Анастасия Петрова (Кагомэ)
Восьмая попытка богов

ПЕТРОВА АНАСТАСИЯ

ВОСЬМАЯ ПОПЫТКА БОГОВ

ПРОЛОГ

Кругом царил мрак бесконечного космоса. И холод. Но вот сверкнула яркая вспышка сверхновой, придавая невиданное ускорение полупрозрачной сфере, внутри которой сидело двое: прекрасная во всех смыслах золотоволосая Богиня Любви и Бог Войны с длинными рыжими волосами.

– Не волнуйся, дорогой Рагнар. На сей раз у нас всё получится. И мы заслужим право жить по-своему.

– Милая Сильвана, ты же знаешь, ради тебя я готов на всё! – решительно заявил мужчина и помрачнел: – Только вот наши подопечные опять потерпели поражение. Весь миллиард изначальных душ! Среди них не нашлось и сотни разумных умов и сердец. А может, гори оно всё в горниле Большого Взрыва? Я грежу лишь о твоих объятиях и поцелуях…

– Чтобы создать очередную безжизненную галактику вместо долгожданного ребёночка? Ну уж нет! Мы видели столько ужасного за десять тысяч лет брака. Однако я привыкла доводить дело до конца… Вверенные нам души ДОЛЖНЫ, наконец, пройти воплощение, становление, выбор и со временем переродиться в высших существ, способных познать эту яркую Вселенную. Только тогда мы сможем жить безмятежно, растворившись друг в друге, и познать счастье родительства.

– Да, конечно, любимая. Я так давно мечтаю о могущественном сыне.

– Или о дочери! Она будет прекраснее и сильнее меня.

– Почему бы и нет. Я согласен. А вот попробуй докажи, что мы достойны сего благословения, когда наши подопечные столь эгоистичны и беспечны… Мы давали им все возможности: знания, силу, чувство юмора. Они жили в разных обстоятельствах и на разных планетах. Но гибли, гибли снова и снова. От огня и стали. От эпидемий. От радиации. От собственной глупости и зависти. Семь жутких раз! Как вспомню, так вздрогну… Прости мой пессимизм, любимая. Однако род деятельности порой делает меня скучным занудой.

– А ты вспоминай не только кровавые битвы, но и отвагу сражающихся, их желание не прикончить врага, а защитить родных. У Любви ведь тоже два лика: она способна сделать всех чище, лучше или извратить слабые души обидой, ревностью и злобой… Приободрись, счастье моё! – Сильвана нежно погладила мужа по руке, заставив его довольно улыбнуться. – Давай на сей раз создадим мир волшебства. Ну пожалуйста, Рагнар!

– Романтичная ты моя, – окончательно “растаял” Бог Войны. – Обещаю: больше никакого реализма, пост Апокалипсиса и высоких технологий. Эльфы, маги, короли, восхитительная природа…

– Твои любимые люди, орки и драконы…

– Посмотри, какая чудесная экзо-планета там, впереди. Большая. С двумя лунами. И солнце ее такое же яркое и жаркое, как ты, Сильвана.

– Продолжай-продолжай. Я так люблю, когда ты мне льстишь, – звонко рассмеялась Богиня, осторожно поглаживая бездонную суму с душами, которая покоилась у нее на коленях.

– Выходим на орбиту и снижаемся. Нам предстоит БОЛЬШАЯ работа… Как ты хочешь назвать это место?

– Планета Валдар, спутники Хаур и Нэнэ.

– Это что за названия такие? На каком языке? – хмыкнул Рагнар, чувствуя привычный энтузиазм и азарт.

– Звучит красиво, вот и всё.

– Пусть будет так. Приготовься. Сейчас немного потрясет. Превосходный вид впереди, не находишь?

– И правда! – восхищенно распахнула прекрасные глаза Богиня Любви. – Огромный зеленый континент в форме сердца, окруженный пятью морями. А дальше кольцом просторная суша, покрытая лесами всех оттенков медного, золотого и серебряного. Чуть в стороне таинственный укутанный туманом архипелаг. А прочим островкам нет числа… Какой чудесный холст для творчества!

– Наслаждайся, только помни, милая: не бывает ничего совершенного. Когда речь заходит о наших подопечных, нужно держать ухо востро.

– Что бы я делала без твоих наставлений, дорогой Рагнар, – Сильвана чмокнула мужа в щеку. – Полагаю, манны нам хватит с избытком. Давай же приступать к делу.

Итак, первые тысячелетия существования нового Разумного Мира пролетели незаметно.

ГЛАВА 1

Если взглянуть на мир Валдара с высоты, можно легко забыть обо всём на свете от восторга. Бог и Богиня постарались от души, до краев наполнив молчаливое пространство жизнью. На континенте в форме сердца расположились два государства людей – Лавидия и Лаверн. Вечные соперники и иногда враги. Между ними (словно буферная зона) раскинулась нейтральная Ланикея – страна магов всех рас. За морями шелестело красивейшими лесами Единое Царство Темных и Светлых Эльфов. Еще дальше (в бескрайнем Мировом Океане) встречались большие и малые острова. Некоторые большую часть года скрывались в тумане. Здесь и жил третий народ Валдара – орки. Архипелаг Колдорн по праву считался самым суровым местом.

Бурные века политических игр отгремели лишь два столетия назад, а жители планеты уже успели расслабиться и стать беспечными. Тишь да благодать, одним словом.

Вот почему жрица Сильваны Вилета Маркауз очень удивилась и испугалась, когда Богиня Любви поведала во сне о надвигающейся катастрофе, предотвратить которую доверяют именно ей.

Будучи далеко не самой могущественной из тысяч посланниц, девушка резонно возразила, что она едва ли способна на подобный подвиг. Однако Бог Войны (ворвавшись в ее грезы вслед за супругой) сурово заявил, что бегать от Судьбы – дело не только бессмысленное, но и опасное. Решительная Вилета и на сей раз молчать не стала, заявив, что вслепую полагаться на кого-то порой не менее опасно. Рагнар уважительно хмыкнул и, прежде чем Сильвана успела вмешаться, схватил строптивицу за руку. На ее ладони вспыхнуло пламя, причиняя сильную боль. Мгновение – и оно пропало, не оставив следа.

– Хватит твердить, что ты не достойна возложенной задачи, иначе станет еще больнее, – сверкнул карими глазами он.

– Да, – кивнула Богиня. – Сомнения и страх парализуют сильнее любых чар. Твои возможности будут расти. Чем опаснее ситуация, тем выше магический потенциал. Однако твой главный враг – не сам противник, а ненависть к нему… – зеленые глаза прекраснейшей из женщин были печальны.

– Понимаю… Что я должна делать дальше, Всемилостивая? – вздохнула Вилета, в знак уважения опускаясь на колени.

– Отправляйся в трактир “Золотой Клевер”. Там уже ждет тот, кто сопроводит тебя в Царство Эльфов.

– Благодарю, Прекраснейшая! – просияла девушка. – Там я смогу узнать о Судьбе пропавшего брата.

– Будем считать, что так и задумано. Однако не забывай о главном.

И вот смирный лохматый конь, по кличке Кустик, уже везет свою хозяйку к месту назначения. Утреннее солнце середины лета изрядно так припекает, птички поют. Однако на душе у Вилеты было по-прежнему тревожно. Искомый трактир оказался добротным строением в три этажа. Чувствовалось, что здесь проводят время весьма состоятельные жители Маринера – приморского городка на юге Лавидии, известного добычей янтаря, жемчуга и невероятно вкусного золотого карпа.

Девушка легко спрыгнула с коня и, прошептав: “Жди меня здесь, дружочек, я скоро!”, торопливо вошла в просторный зал. Почти сразу к ней подскочил деятельный трактирщик, старательно скрывая охватившее его желание:

– Дражайшая посланница Богини, Вас уже ждут наверху. Прикажете подать вино и фрукты?

Вилета отрицательно покачала головой:

– Добрый господин, а откуда Вам известно, что ждут именно меня?

– Гость сам сказал мне об этом, подробно описав Вас, о прекрасная.

Девушка вздохнула и поспешила наверх. Она знала, что хороша собой (хоть и чуточку полновата), но никогда не считала себя прекрасной. Однако большинство парней и мужчин испытывали к посланнице Богини Любви порой бессознательное влечение. Сначала флиртовать и улыбаться в ответ даже приятно, но потом подобного внимания становится слишком много…

В комнате, куда вошла Вилета, было очень светло. Пришлось зажмуриться.

– Рад новой встрече, милая маркиза Шэклтон, – поприветствовали ее.

Сердце пропустило удар и воспарило к небесам:

– Ольмирис, это Вы?!

– Собственной персоной, Миледи. Мне поручено сопроводить Вас в Царство.

– Удача, определенно, на моей стороне! Помогите мне найти брата… – внезапная растерянность на лице светловолосого эльфа очень удивила и смутила ее. – А разве Вы не знаете, что он пропал три года назад?

– Вскоре после королевского приема Совет Двенадцати отправил меня охранять западные границы Багряного Леса… К сожалению, с тех самых пор мы с ним не общались.

– Боги меня упаси осуждать Вас, дорогой друг. Только благодаря Вашим решительным действиям я избежала гнусных домогательств герцога Ливорна на том балу. Мне было так страшно. Я так надеялась поскорее забыть этот кошмар… Однако, узнав обо всем от вездесущих сплетников, Родэрик вызвал негодяя на поединок и изрядно разукрасил ему лицо. Наш монарх Генрих Миротворец (хоть и сочувствовал мне) не мог не наказать брата за нападение на особу королевской крови. Мы лишились титула и состояния. Переехали жить в Маринер. Спустя год, чтобы я смогла продолжить учебу в Храме Сильваны, брат согласился быть послом в Колдорне… В последнем письме он писал, что по дороге домой хочет навестить друга в Царстве Эльфов…

– Увы, мы не встречались… Арзаки опаснее и кровожаднее собратьев-орков, что живут на границе наших лесов, – нахмурился Ольмирис. – Однако едва ли они рискнули напасть на посла из Лавидии.

Вилета развела руками, и ее серые глаза стали темнее от подступивших слез. Телохранитель восьмого короля эльфов повел рукой в воздухе, и посланница богини ощутила легкое прикосновение к щеке:

– Прошу: не надо плакать. Ваш брат – мой друг и боевой товарищ, надежно прикрывавший спину. Случись с ним что-то ужасное, я бы почувствовал… Всё образуется, вот увидите, милая Лета.

– Ваше утешение, Ольмирис, для меня дороже всего на свете. Спасибо… Куда лежит наш путь?

– Сначала в Ланикею. Мне нужно выполнить одно поручение. А потом мы сядем на морской паром, который ходит до границы с Багряным Лесом. Если Вы не голодны, отправимся немедленно.

– Разумеется. Кустик меня уже заждался. Вы как всегда путешествуете пешком?

– Стараюсь держать себя в форме, – игриво прищурился светлый эльф.

– И она неподражаемо великолепна, – совершенно искренне ответила девушка, напрасно надеясь, что он не заметит ее румянец.

– Приятно слышать, эттэрни.

– Какая я Вам госпожа, – отмахнулась Вилета. – Мы знакомы целых десять лет. Хотя для вас, Перворожденных, это мгновение…

– Боюсь, что так, – развел руками Ольмирис. – Однако и Вы с братом имеете отношение к моему народу, обладая третью эльфийской крови. Вижу-вижу: Вам уже исполнилось двадцать пять лет. Ушки так мило заострились.

– Надо же! – девушка посмотрела в зеркало, стоящее на столике для умывания. – Я не замечала подобного раньше. Похоже, со мной происходят изменения. К чему бы это?

– Поживем – увидим, – загадочно ответил Светлый и взял девушку под руку. – Идемте же, Лета. В пути наговоримся. Медлительный Кустик даст нам такую возможность.

Когда посланница и эльф-воин спустились в общий зал, трактирщик смотрел на них так, словно парочка весьма увлекательно провела ночь вместе, а не пробыла наедине каких-то десять минут.

Итак, двое отправились к границе Лавидии и Ланикеи. Трехдневный путь грозил показаться им обоим особенно долгим, поскольку Кустик не любил торопиться куда бы то ни было (даже в любимое стойло к нарезанным морковкам и яблокам). Чтобы хоть как-то ускориться, Вилета, в конце концов, тоже пошла пешком, ведя любимца в поводу.

– Лета, позвольте мне сказать, что… – осторожно начал разговор Светлый. – Я испытываю искреннее уважение к прекраснейшей Сильване, однако считаю разумным скрыть факт Вашего служения ей.

– И зачем же? Мой статус даст нам большие преимущества в пути.

– Напротив! Он делает Вас желанной для всех взрослых мужчин. Боюсь, Вы слишком рискуете. Разумеется, я готов биться за Вашу честь в любой момент, но мне бы не хотелось ставить под угрозу добрые взаимоотношения наших народов…

– Ольмирис, говорите проще, – улыбнулась девушка. – Официальный тон Вам не идет… Да, Храмовый Жетон и флейту можно спрятать, однако никакая одежда не скроет, КТО Я. Понимаете, физическая привлекательность давно стала частью меня самой. Это Дар Богини, ее Благословение для каждой посланницы. От которого нельзя отказаться.

– Вот оно как… Теперь мне многое понятно… Однако никто не посмеет похабно разглядывать супругу эльфа. Каким бы гипнотическим очарованием ни наделила ее Богиня Любви. Решайтесь, милая Лета!

– И мы станем настоящими супругами? Прямо здесь и сейчас? – мгновенно краснея, уточнила та, краем глаза замечая, как Ольмирис смущённо теребит волосы.

– Через четверть часа покажется деревенька, там и совершим Обряд…

– Это немного… неожиданно.

– Лишь клятвы, произнесённые перед вашим королем и Советом Двенадцати, имеют силу закона. Считайте, что мы играем в спектакле.

– В таком случае… Будь что будет! Я согласна. Да и какая одинокая девушка откажется от подобного предложения.

– Превосходно!

Таверна “Толстый Кот” сейчас стояла полупустой, давая возможность воину и посланнице не торопясь осуществить задуманное. Однако уже через две недели здесь будет яблоку негде упасть: начнется грандиозный Праздник Единения всех народов и рас Валдара, посвященный Сильване и Рагнару.

В эти дни всегда заключались нерушимые договоры, союзы, браки. Даже суровые орки могли выпить вина с эльфами и потанцевать. Все отдыхали и радовались жизни, забыв о тревогах и конфликтах.

Итак, выбрав самый живописный уголок сада, пара создала барьер, внутри которого их никто не видел и не слышал.

– И что дальше? – спросила Вилета, снимая туфли и становясь босыми ногами на траву.

– Мы должны раздеть друг друга до белья. В знак того, что нам нечего скрывать.

– Вот так сразу? А ничего, если я буду краснеть и отводить взгляд?

– Договорились. Для меня подобное – тоже новый опыт.

Успешно справившись с первым совместным испытанием, супруги взялись за руки и спросили друг друга о согласии вступить в брак, затем обнялись, прислушиваясь к ощущениям. В какой-то момент их сердца забились в едином ритме. Спустя еще долгую минуту они ощутили на правом и левом запястьях невесомые драгоценности, внутри которых отныне мерцали Жизненные Силы их обоих… Посланница и воин неловко поцеловали друг друга и обменялись свадебными браслетами.

– Дорогая жена, теперь пора расчесать волосы друг другу. Я заплету тебе две косички. А ты мне – одну.

– Хорошо, дорогой муж, – очень тихо ответила девушка, передавая ему появившийся прямо из воздуха гребень. – Вот. Прими мой подарок.

– Всё в порядке, милая Лета? – забеспокоился Ольмирис.

– Боюсь, что нет. Как-то всё это неправильно, хоть и чудесно…

– В будущем, если ты будешь против, мы не завершим обряд клятвами и брачной ночью.

– Отныне наши узы стали еще крепче, но жизнь длинная и сложная… Вдруг мы поспешили…?

– Понимаю твои сомнения. Могу сказать одно: без искренней привязанности друг к другу у нас ничего бы не вышло…

– Хоть это хорошо, – наконец, улыбнулась Вилета, поправляя светло-русые локоны с двумя тоненькими косичками. – Будем сегодня веселиться до утра! С какой стороны мне плести оберег?

– Где угодно. Главное – делать всё искренне.

– С Любовью? – окончательно развеселилась Вилета.

– Вот-вот, – подмигнул ей Ольмирис. – Кстати, дорогая, позволь узнать, к какому эльфийскому роду принадлежал твой дед? Я должен отправить родным Свадебные Дары, иначе меня сочтут невоспитанным наглецом.

– Отец рассказывал, что у дедушки на камзоле был вышит серебряный ворон. Что это значит?

– Род Вещих Снов! Невероятно. Все считают его угасшим в горниле войн.

– Твои волосы… светятся и излучают тепло?!

– Когда я счастлив, такое возможно.

– А семья Шэклтон-Маркауз известна более чем тысячелетней дружбой с монархами Лавидии.

– Удивительно…

– Я закончила. Получилось так себе…

– Ты умница, Лета! Прими мой подарок, – Ольмирис раскрыл ладонь. – Носи эти серьги – и я всегда буду знать, где ты и помогу в минуту опасности.

– Звездочки как настоящие! – восхитилась девушка. – Благодарю. Ой, что-то я проголодалась.

Беззаботно болтая, супруги из рода Белого Лотоса переоделись в новое. Возможность создавать что-то буквально из воздуха путем эльфийской и людской магий – огромное преимущество в дороге: всегда можно путешествовать с комфортом, щедро платя за еду и ночлег. Вот почему трактирщики трех стран просто жаждали встречи с Перворожденными или слугами обоих богов. Дородная хозяйка “Кота” поставила на стол самые лучшие блюда своего весьма изобретательного повара, достала легкое молодое вино. И даже собрала по деревне небольшой оркестр, чтобы развлечь “дорогих гостей и прочих желающих”. Постепенно градус веселья вырос настолько, что пели и танцевали уже все, даже двое крепких вышибал сего гостеприимного заведения.

ГЛАВА 2

Вилета и Ольмирис ночевали в разных комнатах, поскольку (по традициям Перворожденных) супруги проводили брачную ночь вместе, если немедленно желали дитя. Вопреки многочисленным пересудам, проблем с продолжением рода у темных и светлых эльфов никогда не было. Безусловно, им приходится сдерживать себя. Ведь Магия Матери Природы отнюдь не безгранична, хоть и справедливо распределяется между всеми жителями лесов. То есть эльфийский народ одинаково силен. Лишь раз в тысячу лет рождаются младенцы с невероятно мощным источником новой силы, которым суждено стать Владыками из Совета Двенадцати, несмотря на род занятий родителей и их собственные устремления. Из-за равных магических возможностей между эльфами никогда не случалось войн. Ну разве что разумное соперничество (чтобы, как говорится, разогнать благородную кровь).

Лет семь назад, когда Родэрик вместе со Светлыми и Темными сдерживал периодически пробуждающуюся Тьму на границах четырех королевств, Вилета с упоением изучала нравы и обычаи Прекраснейшего Народа, надеясь хоть как-то помочь брату и его другу.

Итак, посланница и воин продолжили свой путь. Кустик довольно бодро двигался по пыльному тракту.

– Здесь уже месяц стоит невыносимая жара, – вздохнула девушка, прикрываясь от мелкой взвеси, поднявшейся от порыва южного ветра.

– А наши леса, напротив, заливают дожди, – откликнулся Ольмирис. – Вода плохо уходит в землю. И Тольдар с Вильдаром (братья-реки) разливаются всё чаще.

– Да, погода стала весьма переменчивой. Как говорится, большие неприятности начинаются с малого. “Пойди туда, не знаю, куда, и сделай хоть что-нибудь судьбоносное”. Нелепое поручение!

– Перемены не всегда плохи. Многое меняется, а мы этого даже не замечаем… Лета, поезжай вперед. И не оборачивайся. Чувствую, нечто темное преследует нас от последнего перекрестка…

– Хорошо. Береги себя…

Когда девушка на мохнатом коньке скрылась за поворотом, светлый эльф прямо из воздуха достал личное оружие – посох из молодого вяза. В сплетении веток наверху тут же засиял кристалл янтаря. Едва гибкий, но прочный ствол коснулся иссохшей земли, та вновь зазеленела – и из нее потянулись цепкие корни, поднимаясь всё выше и выше. Вскоре дорога оказалась перекрыта барьером. Живая стена тихонько покачивалась в ожидании приближающейся угрозы. И вот перед преградой возникла зыбкая черная фигура, протягивающая вперед руки. Стена медленно всосала ее в себя. Ольмирис, вскрикнув от боли, продолжал борьбу. Вскоре защита перед ним почернела и осыпалась. Эльф откинул со лба прилипшие светлые волосы и, убрав посох, поспешил к спутнице.

– С тобой всё хорошо? – забеспокоилась Вилета, глядя на бледного воина.

– Шатун. Я в порядке. Сейчас приду в себя. Водички попью…

– Разве здесь поблизости находится древнее кладбище? Вот уже двести лет народы Валдара сжигают умерших, дабы на корню пресечь существование упырей…

– Захоронений поблизости нет, однако сие порождение Мрака оказалось весьма сильным. Сгусток незамутненного разумом зла. Несчастный человек ужасно мучился перед смертью и отказался от всего доброго и светлого в душе. Теперь же отчаянно стремится вернуть утраченное.

– Нас преследуют?

– Едва ли. Просто случайная встреча. Возможно, призрака привлекла Аура Любви.

– Хорошо, если так. Будучи жрицей Сильваны, я совсем ничего не почувствовала… Ума не приложу, как мне выполнить возложенную миссию.

– Понимаю. Ты полна сомнений, – кивнул Ольмирис. – Долг посланницы – пробуждать в сердцах жителей Валдара всё самое светлое и соединять влюбленных, а не бороться с призраками.

– Разумеется. Однако, с тех пор как пропал Родэрик, я не знаю покоя и тревожусь…

– Оказаться в нужное время в нужном месте – мой главный талант.

– Постой! Хочешь сказать, ты сам вызвался сопровождать меня?

– Угадала.

– Спасибо.

– Вот такой уж я чуткий и преданный друг, – лучезарно улыбнулся Ольмирис.

– Самый замечательный на свете!

– Раз так, слушай меня внимательно. Даже в мирное время случается много грустного. Незачем множить печаль.

– Пожалуй, ты прав, – бодро откликнулась Вилета, заглядывая в его серо-голубые глаза. – Будем оптимистами.

Итак, следующие два дня пути пролетели незаметно. Ночевать приходилось под открытым небом, однако погода стояла жаркая, превращая недостаток путешествия в его достоинство. Кустик с завидным аппетитом уплетал сено, а девушка и воин ели мало. Ночью даже костра не разводили, чтобы не оставлять следов. Когда же зной становился совсем невыносимым, путешественники ставили на реке Барьер Невидимости и плескались в живописных заводях, которые потом еще несколько лет будут изобиловать рыбой и водяными цветами. Светлые и темные эльфы очень тщательно следили за чистотой не только мыслей, но и тела, принимая ванну до двух раз в день. Конечно, походные условия и прочие обстоятельства порой не позволяли им наслаждаться купанием так часто, однако Перворожденные обожали воду почти так же страстно, как и леса.

Отдыхая на берегу после освежающего купания, Вилета обнаружила среди своих вещей невесомое платье кораллового цвета и удивленно посмотрела на Ольмириса:

– Откуда оно здесь?

– Супруги эльфов носят яркие цвета. Белый и голубой выбирают только незамужние. Тебе надо переодеться. Совсем скоро мы доберемся до Ланикеи.

– Очень красивый наряд. Спасибо.

– Рад, что угодил.

Спустя еще сутки пара благополучно добралась до границы двух стран. Здесь, как всегда, было шумно и весело, порой опасно. Поэтому стражники-маги тщательно проверяли людей, грузы и даже подковы у лошадей. И, разумеется, особенно пристального внимания удостаивались многочисленные гости с волшебными способностями: кто-то ехал сюда учиться, а кто-то – преподавать. Эльф и посланница Богини Любви не спешили вперед, терпеливо ожидая своей очереди. Наконец, к ним не торопясь подошел молодой с виду чародей. На его свободной льняной рубахе был вышит кубок на фоне башни. Знающие…

Ольмирис взял переговоры на себя, протягивая молодому старцу письмо от восьмого короля Светлых. Тот прочел свиток, задумчиво хмыкнул и повернулся к Вилете:

– Кто же эта прекрасная полуэльфийка?

– Во мне лишь треть благословенной крови, уважаемый…

– И она моя супруга, – многозначительно добавил Ольмирис, беря девушку за руку и ненавязчиво показывая их брачные браслеты.

– Да уж вижу… Ладно, проходите. И конягу вашего приведите в порядок. Смердит уже…

– Чего это он? – удивилась посланница богини, когда они отошли подальше от толпы. – Кустика я только вчера помыла и даже расчесать умудрилась. Да еще и смотрел так, словно мы прелюбодеи какие-то…

– Давая Обет Безбрачия, Знающие, в целом, презирают всех жен, мужей или просто влюбленных.

– Одиноко им, наверное, вот и завидуют чужому счастью.

– Полагаю, эта неприязнь взаимна.

– Куда мы теперь?

– В ближайший город. На магический рынок. Меня уже ждут.

– Разве пришло послание?

– Я чувствую всё, что касается меня…

– Эльфы – удивительный народ, – восхитилась Вилета. – Какими потрясающими возможностями вас наделила Судьба!

– Мы, безусловно, благодарны Матери Природе. Однако ее щедрые дары для нас привычны и совсем не удивительны. Вот почему у Темных и Светлых так много изощрённых обрядов буквально на все случаи жизни. Чтобы не сойти с ума от собственного совершенства… У людей век короче, но неизмеримо ярче…

– И, увы, кровавее. Человек склонен искать неприятности или врагов везде, где появляется. Написано столько жутких книг о конфликтах людей и с Царством, и с Колдорном…

– Да, еще мой дед убивал людей, – вздохнул Ольмирис. – Однако, милая Лета, ты слишком строга к человечеству. У вас есть неоспоримое преимущество – желание жить и наслаждаться. А у Лесного Народа всё существование сводится к трепетному Служению Природе, Двенадцати Владыкам и соплеменникам. Из-за бесконечного Созидания во благо всего мира, у нас остается слишком мало времени на себя, для Любви к себе, понимаешь? Поэтому эльфы чаще всего упрямы и прямолинейны, даже заносчивы порой. Хотя и стараются взращивать внутри лишь разумное, доброе, вечное.

– Да, вам тоже живется непросто. Что ж, в путь. Однако прежде угостим Кустика его любимой сладкой морковкой.

– Да-да, разумеется, – рассмеялся Ольмирис. – А то эти голодные глаза еще долго будут являться мне во сне.

В общем, посланница богини и ее телохранитель оказались на главной площади Родэна, лишь когда начали сгущаться сумерки. Народу вокруг гуляло немного. Спеша отдохнуть перед началом нового трудового дня (начинавшегося не позднее пяти утра), торговцы поспешно закрывали свои лавочки и магазинчики. Опоздали! Ничего не поделаешь, пришлось путешественникам изрядно поплутать по извилистым улицам города в поисках нужного дома.

Зоркий эльф первым заметил, что с жилищем мага что-то не так:

– Лета, побудь здесь… Я за тобой вернусь.

– В чем дело?

– Косяк двери вырван с одной стороны… Будь начеку.

Ольмирис бесшумно достал свой посох, на сей раз имеющий вид боевого шеста. Внутри было темно и тихо. Осторожно пройдя по дому, Светлый больше не обнаружил ничего странного. А вот в спальне хозяина у кровати блестели капли ЗЕЛЕНОЙ крови… Мужчине (прежде чем его обездвижили и унесли) удалось-таки ранить орка.

– Здесь побывали серые братья и захватили в плен сильного мага-изобретателя, – вернувшись, сообщил эльф Вилете.

– Но зачем он им понадобился?

– Выследим нападавших и узнаем. Один из них ранен. Вряд ли двое воинов унесли свою жертву очень далеко…

– Почему ты так уверен, что орков было двое?

– Для похищения человека нужна максимальная скрытность. Но без напарника тут никак не обойтись. Чтобы обмануть стражников у ворот, они, наверняка, притворились мирными собратьями.

– Неужели Арзаки…?

– Другие не отважились бы так рисковать. Оркам всегда крепко доставалось от Боевых Магов. Слишком агрессивное у людей волшебство.

– А как же Кустик?

– Оставим конька здесь. Если караул обнаружит пропажу хозяина лавки раньше нашего возвращения, то заберет подозрительного скакуна с собой. А мы потом обменяем его на преступников.

– Хорошо, так и поступим.

Вилета и Ольмирис пошли по едва приметным следам. Как ее спутник ориентируется почти в полной темноте, девушке оставалось только гадать. Но вот в узком переулке напротив они заметили две высокие фигуры, взвалившие на плечи кого-то весьма крупного.

– Лета, послушай, надо отвлечь Арзаков… Я пойду на ту сторону. Минут через пять используй флейту.

– Осторожнее…

– Нас с детства учат сражаться одновременно с тремя противниками. Справлюсь.

Как ни старалась, Вилета не смогла разглядеть ничего, кроме зыбких фигур, едва подсвеченных огоньком из дома за их спинами. Девушка мысленно считала секунды…

На поясе у нее всегда висела волшебная флейта – подарок Богини Любви. Со стороны эта изящная вещица казалась простым музыкальным инструментом, но при необходимости исправно защищала свою владелицу. Кроме того, каждая посланница мастерски владела Магией Трёх Энергий (Света, Дыхания и Внушения). Чаще всего бывшая маркиза Шэклтон пользовалась Силой Дыхания, исцеляющей даже самые страшные раны, нанесённые Тьмой: незримая аура Любви окружает пострадавшего и лечит почти мгновенно, превращая весь негатив в заживляющее тепло.

Наконец, пора! Тишину нарушил приятный звук флейты. Орки, явно, не ожидая ничего подобного, вздрогнули и стали вглядываться в темноту перед ними.

В следующую секунду Олаг получил сильнейший удар по голове – и стал медленно заваливаться назад. Его напарник бросил человека на землю и начал разворот, замахиваясь мечом. Возникший из ниоткуда Светлый остановил удар и толкнул лезвие ему в лицо. Гаол инстинктивно отшатнулся, но свежая рана на животе стала шире и глубже, кровь вновь намочила кожаный доспех. Невероятный прыжок в сторону позволил орку избежать встречи с боевым шестом. Однако стена здания мешала отступать. Тогда Арзак опустился на одно колено и сложил ладони в Жесте Покорности (костяшки обеих рук прижаты друг к другу, а большие пальцы наверху образуют треугольник).

Ольмирис весьма удивился, но тут же прекратил атаку:

– Кто ты, серый брат? Почему взываешь к милости, совершив преступление?

– Олаг и я наемники. Нам заплатили за похищение человека. Его конкуренты, видимо.

– Арзаки – свободные воины? Странно.

Гаол показал рану на руке: затянувшийся ожог раньше был татуировкой Рода.

– Продолжай…

– Нам нет пути назад. Я ранен магическим кинжалом. Брат по Вашей милости, уважаемый, получил сотрясение мозга. А калек у нас приносят в жертву Варгату… Уж лучше жизнь беглеца, чем такая смерть…

Ольмирис махнул рукой Вилете, чтобы шла к ним, и продолжил:

– Между нами нет взаимных обид и претензий?

Мудрый Гаол согласно кивнул и еще раз показал Знак Покорности.

– Прекрасно, – чуть улыбнулся Светлый. – Поступим так. Я возвращаю господина лавочника домой. Тем временем моя СУПРУГА залечит ваши раны… Дорогая, ждите меня здесь.

Вилета кивнула и подошла к Олагу. Молодой орк всё еще был без сознания, обильно потея (очевидно, сила удара оказалась чрезмерной). Окружив братьев исцеляющим Дыханием, девушка подумала о том, что эти создания Богов и Природы вовсе не уродливы: да, их короткие белые волосы, серая кожа, золотистые или темно-фиолетовые глаза и грубые черты лица могут поначалу отпугнуть, но и только.

Закончив лечение, девушка, робея, отошла подальше от хмурых наемников, не желая мозолить им глаза. А оркам сложившаяся ситуация нравилась еще меньше: оказаться в добровольном подчинении у эльфа и в долгу у женщины со смешанной кровью… Теперь братья могли покинуть новых знакомых, лишь получив разрешение или погибнув в бою.

Где-то через час вернулся Светлый. Чрезвычайно довольный собой: поручение короля выполнено блестяще и даже с некоторой выгодой.

– Итак, серые братья, мы с женой нанимаем вас для охраны. Исполнив свой долг, вы будете свободны, но поклянетесь никогда не поднимать оружия против нас в будущем, – мягко сообщил он и замолчал в ожидании ответа.

Младший Олаг, тихонько пробурчав: “А разве ЭЛЬФАМ нужна защита?”, вместе с Гаолом сделал Знак Покорности и подмигнул Вилете. Девушка, улыбаясь, погладила мохнатого любимца, которого привел ее бесценный супруг и телохранитель:

– Кустик, ты готов к дальнейшему путешествию?

Тот неопределенно махнул гривой.

– Ответ положительный, дорогая, – улыбнулся Светлый. – Благодаря тесным связям с Советом Двенадцати, маг согласился не обращаться к властям, но нам не следует задерживаться здесь дольше, чем необходимо. Отправляемся.

Дальнейшее путешествие до паромного порта Ланикеи напоминало утомительную прогулку: ничего мало-мальски опасного не произошло. Да и как могло быть иначе, когда хорошенькую девушку на смешном коне сопровождали решительный эльф и мрачного вида Арзаки. Злостные преступники (конечно, если таковые встречались им на пути) старательно притворялись добропорядочными горожанами и сельчанами Страны Магов.

До Ирвиндэйла путники добрались к ночи пятого дня. Побережье было залито светом бумажных фонарей. Иногда мимо пролетали магические огоньки, освещающие самые многолюдные участки берега. Гигантские двухпалубные паромы также переливались яркими огнями. Здесь можно было с комфортом прожить неделю и добраться до лесного Царства Перворожденных. Существовал и более быстрый способ попасть туда. Приручённые гребнистые ящеры доставляли от пяти до десяти наездников к границе Багряного Леса всего лишь за три дня. Однако Вилете Маркауз и ее спутникам пришлось довольствоваться паромом: лошади и драконы, увы, недолюбливают друг друга. Да и стоил подобный перелёт никак ни меньше месячного заработка торговца средней руки.

Путешествие проходило мирно и спокойно. Ольмирис и орки устроились в одной палатке. Посланница богини и еще две девушки – в каюте. Дни пролетали незаметно. Пассажиры парома собирались группками, общались. Работники бдительно следили за порядком на судне, лошадьми и грузом (благо магические механизмы вращались сами по себе, не требуя постоянного присмотра). Вечерами на борту слышались песни и просто музыка, кто-то танцевал. Днём вода за бортом была удивительно прозрачной, позволяя всем желающим наслаждаться необыкновенной красотой подводного мира. А вечером море насыщалось всеми оттенками голубого, синего и зеленого. В волнах плавали серебристые летучие рыбки. Про потрясающие рассветы и закаты над бескрайней водной гладью и говорить нечего. Многие художники и поэты Валдара специально отправлялись в сие «благословенное путешествие» в поисках вдохновения. К тому же, шторма в этих местах были крайне редки.

И вот наступил праздник всех народов и рас. Каждый на борту трех паромов (плывущих на расстоянии лиги друг от друга) наслаждался жизнью. Даже Олаг и Гаол перестали сторониться других пассажиров, а те охотно разделяли с ними выпивку.

– Хорошо, что орки никогда не пьянеют, – с улыбкой заметил Ольмирис, протягивая Вилете кисть винограда. – Просто интересно, сколько кубков они способны выпить за вечер?

– Кстати, я читала, что эльфы могут заснуть после одного бокала легкого розового вина.

– Вот уж неправда! Просто Темные алкоголь на дух не переносят, а мы… держим себя в руках. В хмельном состоянии наша сила растет, но и тратится быстрее.

– Давай прогуляемся по палубе, дорогой… Как приятно так тебя называть! – Вилета взяла мужа под локоть и увела на противоположную сторону парома, чтобы не мешать танцующим. – Расскажешь мне какую-нибудь легенду?

– Обязательно… Там в небе… Не может быть! Как их сюда занесло? Тревога! Тревога! Виверны! – закричал он, замечая крошечные силуэты десяти хищниц.

А спустя мгновение капитан парома уже бил в сигнальный колокол:

– Остановить все механизмы! Господа-маги, приготовьтесь к бою! Уважаемые пассажиры, надевайте страховочные пояса и в воду! Поторопитесь! В нашем распоряжении меньше минуты! Впередсмотрящий, предупреди идущие за нами суда!

Поднялась суматоха. Ольмирис завязал на Вилете пояс:

– Спускайся вместе со всеми, Лета. Смелее! Сейчас крайне важно не допустить паники. Используй магию, если потребуется.

Девушка сама оцепенела от ужаса, зная, на что способны эти мелкие родственницы драконов: во времена войн с орками они за считанные минуты сжигали сотни людей, а потом пожирали обугленные трупы… Слова эльфа привели посланницу в чувство. Она кивнула и, зажмурившись, прыгнула. Вода оказалась на удивление теплой (а может, ей так показалось от страха). Скоро все пассажиры парома оказались за бортом. Да, некоторых пришлось столкнуть… Испуганные люди вцепились в веревки и замерли. Уняв бешено колотящееся сердце, Вилета стала внушать им спокойствие. Получилось далеко не сразу. Но вот все надежно спрятались. Сверху никого из них видно не было. А значит, виверны уже не так страшны…

Тем временем на палубе шел ожесточенный бой. Капитан и команда парома, наемные маги, Ольмирис, Олаг и Гаол делали всё возможное, чтобы летающие хищницы не добрались до лошадей. Да и груз следовало сохранить. Лук Светлого (он же посох и боевой шест) отправлял в небо десятки янтарных стрел. Волшебные пистоли также вносили свой вклад. Как и три дальнобойные пушки. Грохот стоял невероятный. Вспышки ослепляли сражающихся. А виверн становилось только больше: одна погибшая хищница превращалась в двух поменьше…

Вилета Маркауз вместе со всеми настороженно прислушивалась к крикам, реву и гулу, доносящимся сверху. Благодаря отменному слуху она быстро поняла, что происходит. Девушка спрыгнула в воду и стала подтягиваться на руках. Юбка платья облепила ноги и мешала лезть наверх… Пришлось мысленно позвать:

– Ольмирис! Ольмирис! Помоги! Нет сил…

Эльф тут же услышал ее призыв и кинулся к противоположному борту, по пути дважды падая ничком на палубу, чтобы избежать острых когтей летающих тварей.

– Я рядом. Сейчас подтяну тебя. Держись крепче за веревку, – телепатически ответил он.

– Убивать их нельзя… Множатся…

– Так оно и есть. Но нам «помогли» с других паромов. Теперь их сотни.

– Берегись! – посланница богини навалилась на телохранителя, чувствуя, как когти хищницы клацнули в воздухе, едва не разодрав ей платье на спине. – Почти зацепило…

– Спасибо, дорогая, – откликнулся тот и улыбнулся: – Мы никогда еще не были так близки…

Вилета с трудом поднялась на ноги, наблюдая, как братья-орки шинкуют пару неосторожных хищниц:

– А если попробовать?

Девушка взяла в руки флейту и заиграла отвратительнейшую визгливую мелодию самым бездарным образом. Бой продолжился. Спустя четверть часа родственницы драконов наконец-то стали проявлять желаемое беспокойство, свирепея от назойливых звуков…

Ольмирис расшвыривал их боевым шестом. Гаол и Олаг решительно орудовали вёсельными оглоблями. А посланница Богини Любви всё играла и играла… Маги наконец-то зарядили Защитный Купол – и все смогли перевести дух. Спустя еще полчаса жуткого концерта обезумевшие виверны повернули назад. У бывшей маркизы Шэклтон от напряжения кружилась голова. Ольмирис отнес жену к стойлам в тенёк. Здесь уцелело жалкое подобие навеса, а вот верхняя палуба перестала существовать. Но главное: пассажиры, лошади и груз были в полном порядке. Чего, увы, не скажешь про магов и команду парома. Все имели повреждения разной степени тяжести. А кому-то хищница даже откусила руку. Благо ее горячие зубы-иглы не разорвали рану, а, напротив, запечатали ее, не позволив бедняге истечь кровью.

Постепенно всё вернулось на круги своя. Заработали механизмы парома. Путешествие продолжилось.

ГЛАВА 3

Спустя несколько дней посланница Богини Любви, эльф-телохранитель, братья-орки и воин-калека (тот самый работник парома) высадились на побережье Багряного Леса. Большинство гостей Царства Эльфов осталось в портовом городке, а они сразу же отправились в глубь чащи. Встречая пограничные посты, Ольмирис охотно и подробно отвечал на все вопросы бдительных соплеменников, показывал свиток от восьмого короля – и те пропускали путешественников дальше.

Нового спутника Вилеты звали Кармил Доуз. Молодой мужчина присоединился к ним с единственной целью – выкупить или отработать эльфийский чудо-протез руки, ни в чем не уступающий творению самой Матери Природы.

– Я многое умею, – объяснил он. – Однако без правой руки мне будет в разы сложнее жить. Да и жениться я собрался, господа. Прошу о милости… Позвольте идти с вами…

– Ольмирис, Гаол, Олаг, – девушка умоляюще сложила руки. – Давайте поможем ему!

– Дорогая, ты так просишь за другого мужчину… Однако я ни в чем не могу отказать этим прекрасным глазам.

– Спасибо-спасибо!

– А нам-то что, – нарочито равнодушным тоном ответил Олаг. – Мы наемники. Если заказчики желают принять в свой круг кого-то еще… Деньги лишними не бывают.

– Брат, знай свое место, – одернул его Гаол. – И не распускай язык…

– Молчу-молчу. В любом случае мы всегда можем бросить его посреди леса.

– Олаг!

Так или иначе сейчас все пятеро (а также трудолюбивый Кустик) топтали мягкий пряный ковер опавших листьев всех оттенков красного, багрового и медного цветов. Травы практически не было видно. Листва ласково шелестела над их головами. К концу первого дня пути Вилета пожаловалась на сильную головную боль. Ольмирис тут же предложил ей испить воды из своей фляги:

– Всё сразу пройдет. Листья здешних растений содержат хмель – и лесная подстилка источает эфиры. Поэтому Багряный Лес еще называют «пьяным». В древности и эльфы, и орки готовили славные настойки из «медного дара богов». Огонь у нас строжайше запрещен. И деревья рубить нельзя. Так что перекусим хлебом, что купили в городке. И спать…

– А где же мне устроиться? Прямо на земле? – поинтересовалась девушка, с опаской поглядывая на лиственный ковер. – За ночь я так надышусь этими парами, что могу и не проснуться…

Светлый эльф хитро сощурился:

– Заботливый муж уже обо всем подумал… Посмотри-ка вон туда!

Янтарный посох пробудил в земле корни, которые быстро сплели гамак между двух деревьев.

– Как чудесно! Спасибо. А как же вы…?

– Мы привычные! – дружно заявили мужчины.

Вилета улыбнулась и, подпрыгнув с помощью магии, забралась в свое уютное гнездышко. А вот уже и хлеб возник у нее в руке! Если бы не тревожные мысли о Родэрике и неизвестной миссии, посланница богини чувствовала бы себя как на отдыхе.

Неожиданно девушка встрепенулась и посмотрела на Кустика, с упоением жующего лесную подстилку:

– Ой, а ему можно есть…?

– Да. Как видишь, листва пришлась по вкусу твоему скакуну, – откликнулся Ольмирис, пряча улыбку.

– Тогда всем спокойной ночи.

– Сладких снов.

Еще несколько дней прошло в однообразном переходе от ручья к реке, от реки к поселению. Ольмирис вел все переговоры, а его спутники старались выглядеть чрезвычайно миролюбиво. Вилете это удавалось легко (профессия обязывала, как-никак), а вот Кармил и орки ворчали:

– У меня скоро лыба треснет, клянусь Гворлом.

– В последний раз я так расшаркивался перед эльфами лет двести назад, когда заключался мир с двенадцатью королями…

– Я всегда считался привлекательным, но ушастенькие дамы просто пожирают меня глазами. Они, что же, калек никогда не видели?

– Представьте себе. В их «совершенном» мире прекрасных лиц, тел и мыслей всё слишком приелось.

– Да ладно вам! – рассмеялась посланница богини. – Расслабьтесь, господа хорошие.

Итак, Светлый вел своих товарищей самым коротким путем в Адельмир. Там его давно уже ждали. Вороны прилетали с записками каждые три-четыре часа. После очередного послания Ольмирис начал заметно нервничать и вскоре сообщил остальным:

– Сегодня ночевки не будет. Подкрепите силы и наберите свежей воды. Мы побежим… Очень быстро. Даже Кустик. Веди его в поводу, Лета.

– Неужели Ночные Бражники вышли на охоту? – догадался Гаол.

– Ой! – пискнула девушка, чувствуя, как сердце сжимает животный страх.

– А кто это? – напряженно поинтересовался Кармил.

– Призрачные души эльфов и орков, что погибли в муках за века постоянных сражений, – ответил Олаг. – Что же их опять пробудило?

– Кто знает, брат. Главное: нам не стать такими же.

– Понятно, – кивнул бывший работник парома. – Наши Шатуны…

– И в подметки не годятся эти духам…

– Олаг, Гаол, вы защищаете Вилету и Кармила. А я постараюсь везде успеть… Слушайте лес: он подскажет, когда опасность будет близко… – с этими словами Светлый скрылся за деревьями.

Посланница Сильваны разорвала подол платья и, покрепче сжав поводья Кустика, побежала вперед. Бег ее спутника получался прерывистым из-за отсутствия конечности, но он выкладывался по полной. Братья-орки двигались быстро и бесшумно, прикрывая их. Сумерки окутали Багряный Лес. Стало пугающе тихо. Так тихо, что сердцебиение и дыхание бегущих казались оглушительно громкими, манящими для призрачных жителей здешних мест…

– Оставьте Кустика, госпожа. Бражники его не тронут. Зато мы станем быстрее, – предложил Гаол, отбрасывая в сторону поваленный ствол. – Потом я лично разыщу Вашего любимца.

– Как скажете… Береги себя, дружочек.

Остановившись на мгновение, девушка вытряхнула из туфли камешек – и тут темнеющее небо полыхнуло голубым и замерцало. Где-то вдали блеснул огонек янтаря. Вот снова. И снова. Шепча на ходу молитвы своей покровительнице, она вновь побежала, слыша за спиной дыхание двоих спутников.

– Всё! Больше не могу, – выдохнула она, хватаясь за ствол ближайшего дерева после часа бесконечной гонки со временем и страхом.

Олаг тут же оказался рядом:

– Залезайте ко мне на спину. До реки осталось совсем чуть-чуть. Парень, не отставай.

Меч Гаола рубил корни, ветки и колкие сучья впереди, нарушая все запреты. Янтарный посох тоже трудился, отгоняя невидимую пока опасность то впереди, то позади бегущих. Младший брат опередил старшего, влетая со своей драгоценной ношей в холодную воду. Кармил скоро присоединился к ним, благодаря «щедрому» пинку Гаола. Тот опоздал лишь на долю секунды – и его тело сковало множество тончайших белых нитей. Они мерцали и шевелились как живые. И вот рядом возник первый Бражник – удивительно высокий и худой эльф-призрак. Глаза его излучали слабое сияние, а жертва замерзала всё сильнее.

Стараясь не упасть в реку, Вилета дотянулась до флейты и заиграла бодрую мелодию. Ночной кошмар Багряного Леса замер, удивленно глядя перед собой, и вдруг задергался в странном подобии танца… В следующее мгновение янтарный свет окружил его и оттолкнул на четверть лиги от воды, попутно разрезав ледяные путы. Девушка обернулась.

С другого берега к ним уже плыл Ольмирис, держа оружие над водой. Гаол тряхнул головой. Прежний цвет лица медленно возвращался к нему. Одним прыжком орк оказался в реке.

– Скоро здесь будут остальные призраки, – сообщил Светлый, появившись рядом. – Придется нам остаться здесь до утра.

Ольмирис и Вилета создали плавающую в воде воздушную сферу. Внутри было сухо и тепло. Посланница богини наконец-то слезла со своего спасителя. Тот стал разминать затекшие шею и плечи, хитро щурясь в ответ на слова благодарности.

Тем временем бражники неторопливо расхаживали по обеим берегам, не спуская глаз с желанных жертв. Так, под бдительным присмотром, и прошла эта ночь. На рассвете тюремщики просто растаяли в воздухе.

Следующие сутки запомнились всем долгим переходом по лесу и не менее длительным нахождением в воде. Гаол выполнил обещание: теперь Вилету сопровождал ее мохнатый скакун, забавно фыркая, когда ему на морду попадали капли воды.

С первыми лучами солнца к берегу безымянной речки, спасшей жизни пятерым путешественникам, выехала группа воинов-эльфов. Возглавлял ее голубоглазый красавец с длинными пшеничными волосами. Окажись этот юноша при дворе, его мгновенно окружили бы восторженные поклонницы, а художники умоляли бы высокородного гостя позировать для картин, иллюстрирующих знаковые события в истории Лавидии и всего Валдара. Ольмирис тоже был красив (и особенно мил сердцу посланницы Богини Любви), однако его внешность была более мужественной, чуточку небрежной. А здесь перед ней предстало воплощение недостижимого идеала (даже для Перворожденных).

– Ау, Лета! – тихонько позвал ее Светлый. – Мой господин настолько хорош? А я-то думал, мужское обаяние тебе нипочем.

– А? Что? Так вот как выглядит восьмой король из Совета Двенадцати. Я думала, он гораздо старше. Сюрприз-сюрприз…

– Ваше Величество, позвольте представить Вам Вилету Маркауз – посланницу богини Сильваны и мою горячо любимую супругу.

Растерявшись от столь краткой, но весьма исчерпывающей рекомендации, девушка кивнула, забыв сделать реверанс.

– Весьма рад нашей встрече, прелестная эттэрни, – улыбнулся оживший идеал ее грез. – Мой старший брат – редкостный баловень Судьбы.

– Взаимно, Ваше Величество. Осмелюсь сказать, мне повезло ничуть не меньше… Погодите. Вы близкие родственники?

– К счастью. Единокровные.

– Теперь я понимаю, ПОЧЕМУ Ольмирис умеет буквально всё на свете.

– Вы мне льстите, госпожа. А вот брат, и правда, невероятно талантлив. Позвольте узнать, кто ваши спутники?

– Я писал Вам, Ваше Величество, что Арзаки – мои личные наемники, а господин Доуз намерен обратиться к Совету за помощью.

– Да-да, вспомнил. Приветствую серых братьев и жителя Лаверна, чья храбрость и находчивость неоспоримы. Я счастлив, что успел нагнать вас… Брат, отойдем-ка в сторону.

– Как Вам будет угодно.

– Ты привез камень?

– Да. Вот возьми. Полагаю, присутствие осколка Зова Вечности и пробудило Бражников. Надо быть осторожнее… Кстати, маг просил передать, что у него больше не осталось частей артефакта.

– Печально. Однако восхитительная Сильвана обещала поспособствовать решению моей проблемы, если мы с тобой поможем милой маркизе Шэклтон спасти мир.

– Вилета здесь еще по одной причине: пропал Родэрик…

– Тебе не хуже меня известно, что он живет в Золотом Лесу. В нежных объятиях нашей сестрицы-чаровницы.

– Я никак не решусь рассказать Вилете, что его заколдовали сильнейшими любовными чарами. Эта новость разобьет ей сердце…

– А сам-то хорош. Уговорил-таки прелестницу провести Свадебный Обряд. Надеюсь, посланница знает, что теперь вы связаны навсегда, даже после смерти?

– Ну… Мы еще не клялись и не проводили ночь вместе… Однако Любовь моя чиста как первая капля утренней росы. Тебе ли ни знать этого, брат!

– Наконец-то заговорил со мной нормально, – рассмеялся восьмой король эльфов. – Не раскрою я твой обман. Всё понимаю. Да и она, похоже, более чем неравнодушна к тебе… Господа и милая эттэрни, прошу прощения за задержку. Нам пора отправляться в путь. Необходимо добраться до Адельмира засветло. Наши кони к вашим услугам.

– А как же Кустик?

– Я наложу чары. И он будет легко поспевать за нами. Вы же не откажете брату в маленьком капризе – покататься с ним на лошади?

– Как бы я осмелилась, Ваше Величество.

Столица Багряного Леса оказалась очень уютным местечком в устье Тольдара. Здесь и собрались остальные Владыки. Ольмирис привел Вилету в свое скромное жилище на дереве (каковых здесь было большинство). А члены Совета расположились в просторном одноэтажном особняке главы города (он же пятый король эльфов). Здание по праву считалось «жемчужиной» здешних построек. Редкая речная порода меняла цвет в разное время суток и загадочно мерцала даже в полной темноте.

– Что я скажу всем этим господам? В чем угроза для Валдара? – посланница Богини Любви нервно расхаживала туда-сюда, поправляя складки на новом нежно-изумрудном платье с серебряной вышивкой.

– Правду, милая Лета, правду. Ведь тебе ничего толком неизвестно.

– Так-то оно так. «Помогите мне. Правда, сама не знаю, в чем…». Звучит глупо.

– А Боги на что? Чуть возникают вопросы, ты отвечай: «На то была воля блистательной Сильваны!» Ей милый комплемент сделаешь, а себе отличную защиту поставишь. Никто не осмелится сомневаться в ее пророчестве.

– Попробую.

– Ольгердес поддержит тебя. Брат умеет читать мысли, распознавать ложь, истинные чувства собеседника.

– Тогда вперед!

– Еще одно предупреждение. Будь осторожна в словах, беседуя со Вторым Королем. Он подозрителен и порой резок, однако непревзойденный воин.

– А я думала, вас с детства учат контролировать эмоции, – не удержалась от замечания посланница Богини Любви. – Обещаю быть милой и кроткой, очаровать всех вокруг.

– Вот этого не надо, – усмехнулся телохранитель восьмого короля. – Иначе все вокруг сочтут меня очень ревнивым мужем.

У входа в дом пятого владыки их уже ждал Кармил Доуз. Ольмирис кивнул ему и сделал шаг назад.

– А ты разве не пойдешь со мной?

– Мне туда нельзя. Совет принимает решения без свидетелей, чтобы исключить любую предвзятость и влияние извне.

– Ну помогай нам Боги!

Еще издали взволнованная Вилета ощутила непередаваемую торжественную атмосферу. А, подойдя ближе и поклонившись, рассмотрела и самих могущественных владык Царства Эльфов. В их изысканных одеждах легко угадывались Символ, Сила и Природная Стихия Рода. Двенадцать правителей (Темные и Светлые) были разного возраста и пола: старейшему на вид исполнилось около тысячи лет, самая младшая же едва отпраздновала первую сотню вёсен. Все жители Валдара с детства знали о том, что Перворожденные быстро взрослеют и стареют лишь за пару десятков лет до смерти. Однако, находясь здесь, девушка лично убедилась, что многочисленные авторы книг и устных историй были предельно честны, то есть очаровательным эльфятам, и правда, позволяется практически всё, а седовласым старцам поклоняются столь же трепетно, как и Матери Природе.

Итак, Ольгердес первым ободряюще улыбнулся «просителям». Вилета и Кармил сделали шаг в Круг Совета.

ГЛАВА 4

– И как всё прошло? – поинтересовался Ольмирис, когда они вышли из резиденции главы Адельмира.

– Сложно сказать, – хмыкнул бывший работник парома. – Накормили нас обещаниями знатно. Пятый король согласился нанять меня на службу мастеровым, если я достойно покажу свое искусство в обработке камня и дерева.

– Несомненная удача. Его Величество – величайший изобретатель нашего народа. И протез, сделанный им, станет для Вас не только рукой, но и чудесным артефактом.

– Однако за сию милость мне придется оставаться здесь целых десять лет… Для человека огромный срок! Едва ли Владыки упустили из виду сей факт…

– За всё приходится платить, – вздохнул Светлый. – Сочувствую. Однако всегда есть иной выбор – просто вернуться к любимой… Дорогая, а ты что расскажешь?

– Меня вежливо выслушали и ответили, что помогут лишь тогда, когда Сильвана или я укажем на врага или опасность. Как сказал старейший Владыка:

Поведай фактов нам

Хотя б чуть-чуть,

Чтобы осмыслить их

И так иль сяк перевернуть,

Нырнуть в глубины знаний

И обратно всплыть.

Как защититься от того,

Чего вообще не может быть?

Бесполезны все старанья,

Сколько землю не копыть…

– Его Величество, как всегда, весьма образен и страстно увлекается поэзией и прочими науками. Если уж он так сказал… Не грусти, дорогая. Доверься Судьбе и обстоятельствам.

– Видимо, придется… Кстати, а почему никто не называет членов Совета по именам? Из уважения?

– Имя короля, данное при рождении, священно. Даже близкие люди не могут его произносить на публике.

– А как же быть во время сражений? – удивился Кармил. – Как понять, кто из Величеств отдал приказ?

– У каждого короля есть еще и Благородное Имя: Архивариус, Воитель, Мастер. Моего брата величают Король Мыслей и Чувств.

– Каждое из них по-своему уникально… Я поняла! – рассмеялась Вилета. – Как интересно и необычно. Владыки эльфов напомнили мне Духов из сказки про времена года. Возможно, наши предки вместе сочинили эту историю.

– Любопытное предположение.

– Однако самое странное случилось, когда я поинтересовалась, известно ли королям что-нибудь о моем пропавшем брате. Они стали смущенно отводить глаза. Явно, что-то зная!

– Милая Лета, – тяжело вздохнул Ольмирис. – Прости, что скрывал… В общем, Родэрик жив и здоров, живет с нашей двоюродной сестрой Лисетой в Золотом Лесу… Позволь мне закончить… – взмолился он, заметив шок на ее лице и желание что-то сказать. – Понимаешь, сестрица влюбилась в него с первого взгляда. Родэрик же отверг ее. Весьма решительно. В гневе она наложила на него любовные чары, снять которые можно лишь убив либо заклинателя, либо жертву заклятия… Что еще хуже, он совершенно забыл свою прошлую жизнь… Они поженились. А сейчас Лисета в ожидании первенца…

– Всё это время брат был в безопасности. Слава Богам! Но почему же мне не сообщили о случившемся? Написали хотя бы пару строк…

Светлый отрицательно покачал головой.

– Так вот в чем дело! Члены Совета договорились ПРОСТО молчать? Дабы не испортить репутацию Рода? Как благоразумно. А вот я осталась совсем одна, каждый день тревожась за старшего брата… Как тяжело мне было служить в храме без поддержки единственного близкого человека! О чем это я. Нет смысла давить на жалость. Конечно, ты всё прекрасно понимаешь. Какой изощрённый план – связать меня браком, солгав, что он ненастоящий! Смелая попытка извиниться, признаю…

– Я виноват и заслуживаю всех бранных слов, что ты можешь вспомнить, дорогая.

– Да, я зла и говорю с досады… Позволь мне побыть одной, Ольмирис…

– Как пожелаешь. Хочу сказать лишь одно: возможно, тебя посетят подобные мысли, однако развестись мы не можем… Так как едины теперь даже после смерти.

– О Богиня, за что?! Воистину, за доверчивость нет страшнее кары, чем осознание собственной глупости… Оставайтесь на месте. Вы ОБА!

Кармил энергично замотал головой, давая понять, что не собирается ее преследовать. А Светлый побледнел еще сильнее:

– Как скажешь, любимая…

– Да-а, господин, заварили Вы кашу… – молодой человек проводил взглядом убегающую девушку. – Женщина в гневе страшнее демонов Тьмы. А если ссора еще и заслужена… Теперь есть два пути: стать ее собачонкой или расстаться… Выпьем?

– Мне даже пить нельзя…

– В таком случае остается уповать на милость Богини. Глядишь, всё наладится.

Вилета не помнила, как оказалась здесь, на мосту через Тольдар. Слезы застилали ей глаза, но отказывались проливаться. В душе бушевал сонм самых разных темных чувств: от гнева и ненависти до желания самой изощренной мести всем вокруг (и даже любимому). Мрак внутри нее рос стремительно, как пузырьки в котле с закипающей водой… В какой-то момент у девушки перехватило дыхание от ужаса – и она почувствовала, как отнимаются ноги, а сердце становится хрупким как лёд… Опустившись на камни, ей удалось послать мысленный зов:

– О милосердная Сильвана, напомни мне о Любви! К тебе, ко всему Валдару, к брату… И к нему. Ольмирис, Ольмирис, помоги…

Потом была темнота и забытьё. Но вот сквозь равнодушную тишину пробился мягкий голос Богини, ласково наставляющий:

– Моя посланница чужда Мраку. Люби и будь любимой. Тогда и откроются скрытые сейчас пути… Просыпайся! Очнись же!

Боль забудь и отпусти…

Суть любой реальности:

Я с тобой! За тебя

Жизнь отдам, ЛЮБЯ.

– Сестра почти заледенела. Окажись я на мосту хоть на час позже… Даже волшебная кровь в жилах не спасла бы твою жену, брат, – тихий голос Ольгердеса возник из ниоткуда и с каждой секундой слышался всё отчетливее. – Да, признаю: Совет Двенадцати поступил жестоко и вынудил тебя лгать возлюбленной. Однако твой покладистый нрав и чувство вины едва не стоили ей жизни: гнев и боль почти погубили Свет в ее душе…

– Вилета надолго парализована?

– Кто знает? Полагаю, для выздоровления в ее душе должны воцариться прежние мир и покой. Я не мастер давать советы, однако считаю, что Брачная Ночь, безусловно, поможет.

– Я не стану принуждать…

– Зачем же принуждать. Очаровать, чуточку подтолкнуть… Ее сердце, явно, расположено к тебе.

– Вот уж не надо меня ни к чему подталкивать, – тихо ответила обсуждаемая особа, открывая глаза. – Чашечка горячего чая будет уместнее.

– Дорогая невестка, вьёте же Вы из брата веревки, – рассмеялся восьмой король, наблюдая, как быстро тот убежал выполнять просьбу. – Нехорошо.

– Нехорошо обманывать или замалчивать важные вещи. Однако я, и правда, погорячилась, признаю. Но любя же!

– Вы это ЕМУ скажите, эттэрни. Вроде выросли, а ведете себя как дети малые! Помилосердствуй, Мать Природа.

– Вы правы, Ваше Величество.

– Давай перейдем на «ты». Меня зовут Ольгердес, старшая сестра. Оставлю вас наедине. Не скучайте! Скоро увидимся.

– А вот и чай. Я принес заварные пирожные… – Ольмирис удивленно посмотрел по сторонам. – Мы вдвоем?

– Как видишь. Прости, но мое отношение к тебе отныне не будет наивно-восторженным.

– Понимаю и принимаю.

– И не надо мне ежесекундно угождать. Твой брат прав: это выглядит странно…

– Милая, поверь, если бы три года назад я мог как-то повлиять на происходящее между Лисетой и Родэриком…

– Вмешиваться в чужую личную жизнь бессмысленно. Эмоции, как правило, сильнее разума. И я тому яркий пример. Сегодня мною впервые овладел пугающий черный гнев. Наверняка, нечто подобное пережила и ваша сестра после отказа. Так страшно, когда ты не владеешь собой, становишься близка к безумию… Мой несчастный брат обречен любить по чужой воле. Скоро он станет отцом, и его фальшивые чувства станут настоящими (хотя бы отчасти). Но он забыл меня, наших родителей… Если бы я знала, к чему приведет ТОТ злосчастный вечер во дворце, то уступила бы домогательствам герцога.

– Нет, Лета, нет. Этот негодяй заслужил свое уродство! И я бы не смог остаться в стороне… Лисета всегда была самоуверенной и вспыльчивой, однако чувства ее к твоему брату искренни. Эльфы любят лишь раз в жизни, понимаешь? А бедняжка обрекла себя еще и на вечные муки совести, заполучив Любовь подлостью и обманом.

– Думаю, так оно и есть. Никто не идеален. И за всё приходится платить… Ну а ты?

– Я просто люблю тебя. С того самого дня, как меня представили маркизе Шэклтон на новогоднем балу десять лет назад…

– Должна сказать, ты так умело притворялся, что ничего не знаешь о судьбе Родэрика… Пусть я уже знаю о причине, скажи мне сам, глядя в глаза: к чему была сия ложь?

– Совет Двенадцати запретил упоминать о позоре Рода Белого Лотоса. Нарушив приказ, я бы…

– Сохранил свою совесть незапятнанной!

– Возможно. Однако страх перестать быть твоим идеалом оказался сильнее. Я далеко не безупречный герой из романов, дорогая.

– Очевидно… А наш брак можно официально считать состоявшимся, – Вилета заставила себя улыбнуться. – Поздравляю: мы впервые поссорились!

– Значит, пришла пора мириться… Поверь: если бы я любил тебя хоть чуточку меньше, то нашел бы тысячу красивых слов для оправдания и себя, и сестры, и Совета.

– А если бы Я любила тебя хоть чуточку меньше, то никогда бы не простила.

– То есть? – растерялся Ольмирис.

– Ты прощен. Вы все прощены. Великодушной мной!

– Чудесно! Мне же не послышалось, дорогая… – затаил дыхание телохранитель восьмого короля. – Ты ТОЖЕ меня любишь?!

Вилета села в постели. Ноги не двигались и были тяжелыми как цирковые гири:

– Что же тут удивительного, дорогой муж? Твоя физическая форма неподражаемо великолепна… А обоюдное умение лгать придаст нашим отношениям перчинку.

– Значит, ты соврала?

– Ни капельки… Ой, ты опять светишься… Стоп! Куда убираешь чай и пирожные?

– Подсластим наше примирение кое-чем другим…

– Прямо сейчас? Я же, мягко говоря, не в форме.

– Но поцеловать меня это не помешает, надеюсь?

– Ни за что!

На следующее утро Ольмирис вынес Вилету на руках на балкон их жилья и усадил в кресло:

– Побудь здесь пока, ладно? Я загляну к Его Величеству. Владыка захотел отправиться с нами в Золотой Лес. И брат тоже.

– Не задерживайся… И хватит улыбаться как довольный кот, съевший сметану! Все подумают, что мы…

– Счастливы. Ладно, обещаю быть серьезным.

Вилета помахала ему рукой и стала наблюдать за проходящей рядом тропинкой.

Вот по дорожке, весело болтая, пробежали эльфята с глиняными и восковыми дощечками для письма. В Башне Знаний начинались занятия.

Вскоре прилетели очаровательные Мяузи – крошечные животные, похожие на котят, только с пушистыми кисточками на ушах и стрекозиными крыльями на спинках. Взволнованные зверьки настороженно принюхались, издавая тоненький писк, и дружно полетели в сторону общей кухни, где уже завтракали те эльфы, кому предстояло сегодня работать на пшеничном поле за городом.

Багряный Лес по-прежнему источал хмельные пары, но девушка успела привыкнуть к ним и не испытывала никакого неудобства.

Где-то в стороне раздавались звонкие удары кузнечного молота. Иногда в его размеренную песню вмешивались звуки, характерные для тренировок с мечом и луком, которые считались обязательными для всех мужчин (моложе тысячи лет). А прекрасная половина Царства Эльфов не спеша приступала к музыкальным занятиям, танцам, чтению, пению и составлению целебных сборов. Кто-то из местных девушек занимался и физическим трудом: собирал фрукты в садах, подметал дорожки, готовил на маленьких жаровнях, заколдованных таким образом, чтобы огонь не имел никаких шансов навредить лесу. За маленькими детьми здесь, кстати, присматривали не только родители. Но и юные эльфийские воины, учась ответственности, терпению, внимательности и легендарной реакции. У каждого было, как правило, по пять-шесть милых, озорных и любознательных подопечных.

В целом, ежедневная рутина Перворожденных мало чем отличалась от быта других народов и рас Валдара. Разве что делалось всё это с невероятным эстетическим ореолом. То есть малоприятные вещи (такие как стирка, уборка, мытье полов, чистка труб и жаровен) совершались исключительно с помощью магии.

Вилета подумала, что крестьяне и ремесленники трех стран сочли бы такую жизнь весьма простой и привлекательной.

– Госпожа! – окликнул ее Гаол. – Как Ваше самочувствие? Правда ли, что вы с супругом отправляетесь в Золотой Лес – Мир Магов всего Царства?

– Благодарю, мне гораздо лучше. Новости распространяются удивительно быстро, – улыбнулась девушка. – Хотите поехать с нами?

– Если нужна охрана, мы с Олагом готовы.

– Прекрасно! Я буду очень рада совместному путешествию.

Проходя мимо, Кармил помахал ей рукой:

– Рад видеть Вас в добром здравии. Пожелайте мне удачи. Спешу в мастерские.

– Да благословит Богиня Любви всех, кто идет путем Добра!

– Пятый Король закончит мою новую руку к концу месяца.

– Замечательно!

Разглядывать пустую дорогу было довольно скучно, поэтому девушка незаметно уснула… Разбудил ее бодрый голос мужа:

– Дорогая, посмотри-ка сюда. Видела ли ты когда-нибудь ТАКОЕ ЧУДО?

У порога их дома стояли изящные позолоченные сани с мягкими сиденьями. Ольмирис и сам сиял ничуть не меньше:

– Завтра утром отправляемся в путь.

– А где же лошади? И как ехать в санях летом?

– Это волшебный транспорт, милая Лета. Он плавно и быстро скользит по любой поверхности совершенно самостоятельно. Отличное решение для дальних поездок в компании Ольгердеса и старейшины.

– Конечно. Кстати, Гаол приходил справляться, нужны ли их с братом услуги. Я ответила согласием.

– Ты молодец, дорогая. Жду не дождусь возможности испытать сани! Так что братьям-оркам придется сесть на самых резвых скакунов, чтобы поспевать за ними.

– Да-да, милый, превосходная идея прокатиться с ветерком.

– А сегодня вечером Пятый Владыка пригласил нас на грандиозный праздник. В честь окончания летнего фестиваля народов Валдара.

– Обещаешь носить меня на руках?

– Клянусь.

– Не надо клятв, – рассмеялась посланница богини. – С недавних пор я к ним предвзято стала относиться. Поднимайся. Выпьем чаю со сладостями. Должна сказать, я прекрасно владею кулинарной магией людей.

– Твои таланты меня всегда восхищают.

– А ты, оказывается, еще и льстец.

– Отнюдь. Просто умею признавать очевидное.

ГЛАВА 5

На следующее утро Ольгердес первым появился на пороге:

– Дорогие родственники, отправимся же скорее в путь! Старейшина со своим телохранителем вот-вот прибудут.

– Сюда, брат! – Светлый старательно протирал тряпочкой золотые узоры. – Не могу налюбоваться сим чудом техники и магии.

– Да уж, – рассмеялась Вилета, защелкивая специальный крепеж на коленях. – Моя «соперница» воистину прекрасна… А вот и братья-орки. Приветствую!

Олаг и Гаол кивнули в ответ. Они сидели на великолепных скакунах белой и вороной масти. Чувствовалось, что верховая езда не слишком их привлекает, но выбить из седла воина-орка было крайне сложно.

Вскоре показался могучий рыжий рысак, несущий на себе пожилого и молодого всадников. Ольгердес и Ольмирис поспешили помочь первому владыке сесть в сани.

Его телохранителем оказался черноволосый и черноглазый эльф с очень пронзительным взглядом. Казалось, Темный способен мгновенно узнать всю подноготную окружающих его спутников.

– Позвольте мне изречь,

Сей отрок Вальдес

Станет бдительно стеречь

Не только мой

Всея великолепный королевский зад.

Но и за вас, друзья мои, вступиться будет рад.

Годков уж двести как тому назад,

Ни без восторга и надежд глубоких,

Его я выбрал в спутники себе,

Чтобы подольше задержаться на земле.

Он скромен, мудр, видит всех насквозь.

Однажды встретившись,

Уж не пойдете с ним вы врозь…

– исчерпывающе представил поклонившегося эльфа Король-Архивариус.

– Мы бесконечно рады вашему участию в нашем маленьком походе, – улыбнулась посланница богини. – Однако, Ваше Величество, не утомит ли Вас столь долгая дорога?

– В прекрасной компании сие решительно невозможно, – переходя от стихов к прозе, заметил старейшина.

Итак, все отправились в Золотой Лес. Неделя пути пролетела незаметно. Путешественники много разговаривали, ели, спали. Бдительная охрана, пришпоривая коней, держалась то впереди, то сзади. Первый владыка оказался весьма бодрым старичком, с неподражаемым чувством юмора. Сложно было понять, когда он шутит, а когда серьезен, поэтому молодежь старалась побольше улыбаться и кивать. Наконец, устроили привал на несколько часов, чтобы всадники и лошади хоть немного отдохнули.

Вот тут-то и начались неприятности. Ольгердес отвел брата в сторону:

– Очередной месяц на исходе… Голова кружится. Камень Возрождения (он же Зов Вечности) остался в Адельмире у Пятого Владыки. Очень надеюсь, Ночные Бражники к нам не пристанут. Однако теперь я могу в любой момент сменить облик… Всех членов Совета, кроме флегматичного Шестого Брата и милой Седьмой Сестрицы, прямо трясет от гнева при малейшем упоминании родственников нашей матушки.

– И неудивительно! В ТУ страшную ночь могучим русалам почти удалось победить… А сколько жертв было с обеих сторон… Когда начался суд, влюбленный отец пожалел маму и женился.

– Однако он никогда не скрывал опасений, что мы – его любимые сыновья – можем унаследовать ее (якобы дурную) кровь и способности… Вынуждая сначала матушку, а потом и нас с тобой лгать ЕМУ ЖЕ и Совету. Боюсь даже представить…

– Не волнуйся, брат. Я что-нибудь придумаю. И Вилета, наверняка, поможет.

– Благослови вас Мать Природа. Пойду поищу источник воды.

– Жаль прерывать столь увлекательную беседу. Ваше Величество, позвольте мне побыть с супругой наедине, – Ольмирис с улыбкой взял девушку на руки. – Дорогая, ты же хотела умыться и привести себя в порядок…

– Разумеется. Мешать молодоженам – последнее дело.

– Куда ты меня несешь? – удивленно захлопала ресницами посланница богини.

– Сейчас расскажу. На ушко.

– Чудеса! Так вот почему Ольгердес НАСТОЛЬКО красив. Его внешность неземная… Я постараюсь наложить Чары Внушения, но не знаю, подействуют ли они. Владыки эльфов духовно и физически сильны.

– Сделай, что сможешь, дорогая. В Золотом Лесу брат быстро восполнит нехватку магии, и ему станет легче бороться со своим состоянием.

Наконец, впереди блеснуло небольшое озеро с втекающим в него ручейком. Восьмой король уже ждал их в своем втором облике.

– Как видишь, старшая сестра, Род Белого Лотоса самый проблемный во всем Царстве, – грустно улыбнулся прекрасный русал.

– У меня не отвисла челюсть? Вот так сюрприз, милый брат! Кстати, я собираюсь внушить, что ты эльф. Получится, как думаешь?

– Сопротивляться не буду. Делай всё, что необходимо.

– Дорогой, посади меня поудобнее, чтобы я не соскользнула в воду.

– Моя сила нужна?

– Не помешает, спасибо.

Вилета чувствовала прохладу воды, но ноги ее по-прежнему не двигались:

– Ольгердес, твой хвост должен касаться моих ступней. А теперь тоже возьми меня за руку и закрой глаза. Вспомни самое счастливое событие из детства или первую любовь. Нечто такое, что заставляет твое сердце трепетать. Слушай мой голос и мысленно повторяй всё сказанное. Как почувствуешь, что превратился обратно, разожми пальцы. Ну, помогай нам Боги!

Ритуал почти завершился, когда Ольмирис вдруг столкнул Вилету в воду:

– Я к Королю-Архивариусу!

Девушка даже удивиться не успела, заметив вдалеке зыбкие силуэты:

– Что они здесь делают? ДНЁМ!

– Русалочье племя всегда служило Тьме. Возможно, их приманил я.

– Не отпускай. Продолжаем.

Тем временем Вальдес, Олаг и Гаол делали все возможное, чтобы пятеро бражников не приближались к ним. Первый владыка шептал Отвращающее Заклинание. Купол над их головами медленно (чересчур медленно!) опускался. Так что помощь Ольмириса оказалась весьма кстати. Раскидав почивших, Светлый приказал:

– Олаг, Гаол, к саням! Тут недалеко есть озеро.

– Ловите! – первый король кинул своим защитникам по крошечному угольку. – Проглотите это – и паутина Бражников будет таять на вас как снег у печи. Правда, не слишком долго.

Ольмирис и Вальдес сплели энергии своих посохов. Могущество темного эльфа питалось не от живительных сил природы, а, напротив, от сил ее увядания (не менее важных для благополучия Царства Лесов). Сие Единение Противоположностей рождало просто невероятную мощь, которая могла косить тысячелетние деревья как сухие травинки. Вихрь закрутил несчастные души, давая сфере необходимое мгновение, чтобы коснуться земли. Трое эльфов слаженно развернулись и побежали в сторону магического транспорта. Братья-орки хоть и бесполезно, но яростно рубили вновь появившихся призраков мечами. Образы гостей с того света искажались, на пару мгновений впадая в оцепенение. Разбросав несчастных по лесу, король и его спутники помчались к воде. Волшебные кони не отставали от хозяев.

Тем временем посланница Богини Любви и король-русал скромненько сидели на валуне посреди озера и болтали в воздухе босыми ногами:

– А вот и вы! Мы уже начали волноваться.

Сани с разгона въехали в воду, обрызгав всех. Эльфийские скакуны начали резвиться в воде, радуясь, что пугающий холод наконец-то неопасен.

– С чего бы это призракам разгуливать днём? – поинтересовался Олаг, устраиваясь на мокром камне вместо Вилеты.

– Хороший вопрос, – задумчиво протянул первый владыка. – А еще мне не дает покоя ваш рассказ про нападение виверн на паром. Хищницы живут на Орочьих Островах. Они легко пролетают тысячи лиг, но кормятся обычно поблизости от скал, где обитают… Такое ощущение, что чья-то злая воля погнала их на охоту. Боюсь, прекраснейшая Сильвана права: наш мир медленно движется к краю неведомой Бездны…

– Ваше Величество, прошу прощения за неуместную поездку в Золотой Лес. Однако мое сердце не будет знать покоя, пока я не увижу, что брат счастлив (насколько это возможно в его состоянии).

– Намерена ли ты, дитя мое, рассказать ему о вашем родстве?

– Я еще не решила. Так или иначе, мы семья.

Ольгердес проводил взглядом худощавого эльфа-призрака, чьи одежды были настолько исполосованы, что напоминали праздничные шелковые ленты, чуть колышущиеся на ветру:

– И когда наши предки изволят убраться отсюда?

– Из книг известно, мой юный Брат из Совета, что их могут отпугнуть единороги…

– Живущие в Золотом Лесу. За десять лиг отсюда… – досадливо отмахнулся восьмой король эльфов.

– Однако, если прекрасная дева призовет… Милое дитя, судя по румянцу на Вашем лице… Простите старого дурака за бестактность… Мы несколько иначе понимаем, что такое Невинность. Раз дитя еще не поселилось во чреве, есть шанс на успех. Попробуем?

Бывшую маркизу Шэклтон вновь усадили на камень, зачаровали ей гребень с драгоценными камнями. Волшебные скакуны отдыхали рядом, придавая всему происходящему еще больше сказочности. Перетащив сани к противоположному берегу, мужчины укрылись там же. А Вилета начала расчесывать волосы, тихонько напевая хвалебные гимны Богине. Где-то через час ее локоны стали глаже водной поверхности, уставшие пальцы одеревенели. И вдруг Ночные Бражники (всё это время зачарованно толпившиеся на берегу поближе к девушке), вздрогнув как единое целое, стали исчезать как утренний туман на восходе солнца.

К озеру бесшумно вышла белоснежная кобылица с алмазным рогом на лбу. Прекрасные эльфийские кони, завороженно глядя на гостью, отступили, пропуская ее. Та грациозно скакнула в воду и замерла на расстоянии вытянутой руки. Посланница богини улыбнулась и стала расчесывать невесомую гриву их спасительнице. Уходя, чудесное создание Лесного Царства доверчиво ткнулось мордой ей в плечо, а на камне появилось два крупных алмаза: нежно-розовый и дымчато-голубой. Как позже поведал девушке Король-Архивариус, Мать Природа предсказала ей рождение двойняшек.

А пока сани вновь мчали вперед, удивительным образом огибая многочисленные деревья. На редких полянках путешественники устраивали краткий отдых, стремясь как можно скорее оказаться под защитой Золотого Леса. Однако вскоре они снова прилично так задержались.

Уже в густых сумерках зоркий Ольмирис (благоразумно державший руку на рычаге тормоза и следивший, куда именно несет всех переменчивая магия) заметил впереди клубы черного дыма без характерного запаха костра. Такой знак обычно оставляли Арзаки после своих нападений. Братья-орки подтвердили его опасения и тут же предложили выяснить, в чем дело. Оставив девушку и первого владыку под защитой Вальдеса и восьмого короля, трое воинов направились к месту возможного вторжения орков. Затаившись в ближайших кустах, они стали ждать малейшего движения у трех сгоревших походных построек. Время шло. Как вдруг пепелище стало стремительно обретать прежний вид. Вскоре показались эльфы-близнецы. Молодой человек и девушка. Рыжеволосые и кареглазые. Острые кончики их ушей, явно, были отрублены секирами.

– Отличная вышла иллюзия, Мэлис. Арзаки прошли мимо и даже не стали ничего проверять, посчитав нас погибшими, – девушка подняла руку к глазам, вглядываясь в темноту.

На ее запястье разведчики заметили сломанные железные колодки. К ноге молодого человека было приковано пушечное ядро:

– Очень странный поступок с их стороны, не находишь?

– Возможно, Шаргат очень спешит…

– Надеюсь, наш скрытый сигнал насторожит хозяев этих мест.

Беседуя уже о каких-то пустяках, двое беглецов подошли к одному из укрытий и тихонько позвали:

– Они ушли. Можете вылезать. Только не шумите.

И вот на белый свет показались представители мирного орочьего народа Агаби: пятеро малышей, две старушки и три молодые девушки. Они были грязны и оборваны, но целы (без видимых ран, по крайней мере). Олаг и Гаол неслышно возникли за спинами всей компании.

– Арзаки! Ой! – пискнула орчонка, прячась за взрослых.

– Не бойтесь, – Ольмирис тоже оказался рядом. – Лучше расскажите, кто вы такие?

Агаби сделали Знак Покорности, а рыжеволосый эльф заговорил:

– Меня зовут Мэлис. Мою сестру – Мэлесида. Мы из рода Осенних Даров.

– Теперь вы в безопасности, – кивнул Светлый, приглашая всех следовать за собой. – Поведайте, что же случилось?

– Еще ранней весной наш торговый паром попал в шторм, и его отнесло аж к Колдорну. Наш товар был разграблен. Эльфы и люди угодили в плен к оркам. Раненых скормили Варгату, остальные стали рабами и слугами благородных ордов и орди. А десять дней назад случилось неожиданное: к Шаргату прибыл высокий Темный дальгар, убедивший вождя отправиться в Царство с некой миссией. И вот около сотни воинов тайно высадилось в Звенящих Рощах. С виду мирные путешественники, торговцы и их охрана изнуряющим маршем направились к Багряным Лесам, избегая крупных поселений. Однако всё пошло не по плану. Некоторые из нас, кого орки взяли с собой ради прикрытия, поплатились жизнями за попытки предупредить Совет об опасности… Стремясь как можно дольше сохранять инкогнито, негодяи убивали всех, кто встречался им на пути. А отнятая в бою магия позволяла Арзакам и дальше успешно скрываться… Однажды нам с сестрой удалось сломать оковы. И вот мы уже сутки петляем как зайцы в надежде добраться до Золотого Леса, – закончил Мэлис, беря из рук Вилеты свежую лепешку. – Благодарю, госпожа.

– Кем же был тот Темный? – задумчиво протянул первый король.

– К сожалению, мы не можем вспомнить его внешность. Как бы ни старались, Ваше Величество, – вздохнула Мэлесида.

– Что ж, все поели и отдохнули. Пора в дорогу. Необходимо создать вторые сани (только больше и шире). Они будут менее быстрыми, но всё же полезными.

– Прошу прощения, Владыка, – мягко возразил Вальдес. – Выполнив Ваш приказ, мы не сможем пользоваться силой следующие несколько часов. Вдруг Арзаки где-то поблизости…

– А если… волшебной повозке доверить управление чем-то попроще? – предложил Ольгердес.

– Отличная идея!

Итак, пока остальные были заняты решением транспортных проблем, Вилета почаровала над одеждой несчастных беглецов. И они стали выглядеть гораздо опрятнее. А многочисленные ранки и ссадины мгновенно зажили. Вальдес и Ольмирис совместными усилиями сняли оковы с рыжеволосых эльфов. Брат и сестра взялись управлять пристяжными санями. И вот дружная кавалькада заскользила дальше по мягкому лесному ковру. По пути первый и восьмой владыки разослали встречных птиц с тревожной новостью о том, что в Царстве Эльфов вновь появились воинственные Арзаки.

Следующие сутки прошли в утомительной гонке со временем. И вот путешественники прибыли в Альдагард – столицу Золотого Леса. Здесь постоянно жил Король-Архивариус и еще двое членов Совета. Оставив спасённых Агаби знакомиться с жителями города и обустраиваться на новом месте в компании первого владыки, братья-эльфы и Вилета отправились прямиком к дому Лисеты. Сквозь красивое каменное строение проросли сразу обычный дуб и златолист.

Молодая светловолосая женщина что-то писала прямо в саду, склонившись над маленьким бюро.

– Лиса, сестрёнка! – окликнул ее Ольгердес.

Когда она подняла взгляд, все заметили, что красивые зеленые глаза эльфийки опухли от слез, хотя Лисета всегда считала, что волшебным созданиям Матери Природы зазорно плакать даже по очень весомому поводу.

– Что случилось? – забеспокоился восьмой король.

– Братья! – всхлипнула она, поднимаясь: животик лишь слегка округлил стройную талию. – Я как раз вам пишу. Беда. Родэрик пропал…

– Когда?! – пораженно выдохнули все трое.

– Пять дней назад. Ушел в «ночное» с друзьями. Все вернулись, кроме него. Позже Эльдес и Ильнадес отправились на поиски… И тоже исчезли! А сегодня стало известно, что Арзаки вновь появились в наших лесах.

– Успокойся, Лиса! Слезы беспокоят малыша. Мы найдем твоего мужа. А пока познакомься с его сестрой – Вилетой Маркауз. Ныне она моя жена. Думаю, вам о многом нужно поговорить…

– Очень… приятно… А почему Вы на руках у брата? Покалечились?

– Можно и так сказать, – посланница богини заставила себя улыбнуться.

Пока девушки пытались преодолеть обоюдную растерянность, братья осмотрели дом и личные вещи Родэрика. Всё было на месте. А значит, сбежать, вспомнив прежнюю жизнь, молодой человек не мог (даже теоретически). Потеряться, находясь недалеко от города – тоже. Оставалось две возможности: либо воин провалился в старые норы Обу-Уров и не может выбраться оттуда самостоятельно, либо всех троих пропавших схватили Арзаки.

Когда восьмой король и его телохранитель снова вышли в сад, Вилета кивала в ответ на торопливые слова жены брата, но выражение ее лица ясно говорило о том, что она не верит ни единому слову собеседницы.

– Дорогая, – Ольмирис быстро наклонился и поцеловал девушку в лоб. – Позаботьтесь друг о друге. А мы пока выясним всё возможное об этих странных исчезновениях.

ГЛАВА 6

Братья-эльфы, взяв с собой телохранителей и Мэлиса (показавшего себя отличным изобретателем), отправились за стены Альдагарда. Стража у ворот пожелала им удачи и дала каждому по сигнальному огню. В лесу в послеобеденный час было жарко и очень тихо. Казалось, всё Царство Эльфов разморило на солнышке. Но безмятежность эта была обманчива: лесные патрули тщательно прочесывали местность в поисках убийц, с неведомой целью вторгшихся в запретные для них (после подписания Вартарского Договора) земли.

Пятеро разведчиков неслышно скользили по лесной подстилке.

В древние времена два братских народа дружески (но не менее принципиально!) соперничали, чье мастерство выше. Недопонимание и обиды в дальнейшем привели к кровавым битвам и ужасающим последствиям для обеих сторон. А уж когда двести пятьдесят лет назад в противостояние вмешалась третья сила – Слуг Тьмы, Мир Валдара оказался на грани гибели из-за невероятно сильных и выносливых русалов, чей Тринадцатый Правитель уничтожил свое сердце за невероятное по тем временам могущество. Орки (кроме мирных народов Агаби и Шиол) отказались присоединиться к эльфам и людям в борьбе с Тьмой и скрылись на островах, продолжая поклоняться древним Черным Драконам. После тяжелейшей победы, когда Зло и его союзники были запечатаны в мрачных глубинах Мирового Океана, наступил долгий период Тишины и Процветания. Возможно, чувствуя вину за нейтралитет во время войны, гордые Арзаки даже позволили избранным людям и эльфам жить и торговать в Колдорне. Казалось, сама Мать Природа, Сильвана и даже неугомонный Рагнар устали от столь бурных событий. С тех пор Мрак изредка напоминал о себе, но его всегда удавалось вовремя обуздать.

А прежде опасная флора и фауна Царства Эльфов очистилась от вызванных Черной Магией мутаций и стала не опаснее проснувшегося после спячки Обу-Ура, которого (приложив достаточно усилий) можно было задобрить угощением из мёда и лесных ягод. Мохнатый гигант напоминал сразу медведя из Лаверна и юркого крота из Лавидии.

Эти причудливые звери (с длинными наростами на задних лапах) жили в тоннелях, уходящих на пять-шесть метров в глубину. Их укрытия всегда были отлично замаскированы. Так что гости Лесного Царства нередко ломали руки или ноги, внезапно угодив в ловушку. А в заброшенных лежбищах частенько селились добрые и злые лесные духи.

Одно такое жилище и заметили пятеро воинов где-то через час пути. Земляные стенки его осыпались. Порой даже сверх ловкие эльфы с трудом выбирались из подобной ямы, что уж говорить про человека с травмой. Спрыгнув вниз, мужчины зашагали вперед.

Мэлис шел позади, прикрывая тыл. Пожёванные корни бурута (съедобные, хоть и очень горькие на вкус) ясно говорили о том, что ими угощался крупный хищник. Попадались и отпечатки сапог. Вскоре Ольгердес ощутил эфирные отпечатки очень сильной магии, ведущие сразу в двух направлениях: вглубь тоннеля и куда-то уже вне его.

Было решено разделиться на пары и пройти дальше по следу около лиги. В итоге, выяснилось, что Эльдес и Ильнадес нашли друга в крайне тяжелом состоянии и по неизвестной причине отправились к безымянной речушке. Один перепрыгнул ее, другой же вернулся обратно. Далее их следы обрывались. А Родэрик, похоже, просто исчез.

Воссоединившись, следопыты решили еще раз осмотреть место, где находились все трое пропавших, и неожиданно наткнулись на тельце Обу-Урёнка с перерезанным горлом. Еще недавно его там не было! Несчастный малыш умер мгновенно. Необъяснимая тревога сжимала сердца мужчин ледяной тоской. Ольмирис призвал ворона, а Ольгердес торопливо написал пару строк с просьбой прислать сюда темного соплеменника для разговора с Тленом. За время ожидания трупик то появлялся, то исчезал прямо у них глазах. Гаол достал из мешочка крупную розовую соль и раздал товарищам по горсточке:

– Так, на всякий случай. Мрак знает, что здесь творится…

Спустя полчаса к ним присоединился Вальдес. Благодаря Саболётам – последнему изобретению магов Золотого Леса. Темный предусмотрительно одолжил волшебную обувь у Короля-Архивариуса, пообещав пользоваться ею не больше трех раз в день по часу. Выслушав рассказ Ольмириса, телохранитель быстро наклонился над мертвым зверьком и очертил вокруг него сияющий фиолетовый круг. Свет от посоха странно менял яркость, но постепенно детёныш увеличивался в размере и менял форму, больше не исчезая. По знаку Вальдеса, в центр творящегося заклинания бросили заговорённую соль. Спустя непродолжительное время магия окончательно развеялась. И все с ужасом увидели на земле тело совсем еще юного воина-пастуха Эльдеса… С каждой минутой оно становилось всё прозрачнее – и, в конце концов, миллиарды золотых искорок, взлетев, растворились в синеве небес.

– Слава Богам, теперь его душа свободна, – вздохнула посланница Богини Любви.

– Арзаки не владеют магией Оборотничества, – нахмурился Темный. – Боюсь, здесь побывал мой собрат. Причем, чрезвычайно сильный…

– И зачем ему потребовалось превращать эльфа в зверя? – задумчиво протянул Олаг. – Столько мороки…

– Наверняка, негодяй стремился скрыть убийство, но чары дали сбой, – предположил Гаол.

– А меня больше волнует, КАКИМ ОБРАЗОМ он похитил брата посланницы, не оставив никаких следов… – нахмурился Вальдес. – Что ж, я сообщу печальную весть родным юноши и вернусь с кем-то из магов Академии.

– Разыщем Ильнадеса, – мрачно откликнулся восьмой король. – Надеюсь, он жив. Раз перешел на ту сторону речки.

Воины вернулись к воде. Мэлис предложил воспользоваться Веревочной Переправой. От берега до берега было метров десять. На середине пути она вдруг замерцала, активируя Защитное Поле. Вокруг было слишком тихо даже для жаркого летнего дня. Казалось, неуловимое Зло растворилось вокруг, став частью природы. Идущий впереди Олаг первым заметил Ильнадеса. Светлый стоял на коленях спиной к ним, обняв руками ствол Льдистой Берёзы. В отличие от дерева, растущего в королевствах людей, сие творение Мрака всегда оставалось холодным и высасывало энергию из живых существ. Совместными усилиями воины разорвали губительную связь и расцепили сжатые в замок ледяные пальцы эльфа.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.