Экстра Лайт
Тени прошлого

Произведение Тени прошлого

:

книга первая

Пролог: Тайна исчезновения

Тёмная ночь опустилась на город, словно тяжёлое покрывало, скрывая всё под своим мрачным покровом. Улицы были пустынны, лишь редкие фонари бросали тревожные блики на мокрый асфальт. В одном из домов, на окраине города, в комнате, залитой мягким светом ночника, спал маленький Артём. Его дыхание было ровным, а лицо спокойным, будто ничто в мире не могло потревожить его сон.

Елена сидела рядом, гладя сына по волосам. Её сердце сжималось от странного предчувствия, которое она не могла объяснить. Всё вокруг казалось таким привычным, но в воздухе витало что-то зловещее, словно сама тьма затаила дыхание, готовясь к чему-то ужасному.

– Всё будет хорошо, – прошептала она, больше для себя, чем для сына.

Но её слова повисли в воздухе, не принося утешения.

Через несколько часов Елена проснулась от странного шума. Она прислушалась, но в доме было тихо. Слишком тихо. Сердце её заколотилось, когда она поняла, что не слышит дыхания Артёма. Она резко вскочила с кровати и подбежала к его кроватке.

Она была пуста.

– Артём? – её голос дрожал, как лист на ветру.

Никто не ответил.

Елена бросилась к окну, но оно было закрыто. Дверь в комнату тоже. Никаких следов, никаких намёков на то, куда мог исчезнуть её сын. Она почувствовала, как её сознание затуманивается, словно кто-то вливает ей в голову густой, тяжёлый туман.

Обрывки воспоминаний начали всплывать в её памяти: тёмная фигура, склонившаяся над кроваткой, холодные руки, которые схватили её за плечи, голос, который шептал что-то непонятное, но ужасно знакомое.

– Нет, нет, нет… – повторяла она, хватаясь за голову.

Но чем больше она пыталась вспомнить, тем сильнее туман сжимал её разум. Она помнила только одно: её сын был похищен, а она ничего не смогла сделать, чтобы его защитить.

Когда наступило утро, Елена уже знала, что её жизнь никогда не будет прежней. Она стояла у окна, глядя на пустую кроватку, и клялась себе, что найдёт Артёма, чего бы это ей ни стоило.

Но она не знала, что её враг был ближе, чем она могла представить. И что её собственное прошлое скрывало тайну, которая могла разрушить всё, что она любила.

Тайна исчезновения только начинала раскрываться.

Загадочное похищение сына

Той ночью, когда всё началось, казалось, будто сама природа затаила дыхание. Луна, скрытая за плотными тучами, не давала света, а ветер, обычно шумящий в кронах деревьев, стих, оставив вокруг гнетущую тишину. В доме Елены Волковой царил покой, нарушаемый лишь тиканьем старых часов в гостиной. Маленький Артём спал в своей комнате, укрытый мягким одеялом, а Елена, сидя в кресле рядом, читала книгу, пытаясь отвлечься от странного беспокойства, которое не отпускало её весь день.

Но что-то было не так.

Она почувствовала это, как только часы пробили полночь. Воздух в комнате стал тяжелее, словно наполнился невидимой угрозой. Елена вздрогнула, когда услышала тихий скрип половиц в коридоре. Она замерла, прислушиваясь.

– Кто здесь? – прошептала она, но ответа не последовало.

Сердце её заколотилось, когда она почувствовала, как по спине пробежал холодок. Она встала и медленно направилась к двери, стараясь не шуметь. В коридоре было темно, но она знала каждый уголок своего дома.

– Артём? – позвала она, хотя знала, что сын крепко спит.

Тишина.

Елена подошла к комнате сына и приоткрыла дверь. Внутри было темно, но она сразу поняла, что что-то не так. Кроватка Артёма была пуста.

– Артём? – её голос дрожал, а руки начали трястись.

Она бросилась к кроватке, надеясь, что сын просто спрятался под одеялом, но его там не было. Елена зажгла свет и оглядела комнату. Окно было закрыто, дверь в комнату тоже. Никаких следов, никаких намёков на то, куда мог исчезнуть её сын.

– Нет, нет, нет… – повторяла она, хватаясь за голову.

Её сознание начало затуманиваться, словно кто-то вливал ей в голову густой, тяжёлый туман. Обрывки воспоминаний начали всплывать: тёмная фигура, склонившаяся над кроваткой, холодные руки, которые схватили её за плечи, голос, который шептал что-то непонятное, но ужасно знакомое.

– Кто ты? – прошептала она, но ответа не последовало.

Елена почувствовала, как её ноги подкашиваются, и она упала на пол, потеряв сознание.

Когда она очнулась, было уже утро. Солнечный свет пробивался через шторы, но он не приносил утешения. Елена вскочила на ноги и снова бросилась к комнате сына. Кроватка всё так же была пуста.

– Артём! – закричала она, но её голос разбился о стены пустого дома.

Она бросилась к телефону, чтобы вызвать полицию, но её пальцы дрожали так сильно, что она едва могла набрать номер.

– Мой сын… моего сына похитили, – проговорила она, едва сдерживая слёзы.

Но даже в этот момент она не могла понять, что произошло на самом деле. Кто мог войти в дом, не оставив следов? Кто мог забрать её сына, не разбудив её? И почему она помнила только обрывки того, что произошло?

Загадочное похищение сына стало началом кошмара, который приведёт её к тайнам, скрытым в её собственном прошлом, и к людям, которые знали больше, чем она могла представить.

Но пока Елена стояла в пустом доме, глядя на пустую кроватку, она знала только одно: она сделает всё, чтобы вернуть своего сына. Даже если это будет стоить ей жизни.

Мать, Елена, под гипнозом: обрывки воспоминаний

Елена сидела в кабинете мага Виктора, сжимая в руках чашку с горячим чаем. Её пальцы дрожали, а глаза были полны слёз. Она едва могла говорить, но Виктор, спокойный и сосредоточенный, уже понимал, что произошло что-то ужасное.

– Я не помню, как это случилось, – прошептала она. – Я помню только обрывки… как будто кто-то стёр мою память.

Виктор кивнул, его глаза были полны сочувствия, но в них также читалась решимость.

– Елена, я попробую помочь тебе вспомнить. Но это будет непросто. Ты должна довериться мне.

Она кивнула, хотя внутри всё сжималось от страха. Виктор попросил её расслабиться и закрыть глаза. Его голос стал мягким, гипнотическим, и Елена почувствовала, как её сознание начинает погружаться в туман.

– Вернись в ту ночь, – сказал он. – Что ты видишь?

Елена замерла. Перед её внутренним взором начали всплывать образы, словно кадры из старого фильма.

Обрывок первый: Тёмная фигура

Она видит себя в комнате Артёма. Луна светит в окно, но свет кажется каким-то тусклым, неестественным. В углу комнаты стоит тёмная фигура. Елена не может разглядеть лицо, но чувствует, что этот человек опасен. Она хочет закричать, но голос не слушается её.

– Кто ты? – пытается спросить она, но слова застревают в горле.

Фигура медленно приближается к кроватке. Елена пытается встать, но её тело словно парализовано.

Обрывок второй: Холодные руки

Она чувствует, как чьи-то холодные руки касаются её плеч. Голос, низкий и зловещий, шепчет что-то на непонятном языке. Елена пытается сопротивляться, но её разум начинает плыть.

– Ты не должна помнить, – говорит голос.

Елена чувствует, как её сознание начинает растворяться, словно её погружают в глубокий сон.

Обрывок третий: Голос из прошлого

Перед её глазами мелькают образы из детства. Она видит себя маленькой девочкой, играющей в лесу. Рядом с ней стоит мужчина, чьё лицо она не может разглядеть. Он что-то говорит ей, но слова звучат как эхо.

– Ты особенная, Елена. Ты всегда была особенной.

Потом образы меняются. Она видит цыганский табор, костёр, вокруг которого танцуют люди. Она чувствует, что это как-то связано с её прошлым, но не может понять, как именно.

Обрывок четвёртый: Пробуждение

Елена очнулась на полу в комнате Артёма. Голова её раскалывалась, а в горле стоял ком. Она сразу поняла, что сына нет.

– Артём! – закричала она, но ответа не последовало.

Елена открыла глаза, дрожа всем телом. Виктор смотрел на неё с серьёзным выражением лица.

– Ты помнишь что-то ещё? – спросил он.

Она покачала головой.

– Только эти обрывки… но я чувствую, что это как-то связано с моим прошлым. С чем-то, что я давно забыла.

Виктор кивнул.

– Это не просто похищение, Елена. Кто-то знает о тебе больше, чем ты сама. И чтобы найти Артёма, тебе придётся разобраться в своей собственной истории.

Елена сжала кулаки, чувствуя, как внутри неё растёт решимость.

– Я сделаю всё, что нужно. Даже если это значит столкнуться с тем, что я так долго пыталась забыть.

Виктор улыбнулся, но в его глазах читалась тревога.

– Тогда мы начнём с самого начала. С твоего детства.

И Елена поняла, что её путь только начинается. Путь, который приведёт её к тайнам, скрытым в её собственной душе, и к людям, которые знают правду о её прошлом.

Глава 1: Пробуждение в тумане

Елена открыла глаза. Свет утреннего солнца, пробивавшийся сквозь занавески, резал глаза, будто иглами. Она лежала на полу в комнате Артёма, прижавшись спиной к холодной стене. Голова гудела, словно в неё вбили гвоздь, а тело отзывалось ноющей болью. Она медленно поднялась, опираясь на кроватку, и тут же замерла: матрас был смят, а одеяло сына валялось на полу. Пустота в груди сжалась в ледяной ком.

– Артём… – её голос сорвался в шёпот.

Она побежала по дому, распахивая двери, заглядывая под столы и в шкафы, словно сын мог прятаться там, смеясь над шуткой. Но тишина отвечала ей пустотой. На кухне она заметила разбитую чашку – её собственные пальцы всё ещё дрожали, будто отзываясь на давний испуг.

Что со мной было?

Обрывки воспоминаний всплывали, как грёзы: тень, склонившаяся над кроваткой, запах полыни, леденящий шепот на непонятном языке. Елена схватилась за виски, пытаясь удержать образы, но они таяли, оставляя лишь чувство беспомощности. На запястье она заметила синяк – отпечаток чьих-то пальцев.

– Кто ты? – прошептала она в пустоту, но ответом стал только скрип старых половиц.

Она набрала номер полиции, но, услышав равнодушный голос дежурного, бросила трубку. «Сумасшедшая мать», «послеродовая депрессия», «сама виновата» – эти фразы она уже слышала после исчезновения мужа. Теперь и Артёма не станет.

В ящике стола она нашла фотографию: Игорь, её муж, держал на руках новорождённого Артёма. Его улыбка, такая же светлая, как у сына, теперь казалась укором. «Ты обещала его защитить». Елена сжала снимок так, что стекло треснуло.

На пороге она столкнулась с соседкой, Марфой, старухой с вечно подозрительным взглядом.

– Опять ночью шум стоял, – буркнула та, косясь на бледное лицо Елены. – Кричала, как подстреленная. И ребёнок твой ревел… Потом вдруг стихло.

– Когда? – Елена вцепилась ей в рукав. – Вы что-то видели?

Марфа вырвалась, сплюнув на ступеньку.

– Видела, как ты сама его из дома выносила. Завёрнутого в одеяло. Думала, к врачу повезла…

Елена отшатнулась, будто её ударили.

– Не может быть… Я бы никогда…

– А лицо-то у тебя было, как у мертвеца, – добавила старуха и захлопнула дверь.

Елена побежала в ванную, включила ледяную воду и плеснула себе в лицо. В зеркале на неё смотрела чужая женщина: всклокоченные волосы, синяки под глазами, губы, искусанные до крови. «Ты сама его вынесла». Но как? Она ничего не помнила.

В кармане халата она нащупала чужой предмет – маленький колокольчик, обвитый чёрной лентой. Прикосновение к нему вызвало волну тошноты. Колокольчик зазвенел тихо, словно сквозь вату, и в голове пронеслось: «Ищи тех, кого изгнали».

И тогда она вспомнила. Сон из детства: цыганский табор, костёр, старуха с глазами цвета грозового неба, которая гладила её по голове и шептала: «Кровь не забывает».

Елена схватила ключи и выбежала из дома. Воздух пахёл грозой, а где-то вдали, за лесом, будто звал её тот самый колокольчик. Она ещё не знала, что дорога приведёт её к дому Виктора Светлова – мага, чьё имя нашлось в старом письме Игоря. Но уже тогда, идя по пустынной дороге, она чувствовала: туман в её голове был не просто забытьём. Это были чары.

А где-то в этом тумане, за каждой тенью, за каждым шорохом, прятался Дмитрий. И он смеялся.

Елена приходит в себя, но не помнит, что произошло.

Сознание вернулось к ней волной ледяной боли. Елена лежала на холодном полу, вцепившись пальцами в ковёр, узоры которого расплывались перед глазами, как кляксы. Голова гудела, словно в неё вбили сотню гвоздей, а горло пересохло так, что даже стон не мог прорваться наружу. Она попыталась приподняться, но мир вокруг закачался, и её вырвало в полумраке – на ковре остались тёмные пятна, пахнущие полынью и медью.

– Артём… – хрипло выдохнула она, но тишина ответила ей пустотой.

Комната сына была погружена в полутьму. Шторы, обычно пропускающие солнечные зайчики, теперь висели неподвижно, словно сама тьма задушила их. Елена подползла к кроватке, цепляясь за стену, и ужас сковал её тело: одеяло было сброшено, а плюшевый зайчик, которого Артём не выпускал из рук, валялся в углу с оторванной лапой.

– Нет… – она зарылась лицом в матрас, вдыхая едва уловимый запах сына – молока и детского шампуня. Но вместо утешения её накрыло ощущение чужого присутствия. Кто-то стоял здесь. Кто-то, чьё дыхание пахло тлением.

Она заметила синяки на своих запястьях – фиолетовые отпечатки пальцев, слишком крупных, чтобы быть её собственными. «Меня держали. Крепко держали». В ванной, глядя в зеркало, она обнаружила на шее красную полосу – след верёвки или чьих-то рук. Но как? Почему она ничего не помнила?

На кухне её ждало ещё одно доказательство кошмара: дверь в сад была распахнута, а на пороге валялась игрушечная машинка Артёма, раздавленная чьим-то сапогом. Елена подняла её, и вдруг в памяти вспыхнул образ – тёмный силуэт, тащивший её за волосы, пока она билась в истерике. Голос, прозвучавший тогда, эхом отозвался в голове:

– Ты сама отдала его. Добровольно.

– Неправда! – крикнула она в пустоту, швырнув машинку в стену.

Соседский пёс завыл за забором, будто оплакивая её безумие. Елена схватила телефон, но экран погас, едва она попыталась набрать номер полиции. Вместо цифр на стекле проступили странные символы, похожие на спирали, и она вдруг вспомнила – эти же знаки были выжжены на дереве возле дома её детства.

В ящике комода, под стопкой фотографий Игоря, она нашла конверт с обгоревшими краями. Внутри лежала записка, написанная её же почерком, но такими неровными буквами, будто писала она под дулом пистолета:

«Они заберут его через три дня. Ищи колодец за мельницей. Прости меня».

Дата на записке была сегодняшней.

Елена упала на колени, сжимая листок так, что бумага порвалась. Она не помнила, как писала это. Не помнила, кто такие «они». Но где-то в глубине души знала – это связано с цыганской кровью, о которой шептала ей бабушка. С Дмитрием, чьё имя вдруг всплыло в памяти, как гнилой осколок прошлого.

На улице завыл ветер, и в окно врезался ворон, оставив кровавый след на стекле. Елена вздрогнула, услышав за спиной шёпот:

– Ты не сбежишь. Ты наша.

Когда она обернулась, в комнате никого не было. Только колокольчик с чёрной лентой, лежащий на подоконнике, звенел так, будто звал её в дорогу.

Поиски сына, Артёма, приводят её в тупик.

Елена проснулась на полу в детской, сжав в кулак обрывок одеяла, которое пахло Артёмом. Голова гудела, словно в неё вбили гвозди, а язык прилип к нёбу от сухости. Она поднялась, опираясь на пустую кроватку, и тут же зашаталась – в висках пульсировала боль, как после долгого пьяного сна. Но она не пила. Или не помнила?

– Артём? – позвала она, уже зная, что ответа не будет.

Его плюшевый заяц валялся в углу с оторванной головой. Она подняла игрушку, и в ладонь высыпался песок – чёрный, с запахом гари. Такого песка нет в нашем городе.

Она обыскала весь дом. Шкафы, стиральная машина, даже духовка – везде пустота. Окна были закрыты, входная дверь заперта изнутри. Только на кухне распахнута форточка, но решётка снаружи не повреждена. Как будто Артёма испарили сквозь стены.

В ванной, умывая лицо ледяной водой, она заметила синяки на запястьях – отпечатки чужих пальцев. Кто меня держал? А на шее – красную полосу, будто от удавки. Она рванула воротник, и в зеркале мелькнул отблеск – чёрная лента, привязанная к крану. Колокольчик. Такого же не было у неё в доме.

На улице моросил дождь, превращая дорогу в грязное месиво. Елена бежала к соседям, хватая за рукава всех, кто попадался на пути.

– Вы видели моего сына? Ростом вот так, в синей пижаме с мишками?

Люди качали головами, шарахаясь от её дикого взгляда. Только старуха Марфа, живущая через два дома, буркнула, косясь на Елену:

– Сама же его выносила ночью. Завёрнутого, как котёнка. Думала, в больницу повезла.

– Не может быть! – Елена схватилась за перила, чтобы не упасть.

– А лицо-то у тебя было как у покойницы, – фыркнула Марфа и захлопнула дверь.

В полиции дежурный офицер, жуя бутерброд, спросил:

– Может, сами куда-то дели ребёнка? Такое случается. Послеродовая депрессия, стресс…

Она выбежала, не дослушав. Дождь превратился в ливень, смывая слёзы. На детской площадке, где Артём любил качаться на качелях, она нашла его кроссовок. Внутри – влажный комок бумаги. Развернув, она увидела рисунок: чёрная змея, пожирающая солнце. На обороте детскими каракулями: «Мама, прости».

Но Артём не умел писать.

К вечеру она вернулась домой. В прихожей на полу лежал нож, которого раньше не было. На лезвии – те же чёрные песчинки. Елена взяла его в руки, и вдруг в голове прорезался голос:

– Ты отдала его мне. Добровольно.

Она уронила нож, зажав уши. Голос смеялся, заполняя всё пространство.

– Я не отдавала! – закричала она в пустоту.

В ответ тишина. Лишь колокольчик на кухне зазвенел сам по себе.

Ночью она не спала. Сидела у окна, глядя на улицу, где фонари мерцали, как глаза хищника. В 3:33 на телефон пришло сообщение с незнакомого номера: фото Артёма. Он сидел в комнате с зелёными стенами, которых нет в их доме. На полу вокруг него – круг из пепла, а на лбу кровавая метка в виде спирали.

Она бросилась к двери, но та не открывалась. Замок щёлкнул, будто его держала невидимая рука. В зеркале в прихожей мелькнула тень – высокий мужчина в плаще. Его лицо было скрыто, но на шее блестел амулет: змея, кусающая свой хвост.

– Ты не сбежишь. Ты моя, – прошептал он, и стекло треснуло.

Утром Елена нашла на пороге конверт. Внутри – локон белокурых волос Артёма и записка:

«Игра только начинается. Найди меня, если посмеешь».

Она упала на колени, сжимая локон. Ветер донёс запах полыни – тот же, что в ночь исчезновения. Она поняла: всё это время он водил её по кругу, как марионетку.

А где-то вдали, за гранью реальности, Дмитрий Чернов смеялся, готовя ловушку, из которой не было выхода.

Глава 2: Обращение к магу

Дождь хлестал по стёклам так яростно, будто сама природа пыталась остановить Елену. Она стояла перед дверью старого дома на окраине города, сжимая в руке колокольчик с чёрной лентой. На табличке, покрытой ржавчиной, едва читалось: «Виктор Светлов. Решения вопросов вне логики». Словно в насмешку.

Дверь открылась сама, прежде чем она успела постучать. Внутри пахло ладаном, сушёными травами и чем-то горьким – словно сгоревшими волосами. Елена шагнула в полумрак, где единственным источником света была свеча в руках мужчины.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.