Александр Шабынин
Искра силы

Глава 1. Странности в обычной жизни

Москва медленно просыпалась, как всегда – неохотно, но стремительно, заполняя улицы шумом машин, ритмичным стуком каблуков и редкими обрывками голосов спешащих куда-то людей. Серое осеннее утро словно покрыло всё вокруг тонкой плёнкой, приглушив краски города. Низкие облака укутывали небо, а влажный воздух нес с собой предчувствие скорого дождя. На восьмом этаже одной из бесчисленных типовых многоэтажек начинался обычный день. Всё выглядело буднично и привычно: негромкие шаги мамы в коридоре, запах свежеиспечённого хлеба, мягкий треск радиоприёмника, наполовину заглушённый гулом машин за окном.

Аня сидела за кухонным столом, задумчиво покачивая ногой. На тарелке перед ней остывал недоеденный омлет – её любимый завтрак, который мама приготовила перед тем, как заняться своими делами. Аня смотрела в окно, за которым кипела жизнь большого города, но мысли уносились куда-то далеко, за границы привычного. Её светло-русые волосы падали на плечи, и Аня лениво провела по ним пальцами. "Заплету потом," – подумала она, но даже не сделала попытки подняться. Взгляд её голубых глаз, обычно живой и внимательный, оставался неподвижным, словно она всматривалась в собственные мысли.

С самого детства Аня знала, что она… немного не такая, как все. Нет, не странная, не "эта девочка на задворках класса," а просто другая. Она замечала то, что остальные даже не видели. Первый раз это случилось, когда ей было пять.

Девочки играли в мяч на детской площадке. Анина подруга Лиза, смеясь, побежала за укатившимся на дорогу мячом. Аня закричала – внезапно и так громко, что прохожие оглянулись. Лиза остановилась, а через мгновение из-за угла выскочила машина, едва не сбив её. Взрослые хлопали девочку по плечу, благодарили, а кто-то даже обнимал её, но в голове у Ани крутился лишь один вопрос: "Как я узнала?" И она не могла на него ответить.

Сначала ей просто показалось, что она уже это видела – Лизу, мяч, машину. Как сцену из фильма, который кто-то зачем-то решил прокрутить дважды.

С тех пор таких предчувствий становилось всё больше. Сейчас, в свои двенадцать, она всё чаще слышала внутри себя спокойный голос, который подсказывал ей вещи, казавшиеся на первый взгляд незначительными: "Возьми зонт – дождь начнётся через десять минут," или "Не надевай эти сапоги, они протекут." И этот голос всегда оказывался прав. Но как рассказать об этом взрослым, которые привыкли считать мир обычным и предсказуемым?

Когда она пыталась рассказать об этом маме, та только качала головой, укрывая дочку пледом на ночь: – Меньше фантазируй, Ань. Сказок начиталась перед сном, вот и чудится наяву. А папа, человек практичный с насмешкой добавлял: – Может, ты и мне на бирже подскажешь, куда вложиться? Гений предсказаний растёт!

И вот она снова чувствовала себя непонятой. Как объяснить то, что, возможно, не поддаётся объяснению? Даже если она знала, что права, мир всё равно смеялся в ответ.

Аня медленно поднялась из-за стола, решив, что пора привести себя в порядок. В ванной зеркало запотело после утреннего душа родителей, оставив на стекле размытое отражение. Она стерла влагу ладонью и взглянула на себя. Девочка, смотрящая на неё из зеркала, выглядела немного уставшей. Но не физически – это была усталость человека, который носит в себе что-то, чего сам не понимает.

Её пальцы ловко разделили волосы на две пряди, а затем заплели их в аккуратные косички. Привычное движение, почти механическое. Покончив с причёской, Аня снова посмотрела на своё отражение в зеркале. Казалось, обычное утро – ни лучше, ни хуже остальных.

"Суббота," – мелькнула в голове мысль. Это слово несло с собой надежду, хотя девочка уже знала, что день вряд ли окажется каким-то особенным. Все дома, но это вовсе не значило, что они будут вместе. Мама, как всегда, села за свои бумаги, которые она приносила домой из офиса. А отец занялся очередной починкой, которую, казалось, только он считал нужной.

Из коридора донёсся мягкий, но чуть уставший голос мамы: – Аня, ты позавтракала? Это было не столько вопросом, сколько ритуалом. Мама всегда задавала его, даже если знала ответ.

– Да, почти! – крикнула она, выскальзывая из ванной и направляясь в гостиную.

В большой комнате, где пахло деревом и дымом от паяльника, папа сидел на полу. Перед ним в хаотичном порядке лежали инструменты, а в центре этого беспорядка – разобранный настольный светильник.

– Ты опять пытаешься оживить эту лампу? – с лёгкой улыбкой спросила Аня, присаживаясь рядом.

Папа поднял голову, и в его взгляде мелькнула тень добродушной улыбки. – А что, не выбрасывать же хорошую вещь, – пробормотал он, возвращаясь к паяльнику. Его сильные руки, покрытые небольшими шрамами, ловко двигались, словно в танце. – Вот доделаю, и будет как новая.

Аня всегда любила смотреть, как он работает. В такие моменты ей казалось, что ничего плохого не может случиться, пока папа рядом. Но сегодня эта уверенность была слабее. Её мысли снова ускользали куда-то далеко.

Перед глазами всплыл недавний случай в школе. Последний урок едва закончился, и класс мгновенно ожил. Ученики разговаривали, смеялись, собирали рюкзаки и обсуждали планы на вечер. В воздухе витало предвкушение свободы после долгого учебного дня. Учительница, уставшая от бесконечных вопросов, отвлеклась на звонок по телефону, и, казалось, уже не замечала, что класс превратился в небольшой базар.

Аня сидела на своём месте у окна, пытаясь не обращать внимания на гул вокруг. Она машинально складывала в рюкзак свои тетради, время от времени поглядывая в окно, где осенний ветер трепал последние листья на деревьях.

Миша, её одноклассник, стоял у своей парты и что-то увлечённо рассказывал группе ребят, собравшихся вокруг него. Он жестикулировал, громко смеялся, явно наслаждаясь вниманием. Всё казалось совершенно обыденным, пока Аня вдруг не ощутила странное напряжение в воздухе и посмотрела на потолок.

На одном из участков потолка штукатурка треснула, и тёмная линия, словно паутина, вилась по её краям. Аня задумчиво разглядывала трещину, как вдруг внутри раздался голос – чёткий, тихий, но при этом настойчивый.

– Предупреди его.

Мир вокруг изменился. Шум одноклассников стал приглушённым, словно кто-то резко убавил громкость, движения одноклассников замедлились, а само время, казалось, остановилось. Она видела, как трещина увеличивается, как крошечные кусочки пыли начинают падать.

– Миша! – закричала она, её голос прозвучал так громко, что все вздрогнули.

Мальчик, растерянный и всё ещё не понимающий, что происходит, замолчал и инстинктивно сделал шаг в сторону. Через мгновение большой кусок штукатурки обрушился, рассыпавшись на его парте и стуле, где он только что стоял.

Класс ахнул, а Миша, побледнев, смотрел на обломки у своих ног. Учительница подбежала к нему, всё ещё держа телефон в руках, но не зная, что сказать.

– Ты в порядке? – спросила она, бросив быстрый взгляд на потолок.

– Да… – еле выдавил Миша, но его глаза были прикованы к Ане.

– Как ты узнала? – тихо спросил он, отходя на шаг от поломанной парты.

Аня не знала, что ответить. Простой вопрос, но ответ на него пугал даже её. Она могла бы сказать правду, но разве кто-то поверит? Вместо этого она пожала плечами, избегая его взгляда.

– Просто показалось, посмотрела на потолок и увидела трещину – тихо пробормотала девочка.

Но, как она и ожидала, никто не забыл тот случай. Её одноклассники, выходя из класса, украдкой поглядывали на неё, шептались, указывая пальцами. Аня пыталась не обращать внимания, но её сердце сжималось от тяжести вопросов, на которые у неё самой не было ответа:

"Почему я слышу этот голос? Почему я вижу то, что не видят другие?"

Эти вопросы мучили её больше, чем она хотела признаться. Она не знала, откуда это чувство, как будто мир вокруг разговаривает с ней, предупреждая о невидимой опасности. Это одновременно пугает и… завораживает. Аня часто думала, что хотела бы быть как все, обычной.

– Задумалась о чём-то? – голос отца вырвал девочку из раздумий. Он всё ещё крутил в руках подставку от лампы, но взгляд коротко скользнул по её лицу.

Аня вздрогнула, вернувшись к реальности.

– Ничего особенного, – пожала плечами она, стараясь не выдавать своих мыслей. – Можно я пойду погуляю?

Отец поднял глаза, посмотрел на окно, за которым свинцовые облака сгустились ещё сильнее.

– Только зонт возьми, скоро дождь пойдёт.

Аня кивнула и быстро выбежала из комнаты. Она сняла с вешалки лёгкий плащ, собираясь выйти, но остановилась у полки, где лежал её телефон. Мысленно радуясь, что зарядка почти полная, она уже потянулась за ним, как из соседней комнаты раздался голос:

– Опять этот телефон! Аня, положи его на место! – Мама стояла в дверях своей комнаты, стиснув в руках внушительную стопку бумаг. В её усталом взгляде смешались строгость и раздражение.

– Мам, я просто хотела взять его с собой. Я ненадолго, – пробормотала Аня, стараясь говорить спокойно, но в её голосе уже зазвенел еле заметный протест.

– Ты и так сутками в нём сидишь! – отрезала мама, и шагнув к Ане, резко выхватила телефон из её рук. – Скоро глаза испортишь, да и вообще, весь мир вокруг перестанешь замечать!

– Но мне он нужен! – выкрикнула Аня, чувствуя, как её возмущение растёт с каждым словом.

– Нужен? – мама фыркнула и водрузила телефон на верхнюю полку шкафа. – Никаких "нужен". Пойдёшь гулять без гаджетов. Воздухом подышишь – только на пользу.

– Ты ничего не понимаешь! – голос Ани дрожал от гнева, и она сама удивилась собственной резкости. – Я уже не маленькая!

– Маленькая, не маленькая, но пока живёшь в этом доме, слушаться придётся, – не осталась в долгу мама, уже вернувшаяся к своим бумагам.

Слова мамы, произнесённые тоном, не терпящим возражений, вспыхнули в сознании Ани, как искра, разжигая пламя гнева.

– Ненавижу тебя! – выкрикнула девочка, даже не успев осознать, что именно сказала.

Мама резко обернулась, её глаза расширились от удивления, но Аня, не дожидаясь маминого ответа, резко распахнула дверь. Гнев заполнил всё внутри, сковал руки и ноги, словно был живым существом, которое нужно было как можно скорее выпустить. Девочка быстро накинула плащ и, хлопнув дверью так, что посыпалась пыль с дверной рамы, выбежала из квартиры.

Ноги несли её вниз по лестнице, сердце гулко билось в груди, а на глаза наворачивались слёзы. Едва выбежав на улицу, она замедлила шаг, пытаясь отдышаться. Холодный осенний воздух обжёг её щёки, смешивая слёзы с каплями дождя.

На улице Ане всегда дышалось легче. Она любила гулять по двору – там росли старые липы, их корявые стволы хранили в себе что-то древнее и загадочное.

Но сегодня воздух был другим. Он ощущался плотным, вязким, как кисель. Казалось, что вдохнуть его до конца невозможно. Аня остановилась и замерла.

Шум города, привычный и монотонный, внезапно начал тускнеть, словно кто-то потихоньку прикручивал звук. Аня почувствовала, как волосы на затылке встают дыбом.

Взгляд девочки зацепился за старую лавочку, поросшую мхом. Что-то мерцало рядом с ней. Едва заметное свечение, словно кто-то оставил на лавке светлячка, который решил разгореться прямо посреди дня.

– Что это? – прошептала Аня. Её ноги сами собой сделали шаг вперёд.

Чем ближе она подходила, тем больше изменялся мир вокруг. Шум окончательно исчез, словно его просто выключили. Даже холодный ветер, который только что хлестал ей в лицо, теперь застыл, уступив место неподвижной тишине.

Мерцание у лавочки усилилось и теперь походило на разрывающуюся ткань, светящуюся изнутри. Свет двигался, словно дышал, пульсируя с какой-то живой ритмичностью.

Аня остановилась, не в силах сдвинуться с места. Её дыхание сбилось, а стук сердца казался слишком громким для этой странной тишины.

– Иди, – раздался шёпот внутри неё. Он был одновременно пугающим и манящим.

– Что происходит? – её голос дрожал, но звучал удивлённо, почти зачарованно.

Она сделала один шаг, затем ещё и еще. С каждым шагом липы вокруг неё теряли свои очертания. Их стволы исчезали, растворяясь в серой дымке. Лавочка тоже стала призрачной, почти невидимой.

Страх парализовал девочку. Она хотела убежать, но ноги не слушались. Внутренний голос снова прошептал:

– Подойди ближе.

Когда она оказалась совсем близко, свет вспыхнул ярче. Аня инстинктивно зажмурилась, её ноги подкосились, но вместо того, чтобы упасть, она почувствовала, как какая-то невидимая сила подхватывает её. Всё кругом завертелось, словно вихрь, затягивающий её в свою сердцевину.

Последнее, что она успела ощутить, – это прохладное, мягкое, как лёгкий ветерок, прикосновение. Затем всё исчезло: город, шум, запахи осени.

Мир вокруг словно растворился, оставив её в абсолютной пустоте.

Глава 2. Лес древних теней

Когда Аня открыла глаза, первое, что ворвалось в её сознание, был запах. Он был густым, землистым, насыщенным, как после летнего ливня, пропитавшего всё вокруг. В нём смешивались ароматы влажного мха, свежей древесины и тонкие нотки чего-то цветочного, едва уловимого.

Она лежала на мягком покрывале из густого мха, который под её ладонями казался одновременно шелковистым и холодным, как кожа мёртвого животного. Веки дрожали, когда она смотрела вверх, на небо, почти не видимое сквозь кроны огромных деревьев. Эти деревья… они выглядели так, словно их корни уходили глубже, чем сама земля, а ветви цеплялись за края неба. Свет, пробивающийся между листьями, выглядел странным и хмурым. Он был серебристым, словно светилось само небо или воздух вокруг неё. Этот свет делал лес пугающе реальным и в то же время обманчиво иллюзорным, как будто создан, чтобы обмануть её разум.

Сердце девочки билось тяжело и гулко, как барабан, заполняя тишину вокруг. Она попыталась подняться, но тело не слушалось. Руки и ноги дрожали, как будто они перестали быть её частью. Когда она наконец с трудом села, воздух вокруг казался плотным, вязким.

– Где я? – прошептала Аня хриплым, чужим голосом.

Единственным ответом был слабый шелест листвы. Он не был обычным, а звучал, как шёпот, слова которого невозможно разобрать.

Её голова пульсировала от вопросов. Последнее, что она помнила, – её двор в Москве. Воздух, наполнившийся странным гулом, вспышка света, который словно выдернул её из привычного мира. А теперь она была здесь – в лесу, который казался бесконечным и пугающе незнакомым.

Поднявшись, Аня огляделась. Деревья стояли плотной стеной, их огромные стволы поднимались высоко в небо, теряясь в дымке. Лес окружал её, душил своей тишиной. Но тишина эта была неправильной, почти жуткой. Каждый её вдох казался слишком громким, каждый звук разносился эхом, похожим на дыхание какого-то огромного существа, прячущегося за деревьями.

– Это сон, – прошептала она себе, хлопая ладонями по щекам. Боль от удара была острой, слишком реальной, чтобы она могла продолжать верить в иллюзию.

Ощущение холода проникало глубже, чем это мог бы вызвать обычный ветер. Хотя воздух оставался тёплым, её пробирал внутренний озноб.

Аня обняла себя руками, инстинктивно пытаясь согреться, но ощущение озноба не исчезало. Она стояла в этом незнакомом лесу, и каждый его шорох, каждый слабый звук казался угрозой.

– Надо двигаться, – сказала она себе, её голос разрезал тишину, словно нарушая какие-то неписаные правила.

Аня сделала несколько шагов, стараясь не шуметь. Но каждый шаг, каждый треск сухой ветки под ногами звучали слишком громко, словно эхом разносились по всему лесу.

Она прижимала руки к телу, инстинктивно стараясь стать меньше, незаметнее. Лес окружал её со всех сторон, и каждый его шорох казался подозрительным. Ветви деревьев изгибались, их очертания напоминали вытянутые руки. Они тянулись к ней, как будто хотели схватить, утащить в тень. Девочка шла дальше, но страх сковывал её. Лес вокруг казался бесконечным, словно ловушка, из которой невозможно выбраться.

Внезапно внимание Ани привлекла лёгкая дымка, стелющаяся между деревьями, как живая. Она казалась слишком плотной для обычного тумана, светилась мягким серебристым светом, будто отражая холодное небо над головой. Дымка двигалась странно, клубилась и шевелилась, вырисовывая невидимые фигуры, исчезающие, едва она пыталась их уловить.

В её центре клубился тонкий столб дыма, словно от костра.

– Здесь есть кто-то ещё, – прошептала девочка, почувствовав, как сердце забилось быстрее.

Чувство страха и робкая надежда боролись внутри неё. Надежда тянула её вперёд, шепча, что там может быть помощь, а страх холодом окутывал ноги, пытаясь удержать на месте, он шептал ей остановиться, развернуться, спрятаться. Но Аня уже сделала первый шаг.

Запах стал сильнее. Это был дым, но не тяжёлый, как у костра в лесу. В нём было что-то успокаивающее, как в запахе свежеиспечённого хлеба. Этот аромат вызвал у неё странный приступ ностальгии. Она почти ощутила себя дома, на кухне, где мама готовила что-то вкусное. Сердце сжалось. Это чувство было таким неожиданным, что ей захотелось закричать.

– Не может быть… – прошептала девочка, но её ноги продолжали идти сами собой.

Аня продиралась сквозь густые кусты, которые цеплялись за её плащ, а высокая трава царапала кожу на ногах. Её дыхание стало частым, прерывистым, его звук казался слишком громким, словно лес слушал её шаги, треск веток под её ногами. Она словно разрывала древнюю ткань, пробираясь вперёд.

Когда кусты наконец расступились, перед её глазами открылась большая поляна, окруженная со всех сторон высоким лесом, который словно оберегал её от всего внешнего мира. В её центре горел костёр, языки пламени извивались, тянулись к небу, и их свет отбрасывал тени, танцующие на земле. Эти тени двигались неестественно, словно кто-то управлял ими, но это был не ветер.

Вокруг костра стояли деревянные постройки, напоминающие дома из сказок, но не тех, что рассказывали на ночь. Их стены были сделаны из грубых, неотёсанных брёвен, покрытых сложными резными узорами. В этих узорах прятались лица и фигуры, настолько странные, что Аня невольно отвела взгляд, не понимая, следят они за ней или просто игра света создаёт эту иллюзию. Крутые соломенные крыши этих построек были настолько высокими, что напоминали причудливые колпаки.

У дверей висели амулеты, сделанные из сухих веток, связанных в сложные узоры. Некоторые украшали крошечные пучки трав или костяные подвески, которые едва слышно позвякивали на ветру.

Аня сделала ещё один неуверенный шаг на поляну, её ноги тонули в мягкой траве. Она попыталась сдержать дыхание, чувствуя, как сердце гулко стучит в груди. Взгляд девочки метался между амулетами, тенями и горящими дровами. В этом не было случайности. Это место как будто знало, что она придёт.

На пороге одного из домов сидела женщина. Её стройная, уверенная фигура и длинное платье из грубой ткани казались частью лесного пейзажа. Волосы, тёмные и гладкие, были туго заплетены в толстую косу, спадающую на плечо.

Рядом с ней стоял мальчик, лет семи или чуть больше. Его льняная рубаха, простая, но чистая, казалась почти нарядной в этом суровом и неприветливом месте. Его лицо было серьёзным, слишком сосредоточенным для ребёнка. Глаза мальчика сверлили Аню взглядом, каким старики смотрят на тех, кто посягнул на их тайны.

Женщина первой заметила Аню. Она прищурилась, её серые глаза внимательно всматривались в девочку, словно стараясь разгадать тайну.

– Ты кто такая, дитя? – спросила она. Её голос был низким, глубоким, как эхо леса, и от него по спине Ани пробежал холодок.

Аня замерла. Что сказать? Как объяснить всё это, если она сама ничего не понимала?

– Я… Я потерялась, – наконец произнесла она, чувствуя, как её голос предательски дрожит.

Женщина нахмурилась, прищурила глаза ещё сильнее, а мальчик шагнул чуть ближе, его босые ноги бесшумно ступали по траве.

– Откуда ты взялась? – продолжала женщина, её голос стал тише, но от этого казался ещё более угрожающим.

– Я не знаю, – честно ответила Аня, чувствуя себя всё более неуверенно. – Я была у себя дома, во дворе… Потом появился свет, и теперь я здесь.

Женщина молча смотрела на неё ещё несколько секунд, затем её лицо смягчилось. Она вздохнула, словно приняла какое-то внутреннее решение.

– Ладно, заходи. Тут небезопасно, – наконец сказала она, махнув рукой в сторону дома.

Аня с облегчением последовала за ней, но страх не отпускал её.

Дом оказался небольшим, но внутри царила уютная, почти сказочная атмосфера. Центральное место занимал массивный деревянный стол, покрытый травами, кореньями и мисками с чем-то белёсым, похожим на муку. Запах трав заполнил всё пространство, насыщенный, терпкий, он казался живым. Аня ощутила, как этот аромат окутывал её, проникая в лёгкие и наполняя их чем-то неуловимо странным.

На стенах висели пучки сушёных растений. Их листья казались почти иссохшими, но их запах был насыщенным, как будто сила этих трав только увеличилась со временем. В углу мерцал очаг, в котором горел ровный, почти спокойный огонь. В подвешенном над огнём чугунном котелке что-то булькало, издавая мягкие, убаюкивающие звуки.

– Садись, – велела женщина, указывая на лавку у стены. Её движения были быстрыми, но не резкими.

Аня осторожно села, но её мышцы оставались напряжёнными. Она не знала, можно ли доверять этим людям, и украдкой искала глазами выход. Её взгляд остановился на мальчике, всё ещё стоящем у двери. Он изучал Аню с любопытством, но не говорил ни слова.

Женщина повернулась к котелку, достала деревянный черпак и начала наливать что-то горячее в кружку.

– Как звать-то тебя? – спросила она, не оборачиваясь.

– Аня, – ответила девочка.

– А я Настасья, – сказала женщина, кивнув, будто сама себе. – А это мой сын, Ярослав.

Мальчик коротко кивнул, продолжая молча разглядывать незваную гостью.

Настасья поставила перед Аней простую деревянную кружку. Напиток пах мятой и чем-то терпким, и этот запах немного успокаивал.

– Ты не отсюда, – сказала женщина, внимательно глядя на девочку. Это был не вопрос, а утверждение, и в нём не было ни капли сомнения.

Аня не знала, что ответить. Она кивнула, опустив глаза.

– Лес не приводит сюда просто так. Это не место для заблудших, – продолжила женщина, и её голос стал жёстче. – Если ты здесь, значит, это зачем-то нужно.

Эти слова поразили Аню, будто резкий порыв ветра внезапно сбил её с ног. Она подняла взгляд, встречаясь с серыми глазами женщины, и попыталась что-то сказать, но не смогла. Слова застряли в горле, оставляя её в тишине, разрываемой лишь потрескиванием огня.

– Так, значит, ты не знаешь, как сюда попала? – продолжила она, усаживаясь на скамью напротив.

– Нет. Я просто… – Аня замялась, с трудом подбирая слова. – Я была в Москве. Это город, и…

– В Москве? – переспросила Настасья, нахмурившись.

– Да, – кивнула Аня. На её плечи, словно груз, навалилась абсурдность сказанного. Слова о Москве, о городе, полном машин, людей и небоскрёбов, звучали здесь нелепо, как попытка объяснить чудо с помощью математики.

Настасья посмотрела на неё с лёгким недоверием, её взгляд изучал девочку так, словно она пыталась понять, лжёт ли Аня или говорит правду. В этой тишине девочка почувствовала, как её ладони начинают потеть, а сердце бьётся быстрее.

– Знать не знаю, где твоя Москва, – наконец произнесла женщина. Её голос звучал задумчиво, слова казались осторожными, словно она взвешивала каждую фразу. – Но если ты оттуда пришла… это, должно быть, не просто так.

Аня почувствовала, как внутри что-то замерло. Эти слова пронзили её, как ледяной ветер.

– Что значит – не просто так? – спросила она, её голос чуть дрогнул. Напряжение росло, сжимая грудь.

Настасья не ответила сразу. Она отвернулась, потянулась к полке, где висели пучки сушёных трав, и сняла один, словно нашла в нём способ избежать неудобного разговора.

– Завтра я отведу тебя к волхву. Он знает больше меня, – сказала она, словно продолжая свой внутренний диалог.

– К волхву? – переспросила Аня, её голос был полон недоумения. Это слово звучало странно, чуждо, как из другого мира.

– Мудрецу, который ведает знаки, – объяснила Настасья, оборачиваясь. Её взгляд был уже мягче, но в нём всё ещё оставалась тень беспокойства. – Если кто и сможет сказать, что с тобой, так это он.

Настасья отвернулась, её руки снова занялись травами, движения стали быстрыми и сосредоточенными. Она не смотрела на Аню, ясно давая понять, что разговор окончен.

Аня сидела на лавке, крепко держа кружку руками. Тёплый напиток успокаивал её, но мысли продолжали метаться, как птицы, загнанные в клетку.

Она взглянула на Ярослава, который теперь сел у очага и внимательно разглядывал огонь. Мальчик казался полностью поглощённым видом огня, но его глаза время от времени мельком смотрели в её сторону. Его лицо оставалось непроницаемым, но в этом взгляде было что-то, что заставляло Аню чувствовать себя ещё более чужой.

Дом, лес, эта женщина и её сын – всё вокруг было для неё странным, нереальным. В то же время что-то внутри подсказывало, что она здесь не случайно. Этот лес не был обычным местом, а её появление в нём – не просто совпадение.

– Кто такой этот волхв? – тихо прошептала она себе. – И что он сможет обо мне узнать?

Аня смотрела на огонь, наблюдая, как его языки пламени пляшут и тянутся вверх, отбрасывая на стены тени, выглядящие слишком живыми. В её голове крутилась одна мысль: "Может быть, он знает, как мне вернуться домой…"

Эта мысль дала ей надежду, но вместе с ней в груди поселился страх. Она не знала, каким будет ответ волхва.

Когда ночь поглотила дом, всё стало тихо, слишком тихо. Но даже эта тишина не приносила покоя. Лежа на жёсткой, неудобной кровати, сделанной из большого сундука, накрытого старой шкурой, Аня долго не могла сомкнуть глаз. Мысли не отпускали её, сердце колотилось, а лес за окном казался слишком близким. Она не знала, что завтра её жизнь изменится ещё больше.

На следующее утро Аня проснулась от непривычных для неё звуков. За стенами избы раздавались ритмичные удары топора, треск дров и далёкий гул голосов. Она сонно потёрла глаза, прислушиваясь. Воздух в комнате, прохладный и свежий, пах хвоей и дымом. На столе уже стояла деревянная миска с чем-то похожим на кашу, а рядом – кувшин с водой.

Девочка натянула тёплую шерстяную кофту, которую ей вчера дала Настасья, и подошла к окну. Вид за ним был почти сказочным: невысокие домики с резными наличниками, тропинки, петляющие между домами, а за ними – лес, густой, тёмный и страшный.

– Ну что, очнулась? – прозвучал голос Настасьи от двери.

Аня вздрогнула. Женщина уже была одета и держала в руках охапку сушёных трав.

– Доброе утро, – робко ответила девочка.

– Доброе, – кивнула Настасья. – Волхва сегодня не будет. Он уехал в соседнюю деревню и вернётся завтра. Но тебе переживать нечего. Олег вернулся с охоты, он с тобой поговорит.

– Олег? – переспросила Аня.

– Мой муж, охотник. Он в лесу целую неделю был. Ну давай, поешь, а потом выйди, я тебя познакомлю, – сказала Настасья, кивая на миску.

После завтрака Аня впервые вышла на улицу. Солнце уже поднималось над деревьями, и его слабый свет делал воздух почти прозрачным. Настасья ждала её у крыльца, а рядом с ней стоял высокий русоволосый мужчина с густой бородой и внимательным взглядом. На его плече висела туша небольшой косули, а за поясом торчал нож. Этот человек выглядел так, словно лес был не просто его домом, а частью его самого.

– Аня, это мой муж, Олег, – сказала Настасья.

Мужчина кивнул, внимательно разглядывая девочку. Его взгляд был тяжёлым, но не злым.

– Значит, это ты – гостья из ниоткуда, – сказал он низким голосом.

– Да, – тихо ответила Аня, чувствуя себя неуютно под его взглядом.

Олег с интересом нахмурился.

– Настя сказала, что ты издалека, – проговорил он медленно. – Но в этом лесу издалека просто так не появляются. Ты что-то знаешь?

– Я… Я не знаю, как сюда попала, – призналась Аня.

Мужчина долго смотрел на неё, потом вздохнул.

– Что ж, узнаем. Волхв разберётся. А пока ты с нами, постарайся быть полезной. Здесь никому не нужны те, кто просто сидит и ждёт.

Его голос был суровым, но в нём не было угрозы. Аня поняла, что это обычная деревенская прямота.

– Я постараюсь, – кивнула девочка.

Настасья мягко улыбнулась.

– Давай, пошли. Покажу тебе, как мы тут живём.

День пролетел быстро. Настасья провела её по деревне, рассказывая о жителях, их быте и традициях. Аня узнала, что деревня была небольшой – всего около двадцати домов. Жители жили скромно, но дружно. Большинство занимались охотой, земледелием и рукоделием. Женщины плели корзины, ткали ткани и собирали травы для лечения и обрядов.

Вместе с Настасьей Аня посетила кузницу, где её муж ремонтировал инструменты, амбар с запасами зерна и небольшую часовню, украшенную деревянной резьбой.

– А что это за символы? – спросила Аня, указывая на узоры в форме солнца и ветвей.

– Это знаки оберега, – объяснила Настасья. – Они защищают нас от зла, что бродит в лесах.

Эти слова застряли у неё в голове. Зло, что бродит в лесах. Аня почувствовала, как её ладони вспотели. Всё вокруг было древним и мистическим, как будто сам воздух здесь хранил память о вещах, которые ей не суждено понять. Она не знала, что именно имела в виду Настасья, но слова прозвучали так, словно это зло уже ждало её.

Вечером, когда солнце уже клонилось к закату, произошло то, что заставило жителей деревни посмотреть на Аню по-новому.

Она стояла у колодца, помогая Настасье набрать воды, когда её вдруг охватило странное чувство. Холод пробежал по спине, а в голове прозвучал голос: "Они близко. Беги."

– Волки… – прошептала она, широко раскрывая глаза.

– Что? – спросила Настасья, не понимая.

Но Аня уже побежала к Олегу, который стоял у кузницы.

– Волки идут! – выкрикнула она, не задумываясь, откуда знала это.

Мужчина удивлённо нахмурился, но, заметив выражение её лица, не стал задавать вопросов.

– Все в дома! – крикнул он, хватая топор.

Жители деревни, услышав его голос, мгновенно оставили работу и поспешили укрыться. Мужчины взяли оружие – кто ножи, кто дубины. Женщины запирали двери, подгоняя детей.

Вскоре из леса донёсся вой. Глухой, протяжный, он пробирался прямо в сердце.

Аня стояла у окна избы, наблюдая, как мужчины собираются на краю деревни. Её руки дрожали, а в голове крутились тысячи мыслей.

"Как я это узнала?" – думала она, не в силах отвести взгляд.

Волки появились на опушке леса. Их было трое, но они двигались так слаженно, что казались единым существом. Шерсть их блестела в свете луны, а глаза светились диким огнём.

Олег первым шагнул вперёд, держа топор наперевес.

– Назад, твари, – прорычал он.

Но волки не отступили. Напротив, один из них бросился вперёд, а за ним – остальные.

Схватка была короткой, но яростной. Мужчины деревни, вооружённые топорами и копьями, отразили нападение, хотя один из них получил глубокую царапину на руке.

Когда всё было кончено, Аня почувствовала, как силы оставляют её. Она дрожала, не осознавая, что её слова спасли жителей деревни от неожиданного нападения.

Позже, сидя у очага, Настасья тихо сказала:

– Волхв должен увидеть тебя. Это не просто так.

Все в деревне были согласны. Даже Олег, обычно сдержанный, кивнул, поглаживая бороду.

– У этой девочки дар. Возможно, она сама этого не понимает, но она явно попала к нам не просто так.

Аня не знала, что сказать. Она чувствовала себя вымотанной, как никогда раньше.

Позже, лёжа на жёсткой кровати в избе, она долго смотрела на потолок, слушая треск дров в печи.

Когда сон наконец сморил её, перед её глазами вспыхнули странные картины. Лес, залитый кровью. Огромные фигуры, двигающиеся между деревьями. Голоса, зовущие её по имени.

Аня проснулась среди ночи, с трудом подавляя крик. Её сердце бешено колотилось, а руки дрожали.

"Что со мной происходит?" – думала она, снова закрывая глаза.

Но сон не приносил покоя.

Глава 3. Испытание духа

Утро встретило их холодным ветром, который приносил с собой запах сосен и сырого мха. Небо заволокли серые облака, и воздух был наполнен предчувствием дождя. Настасья, как всегда, встала раньше всех. Она двигалась чётко и размеренно, как человек, привыкший начинать день ещё до восхода солнца.

Она подбросила дров в печь, их треск наполнил тишину избы, прогоняя остатки ночного холода. Затем Настасья оставила на столе миску с кашей, осторожно накрыла её тряпицей, чтобы не остыла, и тихо позвала Аню.

– Вставай, деточка. Сегодня идём к волхву.

Её голос был мягким, но в нём слышалась твёрдость, не терпящая возражений.

Аня, закутанная в одеяло, медленно подняла голову с подушки. Её тело ныло после вчерашней работы – непривычной, тяжёлой, изнуряющей. Голова казалась тяжёлой, как будто её придавила груда мыслей, не дававших ей уснуть.

Слово "волхв" прозвучало в её сознании, как отзвук чего-то древнего, загадочного.

Она заставила себя сесть, потёрла глаза и посмотрела на Настасью, которая уже одевалась.

– Быстрее, дитя, – подтолкнула её женщина. – Волхв не ждёт тех, кто опаздывает.

Аня быстро натянула тёплую шерстяную одежду, выданную ей Настасьей, и закуталась в грубый плащ. Его ткань колола шею, но тепло было важнее.

На улице пахло мокрой землёй, и ветер шевелил ветви деревьев, склонившихся над тропинкой. Настасья взяла с собой корзину с травами, которые собрала накануне, и жестом велела Ане следовать за ней.

– Волхв не любит, когда его беспокоят зря. Ты постарайся говорить честно и не утаивать ничего, – предупредила она, глядя прямо вперёд, её голос звучал настойчиво.

Аня кивнула, хотя в груди затаилось волнение.

– А он… какой он? – робко спросила она, надеясь, что Настасья не рассердится за её любопытство.

Женщина замедлила шаг, будто обдумывая ответ.

– Старый, мудрый. Иногда строгий. Он редко говорит, но когда говорит – лучше слушать, – ответила Настасья.

Её слова только усилили волнение Ани.

Путь к волхву лежал через густой лес, который казался живым. Огромные ели возвышались по обе стороны тропы, их ветви нависали, как защитные арки, пропуская лишь тусклый свет серого утра. Мох под ногами был мягким, пружинистым, он заглушал звук шагов, превращая лес в почти безмолвное пространство.

Аня старалась не отставать от Настасьи, хотя её дыхание уже сбивалось от быстрой ходьбы. Лес окружал их со всех сторон, и каждый шорох, каждый скрип дерева заставлял её оборачиваться.

– Не отвлекайся, – бросила Настасья через плечо.

Аня сглотнула и ускорила шаг.

Наконец, из-за деревьев показалась небольшая изба. Она стояла на опушке леса, будто спрятанная от посторонних глаз. Домик выглядел одновременно простым и древним. Его широкая крыша, покрытая потемневшей от времени соломой, казалась слишком тяжёлой для небольших стен.

Вокруг избы висели странные амулеты. Некоторые из них были сделаны из сухих веток, обвязанных красной нитью, другие – из пучков трав или крошечных костей. Они тихо покачивались на ветру, издавая едва слышный скрип.

Из дымохода лениво поднимался дым, а в воздухе витал аромат сжигаемых трав.

Настасья подошла к двери и постучала. Стучала она дважды, коротко, словно следуя какому-то негласному ритуалу.

Изнутри раздался низкий, глубокий голос:

– Входите.

Аня шагнула внутрь, чувствуя, как её сердце учащённо бьётся. Внутри было тепло, но темновато. Очаг горел ярко, освещая небольшую комнату, стены которой были увешаны странными вещами: пучками трав, связками корней и куклами, сделанными из веток и ткани. Эти куклы как будто наблюдали за ними, и Аня старалась не задерживать на них взгляд.

В углу комнаты стоял стол, заваленный свитками, сушёными листьями и сосудами, наполненными чем-то густым и разноцветным.

У окна сидел старик. Его фигура была согбенной, но в ней ощущалась сила. Его длинные волосы и борода отливали серебристым блеском, а глаза были глубокими и спокойными, как лесные озёра.

– Это та девочка, о которой я говорила, – Настасья склонила голову в легком поклоне, тем самым выражая уважение.

Волхв поднял глаза на Аню. Его взгляд был глубоким, проникающим, будто он пытался разглядеть что-то за пределами её тела.

– И зачем ты пришла сюда, дитя? – спросил он, его голос был низким, как эхо далёкого грома, и в нём звучала древняя мудрость, словно за ним скрывались тысячи историй.

Аня ощутила, как её сердце заколотилось быстрее.

– Я… я не знаю, как попала сюда. Но вчера… я знала, что на деревню нападут волки. Я не знаю, как это вышло, – проговорила она, нервно сжимая руки, стараясь не дрожать.

Волхв пристально смотрел на неё, его взгляд был неподвижным, словно он мог заморозить её на месте.

– Встань ближе, – велел он после паузы.

Аня сделала шаг вперёд, чувствуя, как ноги стали ватными. Она замерла, когда волхв протянул руку. Его пальцы, тонкие, с узловатыми суставами, едва коснулись её лба.

Старик закрыл глаза, и в комнате воцарилась абсолютная тишина. Казалось, даже огонь в очаге перестал потрескивать.

Аня почувствовала странное ощущение: от его прикосновения по её телу пробежал лёгкий, но ощутимый ток, как прохладный ветер, который одновременно грел и холодил.

Её дыхание стало поверхностным, она боялась даже пошевелиться.

Волхв убрал руку и открыл глаза.

– Интересно, – произнёс он, его голос был тихим, но в нём чувствовалась мощь. – Ты не отсюда. И твоя сила… она необычна.

Настасья, всё это время стоявшая у двери, слегка кивнула, словно соглашаясь с его словами.

– Что будем делать с ней? – спросила она, но её вопрос прозвучал как риторический.

Волхв медленно поднялся со своего места. Его движения были неторопливыми, но в них скрывалась сила, как у медленно движущегося потока воды, способного снести всё на своём пути.

Он посмотрел прямо на Аню, его взгляд был испытующим, холодным, как зимний ветер.

– Я могу её учить. Но это будет тяжёлый путь. Не каждый выдерживает.

Его слова повисли в воздухе, словно вызов.

– Ты готова? – спросил он, не отводя от неё взгляда.

Аня замялась. Она не знала, что ответить. Слова "тяжёлый путь" звучали зловеще, и её страх перед неизвестным только усилился. Но что-то внутри неё – крошечный огонёк упрямства или интуиция – подталкивало её вперёд.

– Да, – произнесла девочка, стараясь, чтобы её голос звучал увереннее, чем она себя чувствовала.

Наступили первые дни её обучения, если это можно было так назвать. Волхв велел ей остаться в своей избе, где для неё нашлось место на полу, покрытом мягкими шкурами. Но вместо уроков магии или рассказов о древних тайнах он поручал ей простую, но тяжёлую работу.

– Натаскай воды из колодца.

– Перебери травы. Отдели корни, листья и стебли.

– Почисть очаг и натри его глиной.

Эти задания казались бесконечными. Каждый день начинался с того, что она с трудом поднималась с постели, состоящей из нескольких старых шкур, и принималась за работу, изматывающую её до предела.

Вёдра с водой были тяжёлыми, руки ныли от порезов об острые края корней, а колени болели от постоянной работы на полу.

"Я пришла сюда, чтобы учиться магии, а не быть служанкой!" – думала она, сердито натирая глину по стенам очага.

Но она не осмеливалась сказать это вслух.

Каждый вечер она засыпала, чувствуя, как тело горит от боли, а руки покрывались царапинами и трещинами. Её одежда пропиталась дымом, запахом трав и земли.

Волхв казался равнодушным к её усталости. Он редко говорил с ней, лишь отдавал очередные поручения, и Аня начинала чувствовать, что его молчание становится всё более тягостным.

Однажды, когда он снова велел ей перебрать травы, Аня не выдержала.

– Почему я должна это делать? – выпалила она, резко вставая.

Волхв, который стоял у окна и смотрел на лес, повернулся к ней.

– Тебе тяжело? – спросил он, его голос был ровным, но в нём чувствовалась едва уловимая угроза.

– Да! – выкрикнула она, её глаза блестели от накопившейся обиды.

– Значит, ты ещё не готова к большему, – спокойно ответил он.

– Я стараюсь! Почему ты не можешь хотя бы немного похвалить меня? – Аня сжала кулаки, её голос дрожал.

Волхв посмотрел на неё, его глаза были холодными, но не жестокими.

– Потому что магия – это не просто сила. Это терпение. Твоя работа – часть твоего обучения. Если ты не можешь справиться с этим, то как ты справишься с настоящей магией?

Эти слова были для неё, как удар.

– Я не верю, что это всё… что это магия, – прошептала она.

Он отвернулся, а Аня почувствовала, как слёзы подступают к глазам. Она выбежала из избы, села на пороге и расплакалась.

"Я никогда не смогу сделать это," – думала она.

Прошла неделя. Болело всё: руки, спина, ноги. Аня ощущала себя истощённой, её мысли всё чаще тянулись назад, к её прежней жизни, где всё было проще, понятнее.

Каждый вечер она ложилась на свою простую постель, глядя в тёмный потолок, и задавалась вопросом: "Почему я должна это терпеть? Что это мне даст?"

Однажды вечером, подметая пол, она почувствовала на себе взгляд волхва. Он не смотрел осуждающе, не жалел её. Этот взгляд пробирал до костей – он изучал её, словно проверял, на что она способна.

"А он наблюдает за мной," – осознала девочка.

И в этот момент её мысли начали меняться.

"Может, он проверяет, что я могу выдержать," – подумала Аня.

Эта догадка принесла ей лёгкое облегчение. Но даже это осознание не снимало усталости.

Тем же вечером, когда она легла спать, её тело ныло, а душа тонула в сомнениях.

"Я не справлюсь," – подумала она, глядя на темноту.

Слёзы навернулись на глаза, но она сжала кулаки и не дала им пролиться.

Сон принёс ей странные видения: деревья шептали её имя, их ветви тянулись к ней, а луна озарялась багровым светом, словно сама ночь напоминала ей о её пути.

Глава 4. Шаг в неизвестность

Аня шла по тропинке, петляющей между ёлками и берёзами. В руках она держала полное ведро воды, которая журчала, словно смеясь над попытками девочки не расплескать её. Тело ещё немного ныло, но боль становилась привычной. Даже тяжёлые задания, которые когда-то вызывали слёзы и усталость, теперь казались не такими страшными.

"Я привыкаю," – подумала она, ставя ведро у двери избы.

Это было правдой. Её руки стали сильнее, движения увереннее, а мысли – немного спокойнее. Но на смену физической усталости пришло другое чувство.

Ностальгия.

Каждый вечер, когда она сидела у очага или лежала на своей скромной постели, она мысленно возвращалась домой. К папе – всегда занятому, но неизменно дарящему ощущение тепла и близости. К маме, которая хотя и была строгой, умела создать уют даже в самые тяжелые дни. Аня вспоминала запах свежего хлеба, который мама пекла по выходным, и звук папиных инструментов, когда он ремонтировал очередную вещь.

Она вспоминала свою комнату, с полками, заставленными книгами, и ночником, который она включала перед сном. Всё это казалось таким далёким, будто из другой жизни.

"Увижу ли я их снова?" – этот вопрос всё чаще звучал в её голове.

В один из вечеров, когда солнце уже закатилось за деревья, а изба наполнилась мягким светом очага, Аня набралась храбрости спросить то, что мучило её с самого начала.

– Волхв… – начала она, стоя у двери.

Старик, сидевший за столом, поднял взгляд от своих записей.

– Что? – его голос был спокойным, но не резким.

– У меня есть шанс вернуться домой? – её голос слегка дрогнул, но она постаралась говорить твёрдо.

Волхв какое-то время молчал, будто обдумывая её слова. Затем он отложил перо и поднялся.

– Дом, говоришь… – протянул он, подходя к окну.

Аня внимательно следила за его лицом, надеясь найти в нём хоть намёк на ответ.

– Дом – это не всегда место, дитя, – произнёс он наконец. – Это то, что ты несёшь в себе.

Её сердце сжалось.

– Но я хочу вернуться. Вернуться к маме и папе… – её голос сорвался.

– Может, ты вернёшься. Может, нет. Миры – это сложная ткань, Аня. Когда ты попадаешь в другой, пути назад не всегда ясны.

Эти слова только усилили её грусть.

– Но есть ли хотя бы шанс? – тихо спросила она.

Волхв посмотрел на неё. Его глаза, обычно строгие, стали чуть мягче.

– Шансы есть всегда. Но ты должна быть готова к тому, что дорога домой может быть долгой.

Он развернулся и вышел из комнаты, оставив её одну.

"Что это значит?" – думала Аня, глядя на мерцающие угли в очаге.

На следующий день всё пошло как обычно. Волхв дал ей новое задание – перебрать сушёные травы, разделив их по типу.

– Это не просто работа, – сказал он, замечая её недовольный взгляд. – Если хочешь что-то понять, начни с малого.

Аня молча принялась за дело. Она ещё не знала, что этот день станет началом нового этапа.

Через несколько дней волхв подошёл к ней с корзиной, полной свежесобранных трав.

– Пора учиться, – сказал он.

Аня удивлённо посмотрела на него.

– Учиться?

– Разбираться в травах. Без этого ты ничего не поймёшь в нашем мире, – ответил он.

Так начались её первые настоящие уроки. Волхв показывал ей каждую травинку, рассказывал её название, свойства и применение.

– Это зверобой. Хорош для ран и для того, чтобы прогонять дурные мысли.

– А это полынь. Горькая, но сильная. Она защищает от тёмных сил.

– А это тысячелистник. Его листья останавливают кровь.

Аня слушала внимательно, задавая вопросы. Она запоминала каждое слово, каждое движение. Это была кропотливая работа, но она доставляла ей удовольствие.

Ей нравилось, что она наконец делает что-то важное. Она начала видеть мир иначе. Лес больше не был врагом – теперь он раскрывал перед ней свои тайны.

Каждое утро они отправлялись в лес. Волхв показывал ей, где искать нужные растения, как их правильно собирать, чтобы не навредить природе.

– Лес живой, – говорил он. – Если ты возьмёшь что-то, не поблагодарив, он это запомнит.

Аня слушала его с благоговением.

Прошёл месяц. Теперь Аня уже без труда различала десятки трав, знала их свойства и способы применения. Она чувствовала, как внутри неё просыпается уверенность.

Но её мысли о доме всё ещё были с ней. Иногда, сидя у окна в избе, она представляла, как расскажет родителям обо всём, что с ней произошло.

Однажды вечером, когда Аня закончила очередное задание, волхв неожиданно подошёл к ней.

– Ты готова, – сказал он.

Аня удивлённо посмотрела на него.

– К чему?

– К настоящему обучению, – его голос был тихим, но твёрдым.

Её сердце забилось быстрее.

– Мы начнём завтра. Отдохни.

Аня кивнула, чувствуя, как её охватывает волнение.

"Настоящее обучение," – думала она, лёжа на своей постели.

Её ждало что-то новое. Что-то, что могло изменить всё.

Глава 5. Тайны природы

Утро было прохладным, как и всегда в этом загадочном краю, где лес казался живым существом, дышащим древностью и покоем. Воздух наполняли запахи мха, влажной земли и древесной смолы, а солнечные лучи робко пробивались сквозь густую листву, бросая пятна света на узкую тропинку, ведущую к избе волхва.

Аня сидела за деревянным столом, подперев подбородок руками, и молча наблюдала, как волхв неторопливо раскладывает свёртки из ткани. Внутри лежали сушёные травы, коренья и странные порошки, назначение которых пока оставалось для неё тайной. Её нетерпение росло, сдерживать его становилось всё сложнее. Сегодня, как он обещал, она должна была узнать то, ради чего терпела недели тяжёлого труда.

Тишину нарушил голос волхва, низкий и глубокий, как шелест ветра среди старых дубов:

– Магия начинается не с силы.

Его слова прозвучали неожиданно, и Аня, поднимая голову, напряглась, чтобы не упустить смысл.

– Она начинается с понимания, – добавил он, не глядя на неё.

– Понимания чего? – спросила она, пытаясь разгадывать его загадки.

Волхв поднял взгляд, и в его глазах мелькнула искорка лёгкой усмешки, словно он заранее знал, что она задаст этот вопрос.

– Всего, – ответил он просто.

Аня нахмурилась. Такой ответ её не устроил.

– Ну, хотя бы чего-то конкретного? – уточнила она, решив не сдаваться.

– Природы, дитя. – Он жестом указал на окно, за которым простирались деревья. – Ты думаешь, лес просто стоит там, растёт, как ему вздумается?

– Ну, да, – осторожно ответила она, чувствуя подвох.

– Нет, – сказал он, опираясь на стол. – Лес – это живое существо. Каждое дерево, каждая травинка, даже камни – всё это части единого целого. Если хочешь что-то взять у него, ты должна сначала понять, что это и зачем оно тебе.

Он замолчал, давая ей время осмыслить его слова.

– И что же, ты хочешь сказать, что я должна… говорить с лесом? – переспросила она, её голос звучал с долей недоверия.

– Нет, – ответил он, откидываясь назад. – Сначала ты должна слушать.

Тишина снова заполнила комнату, пока Аня обдумывала его слова. Она уже привыкла к тому, что волхв никогда не давал прямых ответов, но его речь всегда оставляла неизгладимый след.

– Ты говорил, что магия – это работа с силами природы. А как это связано с духами? – вдруг спросила она, почувствовав, что в его словах таится нечто большее.

Волхв медленно повернулся к ней, его лицо стало непроницаемым.

– Духи? – произнёс он, словно проверяя, действительно ли она хочет узнать об этом. – Ты заметила, как лес реагирует на твоё присутствие? Как шёпот ветра меняется, когда ты проходишь между деревьями?

Аня кивнула, вспоминая странные ощущения, посещавшие её время от времени.

– Этот шёпот – не просто ветер, это эхо тех, кто следит за порядком.

– Кто они? – спросила она, её глаза загорелись.

– Духи – это хранители. Они следят за тем, чтобы баланс не нарушался. Есть духи рек, есть духи деревьев, есть духи ветра, камней. Они не всегда видимы, но всегда присутствуют.

Аня наклонилась вперёд, её глаза загорелись.

– А ты можешь с ними говорить?

Волхв усмехнулся, но в его улыбке было что-то горькое.

– Иногда. Но это не так, как ты думаешь. Духи – не люди. У них нет нашей логики, наших желаний. Если они помогают, то только потому, что считают это правильным. Заслужить их доверие сложно, а потерять – проще простого.

Её взгляд скользнул к окну, где за деревьями простирался лес.

– Как я могу заслужить их доверие?

Он ненадолго задумался, словно выбирая слова.

– Научись уважать их. Природа даёт нам многое, но если ты будешь брать, не отдавая взамен, они отвернутся от тебя.

Эти слова запали ей в душу. Теперь лес, казавшийся ей просто зелёной массой, внезапно стал чем-то большим. Она смотрела в окно и видела не просто деревья, а нечто живое, наблюдающее за ней.

– Это долгий процесс. И у каждого духа свои требования. Но есть и такие, кто не подчиняется никому.

– Кто? – тут же спросила она.

Волхв замолчал, будто пожалел, что сказал лишнего. Он выпрямился, посмотрел на неё долгим, испытующим взглядом, а затем заговорил снова, но уже с осторожностью.

– Есть существа, стоящие за пределами этого мира. Их называют Бессмертными.

Аня почувствовала, как по спине пробежал холодок.

– Бессмертные? Кто они?

Волхв отвернулся и начал раскладывать травы, будто разговор был закончен.

– Об этом пока рано говорить, – бросил он через плечо.

– Но ты упомянул их не просто так! Кто они? Что они делают? – настаивала Аня.

– Достаточно знать, что они есть. И больше не задавай об этом вопросов, – отрезал он, и в его голосе появилась твёрдость, не оставляющая места для возражений.

Аня хотела было возразить, но вовремя поняла, что это бесполезно. Она только кивнула, но её мысли не оставляли эту тему.

Следующие дни прошли за длинными беседами. Волхв рассказывал ей о том, как устроен мир, что магия, или, как он чаще называл её – «Сила», – это не взмахи рук или заклинания, как в книгах, которые она читала дома, в Москве.

– Это поток, – говорил он. – Она течёт, как река, через каждый листок, каждую каплю дождя. Если ты научишься её чувствовать, ты сможешь использовать её.

– А как её почувствовать? – не унималась Аня.

– Сначала учись слушать. – Он махнул рукой в сторону леса. – Всё начинается с тишины.

Он заставлял её сидеть на опушке леса и просто слушать. Аня старалась изо всех сил, но ей это давалось нелегко. Её мысли то и дело возвращались к дому, к родителям, к её комнате.

"Они, наверное, ищут меня," – думала она, сидя под огромной елью.

Время от времени она пыталась задать волхву вопросы о Бессмертных, но он всегда уходил от ответа.

– Когда придёт время, ты всё поймёшь, – говорил он.

Прошло ещё несколько дней. Волхв всё ещё не переходил к практике.

– Ты не готова, – сказал он, когда Аня вновь спросила, почему она не может попробовать что-нибудь сделать.

– Но я же уже учусь столько времени! – воскликнула она.

– Учишься? – он усмехнулся. – Ты даже не почувствовала поток. Как ты можешь его использовать?

Аня опустила голову.

– Когда я буду готова?

– Когда пробудишь свои силы, – сказал он, мягко, но твёрдо.

Однажды вечером, после долгого дня, полного обсуждений и попыток "услышать тишину", Аня забралась на свою постель. Она чувствовала усталость, не только физическую, но и моральную.

"Почему он ничего не говорит? Почему не отвечает?" – думала она, пока сон не затянул её в свои объятия.

Она оказалась в странном месте. Лес, но совсем другой. Он был ярким, сверкающим, и в то же время тревожным. В его центре стояла фигура, высокая, почти неразличимая. Она почему-то сразу догадалась, что это был Бессмертный.

Аня почувствовала, как её сердце забилось быстрее.

– Кто ты? – спросила она.

Фигура наклонилась к ней, и она услышала голос, тихий, как шелест ветра.

Но слов она не разобрала.

– Скажи что-нибудь! – крикнула она, но фигура уже начала исчезать.

Аня проснулась, её сердце бешено колотилось.

"Что это было?" – прошептала она, оглядываясь на тёмные углы комнаты.

Ей предстояло узнать ответы. Но не сейчас.

Глава 6. Искра Силы

Утро выдалось серым, но воздух был влажным и тёплым, словно лес дышал тишиной, укутывая всё вокруг мягким покровом тумана. Этот день казался бесконечно спокойным, но внутри Ани разрасталось беспокойство. Она сидела на пороге избы, обхватив руками колени, и всматривалась в деревья, которые, казалось, двигались в такт невидимому дыханию мира.

Прошло уже несколько недель с тех пор, как начались её уроки с волхвом. Эти недели были наполнены трудом, сомнениями и каплями надежды, но она всё ещё чувствовала себя чужой в этом мире.

Она вспомнила сон о Бессмертном. Его лицо – нечеловечески совершенное, его голос, звучавший, словно эхо далёких звёзд. Этот сон был её тайной. Она не решалась рассказать о нём волхву. Часть её боялась, что он просто отмахнётся, как от детской фантазии, а другая опасалась, что он может запретить думать об этом вообще.

Аня обхватила себя руками покрепче, словно пытаясь согреться от этого неприятного ощущения, но её размышления прервал голос, глубокий и строгий, как треск сухих веток под ногами.

– Сколько ещё ты собираешься сидеть без дела? – пробурчал волхв, появляясь из-за угла избы.

Аня вздрогнула и резко подняла голову.

– Я… просто думала, – пробормотала она, не поднимая на него глаз.

– Думать полезно, но не тогда, когда работа стоит. – Он жестом велел ей следовать за собой.

Этот день оказался не таким, как остальные. Волхв привёл её на небольшую поляну, окружённую высокими соснами, их вершины терялись в сером тумане.

– Сегодня ты сделаешь первый шаг, чтобы почувствовать Силу, пронизывающую всё вокруг, – начал он, опираясь на свой посох и указывая ей на центр поляны.

Аня почувствовала, как её сердце забилось быстрее. Она ждала этого момента с самого первого дня, когда он принял её в ученики.

– Магия – это не искусство извлечения силы из ничего, – продолжил он. Его голос звучал ровно, но в нём слышалась та напряжённая строгость, заставляющая слушать каждое слово. – Это искусство направлять то, что уже есть.

Аня кивнула, стараясь запомнить всё, что он говорил.

– Как я могу её почувствовать? – спросила она.

Волхв кивнул на место у её ног.

– Закрой глаза, – велел он.

Она послушно села на мягкий мох, скрестив ноги, и закрыла глаза.

– Тянись к земле под собой. Чувствуй её, как будто это часть тебя.

Её дыхание замедлилось. Она попыталась представить, как мягкий мох касается её пальцев, как прохладная сырость земли проникает сквозь тонкую подошву её ботинок.

– Теперь почувствуй воздух вокруг, – продолжил волхв. – Как он касается твоей кожи, как движется между деревьями.

Аня сосредоточилась, но это оказалось сложнее, чем она думала. Её мысли то и дело отвлекались. Они возвращались ко сну о Бессмертном, к лицу матери, увиденному в одном из своих снов, к звукам дождя, моросящего где-то вдалеке.

– Я не могу, – прошептала она, открывая глаза.

– Не можешь, потому что не стараешься, – грубо отрезал волхв.

Эти слова задели её.

– Ты слишком привязана к своему прошлому, – продолжил он, не смягчая тон. – Пока ты не отпустишь всё, что оставила за собой, ты не сможешь стать частью этого мира.

Аня вскинула голову, её глаза блестели от негодования.

– Я не хочу отпускать! – выпалила она дрожащим голосом. – Я хочу вернуться домой!

Волхв замолчал, его взгляд стал холодным, непроницаемым и далёким.

– Тогда зачем ты здесь? – его слова прозвучали как удар, от которого сжалось её сердце.

Аня отвернулась, чувствуя, как слёзы подступают к глазам. Она не знала, что ответить. Всё, что она хотела сказать, казалось бессмысленным.

Несмотря на то, что Аня не смогла достичь успеха в первые дни обучения, волхв оставался непреклонным. Его суровый взгляд, строгий тон и отсутствие похвалы стали для неё постоянными спутниками. Каждый день он заставлял её сидеть на одном месте часами, прислушиваться, вглядываться, чувствовать.

– Ты должна слиться с миром вокруг, – повторял он снова и снова.

Каждое его слово отскакивало от неё, как капли дождя, оставляя след, но не проникая вглубь. Аня чувствовала, как её терпение иссякает. Она с трудом сдерживала себя, чтобы не сорваться и не закричать, что это бесполезно.

Однажды, сидя на мягкой траве в очередной раз, она вдруг почувствовала что-то. Это было, как слабый шёпот, едва уловимый, но реальный.

Сначала ей показалось, что это просто её воображение, игра усталого разума. Но шёпот повторился, едва слышный как лёгкое дуновение ветра.

Внутри неё всё затрепетало и затронуло самую глубину её души.

– Я… что-то чувствую, – прошептала она, боясь, что это исчезнет, как сон на рассвете.

Волхв, стоявший чуть в стороне, повернул голову и посмотрел на неё с лёгким интересом.

– Продолжай, – коротко сказал он, его голос был ровным с едва заметной ноткой одобрения.

Дыхание девочки стало прерывистым. Она сосредоточилась, закрыв глаза, и шёпот, который она слышала, начал превращаться в тихий гул. Это было похоже на музыку, оживающую в тишине. Лес вокруг неё словно заговорил: шелест травы, шорох листьев, даже шум ветра стали частью этой симфонии.

Аня открыла глаза. Перед ней лежала небольшая куча сухих веток, аккуратно сложенных волхвом. Её взгляд остановился на них, но она не знала, что делать.

– Просто почувствуй поток и направь его туда, – спокойно добавил он.

Аня сглотнула и протянула руку к веткам. Её пальцы слегка дрожали, как будто они сами боялись касаться того, что она не до конца понимала.

Сначала ничего не происходило. Лес вокруг неё продолжал свой тихий шёпот, но внутри всё оставалось пустым.

"Давай же," – мысленно подбадривала себя Аня, сжимая кулак.

И вдруг внутри неё разгорелось странное тепло. Оно появилось в центре её груди, как крошечная искра, и начало растекаться по её телу, словно струйки горячего воздуха, заполняя каждую клетку.

Это тепло стекало по её рукам, собираясь в кончиках пальцев. Она чувствовала, как оно становится сильнее, нарастает, словно волна, готовая обрушиться.

В этот момент, совершенно неожиданно, на ветках вспыхнул маленький огонёк.

– Получилось! – воскликнула Аня, её глаза светились радостью.

Сердце девочки наполнилось счастьем. Это было маленькое чудо, созданное своими руками, своим усилием.

Но волхв не разделял её восторга. Он смотрел на огонь с равнодушием, в его лице не было ни намёка на улыбку.

– Этого мало, – произнёс он холодно, его голос прозвучал, как удар обуха.

– Мало? – Аня резко поднялась, её возмущение захлестнуло её. – Я разожгла огонь силой духа, и это мало?

– Это детская игра, – отрезал он, его взгляд был жёстким. – Ты можешь разжечь огонь, но этого недостаточно, чтобы назвать тебя ученицей.

Эти слова ранили как нож сердце.

– Я стараюсь изо всех сил! Почему ты не можешь хотя бы немного похвалить меня? – её голос дрожал, глаза наполнились слезами.

Волхв прищурился.

– Потому что твой уровень владения Силой ещё очень слабый. И если ты не будешь работать усерднее, мне придётся отказаться от тебя.

Эти слова прозвучали как гром среди ясного неба.

– Что? Ты не можешь так просто взять и отказаться! – закричала она, сжимая кулаки.

Волхв вздохнул и отвёл взгляд, будто разговор был окончен.

– Могу, если ты не будешь стараться, – сказал он тихо.

Он отвернулся, словно разговор был окончен.

На следующий день волхв объявил, что уезжает на несколько дней.

– Мне нужно завершить одно дело в соседней деревне, – сказал он, укладывая свой небольшой походный мешок.

Аня стояла в дверях, её руки дрожали от гнева и обиды.

– А что я должна делать всё это время? – спросила она.

– Думать. И готовиться, – ответил волхв, не глядя на девочку. – Когда я вернусь, ты должна показать мне, что можешь больше, чем просто разжечь огонь.

Его слова прозвучали как приговор.

– А если я не смогу? – её голос стал тихим, почти как шёпот.

Волхв посмотрел на неё, его глаза были холодными, как лёд.

– Тогда я прекращу твоё обучение.

Он развернулся и вышел, оставив её одну на пороге избы.

Когда волхв уехал, Аня не смогла сдержать слёз. Она сидела на крыльце, сжимая колени, и горько плакала.

"Я никогда не буду достаточно хороша для него," – думала девочка, чувствуя, как её сердце сжимается от боли и обиды.

Но внутри неё, в самых глубинах её сознания, что-то говорило, что это ещё не конец.

Она подняла голову, вытерла слёзы и посмотрела на лес перед собой.

"Я не могу позволить себе сдаться," – подумала она, чувствуя, как внутри неё загорается крошечная искра решимости.

Глава 7. Тайна в стенах

Ночь опустилась на лес, мягкая, как покрывало из тумана, и тихая, будто весь мир затаил дыхание. Аня долго ворочалась на своей узкой постели из шкур, её мысли были переполнены тревогой. Последние слова волхва не давали ей покоя.

"Когда я вернусь, ты должна показать, что можешь больше," – звучали они набатом в её голове.

Она уснула ближе к утру, но сон не принёс облегчения. В нём она увидела свою маму.

Картина была пугающе ясной: мама металась по комнате, её лицо было мокрым от слёз, а глаза – полными отчаяния. Она заламывала руки, её губы шевелились, но голос будто не доходил до Ани.

"Мама зовёт меня," – подумала она во сне, чувствуя, как всё её существо наполняется болью.

Сон оборвался резко, как будто кто-то дёрнул за невидимую нить. Аня проснулась, вскрикнув, её тело было покрыто холодным потом. Сердце колотилось так сильно, что ей пришлось несколько минут сидеть на постели, чтобы прийти в себя.

– Это всего лишь сон… – прошептала она, но слова не принесли утешения.

Снаружи было тихо. Волхв уехал ещё до рассвета. Аня стояла у окна, глядя на пустую тропинку, которая вела в лес, и чувствовала, как внутри неё нарастает странная смесь страха и решимости.

"Я не могу просто сидеть и ждать," – подумала она.

Она знала, что в этой избе скрываются ответы. Волхв был мудрым, но слишком молчаливым. Он явно знал больше, чем говорил, и Аня решила воспользоваться его отсутствием, чтобы попытаться узнать правду.

Аня начала с полок. Она медленно перебирала травы, коренья и порошки, которые волхв аккуратно разложил в мешочки и банки. На каждом мешочке были надписи на местном языке, который Аня на удивление легко понимала, как будто в голове работал встроенный переводчик.

"Как так вышло, что я понимаю это?" – мелькнула мысль, но она быстро отогнала её, сосредоточившись на поисках.

Полки не помогли разгадать тайну. Всё, что она находила, были лишь описания трав и их свойств, которые она уже знала.

Она переключилась на ящики стола. Там лежали свитки, бумаги с набросками, странные символы, которые, несмотря на их сложность, тоже были ей понятны. Но здесь не было ничего, что могло бы дать ей ответы о Бессмертных, её месте здесь или способе вернуться домой.

Чем больше она искала, тем сильнее росло разочарование.

"Почему он всё скрывает? Почему я должна всё делать сама?" – думала она, едва сдерживая слёзы.

Она уже собиралась сдаться, когда её взгляд случайно упал на одну из стен. В углу комнаты одно из брёвен выглядело потёртым, будто кто-то часто касался его.

Аня подошла ближе и провела рукой по поверхности. Дерево оказалось слегка шершавым, и её пальцы нащупали небольшой зазор.

– Что это? – прошептала она, и её сердце заколотилось быстрее.

Она начала надавливать, и через несколько секунд бревно слегка сдвинулось, открывая тайник.

Внутри было несколько свитков, перевязанных старой кожаной лентой.

– Вот оно… – выдохнула Аня, аккуратно доставая их.

Свитки были старые, с пожелтевшей бумагой, но надписи на них были удивительно чёткими. Аня развязала ленту и развернула первый.

На нём виднелись схемы растений, их детальные изображения и описания. Она быстро пробежалась глазами по тексту, стараясь уловить суть.

"Некоторые травы обладают способностью усиливать магический поток в теле человека," – говорилось в одном из абзацев.

Её глаза загорелись.

– Усиливать магический поток?

Девочка продолжила читать.

"Если травы смешать в правильных пропорциях, из них можно изготовить пилюли, которые помогают пробудить Силу у тех, кто обладает необходимыми задатками, а также усиливать владение Силой у тех, кто уже пробудил её."

Аня почувствовала, как внутри неё что-то переворачивается.

"Это может помочь мне… пробудить мою Силу," – подумала она.

Дальше шли описания трав, которые были нужны для создания таких пилюль. Большинство из них были ей знакомы, но несколько оказались абсолютно новыми.

"Чем старше возраст травы, тем сильнее её эффект. Некоторые из них могут расти десятилетиями или даже веками, впитывая в себя Силу мира."

Она перевернула свиток, надеясь найти больше информации, но текст обрывался на описании редчайших трав.

Аня сидела на полу, окружённая свитками, и пыталась осмыслить всё, что узнала.

"Почему он не рассказывал мне об этом?" – думала она, чувствуя смесь восторга и обиды.

Она снова посмотрела на свитки. Они были её ключом к пониманию. Но с ними же пришли новые вопросы.

"Где найти эти травы? Почему они такие редкие? И почему волхв скрывает от меня, что я могу пробудить Силу с их помощью?"

Она медленно свернула свитки и спрятала их обратно в тайник.

– Я должна понять это сама, – прошептала она.

К вечеру она была так вымотана, что едва успела растянуться на своей кровати, прежде чем провалилась в сон.

Ей снова приснился лес. Но на этот раз он был другим. Светящиеся деревья тянулись ввысь, их кроны переливались золотым светом. Среди деревьев она видела высокую фигуру, ту самую, что снилась ей прежде.

– Кто ты? – спросила она во сне, её голос дрожал от напряжения.

Фигура шагнула вперёд, но её лицо оставалось скрытым. Голос, глубокий и многогранный, произнёс что-то, но Аня не могла разобрать слов.

– Скажи мне! – закричала она, но фигура уже начала растворяться.

Она проснулась, тяжело дыша, её сердце хотело выпрыгнуть из груди.

"Что это значит?" – подумала она, глядя на потолок.

Слишком много вопросов. И слишком мало ответов.

Глава 8. Проблески Силы

День начался тревожно. Аня проснулась раньше, чем обычно, чувствуя глухую тяжесть в груди, словно что-то давило на её сердце. За окном серое небо плакало дождём, а ритмичный стук капель о соломенную крышу звучал, как эхом отзывающийся в ушах стук её собственного сердца.

Она сидела на постели, и смотрела на деревянный пол избы, словно могла найти ответы в его потёртых древесных узорах.

"Два дня," – промелькнуло в её голове.

Волхв, уезжая, сказал, что вернётся через три дня. Один день уже прошёл, но её успехи в магии оставались столь же незначительными, как и её уверенность в себе. Эти мысли поднимались волнами, одна за другой, накрывая её тревогой и холодом, который, казалось, проникал не только в тело, но и в душу.

Аня натянула тёплую шерстяную кофту, стараясь согреться, но даже мягкая шерсть не могла прогнать озноб. Он был глубоко внутри нее.

– Что мне делать? – прошептала Аня, её голос звучал в пустой избе так тихо, словно она сама боялась своего вопроса.

Её взгляд скользнул по комнате, остановившись на стене, где скрывался тайник, который она обнаружила накануне. Её мысли сами собой вернулись к свиткам, уже перечитанным и изученным.

"Может, я пропустила что-то важное?"

Эта мысль жгла её, заставляя подняться с постели. Она подошла к стене, её пальцы нащупали знакомые неровности. С тихим скрипом бревно отодвинулось, открывая маленькое пространство, наполненное запахом древности.

Аня вынула свитки, их пожелтевший пергамент казался живым, пропитанным тайной. Она разложила их на столе, медленно и бережно, словно касалась чего-то святого. Мелкие, но чёткие символы поблескивали в свете слабого утреннего света, проникающего через окна. Она пробегала по ним взглядом, её пальцы перелистывали страницы, а внутри нарастало странное чувство надежды и отчаяния одновременно.

Её внимание привлекло одно слово, написанное чуть крупнее остальных. Оно казалось ярче, словно притягивало её.

"Солнечный берег."

– Я видела эту траву, – прошептала она, вспоминая, как волхв показывал ей свои запасы несколько недель назад.

Она углубилась в текст, погружаясь в строки, будто они были нитями, ведущими к давно утерянной тайне. Свиток оказался рецептом, детализированным до мелочей, словно его автор боялся упустить что-то важное. В нём описывалось, как из сушёной травы "Солнечный берег" можно изготовить пилюли, способные пробудить Силу мага, раскрыть её потоки и значительно ускорить процесс овладения магией. Каждое слово словно дышало магией и обещанием силы.

Её пальцы слегка дрожали, когда она дочитывала текст. Но затем взгляд упал на строки, написанные другим почерком, резким и мрачным, словно их выцарапали на пергаменте, а не написали чернилами:

"Эти пилюли подходят лишь тем, кто обладает сильной магической базой. Без этого их употребление ведёт к неминуемой гибели."

Слова, словно иглы, врезались в её сознание, острые и холодные. Аня замерла, перечитывая последние строки снова и снова. Они будто кричали ей: "Стой!", предостерегая от поспешных действий. Но одновременно они манили, обещая то, чего она так жаждала – доказательство её силы, возможность стать кем-то большим.

"Сильная магическая база… У меня её нет. Или есть?"

Её мысли метались. Девочка вспомнила всё, что произошло за последние недели: как она училась направлять энергию, как ей удавалось чувствовать потоки Силы вокруг. Но этого было мало.

"Эти пилюли… это мой шанс. Возможно, единственный."

Внутри неё росло напряжение, словно перед бурей. Она поднялась, чувствуя, как её сердце стучит быстрее, подгоняя её к решению. Образ волхва всплыл перед глазами, его пристальный взгляд, задающий вопросы, на которые у неё не было ответа. Этот образ стал вызовом, который она не могла проигнорировать.

"Я должна доказать, что могу."

Аня знала, что в запасах волхва была эта трава. Помнила её нежные, почти хрупкие листья с тонкими прожилками, как у драгоценного камня. Но она не была уверена, хватит ли её для того, чтобы сделать хотя бы одну пилюлю.

Страх и решимость боролись в её душе. Аня знала, что делает шаг в неизвестность, но этот шаг был её выбором.

– Я должна попробовать, – прошептала девочка, словно убеждая не только себя, но и весь мир.

Руки дрожали, когда она открывала шкаф, перебирая мешочки, баночки и тканевые свёртки. Запахи трав наполнили воздух: горьковатые, сладковатые, резкие и едва уловимые. Она старалась не шуметь, словно боялась, что сама изба осудит её за то, что она делает.

Наконец, она нашла небольшой свёрток, аккуратно завёрнутый в мягкую ткань. Разворачивая его, она едва дышала.

– Это оно, – прошептала она, ощутив лёгкий, сладковатый аромат с горьким привкусом, исходящий от сушёных листьев.

Её сердце забилось быстрее.

Свиток с рецептом лежал перед ней. Он был исчерпывающе подробным: каждая пропорция, каждая мелочь были расписаны так, будто автор боялся, что читатель сделает хотя бы одну ошибку. Но несмотря на это, каждое слово казалось Ане тяжёлым и пугающим, как приговор.

Она приготовила всё необходимое: миску, ступку, флакон с маслом и сверточек с "Солнечным берегом". Свет очага мягко освещал стол, отбрасывая причудливые тени на стены избы. Тёплое мерцание играло на инструментах, но Аня едва замечала это. Её внимание было сосредоточено только на предстоящей задаче. Пальцы, слегка дрожащие от напряжения, методично измельчали листья в мелкий порошок, стараясь сохранить каждую крупицу.

В первый раз она допустила ошибку: налила слишком много масла. Из-за этого смесь превратилась в твёрдый, липкий комок, который не поддавался никаким манипуляциям.

– Это бесполезно… – прошептала Аня, бросив комок в сторону. Голос её дрожал, в нём звучало отчаяние.

Вторая попытка была не лучше. На этот раз порошок, казалось, отказывался смешиваться с жидкостью. Он рассыпался, словно песок, не отвечая на её усилия.

Её руки задрожали сильнее, а глаза наполнились слезами. Она смотрела на бесполезные остатки смеси и стиснула кулаки.

– Почему… почему это так сложно?! – почти выкрикнула она в пустоту, сжав кулаки.

Она провела дрожащей рукой по лицу, пытаясь унять подступившее отчаяние. Затем, сделав глубокий вдох, Аня заставила себя остановиться. Она вспомнила слова волхва, сказанные с его обычной непререкаемой уверенностью:

"Чувствуй, а не просто следуй инструкциям. Магия – это искусство, а не механика."

Эти слова отрезвили её. Она закрыла глаза, давая себе мгновение, чтобы сосредоточиться. Воздух в избе наполнился её размеренным дыханием. Аня открыла глаза, и её взгляд стал твёрдым, уверенным. Она начала заново, но на этот раз её движения были медленными и осознанными. Она прислушивалась не только к звуку измельчения травы или к тому, как смешиваются ингредиенты, но и к тому, как энергия будто пульсировала вокруг неё, впитываясь в смесь.

Руки двигались уверенно, словно знали путь, который ей ещё предстояло понять. Когда она наконец закончила, перед ней на ладони лежала крошечная пилюля – золотисто-жёлтая, с мягким блеском, словно впитавшая в себя тепло солнечного света.

Аня смотрела на неё, как на нечто священное. Её сердце забилось чаще. Она ощутила странную смесь гордости, облегчения и тревоги. Эта пилюля была не просто результатом её усилий – она стала символом её решимости и, возможно, ключом к её будущему.

– Я сделала это… – прошептала она, боясь разрушить магию этого момента.

Её голос затерялся в тишине, а огонь в очаге, казалось, вспыхнул чуть ярче, словно приветствуя её успех.

Ночь давно окутала избу, а за окнами дождь продолжал барабанить, словно напоминая, что время идёт.

В воздухе стояла тяжёлая тишина, нарушаемая только потрескиванием огня в очаге. Аня сидела на полу, сжав колени и глядя на крошечную пилюлю, лежащую на её ладони.

– Я могу умереть, – сказала она вслух. Её голос прозвучал глухо, как будто не принадлежал ей.

Её пальцы дрожали, сжимая пилюлю. В памяти всплыл рецепт, тот зловещий постскриптум, написанный угловатым, резким почерком: "Эти пилюли подходят лишь тем, кто обладает сильной магической базой. Без этого их употребление ведёт к неминуемой гибели."

"Сильная магическая база…" – слова крутились в голове, как заклинание. – "Что это значит? У меня её нет. Или есть? Как я узнаю, если не попробую?"

Её дыхание участилось, сердце билось так, будто хотело вырваться из груди. Аня зажмурилась, стараясь унять трепещущие мысли. Но чем больше она пыталась себя успокоить, тем громче становился её внутренний голос: "Если я не сделаю этого, он прогонит меня. Или, что ещё хуже, посчитает бесполезной."

Она смахнула ладонью подступившие слёзы и прижала пилюлю к губам. Рука слегка дрожала.

– Пожалуйста, пусть это сработает, – прошептала она и, не давая себе времени на раздумья, проглотила её.

Первые секунды ничего не происходило. Она продолжала сидеть на полу, напряжённо глядя на свои руки, словно ожидала, что они начнут светиться. В избе было тихо, слишком тихо, и эта тишина давила на неё больше, чем ожидание.

Но затем её тело охватило тепло. Сначала лёгкое, как прикосновение солнца, но уже через мгновение оно стало стремительно нарастать. Тепло превратилось в жар, и Аня почувствовала, будто её кровь начинает закипать.

– Что… что происходит? – прошептала она, хватаясь за грудь, её голос сорвался в хрип.

Жар превратился в огонь, который выжигал её изнутри. Казалось, что вены горят, мышцы сжимаются в судороге, а лёгкие отказываются наполняться воздухом. Её дыхание стало тяжёлым, прерывистым, каждый вдох отдавался болью. Она упала на пол, тело согнулось дугой, а пальцы вцепились в деревянные доски с такой силой, что ногти начали ломаться.

– Помогите… – выдавила она, но её голос затерялся в шуме дождя за окном. Никто не услышал её.

Боль накатила волной, ломая её изнутри. Ей казалось, что её кости трещат, а мышцы вот-вот порвутся. Глаза жгло, как будто в них вспыхнуло пламя, готовое вырваться наружу. Каждый нерв в её теле кричал, каждая клетка горела, словно она стала сосудом для необузданной силы.

"Я умираю," – мелькнула мысль, прежде чем её сознание рухнуло в бездну. Тьма накрыла её, оставляя лишь отголоски боли где-то на границе реальности.

Когда она пришла в себя, мир вокруг изменился. Лес, знакомый и чужой одновременно, окружал её. Деревья простирались высоко в небо, их стволы излучали мягкое золотое свечение, а ветви переливались серебром, как будто сама луна подарила им свою силу. Воздух был плотным, густым, напоённым сладким ароматом, напоминающим мёд и свежую росу.

Аня медленно поднялась на ноги, её тело всё ещё помнило недавнюю боль, но она больше не чувствовала страха. Всё казалось странно умиротворяющим и в то же время пугающим своей необычностью. Её взгляд замер на фигуре, стоящей в центре этой сияющей сцены.

Он был там. Бессмертный.

Его облик был почти человеческим, но слишком совершенным, чтобы быть настоящим. Его лицо было словно выточено из света, а глаза, глубокие, как сама вечность, казалось, видели каждую частицу её души. Свет его фигуры не ослеплял, но притягивал взгляд, наполняя её странным трепетом.

– Ты наконец пробудила свой корень Силы, – произнёс он, и его голос разнёсся вокруг, заполняя лес, словно эхо древнего колокола. Это был не просто звук, а чувство, вибрация, пронизывающая её до самых костей.

Аня стояла молча, её дыхание стало еле уловимым. Все страхи, боль и сомнения улетучились, оставив лишь благоговение.

– Кто ты? – наконец выдохнула девочка, её голос дрожал, словно она боялась, что от его звука Бессмертный исчезнет, как мираж.

– Тот, кто привёл тебя сюда. Случайно, но всё же… это моя вина, – ответил он, и в его голосе прозвучала тень сожаления.

– Ты… ты можешь вернуть меня домой? – спросила она, чувствуя, как её голос срывается.

Бессмертный покачал головой, его взгляд оставался спокойным, но в нём было что-то, что невозможно было прочитать.

– К сожалению, это не в моей власти. Твой корень Силы связал тебя с этим миром. Теперь ты часть его, так же как он часть тебя.

Пальцы девочки невольно сжались, и она сделала шаг вперёд, не отводя от него взгляда.

– Тогда зачем ты здесь?

На её вопрос он ответил с удивительным спокойствием, словно ожидал его.

– Чтобы дать тебе шанс. Выжить. И, возможно, однажды достичь Бессмертия.

Он протянул руку, и, прежде чем она успела отпрянуть, коснулся её ладони. Тепло, мягкое и пронизывающее, разлилось по её телу. Это было похоже на недавний огонь, но теперь он не сжигал, а наполнял её силой, от которой кровь кипела в жилах.

Аня почувствовала, как по её телу пронёсся мощный поток энергии. Это было похоже на огонь, который недавно терзал её, но теперь он не приносил боли, а заполнял её силой.

– Ты должна сама понять, что это за дар и как им пользоваться, – продолжил он, его голос звучал мягко, но властно. – Но помни: никто и никогда не должен узнать об этом. Иначе твои дни будут сочтены.

Его слова были как ледяная игла, пронзившая её сознание. Она хотела спросить ещё, узнать больше, но он начал исчезать. Его фигура растворялась, как утренний туман, а вместе с ним угасал и свет леса.

– Подожди! – крикнула Аня, её голос дрожал, эхом разносясь по пустому пространству.

Но он уже исчез.

Когда она очнулась, всё было как прежде: дождь барабанил по крыше, тусклый свет очага дрожал в уголке избы. Аня понимала, что её мир уже никогда не будет прежним. Она крепче сжала руки, в которых всё ещё, казалось, хранилось тепло его прикосновения.

Её глаза замерли на стене, а сердце застучало быстрее. Она помнила всё: его слова, исходившую от него силу, и его предупреждение.

– Никто не должен узнать… – прошептала она в ночной тишине.

Её тело дрожало от пережитых ощущений, но внутри, глубоко в душе, разгоралось нечто новое. Это была сила. Это была энергия. Это был её дар.

Или её проклятие.

Утро началось тяжело. Аня едва смогла подняться с кровати, каждое движение давалось ей с трудом. Её тело ломило, словно она целую ночь носила на плечах тяжёлый груз. Голова кружилась, а руки дрожали, как у человека, только что выбравшегося из ледяной воды.

Она сидела на краю кровати, с трудом удерживая себя от слёз.

– Ты должна, – прошептала она самой себе.

Перед глазами вспыхнули образы: лицо волхва, его строгий взгляд, слова, что врезались в её память: "Ты должна показать, что можешь больше."

"Я не могу сдаться," – решила она, поднявшись на ноги.

Она вышла на улицу и увидела, что лес всё ещё окутывал туман, густой и тяжёлый. Он словно знал, что ей предстоит, и пытался скрыть от неё свои тайны. Аня натянула плащ, крепче стянула пояс и вышла на тропинку.

Каждый шаг давался ей с усилием. Боль отзывалась в каждом суставе, в каждой мышце. Но страх перед неудачей гнал её вперёд.

– Я должна что-то сделать. Я должна понять, как использовать этот дар, – повторяла она, как мантру.

Её мысли возвращались к словам Бессмертного.

"Ты должна понять, что это за дар и как им пользоваться."

"Но как я могу понять, что это за дар, если никто не объясняет?"

Когда она углубилась в лес, вокруг неё стало необычайно тихо. Но тишина была странной, наполненной невидимыми звуками.

Аня замерла, вслушиваясь.

И вдруг она поняла, что слышит. Не просто слышит – она различала каждый шорох, каждый звук. Едва уловимый хруст ветки где-то далеко, мягкий шелест листьев, движение крохотного насекомого в траве.

– Что… что это? – прошептала она, поворачивая голову.

Мир вокруг ожил. Она чувствовала его, как никогда раньше.

Её взгляд скользнул по деревьям, и она заметила, что их листья сияют, будто покрыты утренней росой. Кора стволов казалась не просто коричневой – она переливалась сотнями оттенков. Всё вокруг стало таким ярким, что она прикрыла глаза.

"Это дар," – поняла она, и сердце её замерло.

Но дар был не тем, что можно было просто использовать, когда захочется. Она пыталась сосредоточиться, направить эту силу, но ничего не происходило.

Аня подошла к куче сухих веток и протянула руку, пытаясь вновь зажечь огонь, как она сделала несколько дней назад.

– Пожалуйста, сработай, – прошептала она, но ничего не получилось.

Её руки дрожали, но не от холода, а от отчаяния.

– Почему? Почему у меня ничего не выходит?

Слёзы потекли по её щекам. Она села на землю, обняв себя за плечи и заплакала.

Она не знала, сколько прошло времени, но, когда подняла голову, лес вокруг выглядел иначе. Туман начал рассеиваться, и мягкий свет солнца пробивался через ветви.

Именно тогда она заметила это.

Мир вокруг был пронизан тонкими нитями, едва различимыми, тоньше самой паутины. Они двигались, колыхались, как будто от слабого ветра, хотя воздух был неподвижен.

Аня замерла, глядя на эти нити.

"Что это? Они всегда были здесь?"

Она протянула руку, и одна из нитей слегка зацепилась за её пальцы.

В этот момент она почувствовала нечто странное. Её пальцы будто наполнились энергией, лёгким покалыванием, которое переходило в ладонь и поднималось выше, к плечу.

Она попыталась ухватить нить сильнее, и у неё получилось.

– Я могу их чувствовать…

Она начала наматывать нить на пальцы, как будто сматывала клубок. Другие нити стали двигаться к ней, переплетаясь, скручиваясь вокруг её рук.

Чем больше нитей она собирала, тем сильнее становилось ощущение энергии. Тело уже не болело, а в сердце вместо отчаяния зарождалась надежда.

Когда она собрала достаточно, нити превратились в небольшой клубок, мерцающий мягким светом.

– Что с тобой делать? – прошептала она, глядя на клубок.

Ответ пришёл сам. Она сжала клубок, и тот вспыхнул фиолетовым пламенем, сформировав маленький огненный шар.

Аня уставилась на него глазами, полными изумления.

– Я сделала это…

Она подняла шар повыше, чувствуя его тепло, но он не обжигал её. Он казался живым, как если бы был частью её самой.

Аня огляделась, и её взгляд остановился на большом камне неподалёку.

– А если… – начала она, но не закончила.

Она метнула шар в камень.

Шар ударил с громким звуком, и камень раскололся на множество мелких осколков, которые разлетелись вокруг.

Аня замерла, её сердце бешено колотилось.

– Это… это невероятно! – сказала она дрожащим голосом. Она не могла поверить, что это происходит в реальности.

Аня встала, её тело больше не ныло, а вместо этого наполнилось лёгкостью и силой.

"Вот что я могу показать волхву," – подумала девочка, улыбаясь.

На закате Аня вернулась в избу. Её сердце наполнялось радостью, а мысли – спокойствием.

Она знала, что наконец готова.

Глава 9. Тайна роста

Светало медленно, будто солнце решило дать лесу ещё несколько мгновений покоя, прежде чем разбудить его шелестом ветра и щебетом птиц. Аня открыла глаза, сон не приносил облегчения – он был тяжёлым, насыщенным странными образами, которые исчезли при пробуждении, оставив после себя лишь тягучее беспокойство. Она села на своей грубой постели, провела руками по лицу и глубоко вздохнула. Внутри уже пульсировала тревога, растущая с каждой секундой.

"Сегодня волхв должен вернуться," – подумала она, пытаясь справиться с волнением.

Аня медленно поднялась, привела себя в порядок, накинула плащ и вышла из избы. Холодный утренний воздух обжёг её щеки, а тонкий слой росы на траве блестел в первых лучах света. Лес встречал её настороженным молчанием, словно затаив дыхание. На мгновение показалось, что всё вокруг ожидало чего-то, точно так же, как и она.

Её взгляд устремился к тропинке, ведущей в лес. Именно там должен был появиться волхв. Но она была пуста.

– Где он? – прошептала она, глядя вдаль.

Солнце лениво карабкалось выше, окрашивая небо в золотистые тона. Час шёл за часом, но волхв так и не появился. Аня начинала чувствовать, как терпение тает, уступая место растущему беспокойству. Она заходила в дом, чтобы попытаться заняться чем-то полезным, но всё равно через несколько минут выходила снова, пристально глядя на тропу, будто пыталась взглядом притянуть его появление.

К полудню она уже не могла усидеть на месте. Решимость уступила место отчаянию, которое нарастало с каждой минутой. Аня, поправив плащ, вышла на тропинку. Шаги её были быстрыми, порывистыми, словно она пыталась ускорить ход времени.

Она прошла несколько десятков метров, но перед ней всё так же лежала лишь пустая дорожка, укрытая тенями деревьев.

– Может, просто задерживается? – спросила она вслух, пытаясь себя успокоить.

Где-то в глубине души начала зарождаться мысль, как крошечное семя страха. Волхв всегда был пунктуален. Его загадочная натура не мешала ему быть человеком слова. Но сегодня всё было иначе.

"Что, если с ним что-то случилось?" – прозвучало в её голове, как удар грома.

Но тут же её мысли перескочили на другое. Её разум отчаянно хватался за всё, что могло бы отвлечь её. Она вспомнила вчерашний момент триумфа – создание огненного шара. Эта короткая вспышка радости, которая вчера заполняла её, теперь начала угасать, оставляя только вопросы.

"Почему я смогла это сделать?" – Аня нахмурилась, сжимая кулаки. – "Это был дар Бессмертного? Или просто пробуждение моей собственной Силы?"

Эти вопросы жгли её изнутри. Она ходила туда-сюда по тропинке, пытаясь разгадать эти загадки, словно лес или небо могли дать ей ответы. Её дыхание участилось, а мысли начали путаться.

"Я должна понять," – твердила она себе, словно повторение этой фразы могло дать ей силы справиться с нарастающим хаосом внутри.

День тянулся бесконечно долго, и Аня чувствовала, как тревога, которую она пыталась подавить, поднималась из глубин её сознания. Она заставила себя отвлечься работой. В избе был беспорядок, и она принялась за уборку, монотонно стирая пыль с полок, перебирая свитки и травы. Но даже её руки, занятые делом, не могли заглушить внутренний голос, который твердил о чём-то важном, ускользающем.

Когда солнце стало садиться, окрасив мир золотисто-оранжевыми оттенками, Аня вышла в сад волхва. Этот уголок всегда казался ей особенным. Здесь всё было наполнено какой-то магической гармонией. Даже воздух был другим – свежим и терпким, словно напитанным силой растений, растущих в этом месте. Волхв часто рассказывал ей о свойствах этих трав, их уникальности и значении для жизни. Аня любила слушать его рассказы, впитывая каждое слово, как сухая земля впитывает дождь.

Она медленно шла по саду, поглаживая ладонями листья и стебли. Но взгляд её остановился на одном из горшков, который она заметила краем глаза. Что-то было не так.

В нём росло растение с мелкими листьями и тонким стеблем. Некогда крепкое и здоровое, теперь оно выглядело мёртвым. Стебель почернел, листья скукожились и покрылись сухими пятнами, словно сама жизнь вытекла из них.

Аня замерла на месте, чувство вины волной захлестнуло девочку.

– Как я могла забыть… – прошептала она, чувствуя, как сжимается её сердце. Её голос дрожал, полон раскаяния. – Волхв поручил мне следить за растениями, а я думала только о себе.

Она осторожно опустилась на колени перед горшком, как перед живым существом, нуждающимся в помощи. Её пальцы дрожали, когда она подняла горшок и внимательно осмотрела растение. Его состояние было почти безнадёжным. Почва казалась сухой, корни, вероятно, уже начали погибать.

"Может быть, ещё не поздно…" – подумала она, цепляясь за надежду.

Стиснув зубы, она старалась вспомнить всё, что знала об этом растении. Волхв говорил, что это одна из редчайших трав, из которой он создавал самые мощные лечебные настои. Её ценность была огромной, не только для волхва, но и для тех, кого он спасал своей магией. Аня чувствовала себя виноватой, словно предала доверие не только учителя, но и всех, кому могло помочь это растение.

– Прости, – прошептала она, её голос утонул в звуках вечернего леса.

Её руки обхватили тонкий, засохший стебель, и тут внезапно ладони наполнились теплом. Это было почти неуловимо, но затем чувство стало сильнее, разливаясь по её рукам, словно маленький ручей, который внезапно обрел мощь реки. Это было то же самое тепло, которое она уже однажды ощущала в лесу, когда случайно схватилась за невидимые нити энергии.

Дыхание девочки участилось, но она не отпускала растение. Напротив, её пальцы крепче обхватили стебель, и Аня начала мысленно направлять эту энергию, представляя, как она наполняет иссохшие ткани, оживляет корни и питает почву.

"Живи," – мысленно произнесла она, её воля была сосредоточена в этом единственном слове.

Прошло мгновение, а может, вечность, прежде чем она почувствовала слабую пульсацию. Словно маленькое сердце, растение откликнулось на её усилия. Стебель начал медленно выпрямляться, а на одном из засохших листьев показалась крохотная зелёная жилка.

Аня открыла глаза, и её губы тронула слабая, но искренняя улыбка. Это было лишь начало, но этого хватило, чтобы она снова поверила в себя.

Сначала листья начали медленно менять цвет, становясь ярко-зелёными, словно жизнь снова заструилась в них. Стебель, ещё недавно безжизненный и хрупкий, выпрямился, наполняясь силой. Но на этом изменения не остановились.

Аня почувствовала, как энергия в её ладонях набирает силу, переходя в растение. Жар разливался от ладоней по телу, пробегая лёгкими импульсами вверх по позвоночнику. Воздух вокруг стал гуще, как будто наполненный невидимой вибрацией. Растение вытянулось вверх, словно стремилось к небу, а из стебля один за другим начали пробиваться новые, свежие листья. Стебель стал толще, крепче, источая мощь. То, что минуту назад было увядающим ростком, теперь превратилось в зрелое, сильное растение, будто прошло не несколько дней, а несколько лет.

Аня отпустила его, отступив на шаг, её глаза расширились от изумления.

– Это невозможно… – прошептала она, ощущая, как в груди вспыхивает трепетное волнение. Её руки дрожали от волнения.

Она медленно поднялась на ноги, не отрывая взгляда от растения, которое теперь выглядело словно венец природы – совершенное, сильное, живое.

"Это и есть дар Бессмертного," – осенило её. Мысль словно молния пронзила её разум, и её дыхание стало прерывистым.

"Я могу ускорять рост растений. Делать их старше, сильнее. Это значит, что я могу создавать пилюли из трав, которые будут невероятно мощными…"

Её взгляд затуманился, когда перед внутренним взором всплыли строки из свитков волхва. Там говорилось о том, что возраст трав напрямую влияет на их силу. В сознании вспыхнуло ещё одно озарение.

"Если я смогу выращивать такие растения, то смогу создавать пилюли, которые ускорят моё развитие. Я стану сильной."

Но вместе с этим пониманием пришёл страх. Он закрался, как тень, холодом охватил её разум.

"Волхв не должен узнать об этом. Если он поймёт, что у меня есть такой дар, он может использовать это в своих целях или… хуже."

Она провела остаток дня в саду, работая с лихорадочной решимостью. Её пальцы дрожали, когда она осторожно выкопала растение, пересадила его в новый горшок и нашла для него укромное место за избой. Она накрыла горшок ветками и ещё раз огляделась, проверяя, не заметно ли укрытие.

Солнце уже садилось за горизонт, его последние лучи окрашивали небо в кроваво-красный цвет, когда она закончила.

– Я скажу, что оно погибло, – прошептала она, глядя на пустое место, где раньше стоял горшок.

Вина стучала в её сердце, словно капли дождя по крыше, но она знала, что поступает правильно.

"Это мой дар. Я должна его защищать."

Когда она вернулась в избу, ночь уже сгустилась, укрывая лес своим чёрным плащом. Усталость тяжёлым грузом легла на её плечи, но сон не спешил прийти. Она лежала, глядя в потолок, её мысли вихрем кружились в голове.

– Волхв ничего не узнает, – пробормотала девочка, словно пытаясь убедить себя.

Но в глубине души Аня знала, что это только начало. Тайна, которую она теперь носила в себе, была слишком велика, чтобы её можно было скрывать вечно.

Солнце лениво пробивалось сквозь утренний туман, заливая избу и сад волхва мягким золотистым светом. Каждая капля росы на листьях растений сверкала, будто мелкие бриллианты. Аня проснулась с тяжестью в груди, которая всё сильнее давила на неё. Волхв всё ещё не вернулся, и его отсутствие начинало тревожить её всё больше.

"Может, с ним что-то случилось?" – мелькнула мысль, когда она натягивала тёплую шерстяную кофту. Руки слегка дрожали, но она решила, что это от утренней прохлады.

Подойдя к зеркалу, она на мгновение застыла, разглядывая своё отражение. В глазах блестела тревога, но где-то в глубине пряталось что-то другое – решимость. Внезапно её взгляд скользнул к окну, за которым сад волхва простирался в тени деревьев, словно отдельный мир.

Там, среди десятков растений, скрывалось то, что изменило всё. Аня вспомнила, как накануне пересадила растение, наполнившее её душу противоречиями. Оно было не просто живым – оно было тем, что вселяло в неё надежду.

Аня провела ладонью по столу, где вчера лежали свитки. Их текст всё ещё стоял у неё перед глазами.

"Если я смогу использовать этот дар, я смогу продвинуться быстрее. Я стану сильнее," – её мысли кружились вокруг этой идеи, как мотыльки вокруг пламени. Она вспомнила, как листья растения меняли цвет, как оно оживало под её руками. Но вместе с этим воспоминанием в её сознание прокралась другая мысль, которая моментально охладила её пыл.

"Если волхв узнает… Что он сделает? Заберёт мою силу? Заставит всю жизнь работать на него? А может, вообще решит избавиться от меня?"

Эти вопросы засели в её голове, как острые иголки, не давая покоя. Она пыталась избавиться от них, но они всплывали снова и снова.

– Я должна быть осторожной, – прошептала она себе, голос дрогнул, но она быстро взяла себя в руки.

В тот же вечер, когда лес окутала тишина, Аня снова открыла тайник в стене избы. Свитки, лежащие там, стали для неё не просто хранилищем знаний – они были её ключом к пониманию мира, полного тайн, которые всё больше завораживали её и одновременно пугали.

Она искала что-то конкретное – рецепт пилюли, способной укрепить потоки её Силы. Глаза скользили по строкам, исписанным аккуратным мелким почерком.

– Это оно, – прошептала Аня, когда её взгляд остановился на одной из строк. Её пальцы, чуть дрожащие от волнения, бережно разгладили тонкую бумагу.

Описание было кратким, но многообещающим. Эта пилюля могла усилить внутренний поток энергии мага, сделав манипуляции потоками Силы более мощными и точными. Но список ингредиентов заставил её нахмуриться.

Среди необходимых компонентов было одно редкое растение, которое росло в саду волхва, но было ещё слишком молодым, чтобы использовать его.

Аня сложила свиток, глубоко задумавшись. Она встала и вышла в сад. Золотисто-красный свет закатного солнца, пробивался сквозь ветви деревьев, играя бликами на земле.

Найдя нужное растение, она остановилась. Тонкий стебель с мелкими листьями выглядел хрупким и беззащитным, словно не готовым к тому, что она собиралась сделать. Она опустилась на колени, протянув руку, и провела пальцами над листьями. Они были мягкими, почти бархатными.

"Ему нужно ещё несколько лет роста, чтобы оно стало достаточно сильным," – вспоминала она слова волхва.

Но у неё не было нескольких лет. Слишком многое зависело от того, сможет ли она сейчас использовать свой дар.

Она закрыла глаза, сосредоточилась. Её ладони, едва касаясь растения, начали слегка нагреваться. Тепло стало разливаться по её телу, устремляясь вниз к земле. Она чувствовала эту энергию, словно поток воды, струящийся из её ладоней.

– Пожалуйста, сработай, – прошептала она, закрывая глаза.

Поток силы хлынул в корни, обжигая пальцы жаром. Казалось, что сама земля под её ладонями вибрирует, словно пульсирующее сердце. Воздух вокруг стал густым, как будто время на секунду замедлилось…

Когда Аня открыла глаза, перед ней уже не было маленького, едва заметного стебелька. Растение выросло, его стебель стал мощным и твёрдым, а листья развернулись, насыщенные ярким зелёным цветом.

Она осторожно коснулась одного из листьев, боясь разрушить чудо, произошедшее у неё на глазах.

– Это невероятно… – прошептала она, её голос дрожал от эмоций. Она смотрела на растение, осознавая, насколько велик её дар. Её способность позволяла ей совершить то, на что у других магов уходят десятилетия.

Но вместе с радостью пришло и другое чувство. Страх. Она понимала, что эта сила – её тайна, её оружие, но и её бремя.

"Никто не должен узнать," – решила она, крепко сжав руки.

Вернувшись в избу, Аня приступила к созданию пилюль. Свиток с рецептом лежал перед ней на столе, и каждый его символ будто пульсировал энергией, маня и устрашая одновременно. Она тщательно готовила ингредиенты, стараясь не упустить ни одной детали. Но даже несмотря на её внимательность, ошибки всё равно случались. То смесь слишком быстро затвердевала, превращаясь в крошку, то пропорции оказывались неверными, и всё приходилось начинать заново.

Но наконец, спустя несколько часов, она держала в руках три идеальные пилюли.

– Получилось, – сказала она, улыбаясь.

Сердце девочки забилось быстрее. Она знала, что эти пилюли могли изменить всё.

Аня осторожно проглотила одну из пилюль. В первые секунды ничего не произошло, но вскоре она почувствовала, как тепло разливается по всему её телу. Её разум стал яснее, будто завеса, которую она даже не осознавала, наконец спала. Движения тела казались лёгкими, естественными, как никогда раньше. Она сосредоточилась на ближайших камнях, лежащих у порога. Аня мысленно потянулась к ним, и почти без усилия камни взмыли в воздух, подчиняясь её воле.

– Сработало! – воскликнула девочка, её глаза светились от восторга. Она повторила попытку ещё раз, заставив камни перемещаться плавными, почти танцующими движениями. Это было слишком легко, слишком прекрасно.

Но вскоре её радость начала угасать. Тепло, заполнившее её тело, сменилось тяжестью. Ладони задрожали, ноги ослабли, а голова закружилась. Аня опустилась на стул, чувствуя себя полностью истощённой.

– Если я буду делать это слишком часто, что со мной станет? – прошептала девочка, глядя на свои дрожащие руки.

Её разум вновь наполнился тревожными мыслями. Дар, который она открыла в себе, был одновременно благословением и проклятием. Она понимала, что не сможет ни с кем поделиться этой тайной. Если волхв узнает о её опытах, что он сделает? Она содрогнулась, осознавая, что этот страх сильнее её чувства вины.

Чтобы не оставлять следов своих экспериментов, Аня пересадила оставшиеся растения в отдельные горшки и перенесла их за дом. Она спрятала их за густыми зарослями, укрыла ветками и мхом, надеясь, что волхв не заметит их исчезновения из сада.

Но вечером, сидя у окна, Аня почувствовала, как тяжесть на душе стала невыносимой. Весь дом казался наполненным духом волхва, девочка ощущала его присутствие повсюду, словно он смотрел на неё из каждого угла избы с немым укором.

– Он спас меня. Он учил меня. А я обманываю его, – сказала она себе шёпотом, её голос был полон грусти и горечи. Глаза наполнились слезами, но она быстро вытерла их рукавом.

– У меня нет другого выбора, – шептала девочка, пытаясь убедить саму себя.

На следующий день Аня снова вернулась в сад, чтобы продолжить свои эксперименты. Но теперь, с каждым шагом, она чувствовала, как её внутренний конфликт становится всё более острым.

"Смогу ли я сохранить эту тайну, когда он вернётся?" – думала она, глядя на растения, которые стали символом её силы и бременем одновременно.

С этой мыслью Аня провела очередную бессонную ночь. Лежа на своей скромной постели, она смотрела в потолок, её разум разрывался между страхом и надеждой. Она знала одно: её дар – ключ к могуществу, но также и опасный секрет, который может всё разрушить.

Глава 10. Возвращение наставника

Дни тянулись в глухой тишине, нарушаемой лишь шумом леса и редкими криками птиц. Волхв всё ещё не вернулся, и его отсутствие вызывало у Ани всё большее беспокойство. Каждое утро, стоя на пороге избы, она пристально всматривалась в тропинку, ведущую к дому, надеясь увидеть знакомую фигуру. Потом снова проверяла днём, и ещё раз перед закатом, но лес отвечал ей только равнодушным молчанием.

"Может, он задержался из-за дел," – убеждала себя девочка, но ощущение, что что-то идёт не так, становилось всё сильнее. Она не знала, что её страшило больше – вероятность того, что волхв не вернётся, или то, что он вернётся и начнёт задавать вопросы.

Эти дни стали для неё испытанием. С одной стороны, её успехи в магии укрепляли её уверенность, но с другой – они становились всё более опасной тайной, которую необходимо скрывать. Аня убирала избу с почти маниакальной тщательностью, проверяя каждый угол, стирая малейшие следы своих экспериментов. Она пересаживала растения в укромные места сада, укрывая их ветками, мхом и, казалось, собственными страхами.

"Он не должен ничего узнать," – как заклинание, повторяла она про себя. Её разум был переполнен сценами возможных разговоров. Аня репетировала ответы: о своих успехах, о медитациях, о том, как усердно выполняла задания. Но каждый раз, представляя пристальный взгляд волхва, её сердце начинало биться быстрее.

Прошло ещё три дня, наполненных напряжением, словно лес затаил дыхание. Когда солнце начало клониться к закату, Аня, в который раз выглянувшая в окно, замерла. По тропинке, между тенями деревьев, неспешно двигалась фигура. Тёмный плащ волхва был покрыт дорожной пылью, а его лицо казалось усталым, но спокойным.

Аня выбежала на крыльцо, стараясь справиться с внезапно нахлынувшими эмоциями. Она хотела выглядеть спокойно, уверенно, но внутри всё сжималось.

Волхв поднял на неё взгляд, в котором не было тепла, но мелькнула искра любопытства.

– Ты справилась с заданиями? – спросил он, не замедляя шаг. Его голос звучал строго, но в его интонации чувствовалась нотка, заставившая её насторожиться.

– Да, – коротко ответила Аня, избегая его взгляда. Она знала, что её голос прозвучал слишком резко, но не могла заставить себя говорить иначе.

– Хорошо, – кивнул он, проходя мимо неё в избу.

В избе, не успев даже снять дорожный плащ, волхв остановился в центре комнаты и окинул Аню пристальным взглядом. Его глаза, казалось, проникали в самую суть её существа, заставляя девочку напрячься. Она старалась держаться спокойно, но его присутствие обостряло её тревогу.

– Ты изменилась, – наконец произнёс он, сложив руки на груди. Его голос был ровным, но в нём слышалась нотка скрытого интереса. – Покажи, что ты выучила.

Аня почувствовала, как её ладони вспотели, но она не позволила себе выдать волнение. Сделав глубокий вдох, она подошла к столу, где лежали сухие листья. Её пальцы слегка дрожали, но она быстро взяла себя в руки, сосредоточившись на знакомом ощущении потоков энергии.

Закрыв глаза, она протянула руки к листьям. Потоки заструились, словно подчиняясь её воле. Листья начали медленно подниматься в воздух, кружась в плавном танце. Аня сжала поток, направляя его движение, и листья аккуратно опустились обратно на стол, как будто их уложила невидимая рука.

– Неплохо, – произнёс волхв, наблюдая за её действиями. Его лицо оставалось непроницаемым, но в глазах мелькнул проблеск одобрения.

Он подошёл к полке, взял миску и наполнил её водой из кувшина. Поставив её перед Аней, он слегка наклонил голову, словно бросая вызов.

– Теперь заморозь воду.

Его голос был спокойным, но лёгкая усмешка выдала скрытое ожидание. Аня почувствовала лёгкое покалывание в ладонях. Этот трюк она никогда не пробовала раньше. Однако, сосредоточившись, она закрыла глаза, представляя, как энергия струится через неё, наполняя воздух вокруг холодом.

Медленно, но уверенно, вода начала покрываться тонкой коркой льда. Покалывание в ладонях становилось сильнее, а напряжение заполнило комнату. Когда Аня открыла глаза, поверхность воды уже полностью замёрзла.

Волхв наклонился ближе, разглядывая лёд. Он слегка коснулся его пальцем и, удовлетворённо хмыкнув, выпрямился.

– Ты продвинулась. Даже больше, чем я ожидал, – сказал волхв, и в его голосе прозвучала редкая нотка одобрения.

Эти слова должны были принести облегчение, но вместо этого в груди Ани что-то сжалось. Она ощущала, что за похвалой скрывается больше, чем казалось на первый взгляд.

"Он что-то заподозрил…" – её мысли, как молнии, мелькали в голове. Она старалась не выдавать себя, но взгляд волхва, цепкий и внимательный, не оставлял её.

– Ты трудилась все эти дни? – спросил волхв, его голос прозвучал ровно, но в нём чувствовалось сомнение. Он медленно прохаживался по избе, внимательно осматривая каждый угол, словно пытаясь уловить невидимые изменения.

– Да, – ответила Аня, изо всех сил стараясь, чтобы её голос звучал спокойно и уверенно. – Я следовала всем твоим указаниям.

Волхв остановился и обернулся к ней. Его глаза, глубокие и проницательные, впились в неё, заставляя почувствовать себя маленькой и уязвимой.

– Но твой прогресс слишком быстрый, – произнёс он, и его слова, как удар грома, разорвали напряжённую тишину.

Я просто… я много медитировала…" – Аня почувствовала, как вспотели её ладони. Она быстро вытерла их о платье, изо всех сил стараясь, чтобы голос звучал ровно. – "Слушала потоки, как ты учил.

Волхв долго смотрел на неё, будто пытался прочитать её мысли.

– Медитации, говоришь… – произнёс он наконец, но не стал развивать тему.

После короткой паузы он жестом велел ей следовать за ним. На улице прохладный ветер тронул её лицо, но даже он не мог снять напряжение, охватившее девочку. Волхв указал на поленья, сложенные у стены избы.

– Покажи, как ты управляешь огнём.

Аня ощутила, как её напряжение возросло. Сердце колотилось, но она знала, что не может выдать себя. Она вспомнила, как создала фиолетовый шар в лесу, но понимала, что сейчас это будет слишком рискованно.

Она закрыла глаза, сосредоточившись на старых, хорошо известных приёмах. Потоки энергии медленно собрались в её ладонях. Сначала ничего не происходило, но затем поленья начали тлеть. Спустя несколько секунд на них появился слабый огонь, колеблющийся на ветру.

Волхв наблюдал за ней молча, его взгляд был тяжёлым, но спокойным.

– Недостаточно, но лучше, чем раньше, – наконец произнёс он, кивнув, словно что-то отмечая про себя.

Аня поймала его взгляд – внимательный, оценивающий, как будто он уже начал что-то подозревать.

Волхв немного помолчал, затем заговорил снова, его голос стал ниже, как будто обращаясь не только к ней, но и к чему-то в самом воздухе.

– Ты продвинулась, но помни: успех, который приходит слишком быстро, может обернуться падением. Иногда это значит, что ты упустила что-то важное.

Аня кивнула, стараясь не выдать своего волнения.

"Он заметил. Я должна быть ещё осторожнее," – подумала девочка.

Волхв отвернулся и направился к саду, оставляя её одну. Аня осталась стоять у двери, смотря ему вслед. Облегчение от того, что он не продолжил расспросы, сменилось волной тревоги. Её тайна осталась нераскрытой, но чувство, что она находится под наблюдением, теперь не покидало её.

Она глубоко вздохнула, с трудом подавляя дрожь в коленях. Прогресс был её гордостью, но теперь он также стал и самым большим её страхом.

Глава 11. Испытание на Холмах Света

День начался, как любое другое утро в этих краях – прохладный, наполненный запахом влажной земли и хвои. В густых тенях леса раздавались голоса природы: шорох листьев, треск веток под лапами невидимых зверей, далёкий плеск ручья. Но Аня почти не слышала этого. Её мысли были сосредоточены на словах волхва.

– Сегодня мы отправляемся на Холмы Света, – сказал он, крепко затягивая ремень своей дорожной сумки. Его голос звучал спокойно, но в нём было что-то, что заставило Аню затаить дыхание.

Она замерла, обдумывая его слова. Название "Холмы Света" прозвучало, как вызов. Её сердце сжалось от предчувствия. Волхв рассказывал, что это место силы, где магия буквально пронизывает воздух, наполняя каждую частицу вокруг. Но это место было не для слабых. Оно испытывало тех, кто осмелился приблизиться, и лишь немногие возвращались оттуда, став сильнее.

– Это испытание, – продолжил волхв, глядя на неё. – Ты должна показать, насколько ты готова.

Аня почувствовала, как холод пробежал по спине. Она кивнула, стараясь скрыть страх. Но её голос дрогнул, когда она задала вопрос:– Что будет, если я не справлюсь?

Волхв ненадолго задержал взгляд на её лице, словно изучая каждую черту.

– Никто не станет судить тебя за поражение, – наконец ответил он, поправляя плащ. – Но, если ты сама себя не признаешь достойной, никто этого не сделает за тебя.

Его слова ударили глубже, чем она ожидала. Тревога девочки усилилась, превращаясь в тяжёлый ком в груди. Волхв отвернулся, проверяя ремни на своей сумке, а она осталась стоять, сжимая края своего плаща.

"Если я подведу… если я не выдержу…" – мысли словно вихрь неслись в её голове.

Но вместо того, чтобы утонуть в сомнениях, Аня сжала кулаки.

"Я должна попробовать," – подумала она.

– Готова? – голос волхва разорвал её раздумья.

Она кивнула, хотя внутри всё ещё кипел страх.

Волхв пристально посмотрел на неё. Его глаза, казалось, видели больше, чем она могла представить.

– Хорошо. Тогда идём, – сказал он, указывая на тропу, исчезающую в густой зелени.

Тропа к Холмам Света тянулась бесконечно, словно сама природа не желала открывать свою тайну. С каждым шагом лес становился всё мрачнее. Высокие деревья с извилистыми ветвями сплетались в сложный узор, почти полностью скрывая свет неба. Влажный холод проникал под плащ, заставляя кожу покрываться мурашками. Аня шла за волхвом, стараясь держаться близко. Он двигался уверенно, его шаги были точными, будто он знал каждый камень и корень на этой тропе.

Но вскоре её внимание привлекли фигуры впереди. На тропе появились другие волхвы со своими учениками. Они двигались медленно, небольшими группами, как тени, материализовавшиеся из глубины леса. Высокие, с прямой осанкой, они казались одновременно величественными и пугающими. Их мантии, тёмные с серебристыми и золотыми вышивками, словно отражали слабый свет, пробивающийся сквозь кроны деревьев. Символы, вышитые на ткани, мерцали в полумраке, и Аня не могла отвести от них взгляд. Эти знаки были древними и непостижимыми, словно сама магия запечатлела своё дыхание в их изгибах.

Ученики шли следом за наставниками. Некоторые выглядели самоуверенными и грозными, их лица отражали опыт и решимость. Другие – совсем молодыми, с дерзкой уверенностью, в которой ещё не было места страху. Среди них выделялась девушка с ярко-рыжими волосами, которые, казалось, горели в тени леса. Её глаза, зелёные, как весенние листья, смотрели прямо на Аню. В этом взгляде было что-то пронзительное, почти вызывающее.

Аня услышала шёпот, едва уловимый, словно сам ветер донёс его до ушей девочки.

– Это она? – голос был тихим, но достаточно резким, чтобы ударить в самое сердце.

Она притворилась, что не слышит, но внутри уже нарастало беспокойство.

– Самая молодая? – голос рыжеволосой прозвучал громче, с оттенком плохо скрытого презрения. – И как её вообще допустили?

Аня бросила короткий взгляд, надеясь, что этого никто не заметит. Девушка слегка повернулась к своему спутнику, парню лет шестнадцати с короткими тёмными волосами и самоуверенной улыбкой.

– Они, наверное, надеются, что она хоть чему-то научится, – лениво протянул он, бросив на Аню насмешливый взгляд. – Хотя зачем, если всё равно не справится?

Он рассмеялся, и его смех прозвучал как пощёчина.

Аня почувствовала, как её лицо заливает жар, будто ей бросили вызов на глазах у всех. Её пальцы невольно сжались в кулаки, ногти впились в ладони. Она старалась смотреть под ноги, не поднимая головы, но услышанное звенело в ушах.

"Почему они так уверены?" – думала она, чувствуя, как внутри неё начинает закипать смесь злости и обиды.

Она стиснула зубы, пытаясь сдержать эмоции, которые готовы были выплеснуться наружу.

Волхв, идущий впереди, словно почувствовал её напряжение. Он остановился, слегка обернувшись через плечо. Его взгляд был спокойным, но острым, как лезвие ножа.

– Смотри только вперёд, – сказал он, его голос звучал ровно, но в нём ощущалась внутренняя сила.

Аня подняла голову, встретившись с его взглядом.

– Их слова не сломят тебя, но твои действия могут заставить их замолчать.

Его слова, простые и прямые, ударили точно в цель. Она почувствовала, как её дыхание немного выравнивается, а гнев, смешанный с обидой, сменяется решимостью.

"Да, – подумала она. – Я докажу им всем."

Волхв кивнул ей едва заметно, словно ощущая её настрой, и снова направился вперёд.

Голоса, как слабые порывы далёкого ветра, всё ещё разносились по тропе, но Аня больше не обращала на них внимания. Она сосредоточилась на звуке собственных шагов, ощущении земли под ногами, на ритме своего дыхания. Эти мелочи помогали удержаться на грани – не дать гневу и обиде поглотить её. Впереди её ждало нечто большее, чем злословие чужих людей, и она не могла позволить себе отвлекаться.

Идти стало легче. Лес начал расступаться, и перед ними, словно скрытые завесой времени, появились Холмы Света. Их величие и загадочная атмосфера затмевали всё, что только могла представить Аня. Но вместе с этим она чувствовала, как внутри неё растёт твёрдое намерение доказать не только другим, но и самой себе, что она способна на большее, чем кто-либо мог подумать.

Когда они достигли подножия Холмов Света, Аня не смогла сдержать удивлённого вздоха.

Холмы поднимались к небу плавными изгибами, словно исполинские волны, застывшие во времени. Над ними возвышались древние каменные арки, испещрённые светящимися рунами. Эти символы переливались мягким золотистым светом, будто пульсировали в такт невидимому сердцебиению самой земли. В этих рунах было что-то завораживающее, почти гипнотическое, и Аня почувствовала, как её пальцы невольно тянутся к ним.

Вокруг холмов раскинулся лес, но теперь он казался другим. Тишина была слишком густой, как натянутая струна, готовая лопнуть. Воздух здесь был плотным, насыщенным энергией, которая словно проникала в каждую клеточку тела. У Ани побежали мурашки по коже.

– Это место… – начала она, но волхв резко прервал её.

– Это место покажет тебе, кто ты есть.

Его слова прозвучали скорее предупреждением, чем наставлением.

Группы учеников и их наставников начали расходиться по холмам, каждый направлялся к своей арке. Эти арки, казалось, звали их – руны сияли ярче, едва они подходили ближе. Аня видела, как один из наставников коротко коснулся плеча своего ученика, что-то прошептал, и тот исчез за аркой.

Невдалеке, чуть выше по склону, высокий юноша с тёмными волосами лениво бросил:

– Надеюсь, для кого-то испытание не окажется слишком сложным.

Его слова прозвучали громче, чем нужно, намеренно выделяясь среди окружающих голосов. Он бросил на Аню насмешливый взгляд, а уголки его рта изогнулись в самодовольной улыбке.

Аня почувствовала, как внутри всё кипит. Она стиснула зубы, пытаясь удержаться от колкости в ответ. Вместо этого она сделала глубокий вдох и двинулась к своей арке, стараясь держаться прямо.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.