И проснулся зверь…

В 1927 году, среди непроходимых зарослей сельвы, где кое-как расположился на ночь изрядно поредевший отряд, подполковник британской армии Перси Харрисон Фоссет, согнувшись в три погибели и дрожа от холода и лихорадки, пытался дописать письмо своей жене. Он плакал, слезы вытекали из воспаленных и отекших глаз, терялись в седой и спутанной бороде. Шум проливного дождя не давал сосредоточиться, палатка протекала, тяжелые капли то и дело падали то на одежду, то на голову, то на походный столик рядом с бумагой, угрожая уничтожить послание.

“Нина, ты знаешь, как я мечтал найти город Z. Я верил, что смогу попасть в страну, куда еще никто не попадал, найти неизведанное. Открыть то, о чем бредили столько веков европейцы. Разгадать последнюю загадку Амазонии.

Я был уверен, что знаю точно, где искать. Я же исходил столько миль вдоль Амазонки, составил карты самых ее сокрытых мест! Я открывал с каждым шагом неизведанные миры! Я был уверен, что найду этот загадочный город именно здесь, в Мату-Гросу, ведь этот штат Бразилии менее всех исследован, а значит, полон загадок. Я мечтал утереть нос мистеру Райсу, этому мерзавцу и охотнику за головами индейцев. Но я, похоже, ошибся.

Джек умер вчера, Нина. Наш сын держался до последнего вздоха, он умер, как настоящий мужчина. Прости, что, несмотря на твои мольбы и слезы, я взял его с собой. Теперь я чувствую себя совершенно старым и разрушенным. Снаружи меня обглодали насекомые, душу мне выела скорбь. В моем последнем письме к тебе я верил в удачу. Мне казалось, мы вот-вот найдем город Z. «Не бойся неудач», – писал я тебе. Я находился в шаге от великого открытия века, ведь, черт побери, лорд Карнарвон всего пять лет назад нашел гробницу Тутанхамона, полную золота. Я верил, что совершу нечто более грандиозное и найду город из золота. Но теперь я не верю ни во что. Смерть порой начинается с незначительных деталей и задолго до того, как мы понимаем, что пути назад нет. Все будто складывается в финальную картинку из таких мелких кусочков, что часто невозможно понять, какой именно становится роковым.

Мне стыдно вернуться и посмотреть тебе в глаза. Я навсегда останусь в этом зеленом аду. К счастью, жить мне осталось совсем немного. Мы все истощены, нам не вернуться назад, не двинуться вперед. Я должен был искать его в другом месте, в Эквадоре, я не верил в легенды, я был одержим гордыней. Я хотел быть великим первооткрывателем, а стал всего лишь безрассудным неудачником. Прости меня, если сможешь».

Письмо было запечатано и передано наиболее здоровому члену экспедиции, который надеялся вернуться на последнюю из населенных стоянок и попросить помощи у местных жителей. Но письмо и посланник затерялись в зеленом лабиринте сельвы навсегда. Как и вся экспедиция Фосетта.

В Мату-Гросу было отправлено более тринадцати экспедиций на поиски пропавшего отряда, но они не принесли никаких результатов.

Глава 1

Джейк вышел из ванны с голым торсом, с обернутым вокруг бедер белым гостиничным полотенцем, по блестящей от влаги груди стекали капельки воды. Сандра невольно облизала пересохшие губы. Он был всегда такой красивый и по-мужски привлекательный: как хищник, с плавными и уверенными движениями. Сильный, спортивный, всегда как будто готовый отразить любую атаку, Джейк внушал ей спокойствие и уверенность одним своим видом.

– Эй, соня, – позвал с улыбкой Джейк, заметив, что она смотрит на него. – Вставай!

Сандра радостно подскочила с постели.

– А то опять будешь долго собираться, и мы опоздаем на самолет, – добавил он.

Сандра хотела было возразить, что она вовсе не копуша, всегда организованна и собранна, как солдатик, особенно после знакомства с Джейком. Но решила не возражать: они часто препирались друг с другом в последнее время, и ссоры ни к чему хорошему не приводили. Стоило ли начинать? Тем более сегодня…

Поэтому она быстро умылась, приняла душ, оделась в удобные походные штаны с многочисленными карманами, майку заправила в штаны, сверху накинула хлопковую рубашку, завернула рукава, причесала короткие кудрявые волосы и вышла к Джейку.

– Шикарно выглядишь, Индиана Джонс, – он рассмеялся и крепко ее обнял. Поцеловал в нос, а потом взъерошил кудри девушки. – Хорошо, что ты не мужик, Сандра. С тобой можно заниматься любовью, а не меряться, у кого длиннее.

Сандра улыбнулась и поспешила собрать оставшиеся вещи. Через полчаса они спустились в холл отеля и сдали ключи. Поймав такси, Джейк сбросил свой рюкзак и помог Сандре уложить ее вещи в багажник.

Когда они оказались на заднем сидении такси, он крепко взял Сандру за руку и улыбнулся ей своей фирменной задорной улыбкой.

– Приключение начинается, Сандра. В аэропорт, – бросил он таксисту.

Сандра взволнованно взглянула на него и слегка улыбнулась. Если бы не он, она бы ни за что не ввязалась в эту аферу. Но Джейк уломал ее, аргументируя, что это будет классное приключение, которое сблизит их куда больше, чем вечеринки.

И когда самолет оторвался от земли, Сандра почувствовала, как замирает все внутри. Она не боялась летать: в свои двадцать два она исколесила Европу и США, но сейчас ее ожидало особенное во всех смыслах путешествие. Она впервые отправлялась в путь в компании с любимым, впервые – в Южную Америку, впервые – в научную экспедицию на Амазонку. И столько новых событий сразу в жизни у нее еще никогда не случалось. Сандра от волнения боялась забыть испанский, забыть все на свете за эти девять долгих часов перелета.

Джейк подшучивал над ней и подбадривал весь полет, с аппетитом уплетал все, что им приносили стюардессы, Сандра вяло поковырялась в курице и все время делала вид, что смотрит фильм вместе с Джейком. Но мысли ее были далеко.

В памяти Сандры мелькали события последних месяцев, которые и привели ее в этот самолет.

Сандра родилась в США, но детство после развода родителей провела в Европе, в Италии, на родине мамы. Там она увлеклась сначала историей, потом искусством. Несколько лет работала реставратором в музее, пока училась, но вскоре жажда путешествий заставила ее бросить работу, и после окончания университета Сандра отправилась путешествовать по миру. Она очень хорошо рисовала, ее скетчи и зарисовки неплохо покупали, а в путешествиях девушка легко находила работу. Беззаботно провела она в поездках полтора года, а потом уехала в США к отцу, чтобы поездить по стране. Через пару месяцев она снова вернулась в Нью-Йорк и устроилась официантом в баре, чтобы немного подзаработать на дальнейшие путешествия.

И встретила Джейка. Он ворвался в тихий бар вместе с компанией коллег, шумный, красивый, в деловом костюме. Он был заводилой и лидером. Пока мужчины заказывали, Сандра то и дело замечала, как Джейк смотрит на нее. От этого было приятно, ей льстило его внимание. Себя Сандра считала обычной, а Джейк ей показался чуть ли не звездой. Впрочем, он таким и оказался. В нем было нечто, притягивавшее взгляды, внимание, что вызывало желание попасть в поле его сияния. Даже казалось, он все время освещен лучами софитов, как звезда. Он говорил порой резкие, обидные вещи, но всем вокруг его внимание льстило. Сандра тоже не могла на него обижаться. Или даже не смела. Кто она такая? Ей повезло, что внезапно в тот вечер свет софитов озарил случайно и ее: Джейк подошел к ней оплатить за всех, бесцеремонно схватил табличку с ее именем на груди, прочитал и усмехнулся.

А через пару дней вернулся один, дождался закрытия и предложил проводить ее до дома.

Сандра еще никогда не влипала так в постоянные отношения. До этого все романы заканчивались по ее инициативе и довольно быстро: девушка не задерживалась на месте и постоянно переезжала. Но с Джейком она задержалась в Нью-Йорке. И начала понимать, что не знает, хочется ли ей уезжать. Но тут Джейк заговорил об экспедиции по Амазонке. И Сандра осознала, что может путешествовать теперь не одна.

Сандра не очень хорошо понимала, что сподвигло Джейка на путешествие. Он объяснял причины по-разному. По образованию Джейк был историком, но у него давно было собственное небольшое дело, к истории не имеющее отношения. Однако когда Сандра попала к нему домой, ее поразил интерьер: много книжных шкафов с очень старыми книгами, большое количество странных фигурок и фотографий, где юный Джейк стоял в группах индейцев и смуглых латиноамериканцев. Как оказалось, отец Джейка много путешествовал по Южной Америке вместе со своей семьей, собирая легенды, предания, уточняя исторические события и даты, участвовал в нескольких археологических раскопках. Поэтому Джейк впитал в себя страсть к приключениям и истории, а его дело, приносящее отличный доход, позволяло ему устраивать такие небольшие научные экспедиции в Южную Америку каждый год.

Когда Джейк узнал, что Сандра говорит на испанском, он просиял.

– Сама судьба свела нас, малышка. Поехали со мной! Тебе будет нескучно, раз сможешь общаться с остальными участниками экспедиции.

Сандре стало так приятно, что Джейк пригласил ее, что раздумывала она недолго. Отец, к ее удивлению, воспротивился решению дочери.

– Ты его совсем не знаешь, а едешь с ним в дикие места, Сандра. Так не делается…

Сандра только пожимала плечами. Она одна исколесила полмира, какая разница? Тем более, что в дикие места она поедет не одна, а с Джейком. Отец даже позвонил матери, несмотря на то, что отношения у них после развода были прохладные. Но мама встала на сторону Сандры. Она надеялась, что совместное путешествие еще больше сблизит Сандру и Джейка, что приведет ее «непутевую» дочь к браку и оседлой жизни.

– Пусть поедет, может, потом они поселятся в Нью-Йорке и надолго, – многозначительно подвела она итог разговора.

Сандра только фыркнула. Она считала себя независимой и свободной, не торопилась создавать семью. Но если для мамы это аргумент, то почему бы и нет?

Росалия подскочила на ложе с часто бьющимся сердцем. Запуталась в москитной сетке, взмахнув спросонья руками, словно хотела оттолкнуть кого-то.

– Что случилось, мамасита[1]? – сонно обнял ее за талию Рубен. Он попытался уложить жену себе под бок, но Росалия отодвинула его руку и встала.

Рубен потянулся лениво на жесткой циновке и посмотрел на жену. В тусклом свете начинающегося утра и за москитной сетью он не видел пота на смуглой коже Росалии, но уловил его знакомый запах, заметил, как она часто дышит.

– Мамасита… что с тобой? – теперь ему стало не по себе. Не то неудачный день на охоте будет, не то что-то страшное случится совсем скоро. Росалия редко когда ошибалась.

Росалия нервно подернула плечами и обхватила себя, пытаясь прогнать мерзкий холодок, бегающий по спине вверх и вниз. Сон был ужасный. Страшный. Но вот разгадать его она пока не могла, да и остались от него только смутные, тревожащие очертания. Поэтому и не отвечала мужу, вглядываясь в сумерки, стоя на пороге хижины, надеясь вспомнить, что увидела. Но пока что в груди росла уверенность: там, в сельве, что-то назревало. Какое-то страшное и неизбежное зло. Тьма наползала на деревья, и привычный шум просыпающейся Амазонки был приглушен.

– Оно придет сюда, – прошептала она.

Рубен подскочил на ноги, быстро подошел к жене и обнял ее со спины. Взглядом охотника он всмотрелся с порога в привычные заросли.

– Кто, мамасита? – хрипло спросил он.

– Зло. Оно придет сюда. Зверь… растерзает жертву. Она не такая, как мы… Она другая. Она придет. И Зло придет. И нас во все это втянет. И джунгли будут другими.

– Надо сказать шаману, – предложил Рубен.

– Потом… я пока не понимаю, когда. Не понимаю… – Росалия продолжала смотреть в лес и высматривать там что-то определенное.

Понять бы, что за Зло она увидела – но все было так смутно, а вместе со стремительно светлеющим небом образы становились все неуловимее и прозрачнее, таяли, как туман, теряя свои причудливые очертания. Росалия не совсем хорошо понимала, что за Зло может проснуться с появлением Другой. И кто будет эта Другая, тоже не могла толком объяснить.

– Пойду к источнику, – Росалия повернулась к мужу.

– Может, сначала поговоришь с Тео?

Росалия наклонила голову набок, взвешивая предложение мужа. Шаман был мудрым и многое знал, чего Росалия не ведала, но что-то подсказывало ей, что пока еще не время.

– Нет, – решила она. – Мне кажется, духи еще свяжутся со мной. Для них это, похоже, важно. И они еще заговорят. Пойду сегодня к источнику.

Рубен вместо ответа поцеловал ее в макушку, крепко прижал к себе.

– Как скажешь, мамасита.

Росалия улыбнулась и обняла его в ответ. Но взгляд ее темных с поволокой глаз за спиной мужа тревожно всматривался в заросли. Пусть лес привычно шумел цикадами и воплями животных, было там нечто, что приближалось к ним неумолимо.

Зверь… Росалия даже дыхание задержала. Вот что за Зло шло к ним. Это был Зверь. Теперь всплыли в памяти фрагменты сна: спина бегущего как будто перед ней мужчины вдруг покрывалась шерстью, и он, рыча, оборачивался к ней… вот что заставило ее подскочить на циновке. Страшное лицо то ли человека, то ли зверя.

– Да, знаешь… – она поежилась и плотнее прижалась к Рубену. – Пойду к шаману. Он лучше отгадает, что это.

Тео жил на краю поселения, подальше от привычной людской суеты и поближе к дикой суете джунглей. Росалия потопталась возле хижины, не уверенная, что шаман уже проснулся. Иногда казалось, что он и не спал вовсе, а только и делал, что сидел на пороге своей хижины, посасывая еле тлеющую длинную трубку.

Однако в это раннее тревожное утро на пороге дома было пусто, поэтому Росалия решила, что шаман все-таки иногда, но спит.

Но только она сделала шаг к дому, решив стать непрошенным гостем, как за ее спиной раздался тихий голос:

– Росалия, что привело тебя к моему дому в столь ранний час?

Росалия повернулась и увидела Тео. Шаман стоял позади нее с гарпуном, на котором поблескивали в утренних лучах солнца три рыбины.

– Тео, ты ходил рыбачить? – спросила Росалия очевидное.

Шаман усмехнулся. Тео был стар, худощав, носил простую набедренную повязку и все его тело было разрисовано диковинными узорами. Кожа сморщилась и обвисла от времени, но шаман обладал быстрой реакцией и бесшумной поступью, поэтому часто охотился один или с мужчинами из деревни.

– Проходи, – не отвечая на ее вопрос, сказал он.

Тео и Росалия, чуть пригнувшись, по очереди вошли в хижину. Сбросив рыб в глиняную посудину, Тео поставил гарпун рядом и сел у очага. Росалия опустилась около него на земляной пол. Она медитативно наблюдала, как шаман утрамбовывает табак в трубку и поджигает. Дождавшись, когда Тео сделает пару затяжек, Росалия начала говорить.

– Я видела странный сон.

– Я видел странное видение, – эхом откликнулся Тео, прикрыв глаза.

– Приближается опасность, – Росалия почувствовала, как волосы встают дыбом от понимания, что они оба увидели нечто важное.

– Она уже рядом, – Тео приоткрыл глаза. – В соседнем поселении погиб охотник. Растерзан зверем. Судя по всему, пантерой или ягуаром. Такого давно не было, они предпочитают не нападать на людей.

– Зверь… – Росалия прошептала это слово и в ужасе подняла взгляд на шамана. – Он уже здесь.

– Он всегда был рядом, – Тео снова закрыл глаза и стал раскачиваться из стороны в сторону. – Но звери всегда действуют по какой-то причине. Надо понять, что им нужно. Я собираюсь отправиться в путешествие.

На языке шамана это значило, что Тео собирается приготовить напиток, который Рубен называл галлюциногеном. Шаманам эти напитки помогали выходить из своего тела и связываться с миром духов. Это было порой опасно, ведь духи могли запросто причинить вред или вселиться в тело шамана, но в крайних случаях именно они давали советы или приходили на помощь.

– Когда?

– Сегодня вечером. Приходите с Рубеном. Ему тоже нужно знать.

Рубен часто ходил охотиться с другими мужчинами деревни, поэтому Росалия прекрасно понимала, что он тоже в опасности.

Вздохнув, она поднялась и вышла из хижины. Бросив осторожный взгляд в сторону сельвы, она отправилась домой готовить завтрак.

Глава 2

Самолет приземлился в Кито, столице Эквадора, в шесть часов вечера. Сандра устало шагала по коридорам аэропорта рядом с Джейком. Яркие плакаты «Добро пожаловать в Эквадор!» по обеим сторонам коридора с изображениями экзотических животных, птиц и пейзажей захватывали внимание.

– Не отвлекайся, Сандра! – окликнул ее Джейк, заворачивая за угол.

Сандра вздрогнула, будто просыпаясь от полусна, и поняла, что смотрит на яркий коллаж из попугаев, обезьян и хищников. Особенно ее внимание привлекли зеленые глаза черной пантеры.

Поспешив за Джейком, она подошла к паспортному контролю и достала паспорт из рюкзака. Джейк ласково обнял ее за плечи и поцеловал в губы.

– Ты немного рассеянна. Устала? – спросил он ее.

Сандра кивнула.

– Я же говорил тебе: поспи. А ты упрямилась. Сейчас была бы полна сил, – укорил он ее. Сандра молча положила голову ему на плечо и тут же почувствовала, как Джейк крепко обнял ее и поцеловал в волосы. С ним она чувствовала себя маленькой девочкой: немного несобранной, слабой, но вместе с тем и любимой. Джейк с самого начала их отношений взял на себя все ее заботы, ремонтировал поломки в съемной квартире, баловал подарками и часто организовывал поездки на природу. Сандра быстро привыкла к его немного опекающей манере любить и заботиться. Ей всегда не хватало отца: родители разошлись, когда ей было шесть. Поэтому забота Джейка воспринималась чем-то особенным, удивительным и потому очень ценным. Сандра легко ужилась с немного колючей манерой высказываться и поучать, ведь Джейк компенсировал с лихвой свои недостатки.

Саму себя Сандра тоже идеальной не считала, поэтому во многом соглашалась со своим парнем: в самом деле, ей стоило хоть немного подремать в самолете, а не погружаться в воспоминания, мечты и опасения. Только измучила себя.

Получив вещи, они направились к выходу.

– Нас должны встретить бывшие коллеги моего отца, – предупредил ее Джейк. – Отвезут нас в отель, а через пару дней мы отправимся в экспедицию.

– Значит, у нас будет время осмотреть город? – просияла Сандра.

– Ну, конечно, разве я мог поступить по-другому? – Джейк немного приподнял брови от удивления. – Ты же ни разу не была в Эквадоре. Да и тебе полезно вспомнить немного испанский, попрактиковаться. Посмотрим, насколько легко тебе будет.

Сандра немного напряглась: Джейк как будто объявлял ей об экзамене. Но почти тут же расслабилась снова: она все обязательно вспомнит, ведь она долгое время жила в Испании, путешествуя из региона в регион. Она непременно справится. Джейк еще будет ей гордиться.

В зале прилета их действительно ждали двое мужчин. Один из них, в соломенной шляпе, держал бумагу с именем Джейка. Оба были латиноамериканцами, смуглыми, невысокого роста, с прямыми черными волосами. Второй носил бородку, которую имел привычку постоянно теребить и дергать, а также очки с темными стеклами, за которыми было едва видно глаза.

– Гонсало Ортега, – представился он Сандре, пока Джейк шумно приветствовал мужчину с бумагой.

– Освальдо, неужели ты думаешь, я забыл, как ты выглядишь? – Джейк вырвал бумагу из рук мужчины в шляпе и крепко его обнял.

– Джейк, я не столько боялся, что я тебя не узнаю, сколько что ты меня не вспомнишь, – английский у Освальдо был довольно приятным. Но когда Сандра поприветствовала его на испанском, он быстро переключился.

– Это моя девушка, – представил ее Джейк. – Она захотела сопровождать меня в экспедиции. Возможно, тайно боялась, что я увлекусь какой-нибудь девушкой здесь, а, Сандра?

Сандра оторопела.

– Вообще-то ты сам уговаривал меня приехать, – возразила она, но ее реплику задушил дружный смех мужчин.

Обиженно замолчав, Сандра всю дорогу из аэропорта только сдержанно улыбалась, когда Освальдо поворачивался к ним с пассажирского сидения спереди. Они с Джейком довольно тепло общались, а Гонсало Ортега оказался немногословен, он вел машину молча, изредка вставляя короткие фразы в общий поток между репликами Джейка и Освальдо. Насколько успела понять Сандра, двое встречающих между собой были мало знакомы, Освальдо был рад повспоминать былые времена с отцом Джейка. Джейк тоже казался счастливым, он смеялся, вспоминая свои проделки, когда отец взял его мальчишкой в экспедицию, много жестикулировал, что было обычно ему не свойственно, и время от времени крепко брал Сандру за руку, словно желая вовлечь ее в разговор. Сандра слушала внимательно, но заинтересованности в беседе старалась не показывать. Ей все ещё было обидно.

Когда они приехали к высокому зданию, Освальдо стал выгружать вещи из машины, а Гонсало и Джейк отошли в сторону и перебросились несколькими фразами. После чего Гонсало согласно кивнул, посмотрел в сторону Освальдо и Сандры, что-то ответил Джейку и вернулся за руль. Джейк и Освальдо крепко обнялись, потом Освальдо передал ему ключ, сказал этаж и номер квартиры и сел в машину.

Когда они уехали, Джейк повернулся к Сандре.

– Что с тобой? какая муха тебя укусила? – спросил он, нахмурившись. Безмятежное выражение мгновенно улетучилось с его лица.

– Я рада, что ты заметил, что не все в порядке, – ядовито ответила Сандра и надела на плечи свой рюкзак. – Но поговорим об этом потом, я очень устала.

В холле их ждал консьерж, Джейк представился, и им показали, где находятся лифты. Поднявшись на этаж, они вошли в небольшую светлую квартиру с окнами на всю стену. Сандра ахнула, когда увидела вид за окном. Внизу лежал Кито. Вокруг него, словно молчаливые стражи, поднимались Анды.

– Это вулкан Пичинча, – показал ей на одну гору Джейк. – Иногда дымится. Легенды говорят, что, когда конкистадоры казнили вождя инков Атауальпу, его генерал, зная, что причина гибели Инки – алчность испанцев, велел сбросить в вулканы вокруг Кито все золото, что могли найти завоеватели. До сих пор есть искатели сокровищ, которые залезают в вулканы и ищут золото инков. Некоторые из них пропадают бесследно, потому что вулканы – те еще лабиринты.

– Город необыкновенно прекрасен сверху, – Сандра с любопытством разглядывала колокольни соборов и здания вокруг. В легенды о золоте не верилось. Слишком современным казался Кито сверху, полный машин, стеклянных зданий, соборов и начинающих зажигаться фонарей.

– Здесь иногда может быть тяжело дышать, мы находимся на высоте почти трех тысяч метров. Но мне кажется, ты в прекрасной форме.

Джейк крепко обнял Сандру со спины, поцеловал ее в шею и снова спросил:

– Что случилось? Чем ты расстроена?

– Ты меня выставил ревнивой дурой перед ними! – Сандра попыталась вырваться, но Джейк ее удержал и развернул к себе.

– Когда? – спросил он.

– Ты сказал, что я напросилась в поездку, потому что ревновала тебя, но это не так! Ты сам уговаривал меня! – Сандра в гневе уперлась в грудь Джейка, когда он выслушал ее, рассмеялся и попытался обнять.

– Какая ерунда, Сандра! Ты переживаешь из-за пустяков! Это просто манера общения между людьми здесь.

– Мне она не нравится, ты унизил меня перед ними.

– Глупости! Как же ты обидчива! Не знал. Если б я заподозрил, что ты вспыхнешь из-за такой ерунды, не сказал бы такого. Ну, прости меня…

Он прижал ее к себе сильнее, Сандра была вынуждена уступить. Внутри обида все еще бушевала, но она понимала, что Джейк так и не почувствует никогда, насколько обидной была для нее его фраза. К тому же ссора сейчас только испортит им настроение.

– Знаешь, тут есть спальня… – прошептал ей Джейк на ухо, снимая с нее шляпу. – И вид из нее тоже прекрасен. Пойдем, отдохнем с дороги?

Его ладони скользнули под рубашку Сандры, прошлись по ее спине.

– Ты просто устала в самолете, вот и восприняла пустяковый разговор как нечто ужасное.

Он целовал ее так настойчиво, что Сандра сдалась. Да, возможно, она действительно среагировала слишком остро. Расслабившись в руках Джейка, она дала ему возможность раздеть себя и отнести в спальню. А когда он лег на нее, и вовсе расслабилась и отдалась приятным ощущениям.

После, в душе, стоя под струями очень горячей воды, бьющей так сильно, что кожу покалывало, Сандра пыталась понять, почему ее, такую свободолюбивую и поверхностную, нигде не застревающую надолго, Джейк так околдовал и присвоил. Он стал ее якорем, чем-то очень надежным и сильным. Сандра всегда чувствовала себя бумажным корабликом, качающимся вверх-вниз на волнах жизни. Со стороны могло казаться, что легкая жизнь без обязательств очень удобна и привлекательна. Но в душе Сандра нуждалась в противовесе своей легкости и неприкаянности. Ей хотелось, чтобы появился сильный мужчина, который будет принимать решения, заботиться и беспокоиться за нее. Кто-то, кто скажет: «Хватит бегать, Сандра. Иди сюда, я обниму тебя. Ты в безопасности. Больше не надо ничего искать». И Джейк стал для нее надежной бухтой, где ее кораблик просто расслабленно качался на волнах. И да, он был сильным, сильнее ее во многом, поэтому она мягко прогибалась и уступала ему. Больше всего на свете Сандра боялась потерять это ощущение безопасности, это невероятное чувство защищенности, которое приходило к ней в его объятьях.

Вздохнув, она выключила воду, завернулась в полотенце и вышла из ванной. Джейк спал, раскинувшись на кровати. Его спортивное, загорелое тело манило ее, и Сандра осторожно легла рядом, прижавшись к нему. Он обнял ее в полудреме, и постепенно сон завладел ими обоими.

Глава 3

Столица Эквадора, Кито, оказался шумным и ярким городом. Сандра шла по нему за руку с Джейком и только успевала смотреть по сторонам.

– Здесь все время одна и та же температура, круглый год. Мы на экваторе, середине мира, как его еще называют, – говорил Джейк. – Так что тут всегда один сезон. Днем жарко, вечером в Кито чуть прохладно. Посмотрим исторический центр и пообедаем, вечером я встречусь с Гонсало, нужно обсудить некоторые детали экспедиции. Я отведу тебя на рынок рядом с отелем, не заблудишься и отлично проведешь там время.

Сандра не возражала: технические моменты экспедиции ее мало волновали, хотелось побольше побыть в городе, чтобы окунуться по полной в его жизнь. Вместе они поднялись на башню готической базилики, посмотрели оттуда город. У Сандры от высоты подгибались колени, она со смехом цеплялась за Джейка, пока тот снимал Кито на телефон. Потом они гуляли по центру, зашли в золотую церковь иезуитов, Джейк купил Сандре соломенную шляпу и подарил украшение из спондил – цветных колючих устриц. Ожерелье было выполнено из разноцветных пластин раковины моллюска, и его диковинный вид Сандре очень понравился. Она засмотрелась на него на витрине ювелирного магазина, а Джейк решительно открыл дверь и попросил продавца позволить ей его примерить. Едва оно оказалось на шее Сандры, он чуть улыбнулся, довольный счастливым блеском в ее глазах и кивнул продавцу: «Берем!»

После обеда они вернулись в свой район, и Джейк отвел ее на индейский рынок, где гуляло очень много европейцев в поисках интересных сувениров. А сам отправился на встречу с Гонсало Ортега.

Сандра надолго застревала перед лавочками с украшениями: ей нравились изделия из серебра, а здесь они были такими причудливыми, что хотелось все и сразу. А еще она засматривалась на кожаные браслеты с каменными бусинками. В итоге она приобрела пару таких браслетов, грубоватых, но делавших ее тонкие изящные запястья еще более хрупкими.

Довольная и счастливая, она вернулась в квартиру, приняла душ и засмотрелась на вечерний Кито.

Обозревая его сверху, Сандра не могла никак избавиться от ощущения, что она парит над городом в полной безопасности, свободная полететь куда угодно. Озаренная внезапной идеей, она бросилась к своему рюкзаку, достала акварельные карандаши и альбом и начала рисовать город и парящую над ним птицу – огромного орла с распростертыми крыльями.

Мешая между собой цветные карандаши, где-то уточняя детали до миллиметра, где-то оставляя едва заметную штриховку, она передала дух ночного пейзажа с теряющимся в сумерках городом, молчаливыми часовыми-горами вокруг, свободным небом и чуть шевелящим перья птицы ветерком.

Джейк вернулся, когда Сандра уже проводила смоченной в воде кистью по рисунку, растворяя карандашные штрихи и превращая их в акварельные разводы. Поцеловав ее, он долго смотрел, как она работает.

– Все удачно? – спросила Сандра, погруженная в рисунок. Она мельком бросила взгляд на сидящего напротив Джейка. Он кивнул.

– У нас два дня на Кито, Ортега еще не все необходимое подготовил, да и Освальдо хочет свозить нас на середину мира.

– Куда? – удивленно переспросила Сандра.

Джейк озорно улыбнулся.

– На середину мира, это туристический комплекс, построенный прямо на линии экватора. Тебе понравится. Там есть индейские хижины из разных районов Эквадора, много интересных аттракционов, связанных с особым полем экватора. В конце концов, потом мы уедем в джунгли, и боюсь, тебе там будет скучно.

– Я буду много рисовать, – Сандра кивнула на альбом. – И помогу тебе чем смогу, если нужно.

– Ты просто будешь рядом со мной, милая. Этого мне достаточно, – возразил Джейк. – Я надеюсь, мы быстро справимся с задачей.

– Кстати, ты мне так и не рассказал, что именно ты будешь делать в джунглях, – Сандра улыбнулась и отложила кисть.

– Хочу закончить одно дело, начатое еще моим отцом. Возможно, мы проведем не один месяц в Эквадоре.

– Я знаю, ты предупреждал. Но что именно не закончил твой отец?

– Одно исследование, – Джейк поднялся, подошел к ней и обнял. – Я тебе расскажу обязательно, как будет настроение. Но сейчас я так устал, что хочу в душ и спать.

Сандра ласково пробежала пальчиками по его шее и плечам и вздохнула.

– Конечно, иди в душ, я приготовлю что-нибудь на ужин.

Следующие два дня были солнечными, насыщенными и очень красочными. Джейк и Сандра в компании с Освальдо прогулялись по тематическому парку середины мира, Сандра с удовольствием перепрыгивала через линию экватора то на южное полушарие Земли, то на северное, пока Джейк фотографировал ее. С детским восторгом Сандра рассматривала процесс приготовления шоколада из какао-бобов, тискала смешных грызунов, похожих на морских свинок, которых в Эквадоре разводят для еды, пробовала фруктовые экзотические напитки, с ужасом рассматривала сушеные головы величиной с кулак, которые изготавливают индейцы некоторых племен на память о победе над врагом, и с удовольствием слушала байки Освальдо о жизни в джунглях и приключениях в них.

Предстоящая экспедиция Сандру будоражила. Она мало понимала, что именно подвигло Джейка на это предприятие, но знала, что он каждый год совершает такие походы, и поэтому предполагала, что это частично поездка в память об отце, а частично Джейк преследует какой-то свой интерес. Так как он много рассказывал ей о свойствах растений и работал в фармакологической компании, она предположила, что Джейк исследует местную флору, возможно, для производства какого-то медицинского препарата. Его нежелание распространяться на тему поездки она списывала на сложное сочетание для него темы эмоциональной и рабочей. В любом случае Сандра полагала, что это не ее дело. Ей было интересно побыть с Джейком в необычных условиях, узнать его получше, открыть для себя новый мир и сделать как можно больше рисунков. Впоследствии Сандра предполагала писать картины по своим зарисовкам или еще как-то использовать серию набросков про Эквадор.

Она много рисовала Кито в эти дни. Вставала раньше Джейка, чтобы застать восход солнца, замирала перед отдельными зданиями в городе, много фотографировала, чтобы иметь возможность рисовать после по фотографии.

Вечером накануне отъезда из Кито Джейк отвел Сандру в ресторан, они много говорили и смеялись, делились впечатлениями этих нескольких дней, проведенных в Кито.

– Теперь нам предстоит сменить природную зону. Из горной местности мы попадем в сельву, – напомнил ей Джейк. – Не знаю, выдержишь ли ты. К комарам там нужно просто привыкнуть, смириться с влажностью, проникающей повсюду, с необходимостью ходить всегда в штанах и с длинным рукавом. Но красота и величие зеленого мира компенсирует это все с лихвой, если позволить своему телу привыкнуть к новым условиям.

– Я знаю, Джейк, ты много мне рассказывал об этом. Я буду очень стараться, чтобы получить максимум удовольствия от этого приключения, – покладисто ответила Сандра.

– Сначала мы будем жить в довольно комфортных условиях, но потом отправимся в сельву. Если ты решишь, что тебе комфортнее остаться в деревушке, я пойму. Самое главное для меня – твое состояние.

– Я знаю.

Сандра смотрела в серые глаза своего мужчины и с восторгом читала там любовь и заботу. Это пьянило ее и сводило с ума.

На следующий день они выехали из Кито на стареньком джипе Освальдо. Гонсало Ортега сел к водителю, дав возможность Джейку и Сандре ехать позади. Сандра поначалу прильнула к Джейку, но джип так потряхивало и подбрасывало на неровном асфальте, что в итоге ей пришлось сесть как положено и пристегнуться. Ремень безопасности нашелся, но, похоже, им никто никогда не пользовался, потому что крепить его было некуда. Сандра повозилась, бросила взгляд на беспечного Джейка и постаралась расслабиться. Может, ей только кажется, что джип страшно трясет и заносит на ухабах? Джейк в этой стране бывает каждый год, наверно, нужно действительно набраться пофигизма латиноамериканцев. Но жить хотелось сильно, поэтому она еще два часа провела в страшном напряжении. Потом они сделали остановку в небольшом придорожном кафе у озера.

– Иди, пройдись немного, – посоветовал ей Джейк, помогая вылезти из джипа. – Мы выпьем кофе, побудем здесь полчаса, разомни ноги.

Сандра кивнула и отправилась сначала в кафе. Оно оказалось совмещено с магазином сувениров, где продавались теплые шерстяные пончо, соломенные шляпы, поделки индейцев, эквадорский шоколад и многое другое. Купив плитку темного шоколада с солью, Сандра откусила горьковатый кусочек и распробовала игру соленого, горького и шоколадного на нёбе. А потом вышла в сквозную дверь на противоположную сторону магазина.

Задний двор кафе выходил на озеро, по которому от ветра шла легкая рябь, и на зеленые луга, где паслось стадо белых лам. Сандра уже успела познакомиться с ними на территории музея «Середины мира», поэтому без труда узнала разновидность ламы, обладающей легкой и ценной шерстью, – альпаку. Именно из этой шерсти Сандра купила себе легкое и очень теплое пончо, на случай, если по возвращении из похода они не остановятся в Кито. Альпаки довольно добродушные существа с мордочкой, чем-то похожей на верблюжью, только меньше размером. Невысокие и коренастые, они не торопились разбегаться, когда Сандра подошла к ним. И охотно дали себя погладить. Ладонь утопала в пушистой белой пене шерсти, нежной и едва осязаемой.

Сандра оторвала взгляд от животных и бросила его за озеро, туда, где высились Анды. Им предстоит проехать через них, чтобы попасть совсем в другой мир – Амазонку.

Неожиданно внимание Сандры привлекло сочетание линий: резкие очертания гор и мягкие облачные очертания альпаки.

Быстро достав альбом, она набросала небольшими штрихами суть увиденного, сделала фотографию на телефон и вернулась в кафе. Освальдо стоял у барной стойки и махнул ей рукой. Сандра подошла.

– А где Джейк? – спросила она.

– В туалете. Вам бы тоже не помешало, – Освальдо подмигнул. – Впереди еще часа два, а то и три дороги.

Сандра обреченно кивнула.

– Я видел, как вы рисовали, – Освальдо кивнул на альбом в руках Сандры.

– Да, я художник.

Сандра часто встречала непринятие своей профессии в людях старшего поколения. Ее отец как раз не принимал всерьез ее специальность, да еще и посмеивался, что художнику приходится подрабатывать в барах – разве это профессия? Так, баловство одно.

Сандру это сильно ранило, поэтому она всегда с осторожностью доверяла свои работы незнакомым людям. Но Освальдо был ей симпатичен. Он казался довольно спокойным, порой даже чудаковатым. Немного рассеянный, как все ученые в представлении Сандры, он производил впечатление человека уязвимого, а потому ему она доверчиво протянула альбом с зарисовками.

Освальдо осторожно принял его, Сандра обратила внимание, что кисти у него небольшие, а волос на предплечьях, обнаженных из-под закатанных рукавов, нет. Пока Освальдо листал альбом, Сандра успела залпом проглотить кофе с молоком.

– Сандра, вы прекрасно рисуете. В нескольких штрихах вам удается передать мимику, жест. А те рисунки, что нарисованы полностью, совершенно бесподобны. Очень правдивые работы, честные. Вам понравится в сельве. Возможно, комары там досаждают, но зато много красок и героев для рисунков. Вы скучать не будете, – Освальдо с улыбкой вернул ей альбом, и Сандра, чувствуя, как от похвалы разгорается на щеках румянец, спрятала его в рюкзак.

– Что ж, пойду в уборную, чтобы никого не задерживать, – сказала она. По дороге в туалет она себя, как всегда, ругала. Почему-то похвала иногда смущала ее так сильно, что даже не было сил поблагодарить. И откуда-то появлялась дурацкая неуклюжесть и резкость.

Сандра знала, что талантлива, но все-таки недостаточно верила в свои возможности. Ей все казалось, будто вот-вот выяснится, что ее рисунки совершенно бездарны. Это противоречивое, конфликтное состояние преследовало ее с детства, и она частично адаптировалась к нему, одинаково сжимаясь и от похвалы, и от насмешек тех, кто не верил в нее. Так было проще. Не так больно и не так опасно.

Дорога через Анды прошла спокойно. Сандра рассматривала снежные пики гор, прошивающие облака насквозь, и гадала, каково жить в этой суровой местности. Горная сельва на высоте практически исчезла и вернулась, только когда они стали снова спускаться. На одном из поворотов Освальдо притормозил, припарковался, и вся команда вышла из машины, чтобы полюбоваться пейзажем.

– Внизу уже видна сельва, – Джейк смотрел вниз, нахмурившись, словно продумывал дальнейший ход действий.

А Сандра почувствовала легкую дрожь в ногах. Внизу, насколько хватало взора, до горизонта раскинулось живое зеленое море.

– Пока наслаждайтесь ей в тишине, – засмеялся вдруг Гонсало Ортега, зловеще сверкнув солнечными очками.

– О чем это он? – повернулась Сандра к Джейку.

Но тот лишь хитро улыбнулся.

– Ты скоро сама все поймешь – терпение.

Сандра еще раз окинула взглядом теряющееся в набежавшем облаке зеленое море и вздохнула. Что ж, ждать осталось действительно недолго.

На ночь они остановились в небольшой гостинице у подножья Анд. Здесь было очень уютно, а гостеприимная хозяйка предложила им вкусный ужин.

За ужином мужчины охотно делились с Сандрой разными интересными фактами об Амазонке и джунглях.

– Эти джунгли таят в себе еще немало тайн и загадок. Не только существует вероятность, что там есть еще племена, никогда не вступавшие в контакт с цивилизацией, но абсолютно точно там еще много неизвестных миру видов растений, животных, насекомых. Это самое таинственное и удивительное место на планете, – заметил Джейк, накладывая Сандре чечевицы с мясом.

– Стоит учесть, что половина уже описанных видов живых существ мира обитают именно здесь, – добавил Освальдо.

– На Амазонке даже есть волны в полнолуние, на которых катаются серферы, такая она огромная. Но на самом деле есть куда более интересный факт, – Гонсало при свете тусклых ламп в своих очках казался гигантской мухой с округлыми темными глазами.

– Какой же? – спросила Сандра. Все факты казались ей необыкновенными, но если есть еще что-то более странное…

– Под Амазонкой протекает еще одна река. Более полноводная и такая же длинная. Ее называют Хамза.

– О Боже, это напоминает мне мифы о подземных реках Аида, – нервно поежилась Сандра.

– В нашем мире все настолько взаимосвязано, Сандра, что только диву даешься, – добавил Джейк. – Например, песчаные бури, что поднимаются в Сахаре, перелетают Атлантический океан и оседают в Амазонке. По подсчетам ученых, это около 40 тонн ежегодно.

– Да ладно! – глаза Сандры широко распахнулись от удивления.

– Эти территории таят в себе очень много загадок, – подмигнул ей Джейк.

После ужина Сандра с удовольствием вымылась и нырнула под одеяло, со стоном вытянув ноги. Долгое путешествие в машине изматывало не хуже целого дня пеших прогулок. В голове еще крутились удивительные факты об Амазонке. Они проговорили около трех часов, пока Сандра не начала откровенно клевать носом. И она же не хотела никак расходиться, потому что готова была слушать про Амазонку бесконечно.

Джейк лег рядом, притянул ее к себе и поцеловал. Сандра сонно зарылась пальцами в его волосы, прижалась к крепкому телу. У Джейка была потрясающая фигура, он много времени уделял спорту и тренировкам, приучая к этому и Сандру. Она по сложению была худощавой, поэтому сильно ленилась. Однако, чтобы угодить Джейку, ходила в спортзал пару раз в неделю. Ей нравилось обнимать его, в этот момент она чувствовала себя защищенной.

Джейк прошелся легкими поцелуями по ее шее вниз к плечу. Сандра понимала, что ему хочется заняться с ней любовью, но так сильно устала, что хотела только одного – спать.

– Джейк, – протестующе увильнула она от более откровенного поцелуя. – Ты что задумал?

– А ты как думаешь? – он провокационно попытался раздвинуть ее ноги.

– Я устала, давай в другой раз.

Наблюдая за ним из-под чуть прикрытых век, Сандра заметила, как Джейк глубоко вздохнул, сдержался, потом спокойно сказал:

– Ну, хорошо. Конечно, ты устала, прости, я совсем не поинтересовался. Сразу набросился. Но ты такая аппетитная, когда сонная.

Он лег рядом с ней, крепко обнял ее и затих.

Сандра выключила свет, закрыла глаза, но сон теперь не шел к ней. То ли Джейк разбередил ее эмоции, то ли чувство вины, что она ему не дала то, чего он хотел, не давало теперь уснуть. Она все еще ощущала, что Джейк возбужден, хоть и лежал неподвижно. Сандра попыталась найти более удобное положение, повернулась набок, прижавшись спиной к груди Джейка, а потом из какого-то совершенно неожиданного для нее самой, абсурдного стремления подразнить его прижалась к нему попой.

Джейк сдавленно застонал.

– Что ты творишь, Сандра? Ты же спать хотела? – прошептал он.

Сандра ничего не ответила, снова как будто случайно прижавшись к нему.

Она понимала, что пока не позволит Джейку получить то, что он хотел, ей не заснуть. Но и сказать об этом вслух не могла. А когда он осторожно стал входить в нее, также молча поддалась. Она ничего не делала больше, позволяя Джейку делать с ней все, что ему хочется.

– Детка, ты меня заводишь. Ты невероятная!

Он стонал, активно двигался, она только прогибалась в пояснице и молчала, сама не понимая, нравится ей или нет. С одной стороны, она позволяла ему все, что он хочет, с другой – не понимала, чего хочется ей. Она так и не выяснила, насколько честно поступила с ним и с собой, удовольствия не получила, но смогла заснуть, когда Джейк, насладившись ей, затих, крепко прижав ее к себе.

Глава 4

Наутро двинулись дальше. Целью был небольшой поселок на самой границе с сельвой, последний оплот цивилизации, от которого Джейк и бригада, нанятая Гонсало Ортега, планировали начать работу.

Двигаясь по шоссе, пролегавшему во впадине между горами, покрытыми зеленью, они то и дело пересекали реку Кока по направлению на северо-восток. Пейзажи были настолько необычными и завораживающими, что Сандра время от времени слегка пощипывала себя за руку. Ей казалось, она в тропическом раю, необычном, манящем и опасном.

По пути Сандра узнавала все более интересные подробности экспедиции. Оказывается, отец Джейка в последний год своей работы в Южной Америке нашел в одном из поселений в глубине сельвы грубо сколоченный, полусгнивший сундук, внутри которого на выделанных шкурах маленьких свинок пекари, превращенных в подобие пергамента, был плотный текст, написанный латинскими буквами неизвестным красителем.

Отец Джейка перевез эту находку в США, где расшифровывал надписи на шкурах, переписывая текст в свой дневник. Через несколько месяцев работы над рукописью стало понятно, что перед ними уникальный исторический документ, рассказывающий о судьбе части экспедиции Франсиско Писарро, которая была в XVI веке. Испанцы искали легендарный город, сделанный из золота, который получил название Эльдорадо.

– Но как получилось, что твой отец попал на Амазонку? – Сандра была ошеломлена неожиданным поворотом. То, что она считала походом-капризом или походом-исследованием по работе, оборачивалось совершенно невероятной историей поиска мифического золотого города. Она все ждала, что Освальдо или Гонсало засмеются, и все это окажется шуткой. Но чем больше ей рассказывал Джейк, тем больше она убеждалась, что все всерьез.

– Это наследственное, – усмехнулся Джейк. – Мой прадедушка, Александр Гамильтон Райс, тоже искал Эльдорадо и следовал по пути Писарро и его людей, пытаясь отыскать следы экспедиции или сам город. Он был противником знаменитого британского топографа подполковника Перси Фосетта, оба искали одно и то же, только в разных местах. Прадед в Эквадоре, а Фосетт в Бразилии. Фосетт так боялся, что Райс выяснит маршрут его экспедиции, что тщательно зашифровывал свои координаты. Даже в письмах к жене он называл Эльдорадо городом Z, чтобы скрыть от возможных шпионов цель экспедиции. Эта одержимость обернулась потом бедой: члены экспедиции пропали без вести, и все поиски оказались бесплодны. Так что в нашей семье сложилась традиция: особый интерес к лесам Амазонии. Мой отец продолжил работу двух поколений семьи и нашел этот уникальный документ. Но для меня, Сандра, это скорее возможность пощекотать себе нервы, пожить дикарем и почувствовать себя Индианой Джонсом, – заверил ее Джейк. – Это мой маленький каприз, подарок, который я делаю себе ежегодно в память об отце. Ты в совершенной безопасности, к тому же я далек от одержимости прежних искателей приключений.

– А вы, Освальдо? – Сандра обратилась к ученому, считая, что хотя бы он должен дать какое-то более логичное и научное обоснование экспедиции.

– Я всегда мечтал найти Эльдорадо, отец Джейка заразил меня золотой лихорадкой, – засмеялся Освальдо. – Знаю, что тебе это кажется сейчас совершенно невероятным и проще преследовать собственную тень, чем найти Эльдорадо, но когда много лет проводишь в сельве, начинаешь понимать, что там скрыто очень многое. И идея отыскать золотой город уже не кажется такой фантастической. До сих пор археологи то и дело находят и захоронения инков, и клады с золотом.

– А вы, Гонсало? – Сандра обратилась к молчавшему до сих пор мужчине.

– Я не верю ни в черта, ни в бога, ни в Эльдорадо. Но согласен с Освальдо: сельва скрывает от нас много сокровищ. Их только надо найти.

Гонсало больше ничего не сказал и стал снова сосредоточенно есть свою похлебку. Сандре показалось, что Освальдо метнул на него недовольный взгляд.

– И что же ты делаешь каждый год? – поинтересовалась Сандра, поворачиваясь к Джейку. – Автор того документа нашел Эльдорадо?

– Как много вопросов, – Джейк улыбнулся и поцеловал ее в нос, привлекая к себе. – Сейчас я тебе все расскажу. Терпение. Впереди еще много времени для ответов. Начнем, пожалуй, с самого начала рождения легенды о золотом городе.

– Если позволишь, Джейк, я бы начал с легенды, – остановил его Освальдо. – Она важна для погружения в мир неизведанного.

– Мне кажется, после легенды Сандра точно скажет, что мы втроем преследуем мираж, – усмехнулся Джейк.

– Пусть сама решит, – заметил Гонсало.

И Освальдо, довольный, что внимание собеседников сосредоточилось на нем, начал рассказ.

«В горной части Амазонки есть глубокие озера. В одном из таких озер жил страшный змей, который нападал на скот и людей. Жители поселения уговорили своего вождя принести в жертву двух женщин, чтобы умилостивить бога, который разгневался на них и наслал змея.

Вождь долго не соглашался, но в конце концов уступил. Бросили жребий среди всех женщин поселения. И выпал жребий самой любимой жене касика и его дочери. Делать нечего, двух женщин посадили на плот и отправили на середину озера.

Гигантский змей вынырнул из воды, опрокинул плот и утащил двух женщин на дно. Долго сидел на берегу вождь и плакал.

На следующий день к нему пришли индейцы и рассказали, что ночью видели его жену живой на берегу озера. Она расчесывала свои длинные волосы и пела. Рядом с ней играла ее дочь, но как только индейцы захотели приблизиться к ним, обе исчезли.

Касик обратился к шаману за помощью, чтобы вернуть любимую жену обратно. Шаман походил по берегу озера, собрал определенные камушки, потом долго кипятил их на огне с травами, читая заклинания. Затем шаман вошел в воду, бросил вокруг себя горячие камушки и нырнул. Вождь в нетерпении ходил по берегу, ожидая шамана и свою жену. Но шаман вернулся один.

– Твоя жена обижена на тебя за то, что ты пожертвовал ею. А в доме Дракона Озера ей хорошо. Она сказала, что не вернется.

Тогда касик стал снова умолять шамана поговорить с женой, уговорить ее вернуться. Шаман снова провел ритуал, нырнул в озеро, но вернулся напуганным:

– Твоя жена и Дракон разгневались и грозятся бедами всей деревне, если не оставишь их в покое.

Касику пришлось уступить, но с тех пор, стоило кому-то из индейцев приблизиться к озеру, как оттуда вылезала огромная змея, превращалась в жену касика и пророчила племени страшные беды. Люди были сильно напуганы и стали снова просить касика принести жертву дракону озера.

Тот подумал, а затем велел добыть много смолы и собрать с соседних деревень все золото, что было у индейцев. Затем велел толочь собранное золото до тех пор, пока не получится золотая пыль.

На рассвете вождь вымазался смолой, обсыпал себя золотой пылью, надел самые красивые ожерелья, серьги и браслеты, нагрузил плот золотыми вещицами и отправился на середину озера. Там он ждал, когда лучи солнца коснутся его тела. И вот солнце робко показалось из-за гор и осветило касика.

Индейцы, собравшиеся на берегу, были поражены: их вождь переливался, как бог-солнце! Касик бросал в воду золотые статуэтки и украшения, и индейцы уверовали, что Дракон и его жена остались довольны. С тех пор это стало обычаем среди вождей племени встречать солнце в золотой пудре.

Вот такая легенда, Сандра. А теперь Джейк расскажет об исторической части про Эльдорадо. Которая тоже тесно переплетена с легендами».

Глава 5

Шаман долго курил трубку, слушая Росалию. Они оба, как наиболее близкие к природе, тесно привязанные к лесу, чувствовали изменения, которые больше никто из поселения не ощущал.

– Тео, не могу понять. Ветер поднимается в сельве, приходит ко мне на порог, бросает горсти пыли и сухие листья, шепчет о чем-то тревожно. Сердце разрывается, – Росалия чуть коснулась ладонью пышной груди. – Тошно как-то. Неспокойно.

– Лес чует то же, что и мы, – помолчав, заговорил колдун, вытащив трубку изо рта. Губы его были морщинисты и стары, а цветом кожи он походил на свою прокопченную трубку. – Он приходит спросить у нас, почему вдруг такая опасность. Но мы не знаем ответа. Может, что-то спугнуло этих тварей с их обычного места обитания. А здесь у них есть возможность поживиться скотом.

– Только ли скотом… Сам знаешь, погиб человек.

– Знаю. Но пока что это не повторялось. Но врать не буду: я ходил к духам сегодня утром, они сказали, что это только начало. Мы все вступаем в новый круг развития: лес, поселения, существа, что обитают рядом с нами. Грядут изменения, Росалия, и это неизбежно. Можно тревожиться, только напрасно растратишь силы. Такие вещи нужно принимать. Они придут, хочешь ты этого или нет.

– Да как же не тревожиться, Тео? Когда не знаешь, что будет, когда даже на охоту в лес идти боишься, оборачиваешься на каждый шорох? – умоляюще произнесла Росалия. Ее голос от волнения стал из низкого и грудного более звонким.

– Потому и оборачиваешься, что не доверяешь сельве. А сельва охраняет, защищает и кормит, но если начнешь бояться – раздавит, потому что трусы сельве не нужны. Душа леса щедра, полна любви, но не терпит недоверия. Росалия, твоя задача – научиться доверять. Лес говорит с тобой, предупреждает тебя – поблагодари и доверься. Если он с тобой общается, значит, ты можешь помочь, и он не станет причинять тебе вреда.

– Лес – нет. А вот они…

– А они… в глубине души такие же дети леса. Они чуют страх, недоверие, слабость. И идут на него. Духи обещали помощь деревне. Поэтому я спокоен. Все, что должно произойти, произойдет.

Росалия вздохнула. Тео легко говорить. Он стар и много видел, а она совсем еще неопытная в общении с духами. Сельву она чувствует, но дальше не заходила никогда, хоть Тео и предлагал ей несколько раз пройти через ритуал путешествия к духам.

– В тебе душа старого шамана, Росалия, – говорил Тео с закрытыми глазами, и его лицо казалось корой старого дерева. – Поэтому ты все чувствуешь и общаешься с лесом. Тебе надо учиться. Пока я здесь, я могу научить тебя, из мира духов мне это будет сделать труднее.

– А толку? – возражала Росалия. – Меня всерьез не примут, я же совсем молодая, да еще и женщина. А шаманы всегда мужчины. Только разбередишь мне душу, покажешь духов, а потом что?

Тео ничего не отвечал на это, только правый уголок его темных губ уходил немного в сторону: шаман улыбался. А Росалия потом злилась на себя. Ей очень хотелось научиться у шамана, но было и жутко. Почему-то она решила, что духи ей скажут что-то очень страшное. И знать этого заранее она не хотела.

Вернувшись к себе, Росалия принялась подметать в доме так яростно, словно не грязь хотела вычистить, а откопать что-то под земляным полом. За этим занятием ее застал Рубен. Некоторое время он наблюдал резкие движения жены, ее сосредоточенное выражение лица и улыбался против воли. В Росалии было что-то дикое, что привлекло его с первого взгляда. Рубен приехал сюда изучать редкие виды растений, но остался, потому что влюбился в индианку, чьи движения напоминали элегантные, мягкие, крадущиеся движения кошки. Однако когда ее что-то беспокоило, Росалия начинала двигаться резко и порывисто, как сейчас.

Подойдя к ней сзади, Рубен крепко обвил ее руками за талию, Росалия подскочила от неожиданности, как ужаленная.

– Что ты делаешь?! – нервно вскрикнула она, разворачиваясь к мужу и замахиваясь черенком метлы. Рубен рассмеялся и крепче прижал ее к себе, перехватывая занесенную для удара руку. Суровый взгляд и сердитое выражение лица Росалии не могли обмануть его. Он знал, что она быстро сменит гнев на милость. Стоило ему поцеловать Росалию легкими прикосновениями к губам и положить ладони на ее лопатки, как его жена быстро опустила руку и расслабилась, прижимаясь к мужу еще крепче.

– Понять не могу, что я в тебе нашла? – проворчала она ему в плечо.

Рубен улыбался, поглаживая ее по спине. Росалия разве что не мурлыкала от удовольствия.

– Завтра пойду на охоту, – произнес Рубен тогда, когда посчитал, что жена находится в благодушном настроении. И тут же почувствовал, как она снова каменеет от напряжения.

– Мамасита, дичь сама себя на стол не принесет, – возразил Рубен, опережая возмущение Росалии. – Я не один пойду, договорился с двумя охотниками.

Росалия с трудом заставила себя промолчать. Рубена к себе не привяжешь. Жить в сельве – значит доверять ей, давать возможность накормить и напоить. Если сидеть дома и дрожать, Тео прав, сельва обидится, станет еще хуже.

– Иди, – коротко ответила она, уткнувшись носом в плечо мужа. – Что будет, то будет, от себя не убежать.

«То, что было скрыто, готово выйти», – вдруг вспомнились ей слова Тео. Может, поэтому и эти пришли? Потому что знают, что что-то должно появиться? Но что?

Это предстояло выяснить. Росалия после разговора с Рубеном решительно вернулась к Тео.

– Ты знаешь то, чего не знаю я, – заявила она с порога.

Старик вытащил трубку изо рта и расхохотался.

– Росалия, я знаю очень много, чего тебе неизвестно. О чем ты сейчас говоришь?

– О них. Почему ягуары охотятся на людей?

– Если хочешь узнать ответ, начни учиться. Я приготовлю тебе твой первый аяваска.

Росалию передернуло. Аяваска – «лиана мёртвых» – специальный отвар, который шаманы используют для общения с духами с целью получения информации.

Рубен не раз объяснял Росалии, что лиана аяваска, или банистериопсис каапи, основной ингредиент для этого напитка, содержит галлюциногены, которые и вызывают видения у шамана. Но также Рубен сам использовал листья лианы для изгнания паразитов из кишечника, проводя раз в полгода лечение всего племени. Ягуары тоже очищались таким образом, жуя листья лианы. Их это растение заставляло кататься по земле и мурлыкать, как огромных котов. Рубен предполагал, что действие лианы на кошачьих похоже на воздействие валерьяны.

– Но Тео…

– Иди, Росалия. Два дня поста, все только сырое, не будь близка с мужем. Когда будешь готова, я проведу манинкари[2]. Тогда получишь ответы.

– Тео, но почему ты не хочешь просто рассказать мне? – Росалия страшно боялась потеряться и не вернуться. Она знала случаи, когда обряд заканчивался плачевно.

– Я тебя направлю, Росалия. Ты сможешь увидеть больше моего, твой взгляд острый, живой, вопрошающий. То, что мне кажется тенями, перед тобой встанет в красках. У тебя дар шамана, неразумная ты дочь леса. Когда же ты его примешь? – Тео вдруг рассердился и жестом погнал Росалию из своего дома, снова засунул трубку в рот и задымил.

Росалия вышла и глотнула свежего воздуха. Так уж получилось, что Тео был прав. Росалию с детства было не оторвать от ритуалов и знахарства. Она сбегала в дом к шаману при малейшей возможности. Отец и мать ее наказывали, а Тео говорил, что они не видят того, что у них перед носом. Сам шаман девочку не прогонял. А на вопросы обычно отвечал подробно, показывая, как собирать травы, как их сушить и готовить, какие лекарственные свойства у растений, чему можно научиться у животных. Росалия училась всему, но обряда общения с духами избегала. В деревне никто не принимал всерьез ее увлечение работой шамана, когда Тео ее начал называть своей ученицей, Росалии пришлось пройти через отвержение и непонимание среди своих. Ее всегда считали странной. А когда она стала женой чужака, то и вовсе надолго наградили презрением и молчанием. Но Рубен постепенно завоевал доверие мужчин племени, обучаясь у них охоте, а Росалия продолжала помогать Тео, что так или иначе ее сталкивало с членами племени и возрождало общение.

Теперь, год спустя после женитьбы, Росалия не ощущала больше противостояния в деревне, но окончательно принимать статус ученицы шамана отказывалась.

Манинкари был серьезным делом, делом мужчин. Ей даже не разрешали присутствовать при этих обрядах. А теперь Тео предлагает это так буднично, словно всегда знал, что этот момент наступит. И это при том, что многие молодые мужчины просили Тео обучить их ремеслу шамана.

Но если он обучит ее и этому, если она действительно заговорит с духами, то она обойдет их всех, окончательно станет наследницей знаний шамана. Нужно ли ей это?

Росалия в раздумьях пошла к своему излюбленному месту. Рядом с деревней находилось небольшое озерцо, которое обходили стороной все хищники. Жители деревни считали это озеро священным, посещали его только во время важных обрядов или событий. Росалия же ходила часто и рядом с озером нередко переживала видения. Рубен предполагал, что состав воды в озере и испарения каким-то образом влияют на сознание долго находящегося там человека. Даже возил пробу воды на анализ в город. Но ничего необычного в ней не обнаружили. Поэтому Росалия не верила в его предположение.

Для нее это было местом уединения, где она могла спокойно подумать, поразмышлять, побыть наедине с сельвой.

Нередко она находила здесь решения для своих душевных метаний. Поэтому и сейчас пришла на берег озера с целью окончательно определиться, что ей нужно делать.

В озеро через невысокий водопад впадала река, стекающая с далеких гор. Шум воды довольно быстро вводил в медитативное состояние. Росалия закрыла глаза и обратилась к сельве с вопросом, стоит ли ей проходить через обряд манинкари.

Ответа поначалу не было. И становилось с каждой минутой как-то неуютно. Словно за Росалией кто-то внимательно наблюдал. Она недовольно пошевелилась, сбрасывая навязчивое ощущение, и снова задала вопрос сельве. Постепенно шум воды стал приглушаться. Это было явным признаком того, что она добилась спокойствия.

Росалия еще раз повторила свой вопрос, а затем позволила себе отключиться и впасть в полудрему. Именно там она вдруг четко увидела себя берущей из рук Тео чашу с напитком. Росалия в видении решительно приложила губы к краю чаши и сделала большой глоток. А затем вдруг передала чашу еще кому-то. Переведя взгляд, наблюдающая эту сцену Росалия увидела рядом с собой сидящую со сложенными крест-накрест ногами худощавую девушку европейского вида с короткой стрижкой кудрявых волос и светлыми глазами. К удивлению Росалии, девушка смело взяла чашу в руки и тоже сделала глоток. Тео запел странный заунывный горловой звук, который завибрировал в воздухе, забил крыльями, превратившись в птицу, а потом вдруг легкое головокружение выбросило Росалию из полудремы.

Некоторое время она сидела неподвижно и анализировала увиденное, глядя на воду озера. А потом кивнула: раз видение так четко ответило ей на этот вопрос, значит, предстоят два дня поста и воздержания.

Духи лучше всего понимают, каким образом воплотится видение. Ей лишь остается принять указания и начать действовать.

Росалия встала и пошла по направлению к деревне.

По дороге она снова и снова обдумывала свое видение. Что это за девушка? Возможно, она всего лишь метафора, что появится еще кто-то, кто будет непохож на остальных? «Другая» – вдруг явственно всплыло в ее памяти.

Росалия даже застыла на месте. Может, эта девушка и была той, Другой?

Усилием воли заставив себя снова шагать по знакомой тропке, Росалия начала понимать, что все складывается в единую картину. И видения, и ее сны, и слова Тео вели к одному и тому же. Не в сельве, а в деревне должен появиться чужак.

Внезапный шорох справа испугал ее, Росалия насторожилась. Тут же стало тихо. Пот выступил над верхней губой индианки, пока она вглядывалась в заросли, положив руку на рукоять ножа, с которым не расставалась.

Какое-то время сельва вглядывалась в Росалию, а Росалия – в сельву. Потом вдруг кто-то вздохнул тяжело в зарослях. Дрожь пробрала Росалию с ног до головы. Там как будто был человек, но при этом она понимала, что человек не стал бы таиться, если бы не имел дурных намерений.

А потом вдруг пропало ощущение, что ее пристально разглядывают, сельва снова наполнилась привычным шумом. Только сейчас Росалия поняла, что было неестественно тихо, пока она напряженно смотрела в чащу.

Шаг за шагом, время от времени бросая опасливые взгляды по сторонам, она пошла по тропке. Шаг становился все быстрее, в деревню Росалия уже вбежала.

Дойдя до своего дома, Росалия села на порог и спрятала лицо в ладонях. Никуда не годится. Она стала бояться леса. А лес такое не прощает.

Глава 6

– Индейцы… город из золота… конкистадоры… Джейк, неужели твой отец действительно верил в Эльдорадо? Ведь все эти легенды так похожи на сказочные выдумки, – Сандра сидела за столом в небольшой спальне, которую им сдали на несколько ночей в поселке Сан Роке на берегу огромной реки Напо.

Она всю дорогу слушала историю про вождя инков Атауальпу, которого испанские конкистадоры жестоко казнили несмотря на то, что в качестве выкупа за вождя индейцы заполнили золотом целую комнату. Золота было столько, что понадобилось четыре корабля, чтобы вывезти его в Испанию. Как раз в то время и появились первые слухи о городе Маноа, где крыши покрыты серебром, а стены сделаны из золота. Жадные испанцы не могли не клюнуть на такую наживку. Когда предводитель конкистадоров Франсиско Писарро узнал, что к северо-востоку от Кито есть леса из корицы, которая в те времена была очень ценной, он назначил своего брата Гонзало губернатором Кито и отправил его на поиски чудесной коричной провинции, а также Эльдорадо, который, по слухам, находился рядом. В феврале 1541 года двести десять испанцев и четыре тысячи индейцев отправились в поход. Поиски не принесли успеха, Гонзало приказывал пытать индейцев, которые жили по пути следования экспедиции, потому что считал, что они скрывают проход в Маноа. После восьми месяцев скитаний по непроходимой сельве испанцы вышли на берег реки. Гонзало приказал постороить небольшой корабль, чтобы отправить по реке своего помощника Франсиско де Орельяна на поиски провизии. Орельяна должен был вернуться через двенадцать дней, но так и не появился. Обратно в Кито пришло меньше сотни испанцев, а Франсиско де Орельяна вернулся только в августе следующего года с половиной своих людей. Такими же провальными стали и остальные попытки найти золотой город.

– Легенда о Трое тоже казалась многим выдумкой, пока Генрих Шлиман не отыскал город и его сокровища, – возразил Джейк. Он лежал на кровати и был совершенно спокоен и невозмутим. Недоумение Сандры, похоже, его забавляло.

– Допустим. Но как испанцы могли поверить, что золота в Маноа столько, что его вожди натираются им, как пудрой, перед ритуальным омовением в озере? Это же совсем не похоже на правду! И почему, кстати, Эльдорадо, а не Маноа?

Джейк приподнялся на локте.

– Как раз из-за этого слуха про то, что вождь Маноа натирается золотой пудрой. Его прозвали «Эль Рей Дорадо» – «Золотой король». А потом это слилось в «Эльдорадо», стало нарицательным именем для недостижимых золотых сокровищ. Испанцы поверили, потому что индейцы относились к золоту очень просто, делали из него огромное количество украшений, но не считали за что-то невероятно дорогое. На языке ацтеков золото даже переводится как «экскременты богов». Конкистадоров сводило с ума такое количество богатства. А они были в большинстве своем любителями приключений, малообразованными, грубыми. Они не пытались договориться с индейцами, а стремились подчинить их и поработить. С самого начала это был грабеж и разбой. Конкистадорам вроде Писарро было просто поверить в существование Маноа, потому что индейцы разбрасывались золотом и не осознавали его истинной ценности.

– И ты веришь в это? – Сандра рассматривала своего спутника с любопытством. Как такой практичный, современный, логичный человек, как Джейк, мог поверить в такую сказку?

– Я не просто верю в это, – засмеялся Джейк, поднимаясь. – Я ищу Эльдорадо. И уверен, что найду.

– А когда найдешь… что сделаешь?

Джейк подошел к Сандре, положил руки ей на плечи и стал делать массаж. Сандра прикрыла глаза от удовольствия.

– Для меня, прежде всего, это будет завершением дела семьи. Мой дед и отец потратили много усилий на эти поиски. А я все детство прожил с этой легендой в голове. Исходив с отцом сельву, я понял одно: им двигала не жажда наживы, а жажда первооткрывателя. Фоссет был движим той же жаждой, когда искал Эльдорадо в Бразилии. Все ученые хотят открыть что-то свое. Быть первыми в чем-то. Сделать нечто значительное. Остаться в истории. Это удается немногим. Но удается. Я изучал историю с тех пор, как научился читать. Поверь мне, в этом мире еще столько неоткрытого, неизведанного и таинственного, что ученым есть куда направить свои стремления и амбиции. Моему отцу, возможно, не хватило всего-то года-двух, чтобы найти Эльдорадо. Я обязан завершить этот проект за него.

– Сколько лет ты уже ищешь Эльдорадо самостоятельно?

– С тех пор, как умер отец. Шесть лет назад он нашел рукопись. С того времени я ежегодно совершаю поездки в Амазонку. Обычно мы ставили лагерь рядом с той деревней, где отец нашел рукопись. Но два года назад мы смогли расшифровать последние сильно поврежденные две страницы рукописи, где говорится о том, как группа испанцев отделилась от остальных. Их путь и описание мест навело нас на мысль, что Эльдорадо находится западнее того места, где мы искали. Но, к сожалению, автор рукописи, похоже, слегка поехал головой, потому что помимо довольно четких описаний похода он писал еще и совершенный бред. Возможно, именно поэтому он в итоге испугался и с другим товарищем вернулся в деревню, где то ли оставил свою рукопись, то ли остался доживать век в объятьях какой-нибудь индианки.

Джейк поцеловал Сандру в щеку и отошел от нее к старому, видавшему лучшие времена холодильнику. Достал оттуда бутылку пива и чипсы, кока-колу для Сандры. Она даже улыбнулась: он уже не спрашивал – так хорошо знал ее.

– А что за бред писал этот человек? – спросила Сандра.

– Какую-то чушь про приключения в сельве. Про каких-то людей-ягуаров, которые охраняют Маноа, то бишь Эльдорадо, – Джейк высыпал чипсы в глиняную разноцветную миску, открыл пиво и сел напротив Сандры, пододвинув в ее сторону стакан и колу.

– Племя, которое носит шкуры ягуаров? – переспросила Сандра, щелкая кольцом на крышке банки.

– Да нет… племя, которое в буквальном смысле ягуары, – усмехнулся Джейк.

– Стая ягуаров? Они же одиночки! – Сандра взяла несколько чипсов и положила один из них в рот.

Джейк улыбался напротив нее так задорно, что она поняла, что совсем не угадала.

– Судя по рукописи, это были именно люди-ягуары. Оборотни. Они преследовали испанцев, индейцы-проводники разбежались, а автор рукописи предпочел улизнуть из отряда, опасаясь за свою жизнь.

– Оборотни? Что они курили в этих джунглях? – фыркнула Сандра.

– Не знаю. Но ты очень близка к истине, Сандра. Думаю, что они слишком близко подошли к Маноа. И видимо, там вокруг либо растут какие-то ягоды или растения, вызывающие галлюцинации, либо кто-то из проводников-индейцев сильно не хотел, чтобы они туда дошли, и подсыпал что-то в еду. Возможно, кого-то из отряда и задрал ягуар, но верить во все те кровавые подробности, что описывает свидетель экспедиции… это все равно что принять бред шизофреника за истину.

– Возможно, он и в самом деле тронулся умом. Ведь столько лишений и препятствий, неизвестностей и стресса могут повлиять на психику.

– Да… – Джейк отпил пива, глядя на нее поверх стакана.

– Что? – смутилась она под пристальным, изучающим взглядом парня.

– Я спрашиваю себя иногда, не совершил ли я ошибку, втянув тебя в это приключение.

– Но мы уже здесь, Джейк, – Сандра потянулась к нему, накрыла ладонью его руку. – Теперь было бы странно отступить.

– Обещай мне, что не сдашься перед трудностями, милая.

– Я обещаю. К тому же я много путешествовала, не думай, что я изнеженный цветочек.

– Даже если ты окажешься колючим кактусом, я все равно тебя буду любить, – заверил Джейк.

Ночью Сандра проснулась от кошмарного сна. Она бежала по каким-то зарослям, ветки и листья то и дело били по лицу, а позади нее было слышно тяжелое дыхание преследующего ее то ли зверя, то ли человека.

Сев на кровати, она долго приходила в себя от испуга. Джейк сонно притянул ее к себе. Он, похоже, не проснулся, просто бессознательно почувствовал, что она не спит. Сандра легла к нему под бок и долго размышляла. Потом поняла, что заснуть снова не может, вышла из спальни на кухню, осторожно закрыв дверь.

Утром Джейк вышел из спальни и нашел ее за кухонным столом. За ночь Сандра нарисовала четыре эскиза своего сна.

– Что это? – Джейк, нахмурившись, взял один из рисунков. На нем Сандра убегала от преследователя в маске ягуара.

– Так… приснилось, – пожала плечами Сандра.

– Ты очень впечатлительна, милая.

– Как и любой творческий человек! – возразила Сандра. Ей иногда казалось, что Джейк считал ее просто какой-то нервной особой.

– Все эти рассказы про легенды и оборотней не дали тебе поспать спокойно, – заметил Джейк.

– Я смотрю на это иначе: они вдохновили меня! – возразила Сандра. Ощущение, что она постоянно оправдывается, не покидало ее.

Джейк только вздохнул и достал сковородку. Молча приготовил яичницу и сварил кофе. Сандра вдруг поняла, что ведет себя по-свински. Он же заботится о ней, а она пытается возразить, хотя он очевидно прав: она плохо спала ночью.

Почувствовав вину, она приластилась к Джейку, пока он перекладывал яичницу на тарелки.

– Ты прав, мне не спалось. Спасибо, что приготовил завтрак, – она поцеловала его в шею и обняла за талию.

– Садись завтракать, Сандра. У нас впереди длинный день, – он поставил тарелки на стол. Сандра со вздохом села.

– Почему длинный? – спросила она, глотнув кофе.

– Необходимо встретиться с командой местных проводников. Некоторые из них никуда не годятся, другие профи, но разобраться, кто есть кто, очень сложно. Я доверил это дело Освальдо, у него особая чуйка на людей. Но как руководитель экспедиции их должен нанять я. Гонсало занят экипировкой, ему понадобится сделать опись всего, чтобы понять, сколько носильщиков нам надо. Поможешь ему?

– Конечно!

Малоразговорчивый Гонсало напрягал Сандру, но она решила, что совместная работа поможет помочь им найти общий язык.

– Кстати, – спросила она, когда они уже собрались выходить, – а где моя шляпа?

– Ты оставила ее в машине, – ответил Джейк.

– Да нет же! Я помню, как вошла сюда и положила шляпу на тумбу рядом со входом… может, ты ее переложил?

– Нет, я не трогал.

Джейк снова посмотрел на нее долгим, странным взглядом.

– Я уверена, Джейк! – упрямо сказала Сандра.

– Хорошо, но сейчас я нигде ее не вижу. Мы можем уже пойти? – он вопросительно посмотрел на нее.

Сандре ничего не оставалось, как сердито схватить рюкзак и выйти вперед Джейка из комнаты. Когда они оказались около машины, она первой открыла ее и с удивлением обнаружила свою шляпу на сидении.

– Но…

Сандра хотела было возразить, но решила не углубляться в вопрос. Однако она была уверена, что вошла в дом в шляпе.

– Мы в последнее время часто меняем места, возможно, ты просто перепутала, когда забирала шляпу из машины, а когда нет, – мягко предположил Джейк.

– Наверно…

Но весь день потом, помогая Гонсало составлять списки, Сандра то и дело спрашивала себя, как же она могла так ошибиться.

Вечером Джейк был таким уставшим, что пошел в душ первым, а Сандра осталась на кухне одна. Она пила чай, просматривала свои эскизы, сделанные с начала поездки. Они были совершенно разными по настроению. У нее даже сложилось впечатление, что это будет полноценная серия про Эквадор. Мистическая часть, навеянная легендами про конкистадоров и индейцев, перемешивалась с впечатлениями от пейзажей страны и даже с ее, Сандры, ночным кошмаром.

Потом ее внимание привлекла прозрачная папка с несколькими бумагами, которую Джейк оставил на столе, когда пошел мыться. Сандра бросила на текст рассеянный взгляд, прочла несколько строк, а потом, увлекшись, подтянула к себе документ и начала читать внимательнее.

Это оказалась выжимка из того дневника, что нашел отец Джейка. Напечатанный текст в переводе на английский, с цитатами из рукописи на старинном испанском, с пропусками, означавшими невозможность расшифровать текст, – все вместе это выглядело таким необычным, загадочным, что оторваться было невозможно. Эмоции и отчаяние человека, жившего несколько веков тому назад, в печатном и переводном варианте воспринимались все равно живо. Это и впрямь походило на судорожное, бредовое повествование, в котором воображение помешавшегося или очень больного человека перемежалось с сухими фактами о походе.

«Мы вышли вместе с рассветом. Свернули лагерь. Провизии достаточно, но мы утомлены. Далеко ли пройдем сегодня?»

Дальше выдержки из похода. Каждый день отчаяние овладевало отрядом все больше.

«Проводник сказал, мы близко. Лианы и в самом деле тут совсем иные».

«Они надвигаются на нас! Факелы вырывают из темноты оскаленные клыки, горящие яростью звериные глаза. Это не люди! не люди! Мы бежим, не оглядываемся на падающих товарищей. Франсиско и я повернули к реке. Я чуял влагу и запах воды так четко, как будто сам на мгновение стал зверем».

«Поверх усталости, разочарования и боли в старых шрамах, поверх воспоминаний о страшном походе и погибших товарищах… это лицо… лицо нечеловека… оно навсегда въелось в мою память. Я обречен. Он все равно найдет меня. Я знаю, он идет по следу. Я последний, кто был слишком близко…»

От внезапного прикосновения к спине Сандра подскочила и нервно оглянулась. Джейк стоял рядом с ней в одних штанах, босиком, с голым и еще влажным торсом.

– Джейк! Ты напугал меня! – она отложила листы в сторону. – Я начала читать и не смогла остановиться. Это так… увлекательно.

– Это немного бредовое изложение, но в нем немало интересных деталей.

– Я заметила, что ты подчеркиваешь каждое упоминание растений – почему?

– Иногда по описанию растения можно вычислить довольно редкие виды, а зная приблизительное направление экспедиции и зону распространения таких растений, можно уточнить маршрут. Я также внимательно отслеживаю любое описание переправ и поселений. Они тоже могут помочь определить, где отряд пересекал реки.

– Он описывает лианы, вот здесь, – Сандра указала на текст. – Что он хочет сказать?

– Я много об этом думал, Сандра, – Джейк отодвинул стул и сел напротив нее. Взъерошил еще влажные волосы, выдержал паузу, размышляя о чем-то, потом продолжил: – Есть кое-где в тексте упоминания, что лианы в окрестностях Эльдорадо светятся в темноте. Я связывался со знатоками флоры Южной Америки, но все они отрицали наличие такого растения в Эквадоре или соседних странах.

– Возможно ли, что это плод фантазии автора записок? как и люди-оборотни?

– Возможно все. Но светящаяся в темноте лиана в природе все-таки существует. Хоть и произрастает на Филиппинах и Гавайях. Ее зовут изумрудной лианой или нефритовым цветком. Она потрясающе красиво цветет – это целые гирлянды цветов зеленовато-голубого, бирюзового цвета. Цветки напоминают клюв попугая, могут быть до двенадцати сантиметров, а кисти, в которые они собраны, иногда достигают метра.

– Как необычно…

– Да. Это действительно потрясающее зрелище. К тому же цветы могут светиться в темноте. Потому что содержат люминесцентные частицы.

– Ты хочешь сказать… что, возможно, раньше эти лианы росли в Эквадоре рядом с тем местом, где может быть Эльдорадо?

– Или растут, – поправил ее Джейк. – Мы не знаем наверняка. Но раз в природе есть один вид таких лиан, мог быть и другой, возможно, похожий.

– Я себя чувствую героиней приключенческого романа, – улыбнулась Сандра. – Не могу не отрицать, что вся затея кажется мне безумной. Но ты столько лет занимался этим и шел к цели… С каждым днем я все больше вижу, сколько работы стоит за этим.

– Отчасти поэтому я попросил тебя помочь Гонсало. Иначе ты бы не соприкоснулась с этим так тесно. Как прошел твой день?

– Хорошо, – Сандра честно пыталась разговорить Гонсало во время работы, но тот оказался малоразговорчивым, отвечал только по делу, поэтому она очень скоро оставила всякую надежду на то, чтобы почувствовать себя с ним свободнее. Но поработали они очень продуктивно: Сандра осталась довольна быстрым и слаженным процессом, тем, как Гонсало предложил ей вести опись. Он казался очень склонным к систематизации и структурированию всего, что попадало ему в руки, совсем не похожим на расслабленного Освальдо.

Джейк притянул к себе Сандру и крепко поцеловал ее, отводя назад кудрявые волосы девушки.

– Что ж… завтра начинается первый этап приключения. Мы отправляемся туда, где нет интернета, сотовой связи, телефонов… Зато масса комаров и всевозможных тварей. У нас будет возможность пожить в небольшой деревушке, последнем оплоте относительной цивилизации. А дальше только сельва и тайны Амазонки. Готова ли ты?

Он внимательно вгляделся в серые глаза Сандры.

– Конечно! С тобой мне не страшно ничего, – беспечно ответила она и потянулась за следующим поцелуем.

Глава 7

Каноэ скользило беззвучно и плавно, разрезая темные воды Амазонки, как нож – мягкое сливочное масло. Сандра все еще боязливо смотрела на воду – бортики каноэ возвышались над поверхностью всего на несколько сантиметров, казалось, что еще немного, и река хлынет в лодку, а вместе с ней и сотня опасностей, что притаилась в тихих на вид водах.

Сандра медитативно наблюдала, как бесшумно врезается в ночное тело реки весло проводника прямо перед ней. Вокруг бушевала сельва. Теперь Сандра очень хорошо понимала смех Гонсало тогда, когда они смотрели на сельву с высоты Анд. Внутри зеленого массива бурлила жизнь. И открыто заявляла о себе криками птиц и животных, стрекотом насекомых. Это был оглушительный, мощный концерт, где каждый музыкант играл свою мелодию, но все эти звуки невероятным образом сливались в единый голос леса.

– Очень плавно, – вдруг заговорил один из проводников, сидящий на корме каноэ, – не делая резких движений, посмотрите направо.

Сандра осторожно повернула голову. Сельва на том берегу по-прежнему трещала, шумела, выла, хохотала, цикадила.

– Посмотрите на воду.

Сандра опустила взгляд и увидела два светящихся глаза над водой.

– Что это? – прошептала она. Было понятно, что ничего хорошего в этом взгляде не кроется, и там, под темной поверхностью, находится нечто огромное и очень опасное.

– Кайман. Он сейчас размышляет, годимся ли мы ему на ужин, поэтому старайтесь не шевелиться и не раскачивать лодку. Они способны атаковать, если почувствуют обед.

– Но лодка же движется и сейчас, – Сандра сжалась, молясь, чтобы крокодил поскорее оказался подальше. Но вместо этого неподалеку засветились еще два глаза.

– Мамочка…

Тут на плечо ей легла теплая ладонь Джейка.

– Не паникуй, Сандра. Мы в безопасности. Мы проплыли мимо по крайней мере десятка кайманов за все это время, – тихий голос Джейка успокаивал и вселял надежду выбраться из этого ночного приключения живой. – Сейчас лодка движется плавно, как бревно, которое просто спускается вниз по течению. Поэтому они не станут ее атаковать.

Сандра накрыла его теплую руку своей ладошкой. Адреналин бурлил в крови, Сандра опасалась, что кайманы почувствуют ее страх и ринутся в атаку. Вместо этого они лишь наблюдали за ними, лениво шевелясь на поверхности воды, погружаясь и снова всплывая рядом с лодкой.

– Скоро прибудем, – вдруг сказал индеец с веслом напротив Сандры.

Сандра посмотрела на берег в надежде увидеть там деревушку.

Но лес вокруг казался все таким же диким и пугающим.

– От реки нам идти еще пару часов, – Джейк как будто почувствовал ее нетерпение. – Но этот путь проторенный, проводники сюда ездят довольно часто. Мы не заблудимся. Да и рассвет скоро.

Сандра посмотрела в ночное небо. Очертания деревьев над рекой действительно как будто стали четче, проступая на светлеющем, но еще усыпанном звездами ночном небе. Отгоняя рукой надоедливых комаров, которые, несмотря на репеллент, все равно роились вокруг в надежде испить ее крови, Сандра еще раз мысленно поблагодарила Джейка за настойчивость, с которой тот собирал ее в поход. Сейчас высокие сапоги, плотные брюки и куртка казались настоящим спасением, а ведь Сандра думала, что сопреет в этой одежде.

Путешествие по реке началось после полудня вместо запланированного раннего утра, потому что выяснилось, что не все оборудование было погружено в лодки. По плотно сжатым губам Джейка Сандра понимала, что ее спутник в ярости, но он никак не высказал это ни Освальдо, ни Гонсало. Освальдо подгонял индейцев как мог, но те не очень охотно собирались в путь.

Почему – выяснилось только в дороге. Пока каноэ скользили по реке, Освальдо, который оказался в одной лодке с Сандрой и Джейком, рассказал, что проводники в последнее время избегали ездить в деревню, потому что рядом недавно нашли тело мужчины, которого задрала большая кошка.

– Это большая редкость, потому что хищники предпочитают держаться от человека подальше, тем более на таких исхоженных тропах. Вот и пошли разговоры, что сельва собирается мстить, что лес меняет отношение к человеку, – Освальдо смотрел на реку с видом бывалого, Сандра сидела к нему лицом и наблюдала за тем, как Освальдо общается и шутит с проводниками.

– Они постоянно подозревают, что у сельвы закончится терпение, – фыркнул Джейк, который сидел у нее за спиной. – Однако это не мешает им вырубать лес и охотиться.

Освальдо перевел на него взгляд.

– Да, но вот в последнее время люди с неохотой идут туда. Опытные проводники говорят, что и сами жители деревни, куда мы направляемся, стали осторожничать. Кстати, нам очень неохотно дали разрешение разбить палатки возле деревни. Местный шаман много выступал против, говорил, что чужаки сейчас только привлекают злых духов.

– Освальдо, ты больше меня знаешь, что шаманы – просто наркоманы, которые пытаются влиять на людей, – резко сказал Джейк.

– Так или иначе, а использование генератора энергии нам придется строго ограничить. Я договорился, что готовить нам будут женщины деревни, стирать придется самостоятельно. Сандра, не знаю, на сколько вас хватит.

Тут Освальдо перевел взгляд теплых карих глаз на Сандру.

Сандра уже знала от Джейка о том, что в деревне почти нет связи с большим миром.

– Надеюсь, что вы найдете быстро то, что ищете, – спокойно ответила она. Тут каноэ слегка качнуло, и Сандра судорожно вцепилась в его бортики. От поверхности воды они возвышались всего на несколько сантиметров, и сидеть в такой лодке было крайне неуютно.

Освальдо как-то неопределенно хмыкнул, наблюдая за ее реакциями. Сандра позавидовала его расслабленности и спокойствию.

– И как вы не боитесь плавать в таких лодках? – спросила она, снова напрягаясь из-за движения каноэ.

– Это опыт, Сандра, – мягко ответил Освальдо, глядя на нее из-под своей соломенной шляпы. – Индейцы плавают на них каждый день, если б они все время переворачивались, вряд ли смогли бы выжить в условиях сельвы. Поэтому я спокоен. И тебе советую. От напряжения пассажиров каноэ еще больше раскачивается.

– Освальдо прав, – Гонсало на соседнем каноэ сидел полуразвалившись. – Наслаждайся путешествием, Сандра, когда еще тебя прокатят на каноэ по самой удивительной реке мира?

Сандре очень хотелось последовать советам спутников, но это было сложно. После встречи с кайманами она на некоторое время отвлеклась от контроля над каноэ, высматривая глаза хищников над водой.

Когда послышался неожиданный всплеск справа, Сандра снова схватилась за бортик:

– А это что сейчас было? – спросила она, всматриваясь в сумерки вокруг.

– Скорее всего, анаконда решила нырнуть с ветки дерева прямо в воду. Они прекрасно плавают, – проснулся придремавший Освальдо.

– И нападают на каноэ? – спросила Сандра. Ее воображение уже рисовало ей гигантскую змею, плывущую к лодке.

– Сандра, – голос Джейка над ухом успокоил ее. – Не волнуйся так. Никто на нас нападать не собирается. Это же сельва, много живности, все заняты своим делом. Осталось еще немного, и мы выберемся на берег.

И вот сейчас, когда они подплывали к берегу, Сандре вдруг снова стало не по себе. На что она подписалась? Родителей она предупредила о том, что отправляется в глухие места, но сама-то готова?

Особой зависимости от соцсетей Сандра не чувствовала, но жизнь без электричества казалась ей довольно дикой. Пока она размышляла о начале жизни без привычных удобств, они причалили. Каноэ вытащили на мелководье, Джейк помог ей выбраться.

– Смотри, не оступись, – бросил он ей и начал доставать вместе с Освальдо и проводниками вещи, пока рядом приставали еще три каноэ.

Распределив ношу между всеми (Сандре Джейк отдал только ее вещи), парень скомандовал старт похода.

– Индейцы такие худые, а ты на них столько погрузил, – тихо сказала Сандра Джейку, шагая вместе с ним в темноте. Шли в цепочке по двое, тропа была действительно хорошо протоптана, первый и последний проводники несли фонарики.

– Они очень выносливые, Сандра, – вполголоса ответил Джейк. – Не надо из меня делать поработителя аборигенов.

– Я и не делала! – возмутилась Сандра. Но Джейк ничего не ответил, и девушка осталась наедине с его словами. У Джейка была такая черта, он мог ее обидеть одним словом или фразой.

«Ты просто очень не уверена в себе, Сандра. Иначе мои слова не считывались бы тобой как обидные. Тебе надо повышать уверенность в себе», – мягко говорил ей Джейк в ответ на ее жалобы.

Поэтому, зная, что он ответит, Сандра промолчала. Некоторое время все шли молча, прислушиваясь к многоголосью Амазонки.

Сандра гадала, насколько дружественным был хор, исполняемый ночным лесом. Приветствовал ли он искателей приключений? Или советовал держаться подальше?

Судя по крикам обезьян, скорее всего, последнее.

Сандра подняла голову вверх, надеясь увидеть светлеющее небо, но там была лишь густая темнота листвы.

Понемногу она стала прислушиваться к разговорам проводников. Многих слов Сандра не понимала. Видимо, те говорили на смеси испанского и индейских наречий. Так что скоро она заскучала.

Писк комаров постоянно раздражал ее, а отмахнуться от них не было возможности, потому что Сандра придерживала лямки тяжелого рюкзака. Понемногу она смирилась с тем, что москиты постоянно летают вокруг и кусают, несмотря на толстый слой репеллента.

Постепенно светлело, вскоре фонарики выключили, ускорили шаг. Сандра валилась с ног от усталости и шла на автомате. Экзотические деревья и кустарники сливались в одно месиво леса, из которого свет фонариков иногда выхватывал то причудливый цветок, то необычной формы лист, то свисающую лиану, которых поначалу Сандра принимала за змей.

Сознание становилось более приглушенным, монотонность ходьбы вводила постепенно в состояние транса. Мысли в голове уже шли совершенно неразборчивым фоном. Внимание Сандры было сосредоточено исключительно на движении вперед.

– Мне жаль, что так вышло. Если бы они собирались быстрее, мы бы уже давно спали в палатке, – проворчал Джейк.

Сандра ничего не ответила. Она все еще была обижена на него за резкие слова. Да и сил на эмоции не оставалось. Полудремота постепенно вводила в состояние внутреннего оцепенения.

Когда наконец все остановились на небольшом пятачке ровной земли и стали распаковывать палатки, Сандре даже не было интересно, где же деревня, жители и как спастись от комаров.

Их с Джейком палатку установили первой, и она по его команде благодарно залезла внутрь, застегнула москитную сетку и закрылась в спальном мешке. Она практически сразу провалилась в сон, несмотря на разговоры и шум вокруг.

Сандра даже не услышала, как полтора часа спустя к ней в палатку влез сонный Джейк, но, проснувшись утром, увидела его спящим напротив себя.

Стараясь не будить его, Сандра вылезла из спального отделения палатки в переднее. Там стояли рюкзаки и сумки Джейка с оборудованием. Выглянув из палатки, она увидела спящих на земле проводников. Кто кутался в плотное одеяло, а кто в спальный мешок. Рядом стояли еще две палатки.

Легкий туман стелился между деревьями. Сандра поежилась и залезла обратно в палатку.

Джейк пошевелился, и она решила обнять его. Вернувшись в спальное отделение, Сандра тихонько прижалась к парню.

Через некоторое время он зевнул и открыл глаза. Увидев Сандру, Джейк вдруг не улыбнулся ей, а резко сел, потирая веки.

Это было так непривычно: каждое утро они начинали с объятий и поцелуев.

– Что с тобой, Джейк? – спросила Сандра, поняв, что он не собирается к ней поворачиваться.

– Ты еще спрашиваешь? – вдруг резко ответил он.

Внутри Сандры на мгновение все заледенело. Лихорадочно пытаясь понять, на что он злится, она пробежалась по памяти, но ничего не вспомнила.

– Что случилось? – растерянно повторила она вопрос.

Вместо ответа Джейк вылез из мешка и вышел из спального отделения.

Сандра наблюдала за ним из-за москитной сетки. Он молча одевался, резко одергивая одежду, и был мрачнее тучи.

– Погоди, это ты из-за аборигенов на меня обиделся?

Сандра в недоумении вылезла следом. Джейк избегал смотреть на нее.

– Ты действительно думаешь, что можешь прикинуться дурочкой? – прошипел он сквозь зубы. – Я на свой страх и риск взял тебя в поход, делаю все, чтобы тебе было удобно и спокойно, а ты…

Он замолчал, пока надевал высокие ботинки на ноги.

Сандра нервно переступила с ноги на ногу.

– Я ничего не понимаю… ты обиделся, что я заснула раньше тебя? Но ты сам сказал, чтобы я ложилась…

– Сандра, ты что, в самом деле считаешь меня за идиота?

Он резко встал и навис над ней, согнувшись под тентом палатки.

Сандра сглотнула. В горле пересохло. Джейк действительно был очень зол, но она не понимала, что его так вывело из себя.

– Я не понимаю, о чем ты говоришь… – чуть не плача, ответила она.

Джейк раздраженно вздохнул, будто собирал последние крохи терпения, чтобы не взорваться.

– Вчера, когда я пришел спать в палатку, я случайно разбудил тебя. И узнал о себе много чего интересного. Что я, оказывается, тварь, что не даю тебе спать. Что ты предпочитаешь находиться где угодно, только не со мной. Ты мне столько всего наговорила… Если б я не был уставшим как собака, я бы ушел спать на улицу.

Джейк потер лицо, Сандре показалось, он скрывал от нее слезы обиды.

– Джейк! – потрясенно ответила она. – Я клянусь тебе, что не помню… я спала! Я не могла такого сказать! Я ведь даже так не думаю! Честно! Я люблю тебя! Я не могла такое сказать! – выкрикнула она, едва сдерживая слезы бессилия.

– Значит, по-твоему, я еще и лжец? – тихо спросил Джейк.

Он не смотрел на Сандру, стоял в палатке согнувшись, но теперь казалось, что не столько из-за тента палатки, сколько из-за непосильного бремени, которое нес.

– Да нет же! – Сандра попыталась обнять его, но он никак не реагировал. – Я люблю тебя! Я не могла такого сказать, я этого не помню… может, мне что-то снилось? Может… я не знаю, Джейк! Но я бы никогда так не сказала. Ну, правда! Поверь мне!

Джейк нехотя повернулся к ней.

– Сандра, я сделаю все, чтобы тебе было комфортно. Но если тебе со мной плохо, я помогу тебе вернуться назад. Я просто не понимаю, зачем ты поехала…

– Я тебя люблю! Джейк… Я не помню, чтобы говорила такое. Ну, правда… Я так не думаю. Это какой-то кошмар! Если б я услышала от тебя такие слова, мне было бы очень больно. Джейк, поверь мне, я так не думаю! – Сандра изо всех сил пыталась развернуть его к себе, заглянуть ему в глаза.

Понемногу плечи Джейка опустились, его лицо расслабилось, взгляд смягчился.

– Но я не понимаю… – нахмурился он. – Ты казалась совершенно нормальной, не сонной. Просто очень злой, непривычно злой…

– Джейк… – Сандра ничего уже не могла говорить. Отчаяние сжало ее горло железными тисками. Как же его переубедить, если он слышал от нее такое?

Но Джейк вдруг вздохнул, повернулся к ней, мягко обнял за плечи и привлек к себе.

– Ну, хорошо, – прошептал он в ее кудрявые волосы и поцеловал в макушку. – Будем считать это все дурацким недоразумением. Но прошу тебя, если ты хочешь вернуться…

– Нет-нет! – поспешно воскликнула Сандра, целуя его в шею, прижимаясь к нему всем телом.

– Если ты вдруг захочешь вернуться, – настойчиво повторил Джейк, – то просто скажи мне об этом, хорошо?

– Хорошо, – прошептала Сандра и заплакала от смеси облегчения, чувства вины и горечи.

Джейк мягко взъерошил ей волосы на голове, крепко прижал к себе.

– Я тебя очень люблю, Сандра. Пожалуйста, не делай мне больно.

Сандра еле сдерживала глухие рыдания. Как она могла так поступить с ним? Почему спросонья наговорила таких гадостей? Зачем? Ведь она не думает так на самом деле!

Глава 8

Утро, когда экспедиция Джейка снова расставила палатки рядом с деревней, было очень спокойным. Рубен ушел на охоту, Росалия испекла несколько кукурузных лепешек, завернула в них томаты, маис и сыр, обжарила еще раз, потом положила еще теплые лепешки в глиняную глубокую посудину, прикрыла крышкой, чтобы не остыли к возвращению мужа, и отправилась к Тео.

Но по дороге к нему по необычной суете и оживлению деревни поняла, что разговор о подготовке к ритуалу с шаманом откладывается. Сначала Росалия испугалась, что что-то случилось с Рубеном, но потом по крикам мальчишек поняла, что вернулся гринго[3].

И, возможно, для всех вокруг это слово было с легким налетом презрения, неприязни, любопытства и недоверия, для Росалии же оно было полно чувственной тоски.

С того момента, как два года назад Джейк и его команда впервые разбили лагерь возле ее деревни, началась маета Росалии. В первый год между ней и Джейком завязался бурный роман. Они старательно скрывались от всех, когда урывали минуты для встречи, но одного только взгляда на горящие глаза Росалии было достаточно, чтобы понять, что она влюблена.

Росалия отдалась ему без зазрения совести, потому что было невероятно сладко вдыхать запах его пота, уткнувшись ему в плечо, пока он любил ее. Она так помешалась на гринго, что даже не сомневалась, что он увезет ее с собой. Но когда Джейк пришел прощаться, реальность обрушилась на нее, будто рухнувшая каменная стена: он никогда не думал о ней как о своей женщине. Раздавленная, с разбитым сердцем, она поклялась больше никогда не влюбляться.

Год спустя Джейк вернулся. Он не делал попыток соблазнить Росалию, лишь смотрел на нее так чувственно и пристально, что девушке хотелось забыть все обиды. Но тут вовремя появился Рубен. Сам того не подозревая, он сумел отвлечь ее от гринго. Росалия отвечала на его ухаживания вяло и неохотно, и лишь когда Джейк снова исчез, разглядела в Рубене возможного спутника жизни.

И вот опять Джейк вернулся. Что ей принесет его присутствие на этот раз?

Росалия развернулась и отправилась домой, подальше от лагеря экспедиции. Нет смысла встречаться с Джейком снова. Она свой выбор уже сделала.

Когда Росалия подходила к дому, она резко остановилась, увидев Джейка сидящим возле входа в хижину. Сердце подскочило к горлу, кровь бросилась в лицо, стало душно и тяжело дышать. Росалия замедлила шаг, не сводя взгляда с американца. Джейк с каждым годом только хорошел. Еще шире казались плечи, еще сильнее руки, еще смелее и отважнее взгляд.

Услышав ее шаги, Джейк поднялся, отряхнул землю с брюк и молча дождался, когда Росалия приблизится.

– Привет, – сказал он, засунув пальцы в карманы.

– Привет, – отозвалась эхом Росалия.

По сравнению с Рубеном мужественный и красивый Джейк выигрывал. Но Росалия понимала, что он для нее уже в прошлом. Заново заставить цвести увядший цветок невозможно. Нужно просто радоваться тем, что цветут вокруг. А Рубен красив душой, любит ее и видит такой, какая она есть на самом деле. Джейк никогда не расспрашивал ее об обучении у шамана, он был не лучшего мнения об обрядах и шаманстве, чего от Росалии не скрывал. Рубен же, хоть и пытался найти рациональное объяснение ритуалам или обрядам, не высмеивал их и уважал увлечение своей жены. И даже поддерживал ее, когда Росалия падала духом и начинала говорить, что шаманство – не для нее. Но имеет ли смысл сравнивать прошлое с настоящим? Возможно, по-своему прекрасно и то, и другое. С Джейком Росалия получала плотское наслаждение, с Рубеном испытала духовное единство. Вода на вкус разная во всех реках.

– Как дела? – спросил Джейк, чуть улыбнувшись.

Ему, похоже, тоже было непросто с ней разговаривать.

– Хорошо. Вышла замуж, – сухо ответила Росалия.

Что ему надо здесь? Зачем он пришел? Почему к ней, не к Тео?

Джейк коротко кивнул.

– Слышал. Поздравляю. Ты счастлива?

– Очень! – с вызовом ответила Росалия. А потом не удержалась и спросила: – А ты?

– Счастлив. Был, по крайней мере. До этого утра.

Джейк говорил медленно, с сильным акцентом, подбирая слова. Но Росалия была готова слушать его бесконечно.

– Хочешь позавтракать? – спросила она.

Джейк кивнул.

Росалия вошла в дом, взяла несколько готовых лепешек, положила их в отдельную глиняную тарелку и вынесла Джейку.

– А ты? – спросил он, поблагодарив за еду.

– У меня воздержание. Шаман предлагает провести ритуал, – не вдаваясь в подробности, объяснила Росалия.

Джейк и не расспрашивал. Он, судя по всему, был чем-то подавлен.

– Что случилось? – Росалия присела рядом с ним у входа.

– Как объяснить… Я взял с собой в экспедицию девушку. Я люблю ее. Но мне кажется, она немного… не в себе. Не знаю, что с ней происходит.

Росалия слушала молча. Зачем он пришел рассказывать ей про девушку? Чтобы сделать больно?

Но Джейк был серьезно обеспокоен.

– Я не понимаю ее. Она путает события, вещи… Очень ранима… Но вчера она накричала на меня, а сегодня так отрицала это… что я бы поверил, если б не видел ее вчера другой.

От слова «другая» у Росалии пробежали мурашки по спине. Не эта ли Другая, которую видела она в своих видениях?

– Зачем ты пришел, Джейк? – спросила она, пытаясь не показать своего беспокойства.

Джейк провел рукой по волосам, потом накрыл голову руками и несколько секунд сидел так, ссутулившись, на пороге ее дома. Росалии нравилось смотреть, как его пепельно-русые волосы в свете солнца то проблескивают золотыми искрами, то отливают благородным серебром. Гринго вздохнул так тяжко, что даже ее душа налилась свинцом, а потом медленно заговорил:

– Росалия… ты единственная, кого я хорошо знаю здесь и кому могу доверять. У нас в команде нет женщин. Я прошу тебя… поговори с ней. Поддержи ее. Возможно, тебе она расскажет, что происходит, если вы с ней подружитесь. Она отлично говорит на испанском, – заговорил он быстрее, подняв голову. – Возможно, она хочет домой, но боится мне об этом сказать?

– Ты просишь меня подружиться с… ней? – удивленно переспросила Росалия. На мгновение Росалия заподозрила, что Джейка сюда прислали духи леса. Слишком странно, что Другая, если это она и есть, так скоро окажется рядом с Росалией.

– Да. Очень прошу… – Джейк поднял на нее внимательный взгляд, от которого у нее раньше замирало сердце. Но сейчас Росалия была так отвлечена мыслями о Другой, что лишь спокойно обратила на него внимание, не теряя ритма сердцебиения. Она выдержала взгляд парня и осторожно спросила:

– Джейк, с чего бы мне помогать тебе?

На лице того отразилось недоумение.

– Разве я тебя чем-то обидел, Росалия?

Росалия открыла было рот, чтобы ответить грубо, но потом удержалась.

– Ну… ты и вправду ничего мне никогда не обещал, – усмехнулась она. – Но ты мог понять, что мне будет больно. Я же была влюблена в тебя, как…

В голове мелькнуло нелестное сравнение с анакондой. Уж слишком тесно Росалия пыталась слиться с гринго, порой эта страсть душила их обоих.

– Я знаю… но… я думал, тебе хорошо здесь. В большом городе все совсем по-другому, Росалия, – Джейк развел руками и снова поднял на нее взгляд, на этот раз невинный и чистый, как у ребенка.

– А ради меня ты бы смог остаться жить здесь? – из любопытства спросила она.

Джейк усмехнулся.

– Нет. Сельва для меня хороша ограниченное количество времени. Как и большой город для тебя. Мы слишком разные. Я не думал, что ты считаешь иначе. Мне жаль, если я огорчил тебя или разочаровал. Но так лучше для всех, не правда ли?

Он снова поднял на нее внимательный взгляд серых глаз, и Росалия не смогла возразить.

А вот Рубен все бросил ради нее. Но он и не из большого города, ближе к сельве, чем Джейк. Ему здесь куда комфортнее, чем было бы гринго. Теперь Росалия ясно поняла, что ей не хотелось бы потерять связь с лесом. Она бы тосковала по нему в каменных джунглях. В больших городах нет души. Рубен рассказывал, в них нет деревьев. А для Росалии оказаться окруженной лишь домами, без контакта с землей и лесом, было все равно, что оказаться без кожи и воздуха. Города делают тебя беззащитным, уязвимым, голым. А сельва защищает, укрывает, кормит.

– Так ты поможешь мне, Росалия? Поговоришь с Сандрой?

Вот, значит, как ее зовут. Сандра. Красивое имя…

Росалия задумалась. Лучший способ выяснить, та ли это Другая, о которой говорилось в ее видениях, это сблизиться с девушкой. И если она действительно ведет себя странно, как говорит Джейк, то за ней лучше приглядывать.

– Я не обещаю помочь тебе, но я могу познакомиться с ней и поговорить, – решила она.

– Я тебе очень благодарен, Росалия, – оживился Джейк, поднимаясь. – Хочешь, я познакомлю тебя с ней прямо сейчас?

Сандра все утро чувствовала себя так, будто ее огрели чем-то тяжелым по голове. Она никак не могла сообразить, как могло выйти, что она ничего не помнит из того, что описал Джейк.

Завтракала она машинально и поэтому не сразу заметила, что Джейка в лагере нет. Нанятые проводники помогали Гонсало и Освальдо расставлять вещи. Из разговоров она поняла, что с ними никто из городских проводников не останется, Освальдо планировал договориться с кем-то из местных охотников, чтобы они сопровождали их во время разведочных походов.

Сандра была так подавлена, что не чувствовала вкуса еды. Все ее внимание было направлено внутрь себя, где она тщетно пыталась найти ответы на мучающие ее вопросы.

– Сандра, ты в порядке?

Сандра подняла взгляд и, увидев Гонсало, от удивления, что он заговорил с ней, вышла из своей душевной темницы. Внезапно она осознала, где находится, что ест, кто стоит перед ней.

– Устала сильно вчера, – отговорилась она, все еще приходя в себя от удивления. – Все в порядке.

За темными стеклами очков было сложно понять выражение лица Гонсало, мужчина просто сухо кивнул и пошел дальше. И тут Сандра увидела Джейка, который возвращался из деревни в компании индианки.

Движения девушки были такими грациозными, что казалось, она скользит над землей, как невесомый мираж, а не идет босыми ногами по тропе вслед за Джейком. Невысокого роста, но гармонично сложенная, с пышной, пока еще высокой грудью, она казалась будто высеченной из сандала статуэткой, которую совершенно не смущал ее полуобнаженный вид. Многоярусные яркие бусы прикрывали грудь девушки. Вокруг бедер была короткая то ли повязка, то ли юбка. По внешней стороне плеч у нее шли татуировки, а длинные черные волосы прикрывали часть груди и спину.

Чуть приплюснутые губы были полуприоткрыты, а темные глаза с цепким вниманием рассматривали Сандру. Через щеки и переносицу проходила красная линия татуировки. Росалия производила впечатление дикарки, но это только на первый взгляд. Взгляд у нее был пронзительный, острый и вдумчивый.

Глядя на нее, Сандра вдруг обреченно поняла, что девушка настолько сексуальна и притягательна в своей дикости и отсутствии стыда и стеснения, что все ее, Сандры, собственные комплексы и неуверенность в себе под взглядом этих темных глаз вылезают наружу, делая ее меньше, непривлекательнее, зажимая в тисках страхов.

Переведя взгляд на Джейка, Сандра на секунду увидела себя как будто со стороны, его глазами: зажатая, испуганная, бледная, с расстроенным и кислым выражением лица. Она тут же заставила себя встать, чтобы хоть как-то вырваться из плена собственных страхов.

– Сандра, познакомься, это Росалия, – представил девушку Джейк. – Она говорит на испанском и на языке ваорани, думаю, вам будет интересно пообщаться. Росалия знает тут все красивые места, она может помочь тебе для твоих работ. Я пойду помогу Освальдо и Гонсало, – тут Джейк бросил на Росалию неоднозначный взгляд и ушел к мужчинам.

Сандра растерянно посмотрела ему вслед. Он не дотронулся до нее, не обнял, не поцеловал, не спросил, как она. Почувствовав себя брошенной, Сандра перевела взгляд на индианку.

Росалия спокойно наблюдала за ней, разглядывая с ног до головы, без стеснения и боязни показаться невежливой.

– Сандра, Джейк сказал мне, ты рисуешь. Покажешь? – голос индианки был низким, грудным. Сандре показалось на мгновение, что перед ней не просто девушка, а некто более древний.

– Ты давно знаешь Джейка? – не отвечая на вопрос Росалии, спросила Сандра. И поняла, что выдала себя с головой.

Индианка довольно улыбнулась, чуть качнула головой в сторону, не давая понять, отрицательный или утвердительный это ответ.

– Пойдем, я покажу тебе деревню, – также не отвечая на вопрос Сандры, предложила она.

Сандра нерешительно переступила с ноги на ногу, но потом кивнула и пошла вслед за Росалией.

Едва Росалия увидела сидящую на раскладном стуле девушку, она узнала в ней ту, которой давала испить напиток, приготовленный шаманом. Это так ее ошарашило, что она не сразу обратила внимание на состояние Сандры.

Девушка казалась очень несчастной и подавленной. А еще какой-то хрупкой. Словно ее легко можно было сломать. Это Росалии не понравилось. Лишенные жизненной энергии существа не выживают в сельве. А девушка была энергетически истощена. В ней почти не было жизни. Впрочем, может, все городские женщины такие? Поэтому Джейк и не взял ее, Росалию, в большой город. Наверно, боялся, что она станет вот такой.

Когда Джейк оставил их вдвоем, Росалия поступила так, как он подсказал ей по дороге. Спросила Сандру про рисование. Джейк предположил, что интерес к работе Сандры поможет Росалии с ней сблизиться. Но Сандра вдруг спросила про Джейка. И Росалия почувствовала, как она боится потерять его.

Тогда она решила, что именно удерживая любопытство Сандры, сможет познакомиться с ней поближе.

Вот только непонятно было, насколько безопасно иметь дело с такой, как Сандра. И еще это ощущение, что она может быть другой, совсем не такой, какой кажется, может, даже опасной, не оставляло Росалию. Пока она слышала неуверенные, шумные шаги девушки за собой, Росалия обдумывала, что делать.

– Джейк сказал, ты говоришь на языке ваорани. Это язык деревни? – спросила Сандра, догоняя ее.

Росалия кивнула.

– Да. И не только деревни. Вы находитесь на территории заповедника. Хотя… тут все спорно.

– Спорно?

– Не так давно, еще века не прошло… может, около семидесяти лет тому назад белый человек впервые вступил в контакт с ваорани. Это были миссионеры. Их убили копьями. Ваорани не любят чужаков.

Росалия смерила еще раз взглядом худощавую Сандру. Обычаи ее племени пусть и смягчились, а неприязнь к чужакам все так же сильна. Рубену стоило больших усилий влиться в жизнь деревни. Только заступничество Тео позволило ему жить на территории ваорани. Джейку пришлось идти на большие уступки и делать щедрые подарки индейцам, чтобы они пропустили его. И то он рисковал каждый раз, когда углублялся в сельву.

Это в других деревнях ваорани приветствуется туризм и приезжих развлекают, демонстрируя местные обычаи. Здесь чужаков не принимали и не допускали без особой на то причины.

– А сейчас? – спросила Сандра.

– Сейчас государство куплено нефтяными кампаниями. Они давно нацелились на наши земли, здесь много богатства, много черного золота. И им разрешили разрушать нашу заповедную зону. Мы сражаемся, отстаиваем свои права… но мы всего лишь сельва. Кто слушает сельву?

– Ты так хорошо говоришь по-испански, как так?

– Научилась. Сначала от отца, потом от мужа, – усмехнулась Росалия.

От нее не скрылось облегчение, мелькнувшее на лице Сандры при слове «муж».

– В наших общинах сейчас много тех, кто взаимодействует с внешним миром. Иначе никак не отстоять свои права. Мой муж – колумбиец, биолог. Он приехал сюда для изучения редких видов растений и для того, чтобы поддержать войну против нефтяных компаний. Спасти наш зеленый мир. И остался.

– А с Джейком ты как познакомилась?

– Он уже приезжал сюда, – коротко ответила Росалия.

Чем больше видела вокруг Сандра, тем быстрее забывалось утреннее происшествие и горечь первых минут знакомства с Росалией. Теперь индианка ее очаровала совершенно. Как художнику, Сандре нравились необычные черты лица Росалии, которые так и просились на бумагу.

Но Сандра пока еще не решалась попросить разрешения ее нарисовать. Поэтому присматривала себе другие возможные темы для эскизов. И их было предостаточно.

Как объясняла Росалия, эта деревня ваорани была достаточно близкой к цивилизации, поэтому семьи жили в приличных деревянных домах на сваях, а типичные для этого племени двускатные домики онко, больше похожие на снятую с европейского дома крышу и покрытые пальмовыми листьями, индейцы использовали как кухню и место для семейных посиделок.

– Здесь в основном спят в гамаках, мой муж так и не привык к ним, мы спим на циновках. А в иных индейских деревнях все наоборот: кто-то даже боится спать в гамаках, потому что считает, что демон приходит их качать.

– А вы христиане? – спросила Сандра.

– Нет, – усмехнулась Росалия. – Забыла, что случилось с миссионерами? Мы можем иметь несколько жен или мужей, как захотим. Брак – это всего лишь соглашение. Не понравилось – разрываешь соглашение и уходишь. Привязать к себе человека невозможно, да и зачем тебе тот, кто только будет тянуть из тебя силы и ничего не давать взамен?

– А во что вы верите?

– В сельву, если очень коротко. Весь мир когда-то был покрыт лесом. Лес защищает, дает жизнь и покой. Все, что приходит к нам извне, опасно. Мы сторонимся чужаков, сельва защищает нас и одаривает едой, как мать.

– А вождь у вас есть?

– У нас все решения принимаются на общем собрании, но шаман – ты его скоро увидишь – человек мудрый, к его советам мы прислушиваемся.

Ребятишки бегали вокруг совершенно голыми, Сандре было непривычно видеть столько полуобнаженных людей, но по рассказам Росалии она начинала понимать, что в этой деревне все очень даже прилично одеты. А еще ее удивляло, что они не боялись укусов насекомых.

– Мы привыкли, – равнодушно пожала плечами Росалия.

По деревне вперевалку ходили огромные яркие попугаи ара. Росалия объяснила, что их держат как домашних питомцев, как в городах собак и кошек.

Когда они подошли к домику на окраине, за ними уже следовали все ребятишки деревни – Сандра была первой женщиной из внешнего мира, которую они видели, поэтому она вызывала любопытство и интерес.

– А рисовать вас можно? – спросила Сандра.

Росалия кивнула.

– Я буду рядом, если вдруг кто засомневается, не волнуйся, я объясню, что в этом нет ничего страшного. Мы любим татуировки, как ты успела уже заметить. Изображения нас не пугают.

Сандра оживилась.

Глядя, как на щеках девушки появляется румянец, Росалия поняла, что источником энергии Сандры является именно умение водить карандашом по бумаге. Так же, как Росалии силы придавал ее интерес к миру духов и шаманские обряды.

Росалия была не уверена, что Тео будет рад увидеть Другую у себя в хижине, но ей было необходимо, чтобы он осмотрел Сандру. То, что рассказывал о ней Джейк, было странным. Возможно, Сандра каким-то образом провалилась в мир духов и не до конца из него вышла, раз с ней происходят все эти вещи.

И тогда тем более странным казался Росалии ее сон про манинкари с участием Сандры. Ведь принимать участие в нем можно только подготовленным людям.

Глава 9

Вокруг было столько нового, необычного, интересного, что Сандра жалела, что не взяла с собой ни альбома, ни телефона. Оставалось только надеяться, что у нее еще много времени впереди, и пока Джейк будет уходить на разведку, она сможет посвятить свое время рисованию.

Мысль о Джейке уже не горчила так сильно. Сандра заметно воспряла духом и надеялась вечером примириться с ним окончательно. Росалия оказалась замужней, это сильно успокоило вспыхнувший было страх, что Джейк сможет увлечься этой экзотичной красоткой.

Сандра вдруг поняла, какая уникальная возможность у нее появилась: вокруг была масса неизбитых тем для зарисовок. Многим ли случалось попасть в индейскую деревушку в заповеднике? Этот материал будет привлекать внимание.

В голове так и мелькали возможные будущие зарисовки. А когда они вошли в хижину шамана, Сандра и вовсе обомлела от количества странной посуды, каких-то сушеных листьев и фруктов, запаха дыма с травами и самого Тео – старого шамана, восседающего на старой циновке.

Хранитель секретов духов был весь изрисован татуировками, его кожа была сухой, дряхлой, покрытой мелкой сетью морщин. Но взгляд был таким пронзительным и ясным, что Сандра почувствовала невольно уважение к шаману и желание поприветствовать его робким поклоном.

Росалия острой стрелой скользнула через все хижину к Тео и присела рядом с ним. Произнеся несколько слов на ваорани, она поманила Сандру поближе.

Сандра чувствовала себя перед этими двумя полуобнаженными людьми пришельцем с иной планеты. Но одновременно понимала, что никакого преимущества перед ними не имеет. Как раз напротив: эти двое, смотревшие темными глазами куда-то глубоко ей в душу, казалось, видели ее насквозь. Это она чувствовала себя перед ними обнаженной. Причем обнаженной душой, как будто они могли легко ткнуть в самые болезненные точки Сандры, не говоря ни слова.

Тео кивнул на слова Росалии и сделал Сандре знак присесть напротив него.

Сандра неуклюже села, скрестив перед собой ноги.

Шаман взял сосуд, похожий на полый экзотический плод, и плеснул из него в деревянную плошку белую мутную жидкость. А затем протянул ее Сандре.

– Что это? – Сандра с любопытством понюхала слабо пахнущий алкоголем напиток.

– Это чича. Наш местный напиток. Его подают в качестве приветствия, не выпить его считается очень невежливым.

Сандра чуть пригубила сытную жидкость.

– А из чего она делается?

– Из пережеванной юкки, – коротко ответила Росалия.

– Переж…пережеванной? – Сандра жалостливо посмотрела на Росалию.

– Мы выкапываем плоды юкки, давим их в чане, потом женщины деревни жуют мякиш и сплевывают его. Через пару дней брожения кашицу разбавляют водой и пьют.

– Если бы я знала, из чего это сделано, ни за что бы не выпила, – честно призналась Сандра, возвращая напиток шаману.

– Я знаю, поэтому не сказала тебе. Чичу надо обязательно выпить, иначе к тебе будут относиться как к изгою. Так что первое испытание ты прошла.

– Первое? – Сандра испуганно посмотрела на Тео. Что еще ее заставит съесть или выпить шаман?

Шаман что-то произнес, Росалия перевела:

– Тео спрашивает, давно ли твои родители не живут вместе.

Сандра отшатнулась назад так, будто шаман залепил ей пощечину.

– Почему он спрашивает меня об этом? – только и смогла произнести она.

Росалия перевела вопрос, но шаман не спешил ничего пояснять. Он просто смотрел на Сандру.

Сандра упрямо молчала, не отвечая на вопрос. Росалия и Тео все еще глядели на нее, ожидая реакции. Внутри Сандры бушевала ярость и возмущение: какого черта он ей задает такие вопросы? Зачем? Не станет она отвечать на это ни слова!

Но чем сильнее затягивалась пауза, тем больше Сандра погружалась против воли в воспоминания детства, которые тщательно старалась забыть. В голове зазвучали ссоры родителей, обидные слова, бросаемые ими в горячие минуты столкновений. Мама эмоционально реагировала: кричала, плакала, ломала вещи. Папа ходил холодным и строгим, застывшим.

Сандра вдруг поняла, что ее захлестнуло эмоциями и качает из стороны в сторону, как хрупкое деревце.

Темные глаза шамана, казалось, видели все сцены, мелькавшие в ее голове. От него было не укрыть боль маленькой испуганной девочки, которая не понимала, почему так злятся родители, и считала себя причиной их раздражения. От него не скрылся страх, что ее бросят.

Сандра вдруг закрыла лицо руками и заплакала, чуть раскачиваясь из стороны в сторону.

– Как ты узнал? – спросила тихо Росалия.

– Это видно, – ответил Тео. – Она до сих пор маленькая девочка. Вернетесь, когда она подрастет. Отведи ее к своим духам.

С этими словами шаман встал и вышел из хижины, оставив Росалию наедине с рыдающей Сандрой. Но как только Тео вышел, Сандра начала успокаиваться.

– Что это было? – растерянно спросила она, всхлипнув пару раз и окончательно придя в себя.

– Тео тебе показал свою власть, – недовольно ответила Росалия. – Он видит все, от него не укрыться. Но он поступил довольно жестоко с тобой, мне жаль.

Она взяла Сандру за руку, поражаясь, насколько разной по цвету была их кожа. Сандра вытерла свободной ладонью мокрые щеки и кивнула.

– В следующий раз я буду более готовой, – решительно сказала она.

Росалия фыркнула.

– Если захочет, Тео все равно найдет твое слабое место. Он считает, что там, где постоянно больно, еще торчит стрела, которой ранили. Поэтому надо усилить боль, дернув за стрелу. Вытащить ее из раны, выразить всю свою боль и излечиться. Не огорчайся, что плакала. У души не будет радуги, если в глазах твоих не было слез.

Сандра кивнула.

– Хочешь вернуться в лагерь? – спросила Росалия.

Чуть наклонив кудрявую голову набок, Сандра подумала и спросила:

– Я бы взяла альбом и карандаши, показала бы тебе свои рисунки… и вернулась бы в деревню.

Росалия кивнула. Она считала, что знакомить Сандру с духами еще рано. Девушка ничего не поймет, ничего не почувствует, а свое место Росалия оберегала слишком ревностно, чтобы вот так просто привести туда эту незнакомку.

По дороге в лагерь она гадала, почему Тео никак не отреагировал на то, что Сандра и есть та самая Другая, с которой в деревню придет опасность. Почему сделал ей сразу же больно, почему сразу отправил к духам? Если б было время, Росалия бы его расспросила. Но скорость, с которой Сандра поддалась на провокацию Тео, поразила и ее тоже. Росалия никак не ожидала такой реакции от девушки и поэтому растерялась.

Точность, с которой Тео ударил по Сандре, сюрпризом для Росалии не была. Шаман был очень проницательным, видел людей насквозь. Ему ничего не стоило почти сразу вычислить слабое место собеседника. Ведь шаманы всегда должны видеть раны не только на теле, но и на душе человека. Росалия лишь видела, что Сандра ослаблена и истощена духовно, но не обладала точностью Тео. От этого иногда было досадно. Как она собирается становиться его ученицей, проходить манинкари? А если она никогда не достигнет уровня Тео? Над ней вся деревня будет смеяться.

Пока Сандра рылась в рюкзаке в поисках альбома и карандашей, Росалия осмотрела лагерь. Он был небольшим, аккуратным, не таким людным, как в предыдущие годы. Мужчин в лагере не было, видимо, они ушли договариваться с охотниками. Росалия гадала, кто согласится сопровождать их по сельве. Джейк платил всегда щедро, но в последнее время сельва вела себя так странно, что не только шаман и Росалия чувствовали исходящую из леса опасность, но и другие ваорани. А ведь лес – их дом. И получается, что дом вдруг рассердился на тех, кого раньше оберегал.

– Вот, если хочешь… – Сандра робко протянула Росалии альбом, – можешь помотреть.

Росалия открыла первую картинку, с изображением города и парящего над ним орла.

– Это город Джейка? – спросила она. – Или твой?

– Это Кито, столица Эквадора, – ответила Сандра.

Росалия с любопытством рассмотрела картинку.

– А как ты оказалась так высоко?

– Это многоэтажное здание.

Росалия пролистывала картинки с изображением Кито, бурной жизни города, рынком, какими-то памятниками. Все это не вызывало в ней отклика, хотя сами изображения очень нравились. Но когда она дошла до ламы на фоне гор, Росалия ощутила, как в груди у нее становится горячо.

Чем больше Сандра уходила в изображение природы, тем больше Росалии нравились ее картинки. В них была скрытая энергия.

А когда индианка дошла до изображения из сна Сандры – бегущего среди леса то ли человека, то ли зверя, – она поняла, почему Тео велел отвести ее к духам: Сандра оказалась своего рода шаманом и говорила с духами через изображения. Это многое меняло.

– Я тебе должна кое-что показать. Возьми его с собой. Тебе наверняка захочется там порисовать, – сказала она, возвращая Сандре альбом.

Глава 10

Двигаясь вслед за Росалией через лес, Сандра гадала, куда та ее ведет. Они ушли далеко от деревни, если сейчас индианка ее бросит, Сандра дороги назад не найдет.

Сельва во многом оказалась совершенно не такой, как представляла ее Сандра. В ее воображении все было покрыто густой растительностью и высокой травой. На деле почва была землянистая, кое-где песчаная, а все буйство зелени было выше уровня травы. Все в сельве тянулось к солнцу, за кронами деревьев практически не было видно неба.

Сандра старалась запоминать дорогу, но ей было беспокойно. Росалии она не доверяла. А вдруг тут помимо слюнявых напитков практикуются человеческие жертвоприношения или еще какие-нибудь странные ритуалы?

Пытаясь успокоиться, отмахиваясь от комаров, Сандра не сразу почувствовала перемену в окружающем пространстве. Но когда поняла, что надоедливые москиты куда-то исчезли, спросила об этом у Росалии.

– Я покажу тебе свое место общения с духами. Тео сказал, тебе там понравится. В деревне это место называют священным пупом леса.

В этот момент Росалия раздвинула широкие пальмовые листья, и они вышли к озерцу, в который через каскад впадал небольшой поток воды. Посередине водоема возвышался плоский обкатанный до гладкости камень, похожий на овальную столешницу.

– Здесь ты в полной безопасности. Можно даже купаться в озерце. Духи охраняют каждого, кто приходит к ним с миром. Поэтому даже комары и насекомые здесь не жалят.

– А хищники? – оглянулась вокруг Сандра.

– Я не видела никого, никто никогда не мешал мне. Но они не станут атаковать, я уверена.

Сандра скептически посмотрела на Росалию. Но комары и вправду отстали.

– Я тебе покажу, как сюда приходить, это недалеко от деревни. Но все же будь осторожна, до этого места еще надо добраться. Лучше со мной: я могу приводить тебя, а потом возвращаться.

– Здесь очень красиво, – Сандра с каждой минутой ощущала себя все спокойнее и умиротворённее. Словно внутри загорался золотистый огонек счастья.

– Что ж… если хочешь, я оставлю тебя здесь на пару часов. Приду с обедом, тогда и поговорим, – предложила Росалия.

Сандра ей ничего не ответила, только рассеянно кивнула, опускаясь на песок. Только сейчас она поняла, как ее вымотало долгое путешествие от самолета до утреннего пробуждения в палатке. В груди что-то ныло, болело, Тео ковырнул глубоко, сделал больно и неприятно, но сейчас все успокаивалось. Как будто кто-то невидимый, большой взял ее на руки и начал укачивать.

Она хотела рисовать, но вскоре поняла, что нет, не сейчас. И просто сидела долго-долго, растворяясь в ощущении спокойствия и умиротворения. А потом медленно закрыла глаза и услышала лес совсем по-другому.

Среди птичьих криков и трелей, среди воплей обезьян и еще каких-то неизвестных ей животных Сандра услышала шепот.

Сначала даже непонятно было, что такое нашептывает ей это странное место. Страха Сандра не ощущала совсем, только детское любопытство. А потом услышала:

– Открой глаза!

Она медленно открыла глаза и посмотрела на все то же озерцо. Шум падающей воды был фоном, но теперь она слышала мягкое воркующее журчание:

– Войди в меня…

Сандра медленно поднялась, все еще не уверенная в том, что собиралась сделать. Но вода манила ее теперь плеском, блеском, запахом… Ей остро хотелось почувствовать прикосновение влаги к обнаженному телу. Опасений и страхов не было, как она ни пыталась о них думать. Постоянно крутилось в голове: «Это безопасно».

И Сандра начала раздеваться.

Сначала ощущение обнаженной кожи было непривычным, но она шагнула к воде и, почувствовав ее тепло кончиками пальцев, смело вошла в озеро по грудь. Дно было песчаным и очень чистым.

Сандре было так хорошо и спокойно, так светло, что она медленно поплыла к камню, не опасаясь более ничего.

Ее мысли находились в равновесии, никуда не бежали, не тревожились, не боялись. И ее душа впервые смогла соединиться с разумом, погружая ее в состояние спокойствия и медитации.

Сандра доплыла до камня, оперлась на него руками и, приподнявшись, села на гладкую поверхность. Повернувшись в сторону берега, она увидела рядом со своей одеждой огромную черную кошку, которая неотрывно смотрела на нее, пока черный хвост метался из стороны в сторону.

И снова Сандра удивилась, что не чувствует страха. Вместо этого она спокойно рассматривала пантеру. А потом опустила одну ногу в воду и шутливо подбросила ее вверх, поднимая брызги на озере.

Пантера подошла совсем близко к кромке воды и принюхалась. Ее хвост постепенно успокаивался.

Сандра любовалась ее лоснящейся шкурой, красивыми грациозными движениями. Но все чаще девушка и кошка смотрели друг другу в глаза. Пока наконец пантера не смогла удержать взгляд Сандры надолго.

Когда дикая кошка начала входить в воду и медленно поплыла к Сандре, не сводя с нее взгляда, та лишь удивленно охнула. Но не могла уже оторваться от магнетических зеленых глаз, погружаясь все глубже в состояние транса.

И когда пантера подплыла совсем близко, девушка уже ждала ее совсем отрешенно и спокойно.

Пантера вдруг прижала уши к голове, нырнула под воду, а вынырнул из нее мужчина. Зрительный контакт на мгновение прервался, Сандра встрепенулась было, словно пробуждаясь к действию, но едва их взгляды встретились, она снова вошла в состояние полного покоя.

Мужчина был красив, но его красота была очень экзотической и необычной. Белый, пусть и смуглый, со сглаженными африканскими чертами лица: чуть приплюснутый красивый нос, полные чувственные губы. Его было видно почти по пояс, Сандра никогда не была так близко от столь совершенных мужчин, он казался моделью с обложки журнала мод. И его зеленые глаза, не отрываясь, смотрели в ее душу.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

Примечания

1

Mamacita (исп.) используется в странах Южной Америки, ласковое обращение к привлекательной женщине.

Вернуться

2

Обряд для общения с духами у индейских племен бассейна Амазонки.

Вернуться

3

Гринго – иностранец, англоговорящий выходец из другой страны в Латинской Америке.

Вернуться