Анна Пашкова
Сказка на ночь

Сказка на ночь

«Мамочка, расскажи про принцессу» – ласково прижимаясь, просила дочурка.

«А я хочу про пиратов и чтобы чудовища были» – сын сделал пару взмахов деревянной саблей и издал грозный вопль.

«На ночь ни каких чудовищ» – строго сказал отец, не отрывая взгляд от разложенных на столе документов.

Лилиан погладила медные волосы дочери и расслабленно откинулась в кресле. За окном бушевала непогода, лето в этом году было холодное и дождливое, но это не печалило женщину. Вечерами они собирались в библиотеке: супруг разбирал письма и документы, а дети играли и слушали сказки.

Ненастная погода напомнила ей об одной истории, услышанной в юности.

Бережно переложив спящего младенца на другую руку, Лилиан попросила мужа подать с полки книгу. Убедившись, что дочь укутана пледом, а сын смирно устроился на диване, она начала рассказ».

***

В стародавние времена жила была девушка и звали её Мари.

Мари была сирота и воспитывалась в доме тётушки. Когда же старушка умерла, девушке пришлось пойти в город, в поисках работы, но дело это было не простое.

Сейчас женщины работают кем угодно, а тогда выбор был не так велик. Девушку могли нанять гувернанткой, сиделкой, служанкой или прачкой.

Многозначительный смешок за спиной сообщил, что супруг знает ещё несколько профессий, доступных женщинам в любые времена, но Лилиан проигнорировала сарказм мужа и продолжила рассказ.

Сердобольные соседи посоветовали ей отправиться в город, уверяя, что в бюро трудоустройства она сможет справиться с работой служанки или даже сиделки.

На улице была промозглая предосенняя погода. Тусклый солнечный свет едва проникал между каменных домов, тяжёлые запахи и грохот повозок пугали Мари, она прижимала к груди маленький узелок с вещами и старалась обходить группки подозрительных людей.

Не решаясь спросить дорогу, девушка всё утро бродила по узким улочкам. Она проголодалась, продрогла, насквозь промочила ноги и едва не потеряла надежду, когда наконец заметила почерневшую от дождей деревянную вывеску бюро.

На внушительной деревянной двери не было молотка, Мари тихонько постучала и не дождавшись ответа осмелилась войти.

Вдоль узкого коридора стояли грубо сколоченные деревянные лавки, толкались и гомонили женщины. Тщательно отряхнув ботинки, девушка вошла, скромно потупив взор и плотно прикрыла за собой дверь. В помещении было душно и шумно, соискательницы занимали очереди в разные кабинеты, обсуждали работодателей и последние городские сплетни. От духоты и криков у Мари закружилась голова, женщины так громко говорили, что было не уразуметь, ругаются они или просто беседуют. В сутолоке девушка совсем растерялась, не понимая, в какую комнату ей нужно попасть и за кем следует занять очередь.

Наступив одной из женщин на ногу, Мари отпрянула и низко опустила голову, слушая поток брани, судорожно кусая нижнюю губу она чувствовала, как наворачиваются непрошенные слёзы. Не встретив отпора тучная скандалистка внимательнее пригляделась к девушке и наконец успокоившись, миролюбиво похлопала её по плечу: «Ну что ты милая, я же это не со зла, с кем не бывает».

Мари, шепча извинения, попятилась к выходу, но крепкая рука женщины не позволила ей сбежать.

«Куда ты пташенька? Говорю же, не хотела я тебя обидеть. Чего глаза на мокром месте?»

Многие простые люди имеют одну неприятную черту: у них полностью отсутствует тактичность. Воспитанный человек стесняется спрашивать о личных невзгодах, боится оскорбить собеседника. Новой знакомой не было известно понятие «смущение» и «личные границы», она тщательно расспросила девушку, а затем начала обсуждать с товарками, как бы помочь милой крохе.

Мари чувствовала себя в эпицентре военных действий, женщины кричали, спорили, даже иногда толкали друг друга. Но что удивительно, навязчивая благодетельница ухитрялась слушать и говорить со всеми одновременно. «Кайра, Кайра, а это далёко?» – в другом конце коридора послышался невнятный ответ – «Мужик же, не опасно будет? Ты посмотри на неё, какой бутончик» – женщина окинула Мари взглядом и громогласно продолжила обсуждение.

Наконец, приняв решение она сообщила испуганной девушке: «Значит так, здесь тебе делать нечего. Прачкой, служанкой ты долго не протянешь. Сейчас пойдёшь вон к той тётушке, видишь?» – она махнула куда-то в даль коридора и встретив растерянный взгляд подопечной уточнила – «Это Кайра. Такая тощая, с косыми глазами, одета в серое платье и фартук с петухами» – заметив робкий кивок, женщина продолжила – «Хозяйка Кайры сейчас ищет для престарелого дядюшки сиделку. Не бойся, дед старый, как Санрийские горы и очень чудной. Характер у него не медовый: склоки на пустом месте устраивает и по чём зря прислугу бранит, но тебе ж не детей с ним растить. Ты ему не перечь, просто кланяйся и соглашайся, это всем старикам нравится.» – женщина вздохнула и благословила девушку Светлым знаком – «Всё, иди милая и ничего не бойся!» – она легонько толкнула Мари в нужном направлении.

Девушка хотела о многом расспросить непрошенную благодетельницу, но постеснялась и промямлив благодарность начала проталкиваться сквозь толпу.

Собеседование

Стоя в полутёмной прихожей, Мари смущённо теребила котомку¹ с вещами и размышляла, как произвести на хозяйку наилучшее впечатление. Что нужно сказать? Стоит ли снять поношенный плащ или лучше оставить? В плаще она казалась себе солиднее и старше. С другой стороны, сегодня на ней было лучшее муслиновое платье с корсетом, а тётушка Агнес всегда говорила, что благодаря корсету женщина выглядит достойно и презентабельно. Мари начала расстёгивать пуговицы плаща, но передумала. Никто не предлагал ей снять верхнюю одежду и такое самоуправство хозяйка может расценить, как дерзость. Что бы скрыть стеснение, Мари опустила голову и стала внимательно рассматривать истрёпанные мыски своих ботинок.

«Пойдём, госпожа ждёт тебя» – полня женщина в белоснежном накрахмаленном чепце повела девушку в господскую часть дома.

Следуя за экономкой, Мари совсем оробела. Дубовые двери, покрытые резьбой и золочением, стены, обтянутые расписным щёлком, лепнина и десятки ажурных подсвечников будто кричали: "я такой дорогой и великолепный, посмотри на меня". Остановившись перед дверью, в ожидании приглашения, она с любопытством разглядывала зеркальную створку, в золочёной раме. Из отражения на неё испуганно смотрела бледная голубоглазая девушка в сером поношенном плаще, она ссутулилась и судорожно перебирала, покрасневшими на ветру пальчиками, тряпичный узелок. В окружении блеска и роскоши, Мари казалась себе чуждой и неуместной.

После приглашения, девушка робко протиснулась в приоткрытую дверь и невольно остановилась, не решаясь наступить на белоснежный ковер, расшитый золотой нитью.

«Здравствуйте, госпожа Монс» – вежливо поздоровалась она, присев перед хозяйкой в книксене. Полная женщина вальяжно разместилась в огромном кресле. Массивную фигуру, облачённую в шёлковое платье, покрывали волны кружев и рюшей. Госпожа внимательно рассмотрела Мари и удовлетворившись увиденным, приказала принести девушке стул.

«Мисс Астар, будьте добры рассказать, почему Вы решили, что подходите для этой работы» – резкий голос хозяйки заставил Мари нервничать ещё сильнее, тон госпожи будто обвинял девушку в наглости и некомпетентности.

«Моя тётушка долгие годы болела, я помогала ей в быту и лечении, вела хозяйство. Грамоте я обучена, умею читать и писать» – Мари собрала всю смелость, крепко сжала ткань мешочка на коленях и подняв глаза, искренне пообещала – «Если Вы наймёте меня, то обещаю честно выполнять работу, ежели чего не знаю или не умею, то обязательно научусь. Я буду очень, очень стараться.»

Не выдержав взгляда госпожи Монс, Мари опустила глаза и смущённо покраснела от собственной горячности.

«Что ж, хорошо, работа эта не сложная и много ума тут не требуется, Вы вполне подходите для неё.» – сообщила Изабелла Монс – «Приступайте завтра, оклад два шиллинга».

Девушка удивлённо посмотрела на хозяйку, в тётушкином доме кухарка получала шесть шиллингов, а они были совсем не богаты. Мари хотела спросить, почему оклад так мал, но смущение не позволило задать вопрос.

«Мой родственник, Виктор Мур, проживает в пригороде Лирты» – сообщила хозяйка, лениво обмахивалась веером – «Он очень стар и совсем выжил из ума. Виктор приходится двоюродным братом моей покойной бабки, поэтому, из милосердия, я не могу оставить старика без присмотра.» – госпожа Монс тяжело вздохнула – «Раньше он был врачом, даже книжонку какую-то написал, теперь же совсем впал в маразм. Мур потерял связь с реальностью и продолжает бесполезные опыты. Эти игры с пробирками требуют дорогостоящих ингредиентов, но отказать ему в последней радости я не смею.»

Мари стало стыдно за дурное впечатление и непочтительные мысли о хозяйке, девушка смотрела на госпожу и искренне сочувствовала ей, восхищаясь душевным благородством неприятной дамы – «Дом дядюшки обеспечен всеми удобствами, так же в доме есть экономка и другие слуги. Вы будете жить на полном содержании, поэтому два шиллинга более чем щедрая плата» – заявила Изабелла Монс – «Ваша работа будет заключаться в сопровождении старика, так же Вы должны следить и регулярно докладывать мне: чтобы экономка – экономила, а слуги не воровали, но самое главное» – женщина приподнялась и грузно наклонилась над замершей на стуле Мари – «Вы должны регулярно докладывать мне о каждом визитёре, особенно поверенных лицах и нотариусах. Вам всё понятно?»

Невольно отпрянув, Мари судорожно сглотнула: «Конечно, госпожа. Я буду следить за самочувствием Вашего дядюшки, постараюсь обеспечить ему комфорт и …» – девушку оборвал взмах веера.

«Он слишком стар для сохранения здоровья, комфорт обеспечат слуги. Ты должна держать меня в курсе событий, поняла?» – госпожа Монс окинула девушку неодобрительным взглядом – «И имей в виду, если он тебя вышвырнет, то денег не получишь».

Увидев испуг в глазах Мари, госпожа Монс удовлетворённо улыбнулась. Девчонка была обучена грамоте, при этом глупа и проста характером. От такой сиделки не нужно опасаться интриг, для лукавства у мисс Астар не хватит умишка и хитрости.

Новый дом

На следующий день повозка с ингредиентами и новой сиделкой мистера Мура отправилась в путь. Извилистая дорога в Лирту была покрыта лужами и ухабами, телегу нещадно трясло, заставляя позвякивать содержимое надёжно закрепленных и бережно укрытых коробок.

Кучер сказал, что они приедут в Лирту до заката, но солнце уже село, а дороги не было видно конца. Притулившаяся на запятках Мари зябко куталась в тонкий плащ, щёки девушки нещадно горели от щедрых оплеух студёного ветра, ноги замёрзли, а живот урчал, требуя пищи. Утром Кайра заботливо завернула ломоть хлеба и кусок сыра, но теперь голод терзал продрогшую путешественницу.

Мисс Астар впервые так далеко уезжала от дома. Порывистый ветер зловеще качал деревья, заставляя её испуганно вжимать голову в плечи. В начале пути Мари любопытно оглядывалась, но вскоре, измученная тряской, уткнула нос в котомку с вещами и закрыла глаза. На поворотах она изо всех сил цеплялась за оглоблю, боясь выпасть из телеги.

«Я просто сижу, а кучеру нужно управлять лошадью.» – корила себя за малодушие Мари– «Бедная лошадка, ей тоже холодно, она устала и промокла, но безропотно везёт нас». Пытаясь сохранить тепло, девушка подоткнула подол юбки, подняла голову и увидела могучие дубы, ровными рядами высаженные вдоль аллеи, заслоняющие потемневшее хмурое небо. Они прибыли в усадьбу мистера Мура.

Тяжело гружёная повозка остановилась и Мари начала огладываться. Дом производил гнетущее впечатление, массивное строение тёмным пятном возвышалось над промёрзшей девушкой.

«Мисс, мы приехали, спускайтесь» – голос кучера невнятно прозвучал сквозь стылую морось дождя.

Мари попыталась слезть с телеги, но жалобно вскрикнула: от неподвижности и холода ноги затекли, и теперь не желали разгибаться. Путешественница испуганно посмотрела на полную женщину, вышедшую с зонтом на ступени. Экономка руководила разгрузкой коробок и, встретив взгляд девушки, сурово прикрикнула: «А ты чего расселась? Слезай и марш в дом, обсыхать!» – подойдя ближе, женщина заметила жалкие попытки Мари спуститься и сразу же устремилась на помощь.

«Ну что ты милая, нельзя же так! Совсем продрогла и плащик тоненький!» – экономка пыталась прикрыть девушку зонтом, но поняв тщетность усилий, отложила его в сторону. «Пойдём, моя хорошая, обопрись на меня» – бережно помогая подняться по ступеням, она заботливо открыла входную дверь – «Снимай плащ, не стесняйся. Ох, совсем продрогла, голубушка. Как тебя зовут?»

«Меня зовут Мари Астар, я новая сиделка». – губы едва слушались, но девушка старалась не дрожать и отвечать достойно.

«Я Эмма Браун, экономка в доме мистера Мура. Пойдём, тебе срочно нужно умыться, переодеться в сухое и …»

«Что тут происходит? Почему сквозняк?» – скрипучий старческий голос опередил хозяина. Из коридора послышалось шарканье и появилась сутулая худая фигура седого старика.

«Миссис Браун, что за сырость Вы тут развели?» – тяжело опираясь на деревянную трость, он сверлил взглядом застывших в прихожей женщин.

«Мистер Мур, позвольте представить, это милая девушка Мари Астар – Ваша новая помощница» – вежливо представила экономка.

Мари распрямилась и низко склонилась в почтительном книксене, чувствуя, как сводит онемевшие ноги – «Здравствуйте, мистер Мур. Рада с Вами познакомиться».

Старик внимательно разглядывал хрупкое, бледное создание, с посиневшими от холода губами.

«С чего бы тебе радоваться? А? Что ты тут радостного увидела? Изабелла, стерва, на этот раз решила ещё больше сэкономить, наняла ребёнка соглядатаем» – мистер Мур звонко стукнул тростью об пол – «Дайте ей горячего супа и имбирной настойки. Сама кожа да кости, так ещё и сопливая станет» – старик зашаркал обратно, продолжая злобно бурчать себе под нос.

«Пойдём наверх милая. Видишь, как удачно, ты очень понравилась господину Муру» – Эмма повела девушку по деревянным ступеням на второй этаж.

«Понравилась? Кажется, он меня не одобрил» – растеряна ответила Мари.

«Не одобрил»? – рассмеялась экономка – «Двух прошлых претенденток он даже не пустил на порог, а третья проработала менее суток. Нет, девочка, он тебя одобрил и даже приказал позаботиться о здравии.»

«Это потому что сейчас вечер и на улице непогода» – пробормотала девушка, опасаясь, что завтра утром ей укажут на дверь.

«О нет. Если бы ты не понравилась господину, то дождь, град или вьюга, не стали бы препятствием. Он выставил бы тебя на улицу не задумываясь. Возможно позволил переночевать в конюшне, но не более того.» – миссис Браун хотела успокоить несчастную девчушку, но Мари ещё больше испугалась, она полагала, что едет помогать беспомощному старику, будет облегчать последние дни его жизни, а попала в логово жестокосердного злодея.

Знакомство

Мари проснулась рано. Просторная комната с огромным окном была наполнена ярким солнечным светом, лучи ласково прикасались к кремовым обоям, дубовому гардеробу, пышному балдахину над кроватью. Девушка скользила взглядом по комнате, наслаждаясь мягкостью пуховой перины и чувством блаженного покоя.

«Надо вставать, а то мистер Мур сочтёт меня лентяйкой» – тревожная мысль заставила мисс Астар выбраться из-под одеяла.

Завтрак проходил в весёлой атмосфере, слуги подшучивали друг над другом, обсуждали местные сплетни и новости.

«Вы представляете на запятках! Даже не в почтовой карете» – экономка со вкусом, в лицах расписывала вчерашний приезд Мари.

«Изабелла, старая карга, совсем от жадности из ума выжила» – поддержала кухарка – «Живёт от милости господина Мура, так ещё на его нуждах экономит».

«Госпожа Монс сказала, что ингредиенты обходятся очень дорого» – Мари пыталась защитить нанимательницу, но встретила яростный отпор.

«Дорого обходятся? Нет, вы слышали!» – миссис Браун поперхнулась какао и решительно вытерев лицо, резко повернулась к девушке – «Слушай меня внимательно, девочка. Всё благоденствие четы Монс зависит от состояния нашего господина. Они же всё время из него деньги сосут! Сама Изабелла в жизни пальцем не пошевелила. Её муженёк своё наследство в карты спустил, а сыночек только за юбками и таскается. И не нужно так на меня смотреть» – женщина хлопнула ладонью по столу и отмахнулась от успокаивающей её кухарки – «Нет, Молли, пусть слушает! Наш господин, конечно не сахар. Характер у него крутой, скоро сама узнаешь, но честное имя и достаток он заработал сам, в этом его попрекнуть никто не посмеет.»

«Эмма, успокойся» – седая кухарка похлопала миссис Браун по руке – «Не пугай красавицу, она поживёт немного, оглядится и сама всё поймёт» – женщина повернулась к притихшей Мари – «Ты главное постарайся на него не обижаться. Иногда господин Мур серчает, но такое со всеми стариками бывает. Просто слушай и делай, что он говорит.» – девушка молча кивнула и подумала, что к такой жизни ей привыкать не нужно. С детских лет она кивала и делала, что говорят. Просто теперь это будет не тётушка Агнес, а господин Виктор Мур.

В одиннадцатом часу Мари пригласили в библиотеку.

Едва переступив порог, девушка замерла, удивлённо оглядывала огромное помещение, наполненное светом. Комната объединяла два этажа, наружная стена была полностью остеклена, деревянные рамы сплетались в причудливые стрельчатые узоры, отбрасывая кружевные тени на стеллажи, огромный стол и мягкие кресла. Стены, словно состояли из книг, а небольшие винтовые лесенки позволяли подняться на галерею второго этажа, украшенную деревянной резьбой.

Мистер Мур сидел около окна, за массивным столом из красного дерева.

«Доброе утро, мисс Астар, присаживайтесь» – старик указал девушке на удобное кресло рядом с письменным столом.

«Здравствуйте, господин Мур» – чувствуя себя не уверенно под пристальным взглядом, Мари присела на краешек кресла и дрожащими руками расправила складки платья.

«Ну что ж, давайте знакомиться. Расскажите, пожалуйста, о себе» – голос хозяина был спокойным, размеренным и словно давал понять – всё в порядке, не беспокойся.

«Меня зовут Мари Астар, родилась в небольшом городке близ Санора. Когда мне было десять лет погибли родители и тётушка Агнес забрала меня к себе. Я жила в её доме и помогала по хозяйству, но неделю назад тётушка умерла и я отправилась в город искать работу. Вот теперь я здесь.» – пауза затягивалась. Добавить Мари было нечего, вся жизнь уместилась в пару коротких фраз и она нервничала, не понимая, что еще хочет услышать хозяин.

«Понятно» – мистер Мур отложил в сторону пачку листов – «Меня зовут Виктор Мур, родился …» – старик усмехнулся – «не так уж важно где я родился. С юных лет я был любознательным и интересовался устройством мира. В сорок лет получил степень профессора алхимических наук и многие годы занимал должность Заведующего Кафедры алхимии и метафизики в Университете Его Императорского Величества, выйдя в отставку, я обосновался здесь, в Лирте и наконец-то обрёл возможность заняться собственными исследованиями. Вы когда-нибудь слышали о регенерационных свойствах тканей и влиянии метафизического поля под воздействием ультра-насыщенных кислот в спектральном излучении?» – мистер Мур посмотрел в распахнутые от удивления глаза девушки и улыбнулся – «Хмм, не важно. Вы, наверное, заметили, что в этом доме достаточно слуг. Подскажите, пожалуйста, какими навыками Вы владеете?» – услышав вопрос девушка смущенно отвела глаза.

«Я выполняла разные поручения, составляла компанию кузине, учила её читать и писать, когда уволилась экономка я стала вести домашнее хозяйство, когда ушла горничная – помогала тётушке в личных нуждах: делала массаж, заботилась о соблюдении гигиены, приёме лекарств и пищи.» – Мари слушала себя и чувствовала собственную никчёмность. Чем она может помочь этому образованному господину? Родители научили её грамоте, но тётушка считала книги пустой тратой денег. Девушка умела читать, писать, складывать и умножать простые числа, но не более того. Как госпожа Изабелла Монс могла предложить ей работу у столь учёного дядюшки?

«Изабелла наняла Вас, чтобы контролировать мою жизнь.» – мистер Мур словно прочёл её мысли, он не злился, просто разъяснял ситуацию – «Мои родственники боятся, что померев я оставлю их семейку без наследства. Но мисс Астар, Вы должны понимать, что я не буду просто так содержать, постороннего человека. Если Вы собираетесь жить в этом доме, то обязаны приносить пользу» – стальные нотки в скрипучем голосе старика заставили девушку затаить дыхание.

«Я постараюсь быть полезной. Господин Мур, пожалуйста, не увольняйте меня» – против света Мари не могла разглядеть лицо профессора Мура, солнечные лучи, подсвечивали редкие седые волосы, создавая светящийся контур вокруг головы, оставляя лицо старика в тени.

«Не собираюсь я выгонять Вас во тьму внешнюю, не тряситесь так!» – господин Мур встал, опираясь на трость, подошёл ближе и сел напротив девушки. – «Вы умеете читать и писать, это уже хорошо. Всему в жизни можно научиться, главное иметь желание. Мисс Астар, Вы хотите работать, готовы учиться новому?»

«Да, сэр» – Мари энергично закивала головой и крупные слёзы всё-таки покатились из глаз.

Виктор нахмурился, рассматривая юное создание: "Ну как такую прогнать?" – подумал он, чувствуя, как стариковское сердце тает от этой детской наивности.

«Часть работы я провожу здесь, выполняя расчёты и подыскивая материал для исследования, но ещё есть лабораторные опыты, в которых требуется ассистент. Зрение частенько меня подводит, да и точно отмерять ингредиенты уже не получается.» – профессор крепче сжал серебряный набалдашник трости узловатыми пальцами. – «Будешь помогать?»

Был ли это вопрос или вердикт девушка не поняла, но усердно закивала, лепеча слова благодарности.

«Подожди радоваться. Труд будет тяжёлый, даже не сомневайся» – старик поймал её взгляд и внушительно произнёс – «Сейчас ты не владеешь навыками и годишься только в посудомойки, да прачки, но поработаешь у меня и сможешь стать гувернанткой или даже учителем, найдёшь достойную работу и устроишь свою жизнь».

Через неделю Мари поняла, как ошибалась, сравнивая жизнь у тётушки Агнес со службой у нового хозяина. Виктор Мур имел строгий распорядок дня: он просыпался в определённое время, умывался, выполнял гимнастические упражнения, одевался, завтракал и приступал к работе. В отличие от тётушки, старик никогда не залёживался в кровати, строго следил за рационом, не позволяя себе излишеств и лености. Профессор был требователен к себе, словно готовился дать Небесам отчёт за каждый прожитый день.

Будни

Постепенно жизнь обрела размерный ритм. В первой половине дня Мари выполняла поручения миссис Браун, а после обеда помогала мистеру Муру проводить опыты в лаборатории.

Каменную пристройку к дому девушка нарекла «волшебная кухня», снаружи лаборатория была увита плющом и не привлекала к себе внимания. Из стен и кровли торчало множество труб, а под карнизом располагались длинные узкие окна. Но внутри! Внутри было множество колб, жбанов и жаровен, непонятных инструментов и механизмов. Под потолком установлены ряды зеркал, а в центре крыши огромное круглое окно, состоящее из множества кристаллов.

«Оно в десятки раз усиливает свет Селены² и нагнетает энергию магических потоков» – пояснил профессор Мур.

Мари не поняла, как ночное светило связано с магическими потоками и с умным видом покачала головой. Многие слова господина оставались для неё загадкой, но переспрашивать, показывая своё невежество, девушка боялась.

После лабораторных опытов, зафиксировав результаты на тонких листах дорогой вощёной бумаги, они направлялись обедать. Завтракал мистер Мур один, а вот за обедом, Мари всегда составляла ему компанию.

«Это невозможно прожевать! Миссис Браун, посмотрите на котлету! Из чего она приготовлена? Из подошвы?» – ворчание мистера Мура сопровождало каждую трапезу. Еда была слишком горячей, чересчур холодной, приторной или кислой, мясо – пережаренным, а в рыбе находилось множество костей.

«Миссис Джексон, Вы когда-нибудь пробовали настоящую форель? Представляете, она должна иметь вкус и пахнуть!» – от ехидных замечаний старика, Мари испуганно вздрагивала и упиралась взглядом в тарелку, стараясь не смотреть на кухарку, которая, слушая хлёсткие упрёки хозяина, закипала от ярости.

Профессор был одним из самых образованных людей своего времени, но принимая пищу, отказывался признать причину пресности еды: с возрастом вкусовые рецепторы отмирают, а зубные протезы не могут разжевать даже самое мягкое мясо.

Мари с болью смотрела на эти перебранки, ей до слёз было жалко старательную Молли Джексон. Женщина ежедневно пыталась угодить господину, но регулярно получала жестокие выговоры и обвинения в некомпетентности. Ещё тяжелее было смотреть на пожилого хозяина, во время непогоды его суставы ломило, мучали мигрени и подагра. Изнывая от боли и бессилия, он злился, невольно обижая окружающих.

Работа помощника профессора оказалась сложной. Мари не понимала большинство научных терминов, а переспрашивать стеснялась. Казалось, задашь вопрос и откроется вся глубина невежества и глупости. Девушке было очень стыдно, она даже не различала, что уже должна знать, а что является высоконаучной информацией.

«Еще раз спрашиваю, ты произвела поверку³ прибора?» – голос старика был спокойным, но негодование, с которым он рассматривал колбы, не оставляло сомнений: опыт не удался.

«Да, господин Мур» – опустив глаза, Мари мечтала провалиться сквозь землю. Она так старалась, но снова всё испортила. Ингредиенты были очень дорогими и после каждой ошибки девушка ждала увольнения.

«Как именно ты выполняла поверку?» – Виктор поставил колбу на стол и начал устало протирать очки.

«С мылом, а потом кипятком ополоснула» – увидев, как очки треснули в пальцах профессора, девушка втянула голову в плечи.

«Кхм… С мылом поверила, значит» – задумчиво повторил Мур. Последние десятилетия его окружали самые одарённые и образованные люди империи. Даже лаборанты имели университетское образование и, столкнувшись с бездной некомпетентности помощницы, он растерялся. – «Если ты не поняла, что нужно делать, то почему не спросила?» – старик не кричал и Мари немного успокоилась.

«Было неудобно Вас тревожить. Простите» – она тяжело вздохнула и покосилась на часы. День господина Мура был расписан по минутам, значит через четверть часа он уйдёт переодеваться к ужину и унизительный допрос закончится. А завтра, завтра она будет стараться ещё усерднее.

«Присядь, пожалуйста». – профессор тяжело вздохнул, снял перчатки и опустился на стул – «Чем бы ты не занималась в будущем, запомни: на свете нет ни одного человека который знает и умеет всё. Каждый рождается без знаний и навыков, в этом мы все равны. Но спустя годы, одни становятся великими учёными, отличными юристами и великолепными ремесленниками, а другие – не достигают ничего. Конечно, бывают сверх одарённые люди, но даже они бесполезны, если не прилагают усилий». – мистер Мур смотрел девушке прямо в глаза, пытаясь передать внутреннюю уверенность – «Не стесняйся спрашивать. Если ты готова учиться, пытаешься разобраться в проблеме, то никто тебя не осудит и не обидит. Люди любят показать своё превосходство, поэтому с радостью ответят на твои вопросы и обучат новому. Ничего сложного и непостижимого в науке нет. Ты умная, усидчивая и трудолюбивая девушка, только гордость и страх перед унижением мешают тебе развиваться. Не бойся трудностей и ошибок. Отличие гения и бездаря в том, что гений работает, а бездарь ищет оправдания для своей лености».

Начиная со следующего дня, Мари каждое утро проводила в библиотеке. Пока мистер Мур разбирал письма и обложившись книгами производил расчеты, девушка училась. Профессор составил программу и ежедневно проверял выполнение заданий. Сначала было очень сложно понять, что от неё требуется, но спустя неделю Мари начала ориентироваться в многоярусных стеллажах книг, научилась искать нужную информацию и наконец выяснила отличие «помывки» от «поверки».

«Мисс Астар, если Вы продолжите в том же духе, то Вас уволят» – посмеиваясь, прервал её занятие профессор.

Девушка вздрогнула и гусиное перо выпало из дрожащих пальцев.

«Кто же так пишет доносы? Это просто неслыханно.» – пробормотал профессор, не заметив паники помощницы.

Мари нерешительно приблизилась к столу и побледнела, поняв, что он читает её послание госпоже Изабелле.

Углубившись в чтение, старик недовольно покачивал головой: «Это ж надо так сформулировать: Уважаемая госпожа Монс! С радостью заверяю Вас, что все тревожные предположения оказались ошибочными. Мистера Мура окружают приятные люди: экономка миссис Браун требовательна ко всем слугам и бережлива в тратах, она уважительно относится к господину Муру и очень заботится о его благополучии. Повариха миссис Джексон – милейшая женщина, всегда старается разнообразить питание и угодить хозяину. Когда пища приходится ему не по вкусу, она безропотно готовит, снова и снова, стараясь порадовать профессора. Конюх, мистер Джексон, крайне отзывчивый, намедни он помог мне донести короб с ингредиентами, лошади в конюшне всегда чистые и здоровые. Профессор Мур был очень добр и доверил мне помогать в лаборатории. Иногда, от плохой погоды, его настроение портится, но рада сообщить, что Ваш дядюшка хорошо себя чувствует и увлечён исследованиями. Обещаю приложить все силы для сохранения его здоровья. Искренне Ваша, Мари Астар.» – мистер Мур отложил письмо и лукаво смотрел на растерянную девушку.

«Это неприлично, как Вы могли?» – дрожащим голосом пролепетала Мари, в смятении теребя передник.

«Юная мисс, неужели Вы думали, что мистер Джексон отвезёт Ваше письмо на почту, не показав мне?» – старик лукаво подмигнул – «Но дорогая, нельзя быть такой доброй. Изабелла ждёт от Вас сплетен, не нужно её разочаровывать. Вас уволят и мне пришлют новую сиделку, а нам это совсем не нужно. Садитесь поближе и берите листок, сейчас что-нибудь сочиним».

***

Мари любила просыпаться на рассвете. Сразу после восхода, мир рождённый вновь был наполнен умиротворением и покоем. Каждая травинка и веточка были покрыты бисером искрящейся росы. Ранние птицы распевались, приветствуя солнце, сонная нега окутывала дом и сад. Девушка, надев домашнее платье и мягкую шаль, крадучись спускалась по деревянной лестнице.

Сейчас она не понимала, как, при первой встрече, особняк мог показаться ей страшным и угрюмым. О нет! Дом профессора Мура был прекрасен. Мари не назвала бы его величественным или богатым. Особняк не пестрел золочением или излишним декором, но в каждой детали чувствовалась добротность и уют. Стены из жёлтого камня, обрамлённые белоснежной каймой рустовых⁴ окантовок, в сочетании с высокими окнами, сияющими на солнце, создавали ощущение лёгкости. Интерьеры украшала ажурная резьба по дереву, бархатные шторы и множество картин.

В ненастные дни, Мари гуляла по коридорам и гостиным, любуясь изображениями неведомых земель, прекрасным океаном, степями и горными хребтами. «Как красиво» – шептала девушка, благоговейно изучая холсты.

Взрослые могут запутаться в оценке полотна, начиная размышлять о стоимости картины, именитости мастера и модных тенденциях. Но дети, взглянув на предмет искусства, безошибочно отличают прекрасное от уродства. Мари не довелось слушать лекции или участвовать в светских диспутах, о значении прямых и изогнутых линий в декоре. Она не могла ответить, почему этот дом ей так нравился, но красота и гармония окружающего делали её счастливой.

Лекарь

Природа гневалась. Сильный ветер сменялся ливневыми дождями, небо заволокли тяжёлые облака, не давая солнечным лучам коснуться и согреть продрогшую землю. Дом наполнила гнетущая тишина, слуги старались разговаривать шёпотом и аккуратно прикрывать двери. Господин Мур заболел и второй день не мог подняться с кровати. Мари предлагала почитать или поправить подушки, но её забота только раздражала старика.

«Мистер Мур, пожалуйста, давайте вызовем врача.» – Эмма Браун почти плакала, пытаясь переспорить упрямца.

«Я сам врач» – голос Виктора был сиплым, но не утратил деспотичных ноток – «И пока я не сдохну, ни один из этих шарлатанов и близко ко мне не подойдёт!» – профессора вновь скрутил болезненный приступ кашля.

«Давайте пригласим Натана Эванса, Вы сами говорили, что он очень перспективный молодой человек» – экономка бережно подала хозяину стакан тёплой воды.

«Ты хочешь, чтобы меня лечил мальчишка?» – сделав глоток, больной откинувшись на подушки и уставился белёсым взглядом на балдахин.

«Да Вам любой человек моложе шестидесяти кажется ребёнком!» – разозлилась женщина, но взглянув на уставшее, отрешённое лицо хозяина она тяжело вздохнула и ласково взяла его за руку – «Я не буду с Вами больше спорить, лакей уже отправился в город, через пару часов они приедут. Давайте сменим рубаху».

Мари помогла сменить одежду и постельное бельё, чувствуя жалость к несчастному больному. Старик стал лёгким, почти невесомым. Тонкая, как пергамент, кожа была покрыта пигментными пятнами, девушка очень боялась слишком сильно сжать его руку и нечаянно причинить боль. Аккуратно подоткнув хозяину одеяло, она устроилась в изголовье кровати. Легонько похлопывая профессора по плечу, Мари безмолвно напоминала, что он не одинок.

В коридоре послышался шум и звонкий голос миссис Браун: «Второй день лежит и не встаёт, температура высокая. Кашляет сухо, почти не ест. Это я всё виновата, он засиделся в кабинете допоздна, а я гостиные проветривала, вот его и продуло. Прошу Вас…»

Дверь распахнулась и в спальную вошёл высокий, светловолосый мужчина.

«Мари, дорогая, познакомься с Натаном Эвансом – лучшим врачом Лирты» – представила экономка молодого человека.

Взгляд лекаря пробежал по комнате и остановился на Мари, учтиво присевшей в реверансе.

«Господин Эванс, это мисс Мари Астар, помощница господина Мура» – торопливо сообщила миссис Браун, спеша к кровати задремавшего господина.

«Мисс Астар, приятно познакомиться» – мягкий, немного картавый, голос мужчины заставил Мари смутиться и опустить глаза.

В ожидании выздоровления хозяина, дом будто замер, окна, двери, даже форточки были наглухо заперты. Болезнь крепко вцепилась в одряхлевшее тело профессора, щёки мистера Мура ввалились, голос стал совсем слабым, но даже в таком состоянии он находил силы указывать окружающим на ошибки.

«Эвкалипт и корень солодки следует брать в пропорции один к трём, молодой человек. Семена аниса истирают в порошок и настаивают при восьмидесяти градусах» – старик надрывно закашлялся, но передохнув продолжил – «При более высоких температурах целебные ферменты исчезают. Почитайте труды Феофраста Риамского, это же азы!»

Мистер Эванс с уважением принимал нотации и почтительно кивал. Лекарю было немного за тридцать, но терпение и уважение к старшим, а также хорошее воспитание, не позволяли ему спорить с профессором.

Врач оказался очень приятным молодым человеком. Он охотно разъяснял, как лучше обеспечить выздоровление пациента, всегда был вежлив и деликатен в общении и Мари с радостью приняла приглашение, обсудить лечение мистера Мура, на свежем воздухе.

«Профессору Муру обязательно нужно двигаться, попробуйте уговорить его обедать в столовой. Если мышцы атрофируются, то он уже не сможет подняться» – Натан Эванс галантно подал руку, помогая подняться по ступеням в розарий.

«Простите пожалуйста, мистера Мура, он не хотел Вас оскорбить. Его забывчивость и болезнь…» – мисс Астар протянула ладонь, надеясь, что молодой человек не заметит, как дрожат её пальцы. Иногда девушке казалось, что Натан оказывает ей знаки внимания, но слишком маленький опыт общения с мужчинами лишал её уверенности. Мари боялась ошибиться и поставить себя в неловкое положение, поэтому отвечала крайне сдержанно.

«Ну что Вы, не стоит!» – мистер Эванс энергично покачал головой – «Это же сам Виктор Мур! В университете я усердно корпел над его учебниками, более того он стоял у истоков открытия первого в стране Университета. Его труды по практической алхимии и мед-магии являются основой современного медицинского образования» – Мари удивлённо взирала на взволнованного лекаря, который расхаживая между клумбами, активно жестикулировал руками и восхищался гениальностью своего пациента – «Только представьте, всего пятьдесят лет назад в стране не было системы образования. Знания, как ремесленное искусство, передавались от учителя к ученику. Мистер Мур был одним из учёных мужей, по приказу Его Императорского Величества, основавших первый в Империи Университет. Более сорока лет Виктор Мур возглавлял Кафедру алхимии и метафизики». – глаза Натана горели, он схватил руку Мари, пытаясь донести своё восхищение от знакомства с кумиром – «Мисс Астар, для меня огромная честь беседовать с ним. Я счастлив, что когда-нибудь смогу рассказать об этом внукам».

Девушка внимательно слушала, кивала и улыбалась, но чувствуя горячее прикосновение ладоней, невольно думала: «Он специально говорит мне о внуках? Нет, конечно. Он же не имеет в виду, что это будут наши общие внуки… Какая же я глупая и ветренная, как стыдно!» – мысли почему-то не желали возвращаться к высоким материям.

«Возможно, после исцеления, профессор найдёт время взглянуть на мою диссертацию, я мог бы приехать вечером и …» – Натан тоже погрузился в мечты и, сжимая мягкие ладошки, искал поддержки в глазах собеседницы.

«Не стоит.» – Мари деликатно высвободила руки и заметив огорчённый взгляд мужчины, уточнила – «Не стоит приезжать вечером, лучше около обеда. По вечерам мы работаем в лаборатории.»

«Вам позволено ассистировать в лаборатории?» – молодой человек жадно ловил каждое слово – «Вы были там? Я слышал, что профессор оставил Университет ради личных исследований, думал, что ему помогают лучшие специалисты» – взгляд мистера Эванса наполнился благоговейным восторгом и девушка поспешила объясниться.

«Нет, нет! Что Вы, я просто помогаю отмерять и смешивать ингредиенты, замечаю время и изменения составов. Иногда веду записи и фиксирую результаты.» – Мари вспомнила последние месяцы и с удивлением поняла, что ежедневная монотонная работа и жёсткая требовательность хозяина многому её научили. Теперь она узнала о принципах и методах исследований, да что там методы, раньше она и слов таких не знала.

«А Вы могли бы показать мне лабораторию?» – голос мистера Эванса стал ласковым – «Я не буду ничего трогать, просто хочу посмотреть на святилище настоящего гения» – он бережно взял Мари за локоток и легонько подтолкнул в сторону дома – «Я был бы Вам очень признателен, моя дорогая Мари.»

Девушка медленно перевела взгляд на увитую плющом, каменную пристройку. Ключ от чёрного выхода из лаборатории висел на поясе и ей так хотелось порадовать молодого человека. Возможно его благодарность впоследствии перерастёт в более глубокое чувство и у них действительно будут общие внуки. Развеяв набежавшую грёзу, Мари глубоко вдохнула и покачала головой:

«Нет. Прошу меня извинить, но это невозможно» – её голос звучал глухо и сдавленно – «Мистер Эванс я не имею права допускать Вас в лабораторию без позволения господина Мура».

Услышав категоричный отказ, лекарь будто очнулся от наваждения: «Мисс Астар, пожалуйста, извините меня. Я не подумал, о неуместности своей просьбы» – голос Натана стал деловитым и немного резким, а взгляд перестав скользить по поверхности юного личика, внимательнее заглянул в глаза собеседницы. – «Правильнее будет дождаться выздоровления профессора и получить его одобрение. Давайте прогуляемся в восточной части парка.»

Мистер Эванс регулярно навещал больного и каждый осмотр превращался в практическое занятие. Соскучившийся по общению с образованными студентами, профессор Мур упивался общением и с энтузиазмом готовился к каждому осмотру

«Молодой человек, слышите хрип в правом лёгком?» – через деревянный стетоскоп Натан прислушивался к дыханию старика – «Я ещё раз вдохну, прислушайтесь. Этот звук характерен именно при остаточном воспалении. Я же понимаю это по ощущениям: при вдохе чувствую небольшое покалывание в груди. Записывайте: дыхательная гимнастика в период восстановления и подчеркните двумя чертами».

Сложно было сказать, что оказало чудотворный эффект на пациента: лекарское искусство Натана Эванса или желание профессора передать молодому врачу частицу знаний и опыта.

«Придворный врач герцога Бедфордского, рекомендовал втирать ртуть с мёдом в область лопаток пациента» – молодой врач тоже подготовился к встрече, в его руках был длинный список вопросов и Натан кропотливо записывал ответ на каждый из них.

«Не удивительно, что род герцогов хиреет на корню, в прошлом месяце они похоронили третьего ребёнка. Таких врачей нужно вешать, а тела отдавать студентам – на опыты. Только так эти шарлатаны смогут послужить медицине!».

Миссис Браун в углу комнаты тяжело вздохнула. Она боялась, что такие долгие дискуссии усугубят болезнь хозяина, но ещё больше страшилась, что увлечённые наукой мужчины начнут ставить на себе опыты. В ответ на попытки вразумить, образованные господа снисходительно улыбались и просили экономку подать ещё чая.

Детство

Отложив пачку исписанных листов, Мари сладко потянулась. После выздоровления, профессор с новыми силами продолжил исследования, увлекая своим воодушевлением помощницу.

«Я завершила отчёт, что делать дальше?» – голос девушки звонко прокатился по библиотеке.

«Закончила?» – профессор словно вырвавшись из транса, поднял взгляд – «Что ж очень хорошо, можешь отдыхать. Через полчаса уже обед, иди переоденься, ты запачкалась».

Заметив на рукаве чернильное пятно, мисс Астар пожала плечами, это было самое ветхое из платьев и заштопанных кусков на нём было больше, чем целой ткани.

«Не стоит, мистер Мур, после обеда будем работать в лаборатории, а кляксу всё равно не отмыть, я потом на неё заплату поставлю» – немного подвернув рукав, чтобы скрыть пятно, Мари встала, но вдруг побледнела почувствовав, как перехватило дыхание.

«Извини, за бестактность, но платье тебе маловато и уже трещит по швам» – промолвил профессор, задумчиво перебирая листы.

За прошедшие полгода нездоровая худоба помощницы исчезла. Регулярное питание, здоровый сон и мирная обстановка в доме, превратили измождённую испуганную девчушку в спокойную, милую девушку. Фигура утратила неестественную угловатость и приятно, по-женски округлилась – «Каждый день ты мучаешь себя этим орудием пыток» – крючковатый палец старика указал на корсет.

«Тётушка Агнес говорила, что достойную женщину отличает именно корсет.» – крайне неприлично обсуждать исподнее с посторонними, но Мари не приходило в голову стесняться профессора. Мужчина работал врачом и был очень стар, к тому же за последние месяцы они подружились. Ещё никогда у Мари не было такого близкого друга. Ехидный, иногда колючий характер старика не мог испортить его благую натуру. Господин часто отчитывал слуг или едко комментировал их действия, но каждый его поступок был продиктован заботой. Мистер Мур искренне желал окружающим добра и, считая себя более опытным, не стеснялся раздавать советы.

«Если вещь мала или неудобна, то какой бы дорогой и красивой она не была, нужно немедленно от неё отказаться» – наставительно посоветовал профессор. – «Чем ты думала, когда покупала это платье?»

«Я не покупала» – растерялась девушка – «Я никогда не покупала себе одежду. Тётушка была очень добра и часто дарила мне платья кузины.».

Старик устало потёр глаз, как это милое создание может быть столь наивным? Девочка действительно не понимала, что тётка десять лет использовала её, как бесплатную рабочую силу, не выдавая зарплату, даже не покупая одежду. Удачно выдав дочь замуж она, до самой своей смерти, помыкала сиротой и даже не потрудилась обеспечить племяннице достойное будущее. Профессор Мур хмуро смотрел на помощницу, увлеченно расставлявшую книги по стеллажам библиотеки. "Пропадёт, бедняжка. Она же такая доверчивая и беззащитная. Слава Небесам, девочка встретила служанку Изабеллы и приехала ко мне. Но везение не может быть постоянным, ей нужен защитник, тот на кого можно положиться".

«Столько книг» – благоговейно прошептала Мари, бережно прикасалась кончиками пальцев к корешам фолиантов – «Вы учились по этим книгам?».

«Нет, дорогая» – рассмеялся Виктор – «Это сейчас детям пишут учебники, рисуют схемы и делают модели, а в моё время такого не было» – отложив перо, мистер Мур откинулся в кресле – «Мой отец был плотником, прокормить детей, жену и стариков родителей ему было очень тяжело. Поэтому в восемь лет меня отдали служкой к городскому лекарю. В чужом доме не забалуешь, с утра до ночи я бегал по поручениям, чистил посуду, мыл полы, сушил травы, перетирал в ступе ингредиенты». – Мари удивлённо взирала на профессора, мужчина в белоснежной сорочке и шерстяном жилете являл собой образец респектабельности. У девушки не получалось представить его чумазым мальчишкой, с готовностью бегущим по поручению хозяина.

«За последние десятилетия наука сильно изменилась. Тогда всё делали наугад, не разбираясь в причинах явлений и источнике энергетических потоков». – старик ностальгически прикрыл глаза – «Постепенно из слуги я стал учеником. Сам освоил грамоту, внимательно наблюдал, старался запомнить, что и как делает хозяин. К двенадцати годам я уже выполнял более половины заказов и понял, что готовить лекарства по одним и тем же рецептам мне скучно.» – заметив заинтересованный взгляд девушки, мистер Мур улыбнулся – «Я сменил много учителей, университетов тогда не было, все знания передавали от учителя к ученику. Чем только мне не приходилось заниматься. Но знаешь, милая, оглядываясь назад, я понимаю, что ни одно дело не прошло впустую, каждое занятие и ремесло чему-то меня научили. К двадцати годам я открыл частную практику и сумел снискать расположение барона де Лукри. Лечение дамских мигреней и рыцарского похмелья стало ежедневной рутиной, но это подарило мне возможность заняться исследованиями и получить доступ к одной из самых крупных библиотек в стране» – старик ласково похлопал по руке подошедшую ближе девушку и добавил – «Не нужно грустить. Просто пойми, что любое великое свершение требует долгого, монотонного труда. А ещё людей. Да, самое главное в жизни – это люди, которые тебя окружают. Друзей ты вольна выбирать самостоятельно.»

Мари очарованно смотрела на седовласого старца и думала "Как мистеру Муру удаётся избежать гордыни? Почему он не кичится статусом, званиями или богатством? С гостями, прислугой он общается ровно и уверенно. Рядом с ним хочется проявить свои лучшие качества. Наверное, это и есть истинное благородство души."

Коробка сигар

«Мистер Натан Эванс приехал» – доложила запыхавшаяся горничная.

«Отлично, пообедаем вместе» – профессор бодро встал и опираясь на трость направился встречать нежданного гостя.

Застольная беседа была лёгкой и ободряющей, но мисс Астар думала только об одном: "Как стыдно!" Она старалась на шевелиться, размышляя заметил ли мистер Эванс огромную заплату на лопатке, когда помогал ей сесть за стол. Мари мечтала встать и выйти из столовой, но это привлекло бы излишнее внимание, а самое главное, пришлось бы снова повернуться к нему спиной. «Почему он приехал именно сегодня? Это так глупо волноваться из-за чужого мнения, лучше бы он вообще не приезжал» – девушка через силу заставляла себя проглатывать пищу.

Кухарка совсем не посолила рыбу и Мари жалобно погладывала на солонку, стоящую рядом с молодым лекарем.

«Форель недосолена» – проворчал профессор.

«Согласен. Мисс Астар, Вам передать соль?» – учтиво предложил Натан.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

Примечания

1

Кото́мка – дорожный заплечный мешок на лямках из грубой холщовой ткани.

Вернуться

2

Селена «сверкающий глаз ночи» – второй естественный спутник на небосводе.

Вернуться

3

Поверка – тестирование, выполняемое для проверки точности работы прибора.

Вернуться

4

Руст – облицовка внешних стен здания, накладка на фасад, которая выполняется из декоративного камня или кирпича.

Вернуться