Елизавета Соболянская
Кукла для монстров

* * *

Герои

Виктория – попаданка в искусственное тело

Стэнфорд Рейяр – однокурсник Виктории

Магистр Теренс – маг, выдернувший Вику в тело куклы

Иннала – служанка и помощница магистра

Братья Лимьеры – приближенные короля

Бирн – младший,

Брэйд – старший,

Брендон – средний

Сандра – их кукла, брюнетка.

Глава 1

Виктория осторожно пробиралась по растоптанном снегу, стараясь не упасть. До магазина оставалось метров пятнадцать, однако добраться до крыльца было так же трудно, как переплыть Геллеспонт.

Угораздило ее надеть новые ботинки!

Непривычная подошва вызывала неловкость, ой, еще шнурок развязался! Девушка нагнулась, чтобы завязать обувь, и вдруг почувствовала сильный толчок! Потом ощущение полета и самое ужасное – ее новые крутые “мартинсы”, слетающие с ног!

* * *

Темнота была короткой. Она еще держала в голове жалость от потери ботинок, когда рядом прозвучал раздраженный немолодой голос:

– Смотри в пол, кукла! Как же меня раздражают тупые глаза этих монстров! Иннала! Вымой ее, нацепи рубашку и цепи, как любят эти снобские придурки. Я иду на вечер к Фирсам!

Вику осторожно потянули за руку, и женский голос приказал:

– Иди!

Она автоматически сделала несколько шагов, и на голову обрушился поток воды, смывая что-то липкое с обнаженного тела. Через минуту вода пропала.

– Смотри в пол, – напомнил женский голос. Поток воздуха высушил кожу и подсушил волосы. Потом сверху упала тяжелая ткань, оказавшаяся рубашкой до пят.

– Подними руки, повернись! – подчиняясь приказам и глядя в пол, Вика была в полном недоумении – что происходит? Она в больнице? Кто эта женщина, от которой ей видно только подол длинного темного платья? Кто этот желчный старик?

Поверх рубашки с длинными рукавами незнакомка нацепила на Вику ошейник с длинной цепочкой-поводком, потом браслеты, соединенные цепью, и такие же мягкие кандалы на ноги. Волосы кое-как сплела в косу и фыркнула:

– Хватит! Иди за мной!

Обуви женщина не предложила, но Вика заторможенно двинулась за ней по холодным плитам каменного пола.

Старик ждал их, сидя на диване в комнате с красивым полом и коврами. Девушка осторожно скосила глаза и увидела желчную костистую физиономию, поджатые тонкие губы, аккуратно уложенные седые волосы и явно дорогой, хорошо пошитый фрак.

Мужчина смерил девушку пристальным взглядом и одобрительно кивнул:

– Хорошая работа, Иннала, Лимьерам нравятся примерно такие куклы. Хорошо, что отыскалась подходящая. Иди, приготовь спальню. Я вернусь часа через два!

Зашуршали юбки, женщина ушла, а старик подхватил цепочку-поводок:

– Иди за мной, кукла! Глаза в пол. Звуков не издавать.

Вика, сама себе удивляясь, послушно двинулась за неприятным стариком.

Они вышли из дома, прошли по каменной дорожке – девушка так и топала босиком, а потом забрались в автомобиль. То, что Вике удалось увидеть, было непривычной формы и пахло иначе, но это явно было средство передвижения на колесах и без лошадей.

– На пол! – брюзгливо буркнул старик, устраиваясь на кожаном сиденье.

Вика села и молча смотрела на свои колени, обтянутые льняной тканью. Мысли в голове скакали, как безумные. Что это? Где это? А еще – куда подевался ее изысканный маникюр? Руки были чистые, но без маникюра. И слишком тонкие длинные пальцы, и белая кожа, не тронутая загаром. Хотелось посмотреть на себя в зеркало, но отражающих поверхностей поблизости не было, а поднимать глаза Виктория почему-то опасалась.

Ехали не слишком долго – около получаса. Потом машина остановилась, кто-то снаружи открыл дверь, и старик вышел, дернув “поводок”:

– За мной! Глаз не поднимать!

Девушка плелась за незнакомцем, радуясь, что путь от машины до высокого крыльца был накрыт ковром. Внутри полы были паркетными, так что идти босиком было даже приятно. Цепи только звенели и тянули к полу.

Они миновали холл и вошли в просторную теплую комнату. Здесь пахло цветами, под ногами стелился мягкий ковер, и всюду колыхались светлые юбки, а рядом с ними сияли начищенные черные и коричневые туфли.

Старик дернул Вику за собой и остановился, чтобы любезным тоном поздороваться с кем-то. Ему сдержанно ответили, предложили выпить и пройтись по залу, поискать знакомых.

– Я давно не видел братьев Лимьер, они сегодня здесь?

– Да, риор Теренс, – ответила женщина, но из-за обилия малознакомых слов Виктория не сразу смогла разобрать ее речь, – они прошли к фонтану, кажется, их новая кукла любит воду…

Старик немедля откланялся и потащил Вику за собой. На ходу девушке было легче осматривать длинный зал, украшенный нишами, альковами, уютными уголками с диванами и карточными столиками.

В центре зала действительно обнаружился фонтан – круглая чаша из светлого камня с золотистыми прожилками. В центре фонтана высились каменные цветы, из которых тонкими струйками била вода.

Возле борта чаши стояли трое высоких мужчин разного возраста, а на подушке, положенной на холодный камень, сидела удивительной красоты девушка в коротком пышном платье. Виктория засмотрелась на незнакомку, потому что она была просто… идеальная! Иссиня-черные волосы уложены в пышную прическу – волосок к волоску. Алебастровая кожа. Узкие запястья и… крошечные босые ступни! Мужчины стояли в обуви, как и женщины в длинных юбках, а это удивительное создание шевелило босыми пальцами на ногах!

Вдруг кукольно-прекрасная брюнетка подняла взгляд, и Вика вздрогнула – зрачок у девушки был вертикальный!

Цепь натянулась, и старик раздраженно буркнул:

– Шевелись, кукла!

Рывок был таким сильным и неожиданным, что девушка полетела вперед и вбок, прямо на активно жестикулирующего мужчину! Он ее не заметил и слегка мазнул тыльной стороной ладони по лицу. Почему-то место прикосновения взорвалось болью, и, вскрикнув, Вика повалилась на колени.

– Риор Лимьер! Вы испортили мою куклу! – возмущенным фальцетом завопил старик.

Молодой мужчина с окладистой ухоженной бородой поморщился и взглянул на свою руку – перстень-печатка сверкнул прозрачными гранеными камушками.

– Прошу прощения, риор Теренс, – сказал он приятным голосом и одним движением поднял Викторию на ноги. – Действительно, задел…

Его палец прикоснулся к уголку губ девушки, и на коже появилась алая капля.

– Я требую компенсацию по закону! – громко крикнул старик, и Вика, ежась от боли, вдруг поняла, что этим он привлек внимание всех находящихся в зале.

– И что вы предлагаете? – риор Лимьер выпрямился, сложив на груди руки, и к нему с двух сторон подошли еще два нарядно одетых господина, несколько моложе с виду и без бород.

– Моя кукла не может доставлять мне эстетическое и физическое удовольствие! – старик дернул Вику и ткнул пальцем в рану на щеке, растравляя ее. – По закону вы должны оплатить лечение моей игрушки и в качестве компенсации на время исцеления передать мне свою куклу!

Тут старикашка ткнул пальцем в то самое неповторимое совершенство, сидящее на бортике бассейна.

Вика застыла. Риор Лимьер нахмурился так, что всем, подошедшим ближе, стало неуютно.

– Риор Теренс, может быть, обойдемся денежной компенсацией? – суровым тоном спросил бородач.

– Нет! – старик чуть ногами не затопал. – Я не хочу деньги, я хочу куклу!

– Спокойнее, риор, – остановил его крики вышедший из толпы мужчина с невыразительным лицом, – риоры Лимьер не отказываются от компенсации, они лишь предлагают варианты. Закон это позволяет.

– Я хочу эту куклу, и точка! – лицо старика перекосило от напряжения, но он продолжал тыкать пальцами в совершенство.

Между тем, пользуясь скандалом, Виктория огляделась и заметила в толпе еще несколько таких же совершенных и босых личностей. Они отличались не только изумительной красотой и босыми ногами, но и одеждой, обнажающей тело. А еще пустым взглядом и теми самыми “кошачьими” зрачками.

Между тем мужчины наконец договорились. Кукла спрыгнула с края фонтана и, повинуясь словам и жестам риора Лимьера, подошла к старикашке. Тот, дрожа от нетерпения, схватил ее за руку и быстро увел за собой. Толпа понемногу разбрелась по углам, а Вика схватилась за ранку и заплакала.

Самый молодой Лимьер тут же наклонился над ней, заглянул в глаза и отшатнулся. Братья сомкнули над ними спины и быстро затолкали в какой-то альков:

– Бирн, что? – спросил бородач.

– У этой куклы человеческие глаза! – ахнул молодой. – Она плачет!

– Куклы могут плакать, – возразил тот, что был постарше. – А что случилось? – заворковал он внезапно, заглядывая Виктории в глаза.

– Больно, – полушепотом ответила девушка, отнимая от лица руку, – и кровь не останавливается!

– Она еще и говорит! – отшатнулся средний.

– А кровь и правда не останавливается! – младший подхватил каплю, слизнул ее с пальца и затейливо выругался: – Яд! Этот шаргов Теренс добавил в рану яд мшистой сколопендры!

– Что делать? – спокойным тоном спросил старший.

– Сейчас могу только… Остальное дома, нужна лаборатория, – сказав это, младший Лимьер склонился к лицу Вики. Девушка отшатнулась.

– Спокойно, – на плечо легла большая горячая рука, – сейчас боль пройдет!

В этот момент младший лизнул рану и сплюнул кровь и слюну в платок, и еще, и еще. Потом оторвался:

– Все, горечи больше не чувствую, но этот старикашка не зря требовал три дня на лечение. Рана так просто не заживет. И если яд попал в кровь… можем девушку не спасти.

– Нам нужна причина уйти прямо сейчас, – понял старший. – Помогайте!

Он быстро задернул портьеры, скрывающие альков от зала, потом подхватил Викторию под мышки и поставил на низкий диванчик, усыпанный подушками. Звякнули, слетая, цепи, рубашка белыми хлопьями упала на пол. Девушку затрясло от ужаса – она ведь понимала, что железо на ней не игрушечное. Да и плотный лен – весьма прочная ткань, а ее разорвали в лохмотья за доли секунды!

– Теперь быстро! – скомандовал старший, заворачивая Вику в тонкий плед, который нашелся чуть в стороне.

Двое младших тут же провели руками по волосам девушки, растрепав косу, а младший качнул головой:

– Теряем время, придется так! – вынул из кармана что-то вроде скальпеля в чехле, обнажил лезвие, чиркнул по своей руке и ткнул Вике в губы: – Пей, а то умрешь!

Девушка, не отрывая взгляда от серьезных темных глаз, слизнула несколько капель.

– Еще! Пока не пропадет горечь во рту!

Пришлось пить еще. Кровь как кровь, обычная, с железным привкусом и запахом мужчины, не так уж и много ее попало в рот Вики, но через минуту ее затрясло под тонким шерстяным покрывалом, а потом затошнило.

– Отлично! – молодой Лимьер вздохнул, убирая руку. – До дома дотянет, а там разберемся, что за странная кукла.

– Собой займитесь! – скомандовал старший, взваливая Викторию на плечо.

Младшие взъерошили волосы, распустили галстуки и вообще придали себе помятый вид. После чего все дружно вышли из алькова. Старший нес на плече Вику, младшие его прикрывали. Они выскользнули через боковой ход, не прощаясь с хозяевами, и девушка успела услышать несколько вздохов вслед и пару нелестных замечаний.

Глава 2

В машине старший из трех братьев держал Вику на коленях. Девушку все еще трясло, а мужчина упорно заглядывал ей в глаза:

– Абсолютно человеческий взгляд. И речь! Я бы подумал, что Теренс окончательно сбрендил и нанял девчонку в бедном квартале, но внешность куклы не подделать…

– Ее кровь. Если бы не яд, я бы сказал, что она абсолютно здоровая молодая девушка, – пожал плечами младший, тоже заглядывающий в лицо Виктории.

– Если кукла даст показания… – средний был настроен более скептически, – вряд ли их примут в суде.

– Сначала нужно выяснить подробности, – прервал разговор бородач. – Сандре может хватить трех дней, а может, и нет. В любом случае нам нужно сейчас спасти эту девушку и расспросить.

Вскоре машина остановилась, и Вику на руках внесли в дом. Младший сбросил фрак прямо у дверей и тут же скомандовал немолодому мужчине, вышедшему сбоку:

– Пару горничных в купальню. Нужна ванна с молоком. Я в лабораторию!

– Горничных не надо! – рыкнул старший. – Только молоко. И подберите одежду для… дамы.

Вика иррационально порадовалась тому, что ее больше не называют куклой.

– Я попробую собрать информацию, – средний свернул куда-то в сторону, и старший Лимьер не стал его останавливать. Утонченно-прекрасную куклу он и сам мог донести до купальни. Там он сел на скамью, наблюдая за тем, как служанки крутятся, выливая в корыто подогретое молоко. Когда самая маленькая – детская ванночка наполнилась на треть, Брэйд Лимьер осторожно откинул плед и опустил девушку в молоко. Она вздрогнула и попыталась закрыться – еще одна странность для куклы, они не обращали внимания на условности. Мужчина засмотрелся – ну как же это странно и непривычно: на идеальном искусственном лице живые человеческие глаза. Смущенные, растерянные… Он завис, вглядываясь в них, и тут в купальню ворвался Бирн:

– Нашел! Вот противоядие! – в молоко посыпались синие кристаллы из бумажного пакета. – И вот это выпить! – младший, не церемонясь, задрал кукле подбородок и влил в рот несколько капель чего-то из пробирки. – Во-о-от, – заявил он довольно, когда молоко зашипело и пошло пузырями, – работает! А рану придется отдельно залечивать, чтобы рубца не осталось. А то этот чокнутый старикашка не отдаст нам Сандру, скажет, что вещь попортили!

Вика слушала мужчин и не понимала, о чем идет речь, ей было так плохо, что она не удержалась – наклонилась вперед, и ее вырвало прямо в молоко.

– Отлично, – обрадовался Бирн, – время не упустили! Вылезай, сейчас молоко поменяют!

Он выдернул девушку из ванночки и сунул в чан побольше. Холодная медь вызвала у девушки дрожь до стука зубов, и парень стукнул себя по лбу:

– Ой-ой! Надо греть!

К счастью, водопровод тут был, так что Вику быстро облили теплой водой и даже покрыли какой-то розовой пеной.

Ей было страшно неловко быть голой среди одетых мужчин – младший снял запонки и закатал рукава белой рубашки, оставаясь в жилете, брюках и галстуке, старший вообще сидел на маленьком табурете при полном параде. Даже служанки, которые вылили молоко, вымыли ванночку и снова ее наполнили, ходили в плотных серых платьях, передниках и чепцах, а на Викторию смотрели, как на предмет мебели.

В итоге девушку еще раз вымыли теплым молоком, особенно тщательно промывая им рану, потом ополоснули теплой водой, завернули в простыню и унесли в лабораторию.

– Посиди тут, – младший усадил Викторию в кресло и принялся что-то смешивать на металлической пластинке, закрепленной над горелкой. – И все-таки удивительно! Кукла – говорит! И смотрит, как человек!

– Я и есть человек, – хрипло и устало сказала девушка, – расскажите лучше, что такое эти ваши куклы?

– А ты не знаешь?

– Я, кажется, вообще не из вашего мира, – вздохнула Вика, понимая, что таиться бессмысленно.

– Интересно-интересно! – Бирн высыпал смешанный нагретый порошок в чашку, добавил чего-то и намазал этим рану на лице девушки. – Вот так. Высохнет и отвалится корочкой. Думаю, яд уже вышел, но ранку надо затянуть…

– Так кто такие куклы? – напомнила Вика.

– Куклы и есть, – вздохнул Бирн, усаживаясь рядом и рассматривая ее глаза. – магически созданные големы. Они идеальны, прекрасны и бесподобны. Послушны, но не имеют души.

– А зачем их берут на приемы? – сглотнула Виктория.

– Красивый аксессуар. Сделать куклу довольно дорого. К тому же ее нужно правильно хранить, подпитывать магией и кормить… Вот, кстати, а как тебя кормить? – озадачился мужчина.

– Не знаю, – девушка в растерянности положила ладонь туда, где должен быть желудок. – А чем кормят големов?

Бирн смутился и почесал затылок:

– Вообще, им готовят специальную слизистую смесь… У них очень упрощенные внутренние органы, как у червяков примерно…

Вика содрогнулась.

– Может, бульон какой-нибудь попробуем? – осторожно сказала она. Есть уже хотелось.

– Ладно, угрозы жизни вроде нет, иди за мной! – скомандовал Бирн, вставая, потом нахмурился, хотел что-то сказать и передумал – все же покинул комнату, а Вика неловко зашагала за ним, кутаясь в простыню.

Глава 3

Пока младший спасал куклу, старшие братья Лимьер пытались выяснить, что же произошло.

– Теренс так хотел заполучить Сандру, что раздобыл новую куклу. Возможно, даже сделал, ее кожа еще немного светится, – сказал Брендон.

– Мы, в свою очередь, хотели ему подсунуть Сандру, так что поменялись легко. Но… как теперь узнать, что он сделал? Почему глаза куклы стали вдруг живыми? Она разговаривает! – взъерошил волосы Брэйд.

– Давай посмотрим, как дела у Сандры, – предложил Брендон, направляясь в кабинет.

Включив защиту, мужчины вынули из стола большую шкатулку, подняли крышку и уставились на хрустальную пластину. Брендон быстро, как музыкант, пробежался по рукояткам, шарикам и точечкам, спрятанным в шкатулке, и на пластине проступило изображение.

– Спальня, – негромко сказал Брэйд, заметив странные фестоны по краю пластины. Изображение дергалось, доносилось какое-то бульканье и рычание.

Брендон покрутил ручки настройки, переключая на режим “полумрак”, и стало понятно, что над куклой нависает магистр Теренс.

– Фу, – Брейд оценил красное лицо старика с выпученными от усилий глазами. – Так и думал, что магистр куклу сразу в спальню поволочет, но он еще и “Септим”[1] принял! Фу!

– Не фукай, можно подумать, сам бы от красивой игрушки отказался. Давай-ка посмотрим, что вокруг есть. Если это личная спальня Теренса, есть шанс обнаружить улики…

Мужчины всячески крутили шкатулку, морщась, когда в поле зрения попадало красное от усилий лицо магистра, но ничего не нашли.

– Ладно, пошли узнаем, как там Бирн справился!

Они столкнулись в холле на первом этаже. Брэйд сразу недовольно зыркнул на Викторию – она шла босиком по мраморным плиткам холла и явно мерзла.

– Бирн! – недовольно рыкнул старший, подхватывая куклу на руки.

Младшенький дернулся, взъерошил волосы:

– Ой, я не подумал… Тебе холодно?

– Очень, – поежилась Вика.

– Ну да, последствия отравления… А еще ты совсем не похожа на куклу, у них снижена температурная реакция…

– Куда вы шли? – недовольным тоном уточнил Брэйд.

– Вообще на кухню. Ку… А как тебя зовут, кстати?

– Виктория…

– Виктория захотела есть, кажется, ее организм подвергся изменениям, – с вдохновением ученого начал объяснять младший. – Куклы же просто бледнеют и слабеют, когда приходит пора заливать гель!

– Заливать гель? – содрогнулась Вика. – Можно меня просто покормить? Бульоном хотя бы, если есть подозрения, что желудок не справится!

Вид у мужчин был немного странный.

– Не просто говорит, а делает выводы и перебирает варианты, – сказал Брендон. – Давайте попробуем покормить, а потом в лабораторию, надо понять, что изменилось.

Кухня оказалась небольшой Особенно Вике понравился стол с тремя удобными мягкими стульями вокруг. Брэйд сел, не выпуская ее из рук, Брендон полез в красивый деревянный шкаф, из которого пахнуло холодом, и начал доставать продукты, Бирн щелчком пальцев зажег огонек на непривычного вида плите.

– Это вы бульон только варить будете, – скуксилась Вика, – я очень сильно есть хочу!

– Не волнуйся… Виктория, – с заминкой сказал Брендон, – это наша личная кухня, тут есть запас бульона. Нам часто приходится быстро восстанавливать силы, да и всякие зелья лучше усваиваются в животном белке.

Пока Вика соображала, что же ей сказали, Бирн взял кастрюльку с ручкой, открыл холодный ящик и бухнул в кастрюльку что-то типа холодца. Девушка не сразу поняла, что это просто замороженный бульон.

Пока будущий суп подогревался, Брендон нарезал бутерброды и заваривал напиток, похожий на чай, в специальном кувшине с крышкой. Бирн же крошил в бульон какие-то травки, сыпал порошки, потом подумал и вбил сырое яйцо. Размешал, посмотрел пристально и перелил результат своих усилий в глубокую чашку:

– Пей! – сказал он, поставив чашку перед Викой.

Девушка с подозрением взглянула на предложенное блюдо, но есть хотелось так сильно, что она не выдержала – взяла чашку и попробовала. Было немного похоже на щавелевый суп с яйцом. Мелкими глотками Вика начала пить горячий бульон, прислушиваясь к себе.

Сначала жидкость пробежала внутри горячей струйкой, потом тепло расползлось на все тело, щеки зарумянились, она даже немного вспотела от горячей еды!

– Не может быть! – Бирн схватил ее за руку, когда Виктория поправляла простыню под мышками, чтобы скрыть влажные пятна. – Куклы не потеют!

– Мелкий, – несколько раздраженно сказал Брэйд, – я думал, ты понял, что наша… гостья – человек.

– Но как? Она выглядит как самая настоящая кукла!

– Уже нет, – хмыкнул Брендон, внимательно разглядывая девушку. – Она разрумянилась, вспотела, губы стали полнее и ярче, глаза блестят, и, как я вижу, у Виктории бьется пульс.

– Где?

– На шее, – кивком головы указал средний.

– Таким образом, думаю, понятно, что Виктория не кукла. Но почему Теренс привел ее на прием, как куклу?

– Он думал, что я кукла, – пожала плечами Виктория и вдруг спросила: – Можно мне чаю? Хочется пить.

– Тсай? – Брендон указал на кувшин. – Давай налью тебе чашечку, а ты нам расскажешь все, что помнишь о магистре.

Мелкими глотками отпивая приятный на вкус травяной чай, Вика рассказала мужчинам, как очнулась в непонятном зале, как ее мыли, одевали и везли на прием.

– Значит, он действительно создал новую куклу, а в нее каким-то образом вселилась душа, – задумчиво сказал Брендон, помешивая свою порцию тсая. – Но как?

Ответа у Вики не было, поэтому она потуже затянула простыню и шмыгнула носом.

– Ой, только не простуда! – спохватился Бирн. – Кукол лечить одна морока, а ты вообще непонятно кто. Давай-ка допивай тсай – и в лабораторию! Поспишь там, пока я буду тесты проводить!

В лабораторию Вике не хотелось, а вот спать – очень даже. Поэтому она быстро допила то, что оставалось в кружке, и Брэйд немедля поднял ее на руки и понес.

Кажется, она заснула прямо у него на руках, как в детстве, когда большой и теплый папа переносил ее, задремавшую возле него, в кроватку. И от этого ощущения было так хорошо!

Глава 4

Проснулась Вика на широкой низкой тахте, укрытая пледом до подбородка. Над ней тихонько гудел какой-то стеклянный шар, вокруг безмолвно висели шары поменьше. Девушка аккуратно потянулась, собираясь вставать, и тут же услышала шипение:

– Тс-с-с! Полежи еще немного! – оказалось, Бирн нависает над столом, уставленным непонятными штуками, и что-то там делает.

– Мне в туалет надо! – жалобным голосочком сказала Вика, понимая, что выпитый тсай вот-вот покинет ее организм.

– Иди… Вон та дверь, – с сожалением отозвался мужчина, с яростью фанатика перебирающий какие-то пробирки.

За дверью нашлось все необходимое, чтобы привести себя в порядок, и даже зеркало. Вика полюбовалась кукольным личиком и вдруг кое-что заметила. Да, глаза были человеческие, но безупречная кожа и локоны все еще напоминали кукольные. Вот только брови! Одна поднялась чуть выше! Хотя нет, наверное, показалось.

Девушка вернулась в лабораторию, тихонько села на кушетку, закутав ноги в плед. Бирн все еще возился у стола, но, кажется, сообщил братьям о том, что кукла проснулась, потому что в дверь резко стукнули, и вошли Брендон и Брэйд.

– Какие новости? – спросил старший брат, усаживаясь на кушетку рядом с Викой. Он без церемоний взял ее за руку, послушал пульс, потом оглядел и, кажется, остался доволен.

– Изменения идут лавинообразно, – доложил Бирн. – Не знаю, как скоро это скажется на внешности, но вернуть Теренсу его куклу мы не сможем. Она уже больше чем наполовину человек!

Вика икнула.

– Начало изменений здесь, – на стене вдруг появилось схематичное изображение женского тела, выполненное голубой линией. В солнечном сплетении мерцала золотистая искра. – Отсюда по спирали стали меняться внутренние органы. Судя по рассказу Вики, ее вынули из колбы за час или полтора до нашей встречи. Она себя осознавала, но физически оставалась куклой. Однако яд подтолкнул изменения. Если бы Теренс не отравил ее, возможно, вскоре то, что попало в тело куклы, испарилось бы или погибло, но яд… Этот яд подтолкнул процессы, а потом я напоил куклу своей кровью, и начались изменения.

– Как думаешь, Теренс знал, что делал?

– Нет, – мотнул головой Бирн. – Помнишь, месяц назад та сумасшедшая выпила яд и упала к моим ногам? У меня было с собой противоядие. Это случилось в публичном месте, скорее всего, магистр подумал, что я всегда ношу его с собой.

– Тогда Теренс сам не знает, что с его куклой что-то не так. Мы смотрели за Сандрой… – Брендон поморщился. – В общем, он всю ночь пользовал ее, а потом вызвал служанку, велел вымыть и переодеть госпожу. Сейчас Сандра сидит в гостиной, а он играет с ней в семью.

– В семью? – Бирн насмешливо хмыкнул. – Не ожидал. Что ж, возможно, это к лучшему. Изменения сейчас на пике, – кивнул он на Вику, – если интенсивность не снизится, через двенадцать часов вместо куклы будет обычная девушка.

– Ну, не такая уж обычная, – сказал вдруг Брэйд, прищурившись.

– Не может быть! – Бирн тоже сощурился и посмотрел на голову Вики.

– Знаете, – вздохнула она, – будет лучше, если вы мне расскажете, что такого необычного во мне увидели.

– Всего лишь магический потенциал, – с улыбкой ответил Брендон. – Пока еще весьма скромный, но у кукол не бывает магии!

– Магия? – Вика потерла висок. – У меня сейчас голова лопнет от напряжения.

– Тебе, кажется, надо поесть, – заявил Бирн, поглядывая на шары, – твоему организму не хватает питательных веществ. Идем на кухню?

– Нет уж! – возмутился Брейд. – Идем в столовую! Завтрак уже накрыли!

– А можно мне одежду? – пискнула Вика. Она сообразила, что под пледом все еще закутана в простыню.

– Хм, – Брендон смерил ее взглядом, – придется у Сандры одолжить, другой женской одежды у нас нет.

– А кто такая Сандра? – осмелилась спросить Вика, опасаясь, что эта женщина будет недовольна налетом на ее гардероб.

– Наша кукла, – вздохнул Бирн. – Уникальная разработка! Я в нее столько всего вложил!

Вика вздрогнула.

После грубого отношения старого мага молодые привлекательные мужчины показались ей совсем другими. Они заботились, пытались спасти, да и, кажется, довольно спокойно отнеслись к появлению в кукле живой души. Но… Девушка зябко обняла себя за плечи, а Бирн вдруг подскочил к своим шарам и начал размахивать руками. Потом закричал:

– Срочно! Срочно кормить! Я боюсь магией воздействовать, она сейчас себе навредит, а я понять не могу, что происходит!

– Младший, – поморщился Брэйд, – не пугай девушку. Мы идем в столовую! Прямо сейчас!

С этими словами мужчина подхватил девушку и двинулся прочь из лаборатории. Шары поплыли за ним.

Вика сжалась в комок, в ужасе представляя, что могут с ней сделать люди, изготавливающие кукол, как тот противный старикашка! Да все что угодно!

Между тем ее принесли в красивую комнату, похожую на шкатулочку – стены обтянуты тканью, резные украшения на стенах, потолке и вокруг окон. Пара узких высоких зеркал, буфеты и накрытый на четверых круглый стол.

Вику усадили на стул, заботливо поправляя простынку, и наполнили ее тарелку.

– Ешь и слушай. Бояться не надо. Нас, конечно, обзывают монстрами, но это говорят те, кому мы прищемили хвост. Да, Сандра наша кукла, но совершенно особенная. Это кукла-шпион.

– Кукла-шпион?

– Мы все работаем в службе королевской безопасности, – объяснил Брэйд, накладывая себе самую обычную еду – яичница, отварной картофель, мясо в каком-то белом соусе. – Так получилось, что мы пришли туда одновременно и начинали с весьма простых должностей.

– Я, например, начинал курьером, – вздохнул Брендон.

– Бирн пробирки мыл в королевском госпитале, – добавил Брэйд. – А я… в общем, меня посадили в архив.

Вика приоткрыла рот, чтобы слушать, и Брэйд тотчас поднес ей ложку пюре:

– Ешь! А то не буду рассказывать.

Пришлось вернуть часть внимания тарелке.

– Так вот. Мы все служили в разных подразделениях, и все примерно одновременно обнаружили, как много погибает женщин.

– Женщин?

– В королевской семье хватает благородных особ женского пола, – пояснил Брендон. – Королева-мать, королева, принцессы, плюс парочка герцогинь, имеющих право на королевскую защиту. Ко всем приставлены женщины-агенты, телохранительницы, испытательницы ядов. И… многие погибали, закрывая собой королевских особ.

– Да, – глухо сказал вдруг Брэйд, – молодые красивые женщины погибали, выполняя свой долг. А еще я получал сведения о шпионках, дознавательницах, просто случайных свидетельницах… В голосе мужчины звучало столько горечи, что Вика поежилась. Похоже, не так все просто было с этими женщинами. Слишком остро реагирует Брэйд даже на воспоминания. Младшие вспоминают куда спокойнее, словно они не теряли кого-то близкого. А раз так… Вика подняла голову от тарелки:

– Ты потерял невесту? Или жену?

Брэйд подавился глотком тсая. Мрачно смерил девушку взглядом, но ответил:

– Невесту. Она просто гуляла в парке и стала свидетельницей преступления. Ее убили.

– Сочувствую, – кусок яичницы встал поперек горла.

– Тогда я был немного не в себе и на похоронах Эллины поклялся найти способ уберечь женщин.

– Нашел?

– Почти. Брендон талантливый артефактор, Бирн нестандартно мыслит, а я… умею продавливать свои идеи. В общем, мы занялись созданием системы наблюдения, оповещения, контроля над магией. Сандра наша последняя разработка. Кукла с вживленной системой наблюдения. С ее помощью мы раскрыли уже несколько преступлений – не только против королевской семьи.

– Значит, вы подкладываете ее под подозреваемых и все записываете, а потом ловите их на горячем? – уточнила Вика, чувствуя, что ей опять становится нехорошо.

– Да, так. Но Сандра – кукла. Ей все равно. Она участвовала уже в двадцати операциях. В семи она пострадала так, что, будь Сандра человеком, мы бы уже семь раз организовывали похороны!

– Но ей же больно! – сдавленно шепнула Вика.

– Не больно, – вздохнул Брэйд, – после первого случая мы изменили ее физиологию. Сниженный болевой порог, отключение рецепторов по команде и капсула с обезболивающим на случай нештатных ситуаций.

– Доедай завтрак, – мягко сказал Брендон, – и я покажу тебе комнату Сандры. Заодно сама увидишь, как она живет.

Вика с трудом запихнула в себя кусочек чего-то, запила тсаем и положила приборы. Есть она все равно не могла, так зачем над собой издеваться?

Глава 5

Мужчины ели не торопясь, а Вике опять стало зябко, и она куталась в простыню, не зная, что думать. Сначала три красивых молодых человека показались ей пугающими. Потом приятно-деловитыми. Теперь она снова боялась и не знала, что делать дальше.

Как она сюда попала, зачем, почему? Она помнила падение, но дальше… Дальше – темнота. Она умерла? Или лежит в коме где-нибудь в отделении реанимации?

В столовую влетел Бирн. Провел рукой над самым крупным шаром и нахмурился:

– Поела мало, но пока терпимо. Через час нужно будет повторить кормление.

Виктория едва не фыркнула – “кормление”, словно щенка или котенка кормить собираются!

Между тем лабораторный маг быстро наполнил тарелку, быстро съел все, что на нее положил, запил тсаем и сказал:

– Что дальше?

– Покажем Вике комнату Сандры. Нужна одежда. Потом решим, как будем оправдываться перед Теренсом.

Все трое встали, Брэйд опять взял Вику на руки, и по красивой галерее все отправились к дальней двери.

– Комната Сандры расположена тут, потому что бак тяжелый. Его пришлось ставить на фундамент, – пояснял по дороге Брэйд. – К тому же она любит тишину и воду, а тут как раз тихо и фонтанчик под окнами.

Брендон скользнул вперед и распахнул красивую темную дверь. За ней оказалось… нечто. Комната делилась пополам. В одной половине все выглядело как обычная девичья спальня. Широкая кровать под бежево-коричневым покрывалом в цветочек. Шкаф, зеркальный столик, мягкие игрушки, дверь – наверное, в санузел, мягкий стул с брошенной одеждой – в общем, комната как комната.

А вот с другой стороны… Там стоял огромный металлический бак со стеклянной стеной. Вокруг стекла громоздились какие-то приборы непривычного вида, а в самом баке плавали… Сандры! Зеленый гель был не полностью прозрачен, но Вика, прилипшая к стеклу, узнала точеные черты той изящной брюнетки, которая сидела на краешке фонтана.

– Это?..

– Это Сандра. Во всех куклах вживлена одинаковая система. Если одна Сандра погибает или травмируется так, что ее невозможно восстановить, мы извлекаем другую. Приборы, вживленные в тело, включаются, подчиняясь команде, и это снова Сандра.

– Капец! – только и смогла произнести Вика. Потом прищурилась:

– Значит, если этот Теренс не вернет вам Сандру…

– Сработает система самоуничтожения. Кукла не просто погибнет, она растворится, чтобы скрыть необычную начинку.

– Зачем вы мне все это рассказываете? – подозрительно спросила Вика.

– Чтобы ты нас не боялась. Мы не такие, как Теренс. Кукла для нас инструмент, но лишь потому, что мы не хотим терять женщин. Живых, думающих, настоящих.

– А Сандра для вас мертвая? – неуступчиво фыркнула Вика.

Ей казалось, она сходит с ума, пререкаясь с мужчинами. На Земле она мужчин не боялась, но тут она, по сути, вещь, дорогая безделушка без документов, без прав, без собственности, и, наверное, такая дерзость была скрытой истерикой от неприятия ситуации.

Бирн нахмурился и сказал:

– Все живое рождается, растет, развивается, потом стареет и умирает. Куклы не рождаются – их просто отливают в формах. Не растут. Они всегда одинаковы. Не развиваются. Встроенный магоблок выдает одни и те же реакции на стандартные ситуации. Они не стареют. Нейтральный гель, напитанный магией, дарует им бессмертие. Их смерть просто отключение функций или заливка геля в другую форму.

Вика сглотнула. Все это казалось ей омерзительным.

– И еще: все куклы делаются одного размера. Меняется цвет глаз, волос и черты лица, но тело всегда одинаково, потому что именно столько весит стандартная упаковка магинейтрального геля.

– То есть никаких огромных сисек, торчащей задницы или ног от ушей? – недоверчиво фыркнула Вика, вспоминая силиконовых “красоток”, виденных в рекламе секс-шопа.

– Если залить слишком много геля в грудь, не останется на зад или ноги, – пожал плечами Бирн. – Некоторые идут на эксперименты, выливают куклу из двух пакетов геля, но, как я уже сказал, это дорого. Требуется дополнительный управляющий контур, другая одежда. Налог будет выше.

– Налог? – поперхнулась девушка.

Брэйд между тем открыл шкаф, полный самой разной одежды, и недовольно перебирал какие-то платья.

– Куклы – дорогое имущество. Роскошь. За них платится налог. Брэйд, не здесь. Нашей гостье не пристало носить обноски. Там, в ящике, есть пара новых комплектов в упаковке.

Пользуясь подсказкой брата, Брэйд открыл боковой шкафчик и вынул несколько коробок. Бросил их на кровать:

– Вика, посмотри, что из этого ты сможешь надеть, чтобы доехать до магазина.

– До магазина?

– Я понимаю, что надевать чужие вещи тебе неприятно, но везти куклу в простыне еще хуже. Выбери что-нибудь, и мы свозим тебя в магазин одежды для кукол.

Виктория сглотнула и аккуратно открыла коробки.

Что-то розовое с перьями и стразами. Нет. Что-то агрессивное из черной кожи с ремешками. Нет. Что-то стильное, оливковое, очень идущее брюнеткам. Нет. В последней коробке оказалось простое голубое платье А-силуэта. Без рукавов, без отделки, простое и строгое и в то же время очень девичье. Действительно кукольное! К нему полагался обруч для волос с тонкой вуалеткой и пара тонких браслетов. Его Вика и выбрала.

За ее копошением в коробках очень внимательно наблюдали мужчины. Оглядевшись, девушка взяла коробку и решительно отправилась к двери.

– Ты куда? – встрепенулся Брэйд.

– Одеваться. Или вы собираетесь на меня пялиться?

– Куклы не стыдливы, – с подковыркой ввернул Бирн.

– А я не кукла! – фыркнула девушка, запирая за собой дверь.

Это действительно оказался санузел, только необычный. Вся сантехника была непривычной, а еще на стене висел какой-то прибор с трубками. Не отвлекаясь, Вика умылась, сполоснулась под душем, стараясь не мочить волосы, потом покрутилась и, не найдя полотенца, вытерлась простыней. Надела платье – белья под него не полагалось, только узкие стринги, треугольником прикрывающие самое интимное. Ободок на волосы – и можно выходить…

Задержавшись у двери, девушка пару раз глубоко вздохнула, чтобы скрыть волнение, не зная, что от этого на щеках проступил соблазнительный нежный румянец.

Наконец она решилась и вышла в спальню Сандры.

Мужчины занимались чем-то своим, но на шелест двери обернулись и застыли.

– Теренс дурак, – первым высказался Брендон.

– Упустил невероятное научное открытие, – согласился Бирн.

Брэйд молча подошел и посмотрел на босые ноги девушки с зябко поджатыми пальцами.

– Куклы ходят босиком. Если мы купим тебе туфли, в обществе назреет скандал. Бирн, можешь наложить на стопы Вики воздушную прослойку, чтобы она не мерзла?

– Это, конечно, выход, – сказал младший, – но будет работать, пока я рядом.

– Значит, научи меня накладывать такую прослойку и Брендона тоже. Куклы в одиночестве не ходят и все же…

Вихрастый парень поколдовал над ногами Виктории, и она ощутила себя стоящей в тонких сандалиях. Вроде бы и есть прослойка между кожей и полом, но она незаметна и едва ощутима. И все же стало легче.

– Вуаль – это отлично, но глаза могут заметить, – напомнил Бирн, рассматривая девушку критическим взглядом.

– До магазина добраться хватит, – возразил Брендон, – но если считаешь нужным, прикрой иллюзией.

Младший помахал руками у лица Вики и, когда Брэйд потянул ее за собой, снова покачал головой:

– Она двигается иначе!

Брендон присмотрелся и согласился:

– Помнишь, лет двадцать назад была мода девиц одевать и красить, как кукол? Тогда даже парики носили и какие-то накладные локоны. Вот пока стоит – кукла и кукла, а когда идет – похожа на тех самых девиц.

– И что делать? – нахмурил брови Брэйд.

– Ничего, – пожал плечами Бирн. – У кукол другая механика движения. Человек не может ее безупречно скопировать.

– Значит, она не будет ходить! – с этими словами старший брат подхватил Вику на руки и понес.

Она тихонько сидела у него на руках, не понимая, что вообще происходит и почему эти странные мужчины так с ней возятся.

Глава 6

Магазин одежды и аксессуаров для кукол оказался красивым большим зданием с огромными стеклянными витринами. Увидев на пороге братьев Лимьер, немолодая стройная женщина в темно-синем платье вежливо склонила голову и осведомилась:

– Что угодно, риоры?

– Полный гардероб для нашей новой куклы, – бодро ответил Брендон, а Брэйд посадил Вику на высокий стульчик с подставкой для ног, на котором она действительно ощутила себя куклой.

– Очень красивый экземпляр, – похвалила дама, – в каком стиле вы хотите одеть куклу?

Вот тут риоры зависли. Сандру одевали в магазине, но кукле было все равно, что носить. Она одинаково радовалась и простому белому балахону, и сложной “сбруе” из ремешков и заклепок, а вот Вика…

Выход нашел дамский угодник Брендон.

– Показывайте нам варианты, а мы будем выбирать!

Дама склонила голову и отошла, чтобы позвать помощниц. Брендон тотчас сделал братьям знак, что им нужно поговорить.

– Девочка не будет носить то, что ей не нравится. Договоритесь с ней о знаке “да” и “нет” так, чтобы хозяйка магазина не догадалась.

Бирн и Брэйд посмотрели на застывшую на стуле Викторию и синхронно вздохнули.

– Если тебе понравится платье, положи руку на колено, – сказал Брэйд, – а если нет – коснись плеча.

Виктория молча на него посмотрела. Ей даже понравилось молча смотреть на мужчин и делать собственные выводы. Пока экипаж, похожий на открытый автомобиль, ехал к магазину, она немного успокоилась и вспомнила, что, вообще-то, работала кризисным аналитиком, и ее стрессоустойчивость помогала ей обрабатывать огромные объемы информации, да и выводы она делать умела точные. Как и прогнозы. Сейчас у нее шел период накопления информации о мире, и лучшей “маски”, чем кукла, она и представить себе не могла.

Между тем хозяйка магазина и ее помощницы начали выносить платья, а некоторые вывозить на манекенах. Вика присматривалась. Кажется, здесь неплохо знали вкус братьев Лимьер, потому что рядом с рассеянным ученым ставили строгие костюмы в стиле “учительница”, вокруг Брендона выстроился хоровод легкомысленных платьев то с голой спиной, то с глубоким декольте, а то с разрезом до самого паха. И все это в перышках, ленточках, бантиках и прочих завлекательных детальках.

А вот рядом с Брэйдом комплектик собирался говорящий. Кожаное платье с шипастым ошейником. Белая хламида вроде той, в которой Сандра сидела на краешке бассейна. Прозрачное одеяние с легкой вышивкой в стратегических местах, еще какие-то тряпочки в римском стиле – драпировки, превращающие девушку в статуэтку. В общем, Вика чуть головой не покачала, как бабуля, бросая на все это взгляды из-под ресниц.

После одобрения мужчинами платья начали пододвигать поближе к кукле, чтобы они могли представить их на ней. Вика выбрала пару строгих костюмов, пару вечерних платьев с открытой спиной и с разрезом – пока фигура безупречна, надо пользоваться! А вот на вещичках вокруг Брэйда зависла. Белый балахон – ладно. Туника и роскошная алая драпировка к ней – пусть будут. Но прозрачная сетка? Нет! И эти кожаные ремешки тоже нафиг!

Помня о договоре, Вика решительными жестами отвергла почти все, что выбрал Брэйд, но мужчина, кажется, не расстроился. Одежду пообещали прислать в особняк, за сим братья Лимьер откланялись, а Брэйд опять нес куклу на руках.

Усевшись в магомобиль, Брендон спросил:

– Куда сейчас?

– Домой, – поразмыслив, ответил Брэйд. И все братья, кажется, обрадовались.

Сидя даже в машине на коленях у мужчины, Вика старалась не акцентировать свое внимание на том, что ее длинные стройные ноги практически обнажены, и короткий подол не мешает чувствовать всю мужскую анатомию попой. Она рассматривала улицу, по которой они ехали, прохожих, дома. И… замечала кукол! Немного, но они были. Только вот…

– Бирн, – ошеломленно спросила Виктория, увидев целую стайку хорошеньких девиц, с которыми вышагивала кукла, – а почему нет кукол-мужчин?

Ученый поморщился и признался:

– Сделать, хм, узкое отверстие куда проще, чем, хм, работающий агрегат. Я же тебе говорил, что куклы неживые? У них есть кости, мышцы, связки, суставы и даже некое подобие кровеносной системы, потому что так проще поддерживать баланс жидкости в геле. А внутренних органов практически нет. Прямая кишка от глотки до сфинктера. Она наполняется специальным гелем, и все. Этот же гель заполняет крупные сосуды. Мужской орган просто нечем наполнить так, чтобы хорошо стоял, и некуда это потом убрать. В общем, кукла – это кукла. Можно изобразить протез, но это будет неприлично… В общем, после нескольких неудачных попыток куклы всегда женского пола!

Вика покачала головой, поражаясь всему сказанному. Бирн же, кажется, смутился собственных слов и замолчал.

Глава 7

Между тем магомобиль подъехал к дому братьев Лимьер, и там их встретил немолодой мужчина в ливрее.

Молчаливую Вику Брэйд внес в дом, посадил в кресло и дернул сонетку. На звон вошла седовласая дама в черном строгом платье с ониксовой брошью на воротничке:

– Что угодно риорам? – спросила она.

– Тсай, закуски, бульон, – сказал мужчина, и дама ушла.

– Это кто? – спросила Вика.

– Наша экономка, – ответил Брендон.

– Экономка? А тот старичок у дверей?

– Дворецкий, – Брэйд скупо улыбнулся: – Вчера был выходной день, в особняке никого не было, а сегодня все снова здесь.

Тут Виктория припомнила девушек, которые наполняли ванну молоком, и потерла лоб – неужели в этом конфетном облике она стала хуже соображать?

Между тем принесли еду, и все взялись за приборы. Вика ела аккуратно, прислушиваясь к ощущениям. Бульон, пара белых сухариков, тсай. Хотелось сладкого, и она выбрала конфету из вазочки – обычный прозрачный леденец в хрустящей обертке. Облизнула, чтобы понять, какой у нее вкус, и услышала легкий звон – Брэйд сжал в кулаке скатерть. Бирн спросил:

– Ты чувствуешь вкус?

А Брендон хмыкнул:

– Малышка, пожалей моего брата, у него же сейчас кое-что в штанах лопнет!

Вика смутилась и положила конфету на тарелку.

– Ешь, – Брэйд разжал кулак и с удивлением взглянул на смятую вилку. – Ты действительно чувствуешь вкус?

– Чувствую, – подтвердила Виктория, но конфету оставила на тарелке.

После еды Бирн умчался в лабораторию, Брендон сказал, что его ждут дела, и тоже куда-то уехал, а Брэйд повел Викторию в приготовленную для нее комнату.

На самом деле это была обычная гостевая комната, светлая, просторная, с собственной уборной и купальней. Слуги проветрили ее, убрали из гардероба все лишнее, кроме стопки запасных одеял и подушек, поставили в вазу букет садовых цветов, оставили на тумбе поднос с кувшином воды и стаканчиками.

– Скоро привезут твою одежду, горничные все приберут, – мужчина заглянул в пустой гардероб, щелкнул пальцами, и по некоторым полкам пробежали искорки. То ли пыль выгорала, то ли какие-то магические следы.

Вика молча обошла комнату, отметив, что кровать тут “приличная” – узкая, с легким, почти невесомым балдахином. Одному спать удобно, вдвоем уже не поместишься. И спрятать незваного гостя негде.

– Завтра, – тут Брэйд запустил пальцы в волосы, ероша безупречную прическу, – Теренс должен вернуть Сандру и забрать тебя.

Вика вздрогнула. Снова встречаться с тем страшным стариком она не хотела.

– У нас нет времени отливать новую куклу с твоими параметрами, – Брэйд, нервничая, начал ходить по комнате, – поэтому завтра мы предложим Теренсу поменяться совсем. Оставим ему Сандру. Скажем, что не сумели тебя спасти.

Вику на секунду затопило облегчение, а потом она включила голову:

– Думаете, он не узнает о поездке в магазин?

– Теренс не выходит из дома третий день. Сандра… Она ему напоминает кого-то близкого, давно утерянного. На записях он либо… пользуется таблетками, либо шепчет ей разные глупости о том, что они всегда будут вместе. Думаю, он с радостью совершит обмен, но… на всякий случай не выходи из дома.

Вика тяжело вздохнула:

– Ваши куклы не ходят без сопровождения, не говорят, не думают… Кстати, а что случается, если кукла все же окажется на улице одна?

– Положено доставить в участок, как найденный кошелек. Там проверят данные о потеряшках или найдут значок магазина за ухом и вернут куклу владельцу.

Девушка покачала головой, но заверила мужчину:

– На улицу не выйду. В сад тоже нельзя?

– Только с кем-нибудь, но мы будем заняты.

– Поняла. А библиотека есть? Просто в комнате сидеть – я же от скуки умру.

– Библиотека есть, – ответил Брэйд, – но ты уверена, что умеешь читать?

– Вот заодно и узнаю, – вздохнула девушка.

Ее отвели в библиотеку, показали раздел с детскими книгами и ушли. Дождавшись, пока стихнут шаги, Виктория пробежалась вдоль стеллажей, просматривая корешки книг и маленькие резные рамки, в которых красовались листочки бумаги с названиями разделов.

Ближе к двери ожидаемо нашлись сказки, учебники, романы и детективы. Дальше шла литература, отбивающая желание читать – философские трактаты, географические атласы, сборники поэзии и толстые тома мемуаров.

А вот за всем этими шкафами Вика отыскала уютный уголок с рабочим столом, тремя креслами, баром и подбором специфической литературы. Похоже, братья ее не обманули – они действительно вели расследования, потому что здесь были собраны абсолютно разные книги. “Определитель садовых растений”, “Следы зверей”, “Традиции и обычаи народа Заашар”, “Огнестрельное оружие – мифы и реальность”.

В общем, подборка с первого взгляда странная, но Вика была толковым аналитиком и быстро вычленила основные направления. Оружие, яды, следы и отпечатки, немного графологии, немного химии, кое-что по магии. Обычный набор следователя или эксперта.

Усевшись в кресло и положив для вида на колени тяжелый том с правилами местного этикета, Виктория думала. Пока все, что сообщали ей хозяева дома, находило подтверждение в окружающем мире. Куклы на улице, специальный магазин, их профессия. Они ведь действительно сработанная команда. Бирн – маг, эксперт, технарь и, судя по всему, делает для братьев защиту. Брендон – контактер. Опрашивает, допрашивает, знакомится, собирает информацию. А Брэйд? Брэйд мозг. Анализирует, строит планы, управляет всем. И, судя по мелким деталям – оплачивает общий банкет. Надо бы побольше узнать об этом мире…

Вздохнув, Виктория углубилась в чтение. Этикет, в принципе, ничем особенным не отличался. Были специфические разделы: “знакомство с императором”, “вручение подарков”, “правила для кукол”, но все изложено ясно, коротко и с четкими рамками.

Вот правила для кукол Виктория прочла особенно внимательно. Требования были простые – кукла всегда находится либо в сопровождении человека, либо в своей комнате под замком. Обязательный минимум одежды. Обязательно сытый и довольный вид куклы, появившейся в обществе, если только вы не везете ее к мастеру для ремонта.

Лечение кукол тут называлось “ремонтом”.

Говорить о куклах неприлично. Можно похвалить вкус хозяина в выборе одежды или прически, но нельзя рассуждать о стоимости кукол или предлагать купить безделушку в обществе. Если кукла меняла хозяина, считалось хорошим тоном изменить ей цвет волос, глаз и форму прически или стиль одежды.

Вика потерла висок, пытаясь выловить в этом ворохе правил истинное отношение к этим созданиям. Все равно получался аксессуар. Как мадагаскарский таракан, которых одно время было модно украшать драгоценностями и носить с собой на цепочках.

Ладно. Отложив книгу по этикету, девушка подошла к окну. Безупречный парк, садовник с парой подмастерьев аккуратно высаживает в клумбы цветы. Девушка в белом переднике кокетливо улыбается одному из парней, пробегая мимо с деловым видом. Обычные люди. Почти такие же, как на Земле.

Глава 8

Размяв ноги, Вика вернулась к стеллажам и отыскала в дальнем углу кое-что интересное. Подборку книг о сексе. Иллюстрированные, в дорогих обложках, на шелковой бумаге и какие-то почти брошюрки с полусмазанными рисунками. Гравюры в цветных шелковых футлярах и грубые печатные картинки с карикатурно огромными органами. Разные позы, разные темы, порой игривое настроение или эротичная эстетика, а порой похабщина, от которой воротило.

Все это в библиотеке хорошего дома, в углу, но не под замком, не стыдясь, и видно, что книги читали, а гравюры рассматривали. Неужели трое привлекательных мужчин не могли найти себе женщину без куклы?

– Мужчине нашего положения трудно найти себе женщину, – прозвучал над головой голос Брендона.

Вика покраснела и чуть не уронила один особенно высокохудожественный альбом. Брендон подхватил его, поставил на полку и предложил:

– Пойдем, сядем за стол, я принес тсай и закуски. Поедим, и я тебе расскажу, почему тут появился этот шкаф, а в нашем доме Сандра.

Вика не возражала – объяснения были нужны, да и перекусить хотелось.

– Не знаю, существует ли в твоем мире такое понятие, но мы – аристократы. То есть представители верхушки общества. Довольно замкнутой верхушки.

Виктория кивнула, подтверждая:

– У нас есть аристократия. Не везде, но я представляю, что это такое.

– Отлично, – Брендон обаятельно улыбнулся и продолжил: – Если мы хотим получить женщину, равную себе, придется жениться. До брака есть возможность посещать бордель или завести интрижку с женщиной низшего класса, но мы из семьи, тесно связанной с императорским домом. Любая девица, встреченная на улице, может быть шпионкой, любая работница борделя – шпионка наверняка. Однако нам нужно было общаться с женщинами, не выказывая низменного интереса, знать уловки, разные штучки… Да и не только нам. Вся семья уже несколько поколений служит на благо Короны, старательно избегая ловушек.

Виктория понимающе кивнула.

– Один из наших предков завел этот шкаф. Его показывают детям, когда просыпается интерес к противоположному полу. Прапрадед еще пытался нанимать девицу, постоянно живущую в доме, но… В общем, куклы стали для нас в некотором роде приятной альтернативой этому шкафу. История семьи сохранила множество забавных и трагических эпизодов, связанных с женщинами, поэтому все мы настороже.

– Но как же?.. – Вика склонила голову, разглядывая мужчину. – Знаете, Брендон, в моем мире вас назвали бы дамским угодником. Вы успешно разбиваете женские сердечки, и, думаю, их звон сопровождает вас в пути повсюду. Неужели при таком обаянии вы до сих пор не выбрали себе жену?

Брендон красиво закинул голову, демонстрируя и красивую сильную шею, и выразительный кадык, и светлые кудри, рассыпавшиеся по плечам. Не мужчина – мечта! Картинка!

– Потому что одна женщина в постели кажется мне неимоверно скучной затеей, – ответил он, просмеявшись.

Вика серьезно на него посмотрела. Отличная маска, только…

– Я вам не верю, – Вика покачала головой, – больше похоже на то, что вас обидела женщина, и вы, прикрывшись маской обаятельного мерзавца, мстите всем нам, порхая как мотылек с цветка на цветок.

Брендон поперхнулся усмешкой.

– Но знаете, в моем мире есть несколько неприличных поговорок, которые говорят лишь об одном – если вы не отпустите свою обиду, судьба или провидение, назовите, как хотите, пошлют вам женщину, которая вас просто съест. А вы, как тот самый мотылек, будете трепыхаться в ее сетях, не замечая друзей и родственников. Отвергая помощь. Со страстным желанием приблизиться к любимой сами насадитесь на клинок…

Голос девушки дрогнул, и Брендон вдруг стал серьезным:

– Складывается впечатление, что вы лично наблюдали что-то подобное.

– Да, – просто ответила Вика. – Мой брат… В юности сильно обиделся на девушку, которая предпочла другого. Порхал, оставляя за спиной разбитые сердца, слезы и детей… А потом влюбился в женщину на двадцать лет старше. Женился. Выстроил для любимой дом, воспитывал ее детей от первого брака, оплатил им образование, купил машину… В общем, вложил всего себя в ее счастье, желая только быть рядом…

– Финал печальный? – Брендон скорчил рожицу, пытаясь сбить Вику с настроения.

– Очень. Я угодила сюда, идя на встречу с его адвокатом. Брата просто выставили за порог, когда стало понятно, что большего он дать не может. Разбили сердце, заставили умыться слезами и выбросили, как он тех несчастных девушек. Самое страшное во всем этом – он не хотел жить. Все наши усилия – мои и родителей – не вселяли в него желания жить самому. Без той женщины.

Брендон молчал, а Вика, тряхнув головой, сказала:

– Поэтому я вас прошу, Брендон, ради себя самого, ради своих братьев – отпустите обиду. Простите той женщине то, что она сделала, и шагайте по жизни дальше без тяжелого мешка за спиной. Тогда, возможно, вам встретится женщина, готовая разделить с вами и ваш тонкий юмор, и обаяние, и красоту!

– Я удивлен, – сказал, помолчав некоторое время, мужчина. – Не думал, что высшие силы пришлют нам столь мудрую душу. Пожалуй, я откланяюсь, мне хочется побыть в одиночестве!

Поцеловав Вике кончики пальцев, Брендон быстро ушел, а девушка, философски пожав плечами, взялась за новую книгу. Краткое изложение местных законов в рассказах для детей. Продираться через формулировки не хотелось. Важно было уловить суть, а уж потом в случае необходимости она изучит законы подробно.

Глава 9

Виктория просидела в библиотеке до обеда, потом вышла, чтобы размяться. Постояла в коридоре и решительно двинулась на кухню. Брендон позаботился о ней, теперь ее черед позаботиться о Бирне. Наверняка ученый засел в лаборатории, забыв про обед. То-то он такой худой!

На кухне на нее посмотрели как на кошечку или собачку – приблудилось тут что-то. Только один лакей с сальной улыбкой спросил:

– Проводить госпожу в ее комнату?

Вика посмотрела на него пристально и мотнула головой. Потом ткнула пальцем в поднос, уставленный тарелками. Ее жест заметила кухарка:

– Господин Брендон прислал? Нет? Брэйд? Нет? Бирн? О! Наверное, эксперимент не удался. Сейчас соберу и отправлю!

Вика осталась стоять. Кукла так кукла. Главное, чтобы тот лакей с масляными глазками держался подальше. Кукла ведь не может сказать хозяину, что с ней случилось, а изнасиловать можно, и не оставляя следов…

Поднос быстро заставили блюдами, накрыли крышкой и вручили его другому лакею – меланхолическому здоровяку почти двухметрового роста. Он шел по коридору, как линкор – медленно и важно. Виктория без труда за ним поспевала, старательно запоминая дорогу.

Кухню она нашла по запаху и суете слуг, а вот лаборатория благоразумно была вынесена в дальнее крыло особняка, да еще отделялась от жилой части дома длинным коридором. Разумная предосторожность, но у девушки устали ноги. Оказывается, Брэйд не зря ее носил на руках – стройные ножки куклы плохо приспособлены для долгих переходов.

И все же они добрались.

Лакей нажал локтем рычаг, раздался короткий звонок, после чего дверь отворилась.

– Ваш обед, риор! – возвестил лакей, ставя поднос на небольшую тумбу у двери.

Потом развернулся и ушел, а Вика осталась в лаборатории. Бирна не было видно, и девушка пошла бродить среди странных металлических конструкций, стеклянных шаров, каких-то булькающих котлов, шипящих чучел и непонятно чего вообще.

Младший нашелся в самом дальнем углу. Он гипнотизировал взглядом какой-то потертый лист, ерошил волосы на затылке и немелодично ругался сквозь стиснутые зубы.

– Обед! – пропела Виктория самым “кукольным” голоском.

– Сандра! – рявкнул Бирн, потом поправился: – Прошу прощения, Вика, я не голоден!

– Уверена, еда подкинет питательных веществ в топку разума, и задача быстро решится. Надо поесть!

С этими словами Виктория решительно ухватила мужчину за рукав и потянула к подносу. Все же в аристократическом воспитании есть свои плюсы – отказать женщине, которую признали равной, невозможно!

Бирн нехотя снял крышку с подноса, но в воздухе сразу разлился такой аромат еды, что ученый невольно сглотнул и взялся за приборы.

Когда от принесенных блюд осталось не более трети, Бирн вдруг застыл, бросил нож и вилку, чуть не выплюнул кусок изо рта и на скорости рванул в тот угол, где лежал свиток.

– Ну, конечно, как я мог забыть! – шептал он, словно горячечный больной. Быстро схватил какие-то пузырьки – из того сыпнул, из этого налил, и на пожелтевшей коже проступили буквы. – Ура! Получилось! Вика, ты лучшая! – ученый схватит “куклу” в охапку и покружил в воздухе. – Я понял, как открыть текст!

– Вот и славно, – Вика почти по-матерински пригладила стоящие дыбом волосы ученого. – Я рада, что у тебя все получилось! А теперь доешь обед, а то все остынет!

Бирн все же доел то, что было на подносе, строча при этом какие-то выводы в небольшом блокноте. Потом убежал обратно к свитку, а девушка, прихватив пустой поднос, отправилась на кухню. Надо бы и самой что-то съесть!

Однако до кухни она не дошла. На нее наткнулся Брэйд.

– Почему ты носишь подносы?

– Кормила Бирна, решила отнести посуду на кухню. Не думаю, что к нему часто заглядывают слуги.

– Стой! – мужчина дернул сонетку и показал на поднос моментально явившейся горничной: – Унесите. Накройте два прибора в столовой. Риор Брендон дома?

– Нет! Ушел, сказал, вернется поздно.

– Жду обед! – поторопил Брэйд.

Служанка убежала, а старший Лимьер затащил Вику в гостиную, упал в кресло и усадил Вику к себе на колени. Она не сопротивлялась – видела, что мужчина взволнован.

– Новости, – сказал он торжественно, – магистр Теренс согласился оставить у себя Сандру, раз уж мы, такие идиоты криворукие, не смогли тебя спасти. Еще за некоторую сумму он продал нам форму, в которой тебя отливали.

Вика вздохнула, но не стала спорить. Понятно, что ее надо как-то легализовать. И если кукла погибла от яда, появление точно такой же должно быть аргументировано.

– Я приказал доставить ее в лабораторию Бирна. Пусть посмотрит, что там не так.

Девушка просто кивнула. Она почему-то остро чувствовала, что все эти переговоры вымотали мужчину. Подточили какую-то опору внутри него. Наверняка тот мерзкий старикашка не стеснялся в выражениях. Да еще шуточки… Три брата, которые настолько дружны между собой…

– А вы правда делили одну куклу на троих? – вдруг брякнула Вика и тут же закусила губу. Вот ведь нашла время!

Брэйд прижал ее голову к себе, щекоча макушку бородой, потом отстранил, держа ее лицо ладонями, заглядывая в глаза, словно пытался отыскать подтверждение – она не кукла, она живая девушка.

– Делили. Куклы очень дороги, поэтому отец купил первую Сандру, когда мне исполнилось шестнадцать. Привел, объяснил, поставил жесткое условие. Поверь, три парня с бурлящими гормонами – это тяжело. Сандра стала нашей отдушиной. Впрочем, Бирн отнесся к этому как к еще одному эксперименту, Брендон… тот вскоре влюбился в риору Флиар, а я понял, что мне мало только физического удовлетворения. Навещал Сандру два раза в неделю, чтобы не кидать слишком откровенные взгляды на приемах, а потом и эти визиты сошли на нет. Сандра стала сотрудницей и перестала вызывать желание.

Вика посмотрела на мужчину недоверчиво. Она помнила, какие наряды выбрал для нее Брэйд в магазине для кукол. Очень-очень специфические!

– Ты же не кукла, – шепнул ей мужчина, щекоча губами чувствительный краешек уха, – ты живая и настоящая.

– А еще думающая, – Вика воткнула локоть мужчине в солнечное сплетение. – И я не кукла для утех!

Он с картинным стоном откинулся назад.

– Эй, я понимаю! Но не могу удержаться! Ты такая… хорошенькая, манящая, – с этими словами Брэйд сгреб Вику в охапку и начал тискать, словно плюшевого медвежонка. Она сначала отбивалась локтями, потом разозлилась и укусила мужчину всерьез.

От протрезвел, отпрянул, недоверчиво разглядывая выступившие капельки крови.

– Хватит! – Виктория выпрямилась и встала с мужских колен. – Я не кукла! Меня нельзя тискать, нельзя мною играть! У меня есть разум и чувства! Эмоции! Желания и запреты! Вы слишком привыкли к бессловесности вашей Сандры и путаете живых женщин с игрушками! Я ухожу. Попроси прислать обед ко мне в комнату!

Вика развернулась и ушла, оставив ошеломленного мужчину одного.

О, девушка прекрасно понимала, как она рисковала. Будь Брэйд менее воспитанным и образованным, ее бы поставили на место одной тяжелой пощечиной. Что она, хрупкая и нежная, может противопоставить крупному взрослому мужчине? Ничего!

Однако рамки нужно выставлять самой. Она совсем не кукла, не красивая статуэтка, не игрушка для утех. Она личность. И если братья Лимьер не готовы это признать – ей лучше сбежать. Замаскировать внешность и уйти на поиск своего пути. Может быть, она умрет от голода и холода в ближайшей канаве, но это будет ее собственный выбор.

Глава 10

Кипя от возмущения, девушка пронеслась по коридорам, влетела в гостевую спальню и захлопнула дверь. Раздалось внезапное “ой”, и что-то посыпалось на пол. Вика развернулась и уставилась на горничную в строгом форменном платье. Она развешивала в гардеробе нарядные платьица, белье, выставляла в ряд коробочки с украшениями для волос. Вот такую коробочку с заколками девушка как раз и уронила.

Вика взглянула на выставку этой показной женственности с отвращением. Кажется, она сильно прогадала с гардеробом. У нее нет обуви, теплой одежды или одежды, защищающей тело. Есть вполне скромные балахоны в греческом стиле, но это лишь занавеска для наготы, не более. В таком одеянии любой встречный опознает в ней куклу.

Мысль зародилась и вылилась в четкое представление. Так. Ей, пожалуй, нужен Брендон как переводчик. Или Бирн. Но лучше Брендон. Слуги в доме не знают, что новая хозяйская кукла говорящая. Вот и пусть не знают. Развернувшись, Виктория выскочила в коридор, вспомнила слова служанки и помчалась опять в лабораторию. Нажать рычаг, услышать звонок, войти.

– Бирн! Ты мне нужен!

Перепуганный ее внезапным появлением ученый вынырнул из какой-то затейливой установки:

– Что случилось, Вика?

– Скажи, как у вас шьют одежду?

Ученый завис, уставившись на нее непонимающими глазами.

– Руками шьют, иголкой и ниткой, или есть приспособления?

– А, понял. Есть специальные устройства. А тебе зачем?

– Напиши экономке записку, чтобы она выдала мне ткани и устройства и показала, как на них работать. Можешь добавить, что это твой эксперимент.

– Да зачем? – изумился Бирн. – Мы же купили тебе целый шкаф одежды!

– Вы купили мне целый шкаф одежек для куклы! – притопнула ногой Вика. – А я НЕ кукла!

– Понял, понял! – Бирн явно ничего не понял, но записку написал.

Стиснув бумагу в кулаке, Виктория понеслась на кухню. Нашла экономку и сунула ей листок. Та, конечно, очень удивилась и даже обсудила со старшей горничной, кухаркой и прачкой новую блажь “младшего риора”, но делать нечего – Викторию отвели в швейную комнату, заваленную кусками довольно грубой ткани. Тут были и стол закройщика, и лекала, и… что-то очень похожее на швейную машинку. Механический аппарат, в котором вместо электричества сиял маленький заряженный кристаллик.

Экономка сама села за аппарат, показала, как он работает, сшила два ненужных лоскутка и уступила место Вике, нависая над ней, точно коршун. Неудобно, неловко, но… хотя бы так. Девушка покрутилась на месте, мысленно повторила все процедуры и довольно ловко соединила два лоскутка. Экономка неприлично вытаращилась, а потом вдруг сказала:

– Если куклы смогут шить… Да мастерицы всех лентяек разгонят!

Виктория не стала ее разубеждать в этом, просто встала, прошлась вдоль полок и выбрала ткань. Разложила на столе, взяла лекало, кусочек мела и быстро раскроила брюки. Не джинсы, а упрощенный вариант на шнуровке. Как тут с застежками, она пока не знала и не собиралась задавать вопросов экономке. Потом узнает. А пока…

Штаны-шаровары из довольно грубой ткани, найденная на полках мальчишеская рубашка, комнатные тапки из трех деталей и берет – волосы куклы абсолютно точно нужно прятать, да и босиком ходить надоело.

Забрав готовые вещички, Виктория вернулась в свою комнату, ополоснулась в личной купальне, выбрала симпатичное белье без избытка кружев и надела то, что сшила сама. А потом в таком виде спустилась к ужину.

Первым ее увидел, конечно, Брэйд. Брендон еще не появился, Бирна слуга пытался извлечь из лаборатории. Ужин в семье Лимьер был временем, когда за столом старались собраться все.

Увидев Викторию в грубых штанах, в мальчишеской рубахе, с волосами, собранными в косу, Брэйд замер. Тряхнул головой, словно не верил своим глазам, а потом медленно начал приближаться к девушке, словно охотник, крадущийся к хищному зверю. Подошел, встал на расстоянии вытянутой руки, всмотрелся в непривычную одежду, странную прическу, в головной убор…

– Что это?

– Одежда, – слегка улыбнулась Вика, – та одежда, которую сшила я.

– Но почему? Зачем?

– Подождем остальных, или ты непременно желаешь услышать индивидуальное объяснение? – прохладным тоном уточнила девушка.

– Подождем, – стиснув зубы, сказал Брэйд, и послал за Бирном еще одного лакея.

Вскоре ученый пришел. Глянул мельком на Вику, поклонился, сел в кресло и потянулся за бокалом с аперитивом.

– Ты ничего странного не замечаешь? – саркастически спросил его Брэйд.

– А что я должен заметить? – удивился Бирн.

– Наша… Вика одета несколько странно! – ответил старший, явно проглотив слово “кукла”.

– Так я сам написал записку экономке, чтобы она пустила ее к швейному аппарату и дала ткань.

– Вот как? И почему? – кажется, Брэйда удивила легкость младшего в этом вопросе.

– Вика попросила. К тому же, – Бирн вынырнул из своих мыслей и улыбнулся девушке, – я провел экстраполяцию изменений, которые происходят с ее телом. Скоро она перестанет выглядеть как кукла.

– Что? – хором спросили Виктория и Брэйд.

– Куклы стабильны, потому что состоят из магинейтрального геля, и его состояние поддерживается магинейтральным гелем, только в жидкой форме. По сути, если изнашивается какая-то часть твердого геля, она тут же “ремонтируется” жидким гелем, и он затвердевает. А Вика обладает полным набором человеческих органов, пищеварительной и кровеносной системой, она ест разнообразную еду, и ее тело восстанавливается, как обычное человеческое – веществами, полученными из пищи. Так что, по моим прикидкам, через полгода-год никто не усомнится, что Вика обычная девушка.

Брэйд и Вика во все глаза уставились на ученого. Виктория – с восторгом, а Брэйд с разочарованием.

– То есть она станет обычной?

– Ну да, она уже потеет, ходит в туалет чаще, чем кукла, и нуждается в полноценном сне и питании.

– А… если ее кормить гелем? – на волне вдохновения произнес Брэйд и поежился под убийственным взором “куклы” и недоуменным взглядом брата.

– Вообще, гель, конечно, питательный, но ты сам долго на нем протянешь? Помнишь экспедицию?

Брэйд поежился.

– Что за экспедиция? – поинтересовалась Вика, мысленно долбя кувалдой по тупой башке старшенького. Да уж, предупреждала ее мама, что у красивых мужиков особо вычурные тараканы, но не настолько же!

– Мы однажды вели расследование в горном поселении, – объяснил Бирн, делая глоток из своего бокала. – На обратном пути сель унес часть каравана. Люди выжили, но из еды у нас остался только гель, припасенный для кукол… Его мы и ели почти две недели. Когда выбрались к цивилизации, даже горелые пироги в первой попавшейся таверне казались нам вкуснейшим блюдом.

– И ты готов кормить меня этой жижей, только бы я не теряла облик куклы? – ошеломленно сказала Вика, глядя на Брэйда. – Даже не подходи ко мне! Сделаешь хоть шаг в моем направлении, укушу!

Мужчина покраснел, дернулся и спрятал прокушенное запястье под манжет.

Тут открылась дверь, впуская чем-то страшно довольного Брендона.

– На улице дождь, – сказал он своим веселым голосом, – я ужасно проголодался! Чем нас сегодня кормят?

– Меня, видимо, гелем для кукол, – мрачно ответила девушка.

Брендон поперхнулся и всмотрелся:

– Вика? Не узнать! А почему такие перемены?

– Потому что ваш старший братец решил, что раз я выгляжу как кукла, то я кукла и есть! Меня можно тискать, наряжать в идиотские тряпочки и пользовать в свое удовольствие. Кстати, один лакей на меня смотрел так, словно Сандру он уже попользовал, а тут новую игрушку подогнали.

Все три брата повернулись и пристально на нее посмотрели.

– Что вы так пялитесь? – совсем грубо ответила девушка. – Проверьте записи. Наверняка он ее зажал где-нибудь в коридоре, а изнасиловать можно, не оставляя следов. В мужских взглядах я точно разбираюсь лучше вашего!

– А что там такое жуткое про гель? – решил перевести тему Брендон.

– Брэйд предложил кормить меня им, чтобы я вечно оставалась куклой, – сдала старшего Виктория.

– Не дай бог этим питаться! – содрогнулся средний.

– Так вот, господа, – Викторию несло, но уступать она не собиралась, – я не кукла! Я живой человек! Думающий, меняющийся, живущий своей жизнью. По утверждению Бирна, через полгода, максимум через год кукольная внешность уйдет. Я стану обычной девушкой. К этому моменту я бы хотела жить самостоятельно. Учиться, работать, иметь собственное жилье и доход. Если уж высшие силы забросили меня к вам – извольте решить эти вопросы!

Мужики впали в ступор.

Дверь снова открылась, лакей, тот самый, который облизывал Вику взглядом, чопорно произнес:

– Кушать подано, риоры!

Глава 11

За столом все долго молчали, зато хорошо ели. Вика не отставала. Она уверилась в том, что ее желудок вполне выдерживает легкие блюда, и с удовольствием их пробовала.

После горячего Брендон отложил вилку и сказал:

– Я сегодня был у риоры Флиар. Мы поговорили.

Братья сразу перестали жевать.

– Мы поговорили, – с некоторым усилием повторил Брендон, – и разрешили наши разногласия. Или противоречия. Не знаю, как правильно выразиться. В общем, я просил у нее прощения, она рассказала мне свою версию событий… Большим дураком я не чувствовал себя никогда в жизни, – тут Брендон очаровательно улыбнулся, демонстрируя ямочки на щеках, – зато когда вышел, чуть не запрыгал от легкости. Скинул груз почти десяти лет обид… За это стоит выпить!

Брендон сам открыл бутылку и разлил по бокалам что-то легкое и шипящее. Брэйд попытался взглядом просверлить в девушке дырку, когда она потянулась к бокалу, но Вика спокойно взяла вино и ответила таким же неприятным взглядом. Она не кукла! Поначалу играть роль казалось даже забавным, но теперь…

Легкое игристое приятно освежило горло. Десерт показался нежнее и слаще, настроение улучшилось, и девушка даже улыбнулась насупившемуся мужчине. Пусть хмурится и ворчит, главное, чтобы понял – внезапно ожившая кукла не станет его постельной игрушкой.

После ужина мужчины взяли бокалы и перешли в кабинет. Вика отправилась за ними.

– Риоры пьют чай и болтают отдельно, – хмуро напомнил ей Брэйд, – в кабинет допускаются только куклы – как украшение мужской беседы.

– Блюстителей этикета я здесь не наблюдаю, – отбрила Виктория, – но раз вы решили обсудить меня без меня – дело ваше. Только учтите, что вам придется учитывать мое мнение. Я не безвольная игрушка и ничего решать за себя не позволю!

С этими словами девушка ушла в библиотеку. Листать учебники и думать. Наверное, Бирн прав – ее тело стало совсем человеческим, гормоны, чувства, ей тяжело сдержать всплески эмоций, потому что…

Осознание накрыло медленно. Вскочив, девушка бросилась в свою комнату. Ей нужно плотное белье! И… наверное, тряпки? Только где их взять? Пришлось разорвать один из “греческих” балахонов и сообразить, как сложить лоскуты, чтобы изобразить прокладку.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

Примечания

1

Септим – лекарство для повышения потенции. Происходит от названия цифры “семь”, намекая на “семь раз за ночь”))

Вернуться