# Не целуй меня, Мистер Дьявол. Книга 3

Цзинь Сямо

Авария забрала с собой не только воспоминания Хань Цилу, но и беззаботные дни самой беспокойной парочки Императорской академии.
Изводя себя от переживаний, Ань Чуся пытается всеми силами не просто помочь Дьяволу Ханю вернуть память, но и разобраться в собственных чувствах. Ведь этот несносный парень, которому она с трудом доверилась и даже полюбила, отказывается признавать их отношения.
Тем временем веб-роман «Не целуй меня, Мистер Дьявол» набирает все большую популярность. На потеху зрителям предстают самые неловкие и постыдные ситуации, в которые Ань Чуся и Хань Цилу успели попасть за свое недолгое знакомство. И что прикажете делать девушке, разрывающейся между двух огней?
Однако соперники Хань Цилу в борьбе за ее сердце не дремлют. Неужели в этот раз она примет предложение руки и сердца? Новая глава ее жизни уже началась?

Copyright ©BoYiChuangWei (BeiJing) Digital Media Co., Ltd

This edition is published by AST Publishers LTD arrangement with through the agency of Tianjin Mengchen Cultural Communication Group Co., Ltd.

Publishing Coordination: MoonTrans

© Матюнина А. И., перевод на русский язык, 2025

© ailenepta, художественное оформление обложки, 2025

© ООО «Издательство АСТ», 2025

* * *

## Глава 1. Озорница Мэн Сяонань

Услышав слова Чуся, Сяонань без колебаний ущипнула подругу за щеку. Она бы шлепнула и по голове, но боялась, что это скажется на мозге, который и так пострадал.

– Больно… – со слезами в голосе сказала юная Ань. – И вообще, я ранена!

– Ну и что с того, что ранена? Нечего фигню болтать! – серьезно ответила Сяонань. – Смотрела «Половое созревание»?[1] Там говорится: «Ждать – это впустую тратить молодость!» Хочешь жить так?

Чуся отвесила ей подзатыльник:

– Только острить и можешь. Что мне остается, кроме как надеяться, пока он вспомнит меня?

Нань подперла подбородок рукой, как античный философ: «Вопрос непростой… Если бы Чучу начала открыто заигрывать с молодым мистером, это дало бы обратный результат. Этот парень – а я таких знаю! – больше всего ненавидит девушек, которые клеятся к нему! А если просто ждать, то Манькуй точно займет место Чуся. И что делать? Вот же задачка…»

– А как насчет… – начала юная Мэн, и ее глаза ярко засверкали. – Раз уж мы готовы на все, давай просто сделаем Подсолнуху пиу-пиу!

Она приставила два пальца к виску и сделала вид, что стреляет.

– Ну хватит, я устала и хочу спать.

Чуся легла обратно в кровать, закрыла глаза и больше не смотрела на подругу. На следующий день нужно было идти на занятия, поэтому Сяонань перестала валять дурака, поднялась, выключила свет в палате и уснула рядом.

Утром их разбудил скрип открывающейся двери.

– О, малышка Чуся! Ты не сказала мамочке, что в больнице с тобой спит подружка, поэтому мамочка принесла завтрак только для тебя.

Юаньюань с извиняющимся видом внесла термопакет с едой.

Сяонань к этому времени уже полностью проснулась, потерла глаза и, встав, пробормотала:

– Ничего, тетя, мне все равно нужно идти на занятия, так что я могу позавтракать в академии.

Заметив, что на девушке форма, госпожа Хань мягко улыбнулась:

– Извини, сейчас попрошу, чтобы тебя отвезли на занятия.

– Все в порядке, я сама доеду на автобусе, – замахала руками Сяонань.

– Уже поздно, и ты опоздаешь, если тебя не подвезти.

Юная Мэн достала телефон и поняла, что женщина права. Поэтому она отбросила церемонии и уехала с Лао Чэнем.

После того как Сяонань ушла, Юаньюань раскрыла термопакет. В нем была большая миска питательной и вкусной похлебки из постного мяса, которую специально сварили рано утром.

Умывшись и выйдя из ванной, Чуся мгновенно почувствовала фантастический аромат и воскликнула:

– Как вкусно пахнет! Спасибо, мамочка!

– Если пахнет вкусно, ешь побольше. Мамочка не зря так рано вставала! – с улыбкой отозвалась Юаньюань.

Утро вышло чудесным: было не слишком жарко, и белые облака изредка проплывали по лазурному небу.

Когда Сяонань выходила из столовой после завтрака, она столкнулась с девушкой, у которой была прическа Коротышки Маруко.

– Я искала тебя целую вечность, пойдем со мной!

– Куда ты меня тащишь, противная Вань Цзы? Скоро начнутся занятия! – крикнула Цзян Нань, но та уже крепко схватила ее за руку.

Отношения Вань Цзы и Мо Синьвэй намного улучшились после большого похода, а у Звезды академии появился новый парень из другой школы, очень симпатичный.

Девушка повела Сяонань к аллее, где та увидела позирующую Синьвэй. Со временем юная Мэн поняла, что Госпожа не такая раздражающая, как ей показалось сначала, – просто немного высокомерная. А узнав ее получше, девушка выяснила, что у Синьвэй не было сестер, поэтому неудивительно, что они с Вань Цзы стали так близки.

– Я все гадала, кому я понадобилась, а это, оказывается, госпожа Мо, – скрестила руки на груди Сяонань. – Это из-за тебя я должна опоздать?

Юная Мо обернулась на голос, одной рукой играя с волосами, а другой упираясь в талию, и нахально ответила:

– По-твоему, я похожа на человека, который не думает наперед?

Не дожидаясь, пока Сяонань ответит, Вань Цзы добавила:

– Мы сказали, что твои родители снова поженились, так что у тебя выходной.

– Что?! – округлила глаза девушка. – Как же я теперь отпрошусь, если они правда поженятся?!

Звезда академии подошла ближе, улыбнулась и сказала:

– Вот дурочка! Просто наври, что твоя мама беременна и устраивает праздник в честь этого!

Покачав головой, Сяонань решительно стряхнула руку Синьвэй, закатила глаза и сказала:

– Выкладывай уже, что тебе нужно. И если это какая-то ерунда, не прощу вас. Кстати, Чуся скоро возвращается!

Эта новость ничуть не удивила девушку, и она лишь презрительно ответила:

– Что толку? Возвращается настоящая госпожа! Так что твоя Ань Чуся может собирать манатки и валить домой.

Взбешенная Сяонань забыла, кто такая Мо Синьвэй, и уже собиралась отвесить той пинка, но ее вовремя оттащила Вань Цзы.

В ответ на покушение Звезда академии закричала во весь голос:

– И ты тоже! Собирай манатки и вали к себе домой! Разве ты не слышала, что Цилу потерял память и теперь с Сян Манькуй? Она модель в известном журнале, амбассадор многих брендов, а твоя подруга – обычная серая мышь!

– Скажешь это еще раз – и я тебя забью до смерти! – пригрозила Сяонань, сняла правый ботинок и попыталась бросить в лицо Синьвэй.

Видя, что все выходит из-под контроля, Вань Цзы откинула голову и крикнула в небо:

– Прекратите, вы обе…

Девушки немного успокоились.

– Госпожа Мо, мы пришли сюда не для того, чтобы драться с Сяонань, – нахмурилась Вань Цзы. – Почему вы всегда спорите и не можете нормально поговорить? У нас осталось не так много времени!

– Времени? – спросила Нань, опускаясь на колени, чтобы надеть ботинок.

Тут Синьвэй вспомнила, что собиралась обсудить. Они каждый раз ругались при встрече, но это не мешало их отношениям становиться все лучше.

– А ты не слышала новости? Сян Манькуй сегодня придет регистрироваться в нашу академию, но она только что вернулась в Китай, и у нее плотный график. Кажется, придет на занятия на следующей неделе, – вздохнула Звезда академии и посмотрела на свои ногти. – А я совсем не хочу видеть ее здесь. Подумай, что ты можешь сделать, чтобы она не приезжала к нам.

«На следующей неделе…»

Сяонань вдруг подумала о Чуся, которую должны выписать в то же время, если не будет никаких осложнений.

– Хм… – нахмурилась она. – А ты почему не хочешь видеть здесь эту телезвезду? До сих пор мечтаешь о Цилу, да?

– Не говори ерунды! У меня хорошие отношения с моим парнем! – отрезала Синьвэй и, видя, что Сяонань все еще смотрит на нее испытующим взглядом, вынуждена была признаться: – Ну, я не хочу, чтобы она повлияла на мой статус Звезды академии…

– Пф-ф, ха-ха-ха… – схватилась за живот юная Мэн, почти падая от смеха и понимая, что переоценила Госпожу и ее мотивы.

Но тем лучше: еще один человек ненавидел Манькуй, а это Чуся лишь на пользу. Ведь если не только Цилу, но и все будут души не чаять в новенькой, то юная Ань умрет от депрессии.

– Если снова засмеешься, я порву тебе рот! – засучила рукава Синьвэй.

Видя, что девушки снова готовы вцепиться друг в друга, Вань Цзы просто отошла в сторону, чтобы подождать, пока спор не уляжется. Но «амазонки», заметив, что третья собеседница уходит, угомонились.

– Ладно, не буду опускаться до твоего уровня! – сказала Синьвэй. – Ваша семья ведь только вчера открыла новый салон красоты, так? И Сян Манькуй уже ходила на процедуру по уходу за лицом, а потом заговорила о том, что пойдет в академию. Скоро на занятия. Придумай что-нибудь, как сделать так, чтобы она тут не появилась!

– Если хочешь знать мое мнение, нет необходимости останавливать ее. Разве она не звезда? Из-за плотного расписания у нее не получится регулярно посещать занятия. Нам всего-то и нужно – воспользоваться ее отсутствием и помочь Чуся вернуть сердце мистера Цилу! – торжественно объяснила Сяонань.

– Меня не интересует, как ты собираешься помогать подруге в любовных делах. Я никогда не делаю ничего, что мне не выгодно.

Юная Мэн понимала, что свести голубков вместе без участия Госпожи будет труднее: как-никак та была самой популярной девушкой в академии. Девушка закатила глаза и с улыбкой сказала:

– Нет выгоды, говоришь? Подумай: если Сян Манькуй разонравится мистеру Цилу, то для нее это будет позор, и она не останется в академии. Что скажешь?

## Глава 2. В гости к господину Сяо

Синьвэй погрузилась в раздумья. На самом деле ее не слишком волновало, останется она в статусе первой или нет, но вот вероятность потерять реальную власть в академии из-за Манькуй… уже напрягала. А проведя много времени с Сяонань, она наслушалась хороших историй о Чуся и давно перестала ненавидеть ее.

Подумав об этом, Звезда академии посмотрела на юную Мэн:

– Так что же нам делать?

– Шаг первый в «Искусстве войны»[2] Сунь-цзы гласит: «Знание врага и знание себя позволяет пройти невредимым через сотню битв!» Сначала нам нужно узнать больше о Сян Манькуй, – сузила глаза Сяонань.

– Я была знакома с ней раньше, мне не нужно ее узнавать, – рассмеялась Синьвэй. – А ты все руководствуешься этим трактатом, да?

Цзян Нань ухмыльнулась:

– Это литературная база, понятно? Ты знаешь нашего противника, а я нет. Давай встанем у ворот академии, чтобы помешать Манькуй нормально заехать!

– Уверена, у нее есть телохранитель, – встряла Вань Цзы, откинула волосы и гордо добавила: – Есть идея! Все за мной!

Был уже почти полдень, и становилось все жарче. Голуби слетали с башен и лениво прогуливались вокруг, поклевывая зернышки с земли. Вдруг к пернатым подкрались три фигуры. Птицы не боялись людей, но все же разбежались в стороны.

– Чуть не столкнулись с директором академии! – одновременно выдохнули три девушки.

– Вы с Манькуй уже знакомы, так что идите к тому зданию, а я хочу посмотреть: такая ли она красивая, как в телевизоре, или нет. – И Сяонань залезла на ворота, откуда отлично просматривалось все, что происходило за территорией академии, при этом саму ее видно не было.

Они прождали юную Сян у ворот довольно долго. Время шло, мимо спешили на занятия учителя и опаздывающие ученики, а Подсолнух все не показывался. Несмотря на то что Сяонань пряталась в тени, от жары даже ей становилось дурно.

Наконец потеряв терпение, она вышла из-за угла, подошла к башне с большими часами и посмотрела на Синьвэй и Вань Цзы.

– Вы уверены, что не ошиблись? Я никого не вижу!

Девушки тоже начали терять терпение и уже собирались выйти из-за здания, как вдруг увидели, что перед академией остановилась машина. Интуиция подсказала им, что «объект» прибыл. И не ошиблась: из автомобиля вышла Сян Манькуй в короткой юбке и топике.

– Эй, вот она! Назад! Назад! – сразу же громко зашептала Синьвэй.

Госпожа была далеко, и Сяонань не услышала ее, зато увидела, как девушка прищурила глаза и прижала руку ко рту.

– Назад? – повторила она про себя, и тут ее озарило.

Цзян Нань повернула голову как раз вовремя: в ее сторону уже направлялась юная Сян. Продолжи она стоять – Подсолнух бы точно что-то заподозрила!

К ее удивлению, «Звезда экрана» в окружении людей подошла прямо к ней, а затем… простучала каблуками мимо, не обратив внимания. Напарницы, которые прятались в отдалении, увидели, как Сян Манькуй уходит, и поспешили к Сяонань.

– Почему ты не попросила у нее автограф, как планировала? – со страдальческим видом спросила Вань Цзы. – Мы столько времени простояли на солнце, только чтобы ты увидела ее вблизи? Боюсь представить, сколько дней мне придется делать маску для лица, чтобы кожа снова стала белой!

Юная Мэн недовольно скривилась:

– Она даже не посмотрела на меня! Я думала, хотя бы спросит, почему стою на улице во время занятий.

– Было бы странно, если бы популярная модель вдруг решила с тобой заговорить! – сказала Синьвэй, кокетливо откинув волосы и улыбнувшись. – Только такие дружелюбные красавицы, как мы, снисходим до тебя.

– Я сейчас не в настроении ссориться.

Сяонань вспомнила, что сейчас макияж Манькуй выглядел естественнее, чем грим, который ей обычно накладывают к съемкам. Раньше она думала, что люди, которые выглядят красивыми в телевизоре, необязательно красивы в жизни, но, к ее удивлению, все оказалось не так!

– Хотя ты не рассмотрела как следует, по крайней мере увидела вживую, – добавила Синьвэй.

Сяонань прочистила горло и сказала:

– Следующий шаг – ждать, пока Чуся появится в академии!

– Разве не на следующей неделе? – спросила Вань Цзы, взяла из рук собеседницы книгу и прикрылась ей от солнца. Она не была писаной красавицей, однако считала, что нет некрасивых девушек – есть только ленивые!

Цзян Нань кинула на нее презрительный взгляд:

– А вот мне не надо заслоняться от солнца, я от природы светленькая!

Вань Цзы уже собиралась ответить, когда увидела, как к ним подходит Минло. Она и Синьвэй посмотрели друг на друга и жестами попрощались с Сяонань. Та догадалась, что это неспроста, оглянулась и увидела младшего Сяо с недопитой бутылкой колы в руке. Она снова обернулась к напарницам, но те уже сбежали.

С недавних пор она начала встречаться с Мистером Сердцеедом. Поначалу все было хорошо, но потом он попросил девушку хорошо учиться, чтобы поступить с ней в один университет. Вот только Сяонань считала, что сидеть над учебниками бессмысленно, потому что знания и интеллект не меняют судьбу – все решает статус отца.

Минло подошел и сразу же отругал ее:

– Тебя не было в классе.

– Ну потому что я здесь. Мне разорваться на части? – резко ответила девушка.

– Очень хорошо, – поднял бровь младший Сяо. – Тогда объясни мне, почему твой классный руководитель сказал, что ты отпросилась на свадьбу родителей?

«Синьвэй и Вань Цзы, вот мерзавки! Я думала, они пошутили!»

Видя, что Сяонань молчит, юноша глубоко вздохнул:

– Ты же неглупая девушка, почему не придумала ничего умнее?

– Потому что я… – начала она, закатила глаза и хитро потянулась к руке Минло, – потому что я забыла принять таблетки. Ты у меня такой милый!

Парень вздохнул:

– Ладно, попрошу своего репетитора прийти к тебе вечером. Пройдете с ним утренний материал.

– Я сейчас же побегу в класс!

Сяонань широко раскрыла глаза, пытаясь выглядеть как можно убедительнее: вечером ей еще тайком бежать в больницу, чтобы составить компанию Чуся.

Минло развел руками:

– Ты уже отпросилась.

– Тогда куда мне идти? – с печальным видом проговорила девушка. – Если мама узнает, что я сделала, то убьет меня! А папа в последнее время слушает ее. Если увидит, что мамуля решила меня отшлепать, только поддержит: «Правильно, всыпь ей еще!» А ты будешь просто смотреть, как меня бьют?

– Нет. Посмотрю, а потом отвезу в больницу, – заботливо взглянул на нее парень. – Ну что, повзрослела? Будешь еще врать своему классному руководителю?

– Я не врала… – попыталась возразить Сяонань, но Минло взял ее за руку и направился к выходу из академии, не дав спутнице шанса объясниться.

Проходя мимо уличного фонаря, она вцепилась в столб, отказываясь идти дальше. Видя панический страх во взгляде девушки, Мистер Сердцеед рассмеялся:

– Ты уже отпросилась, так что незачем оставаться в академии. И я не отвезу тебя к твоей маме – поедем ко мне.

Обычно, если парень приглашал Сяонань к себе домой, она непременно отказывалась без лишних пояснений. Юная Мэн была озорницей, но все же ценила и уважала себя. Минло же вовсе не казался ей обычным парнем.

– Ты об этом не говорил! Чуть не напугал меня до смерти! – оправдалась она, отпустила фонарный столб, хлопнула в ладоши и радостно спросила: – Ты действительно собираешься показать меня своим родителям?

Младший Сяо стукнул Сяонань по голове:

– Что у тебя там, опилки? Я купил себе отдельную квартиру недалеко от академии.

– О!

Девушка мгновенно обернулась и последовала за спутником, впрочем, уже не так бодро, как раньше. Она знала, что Сяо страшно богаты, и, хотя ее отец тоже сколотил немало, это было все равно что сравнивать стадо коров и один рог. И Минло сказал ей усердно учиться только потому, что его семья уделяла большое внимание статусу. Родители юноши точно не посчитали бы Сяонань достойной парой, равной ему по статусу и богатству, зато он мог представить свою девушку хотя бы как выпускницу престижного университета.

Естественно, она понимала это и догадывалась о плане младшего Сяо. Однако в то же время знала, что и в этом случае в семье Сяо ее вряд ли примут: в конце концов, Минло был наследником знаменитой корпорации Сяо, а она – просто дочерью владельца весьма скромного агентства недвижимости с небольшим капиталом. Говоря прямо, Цзян Нань – дочь нувориша[3].

## Глава 3. Если против, я снова тебя поцелую

Мистер Сердцеед остановился, а обернувшись, увидел, что Сяонань идет с опущенной головой. Не заметив, что парень стоит, она столкнулась с ним. Удар оказался не очень болезненным, зато вернул девушку в реальность.

Подняв голову и уловив нежность в глазах Минло, она растерялась:

– Почему ты остановился?

Юноша молчал, все так же неотрывно глядя на нее и даже будто перестав моргать. Сяонань стало неловко. Не зная, куда деть руки, она посмотрела на бутылку, которую держал Минло… Вдруг в голове у нее что-то щелкнуло, она выхватила недопитую колу из рук парня и с возмущением посмотрела на него.

– У тебя мозги есть? Эта штука убивает твоих головастиков!

Странной, напряженной атмосферы между ними как не бывало. Младший Сяо прижал руку ко лбу, и его лицо приняло страдальческое выражение.

– Цзян Нань, что мне с тобой делать?

Девушка не имела ни малейшего представления о том, что с любимым человеком ей придется обуздать свой нрав. Она широко улыбнулась и с явным недовольством произнесла:

– Называй меня моим прозвищем. А еще раз скажешь настоящее имя – мой кулак объяснит тебе, что не стоило этого делать.

– Этот? – нахмурил брови Минло.

Одной рукой он накрыл крошечный кулак Сяонань, а другой обнял ее за талию и поцеловал.

– А теперь что скажешь? – спросил Мистер Сердцеед и поднял бровь, словно говоря: «Если против, я снова тебя поцелую».

Сяонань, конечно, не возражала против такого исхода, хотя это место не казалось девушке подходящим для поцелуев. Если директор академии застукает их, у них будут неприятности, и тогда ей бы точно влетело от мамы!

Подумав об этом, она отстранилась и быстро проговорила:

– Ладно, убедил!

Минло успокоился, и они, держась за руки, пошли к воротам академии.

Им с Сяонань предстоял долгий тернистый путь, и он не хотел, чтобы эта милая цветочница была несчастна и рассталась с ним из-за разницы в положении семей. Кроме того, впервые после стольких лет разгульной жизни, начатой из-за отношений с братом, юноше действительно хотелось найти ту самую, свою единственную. При мысли об этом он крепче сжал руку девушки.

Охранники у входа в академию узнали одного из легендарной троицы и не посмели остановить. Ворота распахнулись перед ними, и они покинули территорию кампуса. Сяонань думала, что они поедут на машине, однако Минло обошел свой новенький «Ламборгини Авентадор» и потянул спутницу к тротуару.

У юной Мэн сердце кровью обливалось, когда она обернулась на ярко-оранжевый сногсшибательный спортивный автомобиль. Какой смысл иметь суперкар и не ездить на нем? Это было великолепное ощущение – сидеть в такой машине и ловить восхищенные взгляды прохожих. Как же грустно, что оно длилось недолго! Конечно, она не осмелилась сказать подобное вслух, но это не значило, что Минло не догадывался, о чем подумала девушка.

– Квартира очень близко, так что дойдем пешком, – сказал младший Сяо, потянув девушку за собой, и они свернули в элитный жилой комплекс рядом с академией.

Чтобы войти в дом, нужно было подтвердить личность, и Сяонань отошла, ожидая, пока молодой мистер уладит формальности. В этот момент рядом остановился ослепительный «Шевроле Корвет C8». Подтвердив номерной знак, автомобиль быстро проехал за ворота.

Когда юноша вышел, девушка не могла не пожаловаться:

– Говоришь, сюда неудобно приезжать на машине? Я знаю, что богатые люди в наше время заботятся о защите окружающей среды, но тебе не кажется…

Не дожидаясь, пока она закончит, Минло перебил ее:

– Я просто хочу провести с тобой больше времени.

За рулем он не смог бы держать Сяонань за руку, и, даже если путь займет чуть больше времени, ему было все равно.

Слова Мистера Сердцееда глубоко тронули ее. Пусть они не были очень милыми, но от них сердце девушки переполнилось нежностью. Ей захотелось стукнуть себя за жалобы.

Минло, не меняясь в лице, потянул Сяонань за руку и обнял за плечи. Эти двое шли как обычная парочка, не думая ни о чем и просто наслаждаясь друг другом. В это время дня вокруг было тихо, изредка мимо проходили жильцы, выгуливающие своих собак, но никто не обращал на ребят особого внимания.

Они зашли в лифт и поднялись на шестой этаж. Когда Минло открыл дверь квартиры, Сяонань поразилась, что в таком огромном помещении совсем не было мебели. Четыре комнаты, гостиная и кухня стояли совершенно пустыми.

– Почему ты ничего не обставил?

Девушка сняла обувь и прошла в одну из спален. Это оказалась главная спальня с собственной ванной комнатой. Здесь были кровать, стол и огромный шкаф. На столе лежал ноутбук, но, судя по всему, он появился совсем недавно, поскольку его еще не успели подключить к сети. Юная Мэн раздвинула шторы, и сразу стало намного светлее.

– Я купил квартиру только что, иначе уже давно бы привел тебя сюда, – сказал Минло, подойдя к столу и забарабанив пальцами по поверхности.

В гостиной не было даже дивана, но электричество уже полностью провели. Младший Сяо включил кондиционер, и температура в комнате резко упала. Сяонань поежилась и вдруг задумалась: «Парень привел девушку к себе домой… Когда они остаются наедине, мужчина обычно набрасывается на свою „добычу“, не так ли?»

Она взглянула на Мистера Сердцееда, который зашел в интернет и теперь с серьезным лицом смотрел на экран ноутбука. Подойдя к нему, девушка поняла, что тот как ни в чем не бывало изучает данные фондового рынка!

– Что ты делаешь?

Сяонань с недовольным видом села на кровать позади Минло.

«Неужели эти скучные графики интереснее меня? Я такая некрасивая?»

– Смотрю на акции. Недавно от нечего делать купил несколько, – сказал младший Сяо, доставая телефон, чтобы проверить статистику за предыдущие дни.

– А мне что делать?

Девушка уставилась на него убийственным взглядом, однако тот по-прежнему не отрывался от своих данных.

Спустя целую вечность Минло убрал телефон и повернулся к своей спутнице:

– Не хочешь поспать? У тебя синяки под глазами.

– А ты?

Вчера Сяонань и правда приехала в больницу довольно поздно, и все же сейчас у нее вряд ли получится уснуть, поэтому девушка легла на кровать и натянула на себя одеяло.

– Просто посижу рядом. Я тебя разбужу, спи, – ответил младший Сяо и, не глядя больше на нее, снова повернулся к ноутбуку.

У озорницы Мэн всегда были синяки под глазами, но она не видела смысла спорить и просто подчинилась. Пролежав так очень долго, Цзян Нань так и не заснула.

Чувствуя, что скоро сойдет с ума, она села и сказала:

– Что ты думаешь о Чуся и всем остальном? Как мы собираемся помочь ей?

– М? – не поворачивая головы, спросил Минло. – Помочь в чем? Что у нее случилось?

С тех пор как юноша узнал о болезни старшего брата, он целыми днями занимался только учебой и делами компании, а в перерывах находил время для Сяонань. Об амнезии друга ему было неизвестно.

Девушка откинула одеяло и посмотрела на Минло как на инопланетянина.

– Ты не знаешь, что Цилу потерял память? Хоть в курсе, что он вернулся в Китай?

Тот повернулся, встретился взглядом с юной Мэн и беспомощно сказал:

– Ты же знаешь, я все время работаю – у меня нет времени на светские беседы со знакомыми. Расскажи вкратце, что случилось.

Сяонань вздохнула, а затем выложила все, что пережили Цилу и Чуся, не забыв объяснить, почему отпросилась с занятий и как встретила Манькуй. Когда девушка закончила, Минло сидел в шоке. Он понимал, что возлюбленная отличается дерзостью, но никогда не стала бы шутить о таких вещах.

– Ты давно должна была сообщить мне об этом, – сказал младший Сяо, встал и подошел к окну. – Нашей малышке сейчас больше всего нужна поддержка, но у меня много дел в компании, с которыми надо разобраться, так что пока Чуся на тебе.

– Конечно, – опустила голову Мэн Сяонань. – Кто бы не нуждался в поддержке на ее месте?

Минло потрепал Сяонань по голове:

– Если Манькуй действительно будет учиться в академии, поменьше общайся с ней: она не тот человек, с которым стоит иметь дело. А я найду время и поговорю с Цилу. Ты же знаешь характер этого парня… Может выйти так, что ты окажешь Чуся медвежью услугу.

– Я дура, по-твоему? – с упреком взглянула на него Сяонань. – Не волнуйся, котелок у меня варит. Но если эта телезвезда посмеет издеваться над моей подругой, не гарантирую, что ничего с ней не сделаю.

Минло беспомощно покачал головой:

– Скоро выпускные экзамены, так что лучше удели побольше времени учебе.

## Глава 4. Панки атакуют!

Когда разговор зашел об учебе, Мэн Сяонань сразу же сдулась. В этом учебном году у них было целых восемь дисциплин, и девушке так плохо давалась математика, что она могла решать только тесты с несколькими вариантами ответов. Заставить ее лучше учиться было той еще задачкой.

– Ладно-ладно, занимайся своими делами, а я пойду поем. Все равно не могу уснуть. У тебя здесь больше нет ничего интересного, и я умираю от скуки. – Мэн Сяонань схватила свой телефон и подошла к двери.

Сяо Минло не стал ее останавливать. Он знал, что Мэн Сяонань из тех, кому не сидится на месте. К тому же у него оставались еще важные дела, поэтому он не мог пойти вместе с ней. Парень проводил ее и проинструктировал у входа:

– Не забудь номер квартиры – номер 502 в первом корпусе. Когда окажешься в ЖК, просто попроси охранника набрать мой номер.

Мэн Сяонань, конечно, страдала топографическим кретинизмом, но не в такой степени, чтобы этого не запомнить. Она нетерпеливо ответила:

– Корпус 1, квартира 502, запомнила. Только не разговаривай со мной как с ребенком.

Все супермаркеты в этом районе были чрезвычайно дорогими, и Мэн Сяонань, типичная представительница среднего класса, никогда не ходила туда за покупками. Выйдя за ворота ЖК, девушка проскочила к киоску, куда она часто заглядывала, и купила сигарету и бутылку воды. Она попросила у продавца прикурить, прислонилась к дверному проему и посмотрела вниз на лежащего на ступеньках маленького пуделя.

Волосы Мэн Сяонань теперь струились по спине. Модная стрижка в сочетании с изяществом движения, которым она подносила сигарету к губам, делали ее похожей на богиню или модель в одеянии школьницы.

Из-за того, что девушка много бегала на солнце, ее кожа не была такой уж белой, зато ее подтянутая фигура и длинные стройные ноги определенно привлекали внимание. Мимо нее прошли несколько парней с волосами, окрашенными в яркие цвета. Должно быть, они сбежали с пар в каком-нибудь профессиональном колледже. Каждый шел с сигаретой в руке, и вокруг них клубились густые облака дыма.

Увидев Мэн Сяонань, они невольно засмотрелись на нее, и один из парней с разноцветными волосами подошел к девушке и завязал разговор.

– Красотка, на тебе школьная форма, разве тебе не пора на занятия? – ухмыльнулся он. У него было грубое лицо, и, хотя уродом он не был, красавцем его тоже нельзя было назвать. При одном только взгляде на него на девушку накатила тошнота.

Она отвернулась, сделала легкую затяжку и медленно выдохнула, не собираясь отвечать на его вопросы. Заметив, что Мэн Сяонань не обращает на него внимания, несколько стоявших недалеко друзей парня загоготали и насмешливо засвистели.

– Братец Дунъюй, кажется, сегодня у тебя не лучший день… Ха-ха-ха-ха-ха-ха.

Парень хотел лишь произвести впечатление на красотку, но теперь стал мишенью для насмешек. Он мгновенно вскипел и схватил Мэн Сяонань за руку:

– Я с тобой разговариваю! Ты что, меня не слышишь?

– Прости, я задумалась и не расслышала, что ты сказал. – Девушка отдернула руку и слабо улыбнулась.

Увидев, что происходит, хозяин киоска поспешил заступиться за Мэн Сяонань:

– Не обижай ее, она же девочка.

– Чертов старикашка, тебе что за дело, что я ее обижаю? Я твой магазин разнесу, если будешь дальше языком чесать! – заорал парень на хозяина киоска. Тот, хотя и хотел помочь Мэн Сяонань, побоялся навлечь на себя неприятности.

Увидев, что мужчина сдался, парень достал свой телефон и сказал:

– Какой у тебя номер мобильного? Давай созвонимся позже.

У нее не было времени болтать с этими панками, поэтому девушка нетерпеливо шагнула в сторону:

– У меня нет с собой телефона. И мне нужно вернуться в класс.

– У тебя нет телефона? – нахмурился парень. Он протянул руку, выхватил телефон из руки Мэн Сяонань и демонстративно подбросил его в воздух, затем быстро поймал и несколько раз помахал им перед лицом девушки:

– Если его у тебя с собой нет, тогда это что?

Черт! Мэн Сяонань выругалась про себя и, сощурив глаза, оценила обстановку: парней было семеро, плюс один перед ней. Итого восемь. Даже если бы она была очень сильной, то смогла бы уложить только двоих из них. Бой был бы неравный, безнадежный…

– Верни мне мой телефон, а я скажу тебе свой номер. – Мэн Сяонань аккуратно забрала телефон из рук парня под его предостерегающим взглядом.

– Я предупреждаю тебя, не играй со мной! Назовешь неправильный номер – пожалеешь! – вскинул подбородок парень.

Он ждал, пока Мэн Сяонань заговорит, как вдруг девушка указала на землю и заорала:

– Говнюк!

Все парни посмотрели в ту сторону, куда указывала девушка, и увидели пуделя, который лениво наблюдал за ними. Они снова взглянули на Мэн Сяонань, но та уже бежала прочь.

– За ней!

Парень бросился в погоню, а за ним и его дружки.

Мэн Сяонань не могла побежать в сторону академии или дома Сяо Минло, потому что по пути ей бы пришлось пересечься с панками. Так что она просто бежала куда глаза глядят… Мэн Сяонань неслась, быстро соображая, какое направление выбрать. Если она не ошибалась, поблизости не было полицейского участка, а ближайшим местом, где она могла бы спрятаться, оказалась больница в центре города!

Там лежала Ань Чуся, с ней были Хань Цилу, его мать, поэтому там, конечно, много телохранителей, не говоря уже о том, что в больнице есть своя охрана. Там она с легкостью избавится от этих отморозков.

До центральной больницы было всего три-четыре остановки на автобусе, и девушка много занималась спортом, так что у нее должно было хватить выносливости, чтобы туда добежать.

Подумав об этом, Мэн Сяонань со всех сил рванула в сторону больницы. Шпана продолжала бежать за ней, но постепенно у них заканчивались силы.

– Лю Дунъюй, эта девчонка бежит слишком быстро, она как робот какой-то! Давай оставим ее в покое! – предложил один из парней с цветными волосами.

Лю Дунъюй понял, что друзья собираются отступить. Он повернул голову к ним и громко сказал:

– Посмотрите на себя! Если все узнают, что мы не можем догнать даже девчонку, как они нас будут уважать? А ну вперед!

Приятель, который бежал чуть позади него, вдруг вытянул руку и указал на что-то спереди. Лю Дунъюй выругался про себя.

– Что? – Парень развернулся и неожиданно врезался в стоящий перед ним велосипед.

Это была стоянка для общественных велосипедов, и, когда он задел один из них, все остальные рухнули в одну большую кучу. Лю Дунъюй вздохнул: на нем были короткие шорты, и, упав, он разбил себе коленки. Запачканные грязью и кровью, они выглядели довольно жутко.

– Ты в порядке, братец Дунъюй?!

Товарищи остановились, чтобы помочь парню подняться.

Лю Дунъюй встал и посмотрел в ту сторону, куда побежала Мэн Сяонань, но ее уже и след простыл. Он раздосадованно подумал: «Я должен быстрее поймать эту девушку!»

С этими мыслями он, не обращая внимания, куда нужно бежать, закричал:

– Что вы все столпились здесь? Бегите за ней! Я в порядке!

Только тогда шпана вспомнила о Мэн Сяонань и поспешно погналась за ней. Лю Дунъюй стиснул зубы и тоже побежал следом. Падение было не слишком мягким, и он невольно морщился от боли. Но его не покидала мысль, что он должен поймать эту девчонку!

К тому времени как она добежала до центральной больницы, Мэн Сяонань уже запыхалась, но парни, которые гнались за ней, были еще более крепкими и выносливыми, чем она, и упорно не отставали. Мэн Сяонань уже была в больнице, но шпана наступала ей на пятки. У девушки не было времени дожидаться, пока приедет лифт, поэтому она бросилась к лестнице.

Лю Дунъюй, конечно, не собирался так легко сдаваться и тоже побежал к больничной лестнице. Люди, не знающие, что происходит, глядя на агрессивную толпу молодых людей с крашенными в разные цвета волосами, бегущих в сторону больницы, могли бы подумать, что какого-то бандита с большой дороги покалечили на стрелке и теперь банда пришла его навестить.

Мэн Сяонань сломя голову помчалась на этаж, где лежала Ань Чуся, но – вот ведь незадача! – забыла, в какой она палате. Так что девушка побежала на другую сторону коридора, на ходу выкрикивая имя Ань Чуся.

Ань Чуся держала в руках арбуз, как вдруг услышала, что кто-то зовет ее, и сначала подумала, что ей послышалось. Потом голос стал звучать все громче и громче, он был очень похож на голос Мэн Сяонань. Она напрягла слух, положила арбуз на маленький столик на кровати, быстро разобралась с капельницей, наспех выдернув иглу из вены, и выбежала из палаты.

Ее палата находилась в другом конце коридора, и она выбежала как раз в тот момент, когда Мэн Сяонань подбежала к двери, задыхаясь и тыча пальцем назад:

– Они преследуют меня! Помоги!

Казалось, будто все вернулось к тому времени, когда над Мэн Сяонань часто издевались. Тогда Ань Чуся всегда первой вставала на ее защиту. После того как вчера ее развеселила лучшая подруга, сегодня она была в гораздо более приподнятом настроении; ее боевой дух просто зашкаливал.

Проследив направление, на которое указывала Мэн Сяонань, Ань Чуся увидела восемь молодых людей с крашеными волосами, уставившихся на них. А точнее – на Мэн Сяонань. Все восемь выглядели довольно мускулистыми. У девушек было мало шансов победить в одиночку, к тому же Мэн Сяонань совершенно выдохлась.

– Как тебя угораздило? Где ты откопала этих типов? – Ань Чуся не стала дожидаться ответа и продолжила: – Так уж вышло, что мамочка и остальные вернулись домой, а дворецкий Хань спустился вниз, чтобы проводить их.

Если бы мама была здесь, то двое крепких телохранителей-иностранцев смогли бы одним махом расправиться с этими восемью хулиганами. Но сейчас девушки боялись, что против этой шпаны у них нет шансов.

– Ой… – со всхлипом сказала Мэн Сяонань, – я думала, что твоя мама оставит для тебя телохранителей в палате, иначе я не прибежала бы сюда просить о помощи…

– …

Но ведь бежать в больницу казалось таким правильным и логичным решением… Если случилось несчастье, куда бежать, как не к врачам, которые всегда помогут?

– Ну, давай беги! Почему ты сейчас не бежишь? – злобно сказал один из парней, указывая на Мэн Сяонань. Лю Дунъюй тем временем подбежал к ним, прихрамывая и рыча от боли.

Увидев Ань Чуся рядом с Мэн Сяонань, он мрачно рассмеялся:

– А мне-то было интересно, зачем ты пришла в больницу? Значит, тебе понадобилась помощница! Только не слабовата ли она? Вдруг твоя сестричка пострадает?

## Глава 5. Хулиган – это…

От того, что сказал парень, сердце Мэн Сяонань пропустило удар.

Девушка посмотрела на Ань Чуся – та бесстрашно оглядывала Лю Дунъюя и компанию, и Мэн Сяонань упрекнула себя. Раньше Ань Чуся часто попадала из-за нее в неприятности; обе они были детьми из неполной семьи, и им с детства не хватало отцовской любви. Но Ань Чуся всегда храбро защищала подругу, словно старшая сестра.

Думая об этом, Мэн Сяонань начала еще больше винить себя. Она закусила нижнюю губу и сказала:

– Их слишком много, Чуся, ты еще не поправилась, возвращайся в палату и запри дверь!

– Что ты такое говоришь? – нахмурилась Ань Чуся. – Я не уйду! Это же больница, они не посмеют ничего сделать, правда?

Неожиданное скопление людей в коридоре уже давно привлекло внимание медсестер, которые позвали врачей, и большая группа персонала направлялась сюда.

– Будь умницей, пойдем с нами! Иначе твоя младшая сестра пострадает вместе с тобой!

Лю Дунъюй посмотрел на врачей, стоявших позади него. Он был простым старшеклассником, только учился не в элитном учебном заведении, а в обычной школе. Парень совсем не горел желанием вляпаться в неприятности, просто хотел поставить на место эту Мэн Сяонань. Кстати говоря, Лю Дунъюй впервые видел такую интересную девушку в… хорошей спортивной форме.

– Если вы посмеете вытворить что-то, я ведь могу и вызвать полицию! – пригрозила Ань Чуся и, понизив голос, прошептала на ухо Мэн Сяонань: – Расслабься, ничего они нам не сделают.

– Кто вы такие? – В коридоре вдруг появились врачи, за ними следовал десяток медсестер.

Лю Дунъюй немного запаниковал: он не хотел проблем на свою голову. Ему просто нужно было поговорить с Мэн Сяонань.

– Братец Дунъюй, что нам теперь делать?

Его дружки тоже были в растерянности. Ситуация принимала такой оборот, что ничем хорошим это закончиться не могло. Если они окажутся в полицейском участке, то родители изобьют их до смерти.

– Слушайте сюда! – хладнокровно скомандовал Лю Дунъюй. – Отведите их к лестнице вон туда. Быстро!

По приказу Лю Дунъюя шпана бросилась к Мэн Сяонань и Ань Чуся. В этот момент из лифта, проводив Цзян Юаньюань, вышел дворецкий Хань. Спиной к нему стояла Ань Чуся, которую он узнал сразу. Напротив нее стояли несколько молодых людей, с виду похожих на головорезов.

И тут дворецкий громко закричал:

– Лю Дунъюй, что ты делаешь здесь в такое время? Тебе пора в школу, сопляк!

Едва Лю Дунъюй услышал знакомый голос, его тело задрожало, и он молниеносно преградил путь своим дружкам.

Хотя парень давно его не слышал, он его не забыл. Кто же это мог быть, если не дворецкий Хань? Тот подошел ближе, окинул Лю Дунъюя свирепым взглядом, а затем подошел к Ань Чуся и спросил с беспокойством:

– Молодая госпожа, почему вы не у себя в палате? Капельница закончилась?

Как только Мэн Сяонань услышала вопрос дворецкого, то сразу же бросила взгляд на руку Ань Чуся. Из вены сочилась кровь, должно быть, потому, что Ань Чуся выбежала из палаты, услышав ее голос.

– Медсестра, скорее, помогите Чуся остановить кровотечение! – запаниковала Мэн Сяонань. Позабыв о Лю Дунъюе, она потянула за собой Ань Чуся и направилась внутрь палаты.

Когда медсестра вошла в палату, дворецкий Хань почувствовал облегчение, а затем переключил свое внимание на Лю Дунъюя, который стоял рядом с напряженным лицом. Он не ожидал, что девушка, с которой он пытался познакомиться, была знакома с дворецким. Если бы он знал об этом, то точно не подошел бы к ней с разговорами!

Он зря бежал так далеко, даже упал и заработал травму – и теперь еще дворецкий узнал, что он пропустил занятия! Дело дрянь! Парень поспешил отпустить своих дружков, потому что дворецкому не нравилось, что он общается со «всяким сбродом» и он не упускал случая назвать его товарищей «друзьями-шакалами».

Дворецкий Хань смотрел, как парни уходят, и уже собирался подойти и отругать Лю Дунъюя, когда Ань Чуся вдруг окликнула его из палаты:

– Хань, пусть он войдет.

Дворецкий, который привык выполнять приказы Ань Чуся, на миг застыл в нерешительности. Затем холодно сказал Лю Дунъюю:

– Следуй за мной.

Эти две девушки не хотели его отпускать! Парень выругался про себя и последовал за дворецким в палату. Запах дезинфицирующей жидкости там чувствовался гораздо слабее, чем в больничном коридоре, к тому же здесь царил аромат цветов. Лю Дунъюй огляделся и увидел множество букетов рядом с дверью ванной комнаты.

Он сразу же понял, что девушка, которая лежала здесь, была очень необычной.

– Тебя зовут Лю Дунъюй?

Ань Чуся сидела на кровати. Медсестра уже остановила кровотечение и поставила капельницу. Мэн Сяонань стояла рядом с подругой и с любопытством разглядывала молодого человека.

– Угу… – кивнул головой Лю Дунъюй и слегка повернулся, чтобы посмотреть на дворецкого, который стоял чуть в стороне.

– Хань, откуда вы его знаете? Если бы вы не появились, уж не знаю, что бы он со мной сделал! – зло сказала дворецкому Мэн Сяонань. Девушка ясно увидела, как от этих слов плечи парня сжались, как будто он до смерти боялся мужчины.

Хотя Мэн Сяонань не слишком хорошо знала дворецкого, она часто проводила время с Чуся, и Хань все равно хорошо относился к ней. Когда Мэн Сяонань спросила, дворецкий Хань рассказал о том, как связан с Лю Дунъюем.

Оказывается, мужчина рано потерял жену. До того как выйти за него, она уже один раз была замужем. От первого брака и родился Лю Дунъюй.

Однако ее здоровье ослабло, и женщина больше не могла иметь детей. Так что они вместе растили единственного сына.

Дворецкий всегда был предан семье Хань. Он редко возвращался домой, редко виделся с женой и не перевез ее жить в город А. Его отношения с мальчиком также были очень напряженными. После того как жена умерла от тяжелой болезни, дворецкий Хань потратил все сбережения, которые у него были, чтобы перевести Лю Дунъюя в школу в городе А.

Однако семья Хань даже не знала о существовании мальчика, поэтому, естественно, Лю Дунъюй не мог учиться в Императорской академии и дворецкому оставалось только устроить мальчика в школу по соседству.

Он редко навещал Лю Дунъюя и просто каждый месяц переводил деньги на его счет. Поэтому у парня со временем появилось много вредных привычек и его оценки оставляли желать лучшего.

Лю Дунъюй знал, что дворецкий Хань на самом деле любит его, но, в конце концов, им обоим не хватало общения, а Хань никогда не умел находить общий язык с родственниками. Так что отношения между ними не улучшались в течение многих лет, но, конечно, это был не худший сценарий. Будь на его месте кто-то другой, он бы не стал беспокоиться о жизни обузы-пасынка.

И теперь, когда Лю Дунъюя поймали за пропуском уроков, парень был очень напуган.

Хотя Хань в двух словах описал их историю, но Ань Чуся и Мэн Сяонань поняли, как тяжело было Лю Дунъюю, как ему не хватало внимания и любви. Девушки мигом прониклись симпатией к этому парню, и их прежняя неприязнь к нему сразу же исчезла.

– Так, значит, мы своего и не признали. Дунъюй, ты можешь приходить и проводить время со мной и Сяонань, если тебе станет скучно. Мы учимся в Императорской академии. – Ань Чуся дружелюбно улыбнулась и тайком потянула подругу за рукав.

Мэн Сяонань поспешно добавила:

– Мы с Дунъюем просто прикалывались, Хань, не воспринимайте мои слова всерьез. Не так ли, Дунъюй?

Мэн Сяонань подмигнула парню, и тот поспешно закивал головой.

Так как Ань Чуся рассказывала только хорошее о Мэн Сяонань, дворецкий не хотел ругать ни ее, ни своего пасынка, и его лицо смягчилось.

– Посмотрите, как вы оба вспотели! Идите и ешьте арбуз, его только что разрезали. А я не смогу его весь умять, если вы мне не поможете, – сказала Ань Чуся и помахала рукой Лю Дунъюю, жестом показывая, чтобы он подошел и тоже съел кусок.

Лю Дунъюй остался стоять на месте, на его лице читалось удивление.

– Молодая госпожа зовет тебя, так что иди к ней. А я пойду позвоню твоему учителю и отпрошу тебя на сегодня, – сказал дворецкий Хань, кивнул Ань Чуся, повернулся и вышел.

Как только он удалился, Лю Дунъюй стал вести себя намного естественнее и мелкими шажками подошел к кровати Ань Чуся, неловко произнеся:

– Спасибо вам. Если бы не вы, меня бы так страшно отругал отец! И, конечно, я должен извиниться перед вами.

– Правда? Где же братец Дунъюй, который совсем недавно вел себя как свирепый вожак стаи?

Мэн Сяонань специально подзадоривала парня, чтобы он перестал скромничать. Но бледное лицо Лю Дунъюя лишь слегка порозовело.

– Ладно тебе, если скажешь на пару слов меньше, никто не посчитает тебя за немую!

Видя, что Лю Дунъюй смутился, Ань Чуся поспешно велела Мэн Сяонань замолчать и протянула парню кусок арбуза.

После долгого бега ему очень хотелось пить, а арбуз был отличным средством для утоления жажды. Так что Лю Дунъюй не стал упираться и сразу взял кусок, вежливо ответив:

– Спасибо.

В то же время он был озадачен: после того как он откусил кусок арбуза, атмосфера окончательно разрядилась.

– Скажи, почему мой отец называет тебя «Молодая госпожа»? Разве ты не говорила, что тоже еще учишься?

Императорская академия была учебным заведением для элиты, о чем Лю Дунъюй, естественно, знал. Едва он задал этот вопрос, как осознал наконец, что Ань Чуся лежит в больнице, и про себя подумал: уж не беременна ли эта девушка от кого-то из семьи Хань? Вдруг здесь она лежит, чтобы сделать аборт?

В этот момент дверь палаты открылась. Ань Чуся подумала, что это вернулся дворецкий, но неожиданно у порога возник Хань Цилу. Температура на улице уже поднялась до тридцати градусов, и на лбу парня выступил мелкий пот.

## Глава 6. Внезапный визит Хань Цилу

Больше всех удивилась приходу Хань Цилу не Ань Чуся, а двое ее собеседников. Первой реакцией Мэн Сяонань было желание потереть глаза, чтобы убедиться, что это ей не привиделось.

Убедившись, что все происходит взаправду, девушка посмотрела на Ань Чуся, понизила голос и наклонилась к уху подруги:

– Разве он не помнит тебя? Не странно, что он пришел? Что он здесь забыл?

На этот вопрос та и сама не знала ответа. Ань Чуся только покачала головой, показывая, что тоже ничего не понимает.

– Что ты здесь делаешь?

На Хань Цилу красовалась дизайнерская одежда дорогих брендов, которая абсолютно не сочеталась с громадным арбузом, который он держал в руках. И этот вопрос парень адресовал Лю Дунъюю.

Это заставило Ань Чуся задуматься. Разве дворецкий не сказал, что никто в семье Хань не знал о существовании Лю Дунъюя? Тогда откуда Хань Цилу с ним знаком?

Видимо, и сам Лю Дунъюй не понимал, откуда Хань Цилу, молодой господин Хань, знает его. Ведь они почти никогда не пересекались. Вдруг воспоминания захлестнули его, словно прилив.

– С этого дня папа не будет забирать тебя после школы, ты будешь ходить по этой дороге сам. Потом будешь возвращаться в дом, который я снимаю для тебя. А когда проголодаешься, будешь ходить есть в ресторан быстрого питания напротив дома или заказывать еду на дом, – сказал молодой дворецкий Хань мальчику лет десяти.

У мальчика были большие кроткие глаза, и он смотрел на дворецкого с грустью, но в то же время с некоторым страхом.

– Почему папа не будет приезжать за мной? – набравшись мужества, спросил маленький Лю Дунъюй. – Разве папа больше меня не любит?

– Как папа может перестать любить Дунъюя? – горько улыбнулся дворецкий Хань. – У папы много работы. Теперь молодого мистера Цилу будет забирать и отвозить твой папа. Здесь недалеко, ты будешь возвращаться домой сам. Когда придешь домой, не хулигань и делай уроки. Ты можешь поиграть только после того, как сделаешь все, что задали в школе. А если тебе что-то понадобится, обратись к тетушке Ван, она живет в соседней квартире.

Лю Дунъюй понимающе кивнул и поправил рюкзак на плече:

– Так когда я смогу увидеть папу?

Дворецкий Хань на мгновение замер, а затем присел на корточки перед мальчиком и поправил на нем школьную форму:

– Папа придет к тебе, как только освободится. Не забудь сказать одноклассникам, что папа – дворецкий семьи Хань, чтобы у тебя не возникало неприятностей.

– Дунъюй все понял. – Лю Дунъюй грустно кивнул головой, словно выброшенный на улицу котенок. Заметно было, что на его глазах наворачиваются слезы. Но дворецкий Хань не мог больше оставаться рядом.

Сев в машину, дворецкий выдал Лю Дунъюю последние инструкции:

– Если у тебя нет денег – сходи в банк. Ты помнишь пароль?

– Помню, – ответил Лю Дунъюй, но машина уже сорвалась с места. Он стоял на месте и смотрел, как машина дворецкого удаляется от него, потом заезжает за угол и наконец исчезает из виду. Его сердце быстро билось. Он поспешил следом, но как можно было отыскать машину отчима в бурном потоке машин?

Лю Дунъюй, который еще учился в начальной школе, с большим рюкзаком за плечами в одиночестве шел к своей съемной квартире. В свете уличных фонарей его силуэт растягивался, словно он был циркачом на ходулях, что выглядело немного забавно в глазах окружающих.

Школьник решил пойти домой после ужина в ресторан быстрого питания недалеко от дома. Дворецкий Хань заранее побывал здесь и проинструктировал хозяина заведения. Когда тот увидел Лю Дунъюя, идущего домой, он догнал его, вручил ему пакет молока и сказал:

– Твой отец сказал мне напомнить тебе, чтобы ты сделал все уроки, прежде чем идти играть, и пораньше ложился спать.

– Я знаю, спасибо, дядя.

Лю Дунъюй вежливо взял молоко и вышел из ресторана, чтобы в одиночестве вернуться в съемную квартиру. Позади него раздались голоса работников ресторана, которые говорили о нем с жалостью. Мальчик ускорил шаг, не желая больше слушать, как его жалеют.

Рассудительный и благоразумный не по годам Лю Дунъюй вернулся домой, сделал уроки и лег на диван в гостиной, чтобы посмотреть телевизор. На разных каналах крутили много забавных мультфильмов, но он не мог заставить себя смотреть ни один из них.

Он сидел у окна, смотрел в темноту ночи и мечтал стать тем молодым мистером Цилу, о котором говорил его отец. Тогда он мог бы проводить с папой весь день напролет. Но даже в таком юном возрасте он уже понимал, что такое «судьба».

Судьба привела его в этот шумный город, чтобы он увидел то, что и не надеялся увидеть. Судьба же привела его в эту не слишком маленькую, но такую холодную съемную квартиру.

Хань Цилу узнал Лю Дунъюя не потому, что был знаком с ним, а потому, что тот, выведав, в какую начальную школу ходит Хань Цилу, каждый день после уроков со скоростью света несся в начальную школу, в которую ходил молодой мистер. Там он пользовался возможностью украдкой взглянуть на своего отчима – того самого, который хоть и не уделял ему слишком уж много ласки и любви, но привил любовь к азартным играм, дал ему стабильную жизнь, которую не смог бы обеспечить родной отец-игроман.

Но шансы увидеть дворецкого Хань были очень малы: школы, где учились мальчики, находилась слишком далеко друг от друга, и часто, когда Лю Дунъюй, задыхаясь, прибегал ко входу в начальную школу Хань Цилу, та была уже закрыта.

Из-за этого у Лю Дунъюя появилась дурная привычка – прогуливать уроки.

Он тайком сбегал с последнего урока, прятался в углу и тайком наблюдал, как его отец выходит из роскошной машины, почтительно ведет к ней подростка его возраста, а затем они вместе уезжают вдаль.

Это продолжалось до окончания школы, когда Хань Цилу случайно увидел мальчика, который наблюдал за ним и дворецким, скрючившись в углу и тихо плача. Этим мальчиком и был Лю Дунъюй.

До окончания школы он видел Лю Дунъюя очень мало, но этот странный подросток произвел на Хань Цилу неизгладимое впечатление. И хотя у Лю Дунъюя было по три серьги в каждом ухе, а его волосы были выкрашены во все цвета радуги, молодой мистер все равно сразу узнал его.

Лю Дунъюй ошарашенно смотрел на Хань Цилу. Он явно не думал, что этот молодой мистер узнает его. Парень протянул руку и, округлив глаза, указал на себя:

– Ты это мне?

– Я видел тебя раньше. – Хань Цилу замялся на секунду и добавил: – Много раз.

– Он сын дворецкого Хань, – поспешила представить их друг другу Ань Чуся.

Хань Цилу не помнил о том, что у дворецкого был сын. Он подошел чуть ближе и спросил приглушенным голосом:

– Он тоже нарисовался в те месяцы, о которых я ничего не помню?

Нарисовался? Значит, она тоже «нарисовалась» перед Хань Цилу?

Ань Чуся почувствовала легкую боль в груди, но все же ответила тихо:

– Нет, я только сегодня узнала, что у дворецкого Хань есть сын.

Мэн Сяонань, которая стояла в стороне, почувствовала, что ситуация становится довольно неловкой. Чтобы разрядить атмосферу, она спешно указала на большой арбуз в руке Хань Цилу и спросила:

– Мистер Цилу, зачем тебе такой огромный арбуз?

Только тогда Хань Цилу вспомнил, зачем он пришел в больницу, и уже собирался поставить и нарезать принесенную ягоду, когда увидел несколько кусков другого арбуза и цветы на маленьком столике у больничной койки Ань Чуся, и его глаза потемнели. Он не хотел оставаться дома, ему было скучно. Сян Манькуй только что вернулась на родину, в свой старый дом, и какое-то время ей было не до него. Он катался на машине, а когда увидел, что у дороги продают арбузы, выбрал самый большой и принес его в больницу.

Когда Мэн Сяонань задала ему свой вопрос, выражение Хань Цилу стало еще мрачнее. Он прямо положил арбуз на пол и ответил:

– По пути купил.

Но на самом деле место, где он купил арбуз, находилось более чем в получасе езды от центральной больницы. К тому же на дороге в центре города были пробки и множество светофоров. Так что ему потребовалось больше часа, чтобы добраться до больницы.

Он и сам не знал, почему так ответил.

– Спасибо…

Ань Чуся поблагодарила его, давая понять, что этим «спасибо» хочет выставить между ними границы.

– Ой! Вот я глупая! Мистер Цилу, присаживайся! На улице, наверное, жарко, отдохни немного.

Мэн Сяонань принесла стул для молодого человека.

Хань Цилу не удивился, что Мэн Сяонань его знает, ведь она была одета в школьную форму Императорской академии. Все было и так ясно, но он все равно сел и вежливо спросил:

– Ты подруга Чуся?

Он назвал имя Чуся и сам удивился, насколько естественно оно прозвучало из его уст.

Когда он задал этот вопрос, Мэн Сяонань поняла, что Хань Цилу действительно потерял память и не помнит ее.

– Чуся – моя младшая сестра. Надеюсь, ты будешь хорошо к ней относиться, – спокойно произнес Хань Цилу, но Мэн Сяонань после его слов изменилась в лице.

Хотя девушка всегда боялась Хань Цилу, на этот раз она была готова пойти на все ради Ань Чуся! Она смело посмотрела на молодого человека и сказала:

– Разве наша Чуся не встречается с вами, господин Цилу? Как получилось, что теперь, когда ты вернулся из Америки, она стала твоей сестрой? Чтобы спасти тебя, Чуся носилась по лесу день и ночь и в конце концов упала в обморок от изнеможения.

После слов Мэн Сяонань Хань Цилу невольно вспомнил картинку в новостях, которую увидел вчера, пока искал информацию об Ань Чуся на планшете Цзян Юаньюань. Фотография запечатлела крупным планом девушку, всю в ссадинах, изможденную, обнимающую его обмякшее тело.

Его сердце дрогнуло, но он вспомнил, как Сян Манькуй заботилась о нем, пока он был в Америке.

Проклятье! Как он мог думать о другой женщине, кроме Сян Манькуй? Хань Цилу с ненавистью дал себе пощечину, поднял глаза и холодно сказал Мэн Сяонань:

– Я благодарен ей, поэтому отношусь к ней как к сестре. Но у нас все в прошлом.

У нас все в прошлом…

Эти слова эхом отдавались в голове Ань Чуся. Но на этот раз она не заплакала, а слегка скривила уголки рта. Выражение ее лица стало очень упрямым.

– Мэн Сяонань, хватит. Что бы там ни было… господину Цилу и так тяжело приходить в больницу. Не говори того, что ему неприятно слышать.

Слова были произнесены словно бы с насмешкой. Хань Цилу сжал челюсть, но больше ничего не сказал. Невольно он чувствовал, что чем-то обязан Ань Чуся, но помимо этого было еще какое-то странное чувство, и он не мог сказать, что это.

## Глава 7. Воспоминания Лю Дунъюя

– Но ведь…

Мэн Сяонань все еще хотела защищать подругу, но Ань Чуся взглядом велела девушке замолчать.

Они ожидали, что Хань Цилу скоро встанет и уйдет, но, к удивлению Ань Чуся, Хань Цилу продолжал сидеть на больничном стуле и играть в игру на телефоне.

Лю Дунъюй, который все это время молчал, из разговора Мэн Сяонань с Хань Цилу понял, что между Ань Чуся и молодым господином что-то есть и это что-то очень странное. Но ему, как постороннему человеку, не хотелось вмешиваться, поэтому он встал и сказал:

– Ну, мне пора.

Когда Ань Чуся вслух сказала, что Лю Дунъюй – сын дворецкого Хань, то Хань Цилу сразу осознал, почему, когда дворецкий приходил забирать его, мальчик всегда наблюдал за ними из-за угла.

Когда Лю Дунъюй сказал, что уходит, молодой мистер никак не отреагировал: он всегда одинаково равнодушно относился к незнакомцам. Но Ань Чуся действительно была некоторым исключением.

– Эй, подожди, я пойду с тобой.

Мэн Сяонань поняла, что нужно дать им возможность побыть вдвоем. К тому же если она не вернется, то Сяо Минло наверняка будет тревожиться и искать ее. Поэтому она поспешно помахала Ань Чуся рукой на прощанье и быстро вышла вслед за Лю Дунъюем из палаты.

Вспомнив, как он обошелся с Мэн Сяонань, Лю Дунъюй почувствовал, как от стыда лицо заливается краской. Он не стал больше ничего говорить, вышел из палаты и встал рядом с дворецким, который разговаривал по телефону, ожидая, когда тот закончит разговор.

Дворецкий стоял у двери в палату со стаканом горячей воды, не зная, что туда зашел Хань Цилу. Увидев Лю Дунъюя, Мэн Сяонань тоже замерла у двери палаты и принялась ждать.

– Прошу прощения за доставленные неприятности, но я все еще надеюсь, что вы будете и дальше присматривать за Дунъюем. Вы знаете о положении нашей семьи, поэтому, пожалуйста, позаботьтесь о нем, учитель.

На другом конце провода был классный руководитель Лю Дунъюя. Учитель рассказывал отцу о плохой успеваемости сына в школе. Дворецкий выглядел намного более опечаленным, чем обычно. Мужчина положил трубку, но ничего не сказал, просто держался за угол стены и тяжело вздыхал.

– Папа… – осторожно сказал Лю Дунъюй. – Мне так жаль…

– Можешь вернуться после обеда, я уже отпросил тебя у твоего классного руководителя.

Дворецкий Хань никогда не ругал Лю Дунъюя, но каждый раз, когда сын попадал в беду, он молча оказывался рядом. Мужчина не был особенно высоким или крепким, но на нем, как на глыбе, держалось все детство мальчика.

# Сноски

1

«Половое созревание» – китайская молодежная комедия 2011 года с Чжао Ихуань и Ван И в главных ролях.

2

«Искусство войны» – древнекитайский трактат, посвященный философии, искусству военной стратегии и политике, написанный Сунь-цзы в VI веке до н. э.

3

Человек из низкого сословия, который быстро разбогател.