если его немедленно не выпустят.

Он подошёл к перегородке и ударил по ней кулаком. Ещё и ещё раз. Затем вернулся к койке и с удивительной для него самого легкостью швырнул её в дверь. Бронированное стекло завибрировало, издавая характерный звук, но удар выдержало. Лишь несколько трещинок поползло в разные стороны.

Зато сама кровать изрядно деформировалась: одна из спинок загнулась внутрь, а металлическая основа пошла дугой. Подушка с одеялом улетели в сторону, толстый матрас откинулся на бок.

Влад снова ухватился за койку и стал использовать её как таран, чуть откатывая назад и с силой впечатывая в дверь. Удар за ударом. С каждым разом кровать сминалась всё сильнее, вызывая на стекле лишь новые трещины.

Он остановился лишь после того, как почувствовал острую боль в правой руке. После очередного столкновения с перегородкой, искорёженный металл каркаса впился в его пальцы, возможно даже сломав некоторые из них.

Боль прояснила рассудок. Пелена ярости медленно рассеялась, но зов по-прежнему влёк его за собой, призывая продолжить попытки и во что бы то ни стало выбраться из ненавистной палаты.

**

– Когда откроют дверь, попытаемся его урезонить. Если не получится, валите его на пол и держите. Можете не осторожничать, он парень крепкий, – проинструктировал Ллойд людей, прежде чем они двинулись дальше. – Я вколю ему успокоительное, а дальше разберёмся.

Но к их приходу обстановка несколько изменилась. Прозрачная некогда дверь теперь представляла из себя покрытую сплошной паутиной из трещин поверхность, правда, только с внутренней стороны.

Ллойд мысленно поблагодарил инженеров, придумывавших этот слоеный пирог из каленого стекла и полимеров, разбить который быстро не получилось бы даже очередью из автомата.

– Похоже, он там застрял с этой кроватью, – предположил Фред. – Что будем делать, сэр?

– Что и собирались. Если будет сопротивляться, применяйте электрошок.

– Но его рука?

– Тем лучше, меньше будет брыкаться. Давайте уже.

Ллойд нажал на кнопку вызова, подавая сигнал дежурному, чтобы тот открыл дверь. Уилл, который находился сейчас около пульта управления, уточнил по громкой связи:

– Вы уверены? Он там словно с катушек слетел!

– Открывайте, Уилл. Всё под контролем.

– Как скажите, – согласился охранник и разблокировал замок.

Санитары первыми вошли в палату. Влад отстранился от двери, выставив перед собой койку. Его рука по-прежнему была зажата в металле, иначе он непременно рванул бы в открывшийся проход.

– Успокойся, дружище, – сказал ему Тайлер, рослый малый с небритой щетиной на полном лице. – Мы не причиним тебе никакого вреда. Тебе просто следует успокоиться.

– Мне нужно выйти наружу. Сейчас же.

– Сейчас ночь, что-то около трёх часов. Единственный выход наружу блокируется автоматически, так что мы и сами не можем покинуть комплекс. Полковник Энклин…

– К чёрту полковника! Вы не понимаете. Они зовут меня, я не могу сопротивляться.

– Кто вас зовёт? – вмешался в разговор Ллойд.

– Голоса. Этот зов. Он требует выйти. Линии показывают мне дорогу.

– Подождите, какие линии, какой зов? Мы ничего такого не видим и не слышим.

– Вы просто не понимаете! – Влад начинал злиться. – Мне нужно идти. Можете сопровождать меня, если хотите. Но мне нужно идти прямо сейчас.

Превозмогая боль, он снова попытался освободить руку. У него почти получилось, когда Ллойд неожиданно скомандовал:

– Хватайте его!

Санитары тут же бросились вперёд, заходя с двух сторон. Тайлер, который стоял ближе всех, успел схватить Влада за левую руку, в то время как Хуан подобрался к правой. Фред и его напарник, Марк, тоже двинулись было вперёд, но затем остановились, не зная, что им делать.

Санитары вроде бы справлялись сами, что казалось не таким уж и сложным, учитывая ситуацию: держать человека, который и так был стеснён в движениях, вполне можно было и вдвоём.

– Что вы стоите! – тем не менее рыкнул на них Ллойд. – Помогите им. Нужно его полностью обездвижить.

– Но, сэр…

– Хватайте его за ноги, говорю вам!

Однако у Влада оказались другие планы. Прежде чем охранники подошли ближе, он быстро развернулся всем корпусом, увлекая Тайлера и Хуана за собой. Это движение оказалось настолько сильным, что Тайлер при всём своём весе не удержался на ногах и буквально повис на чужой руке.

Влад смог немного отдалиться от койки и упереться в неё ногой. А после мощным толчком отправил её от себя прямиком в опешивших охранников, раздирая при этом свои застрявшие пальцы до костей. Боль мгновенно пронзила высвободившуюся руку, словно огненным шаром окутывая повреждённую кисть.

Это не помешало ему совершить ещё один манёвр: он потянулся вниз, приседая и заваливаясь на спину, резко лишая устойчивого положения и санитаров. Они оба инстинктивно отпустили его руки, чтобы подстраховать самих себя во время падения. Влад сделал кувырок назад и снова встал на ноги. Алые капли крови брызнули во все стороны, в том числе и на присутствующих.

Искорёженная койка тем временем врезалась в Марка, угодив прямо в живот, заставив его шумно выдохнуть и согнуться пополам. Фред успел отскочить, а Ллойд оставался в коридоре, и происходящее в палате пока не представляло для него угрозы.

Он встал около открытой двери и предпринял новую попытку договориться:

– Посмотрите, у вас же сильное кровотечение. Вам нужна медицинская помощь! Мы можем вам её оказать, только стойте спокойно.

– Просто дайте мне пройти, – потребовал Влад.

– Вам же объяснили, что нужно подождать до утра. Я могу осмотреть вашу руку. Возможно, требуется наложить швы.

Влад посмотрел на свою кисть. Острая боль в ней сменилась покалыванием, словно он не повредил её, а просто отлежал. При этом раны выглядели весьма устрашающе: глубокие рваные порезы, большая часть кожи ободрана, а три пальца отказывались двигаться.

– Вот видите, вам нужна помощь. Может быть шок. Я вколю вам обезболивающее.

Ллойд продемонстрировал необычный шприц, изображая на лице самую дружелюбную улыбку, на какую только был способен.

– Вот, один укол и сразу полегчает. Стихнет боль, исчезнут галлюцинации.

Но Влад словно и не слышал его. Он снова посмотрел на свою кисть, подняв её почти до уровня глаз. Повернул сначала в одну, потом в другую сторону. Кровь больше не выделялась из ран, а они сами стали как будто несколько меньше.

Вокруг кисти появилась еле заметная серебряная дымка. Медленно, словно в первый раз, Влад сжал руку в кулак. Все пальцы послушно сложились друг к другу. Покалывание усилилось, вместе с тем в теле появилась небольшая слабость, как будто часть его жизненных сил уходила на восстановление повреждённых тканей.

Санитары поднялись на ноги, Фред подошёл чуть ближе, а Марк отодвинул от себя койку, потирая ушибленное место. Все они следили за действиями Неизвестного, пребывая в некотором замешательстве.

Прямо перед ними происходило что-то нереальное: искалеченная кисть пациента восстанавливалась буквально на глазах. Это вызывало удивление и страх. Только во взгляде Ллойда читались другие эмоции: любопытство и алчность. Его дружелюбная улыбка померкла, уступив место завистливой ухмылке.

Да, он примерно представлял себе, что сейчас происходит. И жаждал получить то, чем обладал этот человек, даже если ради этого придётся пойти на крайние меры. Нужно только не упустить момент: провести эксперимент, который так долго откладывали. Энклина нет, Неизвестный пытается сбежать – самое время действовать!

Воодушевлённый своими мыслями, он снова потребовал схватить Влада, призывая охрану применить электрошок.

– Хуан, Тайлер, держите его! – скомандовал он. – Фред, Марк, доставайте тазеры. Быстро!

У него самого тоже было при себе это устройство, представляющее из себя подобие пистолета. Только стрелял он двумя электродами, передающими по проводам электрический разряд, способный свалить с ног человека любой комплекции.

Несмотря на требования Ллойда, его подчинённые не спешили исполнять указание. Они всё ещё пребывали в некотором подобии транса, потрясённые увиденным. Тогда медик решил действовать сам. Он быстро достал тазер, прицелился и выстрелил.

Влад тоже находился под впечатлением от собственного исцеления, поэтому не сразу отреагировал на действия учёного. Когда же он перевёл на того взгляд, два острых гарпуна вонзились ему прямо в грудь, передавая через себя к его телу разряд в пятьдесят тысяч вольт.

Ток пронёсся по мышцам, заставляя их сокращаться. Это должно было обездвижить молодого человека, но что-то пошло не так. Вместо того, чтобы сразу рухнуть на пол, он схватился за провода и рванул их на себя. Ллойд от неожиданности выпустил устройство из рук, прерывая действие разряда. Его громкий крик вывел из оцепенения остальных.

Хуан снял с пояса дубинку и попытался оглушить ею Неизвестного. Но тот смог отклониться в сторону, пропуская удар мимо себя. Санитар по инерции наклонился вниз, после чего получил коленом прямо по лицу. Раздался хруст, и пол палаты снова оросился каплями крови. Хуан завалился рядом, зажимая руками сломанный нос.

Всё произошло так быстро, что Тайлер едва успел оценить обстановку. Он также с дубинкой в руках бросился вперёд, рассчитывая ткнуть ею противника в живот, но вместо этого попал в пустоту. Зато сразу после этого его самого подхватили чьи-то руки и толкнули с невиданной силой.

Он был вынужден буквально побежать в заданном направлении, где тут же врезался в стену, не успев никак смягчить столкновение. В глазах резко потемнело, в ушах раздался пульсирующий гул, после чего он медленно сполз вниз, теряя сознание.

Фред и Марк тем временем выстрелили из тазеров, практически одновременно. И тут время для Влада словно замедлилось. Он видел раскрывающиеся створки картриджей, вылетающие из них электроды вперемешку с разноцветными кружочками бумаги. Успел подумать о нелепости происходящего – зачем вообще нужны эти конфетти? И начал сдвигаться в сторону, уходя с пути летящих гарпунов.

Его скорость реакции несомненно оказалась за гранью возможного для обычного человека. Но в данный момент и её не хватило. Возможно, свою роль всё же сыграла первая порция полученного им высоковольтного удара, и мозг ещё не успел полностью восстановить нейромышечные связи.

В итоге Влад получил двойной разряд. Такого не смогло вынести даже его необычное тело. Ноги невольно согнулись, опуская его на колени, после чего он упал вперёд на руки. В такой позе ему удавалось ещё какое-то время сохранять равновесие, но поднявшийся с пола Хуан в порыве гнева нанёс сокрушительный удар дубинкой прямо ему по затылку.

Глава 6

Влад снова открыл глаза. Всё это походило на замкнутый круг: он вновь медленно приходил в себя, лёжа под ярким светом ламп. Правда уже через несколько десятков секунд стали очевидны различия: на этот раз он находился не в палате на койке, а в хирургическом отделении на операционном столе, накрытый какой-то клеенкой.

Этот факт заставил его вздрогнуть, но руки и ноги оказались крепко привязанными к столу с помощью специальных ремней. В метре от себя Влад обнаружил лежащего на аналогичном столе Тайлера. Судя по всему, находившегося в бессознательном состоянии. А между ними протянулась система из гибких прозрачных трубок, подключенных к какому-то аппарату.

Рядом суетился уже знакомый ему Хуан, у которого переносица теперь была заклеена широким пластырем, а из ноздрей торчали ватные тампоны. Заметив его пробуждение, он наклонился к нему и процедил с деланной вежливостью:

– Как самочувствие? Голова не сильно болит? Честно признаться, я даже успел обрадоваться, что проломил тебе череп, но увы.

Влад дернул рукой, но кожаный ремень сдержал его порыв. Пришлось ограничиться словами:

– Наклонись чуть ниже, подправлю тебе нос в обратную сторону.

Санитар вздрогнул и занёс руку для удара, но его остановил раздавшийся голос:

– Прекратите, Хуан! У нас не так много времени. У вас всё готово?

– Да, док. Можем начинать.

– Прекрасно!

В поле зрения Влада появился Ллойд, держащий в руках металлический цилиндр. Поставив его на стол, он аккуратно снял крышку и извлёк наружу небольшую ёмкость с полупрозрачной жидкостью.

– Что происходит? К чему все эти трубки? – потребовал от него объяснений Влад.

– О, не обращайте внимание, – ответил Ллойд, на секунду отвлекаясь. Затем он поднёс ёмкость к аппарату и вставил в специальное отделение. Раздался характерный щелчок.

– Запускайте, – скомандовал он помощнику и продолжил: – Вы так сильно приложили Тайлера о стену, что его шансы остаться в живых тают буквально на глазах. Но мы можем попытаться его спасти.

Аппарат заработал, издав гудящий звук. Влад почувствовал дрожь. Казалось, что стол под ним слегка завибрировал. Вместе с тем по трубкам побежала алая жидкость, в которой не трудно было опознать кровь. Его кровь.

Она дошла до странного аппарата, а через некоторое время появилась с другой его стороны, устремляясь дальше по трубкам прямиком к телу Тайлера. Её цвет при этом стал как будто немного светлее.

– Вижу, процесс вас заинтересовал, – улыбнулся Ллойд, вынимая из аппарата небольшую колбу, также заполненную кровью. Он навинтил сверху крышку и продолжил: – Позвольте объясню: ваша чудесная кровь, аналогов которой я не встречал за всю свою практику, а она, поверьте, более чем обширна… Так вот, ваша кровь смешивается с уникальной сывороткой, разработанной вашим покорным слугой, и получается вот эта замечательная смесь, – он слегка потряс колбой. – Далее всё это поступает прямиком в кровеносную систему несчастного Тайлера. И в ближайшее время я ожидаю, что мы увидим настоящее чудо.

Лежащий на столе санитар и вправду подал признаки жизни, издав невнятный стон. Но на этом пока всё и ограничилось. Аппарат продолжал вливать в него кровь, забирая её у Влада.

– Что-то не помню, чтобы я давал на это согласие, – заявил тот и снова попытался освободиться.

– Ну, вы же пребывали в бессознательном состоянии, так что мы решили обойтись без него, – Ллойд поместил колбу в небольшой кейс. – И, будьте так добры, перестаньте дёргаться! Вы напрасно тратите силы.

Влад действительно ощущал слабость, распространяющуюся по всему телу. Он не видел, куда именно были вставлены иглы, но в районе локтевых сгибов нарастало неприятное ощущение.

Сосредоточившись, он почувствовал проходящий по рукам импульс и мысленно приказал ему остановиться. Сначала ничего не произошло, но потом аппарат изменил издаваемый звук. Гудение стало более резким, как будто устройству потребовалось прилагать больше усилий.

– Хуан, что с системой?

– Не знаю, но ток крови замедлился.

– Так сделайте что-нибудь!

Санитар скинул с Влада накидку и проверил крепление катетеров. Всё оставалось на своих местах, надёжно примотанное, но трубки постепенно пустели.

– Чертовщина какая-то! – воскликнул Хуан. – У него что, кровь закончилась?

– Не мелите чепухи. Отойдите, пожалуйста, – Ллойд выключил прибор и посмотрел сам. – Невероятно, – пробормотал он, рассматривая катетер. – Кровь свернулась и закупорила иглу. Как вы это сделали?

– Понятия не имею, но я ещё и не так могу! – заявил Влад. – Лучше развяжите меня, пока я окончательно не разозлился!

Рядом снова подал голос Тайлер. За стонами последовали попытки встать, но его тело также было привязано к столу. Санитар взревел, пытаясь освободиться. Его спина выгнулась, на коже проступили вены, мышцы затряслись от напряжения. Несколько секунд он боролся, но потом внезапно обмяк. Повернул голову, рассматривая всех мутным взглядом.

– Что… со мной? – произнёс он осипшим голосом. – Почему так больно… всё горит…

– Считай, что заново родился, – ответил Хуан, намереваясь расстегнуть ремни. Но Ллойд остановил его.

Тайлер перевёл взгляд на Влада, затем на аппарат с трубками. Его лицо тут же побагровело от злости.

– Ты вколол мне… эту дрянь, Ллойд? Как ты… посмел… сволочь!

– Полегче, Тайлер. Одной ногой вы уже были на том свете, так что я спас вам жизнь.

– Нет… не спас…

Голос санитара оборвался кашлем. Его тело вновь выгнулось, принимая неестественную позу. Вместе с тем из его рта вырвалось небольшое облачко, очень похожее на ту дымку, что Влад ранее видел в отражении собственных глаз.

– Это что-то новенькое, док! – заметил Хуан, инстинктивно делая шаг назад. – Не лучше ли нам принять дополнительные меры?

Но Ллойд его проигнорировал. Он как заворожённый смотрел на Тайлера.

– Холодно… – захрипел привязанный к столу санитар. – Откуда голоса… Невыносимо… Они требуют…

– Чего требуют? – спросил Хуан, на всякий случай вытаскивая из-за пояса дубинку.

– Требуют… я не могу…

Его голос умолк, а тело снова обмякло.

– Похоже, что он отключился. Док?

– Да. Вижу. Проверьте, что с ним, – потребовал Ллойд.

Санитар неохотно приблизился. Поднял руку, чтобы прощупать пульс. Та дёрнулась, заставив Хуана отшатнуться.

– Чтоб тебя! – выкрикнул он.

– Спокойнее, Хуан. Вы слишком восприимчивы. Но нам действительно лучше вколоть ему порцию успокоительного. Впрочем, как и этому.

Последнее относилось к Владу, но он не слушал их разговор. В его собственной голове сейчас звучали те же голоса, что и ранее, но в этот раз гораздо тише. Словно он подслушивал, стоя за дверью. Они обращались не к нему, а их требование не сулило присутствующим ничего хорошего.

Медики отвлеклись на подготовку уколов. С телом Тайлера тем временем происходили изменения: оно всё уплотнилось, набирая мышечную массу. Черты лица стали грубее. Кожа сначала пошла волнами, словно под ней что-то перемещалось, а затем лопнула в нескольких местах. Вместо крови из неё вытекла вязкая субстанция тёмно-бордового цвета. Она чуть вытянулась и тут же застыла, образовав собой подобие шипов.

Мутировавший санитар дернул правой кистью. Образовавшийся на ней шип врезался в ремень, легко надорвав его. Ещё один мощный рывок, и кожаный браслет развалился на две части, одна из которых отлетела в сторону.

Хуан закричал и подскочил столу, намереваясь ударить лежащего на нём коллегу по голове. Но тот увернулся, одновременно высвобождая вторую руку. Когда же его снова попытались достать дубинкой, он перехватил её и потянул на себя.

– Чего требуют? – повторил он адресованный ему вопрос неестественно низким голосом, на который человеческие голосовые связки вряд ли вообще были способны. – Убить вас всех!

Хуан не успел удивиться этим словам. Спустя мгновение ему в левый висок воткнулся шип, пробивая кость, разрывая ткани и сосуды. Словно контуженный, с вытаращенными глазами, он сделал несколько шагов назад, развернулся к Ллойду и попытался что-то сказать. Но вместо слов из его рта полилась кровь, после чего санитар рухнул на пол, чтобы уже больше никогда не встать.

На учёного это подействовало мгновенно – не дожидаясь дальнейшего развития событий, он схватил со стола кейс и выскочил из кабинета. Ллойд повидал много смертей в своей жизни, но никогда ещё сам не был столь близок к тому, чтобы отправиться на тот свет.

В коридоре он едва не столкнулся лицом со старшим охранником.

– Быстрее, – закричал учёный. – Нужно его остановить. У вас должно быть оружие!

– Огнестрельное?

– Ну не холодное же!

– В сейфе есть несколько пистолетов. Но нам запрещено их использовать.

– Придётся нарушить запреты.

– Но…

– Вы хотите жить? Тогда выдайте людям оружие!

Влад был бы рад последовать примеру сбежавшего учёного, но кожаные петли не позволяли это сделать. Он тянул руки в разные стороны, но то ли даже его мощи не хватало на то, чтобы разорвать прочные ремни, то ли он слишком ослаб после недавних событий.

– Как мы сюда попали? – внезапно обратился к нему Тайлер, который, в отличие от него самого, уже полностью освободился и теперь стоял рядом, осматриваясь по сторонам.

– Хотел бы я и сам это знать, – осторожно ответил Влад, не находя причин промолчать. Он невольно ждал агрессии в свой адрес, и теперь не понимал, почему на него не нападают.

– Мой счётчик по-прежнему на нуле. И куда-то делся весь одиум, – констатировал бывший санитар, небрежно переворачивая тело Хуана. – Я не заметил, чтобы он высвобождался. А ты?

– Я тоже, – признался Влад и, чуть помолчав, всё же спросил: – Что такое одиум?

– О-ди-ум! – по слогам проговорил, вернее, прорычал Тайлер. – На местном языке звучит странно, правда? Но тебе ли не знать, что это!

Влад постарался скрыть своё удивление. Ситуация снова была за гранью его понимания, но ему всё же хотелось выбраться из этого проклятого места. Желательно целым и невредимым. Он решил по возможности подыграть тому, кто говорил странным голосом.

– Да, да. Этот язык… Не мог бы ты расстегнуть эти ремни, – попросил он.

Тайлер быстрыми ударами рассёк петли, не обращая внимания на то, что вместе с этим оставляет глубокие порезы на теле самого пленника. Тот скривился от боли, но сдержал рвущийся наружу крик.

– Эти тела так нежны, – заявил бывший санитар. – А ты полностью чувствуешь боль. Зачем?

Влад не придумал, что ответить. Он быстро снял с себя остающиеся путы и встал по другую сторону стола.

– Ты как будто опасаешься меня. Это странно, – Тайлер посмотрел прямо в глаза собеседника. – Я чувствую твоё присутствие в этом теле, но это ведь не ты говоришь со мной. Тогда кто же? Неужели сам человек…

Голоса в голове загудели с новой силой. Влад поморщился.

– Значит ты тоже слышишь зов, правда? – догадался Тайлер. – Архит, похоже, спрятался за твоим сознанием, но его возможности передаются тебе. Он действительно что-то задумал… Но почему же мы здесь, да ещё и в этих телах? Не помню такого начала…

Влад мало что понимал из того, что ему говорил этот… человек ли? Всё это походило на бред сумасшедшего, если бы не убедительные доказательства в виде лежащего на полу Хуана, да ещё этих шипов.

Тайлер внезапно зарычал.

– Безумец! Ты всё же решил выступить против? Но как ты посмел втянуть и меня в это?

– Думаю, что вопрос не по адресу.

– А я и не к тебе обращаюсь, человек! К тому, кто затаился в тебе!

– Что ж, вынужден огорчить, но даже если во мне действительно кто-то есть, он всё равно молчит.

– Пусть так. Но скоро ему придётся ответить! – Тайлер растянул губы в свирепой ухмылке. – Твою расу ждёт великое испытание, человек. Жизни ваших будущих поколений зависят от того, как вы себя покажите. Но я сильно сомневаюсь, что вы способны объединиться.

Он прошёл немного вдоль стола. Влад инстинктивно сделал несколько шагов в другом направлении.

– И я не желаю вам помогать, – продолжил Тайлер и внезапно закричал: – Это их борьба, слышишь? Только их и ничья больше!

Влад понял, что обращаются снова не к нему, и стал терпеливо слушать. Это было не так-то легко, учитывая, что собеседник не просто кричал на него самого, но и делал угрожающие движения своими шипастыми руками. Тем не менее из его речи могло что-то проясниться.

– Ты не можешь вмешиваться, Архит! Тем более заставлять меня делать это! Мы должны быть там же, где и всегда. Обилиум вершит правосудие, а я подчиняюсь его воле. Его зов велит мне убивать тех, кто утратил право, и я буду это делать!

Бывший санитар отошёл в сторону, ближе к выходу из помещения.

– Я убил бы и тебя, человек, – с этими словами он ударил по металлической тумбе, оставляя на ней вмятину, – но сейчас не могу, пока он в тебе. Однако его хитрость не удастся. Я вернусь к своему истоку, как только это жалкое тело падёт в борьбе с тебе подобными. И когда мы снова встретимся, то будем уже по разные стороны. Вот тогда и настанет его черёд ответить! Не обижайся, человек, но и твой тоже.

Тайлер захохотал и, к удивлению Влада, действительно не стал на него нападать, а просто вышел из кабинета. Спустя некоторое время в коридоре раздались крики и выстрелы.

Глава 7

Капрал Джейк приложил руку ко лбу, пытаясь напоследок оглядеть местность. С минуты на минуту его группу должны были сменить, что весьма и весьма радовало. Ночное дежурство – вечная борьба со сном, но это лучше, чем жариться под полуденным солнцем. Пусть другие, а он уже скоро окажется в приятной прохладе казарменного помещения…

Со стороны базы, восточный проезд к которой они здесь и охраняли, к ним неспешно ехал бронированный грузовик. Военный уже решил спуститься вниз, когда всё же заметил краем глаза какое-то движение и на другом конце дороги.

Облако из мелкого песка и пыли стремительно поднималось над землёй, застилая участок горизонта. Джейк внутренне выругался, проклиная своё невезение, и потянулся за биноклем, подвешенным к потолку.

Многократное увеличение не сильно помогло: ветер, как назло, дул в их сторону, гоня плотную завесу.

– Капрал, там намечается пылевая буря? – спросил один из солдат.

– Не пылевая, а пыльная, – поправил другой, усмехнувшись.

– Ты здесь что, самый умный?

– Отставить разговорчики, – скомандовал Джейк. – Не похоже на бурю, слишком маленькая площадь. Похоже, у нас гости. Свяжись с базой.

Рядовой послушно задействовал средство связи:

– База, это Камень-2.

– База слушает. Что там у вас?

– Пока не ясно. Наблюдаем движение в нашу сторону. Видимость ограничена.

– Принял. Держите в курсе. Оранжевая тревога.

Данное сообщение подразумевало, что персонал базы переходит в режим повышенной готовности, и в случае необходимости к их посту выдвинутся дополнительные силы поддержки. Джейк искренне надеялся, что до этого не дойдёт.

На блокпосте находилось достаточно средств, чтобы достойно встретить любого непрошенного гостя, но сам он не относился к тем горячим головам, которые только и ждали случая, чтобы эти средства задействовать. Таким, например, как его сменщик: сержант Брайан.

Этот точно будет в восторге, если в ближайшее время здесь произойдёт какая-нибудь заварушка. Впрочем, Джейка вполне устраивало, что именно этот человек со своей группой головорезов сейчас ехал к ним в том самом броневике. Если речь заходила о драке, то с такими ребятами в команде чувствуешь себя гораздо спокойнее.

Грузовик тем временем доехал и остановился около вышки. Наружу тут же выскочило пятеро военных. Водитель и медик, обязательный член экипажа, остались внутри. Высокий мужчина пружинистой походкой подошёл к блокпосту, ответил на приветствие и устремился вверх по лестнице.

– Ну, чем порадуете? – сходу спросил он.

Джейк молча протянул ему бинокль.

– Ого! Вот так хрень! Что это там?

– Без понятия, – ответил капрал. – Мне кажется, поначалу я там что-то разглядел. Грузовик или что-то такое. Но потом это облако стало ещё плотнее, и теперь вообще ничего не видно. Эй, все слышат гул?

– Я точно слышу, – военный вышел из-под укреплённой крыши. – Только вот в небе пусто. Да и на вертушку совсем непохоже. Скорее транспортник. Так откуда шум?

– Вроде с той стороны, сержант, – указал один из солдат. – Как будто с дороги.

– Говоришь, к нам едет самолёт?

– Не знаю, сержант, – стушевался военный.

– Ну, что ж, тогда пообломаем ему крылья!

Расстояние до предполагаемых целей, конечно, несколько превышало эффективную дальность стрельбы. Но для психологического воздействия самое то. И здесь спокойнее, и там лишний раз задумаются, стоит ли оно того.

Первая очередь не дала результата. Брайан приказал дать вторую и третью. Прошло время, но облако по-прежнему двигалось в их сторону.

– Твою ж мать! – воскликнул сержант и передал бинокль Джейку. – Какого лысого мы узнаём об этой штуке только сейчас?

Он схватил рацию.

– Парни, я не знаю, кто там едет в этой грёбаной туче, но он не должен этого делать. Выводите «Крошку». Огонь по готовности.

БМП въехала в специально подготовленное углубление, занимая огневую позицию. Спустя некоторое время из ракетной установки по очереди вылетели две ракете, однако обе они, судя по всему, просто прошли сквозь облако, разминувшись с целью.

– Билли, ты там пристреливаешься что ли? – спросил в рацию Брайан.

– Я ничего не вижу, – оправдался наводчик. – По кому целиться, если там одна пыль?

– Давай из пушки. Бей в центр дороги и по обочинам.

Несколько десятков выстрелов последовали один за другим. 25-мм автоматическая пушка выпускала из себя снаряды, оставляющие за собой трассирующий след. Наводчик бегло обстреливал надвигающееся облако, не совсем понимая, во что именно пытается попасть.

– Вот же грёбаная пыль! – выругался сержант. – Придётся подождать, пока весь боекомплект не израсходовали.

– Запросим поддержку с воздуха? – предложил Джейк. – Может вертушка прояснит дело.

– Хорошо бы, да только нет ни одной сейчас. Только я тебе этого не говорил. Как и того, что вокруг нас происходит что-то странное. До меня дошли слухи, что через пару недель, а может и раньше, мы все дружной компанией должны будем выдвинуться с насиженного места в сторону аэродрома.

Джейк смачно выругался. Брайан усмехнулся:

– Вот и я о том же. Смотри, там уже что-то вырисовывается. Грёбаное дерьмо, что же такое они там в броню закатали? Парни, перезаряжайте ПТУР. Быстрее.

– Уже готово. Вижу цель. Ракета пошла. Есть попадание!

Военные на блокпосте удовлетворённо вскрикнули, шлёпая друг друга по ладоням.

– Ну что, готов? – спросил Джейк, всматриваясь в чёрный дым.

– Похоже на то! Что же там всё-таки ехало?

– Хрен поймёшь. Подождём, пока пыль осядет.

– Камень-2, что у вас? – раздалось из станции.

– Цель поразили! Движение не наблюдаем.

– Принял. Отбой тревоги?

– Да. Нет… Постойте… Вот сучара! – Брайан не сдержал эмоций. – По-моему, там что-то снова поехало. Билли, нужно повторить удар!

– Я опять ничего не вижу, там теперь ещё и дымом заволокло.

– Этот странный гул. Может они там турбиной песок разгоняют?

– Вот дерьмо! Да ты прав! – воскликнул Брайан. – Грёбаные шакалы придумали что-то новое: ползут себе за тучей, пока мы тут загадки разгадываем.

– Вооружённый пикап на дороге! – доложили из Крошки. – Движется к нам. Сейчас сниму паразита.

БМП открыла огонь, однако по массивным плитам, составляющим основу вышки, тоже застучали множественные удары. Пули вгрызались в бетон, не в силах пробить его, но доставляя массу неприятных ощущений находящимся за укрытием военным.

– Всем пригнуться! База, мы под интенсивным обстрелом! – сержант перехватил рацию станции.

– Принял, Камень-2. Внимание, нападение на второй блокпост!

Внезапно о стену взорвался снаряд, не причинив никому вреда, но кумулятивная струя пробила перекрытие насквозь. Раскалённые частицы вылетели через небольшое отверстие с другой стороны, мгновенно лишив одного из укрывшихся бойцов двух пальцев и части ладони.

Тот даже не сразу понял, что произошло. Сидел и смотрел на повреждённую конечность, пока не услышал крик сослуживца:

– Медика, срочно!

Тогда у него началась паника. Его придержали, не давая подняться над заграждением, а после перетянули руку жгутом.

– В грузовик его, быстро! – скомандовал Брайан, помогая военным вытащить побелевшего солдата из укрепленного помещения.

– База, есть раненый, нужна эвакуация, – сообщил Джейк через радиостанцию.

– Какова численность атакующих?

– Видимость затруднена. Мы уничтожили несколько пикапов, но кто ещё и в каком количестве там скрывается – неизвестно. Нас скоро окончательно накроет песчаное облако.

– К вам выдвинулась группа поддержки. Держите позицию.

– Вас понял, – Джейк отложил рацию и вопросительно посмотрел на Брайана.

– Что делать, – пожал плечами тот, – придётся парню потерпеть. У нас отличный медик, вколет ему чего-нибудь позабористей.

Гарнизон блокпоста укрылся, заняв боевые позиции.

– Никому лишний раз не высовываться! – отдал распоряжение Брайан. – Контролируем дорогу.

– Вижу новую цель, – заявили из БМП. – Автомобиль смертника!

– Вот дерьмо! Билли, не подпусти его к нам!

Зашитая в броню машина успела разогнаться, находясь в облаке, и теперь неслась к ним на полной скорости. Оператор переключил стрельбу на подкалиберные боеприпасы. Пушка заработала в полную силу, выпуская килограммы металла в движущуюся к ним цель.

Взрыв прогремел спустя несколько секунд. Над землёй вырос огромный огненный гриб, закрывая собой часть горизонта. Ударная волна мгновенно долетела до поста, заставив дребезжать и скрежетать всё вокруг. Военных обдало терпким воздухом вперемешку с пылью и песком.

– А, чтоб их всех! – выругался Брайан, откашлявшись. – Чуть не оглох! Все целы?

– Порядок, сержант.

– Отличная работа, Билли! А это ещё что такое?

Вокруг места взрыва на расстоянии сотни метров возникли очаги, быстро распространяющие вокруг себя белый дым.

– Дымовые шашки! Похоже, вылетели из машины смертника!

– Вот ведь придумали…

– Подмога!

Джейк посмотрел в сторону базы, откуда к ним действительно двигалось подкрепление: два танка в сопровождении боевой машины пехоты и нескольких военных внедорожников. Весьма серьёзная сила, смущало только, что к моменту прибытия колонны блокпост может быть полностью затянут белым дымом.

– Отлично, но не время расслаблять булки, парни! – прокомментировал Брайан.

– Видимость метров пятьдесят, не больше. Гул стих, но там явно что-то едет. Может, грузовик?

– Похоже на то. Билли, смотри в оба. Похоже ещё один смертник, чтоб его!

– Чёртов дым, сержант!

– Радуйтесь, что у вас там есть фильтры, а нам здесь скоро дышать нечем станет. Вижу кого-то. Огонь!

В дыму мелькнула человеческая фигура, и в её сторону тут же улетела пулемётная очередь. В ответ по блокпосту застрекотали пули. Обстрел вели сразу с нескольких направлений, причём огневые точки периодически смещались из стороны в сторону.

Неожиданно из тумана выскочила группа в несколько человек. Одежда песчаного цвета без знаков отличия. Головы обмотаны плотной коричневой тканью так, что вместо лиц видны лишь прорези для глаз. В руках у каждого – ручной противотанковый гранатомёт.

– Твою ж мать! Валите их, быстрее! – закричал Брайан.

Двоих успели подстрелить прежде, чем они навели прицелы. Ещё дин упал уже после того, как снаряд полетел в сторону блокпоста. А трое последних выстрелили и успешно скрылись в дыму.

Плиты динамической защиты отлетели одна за другой, приняв на себя часть урона, но удача в этот день оказалась не на стороне экипажа. Один из выстрелов пробил по касательной бок машины, ворвавшись внутрь раскалённой струёй из металла.

Боекомплект сдетонировал и разворотил корпус. Многотонную башню подбросило в воздух, точно она была сделана из фанеры. Она по дуге поднялась на десяток метров, а после стремительно грохнулась на землю по другую сторону ворот.

В тоже время на расстоянии в несколько километров от блокпоста ярко полыхнуло совершенно безоблачное небо, словно произошёл мощный разряд сразу из нескольких молний, но грома за этим не последовало.

Впрочем, никто из гарнизона не обратил на эту вспышку никакого внимания. Все взгляды были прикованы к полыхающему остову боевой машины пехоты, внутри которой только что погибли двое их сослуживцев.

Переменившийся ветер погнал прочь дым и пыль, прореживая загрязнённый воздух чистыми потоками. Дымовые шашки иссякли, перестав выпускать белые облака, а совсем рядом взревел двигатель огромной машины.

– Вот дерьмо! – еле слышно произнёс Брайан, увидев движущуюся на них стальную крепость.

Монструозный бульдозер, закатанный по всему периметру в стальную броню, опустив огромный отвал, медленно ехал по дороге, разгребая бетонные блоки. По его бокам висели турбины, сейчас повреждённые, которые и поднимали с земли облако пыли, позволившее этому гиганту беспрепятственно добраться сюда.

Сержант некоторое время оценивал ситуацию, переводя взгляд из стороны в сторону. – Не успеют, мать их! Точно не успеют!

– Что? – спросил Джейк.

– Танки не успеют доехать! Эта хрень будет здесь раньше, а нам нечем крыть. Если она доползёт и рванёт… Дайте рацию, – он перехватил протянутое устройство. – База, мы потеряли двоих и машину поддержки! Вынужден оставить пост.

– Что там у вас происходит?

– Блокпост скоро будет захвачен, так что дайте нам отойти и разнесите его к чёртовой бабушке!

– Брайан, мать твою, что там у вас? – раздался другой голос. – Вам нужно продержаться до прибытия подкрепления!

– Хрен с ними, – сержант бросил рацию. – Отходим, парни! Все в грузовик! Джонатан, прекратить стрельбу! В броню, быстро!

Пулемёт смолк. Гарнизон быстро переместился в пассажирский отсек броневика, уже на ходу закрывая массивную дверь. Брайан запрыгнул в кабину. Один из солдат занял позицию на вращающемся модуле, взяв на прицел оставленный блокпост.

– Что там происходит, капрал? – спросил медик, который всё это время занимался рукой раненого.

– Их слишком много. Мы отходим.

– Был взрыв. Есть раненые?

Джейк покачал головой:

– Только погибшие.

Через некоторое время они сблизились с идущей им на встречу колонной. Сержант выскочил из машины и переговорил с командиром взвода. После чего вернулся обратно.

– У них там нет мест, а в открытую слишком опасно. Отвезём раненого, и я с парнями назад. Хочется поскорее вернуть должок.

**

Бульдозер растолкал вторую линию бетонных заграждений и подполз к воротам. Гусеницы провернулись несколько раз, зарываясь в грунт в поисках лучшего сцепления. Водитель поднял отвал, облегчая машине задачу. Последовал рывок, а затем массивные створки дрогнули, продавливаясь внутрь. Левая опора дала трещину, разваливаясь на куски.

Водитель сдал назад и снова опустил отвал, чтобы расчистить дорогу. Вывернутые из креплений ворота более не оказывали сопротивления, и бульдозер протащил их вперёд, одновременно выламывая из земли часть стены. Понадобилось ещё два захода, после чего проезд через блокпост оказался полностью свободен.

Проехав на ту сторону, водитель едва успел сместить машину вправо, открывая путь другим, как внутри кабины раздался звон, словно кто-то ударил в огромный колокол молотом.

Двадцатикилограммовый снаряд, выпущенный из пушки танка, угодил точно в бок бульдозера. Его сердечник один за другим пробил броневые листы, при этом смещаясь и меняя траекторию, пока не застрял где-то под кабиной управления. Водитель кричал, не слыша сам себя, зажимая уши ладонями.

Следующий выстрел, скорее всего, прервал бы этот крик вместе с жизнью человека, но снаряд, летящий точно в цель, неожиданно потерял скорость и стал снижаться, приземлившись в нескольких метрах от бульдозера.

Экипаж танка не мог видеть таких подробностей, но отсутствие попадания в цель привело всех в некоторое замешательство. Командир приказал повторить нанесение удара. Заряжающий отправил боеприпас в механизм, наводчик скорректировал прицел, прогремел новый выстрел.

– Похоже, снова мимо. Он там заговорённый что ли?

По внешней связи пришло сообщение, что их снаряд лёг на землю сразу после выстрела. Не понимая причин происходящего, командир приказал уйти с позиции, уступая место второй машине. После выстрела той ситуация повторилась.

– У нас, похоже, боекомплект неисправный, – прозвучало предположение в эфире.

– У всех сразу? – не поверил командир. – Давайте ещё выстрел, я должен сам это увидеть.

Открыв люк, он высунулся наружу, где смог наблюдать за тем, как из ствола второго танка вылетел огненный шар. Ему показалось, что кто-то поставил происходящее на замедленную съёмку: когда раскалённый газ и дым рассеялись, он отчётливо увидел медленно летящий снаряд. Тот словно преодолевал невидимый барьер, терял кинетическую энергию и постепенно опускался на землю. Коснувшись её, он протащился ещё немного вперёд и окончательно замер.

– Чертовщина какая-то… – произнёс командир, возвращаясь внутрь танка. – Снаряды не летят к цели… Дайка мне винтовку! – у него вдруг возникло одно предположение. Снова высунувшись наружу, он направил ствол автомата в сторону бульдозера и нажал на спусковой крючок. – Вот ведь дерьмо!

Пули выталкивались из ствола, иначе это было не назвать, зависали в воздухе на некоторое время, а после просто падали вниз. Причём пустые гильзы отбрасывались механизмом удаления в привычном режиме.

Повинуясь внутреннему порыву, военный развернулся на сто восемьдесят градусов и снова нажал на крючок. Автомат застрекотал, а вдали над землёй поднялись столбики пыли.

– Вот дерьмо! – повторил командир. – Мы не можем стрелять в ту сторону, а они, значит…

Не мешкая, военный нырнул в башню и закрыл люк.

– База, это Сталь-1. У нас, похоже, проблемы!

Глава 8

– Стреляйте, говорю вам, это уже не человек! – Ллойд кричал на старшего по охране, пытаясь даже перехватить у того оружие. Но Фред лишь непонимающе смотрел на учёного, не позволяя этого сделать.

– Это же вроде тот санитар, один из ваших. Его ещё об стену шарахнули. Кто же он тогда, если не человек?

– Не знаю, какой-то мутант. И он только что убил Хуана. Проломил ему черепную коробку одним ударом. Да разуйте же глаза! Разве бывает такое, чтобы у людей вырастали шипы?

– Может, это что-то с одеждой… – охранник предпринял последнюю попытку переубедить учёного, но тот только зло сверкнул глазами. – Не будьте ослом! Стреляйте, пока он не добрался до нас!

Тайлер шёл по коридору и дружелюбно улыбался. Когда он услышал про себя, то сразу поднял обе ладони вверх, то ли делая вид, что сдаётся, то ли демонстрируя эти самые шипы на руках.

– Остановись, парень! – повысил голос Фред, направляя на него оружие. – Замри и не двигайся, если не хочешь неприятностей!

– Спокойно, друзья мои, – миролюбиво ответил Тайлер, продолжая идти вперёд. – Мне всего лишь нужен ваш одиум. Я заберу его и продолжу свой путь.

– О чём он говорит, профессор?

Но Ллойд уже пятился назад, готовый в любой момент резко сорваться на бег. Он не спускал глаз с приближающегося существа, захватившего тело санитара. Именно так учёный обозначил для себя произошедшее в хирургическом отделении.

– Стреляйте же, прошу вас! – произнёс он чуть слышно за секунду до того, как Тайлер рванул вперёд.

Фред всё же выстрелил, но скорее от испуга, чем сознательно. Попасть с такого расстояния получилось бы даже у новичка, охранник же всегда гордился тем, что на регулярных соревнованиях по стрельбе занимает места в первой десятке.

Пуля угодила бывшему санитару в грудь, прерывая намеченное им движение. Не издав ни малейшего звука, он замер на месте, затем засунул два пальца в рану, расширил её и извлёк деформировавшийся кусочек металла наружу. Внимательно осмотрел, словно увидел нечто подобное впервые, затем бросил на пол и двинулся дальше.

Фред вытаращил глаза от изумления, но всё же нашёл в себе силы снова нажать на спусковой крючок пистолета. И даже успел сделать это ещё раз, прежде чем подскочивший санитар ударил его по руке, повреждая лучевую кость вместе с запястьем.

Охранник вскрикнул от боли, но не уронил оружие, а попытался снова им воспользоваться. Тайлер в ответ пнул его ногой в грудь, ломая несколько рёбер и отбрасывая назад.

Пистолет отлетел в сторону, ударился о стену и выскочил прямо под ноги Ллойду, словно предлагая ему тоже принять участие в происходящем. Но тот и не подумал его поднимать, а развернулся и со всех сил бросился бежать дальше по коридору, в зону выхода на поверхность.

Тайлер усмехнулся, но не стал преследовать учёного. Вместо этого он подошёл и поднял пистолет с пола.

– Механизм для убийства, – прорычал он своим низким голосом. – Людям подарили способность творить, а они направили её на создание этого. И зачем? Чтобы применить против себе же подобных. Это просто гениально! Вы словно специально делали всё возможное, чтобы впустить Обилиум в этот мир! Скажи, таков был ваш план?

– Я не… не понимаю, – Фред смотрел на санитара, как на безумного. Больше всего на свете ему сейчас хотелось оказаться как можно дальше отсюда, и желательно там, где ему смогли бы оказать медицинскую помощь. Боль в руке и груди давала о себе знать, но он боялся застонать, чтобы не спровоцировать стоящего перед ним… мутанта?

– Конечно, не понимаешь. Ты же всего лишь человек. Зачем тебе задумываться над тем, к чему приведут твои действия, правда? Тебе сказали стрелять, и ты стреляешь.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.