Лия Виата
Океанская Жемчужина

Глава 1

Риэ

Течение с новым поворотом ударило в спину так сильно, что мои короткие волосы, собранные цепкой небольшой ракушкой, растрепало. Морской конек подо мной взвизгнул, и я чуть не потеряла над ним управление.

– Спокойнее, Дар. Мы догоним его, – сказала я, натянула поводья и прижалась к его прохладным кожистым выростам.

Очередной виток в узком ущелье дал нам ускориться ещё сильнее. Впереди показался желтый конек противника. Меня захлестнул азарт. Из темного дна вверх вырвался гейзер, окатив всё вокруг пузырьками. Они перекрыли участникам почти весь обзор, но именно этого я и ждала. На новом повороте сползла немного с конька и с силой ударила своим синим хвостовым плавником в скалу.

– А вот и он – знаменитый прием нашей действующей чемпионки. Поможет ли это нагнать резвого новичка? – донесся до меня энергичный голос ведущего.

Течение чуть не скинуло меня с Дара. Пришлось приложить недюжинную сноровку, чтобы удержаться, но оно того стоило. Мы в один резкий рывок вырвались вперед, оставив блондина-русала позади.

– Это невероятно! Лави только что установила рекорд на Акульей трассе. Её скорость составила 73 хвоста! Никто её уже не остановит, – заверещал ведущий.

На моих губах расползлась улыбка. Я чувствовала себя победительницей. Вода скользила по лицу, давая ощущение легкости и свободы. Скачки в скоростных течениях – лучшее, что придумали русалки.

До финиша осталось совсем немного. Уже завиднелись длинные красные водоросли – окончание трассы, когда всё ущелье неожиданно затряслось. Дар встал на дыбы. Я окончательно потеряла управление и ударилась спиной об скалу. Боль расползлась от шеи к хвосту. Моя серебристая, как у всех русалок, кровь быстро распространилась в округе, попав в нос и рот. Сверху послышались крики русалок, наблюдающих за состязанием.

– Течение меняет ход. Все немедленно покиньте площадку. Повторяю: течение меняет ход! – рявкнул в громовую ракушку ведущий.

Скала начала крошиться. Вода выбила себе новый виток потока, и меня с коньком начало нещадно засасывать в дыру. Если не можешь бороться с ситуацией – прими её. Я круто развернулась, оседлала Дара и направила его прямо в дыру. Мы втиснулись впритык и кубарем вылетели с другой стороны. Я потянула конька вниз, и мы кое-как выбрались из течения.

– Вот ведь, морской дьявол. Ты ведь обещал, что обойдется без неприятностей! – Я погрозила кулаком ведущему, с которым сотрудничала уже довольно давно.

На первые в своей жизни скачки я попала совершено случайно – сбежала из дома от игнорирующего меня брата и впавшего в уныние и переставшего работать после смерти матери отца. Я бесцельно плавала между торговых рядов, когда заметила над головой куда-то спешащих наездников на коньках и решила за ними проследить.

Они привели меня к расщелине с большими каменными трибунами, где меня сразу захватил водоворот радостных криков и разноцветных русалочьих хвостов. Скачки в Аква-Есмарии запрещены на государственном уровне не были, но считались жестоким и опасным спортом, поэтому никогда не поощрялись. Организаторам приходилось оформлять множество всевозможных разрешений для их проведения, но куда чаще они этого не делали, что приводило к плохим для них и участников последствиям.

– Приготовьтесь к старту, – произнес ведущий.

Я протиснулась сквозь толпу к расщелине и испуганно замерла, глядя на круто уходящий вниз мощный поток воды, который в миг растрепал мне волосы. Всё внутри меня сжалось от предвкушения. Я посмотрела на лица участников и увидела их дикий восторг. Они сейчас были по-настоящему свободны от правил, этикета и морали. Они существовали в совершенно другой реальности, к которой мне отчаянно захотелось прикоснуться. Ведущий подал знак, и они помчались вниз, снося всё на своем пути.

В тот же прилив я узнала, где можно пройти испытание для участия в скачках, взяла из конюшни приглянувшегося мне конька и, не без труда, официально стала наездницей. У меня обнаружился настоящий талант к скачкам, поэтому уже через несколько лун я стала действующей чемпионкой.

Бывало всякое – в том числе и травмы. Сегодня же мне нужно было вернуться домой в целости и сохранности, чтобы никто не прознал о моем хобби при подготовке к коронации, однако всё пошло не по плану.

От этого заезда я хотела отказаться, но ведущий заверил меня, что никаких проблем точно не будет. Зря ему доверилась.

Я подняла голову и заметила, что путь наверх перекрыли желтые острые рифы. – О нет…

Кинулась к ним в попытке найти щель, чтобы пролезть, но кораллы разрослись слишком плотно. Я посмотрела вниз и прикусила губу. Если отец или брат узнают о моей вылазке на Акулью территорию, то нотациями мучать будут до обращения в океанскую пену. Значит, нужно всего лишь осторожно прошмыгнуть домой незамеченной…

– Руки вверх! – скомандовал басистый голос.

Обернулась и увидела грузного русала. Его серая кожа, острые треугольные зубы и простой серо-черный хвост, разделенный на две части, выдавали в нем члена клана Акульих. Вот ведь влипла.

– Руки вверх, – повторил он, когда я никак не отреагировала, и ткнул в мою сторону острием кораллового копья.

Пришлось подчиниться. Ох, знатно же мне теперь влетит дома… Акулий клан славился своей агрессией и самыми жесткими правилами, поэтому другие их не очень жаловали. Император даже выделил им самый темный и бесплодный участок для житья, что, кажется, сделало их ещё злее. Впрочем, правителя тоже можно было понять. Акульи уже несколько раз предавали Императора, чаще всего разводили конфликты, мешали жить другим и души не чаяли в своих хищных тезках. Кто же захочет держать при себе того, кто в любой момент может ударить копьем в спину?

Прикусила губу, в попытке вспомнить что нужно иметь при себе для посещения клана Акульих. Например, приплывая в клан Гуппи приходилось одеваться с иголочки, а клан элитных стражников Рыб-мечей обязал всех носить с собой копья или хотя бы ножи на своей территории. Для прихода к клану Акульих нужно было иметь при себе разрешение от аристократии или хотя бы приглашение от одного из них. У меня, естественно, ничего подобного с собой не было. Трасса ущелья хоть и называлась Акульей, но в их округ не входила, поэтому план был простым – победить и спокойно поплыть домой, не врываясь к опасным соседям.

– Кто ты и что здесь делаешь? – продолжил допрос русал.

– Меня зовут Лави. Я одна из участниц сегодняшнего заезда по Акульей трассе, – отозвалась я.

Он в ответ с угрозой улыбнулся.

– А, так это из-за вас тут всё ходуном ходит с самого рассвета?

– Я бы не сказала, что из-за нас. Скорее из-за изменившегося вдруг течения…

– Можно подумать вы, наездники, здесь не при чём! – резко сказал он, заставив меня нахмурится.

В душе вспыхнула злость. Я терпеть не могла такую высокомерную манеру разговаривать. Знал бы он, кто я на самом деле, сразу спесь свою бы поумерил. Жаль только, что не из-за моих личностных качеств, а из-за всесильного магического артефакта, которым обладал мой отец и который подавлял мысли о недовольствах ещё до того, как они могли прийти кому-то в голову.

– Что же мне с тобой делать, наглая русалочка? Отведу, пожалуй, тебя к начальству. Посидишь в темнице до конца прилива и, может, поймешь, что с кланом Акульих шутки плохи.

Я представила как отреагирует папа, если вовремя не появлюсь к обеду, и у меня волосы встали дыбом. Надо срочно что-то предпринять. Мой взгляд упал на неровное колечко из камня, которое носила на среднем пальце правой руки. Его я нашла двадцать пять лун назад в семейной кладовой и с удивлением узнала, что оно способно менять внешность по желанию владельца. Если сниму его, то меня проводят домой с фанфарами и милыми улыбками на лицах, а потом доложат о моём присутствии здесь отцу и брату, что превратит мою жизнь в кошмар. Значит, выбираться придется по-другому.

– Плыви вправо, – распорядился русал.

Я кивнула ему, сделала вид, что подчиняюсь, но при этом незаметно ухватилась за поводья Дара.

– Что это там? – удивленно воскликнула я, посмотрев ему за спину.

– Где? – резко вскинулся он и отвернулся.

Я одним взмахом хвоста уместилась на спину конька и натянула поводья. Дар с готовностью сорвался с места.

– Стоять! – крикнул мне в спину русал, поняв, что его обманули.

Даже не подумала его послушаться. Мы с Даром вылетели из-за поворота и чуть не врезались в стайку Акульих ребятишек. Я вовремя успела направить конька вверх. Мы заскользили над песчаными домами к воротам.

– Хватай её! – услышала я за спиной и рядом с моей головой пронеслась водяная плеть.

Спереди наперерез вынырнули двое Акульих на черных коньках. Я потянула поводья вниз. Дар спикировал прямо в лавку прядильщиков. Легкие полупрозрачные водоросли, из которых шилась наша одежда, взвились вверх. Старушка, которая, видимо, торговала ими начала звучно причитать и проклинать меня.

– Простите! – крикнула я на ходу и вынырнула на улицу.

Стража висела на хвосте, но впереди замаячили ворота из белых кораллов. Водная плеть одного из стражников прошлась по моей руке. Болезненно скривилась, но не остановилась.

Мы с Даром вылетели через ворота и ринулись в лес зеленых водорослей. Стража замешкалась на секунду, но не отстала. Я завела конька в пещеру, слезла и погладила его по морде.

– Иди домой, – приказала я.

Он фыркнул, развернулся и исчез из видимости. Я сняла кольцо с пальца. Жидкие каштановые волосы превратились в копну сияющих серебристых локонов. Глаза из серых стали более глубокими и приобрели холодный синий оттенок океана. Форма хвоста и его цвет тоже изменились. Он стал белым и разросся словно морской гриб в разные стороны. Грудь и талию обхватил богато украшенный нательник, на поясе закрепился нахвостник, а на плечи опустилось легкое полотно и моё преобразование завершилось.

Я укуталась в полотно посильнее, прикрыв голову и медленно выплыла из пещеры. Стоило мне только показаться из-за угла, как на меня направили свои копья три стражника.

– Не с места, – скомандовал один из них.

– По какому праву вы меня останавливаете? – спокойно спросила я и посмотрела прямо на русалов.

Узнали они меня мгновенно. Стражники бросили оружие и согнулись в поклонах.

– Приветствуем единственную Океанскую Жемчужину, – в один голос пробасили они.

– Оставьте официальность. У вас здесь что-то случилось? – наигранно участливо спросила я.

– Да. Кто-то посторонний ворвался на территорию нашего клана и скрылся где-то здесь. Мы советуем вам как можно скорее покинуть это место, – ответил один из стражников, выглядящий моложе остальных.

– Какой ужас. – Я прикрыла рот ладонью, выражая крайнюю степень встревоженности. – В таком случае я поплыву домой. Надеюсь, вы поймаете нарушителя как можно скорее.

– Непременно, – холодно отозвался всё тот же стражник и с неодобрением посмотрел на меня.

Неужели что-то заподозрил? Впрочем, не важно. Вне территории Акульего клана они всё равно ничего не могли мне сделать. Я мило ему улыбнулась и не спеша поплыла по тропинке к замку. Ну и утречко же вышло…

Глава 2

Риэ

В столице Великой Империи Аква-Есмария жизнь обычно начинала кипеть с самого утра. На улицы выползли торговцы, открыли свои двери целители и мастера. Мимо проплыла стайка русалочек, спешащих на занятия в академию. Мой взгляд зацепился за патрулирующую стражу Рыб-мечей, на глаза которой попадаться в этом образе совсем хотелось. Завернула за дом и чуть не ослепла от яркого отблеска большого отражателя. Уважаемый клан Дельфинов настроил их так, чтобы с поверхности к нам проникало как можно больше света, и усилил его с помощью «Сердца океана».

Сделав ещё несколько поворотов, вынырнула прямо в самую гущу торговой улицы и осмотрелась. Увидев на прилавках небольшие камешки даже издалека не похожие на настоящий артефакт Императора, я усмехнулась. Впрочем, из-за приближающейся коронации они расходились, как редчайшие кислые пурпурные водоросли Восточного моря, которые использовали богачи в качестве приправы.

– Красавица, посмотрите на серьги из золотистого коралла и перламутровых ракушек. Редчайший товар, привезенный с Южного моря, – обратился ко мне пухлый русал.

Посмотрев на его синий в черную полоску хвост Мандаринки, я резко отклонилась назад, чтобы не задеть его ядовитые шипы. Русал заметил мою реакцию и смутился. Я откашлялась, проверила надежно ли скрыта полотном и наугад указала на небольшой кулончик.

– Возьму его. – Вытащив несколько светящихся камешков-монеток, расплатилась.

Он молча завернул мне украшение в сеточку из сплетенных колючек. Мне стало не по себе. В империи очень многое зависело от того с каким хвостом и в каком клане ты родился. Кого-то боялись, других уважали или недолюбливали. Мне эта система никогда не нравилась. Никто не выбирает кем ему рождаться на этот свет. Может и я в следующей жизни стану медузой или морской звездой, а вовсе не русалкой-аристократкой.

Я подплыла ближе и сняла полотно с головы. Русал округлил глаза от удивления и согнулся в поклоне.

– Приветствую единственную Океанскую Жемчужину, – заученно произнес он, привлекая ко мне внимание всей улицы.

Движение и шум вокруг сразу прекратились. Жители столицы упали ниц. Моя дружелюбная улыбка дрогнула. Эта излишняя официальность порой сводила меня с ума и невероятно бесила, поэтому я редко выходила из дома со своей настоящей внешностью.

– Поднимитесь, – мягко распорядилась я.

Русалки и русалы выпрямились. Я обвела рукой прилавок мужчины.

– У тебя очень красивые украшения. Если кулон подойдет к образу, то надену его на коронацию. Всего доброго, – сказала я растерянному торговцу и грациозно, как того требовало множество правил, поплыла дальше.

Сегодня у этого русала наверняка раскупят всё, что несомненно облегчит моё чувство вины перед ним.

– Мамочка, это наша проклятая Жемчужина? – донесся до меня голос ребенка, от которого я вздрогнула и обернулась.

Русалка с пучком рыжих волос на голове закрыла рот сыну и с ужасом посмотрела на меня. Холодно улыбнулась ей и ответила русаленку:

– Да. Именно поэтому тебе стоит следить за своими словами тщательнее. Иначе может так статься, что, загадав разбогатеть, превратишь всю свою семью в ценные, но неживые монетки.

Я кожей ощутила, насколько сильно напряглись русалки около меня. Они боялись даже вдохнуть лишний раз, приняв мои слова за угрозу, которой они не являлись. Я всего лишь напомнила всем о последней просьбе, исполненной сиреной желаний. Могла ли я провернуть подобное? Скорее всего нет. Силы сирены исцеления не годились для превращения русалок в кого бы то ни было. Я могла разве что, как любая другая сирена, перекинуть плату океана за способность на кого-то другого, кто бы сильно покалечился или вообще умер от подобного.

Чтобы больше не нервировать народ, я развернулась и поплыла дальше.

Проклятой меня никто не называл примерно с того времени, когда отец выступил с официальным заявлением о том, что в первую очередь я – Океанская Жемчужина, а уже потом проклятая сирена исцеления. До того, как моя мать, являющаяся сиреной голоса, вышла замуж за моего отца к сиренам относились, мягко говоря, плохо, хотя и сейчас их положение в обществе оставляет желать лучшего.

Причина этому одна. Сирены – единственные существа в Империи Аква-Есмария, которые могут использовать силу «Сердца океана» помимо Императора и его прямого наследника. Однако, в отличие от императорской четы, их всегда ждала расплата за использование способностей. Океан забирал всегда ровно столько же, сколько давал. Оплатить силу можно как собственным здоровьем, так и жизнью и благополучием других, поэтому сирен боятся, ненавидят, но всё равно используют.

Первые сирены возникли так же давно, как «Сердце океана». В те темные времена, когда Нептун создал океан, русалки оказались в нем на самом дне пищевой цепочки. Им приходилось лишь выживать и бояться смерти. Тогда один смельчак пришел к Богу и взмолился. Нептун спросил его, что готов он отдать за свой народ. Русал с готовностью ответил:

– Всё!

Тогда Нептун вытащил из своей короны камень и отдал его, сказав:

– Это «Сердце океана». Каждый раз при его использовании ты будешь страдать от невыносимой боли. Теперь иди и делай, что считаешь нужным.

Русал поблагодарил его и вернулся домой. Он создал Империю из песка под хвостом, но ужасное проклятие быстро извело его. Он исхудал, побелел и уже почти лишился рассудка от боли, которую принесло ему использование сил. Тогда шесть его дочерей вновь пришли к Нептуну и попросили его перенести на них проклятие отца. Бог отказал им, но они не сдались. Ровно пятьдесят Лун они в молчании сидели у его трона, и Бог сжалился. Он разделил проклятие Императора на шесть частей и отдал русалкам, вместе с частицами силы. Каждая из них получила возможность колдовать, ценой собственного здоровья или благополучия окружающих.

С тех пор проклятие и дар океана переносятся от одной выбранной океаном сирены к другой вне зависимости от возраста и положения. Стоит одной из них умереть, как тут же появиться другая. Число сирен стабильно и не менялось с самого основания Аква-Есмарии. Нептун долгое время не передавал проклятие никому из родственников Императора, помня о том, как основатель Империи заливался слезами, узнав о участи дочек. Я стала первой подобной мученицей за целую вечность.

Убедившись, что никого нет, проскользнула в незаметную дыру, скрытую большой розовой актинией, и оказалась во дворе огромного замка, сделанного из красного коралла и украшенного с этой стороны перламутровыми ракушками и жемчугом, переливающимся в свете отражателей. Тот факт, что всё это сделал океан без участия магии поражал. О замке слагали легенды, рассказывая о его причудливых узорах, арочных проходах, башенках, украшенными сверкающими морскими звездами и анемонами. Он стоял среди пузырьков воздуха и в детстве казался мне настолько легким, что я всерьез за него переживала. Вдруг он уплывет куда-нибудь, пока я буду играть во дворе? Сейчас же вид замка нагонял на меня тоску. Ни с чем, кроме долга и обязательств, он у меня больше не ассоциировался.

– Кажется, придется проверить ограждающий замок риф на наличие дыр, – произнес громкий суровый голос, от которого я вздрогнула.

Император смотрел на меня спокойно, но в то же время ему не удалось скрыть от моего взгляда отблеск недовольных серо-голубых глаз. Его длинные серебристые волосы спадали на расшитый жемчугом нательник из желтого полотна. Лишь пара шелковистых прядей была убрана под алую коралловую корону, поблескивающую каждый раз, когда массивный белый хвост в скромном нахвостнике разгонял мерным движением песок со дна.

Я подплыла к нему и поцеловала в щеку.

– Доброе утро, папочка. Зачем же тебе проверять риф? Я пока гуляла здесь не заметила ничего подозрительного, – невинно сказала я.

– Правда? А мне доложили, что утром ты гуляла в лесу водорослей около Акульего клана, а потом устроила переполох на торговой улице. – Он вскинул брови.

Как же быстро ему обо всем доложили…

– Я вышла ненадолго из замка, но очень быстро вернулась. Могу доложить, что в столице всё спокойно. Знаешь, я, кажется, нагуляла себе аппетит. Пойдем обедать? – Я потянула его за руку в коридор.

Папа закатил глаза, поняв, что я пытаюсь сменить тему, а потом погладил меня по волосам.

– Риэ, я очень за тебя переживаю, когда ты в одиночку неожиданно исчезаешь из замка, – сказал он.

– Что же может случиться со мной в твоём океане? – с улыбкой уточнила я.

Папа задумался. Я состроила ему милую мордашку, и он сдался.

– Хорошо, негодница, твоя взяла. Не буду латать дыру. Только не забудь про ежедневные семейные обеды и ужины, – наказал он.

Активно закивала в ответ головой.

– Пойдем обедать. Кайтен наверняка нас уже заждался, – добавил папа.

Улыбка вмиг стерлась с моего лица. Раз отец знал о моей вылазке, значит, старшему братцу тоже уже доложили. От него с помощью моих красивых глаз отвязаться точно не получится.

Глава 3

Риэ

Если бы мы с Кайтеном не были так похожи внешне, то никто бы и не догадался о нашем родстве. Он имел серебряные волосы, такой же как и у меня с отцом хвост и серо-голубые глаза, но отличался совершенно невыносимым характером, о котором в Империи все знали не понаслышке.

Брат родился Императором. Он был умен, ответственен, упрям, силен, прямолинеен и строг. Если не считать интеллекта и упрямства, то мы с ним были полными противоположностями с самого детства. Он знал чего хочет от жизни и кем станет через несколько тысяч лун. Я жила от прилива к приливу. Он перестал веселиться, с тех пор как ему пятьдесят лун исполнилось. Я не представляла свою жизнь без скачек и ощущения свободного потока в волосах. Он не нарушил ни одного закона за всю свою жизнь. Я относилась к правилам больше как к рекомендациям, чем к чему-то обязательному к исполнению. В общем, мы не ладили.

Путь по длинным коридорам, украшенным панцирями морских ежей, распустившимися звездами-астероидами и разноцветным песком, проходил в полном молчании. Даже милые моллюски и губки, отбрасывающие радужные блики от светящихся камней, меня, как это бывает обычно, не порадовали. Я внутренне готовилась к очередному столкновению с Кайтеном.

Вплыв в просторное помещение, украшенное в синих тонах с помощью ракушек и кораллов, заметила брата за столом. Он склонил голову, читая документ на листе толстой ламинарии. Его длинная челка упала на глаза, но его это никак не отвлекало от работы. Я осторожно приземлилась на своё место.

– Дорогая сестра, почему мы должны тебя постоянно ждать? Тебе не хватает одной будящей ракушки, чтобы прибыть вовремя? – строго спросил Кайтен.

Подавила желание поморщится и улыбнулась. Я опоздала всего-то на пару взмахов хвоста.

– Я тоже очень рада тебя видеть, братец. Будящих ракушек, твоими стараниями, у меня три и их вполне хватает, – отозвалась я.

Он скатал документ и хмуро на меня посмотрел.

– Ах, да. Дело же не в том, что ты проспала, а в том, что уже с самого утра решила устроить переполох во всей Аква-Есмарии. Именно это тебя и задержало, – грозно продолжил он.

Моя улыбка дрогнула.

– С каких пор прогулка по лесу водорослей и торговым улицам у нас приравнивается к переполоху Всемирного масштаба? – Невинно захлопала глазами.

– С таких, что твоя «прогулка» на самом деле проходила на Акульей территории. Ты со своим коньком всё там разнесла. – Взгляд у него стал хищным.

– Понятия не имею, о чем ты говоришь. Мой конек сейчас преспокойно спит в конюшне, – мило ответила я.

Брат хмыкнул, совершенно не поверив мне. Слуги вынесли нам обед из морских грибов и съедобных водорослей на перламутровых половинках больших ракушек.

– К концу этого прилива я стану Императором и выдам тебя замуж. Наверное, только тогда моя голова перестанет болеть от твоих дурацких выходок, – прошипел Кайтен, накручивая на палочку водоросли.

– Папа! Он опять мне угрожает, – воскликнула я, посмотрев на отца, который уже давно привык к тому, что мы с братом грыземся при каждой встрече, как пираньи, и поэтому старался не вмешиваться.

– Жемчужинка, Кайтен всего лишь очень за тебя переживает. Пойми, я не вечен, а у твоего брата тоже должна быть своя личная жизнь. Мы не сможем постоянно за тобой присматривать. Нам обоим будет спокойнее если ты выйдешь замуж как можно быстрее. Возраст у тебя подходящий, да и помолвлена ты с Ниером довольно давно…

Я резко положила палочку на стол, ощутив прилив злости. Да, жених у меня был, но между нами никакими романтическими чувствами даже не пахло. Ниер являлся принцем Западного моря, ровесником брата и его правой рукой. Знали мы друг друга с глубокого детства и даже дружили, но он всегда относился ко мне лишь как к младшей сестре. Он не был самым плохим вариантом, поэтому я согласилась на помолвку с ним, но замуж за него выходить не собиралась.

– Мама бы этого не одобрила, —сказала я, заставив отца с братом подпрыгнуть.

С тех самых пор, как Императрица неожиданно и загадочно скончалась в наводном мире мы редко о ней говорили.

– Не смей упоминать маму, Ариэлла. Ты не имеешь на это никакого права, ведь именно из-за тебя…

– Кайтен! – громогласно рявкнул отец, с гневом посмотрев на брата.

Он в ответ сжал руки в кулаки и замолчал. Я встала, ощутив приближающиеся к глазам слезы.

– Ты уж договори, дорогой братец. Ведь ты считаешь, что мама умерла из-за меня! – крикнула я и поняла, что не могу больше сдерживаться.

По щеке вниз скатилась слеза в виде блестящей желеобразной капли. Находится тут стало совсем невыносимо. Я махнула хвостом и поспешила прочь из обеденной залы.

– Риэ, стой! Я перегнул… – дальнейшие слова Кайтена я не услышала, так как с силой захлопнула за собой дверь.

Серый камень отделил от меня все обидные слова, которые остались там. Ничего не видя, я шустро доплыла до своей комнаты по все тем же коридорам, из которых по большей части и состоял замок, если не считать помещения для приемов, тренировочного зала, башни для «Сердца океана», уборных, кухни, конюшни, складских помещений и жилых разнообразно украшенных покоев для слуг, стражи и аристократов. Я упала на кровать и завернулась в голубое полотно. Вот теперь можно наплакаться всласть. Никто из слуг меня не побеспокоит, потому что я позволяла им заплывать в мои покои только для подготовки к официальным мероприятиям, предпочитая собираться и убираться в обычное время самостоятельно.

Я не знала были ли слова Кайтена правдой или нет, так как не помнила ровным счетом ничего из времени того прилива, когда умерла мама, но его незавершенная фраза всё равно причинила боль. Мама была очень доброй и красивой. Она искренне любила нас всех, и даже несмотря на то, что являлась сиреной голоса, смогла получить признание у жителей Империи. Отец так сильно восхищался ею, что в какой-то момент своими руками отколол частицу «Сердца океана» и подарил ей. В тот момент по всему океану поплыла весть, что Император сошел с ума от любви. Некоторые высказали предположение, что мама использовала на нем свои способности, но это быстро опровергли. Силы сирен, влияющие на тело и разум, не действовали ни на Императора, ни на его наследника. Вот именно такой любви я желала. Яркой, страстной и нежной одновременно. Я хотела стать целым миром для возлюбленного и утонуть в его душе. Ниер никогда не сможет мне этого дать.

Кто-то робко постучал. Я резко выпрямилась и стерла остатки слез с лица. Не пристало Океанской Жемчужине на виду плакать. Ждать приглашения войти стучавший не стал. Небольшой коридорчик из разноцветных актиний сложился и пропустил внутрь серокожего русала-подростка из Акульего клана. На его черном хвосте красовалось несколько длинных белесых шрамов, постоянно вызывающих во мне чувство сожаления.

Акульи повадки суровы. Когда их малыши немного подрастают, их кидают в акулью стаю, где они должны продержаться до рассвета. Обычно стая чувствует родство с этим кланом и не нападает на их детей, но иногда из-за слабости русаленка акулы накидываются на него и разрывают на части. Не стань я свидетелем нападения, то и этот парень давно бы стал океанской пеной. Мне тогда тоже крепко досталось, но об этом своём поступке я никогда не жалела. Русаленка выгнали из клана, он получил от меня имя Фэш и стал мне близким другом. Без него бы в замке совсем с ума сошла бы от отсутствия друзей.

– Хорошо пообедали? – неловко уточнил Фэш, сверкнув острыми зубами.

Он всегда приплывал ко мне после трапез, чтобы поддержать, потому что знал как сильно мы с братом могли на нём поругаться.

– Просто замечательно. Была б моя воля, то хотела б, чтобы Кайтена в водовороте смыло, – гневно проворчала я.

– Боюсь, такого типа даже водоворот не переварит. – Фэш рассмеялся, и мне стало чуть легче.

– У тебя целебного песка не осталось? А то я крепко приложилась спиной о скалу на скачках, – пожаловалась я.

Фэш нахмурился. Ему не очень нравился тот факт, что я часто рискую собой на таких опасных развлечениях. Он пару раз попытался убедить меня не плавать туда, но ничего не получилось, поэтому он просто смирился.

– Сейчас принесу. – Он скрылся за помостом, на котором разместилась моя огромная кровать, открыл пустую полость за перламутровыми ракушками, вытащил песок и вернулся. – Давай обработаю.

Послушно повернулась к нему спиной и убрала волосы. Фэш присвистнул.

– Да у тебя тут пол спины в серебряных прожилках. Долго заживать будет, – сказал он.

– Правда? Я почти не чувствую боли, – отозвалась я, но сразу признала, что ошиблась, когда Фэш легонько прикоснулся к ране, а меня прошибло болью до самого хвоста. – Ай!

– Терпи. Я быстро, – произнес он и засыпал песком рану.

Жгло неимоверно, но пришлось молчать. Ещё не хватало, чтобы кто-то из слуг прибежал на помощь и доложил о моих ранах семье. Мы итак с Кайтеном сегодня один раз уже поругались.

– Вот и всё. Как ты? – взволнованно уточнил Фэш.

– Как рыба, вытащенная на сушу. Дышать могу, но с трудом, – ответила я.

Он закатил темно-карие глаза и сел подальше, соблюдая приличную дистанцию. Что ни говори, а наше с ним положение очень разнилось. Во дворце ему были не рады, но идти ему оказалось некуда. Фэш быстро проникся стражей и начал лелеять мечту когда-нибудь присоединиться к ним. Я сильно сомневалась, что мой брат позволит кому-то из Акульего клана охранять его, но и рушить планы друга не хотела. Может, я в итоге окажусь не права, и он добьется своего? Фэш прикладывает к этому много сил, каждый день до обеда подсматривая за стражей и тренируясь с водянкой плетью.

– Что у тебя сегодня по расписанию? – спросил он.

Я поморщилась.

– Вот уж не знаю, чем мне там поручил заниматься братец, но хвоста моего до заката здесь не будет, – категорично заявила я.

– Куда пойдем? – с хитрецой в голосе уточнил Фэш.

– Как на счет того, чтобы наведаться к океанской ведьме? – Я задумчиво посмотрела на друга.

– Тогда я сплаваю за сладкими пузырьками. – Он шутливо отдал мне честь и исчез.

На моих губах расцвела искренняя улыбка. Кайтен сильно меня обидел, так что императорские дела подождут, пока я окончательно не приду в себя. Встреча с Урисой же способна помочь мне в этом лучше чего бы то ни было.

Глава 4

Риэ

Выскользнуть из дворца не составило никакого труда. При большом желании я могла бы и через ворота в маскировке кольца выйти, но предпочитала так не рисковать. Чем меньше стража видит загадочную служанку Жемчужины – Лави, тем лучше для меня. За Фэшем они вообще предпочитали не следить. Его благополучие волновало здесь только меня.

Чтобы добраться до Зубастых расщелин как можно быстрее мы миновали торговые улицы и поплыли по спальным районам милых домиков из песка, глины, камней и простеньких ракушек прямиком к саду с буцефаландрой под огромным пузырем с воздухом наверху. Это место мой отец возвел в память о маме, любившей всё необычное, и оно до сих пор пользовалось популярностью у местных жителей. Я заметила несколько парочек, разглядывающих растения. Сердце у меня кольнуло. Думать о маме после слов Кайтена совсем не хотелось.

Мы проплыли мимо стайки разноцветных рыбок и покинули пределы столицы. Дышать на пустыре стало проще. Нас подхватило ласковое и немного прохладное юго-восточное течение. Я прикрыла глаза и полностью отдалась ощущению легкости. Фэш рядом со мной молчал, чувствуя, что я всё ещё не в настроении для разговоров.

Мы доплыли до края пустыря, который прерывался резким падением вниз в темноту. Табличка рядом гласила: «Осторожно опасность». Полностью проигнорировав её, мы завернули вниз и начали погружение. С каждым взмахом хвоста становилось всё темнее и холоднее. Свет от отражающих ракушек столицы никогда не доходил до самого дня Зубастых расщелин. Периодически у самого моего носа всплывали острые пики, готовые проткнуть насквозь любую невнимательную рыбу.

Впереди показалась ещё одна табличка: «Побойся океанскую ведьму и убирайся прочь». Около неё мы свернули в узкий туннель в скале и протиснулись ещё глубже. Свет окончательно перестал до нас доходить. Я вытащила из захваченной сумки пару камешков и ударила ими друг о друга. Они засветились приятным красноватым цветом.

– Ай! – резко вскрикнул Фэш, заставив меня обернуться.

Из темноты вынырнула каменная голова молодой русалки с перекошенным от ужаса лицом. Я спешно скрыла смех за кашлем.

– Каждый раз эта статуя меня пугает до мурашек. Вот почему Ури не может убрать её куда-нибудь подальше? – проныл Фэш.

– Может, потому что она злобная океанская ведьма? – с улыбкой уточнила я.

– Она такая же ведьма, как и ты императрица, – проворчал Фэш.

Не могла с ним не согласиться. Уриса, которую все величали ведьмой, являлась на самом деле всего лишь сиреной желаний. Свои способности она получила, когда ей едва пятьдесят лун исполнилось.

Семья Ури была не самой добропорядочной, поэтому из-за наживы они начали использовать её способности, прося брать плату океану на себя. Маленькая русалочка мучилась от боли проклятия ещё около ста лун, а потом узнала о том, что семья на самом деле всё это время презирала и ненавидела её.

Уриса решила отомстить и в качестве платы за очередные желания русалок отдала океану то, что им было дорого больше всего. Это привело к огромной трагедии, сломавшей судьбы русалок. Многие лишились жизней своих любимых. Родители Ури стали калеками. Её после этого объявили океанской ведьмой и изгнали в Зубастые расщелины. От мести ей лучше, увы, не стало. Пусть она и не почувствовала острой вины за случившееся, но в душе у неё остался глубокий шрам. Если бы не он, то и я бы тоже до сих пор считала её злодейкой, которой её выставляли в Аква-Есмарии.

В те времена, когда я только получила свои способности сирены исцеления от старушки, умершей своей естественной смертью, меня захлестнули её воспоминания и сожаления. Сердце никак не могло найти покоя. Никто меня не понимал. Совет Императора вдруг начал меня бояться, жители объявили проклятием, а отец из-за желания защитить запер в замке. Мне стало до безумия одиноко, я сбежала и встретила Ури в такой же густой и непроглядной темноте, которая поселилась и в моей душе. Мои способности помогли мне разговорить её и выяснить правду. В итоге я просто не смогла оставить её дальше страдать здесь.

Самым раздражающим в этой истории стал тот факт, что русалки и русалы, даже зная о том какую плату за желание возьмет Уриса, продолжали приплывать сюда и загадывать ей желания. К сожалению, отказать в этой услуге сирена желаний никак не могла. Ровно, как и я не могла пройти мимо того, кого могла бы вылечить. Воля океана всегда оказывалась сильнее нашей, что только убеждало всех в нашей проклятости.

Третья и последняя табличка расположилась у входа в самую большую пещеру. Надпись не ней гласила: «Готов к расплате? Добро пожаловать к Урисе!». Я подплыла ближе и постучала по камню.

– Проваливайте! Я сегодня никого не принимаю, – раздался громогласный голос, больше похожий на рык.

– Брось, мы слишком долго плыли сюда. – Я закатила глаза и снова постучала.

– Возвращайтесь во дворец! – снова проорал голос.

Я вытащила плетенную сеточку из сумки и потрясла им перед дверью.

– Хорошо, мы уйдем, и все сладкие пузырьки я съем сама, – с хитрой улыбкой произнесла я.

Каменная дверь отъехала в сторону и несколько черный щупалец отобрали у меня сеточку.

– Играть на слабостях – это низко, – заявил миловидный голос.

Я рассмеялась и заплыла внутрь. Пещера Ури разделялась на два помещения. Первое было рабочим. Его заливал холодный зеленый свет, посреди комнаты стоял котел, а на полках в баночках расположились неведомые ингредиенты, выглядящие, мягко говоря, жутко. Я разглядела рыбьи глаза и флакон со свежей кровью, потому поспешила проплыть мимо. Подруга обнаружилась во второй потайной комнатке с множеством актиний, ракушкой-кроватью в форме сердца, розовыми камнями-осветителями и желтыми декоративными водорослями.

Когда мы с Фэшем вплыли к ней, последний сладкий пузырек скрылся у неё во рту. Ури с досадой потрясла сеточку одним из восьми своих черных щупалец.

– Как-то мало в этот раз, – проворчала она.

– Я хотел утащить больше, но меня застукали. Обещаю в следующий раз принести что-нибудь миленькое в качестве извинения, – чуть пристыжено отозвался Фэш.

– Всё в порядке. Вы так-то вообще не обязаны меня навещать, – ответила Ури и вдруг неожиданно напряглась.

Её лицо застыло, а в глазах появилась кровожадность. Я подавила желание закатить глаза, уже зная, какую сцену она опять устроит. Уриса встала с кровати, убрала вылившийся из косы черный локон с лица и подплыла ко мне.

– Или вы, ваше Императорское высочество, приплыли загадать желание? – спросила она таким тоном, что у меня внутри всё дрогнуло. – У вас, судя по всему, был не очень удачный день. Хотите стать Императрицей? Тогда никто больше не посмеет так с вами обращаться.

Теперь настала моя очередь прищурится. Последнее, что мне сейчас хотелось выслушивать – страхи подруги, с которыми она так и не смогла справиться за почти шестьдесят лун нашего знакомства.

– Даже шутить так не смей. Императором должен стать мой брат. Я никогда не была препятствием на его пути к трону и не стану им, – резко и величественно ответила я. – Однако, желание у меня всё же есть. Я хочу поболтать со своей милой подругой, а не с сиреной желаний, если позволишь.

Ури с недоумением моргнула, а потом смутилась.

– Меня опять занесло? Прости, ничего не могу с собой поделать. Стоит мне только предположить, что кто-то что-то хочет у меня попросить, как сирена внутри начинает сходить с ума… – Она неловко попятилась. – Присаживайтесь. Я сейчас принесу закуски.

Ури скрылась в первой части пещеры. Я устало села на диванчик. Хорошо хоть её способности действовали только тогда, когда кто-то официально загадывал ей желание, а не по собственным догадкам Урисы иначе бы Аква-Есмарии пришлось бы худо.

– Иногда она меня действительно пугает, – высказался Фэш.

– Тебя просто никогда в жизни никто не хотел использовать. Я прекрасно её понимаю, – со вздохом произнесла я.

Титул Океанской Жемчужины приносил больше бед, чем всем казалось. Меня норовили использовать в своих интересах все кому не лень, поэтому дружить я предпочитала с изгоем и ведьмой. Когда Кайтен официально займет трон, я планировала сбежать и начать жить без оглядки на долг и положение в обществе – только эта мысль заставляла меня всё ещё терпеть всё это.

– Между прочим, дорогие друзья, я не разрешала вам обсуждать меня за хвостом. – Ури вернулась с ракушечным пюре в руках и улыбнулась. – Ну, как там дела на свету? Как всегда, не очень?

Я улыбнулась ей в ответ, и напряжение между нами ушло. Ури пристроилась рядом и приготовилась слушать, поддерживая словом, когда это было мне больше всего необходимо. Груз, который положил Кайтен на мою душу своими словами, обволокло водами дружеского тепла, и он рассыпался на частички прямо на глазах.

Глава 5

Риэ

– Ты уверена, что он именно так сказал? – удивленно уточнила Ури, прижав к себе подушку.

Я мрачно кивнула.

– Вот же-ж угорь полосатый! – в сердцах воскликнул Фэш.

– Этот «угорь» в конце прилива станет нашим Императором, так что выбирай выражения, – отчитала его Ури, а потом повернулась ко мне. – Что будешь делать, если он исполнит свою угрозу и выдаст тебя замуж против воли?

– Поставлю Ниеру памятник, ведь ему придется терпеть меня и мои выходки ещё восемьсот лун, если, конечно, он не сдастся раньше и не подаст на развод, – хмыкнула я.

Ури нахмурилась так сильно, что на лбу у неё появилась большая складка.

– Ты, действительно, согласишься выйти замуж за нелюбимого?

Я пожала плечами. Всё внутри меня противилось этой идее, но за все свои двести десять лун, у меня так и не получилось встретить русала, который вызвал бы во мне желание пойти против семьи, что к лучшему. Любовь – сплошная головная боль.

– Нет никакой гарантии, что я хоть когда-нибудь найду свою истинную любовь. Что если моя судьба сложится как у Кайтена? – высказала я свои опасения.

Фэш и Ури затихли. Во всем океане знали о любви моего отца, но о чувствах его прямого наследника ведала лишь избранная группа русалок. Кайтен рос очень благоразумным и ответственным. К нему любовь пришла, когда в замок приехал король Южного моря с дочерью. У него вдруг полностью мыслительный процесс прервался. Он распушил хвост и всеми силами попытался произвести на неё впечатление. К счастью, Милли он тоже оказался симпатичен.

Родители были в восторге. Кандидатура принцессы показалась им самой подходящей для их сына. К тому же Миллитина уже тогда славилась своей добротой, мудростью, красотой и грациозностью.

Исход их любви определила трагедия. Мама умерла, а её сила вместе с последними воспоминаниями перешла к Милли. Именно от неё брат и отец узнали о произошедшем с Императрицей. Кайтен вспылил и попытался заставить Милли рассказать ему всё в подробностях. Она не могла сопротивляться приказу, но и рассказывать ничего по неизвестной нам причине не стала. Брат загнал её в угол, поэтому она проткнула себе горло осколком скалы, из-за чего чуть не умерла.

С тех пор нынешняя сирена голоса не может говорить, а Кайтен её избегает. Я знаю, что он винит себя за вспыльчивость, но извиняться – не манера поведения Императора. С такой логикой он рисковал навсегда остаться одиноким, но меня это не волновало.

Даже не верилось, что когда-то в детстве мы были близки. Смерть мамы отдалила нас. Брат начал посвящать всё своё время обучению и императорским делам, общаясь по душам только с Ниером.

– Океан, конечно, знатно над ним поиздевался, но и он далеко не безвредная актиния. Я считаю, что ты достойна любви больше кого бы то ни было, – в итоге сказал Фэш и смутился.

Благодарно ему улыбнулась и встала с диванчика.

– Спасибо, друзья. Мне стало легче. Думаю, я готова вернуться во дворец, – объявила я.

– Хорошо, только пообещай мне хорошенько заехать Кайтену хвостом по голове, если он ещё хоть раз обвинит тебя в том, чего ты не совершала. – Взгляд Ури стал угрожающим.

– Обещаю, – с улыбкой ответила я.

Подруга кивнула и проводила нас до второй таблички с угрозами. Там мы с ней попрощались и вернулись с Фэшем домой той же дорогой.

– Скоро у стражи начнется вечерняя тренировка, так что я поплыву. Увидимся завтра, – произнес Фэш и шустро скрылся за поворотом.

Мне осталось только помахать ему рукой и понадеяться, что его старания не окажутся в итоге бессмысленными. Оставшись в полном одиночестве, я застыла на мгновение, а потом поплелась в свою комнату. Там около коридора с актиниями обнаружился давно скучающий Ниер. Он облокотился на стену и прикрыл свои зеленые глаза, а его каштановые волосы до плеч, идеально подходящие к смуглой коже и оранжевому в белую полоску хвосту, разлетелись ореолом около головы. Да, мой жених был красивым, внимательным, умным и достаточно добрым, чтобы оставаться им до сих пор. Я знала, что за ним постоянно плавает стайка русалок, но он ни на кого не обращал внимания, чтобы не давать мне повода расторгнуть помолвку. Любил ли он меня, как девушку? Скорее нет, чем да.

– Если ты собираешься извиняться за моего недотепу-братца, то лучше уплывай, пока я тебя не ударила, – гневно произнесла я.

Ниер резко открыл глаза, пару раз моргнул и смутился, от того, что я попала в точку. Я подавила желание закатить глаза. Кайтен всегда отправлял Ниера, когда боялся сам ко мне приплыть. Трус!

– Я просто хотел узнать, как ты себя чувствуешь? – промямлил жених.

– Я обожаю, когда меня называют убийцей, поэтому чувствую себя просто прекрасно. – На моих губах появилась хищная улыбка.

Ниер насупился, поняв, что задал глупый вопрос.

– Кайтен сожалеет о сказанном, – ответил он.

– Поэтому прислал тебя, а не явился извиниться лично. – Упрямо сложила руки на груди.

– Его высочество очень занят подготовкой к коронации, поэтому прийти не смог. Да и даже если бы пришел, то только бы разозлился, не найдя тебя в комнате. – Ниер внимательно посмотрел мне в глаза.

Я ощетинилась, но не успела ничего сказать. Он поднял руки вверх и мягко добавил:

– Я не собираюсь тебя ни в чем упрекать. Кайтен на самом деле виноват. Понимаю, тебе нужно было остыть, однако, пожалуйста, не уплывай так, не сказав никому ни слова. Я переживал.

Моя злость лопнула, как пузырь. Я вдруг ощутила ужасную усталость.

– Не переживай, мстить брату или мешать подготовке к коронации я не стану. Возможно, даже не буду слишком злобно на него посматривать на завтрашнем обеде, – произнесла я.

– Спасибо. – Ниер благодарно мне улыбнулся.

Я отвернулась и направилась в свою комнату, давая понять, что разговор закончен.

– Кстати, забыл сказать, завтра начнут прибывать сирены. Император запланировал приветственный ужин. Тебе тоже нужно будет присутствовать там, – неожиданно сказал он, заставив меня вздрогнуть.

– Кто приедет? – нервно уточнила я.

– Сирены голоса, очарования, волн и рифов. Сирену желаний пригласили только непосредственно на коронацию, потому что совет опасается возможных проблем, – ответил Ниер.

– Конечно, от сирены очарования их же не будет! – с раздражением произнесла я.

Он пожал плечами. К сожалению, никто кроме меня не видел опасности в этой отвратительной рыбе с красным хвостом. Мне она не понравилась с самого первого взгляда, как и я ей. Что-то было в её взгляде и манере поведения такого, что постоянно выводило меня из себя. Каждая наша встреча всегда заканчивалась ссорой.

– Ты вроде сказала, что не будешь мешать подготовке к коронации… – Ниер замолчал, поймав мой недовольный взгляд.

– Раз сказала, значит, не стану! Аудиенция закончена, – со злостью произнесла я и быстро скрылась за дверью.

Настроение у меня вновь ухудшилось. Завтра придется целый день играть роль благопристойной Жемчужины. Что может быть «веселее»?

Глава 6

Риэ

Изменения в замке я почувствовала, как только проснулась. По традиции, сложившейся много тысяч лун назад, сирены на коронации нового правителя приносят ему клятву верности. Весьма формальную, но обязательную. Если же учесть тот факт, что сирен до сих пор считали очень опасными существами, то концентрация стражи вдруг увеличилась раз в десять. Около моей комнаты поставили двух крепких русалов из клана Рыб-мечей с хвостами в желтую полоску. В коридорах же стало из-за них настолько тесно, что вероятность протиснуться стремилась к нулю. Самым худшим из всего этого оказались выражения их лиц – хищные, высокомерные и презрительные. Даже наши немногочисленные слуги постарались слиться с рифами и не попадаться им на глаза.

Завтрак я благополучно проспала. День вчера выдался слишком уж насыщенным, и тело потребовало большее количество отдыха, чем обычно. Ближе к обеду меня разбудил Харон. Старый глава слуг с синим хвостом и такими же глазами привел ко мне стайку горничных, чтобы они приступили к пыткам как можно быстрее. Меня отмыли, начистили мою чешую, уложили волосы, закрепив их коралловой диадемой, и одели в блестящее длинное полотно, расправив все складочки. Всё это происходило в таком бешеном темпе, что у меня голова закружилась.

К концу процедур почувствовала себя статуей – красивой, но совершенно безжизненной. Совместный обед с семьей никто не отменил, поэтому пришлось явиться для начала на него. Отец при взгляде на меня сразу расцвел в улыбке.

– Моя жемчужинка стала совсем взрослой и невероятно прекрасной русалкой, – искренне сказал он.

– Спасибо, – сухо отозвалась я и зевнула.

Кайтен фыркнул, но ничего не сказал. Я же решила попробовать сделать вид, что его не существует. Жаль, что завтра этот же фокус не пройдет. Всё-таки на его коронации мне придется принести клятву.

Я села за стол. Живот жалобно заурчал. Вчера мне есть почти не хотелось, но сегодня накинулась на еду с огромным энтузиазмом.

– Поаккуратнее, а то гости подумают, что мы тебя голодом морим, – не выдержал Кайтен.

– Да лучше бы морили. Так бы не пришлось твою физиономию каждый день видеть, – процедила я.

Брат нахмурился и посмотрел на отца, который в ответ пожал плечами. Кайтен тяжело вздохнул.

– Вчера… Я, кажется, немного неправильно выразился… – с неловкостью начал он.

– Кажется? Ты буквально обвинил меня в убийстве. И не кого-нибудь, а нашей матушки! – взорвалась я.

Кайтен сжал руки в кулаки.

– К сожалению, ты не помнишь о тех событиях так много, как я…

– О, и это, конечно, делает меня безжалостной убийцей. – Я сложила руки на груди.

У брата на лице заходили желваки. Он изо всех сил старался не сорваться и не наорать на меня.

– Я никогда этого не говорил, – возразил он. – Возможно, когда-нибудь ты сможешь спокойно меня выслушать, не покрываясь от каждого слова колючками, но пока… я не стану настаивать на твоём скорейшем замужестве.

У меня от удивления даже рот приоткрылся. Что нам там сегодня на обед подали? Капусту раскаяния? Мой гнев всё ещё не утих, но, поймав молящий взгляд отца, выдавила из себя улыбку.

– Спасибо, – ответила я.

– Я, как и ты, тоже очень хотел бы увидеть маму ещё хоть раз. Жаль, она не дожила до моей коронации, – на удивление искренне добавил Кайтен.

Опустилось молчание. Я настолько сильно смутилась его откровенности, что у меня дар речи пропал. Отец откашлялся.

– Я рад, что вы решили вчерашнее недоразумение. Не пристало брату с сестрой постоянно ругаться. Помните, что постоянно говорила вам мама? – спросил он.

Я растерялась, а потом все мои негативные эмоции пропали. Мне будто снова стало не больше ста лун. Кайтен напротив уменьшился в размерах, стал более тощим, а по правую руку от немного помолодевшего отца нарисовалась полупрозрачная невесомая фигура мамы.

– Вы должны оберегать, и заботится друг о друге, потому что являетесь самыми близкими и родными друг другу существами, – в один голос ответили мы с Кайтеном и переглянулись.

Взгляд у брата смягчился, и моя улыбка стала более искренней. Мама всегда умела подбирать нужные слова. Она могла примирить нас даже в самых сложных ситуациях. Мы все очень сильно по ней скучали. В уголках моих глаз начали собираться слезы. Я нахмурилась и силой воли смогла удержать их.

В дверь постучали. Камень медленно отъехал в сторону, и в проеме появилась миниатюрная русалка с желтым переливчатым хвостом и насыщенными тепло-карими глазами. Милли всегда умела одеваться, а сегодня превзошла сама себя. Её нательник сверкал от перламутра, а нахвостник в тон развевался будто пушистая актиния. Свои короткие черные волосы она убрала жемчужным кокошником с лица и шеи, оголяя огромный ужасный шрам на горле. Кайтен при виде него вздрогнул и застыл. Я мгновенно кинулась к ней и обняла.

– Милли! Ты рано прибыла. Я очень рада тебя видеть. Как добралась? Пообедаешь с нами? – затараторила я.

Она мне широко улыбнулась, чуть отстранилась, подняла руку, к которой крепилась желтая ракушка, и открыла её. Вверх полетела стайка пузырьков, которые Милли ловким движением руки превратила в буквы.

«Приветствую его Величество Императора, Красного Рифа и Океанскую Жемчужину. Я добралась хорошо. Благодарю за беспокойство. Если не буду мешать вам, то с удовольствием, присоединюсь к обеду».

– Что за глупости? Ты никогда не сможешь нам не помешаешь, так что присаживайся, – ответил папа.

Милли поклонилась ему и осторожно присела на место рядом со мной. Кайтен напрягся ещё сильнее. Милли кинула на него печальный взгляд и прикусила губу.

– С каждой новой встречей ты всё ловчее составляешь пузырьки в слова. Это просто невероятно. Правда, Кайтен? – сказала я и посмотрела на брата, взгляд которого напомнил мне рыбу, попавшую в человеческую сеть.

Он повернул голову и посмотрел прямо на Милли. Глаза у него забегали, а кадык дернулся. Ему понадобилось непозволительно много времени, чтобы выдавить из себя простое:

– Да.

Милли в ответ на это смутилась, от чего её щеки засеребрились. Она благодарно кивнула ему и опустила глаза в пол. Кайтен откашлялся.

– У меня много дел перед коронацией, так что я уплыву первым, – быстро произнес он и сбежал.

Милли резко вскинула голову и проводила его растерянным взглядом. Папа тяжело вздохнул. Морскому ежу было понятно, что эти двое всё ещё испытывали друг к другу нежные чувства, но никто из них не решался сделать взмах хвостом навстречу другому. Несколько лун назад я спросила у Милли, почему она не попытается перевести их отношения с Кайтеном на новый уровень. Она в ответ мне грустно улыбнулась и собрала из пузырьков фразу:

– «Мне никогда не забыть его взгляда полного разочарования и презрения, который увидела в тот роковой день. Я принесла вашей семье слишком много боли и поэтому теперь не имею права претендовать на его любовь».

Действительно ли Кайтен винил и её в смерти мамы я не знала. Порой поступки брата не поддавались моему понимаю, а по душам мы не разговаривали уже очень давно. Зачем сближаться с тем, кто намеренно тебя отталкивает?

Я взяла Милли за руку и сжала. Она наигранно радостно улыбнулась, но это меня не обмануло. Я видела, как в её глазах плещется боль. Родители Милли очень радовались, когда мой брат начал проявлять к ней симпатию и теперь меньше, чем на Императора в зятья не соглашались. Милли никогда об этом мне не говорила, но я знала, что они давят на неё. В такой ситуации просто невозможно быть счастливой.

– «Не переживай обо мне. Я сильная», – написала Милли у меня перед лицом.

Выдала ей кислую улыбку. Тарелка у меня успела опустеть только на половину, но аппетит вдруг опять пропал. Я окончательно убедилась в том, что меня ждут два самых сложных дня в моей жизни.

Глава 7

Риэ

После обеда мы с Милли немного прогулялись по нежно-розовому коралловому лабиринту при замке, гроту, светящемуся всеми цветами от красного до пурпурного из-за особых камней и саду с природными каменными арфами, которые всегда пели по-разному в зависимости от направления течений. Она рассказала о делах в Южном море, я поделилась новостями из столицы о новой моде. Наше веселье прервали служанки, которые забрали меня переодеться к ужину. Так как он планировался более формальным, мена одели в красноватый нательник и нахвостник, натерли до блеска маленькие ракушки-украшения в волосах, а на плечах закрепили желтую накидку. Это заняло меньше времени, чем утренняя подготовка, но вымотало гораздо сильнее.

Как только они закончили, за мной зашел наш седеющий советник Тайсон. Его когда-то яркая фиолетовая чешуя на хвосте уже побледнела, волосы стали жидкими, на лице появились морщины, но карие глаза оставались по-прежнему ясными. Он начал служить императорской семье ещё со времен правления дедушки, а потом быстро дослужился до правой руки моего отца. Когда предыдущий правитель умер от старости, папа был младше меня. Свою мать он не помнил, так как она скончалась при родах. Братьев и сестер у него тоже не было, поэтому Тайсон стал ему не только советником, но и близким другом. Можно сказать практически вторым отцом.

– Здравствуйте, Жемчужина. Вы превосходно выглядите, – с улыбкой сказал он. – Ох, как же быстро течет время. Я вас помню совсем маленькой русалочкой, а теперь вы уже совсем взрослая. Так похожи на Марианну.

– Благодарю, советник, – вежливо отозвалась я, проглотив комок в горле.

С мамой меня сравнивали редко. Императорская кровь доминировала над всеми остальными, поэтому и внешность у меня была соответствующая – слишком бледная и почти бесцветная. Мама же славилась своей яркостью. У неё был яркий оранжевый хвост с желтым узором, рыжие волосы и огромные синие глаза.

– Вы, верно, думаете, что я вам льщу, но это не так. Вы действительно похожи на бывшую Императрицу. От одного её присутствия у меня всегда улучшалось настроение. Вы производите такое же впечатление, – произнес Тайсон.

Внутри меня разлилось тепло, а напряжение немного спало. Он всегда знал, что и когда нужно сказать каждому из моей семьи, чтобы поднять настроение и боевой дух.

– Спасибо, – более искренне ответила я.

Он широко улыбнулся и подставил мне локоть. С уважением приняла его.

– Я только что пришел из покоев Красного Рифа. Он очень переживает из-за коронации…

– Так скажите ему, что не стоит метаться, как лосось при нересте, – грубо высказалась я.

– Жемчужина! Где вы таких выражений понабрались? – строго спросил Тайсон.

Под его взглядом мне вдруг стало не по себе.

– Простите. Я хотела сказать, что он излишне эмоционально реагирует на завтрашнее событие. Коронация – это важно, но она по большому счету ничего не изменит. Отец будет помогать и подсказывать брату, как раньше, – ответила я.

Тайсон тяжело вздохнул.

– Я завел этот разговор не для того, чтобы услышать очевидное. Кайтену понадобиться ваша помощь и поддержка.

– Понимаю к чему вы клоните. Я уже говорила, что не собираюсь создавать старшему братцу проблемы. Завтра он станет Императором. Он слишком долго и упорно ради этого работал, чтобы я могла наплевать на его чувства и что-то вытворить, – мрачно сказала я.

Взгляд у Тайсона вдруг стал печальным.

– Сомневаюсь, что вы действительно понимаете всю ситуацию. Красный Риф может казаться вам надменным и строгим, но он всего лишь юноша ненамного старше вас. Быть Императором сложно. Возможно, сейчас даже он ещё этого не осознал, но ему понадобиться поддержка и беззаветная любовь семьи. Пожалуйста, протяните ему руку, когда вам покажется, что ему необходима помощь. – Советник мягко улыбнулся.

Кайтен никогда не был похож на того, кому может понадобиться моя помощь. После смерти мамы он ни разу не попросил меня ни о чем подобном. Порой мне казалось, что мы живем как соседи.

Я выдавила из себя улыбку и кивнула Тайсону, чтобы хоть как-то дать ему понять – я его услышала. Советник отстранился, поклонился, попрощался и уплыл. Тайсон обычно не наседал с нотациями просто так и мне наверняка мне нужно было подумать о его словах больше пары взмахов хвоста, но я повернулась ко входу, заметила краснохвостую Кармен и напрочь обо всем забыла.

Сирена очарования была в своем репертуаре. Она зависла в середине комнаты в окружении стражников с затуманенными глазами. Два русала с зелеными хвостами разных оттенков по-глупому ей улыбались и смеялись с каждой её шутки. Во мне закипела злость. Для обычных обитателей Империи способности сирен голоса, очарования и исцеления, а также Императора были не видны невооружённым глазом. Я же сейчас совершенно точно наблюдала за тем, как Кармен использует свои силы, медленно губя здоровье двух стражников, чтобы расплатиться за способности.

– Во дворце запрещено использовать магию без разрешения Императора, – холодно заявила я вместо приветствия.

– Ох, Океанская Жемчужина. Извините, я вас не заметила. – Кармен поклонилась мне.

Я сложила руки на груди, не поверив в её спектакль ни на мгновение. Она не сводила с меня взора своих зеленых глаз с тех пор, как я вплыла в комнату.

– Вы не слышали, что я вам сейчас сказала? – грозно уточнила я.

Кармен выпрямилась без дозволения, поправила темно-каштановые волосы и поджала губы. В её взгляде мелькнула злость.

– Простите, я не всегда замечаю, когда мои способности вырываются из-под контроля. Сами знаете, как это работает, верно? – Она хищно улыбнулась и убрала свои почти невидимые ниточки от русалов.

Глаза стражников прояснились. Они растерянно посмотрели на Кармен, а потом на меня. Если это элитный отряд Рыб-мечей, то я тогда селедка!

– Возвращайтесь на посты, – отдала я приказ, вложив в него всё недовольство.

– Слушаемся, – в один голос ответили они и поспешили уплыть.

Кармен закатила зеленые глаза.

– Вы совершенно не умеете веселиться. Они всего-то пару приливов жизни потерять могли. Совсем незначительная плата, – сказала она.

– Значительная или нет решать не тебе, – процедила я.

– А кому? Неужели вам, наша проклятая, никчемная Жемчужина?

Между нами засквозил холод. Я отчаянно пыталась сдержаться и не устроить сцену. Кто-то дотронулся до моей руки, привлекая к себе внимание. Поворот головы позволил мне заметить рядом Милли. Она с таким негодованием смотрела на Кармен, что даже мне стало не по себе.

– Хочешь, чтобы я отстала? Ну так прикажи мне! Ох, прости, забыла, что ты не можешь говорить. Немая сирена голоса – что может быть смешнее? – Кармен фыркнула.

Моё терпение лопнуло. Я открыла рот для уничижительной тирады, но сказать ничего не успела. Милли резко развернула меня и потащила в другой угол комнаты.

– Я не могу позволить ей так с нами разговаривать, – злобно произнесла я.

Милли покачала головой и указала на мою диадему, намекая на статус.

– И что с того, что я Жемчужина? Мне теперь нельзя постоять за себя и друзей? – Я вырвалась и вернулась к Кармен.

– Пади ниц, – приказала я.

– Чего? – Она недоуменно на меня посмотрела.

– Оглохнуть успела? Немедленно пади ниц перед Океанской Жемчужиной! – рявкнула я.

Кармен затрясло от злости, но приказ она исполнила и медленно опустилась на хвост, скрыв лицо за своими темными волосами из-за низкого поклона. Краем глаза заметила, как в комнату вплыли маленькая сирена волн Мэй и худощавая страна рифов Зара, но я не обратила на них никакого внимания.

– Ты будешь находится в таком положении до тех пор, пока к нам не выплывет Красный Риф. Я всё достаточно понятно сказала?

– Да, Жемчужина, – кое-как выдавила она из себя и бросила на меня один короткий зеленых взгляд, от которого меня пробрало до костей.

Кармен всегда славилась своим вздорным характером, но она никогда не вступала со мной в открытую конфронтацию. Обычно всё ограничивалось сплетнями за спиной и насмешливыми взглядами. Сейчас же мало того, что она оскорбила меня, так ещё и продолжала наглеть. Неужели думала, что стала бессмертной?

– Предупреждаю тебя раз и навсегда. Если ты ещё хоть раз проявишь неуважение к члену Императорской семьи, то оставшуюся жизнь проведешь в ограничивающих способности наручах!

– Конечно, Жемчужина. Я всё поняла, – с улыбкой в голосе ответила она.

Мне стало совсем не по себе. Эта ситуация выходила из ряда вон. Я, конечно, ожидала каких-то неприятных выходок от Кармен, но не таких. Что-то шло не так, но никак не могла понять, что именно.

Милли вновь положила руку мне на плечо. Мрачное предчувствие схлынуло, не оставив после себя и следа. Я – Океанская Жемчужина. Что бы не задумала Кармен она всего лишь сирена очарования. Мы стоим на совершенно разных ступенях иерархии, и не стоит опускаться до её уровня. Я кинула на её сгорбленную фигуру ещё один взгляд и с уверенностью отвернулась. Если бы тогда знала, как всё обернется завтра, то убила бы её на месте, но время, увы, даже Ури не могла заставить течь в обратном направлении.

Глава 8

Риэ

– Что у вас здесь происходит? – спросил Кайтен, вплывая в комнату.

Брат обвел всех сирен хмурым взглядом. Кармен вздрогнула, Милли смущенно опустила глаза, малышка Мэй спряталась за Зарой, которая будто бы уменьшилась в размерах, хотя сама была довольно маленькой и худой, а я упрямо посмотрела прямо ему в глаза.

– Я обучала сирену очарования как стоит себя вести в присутствии Океанской Жемчужины, – без стеснения ответила я.

Кайтен поднял одну бровь и с холодом в голосе обратился к Кармен.

– Урок был усвоен?

– Да, Красный Риф, – покорно произнесла она.

– В таком случае поднимись, – приказал он.

Кармен выпрямилась и кинула на меня быстрый озлобленный взгляд. Я полностью её проигнорировала. Кайтен хоть и вел себя чаще всего как придурок, но, когда дело выходило за рамки семейных отношений, всегда внимательно выслушивал обе стороны и даже довольно часто вставал на мою. За эту непредвзятость его многие любили и ненавидели одновременно. Истинное качество Императора.

Кайтен выдержал очередную паузу для более драматичного эффекта.

– Рад вас всех видеть. Как вы знаете, завтра состоится моя коронация, на которой вам нужно будет принести мне клятву в верности. Если кто-то не желает этого делать, то это ваш единственный шанс мне об этом сообщить, – сурово сказал он.

– Ну да, а потом ты засадишь нас в пещеры до превращения в океанскую пену от старости, – чуть слышно произнесла Зара у меня за спиной.

Я резко обернулась, но она отвела синие глаза в сторону и сделала вид, что ничего не говорила. Нынешняя сирена рифов из клана голубых океанских Неонов славилась своей прямолинейностью, строгостью и замкнутостью. Обычно на таких вечерах она едва ли пару слов могла из себя выдавить, а сегодня рискнула дерзить? Да что с ними всеми происходит?

Кайтен, к счастью Зары, её не расслышал. Он сухо улыбнулся и кивнул.

– Отлично. Завтра я буду ждать от вас такого же подчинения. Сейчас же, приглашаю вас на приветственный ужин, – сказал он, и мы вплыли в церемонный зал.

Больше всего мне в нем нравился куполообразный прозрачный потолок, прямо над которым в вышине висела самая большая отражающая ракушка. Из-за этого практически постоянно в зал лился мягкий свет, подсвечивая перламутровую мебель и статуи предыдущих правителей у стен.

Я поймала восхищенные взгляды других сирен и приосанилась. Мы расселись за большим овальным стол, стоящий в центре зала, и слуги подали нам разнообразные водоросли и закуски из грибов и ракушек. Ужин прошел ровно, как и всегда. Все молча ковырялись палочками в тарелках, потом брат попрощался и под печальный взгляд Милли удалился. Кармен сразу выплыла следом, не удостоив меня взглядом, чем нарушила этикет. Я подавила острое желание вновь заставить её кланяться. Кайтен наверняка завтра скажет мне пару ласковых слов за увиденное сегодня представление. Лучше не усугублять.

– Желаю Океанской Жемчужине приятного вечера, – заученно произнесла Зара, склонила свою светлую голову с очень короткими волосами и, получив от меня отмашку, скрылась вслед за Кармен.

Малышка Мэй резко встала, чуть не опрокинув несколько тарелок. Она смущенно расставила их по местам и откашлялась.

– Желаю…

– Мэй, ты не в курсе почему Кармен и Зара так странно себя сегодня ведут? – прервала я.

– Как «так»? Они такие как обычно. Вот ни капельки не странные. Совсем-совсем, – быстро затараторила она.

Розовый хвост Мэй заметался из стороны в сторону, а взгляд карих глаз забегал. Она точно что-то знала, но мне об этом говорить не хотела. Кажется, житье с Зарой и Кармен в храме плохо на неё влияет. Надо будет поднять вопрос о их расселении после коронации.

– Ты в этом уверена? – надавила на неё я.

– Я-то? Да? Ну, то есть, конечно! Более, чем уверена. Они просто волнуются из-за завтрашней коронации. – Мэй начала нервно выгибать пальцы на руках.

Я прищурилась. Сирена волн в силу своего небольшого возраста, состоящего из ста пятидесяти лун, очень плохо умела врать. Я понимала, что если продолжу допрос, то точно смогу узнать, что те двое задумали, значит, отступать нельзя. Милли вдруг схватила меня за руку, привлекая к себе внимание. Её взгляд из печального превратился в совсем уж несчастный. Я растерянно моргнула, посмотрела на Мэй и неожиданно поняла, что русалочка выглядит не очень хорошо. Её щеки, которые она пыталась прикрыть длинными русыми волосами, украшали белые пятна, а на руках обнаружились глубокие царапины.

– Как часто ты используешь свои способности? – спросила я.

– Наверное чаще, чем нужно. Не могу ничего с собой поделать. Когда вода проходит сквозь пальцы, а течения меняют ход по моему хотению, я чувствую себя по-настоящему живой, – мрачно ответила Мэй.

Я вздохнула. Допрашивать обычного русаленка одно дело, а больного уже совсем другое. Что бы те двое не задумали это точно не стоит мучений Мэй.

– Плыви отдыхать. Увидимся завтра на коронации, – сказала я.

Мэй благодарно мне улыбнулась, попрощалась и быстро ретировалась. Милли доброжелательно улыбнулась, обняла меня за плечи, а потом тоже уплыла. Я вдруг почувствовала себя очень уставшей. Отчаянно захотелось лечь и проспать всю коронацию. Вот только Кайтен мне этого ни за что не простит.

Я встала и, избегая слуг и стражи, добралась до своих покоев. Кровать манила как никогда сильно. Я расплела волосы, сняла с себя накидку и украшения, а потом упала без сил на мягкую поверхность. В дверь как на зло постучали.

– Я не хочу никого видеть! – рявкнула я.

– Совсем уж никого? – уточнил папа, вплывая в комнату.

Я резко села. В последний раз отец заходил ко мне пятьдесят лун назад. Он обычно был слишком занят для визитов.

– Тебе я всегда рада, присаживайся. – Я неловко подвинулась, освобождая ему место.

Папа благодарно улыбнулся и сел. Какое-то время мы оба молчали. Он собирался с мыслями, а я пыталась угадать что привело его ко мне сегодня.

– Ариэлла, я вдруг понял, что мы давно не говорили с тобой по душам. Я даже не помню, когда в последний раз заплывал к тебе. Хороший же из меня отец, да? – печально произнес он.

– Ты отличный отец. Даже не сомневайся в этом. Просто у Императора обычно довольно много срочных дел и мало свободного времени, – уверенно и искренне заявила я.

Папа выдавил из себя улыбку и потрепал меня по голове.

– Ты так выросла, а я этого даже не заметил. Как смотришь на то, чтобы после коронации Кайтена уехать в отпуск на Южное море? Только ты, я и никаких обязанностей на весь прилив?

– Звучит отлично! – с энтузиазмом отозвалась я.

– Тогда договорились. – Его улыбка стала более искренней. – Честно говоря, я очень рад, наконец, сложить полномочия Императора. Кайтен прекрасно с ними справится, но за тебя я немного переживаю.

– Считаешь мы с братом можем так сильно рассориться, что он меня в итоге в ссылку сошлет? – насупившись уточнила я.

– Этого никогда не произойдет. Кайтен молод, горд и амбициозен, но он любит тебя и пытается по-своему защитить. Впрочем, если ты будешь чуть чаще уступать ему, то и ссоры между вами быстро прекратятся. Я бы хотел, чтобы вы жили в мире, – сказал папа.

Я недоверчиво закатила глаза.

«Старший брат меня любит? А то, как же…»

– Я постараюсь, но ничего не могу обещать, – ответила я.

– И на том спасибо. – Взгляд у папы вдруг стал задумчивым и глубоким. – Мама бы гордилась вами обоими, если бы была жива. Я тоже горжусь. Кайтен стал моей опорой, а ты светом и мотивацией жить дальше после её смерти. Спасибо за то, что не дала мне тогда утонуть в жалости к себе. Я был рад снова иметь силы вернуться к работе.

Сердце у меня сжалось. Я редко ощущала отеческую любовь, поэтому окончательно растерялась.

– Знаешь, я ведь тоже далеко не идеальная Океанская Жемчужина. У меня тоже очень много недостатков, – проворчала я, чтобы сказать хоть что-то.

Папа рассмеялся.

– Поверь, я знаю. Однако, ты прекрасна в своей не идеальности и если кто-то скажет тебе, что это не так, то не верь ему. Он нагло врет!

Щеки у меня засеребрились от смущения. Я прильнула к его широкой груди, чтобы спрятать лицо. Папа обнял меня и начал гладить по спине.

– А вот теперь я узнаю свою малышку Риэ. Может, спеть тебе колыбельную? В детстве ты очень их любила, – мягко произнес отец.

– Да, я хочу послушать твой голос, – промямлила я, поддавшись моменту.

Папа прижал меня к себе ближе и начал петь бархатистым и низким голосом, иногда нещадно фальшивя, но меня это не волновало. С тех пор как мамы, любящей петь, не стало, он всеми силами пытался заполнить пустоту в моей душе от её отсутствия. Все тревоги дня лопнули от светлого воспоминания о ней, как воздушный пузырь, оставив чувство опустошения.

Глава 9

Риэ

Голос отца стал выше и мелодичнее. Минорная грустная песня полилась из его уст неторопливыми каплями, наполняя меня апатией и бессилием. Конечности перестали слушаться. Я попыталась открыть глаза, но не смогла. На меня опустилась темнота. Она не была ни комфортной, ни спокойной, но я всё равно ощущала себя в безопасности. Кто-то подхватил голос отца и продолжил петь. Песня стала громче и пронзительнее. Поющий начал задыхаться и кашлять, однако петь не перестал. Меня охватило чувство тревоги и страха.

– Прекрати, – кое-как прошептала я, но голос стал громче.

Я уловила в нем нотки отчаяния, и у меня возникло ощущение, что от этой песни зависит жизнь и смерть поющего.

– Хватит, – более окрепшим голосом приказала я.

Поющий не слышал меня. Песня вошла в свою напряженную кульминацию. Всё моё тело содрогнулось от пронзившей меня душевной боли. По щекам покатились слезы. Я стала задыхаться.

– Мама! – выкрикнула я и резко открыла глаза.

Передо мной предстала моя собственная комната. Я, видимо, заснула на руках у отца, и он уложил меня спать. Давно же этот кошмар мне не снился. Обхватила себя руками в попытке унять дрожь, но ничего не получилось.

Я до сих пор не знала действительно ли эта песня принадлежала маме, но снилась она мне не в первый раз. Мама умерла в наводном мире, но из-за чего или кого конкретно никто не знал. Мне тоже мало что об этом было известно, но, как и сказал Кайтен, некоторые винили меня в её смерти. Я же не помнила ничего о событиях того прилива. Раньше я думала, что воспоминания рано или поздно вернуться, но этого так и не произошло.

– Почему же ты вышла в наводный мир? – тихо спросила я у темноты.

Мне, естественно, никто не ответил. Сон как рукой сняло. Я провалялась в кровати ровно до того момента, как клан Дельфинов не настроил отражатели и свет с поверхности не проник ко мне в комнату. Сразу после этого внутрь ворвалась стайка служанок, и снова началась мучительная подготовка моего внешнего вида, но теперь к коронации.

Вчера эти процедуры показались мне довольно неприятными, но сегодня они стали совсем уж невыносимыми. Я успела трижды проклясть своего братца пока мне собирали волосы в сложную прическу. В итоге из меня сделали кого-то совершенно не похожего на себя обычную. Из зеркальной ракушки в пол на меня смотрела идеальная дочь Императора – красивая, холодная и совершенно недосягаемая для обычный смертных.

Мой взгляд упал на сеточку на столике. Я крепко задумалась, но всё же вспомнила о своей последней покупке на торговой улице. Я потянулась к сеточке, взяла его в руки, расплела иголки и вытащила наружу изящное небольшое украшение из жемчуга в форме русалки, сидящей на камне. Такая простота мало подходила Океанской Жемчужине, чем привлекла меня больше дорогих украшений. Дождавшись, когда служанки отвлекутся, я быстро застегнула украшение на шее и спрятала его под переливающейся перламутром нателкой. Это небольшое бунтарство улучшило мне настроение и дало сил вытерпеть остаток подготовки. Немного подумав, я положила в карман каменное кольцо, меняющее внешность. Вряд ли оно мне сегодня понадобится на коронации, но ограничивать себя в желании сбежать с праздничного банкета я не собиралась.

Когда мне разрешили выплыть из покоев, на главной площади уже собралась приличная толпа зрителей. Коронация традиционно проводилась под взором всех желающих. Для многих она являлась единственной возможностью лично увидеть Императора. Это означало только одно – народу будет так много, что песчинке некуда будет упасть.

Русалки и русалы из ответственного и интеллектуального клана Дельфинов сновали туда – сюда, настраивая освещение, поправляя декорации и контролируя всё вокруг. Даже из замка я видела их встревоженные и взволнованные метания. Ох, Нептун, позволь мне сегодня так достойно выдержать это испытание, чтобы даже Кайтену не к чему было бы придраться.

Я тяжело вздохнула и посмотрела в сад. Он обычно пустовал в это время, но сейчас я заметила там того, кого совершенно не хотелось видеть. Кармен укрылась в тени рифа рядом с главой нашей стражи. На лицах обоих блистали ослепительные улыбки. Я поморщилась. Может, стоит разрушить их идиллию? У нас тут коронация на носу, а они не пойми чем занимаются.

– Приветствую единственную Океанскую Жемчужину. Вы выглядите превосходно, – вдруг раздался голос, заставивший меня обернуться.

Ниер смущенно улыбнулся, поняв, что испугал меня. Его украшения на убранных волосах, желтой нателке и сером нахвостнике ослепительно сверкнули на свету. Я заметила у него на груди знак принадлежности к королевскому дому Западного моря. Он обычно не одевался настолько официально, но сегодня стал походить на настоящего принца, коим и являлся.

– Приветствую принца Западного моря и благодарю его за комплимент, – заученно отозвалась я и протянула ему ладонь.

Он поклонился и поцеловал мою руку. У меня от этого мурашки по спине побежали. Данное представление требовал наш имперский этикет, но я его терпеть не могла.

– Позволите сопроводить вас на место коронации? – с мягкой улыбкой спросил он и подставил локоть.

– Будьте так любезны. – Я приняла его руку и позволила вывести себя из дворца на душную площадь.

Едва завидев нас, русалки и русалы расплылись в разные стороны и сгибались в поклоне. Я расправила плечи и подняла подбородок, стараясь выглядеть как можно грациознее, чувствуя при этом нервозность.

Мы проплыли к помосту, где уже почти собрались самые важные гости. Короли четырех морей с семьями поприветствовали меня легким поклоном. Милли дружелюбно помахала мне рукой, заметила Ниера и нахмурилась. По неведомой мне причине мой жених ей не нравился. Милли это объясняла тем, что ей почему-то не комфортно находится в его присутствии, но я подозревала, что она ревнует к нему Кайтена, ведь Ниер уже довольно давно стал единственным близким к нему русалом.

Краем глаза я заметила, как Зара попыталась слиться с ярко-красными кораллами, делая вид, что меня не заметила, а Мэй неловко улыбнулась. Мой взгляд упал на Урису. Нынешнюю сирену желаний не просто недолюбливали, а откровенно ненавидели. Я тешила себя надеждой, что сегодня совет над ней сжалится, но просчиталась. Руки моей подруги сковали ограничивающими наручами, а на голову ей надели черное проницаемое с одной стороны полотно, чтобы никто не видел её лица, но она при этом могла наблюдать за церемонией. Я неосознанно прикусила губу, подавляя желание подплыть к ней и поддержать хотя бы взглядом. Пусть я и считала её своей подругой и в любой другой день обязательно бы за неё заступилась, но сегодня всё внимание окружающих принадлежало Кайтену. Мне явно не стоило сейчас разводить скандал. Однако завтра я обязательно выскажу брату несколько «хороших» слов о его отношении к Ури.

Ниер помог мне сесть на подготовленное место и уместился рядом. Время потянулось непозволительно медленно. Трубачи готовились к приветствию брата и отца. Почти вся дворцовая стража окружила нас плотным кольцом, чтобы в случае чего обезопасить «Сердце океана». Я считала такую повышенную охрану излишней. «Сердце океана» отлично справлялось со своей защитой самостоятельно, убивая всех к нему прикоснувшихся кроме Императора, его наследника и сирен.

Народа стало так много, что клану Дельфинов пришлось установить ограничение на их подъем наверх, чтобы никто случайно свет не перегородил. Краем глаза я заметила Кармен. Она шустро заплыла на своё место и что-то шепнула на ухо Заре. Та в ответ серьезно кивнула.

Я раздраженно хмыкнула и устремила свой взгляд на помост. Заиграла музыка, разноцветное полотно отъехало, и всю площадь залил синий свет. Народ восхищенно ахнул. Я улыбнулась. «Сердце океана» из дворца выносили только в самых исключительных случаях, и оно всегда производило неизгладимое впечатление на всех вокруг.

По разные стороны от артефакта размером с голову расположились Император и Красный Риф в соответствующих одеяниях. Отца по обычаю одели в простую белую нателку без каких-либо украшений, а брата в красный, расписанный узорами из ракушек балахон. Отец легонько прикоснулся к «Сердцу океана», и от него распространилась волна, заставившая всех замолчать. Началась церемония. Я столько раз участвовала в её репетиции, что успела весь текст наизусть выучить.

– Дорогие жители Империи, я собрал вас сегодня здесь, чтобы засвидетельствовать передачу власти своему единственному сыну, Красному Рифу Кайтену. Я, следуя наши традициям, официально отрекаюсь от своих прав на престол, – громко и четко произнес отец.

«Сердце океана» погасло и приобрело глубокий синий матовый оттенок. Все затаили дыхание, а я прикрыла рот ладонью чтобы не зевнуть.

– Готовы ли вы присягнуть на верность новому правителю? – спросил отец.

Короли морей поднялись с мест и склонились в поклоне.

– Мы признаем власть нового Императора и клянемся жить на благо Империи и его жителей, – в один голос произнесли они.

– Я принимаю вашу клятву, – ответил Кайтен.

Короли сели на свои места. Настала очередь сирен. Мы поднялись с мест и глубоко поклонились.

– Мы признаем власть нового Императора и клянемся жить на благо Империи и его жителей, – повторила я ту же фразу в унисон с Милли и Ури, а потом резко выпрямилась.

«Почему голоса прозвучало только три?» – успела подумать я, как пространство вокруг резко затряслось.

Водяной поток так сильно сжал меня со всех сторон, что дышать стало трудно. Рядом вверх с невероятной скоростью разрослись кораллы. Я даже моргнуть не успела, как что-то пронеслось мимо и насквозь проткнуло Императора. Его серебристая кровь заполнила всё пространство жутким ореолом. Время будто остановилось на несколько долгих мгновений.

– Папа! Нет! – крикнула я и рванула к нему, сопротивляясь силе водяного потока.

В дикой панике, я попыталась отодрать кораллы от него руками, но только содрала кожу на пальцах. Больно, впрочем, сейчас не было. Все мои чувства и эмоции сожрал дикий страх.

– Помогите. Пожалуйста, кто-нибудь, – в отчаянии произнесла я, но никто не обратил на меня внимания.

Все зачарованно смотрели на Кармен, которая с широкой и кровожадной улыбкой выплыла вперед, обеими руками ухватилась за «Сердце океана» и произнесла самую страшную фразу, которую мне когда-либо доводилось слышать:

– Мы не принимаем власть нового Императора. Пора менять устои, поэтому склонитесь перед вашей новой Императрицей.

Глава 10

Риэ

Поняв, что никто мне не поможет, я вспомнила, что есть ещё один способ спасти отца и попыталась использовать свои способности к исцелению, но магия не отозвалась. Руки у меня затряслись, а к горлу подступила тошнота. На периферии заметила какую-то возню. Кайтен и Милли пытались добраться до меня. Время утекало сквозь пальцы.

«Соберись!» – приказала я самой себе, и поймала пустой, но всё ещё осознанный взгляд отца.

Понимание пришло мгновенно. Папа, собрав все свои последние силы, защитил себя от способностей сирен. Он защитил себя от меня. Специально заблокировал мою магию, не позволив обменять свою жизнь на его. Внутри меня всё сжалось. Захотелось закричать, но не смогла выдавить из себя ни звука. Папа слабо улыбнулся, его взгляд померк, руки опустились, прибивая песок, который густым облаком поднялся вверх, покрывая его тело и погребая под собой замерзший плавник когда-то мощного хвоста. Всё внутри меня застыло, сердце оборвалось, и я закричала настолько громко, насколько смогла. Папа умер, не дав мне ни единого шанса спасти его.

На помост выплыло несколько стражников, которые сразу замерли, очарованные её способностью. Во всяком случае мне так сначала показалось, но спустя мгновение я поняла, что они поднялись защитить Кармен. Стражники нас предали. Зрители устроили хаос. Они попытались покинуть место коронации как можно быстрее, но их остановил внезапно погасший свет.

– Защищайте мою сестру! – раздался из тьмы голос Кайтена.

Я понимала, что мне тоже следует уплыть отсюда, но не могла сдвинуться с места. В голове не осталось ни единой мысли, а перед глазами стояло проткнутое красным кораллом тело отца. Руки у меня тряслись, дыхания не хватало, а по щекам начали катиться слезы.

– Это не правда. Этого не может случится наяву. Я сплю, – прошептала я самой себе.

Рядом послышались удары копий и мечей. Кто-то с кем-то боролся, но я не видела ничего. Страх заполнил меня до краев, и я никак не могла совладать с ним. Чей-то крик заставил меня вздрогнуть и попятиться. Ниер схватил меня за руку и прижал к себе. Я не стала сопротивляться. «Сердце океана» вдруг снова засияло, выхватив из темноты выражение лица моего жениха. Он улыбался с холодными как лед глазами. Кармен полностью взяла его под контроль своей способностью.

Его руки сомкнулись на моем горле и начали медленно сжимать его. Улыбка Ниера стала хищной. Неужели я сегодня тоже умру? Что-то резко ударило моего жениха в бок, из-за чего он отпустил меня.

– Ты чего застыла, как статуя? – рявкнула Ури, которая и оттащила от меня Ниера одним из своих длинных щупалец.

– Я… – голос у меня неожиданно пропал.

Поток воды раскидал нас с Ури в разные стороны. Мой взгляд выловил из толпы Кайтена. Брата окружили стражники из элитного отряда Рыб-мечей главе с Кармен, Зарой и Мэй. Я вдруг осознала, что это настоящее предательство. Даже больше – государственный переворот.

– Прекрати убивать мой народ и я сдамся, – четко выговорил Кайтен.

– Как благородно, – с насмешкой ответила Кармен, блеснув зелеными глазами. – Меня, впрочем, это устраивает. Наденьте на него наручи.

Двое стражников выплыли вперед, но перед ними возникла Милли, раскинув руки в стороны.

– Ох, Нептун. Угомонись ты уже. Сирена без голоса нам уж точно не может ничем помешать, – с безразличием отозвалась Кармен.

Милли послала ей упрямый взгляд.

– Не хочешь сотрудничать по-хорошему, значит, будет по-плохому. Посадите её в пещеру вместе с ним, – приказала Кармен.

Несколько стражников скрутили Милли и Кайтена.

– Осталось разобраться только с самой надоедливой и проблематичной рыбой. – Кармен обернулась и встретилась со мной взглядом.

На её лице появилась кровожадная улыбка. Кайтен дернулся вперед и выкрикнул:

– Мы договорились, что ты не станешь трогать других, если я сдамся!

– Других трогать не стану, но с твоей сестрой у меня личные счеты.

Брат ещё раз попытался вырваться, но не смог. Кармен подплыла ко мне ближе и радостно рассмеялась.

– Не хочешь поприветствовать меня как полагается, Ариэлла? – с насмешкой обратилась она ко мне.

Внутри меня что-то щелкнуло, внутри всколыхнулся гнев и голова, наконец, вернула способность соображать. Я холодно и отстраненно осмотрелась. Ури уже схватили, да и в наручах она мне помочь никак не смогла бы. От Кайтена, Милли и Ниера тоже никакой помощи уже точно не будет. Жених совсем не понимал, где он находится, а брата и сирену голоса держало несколько стражников с вполне осознанными лицами. Рядом с ними я заметила несколько русалок из клана Дельфинов. Значит, заговор готовился давно. Меня же до сих пор никто не схватил лишь по одной причине – они явно считали, что я не представляю для них угрозы. Я прикусила губу, осознав, что они правы. Способности сирены исцеления не подходили для боя.

– Не горю таким желанием, Кармен, – с вызовом ответила я.

Улыбка пропала с её лица.

– Ты хоть понимаешь в какой ситуации находишься? Твой отец мертв, брат схвачен, а ближайшие слуги предали всю твою семью! – рявкнула она.

– Поэтому ты предлагаешь мне унижаться в последние мгновения своей жизни? Уволь! Лучше побыстрее попроси Зару проткнуть меня кораллом и покончим с этим, – уверенно отозвалась я.

Кармен так сильно сомкнула челюсть, что у неё даже зубы заскрипели.

– Нет уж, ты не умрешь так просто. Такой, как ты, не понять, как нам жилось всё это время в этой проклятой Империи. Не понять тебе и того, какого это, когда тебя ненавидят и презирают даже самые близкие. Зато ты сможешь прочувствовать всё это на своей чешуе, увидев смерть своей семьи и разрушение любимой Империи своими глазами. Я загоню тебя в угол, как одну из безмозглых рыбешек, а потом порву твое тело и душу на мелкие кусочки, доставляя невыносимые страдания, но сейчас просто дам тебе уйти, чтобы охота стала интереснее. Плыви, Ариэлла, настолько далеко и быстро, как только сможешь, но помни – я найду тебя везде. – От выражения лица Кармен у меня всё внутри заледенело.

Что бы она не задумала мне это не грозило ничем хорошим. Я судорожно сглотнула и кинула последний взгляд на несчастного брата. Почему коронация превратилась в этот кошмар?

Кармен неожиданно схватила меня за подбородок и заставила посмотреть прямо в её насмешливые зеленые глаза.

– Я недостаточно ясно выразилась, или ты всё же решила мне подчиниться? Во втором случае я, возможно, не убью тебя сразу.

Я вырвалась из хватки, развернулась и поплыла прочь под звук её ледяного смеха. Мой мир рухнул, словно песчаный замок. Кармен точно не станет сохранять жизнь Кайтену слишком долго. Милли и Ури тоже теперь в заложниках. У меня нет ни опыта обращения с оружием, ни воинов, к которым могла бы обратиться за помощью. Я никогда не занималась политикой, чтобы не вносить смуты в престолонаследие, а теперь осталась ни с чем. И папа…

Я смахнула слезы с щек. Сейчас совершенно нет времени думать об отце. Ему уже не помочь. Для начала стоит послушаться совета Кармен и уплыть отсюда как можно дальше.

Вода сомкнулась вокруг меня плотной стеной. Она теснила грудь и мешала дышать. За хвостом оставалась моя Родина, дворец, с историей предков, плененные брат и подруги. Впереди же простиралась неизвестность.

Я потеряла свой дом, лишилась защиты и оказалась совсем одна среди врагов, но знала, что должна сохранить достоинство. Ну и пусть каждый вдох отдается болью, впиваясь острыми копьями в тело. Я выдержу.

Ситуация вызывала во мне лишь приступ беспомощности и ужаса. Всё дорогое сердцу исчезло, разрушенное злыми умыслами Кармен.

Почему вообще так случилось?

Неожиданный приступ злости заставил меня остановиться на торговой улице и отчаянно крикнуть в пустоту:

– Ты и твои сообщники заплатят за это!

Ответом мне стало только эхо, повторяющее мои слова. Сердце глухо застучало, призывая плыть дальше, чему я повиновалась.

Покинув площадь, я выплыла за пределы столицы и поражено замерла. Свет клана Дельфинов играл в Аква-Есмарии не только функцию комфорта, но и защиты, о чем я совершенно успела забыть. Он и щит Императора не пускал к жителям Империи наиболее опасных представителей океанской фауны. Сейчас же, когда свет потух, а все воды окунулись в чернила мрака, передо мной нарисовалась огромная стая клыкастых барракуд. Что ещё хуже они успели заметить меня и окружить, раньше, чем я обратила на них своё внимание. Теперь, если совершу хоть одно резкое движение, они порвут меня на части без участия и разрешения Кармен. Я вздрогнула, осознав, что она наверняка продумала это, выслав меня прочь. Значит, сирена очарования была уверена, что эти опасные рыбы не смогут убить меня. Уплыть от них я возможно смогу, но точно не целости и сохранности. Холод пробежал по спине, заставив содрогнуться.

Стая тем временем подплыла ещё ближе. Я представила, как их зубы впиваются в мою плоть, и неосознанно попятилась.

Может, просто сдаться и будь, что будет? Всё равно я не способна вытащить брата из рук Кармен. Она уже завладела «Сердцем океана», значит, всё кончено. Пространство порвал женский крик ужаса. Я не знала, кто попал в беду, но этот голос привел меня в чувства.

Моя душа разрывалась между горячей ненавистью и ледяной пустотой одиночества. Сердце стонало от утраты любимого отца, момент смерти которого навсегда запечатлелся в памяти. Эти раны никогда не заживут до конца, но сдаваться ещё рано. Я не имею права умереть до тех пор, пока мои близкие находятся в опасности. Мне нужно выжить во что бы то ни стало.

Глава 11

Риэ

– Риэ! – раздался где-то с боку крик.

Я даже повернуться в сторону говорящего не успела, как на барракуд обрушился мощный удар водяной плети. Рыбы отклонились в сторону и с интересом уставились на приближающемся к ним Фэша верхом на Даре.

Для убедительности друг с грозным выражением лица заставил конька встать на дыбы и вновь удалил плетью в стаю рыб. Барракуды оскалились. Фэш ответил им тем же. Заметив его острые клыки Акульего клана, рыбы на миг растерялись, а потом неохотно начали расплываться.

Я нервно сглотнула от облегчения и выдавила из себя улыбку.

– Ты вовремя, – произнесла я не послушным языком.

– Что произошло на площади? Почему света больше нет? С чего вдруг течения с ума сошли? – засыпал он меня вопросами.

Я дернула плечами, ловко забралась на Дара спереди Фэша и ухватилась за уздечку.

– Некогда объяснять. Нам надо покинуть столицу как можно быстрее, так что держись крепче, – скомандовала я.

Фэш послушно ухватился за мою талию. Дар сорвался с места и понесся мимо рифов и кораллов вперед. О месте назначения я старалась не думать. Плыть мне в любом случае некуда. Кармен с помощью вездесущей сирены волн найдет меня везде.

Свернув в разлом между скал, Дар резко затормозил, чуть не выкинув нас вперед. Мне чудом удалось удержать нас на его спине. Мощный поток воды проносился вперед с немыслимой скоростью, вмиг растрепав мне волосы. Лицо обожгло холодом. Я с удивлением уставилась на неизвестное мне извилистое течение.

– Что это? – перекрикивая шум воды, спросила я.

– Я же сказал, что течения с ума сошли. Они всю столицу с разных сторон окружили! – ответил Фэш.

Я нервно нахмурилась. Если такое происходит везде, то не имеет значения с какой стороны выплывать за пределы столицы. Вариант остался один.

– Мы же не…

Дослушивать Фэша я не стала. Натянув уздечку, ударила Дара хвостом по боку. Он снова встал на дыбы, а потом резко ворвался в поток. Нас сразу чуть не вышвырнуло обратно, но у меня получилось выровнять движение. За свою жизнь я успела поучаствовать во множестве скачек в течениях, но такое неестественное видела впервые. Поток воды петлял и извивался, словно змея. Скорость нарастала с каждым взмахом хвоста. Я хмыкнула. Так вот что в тайне создала Мэй, расплатившись своим здоровьем. Полная дикость.

Фэш сзади ухватился за меня мертвой хваткой и только это позволяло ему не вылететь из потока в скалу. Я осознала, что если не впишусь хотя бы в один поворот, то мы оба умрем. Напряжение достигло своего пика, и я не сразу заметила резкий спуск. Мы преодолели его впритык к скале. Что-то острое чиркнуло по моей щеке. Боли даже не почувствовала. Впереди показался поворот на изгиб локтя.

– Риэ, мы не сможем проплыть. Нас раздавит! – в ужасе крикнул Фэш.

– Пригнись и обхвати руками Дара! – приказала я и прильнула к шее конька.

Друг сзади выругался, но послушался. Его руки переместились с моей талии на тело скакуна. Я сползла на бок Дара и стала ждать. Скала приближалась с немыслимой скоростью. Осталась всего пара взмахов хвоста. Дара занесло. Он так сильно накренился, что я чуть с него не слетела. Фэш вовремя успел схватить меня за ладонь. Скала оказалась в пределах досягаемости. Я резко выпрямилась и ударила в неё хвостом, ободрав чешую, но вновь скорректировав движение конька. Мы получили ускорение, пролетели по прямой, и кувырком вывалились на плантацию белых морских грибов.

– Мы живы? – ощупывая себя спросил Фэш.

– Типа того, – с таким же недоверием отозвалась я и попыталась встать.

Хвост и щеку пронзило от боли из-за чего я зашипела. Ну и поездочка выдалась.

– Где мы? – уточнила я.

Фэш поднялся чуть повыше и осмотрелся.

– Скорее всего на западных плантациях. Отсюда до ближайшего поселения плыть чуть ли не весь отлив, а обратно в столицу из-за течения уже никак вернуться не получится, – известил он.

– Отлично. Нам надо где-нибудь укрыться и что-нибудь поесть, а потом я всё тебе объясню. Займешься этим? – Я с усталостью посмотрела на Фэша.

– Сейчас всё будет, – ответил он и исчез в зарослях.

Я подтянула хвост поближе и оценила масштаб нанесенного ему ущерба. Оторвалось всего несколько чешуек. Ничего критичного, но болело ужасно. Дар ткнулся мне мордой в плечо, привлекая к себе внимание.

– Ты молодец. Спасибо, – похвалила его я, погладив по морде.

Он в ответ фыркнул. На его боку я заметила сеточку, который чудом не оторвался от седла в потоке. С трудом поднявшись, открыла его и заглянула внутрь. Фэш явно собирал вещи впопыхах, но я заметила внутри немного целебного порошка и чуть не расплакалась от благодарности. Вытащила вещи, обработала раны на хвосте и щеке, а потом вспомнила про кольцо. Оно, к счастью, осталось лежать в кармашке, не повторив судьбу потерянного в потоке кулона. С облегчением натянула его на палец, изменив свой внешний вид. Это вряд ли надолго укроет меня от Кармен, но хотя бы даст немного времени на размышления.

– Я нашел пещеру недалеко и собрал грибов, – сказал Фэш, выныривая из зарослей.

– Отлично. Поплыли туда.

Фэш нахмурился и серьезно на меня посмотрел.

– Что всё -таки произошло на коронации? – спросил он.

Перед глазами у меня вдруг запрыгали картинки. Толпа. Кайтен в красных одеяниях. Проткнутый кораллом отец. Улыбающаяся Кармен.

Кто ещё, кроме Рыб-мечей и Дельфинов предал Императорскую семью? Что я буду делать, если это всё общее решение всей Аква-Есмарии? Усилием воли загнала панику назад. Невозможно, чтобы нас предали все. Храм точно должен остаться на стороне Кайтена, но мне, сирене, он вряд ли сейчас поможет. К кому ещё можно обратиться за помощью, чтобы освободить брата? Мысленно перебрала все варианты и поняла, что довериться некому. Мэй с помощью волн всегда может точно определить моё местоположение, а сила «Сердца океана» чересчур велика. Никто не станет рисковать. Вход в столицу теперь заказан. Придется разбираться со спасением самостоятельно.

– Дай мне сесть, и я всё тебе расскажу. За одно решим, что будем делать дальше, – ответила я, стараясь игнорировать навязчивые мысли, которые настойчиво говорили о нашей полной бесполезности и беспомощности.

Поужинав, я кратко и сухо пересказала Фэшу всё, что видела собственными глазами. Он молча меня выслушал, а потом посмотрел с таким сочувствием, что мне стало не по себе. Я не привыкла к тому, чтобы меня жалели. До меня, честно сказать, даже не до конца доходила критичность моего теперешнего положения. Всё будто происходило не со мной. Если бы не те яркие воспоминания, то решила бы, что всё это лишь очередной дурацкий сон, превратившийся в кошмар.

После этого я отвернулась к скале и замолчала. Фэш ничего больше у меня не спросил. Он тихо посидел рядом, затем свернулся калачиком и уснул. Моё тело тоже требовало отдыха, но голова не хотела переставать прокручивать воспоминания. Сегодняшний день повторялся в сознании снова и снова, медленно сводя меня с ума. По щекам у меня начали скатываться слезы. Моего любимого отца больше нет в живых. Только вчера мы с ним болтали у меня в комнате, а теперь я больше никогда его не увижу. Он не улыбнется мне, не отругает и не похвалит. О судьбе Кайтена я совсем ничего не знала. Возможно брат тоже уже… Нет. Так просто она его не убьет. Скорее будет мучить до смерти, чтобы отыграться за «несчастное» прошлое. Что же мне теперь делать? Как спасти хотя бы себя? Ответ никак не желал приходить в голову.

Усталость в итоге взяла своё, и я провалилась в беспокойный сон. Мне снилось детство. Кайтен, папа и мама смеялись сидя за столом, но меня рядом не замечали. Я попыталась докричаться до них. Безуспешно. Мне стало обидно, больно и невыносимо одиноко. Я спрятала лицо в ладонях и расплакалась.

– Всё будет хорошо, Жемчужинка. Ты сильная, поэтому справишься. Мама будет рядом с тобой, – услышала я тихий голос и резко подняла голову.

Мама такая, какой я помнила её, гладила меня по голове и устало улыбалась.

– Я хочу домой. К папе и брату, – произнесла я, обняв её.

– Потерпи немного. Скоро мы обе будем дома, – ответила она.

Я расплакалась ещё сильнее. Мама прижала меня к себе.

– Жемчужинка, не плачь. Я обещаю, скоро это всё закончится, – сказала она.

Я оторвалась от её груди, посмотрела в её ярко-синие глаза и с надеждой спросила:

– Правда?

Мама вдруг смутилась. Её улыбка дрогнула. Она схватилась за осколок «Сердца океана», который всегда носила на шее, и ответила:

– Да.

Я резко села на полу в пещере и стерла остатки слез с ресниц. Почему я раньше об этом не подумала?

– Фэш? Вставай! – выкрикнула я, заставив его подскочить.

– Что случилось? Нас преследуют? – спросил он, хватаясь за коралловую рукоять водяной плети.

– Нет. Во всяком случае пока, – отозвалась я. – Я нашла способ спасти Кайтена от Кармен.

Он с недоверием посмотрел на меня и уточнил:

– Какой способ?

– Мне нужно «Сердца океана», – ответила я.

– Насколько я понял из твоего вчерашнего рассказа, оно осталось в столице под контролем Кармен. Идти туда сейчас – самоубийство, – осторожно заметил он.

– В столице находится основная часть артефакта, но не вся. – Я широко улыбнулась.

– О нет, только не говори мне, что…

– Да. Я отправлюсь на сушу за осколком мамы, который там остался после её смерти.

Глава 12

Риэ

– Это плохая идея. Просто отвратительная. Ты хоть понимаешь, насколько это опасно? – Фэш посмотрел на меня так напряженно, что я вздохнула.

– У тебя есть другой план? – с нажимом спросила я.

– Нет, но…

– Никаких «но». Я не могу позволить Кайтену умереть. Кармен ни за что не додумается искать меня на суше. Это мой единственный шанс хоть что-то изменить, – непреклонно отозвалась я.

Фэш закатил глаза и прикусил губу. Весь его вид говорил о том, что он против моей идеи, но спорить с моими каменными аргументами не стал.

– Хорошо, но я пойду с тобой, – выдал он, после долгих раздумий.

Теперь настала моя очередь нахмурится.

– Я, конечно, рада твоему рвению, да и любая помощь мне не помешает, но, как ты и сказал, там очень опасно. Ты уверен, что хочешь пойти со мной? – медленно произнесла я.

– Без твоей помощи меня бы уже давно в живых не было. Я обязан помочь тебе чем смогу раз уж ты уже всё решила, – сказал он, растопив моё сердце.

Я подплыла к нему ближе и обняла.

– Как же мне повезло иметь такого друга, – искренне произнесла я.

Фэш смутился и резко отстранился.

– Тоже мне большое дело. Поплыли, пока нас не нашли, иначе опять в неприятности вляпаемся, – проворчал он.

Улыбнулась ему, выплыла из пещеры и оседлала Дара. Путь нам предстоял неблизкий. Всё, что мне было известно о смерти матери – она умерла в наводном мире где-то у пересечения Западного и Северного моря. Не самая точная информация. Дело осложнял тот факт, что передвигаться нам пришлось почти в кромешной темноте. Клан Дельфинов не стал вновь настраивать отражатели, а «Сердце океана» перестало ограничивать передвижение опасных обитателей Империи. Таким образом мы чуть не заплыли в стаю медуз, а потом чудом избежали водоворота. С океаном творилось что-то очень плохое. Видимо Кармен никак не могла взять под контроль артефакт, что меня не удивляло. Кайтен учился управлять им у отца почти с рождения и даже у него не всегда всё с первого раза получалось. Пусть сирена очарования и стала «Императрицей», но полные способности «Сердца океана» она никогда не получит, так как не является прямым наследником Императора. Её глупые действия грозили огромной катастрофой для всех русалок.

Пока я раздумывала над всем этим, мы плыли без привалов и даже умудрялись есть на ходу. Толща воды постепенно начала уменьшаться, и свет дошел до наших уставших от темноты глаз. Когда до берега осталось совсем немного, мы спешились и отпустили Дара.

Сердце у меня зашлось в бешеном припадке от страха и предвкушения. Над головой виднелись светящиеся блики, как от золотистых водорослей, из которых делали нателки. Впереди была ужасающая поверхность и люди, питающиеся рыбой и постоянно убивающие себе подобных. Я нервно обхватила себя руками.

– Ещё не поздно повернуть назад, – тихо произнес Фэш.

Я нахмурилась, а потом гордо вздернула подбородок.

– У меня нет других вариантов, но если ты хочешь уплыть…

Слова замерли в горле. Я вдруг поняла, что отчаянно нуждаюсь сейчас хоть в ком-то, кто будет на моей стороне.

– Я не уплыву. – Фэш ударил себя дрожащим кулаком в грудь.

Улыбнулась ему и заставила себя поплыть вперед в то место, которое убило мою маму. В горле встал ком, а руки затряслись. Отец уж точно не просто так запретил кому-либо всплывать и показываться на глаза людям. Насколько же там всё будет ужасно?

Я закрыла глаза и вынырнула. Голове стало жарко, а лица в противовес коснулось что-то холодное. Осторожно открыла глаза и удивленно осмотрелась. Надомной распростерся ещё один голубой океан, в котором мимо яркой идеально круглой светящейся ракушки плыли какие-то очень большие и странные белые скаты.

Мне на макушку накатила волна, заставившая на секунду зажмурится и изменить наклон головы. Когда я снова открыла глаза, то увидела впереди скалу и сухой песок. Обернувшись, поймала испуганный взгляд Фэша и кивнула ему.

Мы осторожно поплыли дальше. Песка становилось всё больше, пока вода окончательно не закончилась. Я выбралась на горячий песок и задумалась. А что делать дальше? С хвостом плыть по песку не получится. Фэш вывалился рядом и с ожиданием посмотрел на меня. Как-то же мама попала на сушу, значит, и у меня получится. Я подобралась к воде поближе, опустила в неё руки и сосредоточилась, концентрируясь на своих способностях сирены, которые с готовностью откликнулись и разлились по всему моему телу.

Фэш сбоку ахнул от удивления, и я распахнула глаза. Наши хвосты вдруг разделились на две части и уменьшились в размерах, чешуя исчезла, волосы стали более жесткими, а цвет кожи стал темнее.

– Ты знала, что можешь сделать подобное с помощью силы сирены? – с изумлением спросил Фэш, трогая свои новые коричневые хвосты.

– Конечно, нет. Это как-то инстинктивно получилось, – пробормотала я и перевернулась на живот. – Нам надо плыть дальше.

Вот только как бы я не махала новыми бледными хвостами сдвинуться не получалось. Зачем тогда эти бесполезные бежевые кривые кораллы нужны, если никак плыть они не помогают?

– Я сомневаюсь, что ими так надо пользоваться, – смущенно произнес Фэш.

– Тогда, может, сам попробуешь? – спросила я, перестав трепыхаться.

Фэш серьезно задумался.

– Помнишь старые фрески о Нептуне из храма? Он там был на этих хвостах… – Фэш поджал их под себя и с усилием поднялся вертикально, – в таком положении?

Его хвосты затряслись, и он чуть не упал в песок.

– Уф, это тяжело. На меня будто что-то давит сверху, – пробормотал он.

Быстро повторила его действия, кое-как выпрямилась и четко осознала, о чем он говорит. Хвосты-кораллы совсем не хотели слушаться. Они тряслись и подгибались, а на плечи мне кто-то будто скалу положил. Голову же уже начало припекать от яркой ракушки сверху. Какое же отвратительное место – суша!

– С помощью этого действительно можно передвигаться? – с недоверием уточнила я.

– Сейчас попробую. – Фэш с усилием дернул одновременно двумя хвостами и грохнулся лицом в песок. – Может их переставлять надо?

– Думаешь один хвост выдержит такой вес? – Я хмуро уставилась на свои дрожащие тоненькие кораллы.

Фэш перевернулся, отряхнулся и пожал плечами. Я расставила руки в стороны, чуть пригнулась и выставила один из хвостов вперед. Меня зашатало, и я чуть не повторила судьбу друга, но всё же устояла. Передвижение другого хвоста вперед оказалось фатальным. Я упала рядом с Фэшем на песок.

– Ты, кажется, прав. Их действительно надо переставлять. Нам нужна практика, – пробормотала я, потирая ушибленный бок.

Друг кивнул, предпринял ещё одну попытку и снова оказался лицом в песке. Я разочарованно прикусила губу. Если так пойдет дальше, то мы не то, что найти осколок не сможем, а вообще с этого места не сдвинемся. Я отогнала от себя эти мрачные мысли и снова встала на свои новые хвосты. Мы обязаны справится с этим не только ради себя, но и того, что осталось от моей семьи.

Глава 13

Риэ

Яркий отражатель успел склониться к почему-то ставшей не прозрачной воде, окрасив второй океан над нами в желто-оранжевый, когда мы смогли научиться хоть немного передвигаться на этих странных хвостах. Сказать, что нам было трудно это сделать, означало ничего не сказать. Волосы высохли и слиплись в комок на голове, тело приобрело какой-то странный запах, нателка и нахвостник повисли не красивыми складками, а в животе уже давно урчало. Мы доели остатки грибов, что совсем не утолило голод, и двинулись вдоль скалы по горячему песку.

– Ай! – прошипел Фэш, упав на спину.

Я заметила рану у него на хвосте и тут же подошла ближе.

– На что ты наплыл? – в ужасе спросила я.

Он вытащил из песка тонкий коричневый предмет, похожий на тот, из которых люди делали корабли. Я выдохнула. К счастью, это был не кусок ядовитой для нас блестящей смерти.

– Я в порядке. – Фэш ободряюще мне улыбнулся. – Поплыли дальше?

Кивнула ему и помогла встать. Отражатель опустился ещё ниже, и стало заметно темнее. Холодное воздушное течение заставило меня поежится. Не длинные нательник и нахвостник совсем не грели, да и выглядели весьма непрезентабельно. Спереди замаячил огибающий скалу переход. Я почувствовала, что снова начинаю нервничать. Люди очень опасны. О них в нашем народе ходит множество сказок, мифов и легенд, и во всех них говорится, что люди – чудовища. Никто даже не мог толком сказать как именно они выглядят. Кто-то рисовал им зубы, больше и острее акульих. Другие, удушающие всех и вся на своем пути щупальца из спин. Третьи уверяли, что они ужасно ядовиты. В одном я была уверена точно: если хоть в чем-то ошибусь, то они убьют меня и Фэша без разбирательств. Хмыкнула себе под нос, отметив, что такая же участь меня теперь ждет даже дома. Фэш вдруг выскочил вперед и заставил меня остановиться.

– Давай сначала я посмотрю? – предложил он.

Оценивающе на него посмотрела. По нашим меркам Фэш всё ещё не вышел из детского возраста. Боялся он точно не меньше меня, о чем говорил его бегающий взгляд и напряженные плечи. Однако друг всё равно предложил мне нечто подобное. На меня нахлынуло чувство вины. Я медленно покачала головой.

– Я начала всё это. Поплывём вместе, – категорично заявила я.

Фэш насупился, но спорить не стал. Мы осторожно подплыли к повороту, выглянули из-за него и поражено замерли. Впереди нас ждал лес, но совершенно не такой, к которому мы привыкли. Водоросли в нем оказались куда выше, разветвление и жестче. Они колыхались от воздушного потока с тихим шелестом, будто переговариваясь между собой.

Я подплыла ближе, и мои хвосты коснулись маленьких зеленых водорослей на песке. Они мягко защекотали кожу, заставляя меня с опаской отшатнуться. К счастью, водоросли оказались не ядовитыми. Я присела и провела по ним рукой. Немного холодное, но мягкое ощущение мне понравилось. До моего носа донеся какой-то сладкий запах. Повернула голову и заметила водоросли с разнообразными цветными головками, в которых с опозданием узнала цветы, что иногда изображали в храмах Нептуна на фресках.

– Красиво, – неожиданно даже для самой себя сказала я, поддавшись атмосфере.

Фэш сложил руки на груди и хмуро осмотрел лес.

– Я бы сказал необычно, но у нас дома рифы всё равно красивее, – проворчал он.

Понимающе улыбнулась. Пусть и прошло всего ничего, но я уже очень скучала по дому – своей комнатке, глупым скачкам, недовольному брату, подругам и отцу. Жаль, что теперь уже ничего не станет прежним.

– Риэ! – резко выдернул меня из меланхолии Фэш, заставив вздрогнуть.

Я быстро встала и осмотрелась. Фэш помахал мне рукой, подзывая подплыть к нему на пригорок. Исполнила его просьбу и удивленно ахнула.

Снизу чуть за лесом показались светящиеся в наступившей темноте людские дома. Они перемигивались друг с другом огнями и выглядели невероятно сказочно. Фэш рядом напрягся, а я нервно сглотнула. Мы оба понятия не имели, что нас там ждет.

– Я предлагаю спуститься, когда люди снова поднимут отражатель на верхний океан. Так обзор будет лучше, —произнес он.

– Согласна. Давай поищем, где можно отдохнуть, – ответила я.

Друг кивнул, и мы разошлись по разным сторонам. Я нашла большие твердые водоросли, которые планировала использовать в качестве подстилки, а Фэш безопасную поляну. Мы разложились и сразу легли спать. Сон, правда, никак не хотел приходить. Меня окружили новые незнакомые звуки и запахи. Кожа ощущалась неестественно сухой и шершавой, ровно, как и камни, которых невольно касалась руками. Почему здесь настолько сильно всё отличалось от дома?

Океан над головой стал почти совсем черным, но я смогла разглядеть в нем небольших светящихся рыбок. Их мерное и медленное плавание немного успокоило меня и избавило от навязчивых мыслей. Я и заметить не успела, как уснула. Появление в океане над головой отражателя мы благополучно проспали.

– Риэ, там кто-то есть. Вставай! – услышала я взволнованный голос Фэша, распахнула глаза и резко села.

На меня сразу обрушился поток звуков. Вновь шумели от воздушного потока большие водоросли, что-то где-то пищало, а ещё кто-то с кем-то разговаривал совсем недалеко от нас. Внутри у меня всё заледенело.

– Уплываем, – напряженно ответила я, поднялась на хвосты, но больше ничего сделать не успела.

На поляну вышло два огромных существа с мордами, отдаленно напомнившими мне наших коньков. Фэш выскочил вперед и попытался заслонить меня собой, но эта идея изначально оказалась провальной из-за его небольшого роста двое людей мужского пола, сидящих на спинах существ, натянули поводья, остановили скакунов и хмуро на нас уставились. Руки у меня затряслись от дикого необузданного страха. Я сжала их в кулаки, чтобы не показать страха и, к своему удивлению, отметила, что внешне мы с этими людьми различались сейчас мало. Никаких острых зубов или щупалец они не имели.

– Кто вы и что здесь забыли? – спросил первый из них с черными волосами.

Удивленно распахнула глаза, осознав, что прекрасно понимаю его речь. Отлично – минус одна проблема к адаптации. Но что ему ответить? Переглянулась с таким же ошарашенным Фэшем и закусила губу.

– Немедленно ответьте, иначе я буду вынужден применить силу. – Тот человек не выдержал нашего молчания и прищурил свои холодные серые глаза.

Я заметила у них на поясах длинные заостренные клинки из блестящей смерти и окончательно потеряла дар речи от ужаса. Волосы у меня на затылке встали дыбом, а дыхание замедлилось до предела. Нам от них никак не уплыть. Они догонят нас на своих скакунах и неминуемо убьют. Сероглазый мужчина откашлялся. Я вздрогнула и с сожалением посмотрела на Фэша. Зря всё-таки разрешила ему поплыть сюда со мной. Теперь умру не только я, но и он. Короткой вышла вылазка на сушу…

Глава 14

Эндрю

– … Ваше Высочество, а вам нравятся гортензии?

Я вздрогнул и обратил внимание на свою спутницу, только сейчас вспомнив, что нахожусь в саду не один. От моего внимательного взгляда дочь герцога Макмилана зарделась и поправила свои пышные рыжие локоны, хорошо сочетающиеся с карими глазами.

Пауза между нами затянулась. Заискивающее выражение лица леди Макмилан сменилось на обеспокоенное.

– Ваше Высочество, вам дурно? – спросила она.

«Верно. Я лег спать с рассветом, так как очень увлекся составлением звездной карты в обсерватории. Не смог позавтракать, потому что проспал, а потом был насильно выгнан советом в сад, чтобы вас здесь развлечь. Отличное начало дня, не находите?» – подумал я и ответил:

– Как же я могу чувствовать себя дурно в присутствии такой красивой леди?

Я улыбнулся, не ощущая никакого веселья. Она зарделась и спрятала лицо за расписным розовым веером.

– Ваши комплименты постоянно вгоняют меня в смятение, – с наигранной обидой отозвалась она и кинула на меня призывный взгляд, откровенно говорящий: «Хвали меня больше».

Я почувствовал жгучее желание сбежать. Вот к чему родителям сдался этот парад невест, мучавший меня уже который месяц подряд? Если быть честным, то прекрасно осознавал причину его проведения. Мне уже почти исполнился двадцать один год, коронация приближалась семимильными шагами, но я всё ещё не был женат. На самом деле на личном фронте у меня всё было не так уж плохо, но я обычно предпочитал ни к чему не обязывающие короткие отношения. Желательно исключительно на одну ночь.

Родителей это, естественно, не устраивало, собственно, как и мои хобби включающие в себя звезды, изобретения, лодки и лошадей. Во всем остальном я старался быть идеальным наследником – хорошо учился и помогал с правлением отцу, внося верные поправки в законы. По последнему опросу уровень удовлетворения жизнью в нашем крохотном королевстве Иридия превышал отметку «выше ожидаемого».

Править всего пятью городами, включая столицу, и несколькими деревнями достаточно просто. Из-за нахождения Иридии в проливе между Западным и Северным морем почти все торговые пути этих областей проходили через нас, чем приносили прибыль, которую мы увеличивали за счет рыбной ловли и туризма. Наши виды на моря со скал действительно могли вдохновить кого-угодно от торговца до поэта.

– … так что вы думаете о приближающемся летнем фестивале поклонения Нептуну? – снова спросила леди Макмилан.

Я вздрогнул, поняв, что снова уплыл в свои мысли и совсем всё прослушал. Мой взгляд зацепился за светловолосую макушку моего личного стражника Марка. Он почувствовал это и посмотрел на меня. Я послал ему мысленный сигнал о помощи. Он в ответ кивнул.

– Я думаю, что он пройдет прекрасно, – сухо произнес я, прекрасно осознавая, что моя спутница ждет от меня приглашения на праздник, но озвучить его сейчас я был не готов.

Когда единственное, о чем мечтаешь – утренняя чашка кофе, лучше не давать никаких серьезных обещаний. Леди Макмилан разочарованно насупилась.

– Ваше высочество, простите, что прерываю, но вам пришло срочное письмо из Хатрии, – произнес Марк, подойдя ближе.

– Прошу меня извинить, леди, но вынужден вас оставить. Желаю хорошего дня, – быстро и заученно сказал я и поспешил выбраться из злополучного сада.

– Сорок четыре минуты. Это настоящий рекорд вашего общения с Розалией, – меланхолично заметил Марк.

– Кем? А… Да. – Я с трудом вспомнил, как зовут леди Макмилан.

Скажи мне об этом кто-то кроме Марка, то я бы его уволил, но он стал моим самым первым и лучшим другом ещё в глубоком детстве.

– Эй, скажи спасибо, что я вообще пришел на это свидание, – ответил я и улыбнулся.

– Ваша матушка, когда вернется из поездки, будет очень недовольна, – со вздохом произнес он.

– Я найду как её успокоить, – отмахнулся я от его слов.

В животе у меня заурчало.

– Официальный завтрак давно закончился, но могу сходить на кухню и принести чего-нибудь поесть, – сказал Марк.

– Будь так любезен, – ответил я, поднял голову и резко замер, заметив в окне на втором этаже младшую сестру.

Мы с Энже виделись крайне редко, потому что она не участвовала ни в семейных трапезах, ни в праздниках, ни в правительственных делах. Раньше родители пытались вытащить её в свет, но в итоге она получила нервный срыв. Злые языки действовали на неё хуже любого яда. Да, моя сестренка отличалась от других из-за врожденной слепоты, но это не делало её ни глупой, ни некрасивой. Ей, как и мне, достались от почившей бабушки иссиня-черные волосы, напоминающие сиянием и мягкостью шелк, точеная талия и милое лицо. Через пару лет она превратиться в одну из самых красивых невест Иридии, если, конечно, выйдет из своего крыла, в котором заперлась несколько лет назад. Как давно я к ней не заходил? Месяц? Два? Меня укололо чувство вины, и я сделал себе пометку в списке дел навестить позже сестру.

Марк заметил мой взгляд, но ничего не сказал. Я скинул наваждение и вернулся в свою комнату, заваленную документами так же сильно, как и кабинет напротив. Слуги несколько раз порывались прибраться у меня, но я запретил им трогать бумаги, поэтому они вытирали только шкаф с книгами и большой глобус, и то лишь потому, что документы оттуда валились на пол сами собой.

Я стянул с себя пиджак, расстегнул верхнюю пуговицу рубашки, закатал рукава, собрал волосы в короткий высокий хвост, сложил на изгиб локтя ворох документов и перенес их на стол в свой максимально простой кабинет с картой мира во всю стену и двумя диванами.

Пока Марк возился с едой, я успел закончить все неотложные дела и начал просматривать квартальные отчеты. Ловля рыбы в этом месяце вышла очень хорошей. Нептун нам благоволил отличной погодой и уловом, что не могло не радовать. Правда в последние дни моряки в порту начали жаловаться на отсутствие волн, но на ловлю это, к счастью, пока никак не повлияло.

Марк постучал в дверь и получил дозволение войти. До моего носа донесся запах горячего бутерброда и кофе. Я отложил документы, схватил еду с подноса и впился в неё зубами.

– Отнеси стопку справа министерству финансов, а слева торговой палате, – с набитым ртом сказал я.

Марк закатил глаза.

– Интересно, если бы ваши кандидатки в невесты увидели ваше истинное лицо, то всё ещё захотели бы за вас замуж? – Он с недовольным видом обвел рукой мой бедлам, задержав взгляд на моем неряшливом внешнем виде.

– Конечно, я же неотразимый красавчик, – ничуть не смутившись ответил я.

– Корону только поправьте и стряхните с рубашки остатки еды.

– Спасибо за дельный совет. – Легким движением руки я поправил невидимую корону на голове и отряхнул рубашку.

На чистый пол посыпались вполне реальные крошки. Марк закатил глаза.

– Как разберешься с документами подготовь лошадей. Проедемся до порта.

– Конечно, Ваше высочество, – ответил он и ушел.

Я с удовольствием доел бутерброд, запил его крепким бодрящем кофе, схватил с дивана ножны с мечом на случай неприятной стычки с особо горячими моряками и спустился на подъездную площадку. Марк явился спустя пятнадцать минут, ведя за собой двух лошадей.

Мой дорогой породистый белый жеребец с коротким именем Дар, едва завидев меня, ускорился и чуть не свалил Марка с ног. Я рассмеялся в кулак и поспешил к ним.

– Привет, друг. Готов прогуляться? – спросил я у коня, погладив его по морде.

Он в ответ оптимистично фыркнул.

– Почему мне иногда кажется, что с ним вы бываете более приветливым, чем со мной? – с недовольством уточнил Марк.

– Потому что тебе не кажется. – Я оседлал Дара и поскакал прочь из душных стен замка.

Ветер растрепал мне волосы и проник под легкую рубашку. На моем лице расцвела улыбка. Я снова почувствовал себя живым.

– Ваше высочество, подождите меня! – услышал сзади крик Марка.

– И не подумаю! – со смехом ответил я.

Марк нахмурился и ускорился. Уже через несколько секунд он поровнял свою гнедую кобылу с Даром. Во мне вспыхнул азарт. Я сосредоточился, вылетел на поляну и резко затормозил, заметив впереди девушку и мальчишку в странной оборванной одежде. Весь запал тут же угас. Чего они забыли неподалеку от замка? Неужели очередные попрошайки пожаловали?

– Кто вы и что здесь забыли? – холодно спросил я.

Девушка вздрогнула, а мальчишка попытался заслонить её собой. Я что настолько страшный? Прошла секунда, за ней другая. Они смотрели на нас, а мы на них. Ситуация начала становиться абсолютно абсурдной.

– Немедленно ответьте, иначе я буду вынужден применить силу, – не выдержал я.

Девушка ещё сильнее распахнула свои и без того большие серые глаза и затряслась, а мальчишка словно совсем оцепенел. Мне стало неловко. Настолько сильно пугать людей Иридии в мои планы не входило. Я подал знак Марку ничего не делать и спешился.

– Спокойнее. Мы не собираемся причинять вам вреда. С вами что-то плохое произошло? – спросил я, но ответа вновь не последовало.

Может, они немые? Я вздохнул, залез в сумку на седле Дара, вытащил несколько золотых монет и быстро подошел к незнакомцам.

Девушка попятилась, потеряла равновесие и чуть не упала. Мне пришлось схватить её за руку, чтобы она устояла. Темнокожий мальчишка в юбке вытащил из кармана коралл причудливой формы. Выражение его лица стало каким-то обреченным, но в то же время решительным. Девушка заметила это, вырвала свою руку из моей, схватила мальчишку за плечо и покачала головой. Я поднял руки вверх, давая понять, что схватил её не специально.

– Не знаю уж, что у вас произошло, но вам точно нужна новая одежда и еда. Сходите в город. – Я протянул им монеты.

Девушка посмотрела на них, как будто увидела деньги впервые. Это начало меня раздражать. Снова схватил её за руку, вложил монеты ей в ладонь, вернулся и оседлал Дара.

– Надеюсь, больше не увидимся, – произнес я и пришпорил коня.

Настроение у меня резко упало. День итак начался не слишком хорошо, а эти странные люди меня и вовсе из колеи выбили. Наверное, будет лучше отложить поездку в порт и заняться звездой картой. Звезды мне обычно таких неприятных сюрпризов, как сегодняшние происшествия, не делают.

Глава 15

Риэ

Чувство неконтролируемого страха пропало так же резко, как и появилось. Руку холодили неестественно круглые тяжелые монетки. Этот странный жуткий человек мне сейчас дал денег? Я настолько плохо выгляжу, что меня приняли за попрошайку? Впервые жизни ощутила подобное унижение. В груди вспыхнуло негодование. Захотелось догнать его и кинуть монеты прямо ему в спину.

– Ты тоже это сейчас почувствовала? – напряженно спросил Фэш, вырвав меня из мыслей.

– Ты о чем конкретно? – с раздражением уточнила я.

– О страхе и чувстве опасности. Эти люди не выглядели агрессивно, но я почему-то даже с места не мог сдвинуться. Что-то внутри меня кричало о необходимости уплыть куда-нибудь подальше, – пояснил он.

Я задумалась, пытаясь посмотреть на ситуацию со стороны. Даже когда меня недавно окружили барракуды, такого всепоглощающего ужаса я не испытала. Так почему же эти двое мужчин настолько сильно меня испугали?

– Если мы будем так на всех людей реагировать, то передвигаться по их городу не сможем, – произнесла я.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.