Проект «Пангея»
Сергей Смолин

Посвящается тому, что мы любим и ценим, все мы.

Тому, что делает нас такими, какие мы есть.

Тому, что не хотелось бы потерять. Особенно из-за какой-нибудь глупости.

© Сергей Смолин, 2026

ISBN 978-5-0065-5608-9

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Глава 1. Не совсем естественный отбор

Был обычный городской вечер. Прекрасный мегаполис, один из самых манящих и шикарных на всей планете, жил своей привычной жизнью. Большинство горожан, следуя одной и той же схеме, собиралось с работы домой, в магазин или куда-то ещё. Пробки на дорогах и очереди в супермаркетах постепенно становились длиннее. Конечно, многие ещё сидели в офисах, но некоторым уже удалось закончить все свои важные дела. Впрочем, городское население обычно состоит не только из офисных работников и кассиров, как это кажется на первый взгляд. Например, в этом городе проживал один очень перспективный молодой физик по имени Джон Принстон. Благодаря своим поистине гениальным научным статьям, мистер Принстон привлёк к себе достаточное количество внимания со стороны коллег, и к нему уже поступила пара интересных предложений по работе от серьёзных университетов. Весьма довольный таким интересом к собственной персоне, учёный всерьёз задумался о том, где же ему было бы лучше и интереснее. Где-то в глубине души он понимал, что поработать в обычной лаборатории и получить некоторое количество премий он ещё успеет. На это у него будет много времени. Амбиции и молодость подгоняли его к чему-то необычному, чему-то особенному. «Наука – это не столько скучный учебник, сколько захватывающий роман,» – любил повторять он. Однако, идеи и красивые фразы – это одно, а реальная жизнь – несколько другое. И сейчас Джону надо было просто выбрать новое место работы. Поразмыслив несколько дней, учёный наконец начал склоняться к одному из вариантов и уже собирался сообщить своё решение университетам. Но всё изменил странный звонок. Некто, представившись «сотрудником солидной научной корпорации» сообщил, что корпорация эта «очень заинтересована в молодых гениях» и как раз сейчас «начинает один крайне масштабный социальный эксперимент» и что «очень хотелось бы предложить именно лично вам один очень интересный проект». Чтобы узнать все подробности, физику необходимо было встретиться с представителем корпорации лично. Не то чтобы Джон всерьёз воспринял этот разговор. Он прекрасно понимал, что под такого рода предложениями обычно понимается довольно скучная работа в команде инженеров, и денежная прибыль для руководства, разумеется, гораздо важнее, чем научные изыскания. А ещё «сотрудник» даже не удосужился представиться и сообщить название своей компании. Тем не менее, учёный привык не отмахиваться даже от очень незначительных на первый взгляд фактов. Небольшую роль сыграло также и любопытство. Поэтому Джон всё-таки согласился на встречу, решив, что более пятнадцати минут она не займёт, и всё станет ясно и очевидно сразу.

Итак, мистер Принстон зашёл в кофейню, в которой была назначена встреча, и сел за свободный столик на террасе. Терраса была отделена от тротуара невысоким ограждением, как это обычно делается в подобных заведениях. И почему-то, стоило за это ограждение зайти, улица сразу начинала восприниматься как-то по-другому. Возможно, на подсознательном уровне небольшое огороженное пространство казалось некой своей территорией, отделённой от остального мира. Мистер Принстон заказал большую чашку капучино и погрузился в свой смартфон. Не замечая ничего, кроме текстов на экране и аромата кофе, учёный никак не отреагировал на то, что за его столик подсел высокий солидный господин в дорогом костюме.

– Мистер Принстон, добрый вечер, – вежливо поздоровался подсевший и улыбнулся.

Физик вздрогнул, чуть не пролил кофе, рассеяно осмотрелся и, наконец, осознав, что ему сказали, поздоровался в ответ и мельком оглядел своего собеседника. Тот, не теряя времени даром, начал:

– Итак, меня зовут мистер Джеймсон, Дэн Джеймсон. Я работаю в «TFI Corporation» и в данный момент занимаюсь набором кадров для крайне ответственного, интересного и масштабного проекта. Смею вас заверить, мы очень внимательно ознакомились с тысячами кандидатур – учёными, юристами и прочими, скажем так, умными людьми – и отобрали наиболее подходящих из них. После этого мы провели ещё один этап отбора, учитывая, при этом, психологию личностей, их профессиональные качества, уровень интеллекта. И теперь, наконец, мы готовы сделать предложения нашим кандидатам.

– Я немного не понимаю, – заметил учёный. – Получается, вы собирали информацию о каких-то «умных людях», не поставив их в известность?

– Мы не за кем не шпионили, – заверил мистер Джеймсон. – Вы же прекрасно понимаете, что сначала мы просто нашли некоторое количество выдающихся личностей, а потом собрали о них информацию, которая и так имеется в открытом доступе – ознакомились с их работами, посмотрели странички в соцсетях, ну, всё как обычно, не более того.

– Обычно, – возразил физик, – Отбор на работу происходит несколько по-другому. Кстати сказать, я, признаться, раньше ни слова не слышал о вашей корпорации. «TFI», так?

– Именно, – подтвердил собеседник, – И здесь нет ничего удивительного. Это очень крупная, серьёзная и богатая организация. Но далеко не самая известная. Так бывает.

– И чем же эта организация занимается?

– Поле деятельности весьма и весьма широкое. Разумеется, передовые разработки, в частности, космические, исследования в различных областях, геологические изыскания, ну, вы понимаете, а также юриспруденция, аудит, ну и разное другое… Впрочем, я думаю, вскоре вы узнаете всё изнутри.

«Уж больно много у них направлений, – такая мысль, конечно, пролетела в голове учёного, – Либо действительно очень большая корпорация, либо… Либо это какая-то… Ерунда!».

– А теперь самое важное. Как я уже сказал, вы, в каком-то смысле, уже успешно прошли первые этапы нашего отбора. А вот дальше мы бы хотели предложить вам небольшие испытания. Мне кажется, вам это понравится. Только сперва вы должны подписать один документ.

Из портфеля был извлечён и положен на стол лист бумаги, на котором заявлялось, что все полученные на собеседовании сведения являются строго конфиденциальными, составляют корпоративную тайну, и мистер Принстон обязуется никоим образом их не разглашать. Физик внимательно изучил документ и молча поставил внизу свою подпись. Ничего страшного в этом не было.

– Послезавтра ровно в десять ноль-ноль за вами заедут и отвезут в одно из наших представительств. Мы выделим вам замечательную комнату со всеми удобствами.

– Комнату? У вас, что же, эти эээ тесты будут длиться несколько дней?

– Да, именно так. Дня два, может быть, три. Понимаете, мы должны присмотреться к команде. Вы, кандидаты, должны сначала хотя бы немного побыть вместе, это крайне важно для данного проекта. У каждого будет своя роль, но всё решает единство и способность работать совместно. Не мы первые придумали такую проверку. Разумеется, – мистер Джеймсон развёл руками, – Если вам что-то не понравится, мы сразу же вернём вас домой, вы только не должны разглашать никакую информацию. А вот если мы с вами друг друга полностью устроим, то можно будет переходить к следующему этапу. И, предупреждаю сразу, как я уже отмечал, мы набираем самых разных людей, от физиков и химиков до юристов и менеджеров, и предложенные команде тестовые задания могут оказаться несколько неожиданными. Понимаете, это может быть что угодно, от каких-то математических расчётов разной степени сложности, до попытки расследовать какое-либо условное преступление, полагаясь на логику и факты.

«Ну точно чепуха какая-то, – заключил Джон. – Просто цирк. Но, чёрт возьми, этот тип меня заинтриговал». После этого он вслух сказал:

– И всё-таки мне хотелось бы получить хоть какую-то информацию о том проекте, в который вы пытаетесь меня затащить. О чём идёт речь?

– К сожалению, я не могу сказать ничего конкретного до прохождения первых тестов, но могу намекнуть, что готовится эксперимент, имеющий большую важность для дальнейших исследований. Скажем так, мы всего лишь хотим видеть то, как люди, талантливые, но совершенно разные, смогут долго находиться вместе на определённой ограниченной территории, работать и находить решения различных задач, как сугубо технических, так и весьма нестандартных. Ну, представьте, что мы просто хотим смоделировать ситуацию, когда подобная разношерстная, но полезная команда находится в непривычных условиях, полностью отрезанная от остального населения. Она выполняет там разные стратегически важные задания и попутно решает мелкие текущие. Собственно, именно поэтому мы и хотим с первых же дней поставить кандидатов в похожие условия, то есть, поселить их у нас. Ну, а по окончанию, как мы полагаем, многим участникам будет также предложена и постоянная работа.

Физик немного задумался. В принципе, в этом объяснении не было ничего странного, сверхъестественного или криминального. В нынешних частных компаниях можно было увидеть ещё и не такие фантазии. И вообще, что-то подобное Джон, кажется, слышал. Какой-то режиссёр вроде заранее собрал актёров вместе, чтобы они сработались… Впрочем, не суть.

– Мистер Джеймсон, а какое у вас материально-техническое обеспечение?

– Просто великолепное. Денег на проект не пожалели. Мистер Принстон! Мы же уже изучали вашу личность. Ну ведь вы же всегда хотели послужить науке как-то нестандартно, ведь так? И вот теперь у вас наконец есть шанс! Причём, что, согласитесь, не маловажно, служба эта будет очень хорошо оплачиваемой.

Физик задумался. В конце концов, он может просто явиться на эти чёртовы тесты и принять окончательное решение уже там. Да, пожалуй, он так и сделает. Конечно. Только нужно – ну так, просто на всякий случай – задать ещё один крайне важный вопрос.

– Я бы хотел ещё кое-что уточнить… – учёный замялся, – Вот эта «TFI» – это, как я понимаю, просто частная корпорация? Ну, то есть, к государству она никакого отношения не имеет? И… Я хочу спросить, просто вы всё время подчёркиваете о неразглашении… Я, видите ли, не хотел бы связываться…

– Нет-нет, – засмеялся мистер Джеймсон, – Я вам клянусь, мы не имеем никакого отношения к спецслужбам, ни к американским, ни к каким-либо ещё.

Через несколько часов, сидя у себя дома, Джон Принстон знакомился с имеющейся в интернете информацией о «TFI Corporation» и размышлял. Ничего особо интересного найти не удалось. Да, очень крупная организация. Да, очень разнообразная деятельность. Но это можно было сказать и о многих других корпорациях. Основана в таком-то году путём такого-то слияния. Занимает такие-то строчки в таких-то рейтингах. Ничего особенного. Всё солидно и благородно. Да и сам проект уже не казался физику таким уж странным. В конце концов, есть разные методы организации рабочего процесса. Да, впрочем, какой рабочий процесс. Сказано же было, что это – просто эксперимент. Возможно, хотят сделать какой-то крупный филиал… Ну, скажем, в Австралии, например. И, поскольку, будет вложено много денег, желают отправить туда проверенную хорошую команду. Нет, но ведь кучи различных филиалов открываются и закрываются по всему миру, и никто ведь не набирает новых сотрудников таким способом. А, может быть, руководство заинтересовано именно в сугубо научной деятельности? Чистая наука тоже может приносить прибыль. Жаль только, что очень редко. А что, если владельцы корпорации просто энтузиасты? Денег им, совершенно очевидно, хватает. Вот и решили заняться чем-то… Для души. Ведь многие миллиардеры тратят деньги на благотворительность, поддерживают ту же науку или, к примеру, спорт. Ну и просто… Бесятся с жиру и придумывают невесть что для собственного развлечения. Почему нет. Они хотят собрать разных выдающихся перспективных специалистов. Это – действительно необходимость? Или просто какие-то амбиции? Рекламный ход? Ну какая ещё фирма может похвастаться тем, что тщательно отбирала целую кучу программистов, маркетологов или, чёрт возьми, поваров просто для того, чтобы создать какую-то особую команду? «Уж не в Антарктику ли они хотят нас отправить?» – Джон мысленно усмехнулся. Через мгновение эта довольно абсурдная версия показалась ему очень интересной. А ведь может быть и такое. Первая частная база в Антарктике. Внимание к такому проекту обеспечено. Отличный пиар. Только зачем в Антарктике юристы? А, впрочем, это всего лишь часть… Шоу. И ведь команда может просто выполнять удалённо самую обычную корпоративную работу. Юрист будет составлять иск, а бухгалтер – считать доходы с расходами. Обычный офис. Только находиться он будет не где-нибудь на Манхэттене, а, скажем, возле русской базы «Восток». Вот уж куда оригинальнее! Пиар? Да! Какая-нибудь практическая польза? Вполне возможно, и здесь ключевое слово – «эксперимент». Ну понаблюдают за людьми, которые занимаются обычными делами в необычном месте. Может быть, им зачем-то это нужно. Или кто-нибудь заказал такое исследование, а они решили сделать из этого шоу. Вполне может быть. Только если это и впрямь Антарктика, разве там не запрещено что-либо строить частникам? В этом Джон не был уверен. Да, может быть, и не Антарктика, может быть, где-то в Гималаях или на каком-нибудь отдалённом островке посреди Тихого океана – уже и не так красиво, но тоже вполне себе оригинально.

Джон встал и взял бокал. Подошёл к холодильнику, бросил в бокал лёд, налил виски, быстро выпил и налил ещё. Он не мог понять одного. Ведь он уже решил, что просто поедет и посмотрит на весь этот корпоративный цирк, и там уже поймёт, надо ему это или нет. И решение это было весьма логичным. Но так почему же он весь вечер думает об этом? Зачем? Джонни, ты должен был просто зайти в интернет, посмотреть информацию о «TFI» (полчаса от силы) и успокоиться. Твоей паранойе этого должно было хватить. Зачем все эти предположения и фантазии? Скоро ты сам всё увидишь. Учёный покрутил бокал и посмотрел на лёд внутри. Лёд таял, и вокруг него было что-то вроде едва заметной дымки. Джон сделал ещё один глоток. И тут он понял. Просто ему не давало покоя странное предчувствие. Это была уже не логика. Он просто чувствовал, что что-то здесь не то.

Утром мистер Принстон проснулся довольно поздно. О завтрашних тестах он уже почти не думал. Вечером он заранее собрал основную часть вещей, рассчитывая, на всякий случай, не на три дня, а на неделю. Подготовка к поездке напомнила ему о сборах в отпуск. Правда, отправляясь отдыхать, он всегда заранее знал куда именно и на сколько времени поедет. Кроме сборов, физик потратил время на небольшую прогулку, чтение и интернет, в общем, ничего необычного с ним не случилось.

За физиком приехали не ровно в десять утра, а даже чуть раньше. Водитель тихо поздоровался, взял у учёного сумку и положил её в багажник. Джон сел на заднее сиденье. Водитель занял своё место и, ни слова ни говоря, тронулся. Прошло несколько минут. Мистер Принстон поинтересовался:

– А куда мы, собственно, едем?

– Офис номер четыре-двадцать два, сэр, – вежливо объяснил водитель, но понятнее от этого не стало.

– И где же он находится?

– Примерно в трёх часах езды отсюда. Думаю, сейчас больших пробок уже не будет, и мы выберемся из города относительно быстро.

– Офис за городом?

– Да, сэр.

Джон пожал плечами и стал смотреть в окно. А в окне проплывали те самые городские виды, на которые многие ежедневно смотрят вживую, а все остальные – по телевизору. По дорогам медленно пробирались через город автомобили, значительную часть которых составляли такси. Спешащие пешеходы суетились на тротуарах и иногда перебегали на другую сторону улицы. Кругом были вывески. Фастфуд, кофе, бары… И, конечно, где-то вдали раздавался звук сирены. Город. Город. Город.

– Скажите, а вы долго работаете в корпорации? – поинтересовался мистер Принстон.

– Больше пяти лет, сэр.

– И как впечатление?

– Хорошее, сэр. Во всяком случае, они хорошо платят.

– И кого же, если не секрет, вам приходится возить?

– Я обычно обслуживаю людей, которые не являются нашими сотрудниками. Ну или пока не являются, это, как я понимаю, ваш случай, сэр. Обычные люди. Разные.

– Понятно, – кивнул физик.

– Я же простой водитель, сэр. Не думаю, что я знаю что-то, что могло бы вас заинтересовать.

– Разумеется. Ну, а вот сегодня, вы поехали за мной. Вам что-нибудь объяснили, кого вы должны забрать?

– Мне всего лишь назвали имя и адрес. Но мне известно, что вас пригласили пройти отбор в какой-то новый проект. Больше я ничего не знаю.

– А другие люди? Вы кого-нибудь уже отвозили на этот отбор?

– Да, сэр, нескольких человек, но я понятия не имею кто они, а фамилии мне называть запрещено, извините.

– И что же, компания присылает за каждым кандидатом машину? За одним человеком, который даже ещё не работает у вас, чтобы отвезти его чёрт знает куда? А почему они не прислали автобус за всеми сразу?

– Не знаю, сэр. По-моему, они просто не хотят, чтобы кандидаты видели друг друга до поры до времени. Это всего лишь моё предположение, не более того. А что касается расходов на бензин, то расходы их, кажется, вообще не очень волнуют. Хотя, надо сказать, деньги они считать умеют. По крайней мере, у нас в транспортном отделе с этим строго. Если что-то нужно – средства выделяют сразу и не жадничая. Но лишних трат не допускают.

Шоссе было узким. Вокруг него – деревья, деревья и деревья. Лес. Спокойные тихие пейзажи убаюкивали. Через какое-то время машина свернула на маленькую непонятную дорогу, ведущую в глубь леса, и вскоре упёрлась в металлические ворота, возле которых был пункт охраны с двумя мужчинами (оба были заняты перекусом). Ворота медленно отъехали в сторону, и автомобиль въехал на территорию. Джон с интересом смотрел в окно. Небольшая парковка. Не очень большое трёхэтажное здание. Чуть дальше – что-то вроде гаража и ещё какое-то одноэтажное длинное строение. Дорога огибала гараж и шла куда-то дальше. Машина остановилась на парковке. Водитель достал багаж учёного. Из трёхэтажного здания вышел уже знакомый физику мистер Джеймсон, улыбнулся и протянул Джону руку:

– Добрый день, добрый день! Очень рад вас видеть! Добро пожаловать в один из наших офисов. Как добрались, мистер Принстон? Не очень утомились в дороге?

– Благодарю вас, всё хорошо.

– Чудесное место, не правда ли? А чувствуете, какой здесь воздух? Это вам не Шестая авеню!

Воздух действительно был очень приятным.

– Пройдёмте, скорее, внутрь. Мы покажем вам вашу комнату. За вещи не волнуйтесь, их сейчас принесут туда же.

– Спасибо, – пробормотал Джон и медленно пошёл следом.

Внутри оказалось довольно просторное фойе со стойкой, напоминающую стойку ресепшена в отеле. Да в каком-то смысле это и был отель, в котором жили потенциальные работники корпорации. У стойки стоял невысокий мужчина. Увидев Джона, он поздоровался и без лишних проволочек протянул физику ключ-карту. Поднявшись по лестнице на второй этаж и пройдя несколько метров по коридору, мистер Джеймсон остановился и пояснил: «Сюда, пожалуйста». Джон открыл дверь и вошёл. Его временное жилище было, конечно же, не роскошным, но весьма и весьма хорошим. Маленькая прихожая и небольшая, но уютная комната. Тут же принесли вещи Джона. Мистер Джеймсон снова улыбнулся и сказал:

– Отдыхайте. Вы можете пойти пообедать, тут внизу есть столовая. Если, конечно, хотите. Или погулять по территории. В общем, делайте что вам угодно. А в шестнадцать часов состоится первый тест. Сегодня будет всего лишь банальное тестирование на интеллект и ещё пара психологических тестов, тоже весьма банальных. Будьте готовы к этому времени. У вас есть какие-нибудь пожелания или вопросы?

– Нет, – учёный пожал плечами, – Спасибо.

Оставшись один, Джон первым делом посетил санузел с известной целью. После этого распаковал из сумки некоторые вещи, а потом прошёлся туда-сюда, разглядывая помещение. В конце концов он остановился у окна. Окно вело во двор и выходило на другую сторону от ворот, в которые физика привезли. Выяснилось, что во дворе есть ещё одно здание, ничем не примечательное, и маленький то ли садик, то ли скверик. Дорога проходила между ними и упиралась в ещё одни ворота. Ворота были заметно выше первых и, что было дальше, физик видеть не мог. Впрочем, это его уже не особенно интересовало, так как двор этого «офиса» тут, очевидно, заканчивался. В садике на лавочке сидел молодой человек. А вот показался мистер Джеймсон. Он, говоря по телефону, скрылся в двухэтажном здании. Постояв ещё немного, Джон потянулся, вздохнул и подумал, что действительно было бы неплохо и пообедать. Спустившись вниз, он заметил дверь с надписью «Столовая». Столовая была самой обыкновенной, напоминающей университетскую. За одним из столиков сидел довольно пожилой упитанный человек с густой щетиной и пил кофе. Когда физик вошёл внутрь, человек с интересом осмотрел его, после чего встал и произнёс:

– Здравствуйте, мистер…

– Принстон, Джон Принстон, – ответил физик и протянул незнакомцу руку.

– Очень приятно. Постойте-ка, мистер Принстон… А вот эти недавние статьи по ядерной физике – случаем, не ваши?

– Мои, – подтвердил физик. – Вы их читали? Вы – учёный?

– Эээ, видите ли, я – математик. В физике я не очень-то разбираюсь, относительно, просто иногда на досуге… А вообще-то моя специальность – математика. Простите, я же не представился. Доктор Браун.

– Доктор Браун… – фамилия показалась какой-то знакомой, но вспомнить Джон не мог.

– Работаю в одном известном университете, – пояснил доктор. – Я, видите ли, собирался в отпуск. Присмотрел отличный отель на Гавайях. Уже хотел забронировать номер. И тут мне позвонили из этой самой корпорации, уговорили на встречу, а это, поверьте, было нелегко, и соблазнили поучаствовать в каком-то дурацком эксперименте. И вот я припёрся сюда. Сижу и пью кофе в этом грёбаном лесу. Меня сегодня утром сюда привезли и до сих пор толком ничего не объяснили.

– Почему же вы согласились, раз вам так это всё не нравится?

– Любопытство и желание убедиться, что я был прав. Это странное едкое ощущение, присущее любому научному работнику. Знаете, я ведь на первой встрече просто послал этого… Как его, Джеймсон, да. Я же сразу подумал, что это очередная херня. Да-да, самая натуральная. Всего лишь очередной глава очередной фирмочки хочет заставить пахать на себя кучу перспективных и очень полезных личностей. Всего-то навсего. Вот они и придумали эту ахинею с какими-то там «экспериментами», кои, как я убеждён, никто и не собирается проводить. Сочинили сказку о том, как они кого-то там отбирали, нагнали секретности, отвезли в лес. Это же просто дешёвое шоу. Вот увидите, всё закончится тем, что нам предложит идиотскую работу, которая к науке никакого отношения не имеет. А, да, и тут же ещё психология, как же, ведь человек прошёл кучу «тестов», не бросать же теперь это всё дело.

– Вы полагаете… – Джон задумался, – Что…

– Что это всего лишь новый вид лохотрона. Способ привлечь в свою компанию хорошие кадры, которым и так есть чем заняться. Так вот, я стремлюсь окончательно удостовериться, что я прав. Вот почему я, чёрт возьми, здесь, а не пляже!

Происходящее предстало перед Джоном в новом свете. Как всё просто. Просто и скучно. Антарктика. Спецслужбы. Джон, да тебе нужно не наукой заниматься, а детективы писать! Или того хуже – романы-фентези.

– Так, – сказал математик. – Ну а почему же вы согласились на эту клоунаду?

– Всё то же любопытство, – ответил физик, – Именно оно. В принципе, я тоже просто хотел приехать и посмотреть, что же тут будет.

– Что тут будет – уже понятно, – пробурчал доктор. – Да, и самое важное.

Физик приготовился слушать.

– Учтите, у них тут очень вкусное рагу. Рекомендую. Воооон то, – доктор Браун показал рукой куда-то в сторону. – А вот кофе мог бы быть и покрепче.

Рагу действительно оказалось на уровне. Кроме того, Джон был уже достаточен голоден. Правда, активное потребление салата и второго привело к тому, что десерт учёному есть уже было некуда. Что касается кофе, то, по мнению Джона, он оказался весьма крепким. Видимо, доктор Браун предпочитал просто экстремальную крепость напитка. Математик, кстати, не покинул столовую, а взял ещё чашечку двойного эспрессо и сидел рядом. Теперь у Джона появился хоть какой-то приятель на новом месте. Это было уже кое-что. Конечно, характер у доктора был ещё тот, но иногда это даже к лучшему.

После кофе оба учёных вместе вышли из столовой.

– Кстати, а где будут первые тесты? – поинтересовался физик. – Куда нам, собственно, идти?

– Понятия не имею, – буркнул математик. – Возможно, первое испытание— это найти место проведения испытаний.

Джон улыбнулся, а потом вздохнул.

– Во всяком случае, – добавил доктор Браун, – У нас ещё есть время погулять. Предлагаю ознакомиться с территорией данного предприятия. Вдруг мы найдём тут что-нибудь интересное. Хотя вряд ли.

Они вышли из здания и направились к скверику. Скверик был маленький. Клумба, несколько деревьев, лавочки, фонтанчик. Постояв несколько минут у воды, учёные подошли ко вторым воротам. Эти ворота и забор здесь выглядели серьёзнее, чем те, в которые их привезли. «Видимо, они ощущают какую-то угрозу со стороны леса,» – едко заметил математик. «Он, наверно, всегда такой, когда ему скучно, – решил физик, – А, может быть, и вообще всегда. Интересно, каково приходится его студентам».

Как бы там ни было, время прошло довольно быстро. К учёным подошёл мистер Джеймсон и пригласил следовать за ним. Он завёл их во второе здание, усадил в кабинете, напоминающим аудиторию, и раздал задания. Сначала шёл всем известный тест на уровень IQ. Далее – тест на логику, тоже весьма популярный («следует ли из текста, что это утверждение верно?"…). За ним – какой-то психологический. Физик спокойно и сосредоточено заполнял анкету. Последнее задание показалось ему немного странным. Оно состояло из вопросов, которые часто встречаются в психологических тестах, начиная от «Хорошо ли вы спите по ночам?» и заканчивая «Говорите ли вы иногда неправду?». Многие видели такие тесты при приёме на работу. Но тут были ещё и такие: «Ощущаете ли вы дискомфорт, если все выходные проводите у себя дома?». «Мечтали ли вы в детстве побывать на других планетах?». «Представляли ли вы себя когда-нибудь секретным агентом?».

Математик иногда чуть-чуть усмехался и, кажется, думал ещё и о чём-то своём. Примерно через один час Джон встал и начал собирать листки вместе, чтобы сдать их. Тут же поднялся и доктор Браун. Кажется, он закончил раньше и какое-то время просто сидел и ждал. Мистер Джеймсон очень быстро просмотрел отданные ему бумаги, кивнул, убрал их в кейс и пояснил: «На сегодня – всё. Завтра мы предложим вам гораздо более серьёзный тест. Сейчас можете быть свободны. Спасибо».

– Цирк продолжается, – заявил математик, как только они вышли во двор.– Зачем проверять логику и IQ у людей, которые вполне себе преуспевают в науке? И почему нельзя провести все проверки в один день? Я уже не говорю про абсолютно идиотские вопросы последнего теста.

– Знаете, – задумчиво произнёс мистер Принстон, – Мне кажется, они просто хотят посмотреть, как мы будем себя вести. Как проведём здесь свободное время, как отреагируем на заведомо дурацкие вопросики и всё такое прочее. Может быть, они специально загоняют сюда по несколько человек на два-три дня и проверяют их совместимость, ну или что-то такое.

– В этом что-то есть. Но, скорее всего, тут другое, – доктор понизил голос и театрально осмотрелся по сторонам, – Вероятнее всего, это просто проявление психических отклонений их HR-отдела. Пожалуй, им бы стоило пригласить сюда ещё и известных психиатров. Они могли бы им пригодиться!

Следующий день начался с проверки знаний. Кандидатам были предложены задачи, имеющие отношение к роду их занятий. Как и в первый раз, проверка подразумевала письменные ответы на поставленные вопросы. Они оказались достойными серьёзных учёных. Джону пришлось немного поднапрячь свою память, чтобы извлечь оттуда кое-какую информацию, которая была нужна ему далеко не каждый день. Испытание заняло несколько часов. После этого учёных отпустили на два часа отдохнуть, сказав, что следующий этап будет очень интересным. Когда все снова собрались, мистер Джеймсон торжественно объявил:

– Итак, господа, сейчас я бы хотел предложить вам один из самых интересных наших тестов. Отвлекитесь на время от науки. Сейчас вам придётся представить себя в роли… Талантливых преступников.

– Нам нужно украсть часы с вашей руки? – язвительно спросил доктор Браун.

– Нет, мы же не хотим заниматься исполнением преступлений, да ещё и таких ничтожных, лично. Хочу предупредить, что вопросы покажутся вам странными, возможно, детскими и откровенно глупыми. Помните, что сейчас мы говорим об абстрактных вещах. Именно об абстракциях, не о реальном мире. Отвечать нужно быстро, как можно быстрее. Вы готовы? Отлично. Итак, мистер Принстон, первый вопрос вам. Не стесняйтесь, просто говорите то, что вам придёт в голову! С чего бы вы начали, если бы захотели убить Президента Соединённых Штатов?

– Эм… – Джон повёл рукой и задумался.

– Быстрее! Нужно отвечать быстро! И помните: это всего лишь аб-страк-ци-я!

– Я бы… – физик посмотрел вверх, ещё несколько секунд помолчал и начал говорить. – Наверно… Скорее всего, я бы попытался узнать, где… Ну, каким-то образом, выяснить, где в ближайшее время может находиться Президент… Чтобы… Ну, чтобы выбрать место и… А, вот, чтобы потом уже, исходя из того, какое местоположение будет выбрано, определиться со… Со способом совершения… Э…

– Понятно. Совершенно понятно. Дальше. Доктор Браун…

– Слушаю. Мне, наверно, нужно взорвать Белый дом?

– Доктор Браун. Вы – босс большого преступного сообщества. Одного из ваших людей арестовывает ФБР. Высока вероятность того, что он пойдёт на сделку и даст показания против вас. Ваши действия?

– Ну, конечно же, мне нужно каким-то образом его убрать, так? Какой ещё ответ вы хотите услышать?

– Замечательно. Мистер Принстон. Представьте, что в ваших руках оказалась машина времени, с помощью которой вы можете отправиться в прошлое, максимум на триста лет назад, и вернуться обратно. Вы решаете использовать устройство для личного обогащения. Что конкретно вы сделаете?

– Мне в голову не приходит ничего, кроме как купить там разные предметы, которые сейчас можно продать как антиквариат. А, ну и дешёвое золото, да. Однако, вы же понимаете, что, если бы это было возможно, необходимо было бы учитывать эффект бабочки и ничего не…

– Конечно. Сейчас речь не об этом, – перебил Джеймсон. – Сказать по правде, тут интересно то, что вы сначала вспомнили про золото, а уже потом про эффект.

Странное тестирование продолжалось ещё около получаса. После этого в кабинет зашёл ещё один человек, пожилой, невысокого роста, с бородкой и очень внимательным, тяжёлым взглядом. Он кивнул всем присутствующим, отдал Джеймсону какую-то бумажку и молча вышел. Джеймсон ознакомился с содержимым документа и объявил:

– Поздравляю вас, господа. Вы оба допущены к участию к эксперименту. Наш психолог внимательно наблюдал за вами последние два дня и пришёл к выводу, что вы нам подходите.

– Наблюдал? – задумчиво произнёс Джон. – Так, значит всё-таки вы действительно смотрели не столько на тесты, сколько на наше поведение?

– Ну, в некотором роде. Мы, конечно, хотели убедиться лично в ваших способностях, просто на всякий случай, но по большому счёту нас больше интересовала ваша реакция на происходящее. Конечно, доктор Браун, при всём уважении, эээ, довольно своеобразная личность, но в конечном итоге плюсы здесь перевешивают минусы. Сейчас я, наконец, объясню, в чём, собственно, вам предстоит участвовать. Позволю себе напомнить, что вы подписали соглашение о неразглашении какой-либо информации. Итак. Как вы знаете, речь идёт о некоем эксперименте. Он проводится не просто так. В будущем, и я имею в виду не очень отдалённое будущее, его результаты могут быть очень нужны для настоящего проекта. Наши инженеры давно работают над проектом автономной базы, которая может существовать в крайне неблагоприятных для человека условиях. И на базе этой должна долгое время находиться команда учёных. Очевидно, что нельзя недооценивать психологию и человеческий фактор в таких условиях. Что толку от техники, если люди начнут сходить с ума, впадать в депрессию, отказываться работать или, чего доброго, убивать друг друга. Тем более, я не хочу никого обидеть, по статистике многие интеллектуалы и способные личности обладают… Скажем так, не совсем обычным характером, – Джеймсон мельком взглянул на доктора Брауна, – Так что крайне важно провести эксперимент именно с талантливыми научными работниками. Мы должны понять, насколько продуктивна будет работа, сколько времени человек может успешно заниматься умственным трудом в данных условиях. Поэтому, нам необходимо смоделировать подобную ситуацию и понаблюдать за происходящим. Смоделировать максимально реалистично, насколько это возможно. А чтобы имитировать реальную деятельность, мы будем подбрасывать вам очень интересные и порой очень странные задания. Учтите, что на базе вы будете находиться целых полгода. В режиме полной автономии. Покинуть базу вы сможете только отказавшись от дальнейшего участия.

– Полгода?! – вскрикнул математик. – То есть, мы должны полгода провести непонятно где и как, не имея возможности даже выйти на улицу?!

– Да, доктор Браун. Именно так. Буквально. Впрочем, условия пребывания у вас будут вполне себе удобными, задачи – интересными, а оплата – крайне высокой, и это при том, что вам шесть месяцев не придётся тратиться ни на еду, ни на что-либо ещё. И учтите, что вы послужите очень важной для человечества задаче. Наконец, по окончанию эксперимента вам, вполне вероятно, предложат работу в нашей компании. И, может быть, я подчёркиваю, может быть, даже… Участие и непосредственно в настоящем проекте, если вам будет угодно.

– Так что это за проект? – тихо спросил Джон.

– Постройка первой в истории научной базы на Марсе.

Несколько секунд стояла тишина. Физик развёл руками и буркнул что-то себе под нос. Математик вздохнул, что-то тихо пробормотал, посмотрел в потолок и, наконец, произнёс:

– Позвольте кое-что уточнить. Я правильно понял, что ваш социальный эксперимент проводится не ради интереса? То есть, вы действительно считаете, что сможете построить что-то на Марсе и отправить туда людей, да ещё и много людей, да ещё и физически не слишком подготовленных?

– Этот вопрос, доктор, следовало бы задать нашим инженерам. Но все сведения, как вы понимаете, строго засекречены. Я могу лишь заверить вас, что техническая сторона проработана очень тщательно. Мы бы не стали строить такую же базу на Земле и набирать настоящих учёных просто так от нечего делать.

– И где же находится ваша база?

– Это вы сможете узнать только когда прибудете туда сами.

Снова воцарилось молчание. Тогда Джеймсон произнёс:

– Господа. Подумайте также и вот о чём. По окончанию эксперимента, все данные будут рассекречены. Полетит кто-нибудь на Марс или нет, но все участники станут знаменитыми. Опять же, вы отлично послужите науке. Да, и у меня вот здесь указаны конкретные суммы ваших гонораров за участие.

Джеймсон достал бумаги и протянул их учёным. Деньги действительно были какие-то заоблачные. Джон на минуту задумался и медленно сказал:

– Я согласен.

А вот доктор Браун не был столь решителен. Он встал, походил туда-сюда, подумал и, наконец, ответил:

– Ваша затея кажется мне полнейшим бредом. Но, чёрт возьми, чем-то она мне нравится. Наверно, я потихоньку начал выживать из ума, но это так. Нет, конечно, я, как человек женатый, должен сейчас послать вас к чёрту и вернуться домой к своей супруге. Но, поскольку эта сука сбежала от меня вот уже… Шесть, нет, семь лет назад, я вполне могу не учитывать факт её наличия. Ещё у меня есть студенты, но что-то подсказывает мне, что эти раздолбаи скучать по мне не будут. В общем, почему бы старому математику не поворчать ближайшие несколько месяцев в вашем сарае! Исключительно забавы ради.

– Я так понимаю, вы тоже согласны?

– Иными словами – да! Я – согласен! А сейчас я хочу выпить кофе, а потом узнать, что же мне нужно делать дальше в связи с принятием этого идиотского маразматического решения.

Глава 2. Поехали

Джон подписал кучу разных бумаг – очередные соглашения о неразглашении, трудовой договор и прочее-прочее-прочее. Кроме того, он немедленно получил солидный аванс наличными. После этого его отвезли домой, в который раз напомнили, что нельзя никому ничего рассказывать и пообещали, что вскоре объявят дату начала эксперимента. Физик жил один, домашних животных у него не было, и в принципе он мог спокойно уехать из дома на требуемый срок. В общем-то ему нравилось, что он согласился на эту странную работу, и не терпелось узнать, чем конкретно ему там придётся заниматься. Но иногда в его голове всё-таки мелькала мысль, что что-то не так. Конечно же, в настоящую базу на Марсе он не очень-то поверил. Но сам эксперимент не был таким уж необычным или подозрительным. Ведь на самом деле что-то подобное уже делали много раз. Ну, конечно, не совсем так, но смысл был примерно тот же. А Марс – ну что Марс, просто красивая легенда для поднятия престижа корпорации. Не более того. Ничего криминального тут нет. Почему бы ему, взрослому умному дяде, не поиграть в исследователя другой планеты. Тем более, что за это ему хорошо, и даже очень хорошо, заплатили. Если вдуматься, это же здорово! А, может быть, именно большая сумма возбудила в нём подозрения? Но, с другой стороны, если человек бросает все свои дела и на шесть месяцев переезжает непонятно куда, разве сумма может быть меньше? Нет, конечно, нет. В любом случае решение уже было принято.

Время тянулось медленно и неприятно. Через несколько дней учёному наконец позвонили, уточнили, готов ли он, и назвали время, когда за ним приедут. Оказалось, что заберут его ещё через только через неделю. Впрочем, ничего удивительного в этом не было. Отобрать столько людей (А, кстати, сколько? Десять человек? Двадцать?), уговорить согласиться (или найти замену), провести эти дурацкие тесты, потом дождаться, пока все будут готовы (закончат текущие дела) … На самом деле всё могло быть и намного хуже. Точнее говоря, намного дольше.

Наконец, наступил тот самый день. Он оказался пасмурным и душным. За физиком приехала та же машина, что и в первый раз. Вещей, понятно, у него было гораздо больше. В инструкции, которую он получил, было сказано, что практически всё необходимое для работы и жизни будет предоставлено на месте, вообще всё, от компьютеров до зубной пасты. Но вовсе не запрещалось брать с собой всё, что угодно, устанавливался только определённый предел на массу вещей (база, очевидно, была не резиновой). Водитель помог Джону перенести три большие сумки. Физик тщательно запер дверь и два раза проверил, что замок действительно закрылся. После этого он на секунду о чём-то задумался, резко выдохнул, усмехнулся и сел в машину.

Вскоре Джону показалось, что его везут в то же место, где он был в прошлый раз. И действительно, в конце пути Джон увидел тот же знакомый забор. За ним стояло несколько человек, среди которых был и Джеймсон. Учёному дали какой-то пропуск с фотографией и зачем-то попросили пересесть в другую машину и переложили туда же его багаж. Удивлённый физик пожал плечами и сделал то, что от него требовали. Машина тут же поехала к воротам на противоположном конце двора. Они открылись, и Джон увидел узкую дорогу. В этот раз лес почему-то показался учёному каким-то мрачным. Возможно, всё дело было в погоде. Небо оккупировали тёмно-серые тучи, и срывался мелкий дождь. Ехали недолго, минут десять. Снова забор, в этот раз – очень высокий и с колючей проволокой. У ворот стояло несколько человек с автоматическими винтовками. Двое из них подошли к машине, внимательно осмотрели Джона и его пропуск и тихо перекинулись парой слов с водителем. Ворота медленно отъехали в сторону, и физика ввезли внутрь. То, что он увидел внутри, больше всего напоминало склад. Джон успел рассмотреть несколько ангаров или что-то вроде них. Машина заехала в один ангар и остановилась. Внутри были какие-то стеллажи с ящиками. Действительно как на складе. К Джону подошли какие-то людях в костюмах. У одного из них в руках была рация. Двое молча достали из багажника сумки. Третий быстро поздоровался и пригласил Джона следовать за собой. Они прошли в какую-то дверь, за которой, опять-таки, были всё те же стеллажи и ящики. Джон недоуменно озирался по сторонам, но здесь ещё и освещение было не очень хорошим, поэтому, войдя внутрь, физик ничего рассмотреть не мог. Сопровождающий быстро и тихо что-то сказал в рацию. Неожиданно прямо перед Джоном в полу открылся большой люк. Оттуда ударил яркий свет. Спустившись по лестнице, которая была широкой и довольно длинной, Джон обнаружил массивную металлическую дверь. Дверь открылась, и физика завели в помещение, которое напоминало большую прихожую. Сопровождающие поставили сумки на пол и молча ушли. Дверь закрылась. Из какого-то коридора, который учёный сначала не заметил, вышел человек. Он улыбнулся, подошёл к Джону и сказал очень учтивым голосом:

– Добрый день, мистер Принстон! С прибытием вас! Позвольте представиться. Питер Уотсон. Координатор проекта. Сразу же приношу извинения за меры безопасности. Вам, вероятно, было не очень приятно то, что вас встретили вооружённые люди и отвели в такое странное место. Это конспирация, проект-то пока секретный, поэтому всё обустроено здесь на складах, к слову, это действительно настоящие склады, там мы храним разное ценное оборудование. Отличная, понимаете ли, идея, и место не пропадает, и маскировать ничего не нужно, и охранять приходится только один объект, а не два, в общем, я думаю, мы тут всё прояснили.

– Да, – начал было Джон, но мистер Уотсон снова затараторил:

– Итак, добро пожаловать. Сейчас мы пройдём дальше, основная масса участников уже, собственно, прибыла. Вы сможете познакомиться с ними, а когда соберутся все, мы спустимся ниже, и вы, наконец, увидите нашу замечательную модель потенциальной марсианской базы, да.

Мужчины прошли дальше. Очередная массивная дверь. Кто-то открыл её с той стороны. Небольшое помещение, ещё три человека с оружием, экраны видеонаблюдения. Один из охранников отомкнул ключом обычный замок на следующей двери и приложил карту к электронному. Джон сделал шаг и оказался в ещё одной, не очень хорошо освещённой, «прихожей», в которой находилось ещё восемь человек, лица которых Джон толком даже не рассмотрел. Дверь закрыли, и мистер Уотсон, недолго думая, начал всех знакомить:

– Дамы и господа, мистер Принстон, физик, молодая и перспективная личность, автор известных научных статей. Как и вы все, соблаговолил присоединиться к нашему проекту. Мистер Принстон, теперь позвольте представить вам остальных. Винсент Брайан, программист, участвовал в разработке известной операционной системы, работал над искусственным интеллектом в известной компании, вы все её знаете. Фрэнк Аткинсон, бизнес-аналитик, ранее занимал крупную должность в консалтинговой фирме. Стюарт Ричардсон, адвокат, известен способностью выигрывать весьма тяжёлые процессы. Эбигейл Коллинз, химик, некоторое время работала в знаменитом университете, после перешла в частную лабораторию, где весьма ценилась, но мы её переманили. Шервуд Холлоуэй, системный архитектор, бывший заместитель руководителя сети филиалов одной организации, был вынужден искать новое место работы, так как вследствие, прямо скажем, самодурства начальства, у этой компании возникло множество проблем. Рита Уорнер, аудитор, до нас состояла в соответствующей должности в солидном банке. Чарлз Кирби, экономист, был чиновником в мэрии. Ричард Северейд, инженер и изобретатель, когда-то служил в армии, затем работал на успешном предприятии, но в итоге запатентовал пару технических новшеств, что позволило ему не работать вовсе. Осталось дождаться всего двух участников, они должны прибыть в течение часа. Прощу прощения, но я пока вас оставлю.

Мистер Уотсон быстро вышел из помещения. Джон слегка замялся, но подошёл к остальным, ещё раз посмотрев каждого из них (насколько это было возможно при таком освещении). Конечно, внезапно оказаться среди незнакомых людей в такой странной обстановке было малоприятно. «Почему они не могли собрать всех сразу? Обязательно было привозить по одному человеку?» – раздражённо подумал физик.

– Так, значит, вы – Джон, и вы – физик, так? – уточнил один из присутствующих.

– Именно. А вы… Простите, я не сразу запоминаю…

– Ричард Северейд. Но лучше просто Дик. Инженер.

– Да, конечно. Кажется, вы ещё и изобретатель?

– Получается, так, – Дик развёл руками. – Когда-то я придумал пару интересных вещей, это слишком специфично, чтобы рассказать в двух словах… В общем, связано со станками… Не суть. Через какое-то время после этого я вообще перестал работать, ну и занимался просто разными интересными вещами, путешествовал, а потом меня вдруг пригласили сюда. Конечно же, это шизоидное мероприятие увлекло меня, и я не смог отказаться.

– Понятно, – Джон внимательно осмотрел собеседника (глаза потихоньку привыкали к полумраку). Крепкий атлетичный мужчина средних лет с короткими светлыми волосами и довольно тяжёлым взглядом.

– А вы как сюда попали?

– Любопытство, – физик пожал плечами. – Просто стало интересно, что же за ерунда здесь у них творится. Хотя, надо сказать, мне всегда хотелось поучаствовать в чём-то полезном и оригинальном.

– Это – понятно, – кивнул Дик и бросил взгляд на остальных. – Непонятно другое. Без обид, но мне казалось, что на Марс логичнее было бы отправить, например, геологов и астрофизиков. Но тут предпочли адвоката и консультантов.

– Аналитиков, Дик, аналитиков, – с улыбкой на лице заговорил… Кажется, Фрэнк. Точно, этого мужчину зовут именно так. – Точнее, вообще-то одного аналитика. Мистер Холлоуэй – системный архитектор.

– Ну, конечно же, это всё в корне меняет! – усмехнулся Дик. – Впрочем, учитывая, что это всего лишь долбанный эксперимент, почему бы и нет.

– Я и сам понятия не имею, что мне придётся здесь делать, – Фрэнк развёл руками.

– А знаете что? – заметил инженер. – Пожалуй, я бы предпочёл взять с собой не учёных и не финансистов, а медика (на всякий случай), хорошего повара, бармена и пару горячих девчонок. Нам тут полгода сидеть вообще-то.

Джон на секунду задумался, а потом спросил:

– А ведь серьёзно… Я даже как-то не подумал. Если это полная автономия, мы же будем сами себе готовить, так? А продукты? Полгода… Тут что, склад с какой-то бакалеей? Морозильник? Или мы будем питаться консервами?

– Мне кажется, всё значительно проще, – предположил Дик. – Если серьёзно, то никакой настоящей автономии здесь не будет. Ну, то есть, нас, конечно, никуда не выпустят, и к нам никого постороннего не впустят, но продукты всё-таки поставлять будут эээ «с Земли».

– Но это же… Нет, не может быть. Ведь вся суть именно в стопроцентной имитации. Зачем тогда вообще надо было собирать нас тут? Сидели бы в обычном офисе.

– Вот и посмотрим, – буркнул изобретатель.

– Ну, а медики? – Джон снова задумался. – Я вообще-то был уверен, что среди участников будут медики.

– Да то же самое, – ответил Дик. – При необходимости просто притащат доктора извне.

– Вероятно, – задумчиво сказал Фрэнк, – Руководство решило, что нет смысла тратить ресурсы на присутствие врача и повара. В реальности можно просто чуть-чуть увеличить базу и взять вспомогательный персонал. Для эксперимента это упрощение абсолютно не принципиально. Сути это не меняет. Ведь здесь хотят посмотреть именно на нашу психологию в замкнутом пространстве, а не смоделировать саму базу от и до.

Тут дверь открылась, и в комнату ввели уже знакомого Джону доктора Брауна. Мистер Уотсон быстро представил его присутствующим, протараторил ему их имена и ушёл. Математик сразу же поинтересовался у Джона:

– Это каждый раз так? Когда приходит новенький, он рассказывает про всех остальных?

– Видимо, да, – пожал плечами Джон.

– Ну, конечно, нельзя же было привезти сразу всех вместе. Что же, цирк продолжается. Хотя нет. Цирк только начинается. И все мы, как я полагаю, ближайшие шесть месяцев будем играть роль клоунов.

Дик рассмеялся. «Наверно, они вскоре подружатся, – подумал Джон. – Ну или наоборот, терпеть друг друга не смогут». Оставалось дождаться последнего участника. Время шло довольно медленно, так как было скучновато. Джон извлёк из кармана смартфон. Как он и предполагал, связи не было. Сначала он хотел запустить какую-то игру, чтобы скоротать время, но потом передумал. Остальные занимались кто чем. Три или четыре человека беседовали между собой. Кто-то достал из сумки какую-то книгу и погрузился в неё, хотя читать при таком освещении было явно неудобно. Дик стоял и, кажется, о чём-то очень тщательно раздумывал. Доктор Браун бесцеремонно слонялся туда-сюда и всё рассматривал, хотя смотреть было особо не на что. Периодически он поглядывал на часы. «Такое ощущение, что он куда-то торопится, – заметил про себя физик, – Хотя мы всё равно останемся здесь на ближайшие полгода». Впрочем, на самом деле становилось уже действительно нудно. Всем очень хотелось увидеть наконец свой новый временный дом, если базу можно так назвать, и узнать, чем конкретно придётся заниматься. Заходя в последнюю дверь, Джон думал, что вот сейчас вот всё станет ясно и понятно. Но вместо этого снова пришлось сидеть и ждать. Прошло минут двадцать-тридцать. Наконец дверь открылась. В сопровождении мистера Уотсона в помещение вошла симпатичная блондинка лет двадцати пяти. «Келли Рейнольдс, биолог, недавно закончила аспирантуру, работала в своём родном университете, среди специалистов известна тем, что уже успела написать весьма интересные статьи в известные журналы,» – быстро проговорил сотрудник и снова представил всех остальных, уже в который раз.

– Знаете, – немедленно заговорил Дик, – А я всегда любил биологию. Позвольте узнать, а на ком вы специализируетесь?

– Мистер Северейд, – перебил Уотсон, – Простите, но у вас будет полно времени, чтобы пообщаться. Сейчас мы, наконец, проследуем дальше. Итак. Дамы и господа! Сейчас перед вами откроется последняя дверь, отделяющая нашу базу от внешнего мира. Прошу вас представить себе, что всё по-настоящему. Для нашего эксперимента важно, чтобы у вас полностью создалось ощущение, что вы находитесь не на Земле. Только вдумайтесь. Сейчас вы окажетесь первыми людьми, которые поселились на другой планете! Марс, тот самый Марс, через минуту станет вашим домом. Конечно, этот момент очень волнителен. Вы все очень переживаете, но в то же время вам не терпится наконец войти внутрь.

С этими словами Уотсон торжественно прошёл к очередной стальной двери и начал открывать замки. Джон действительно попытался убедить себя в том, что он находится на Марсе. Просто так, чтобы было интереснее. Но толком ничего не получилось. Тут воцарившуюся тишину прервал будничный голос Дика:

– Мистер Уотсон, скажите пожалуйста, мы правильно поняли, что к нам на Марс будут приезжать земные повара?

Несколько человек засмеялись. Кто-то вздохнул.

– Что, простите?

– Готовить пищу мы будем сами? И, главное, из чего готовить? У вас там хранилище с продуктами или как? В договоре таких подробностей не было. И как быть с медицинским персоналом? Я что-то не вижу здесь медиков. Я к тому, что с реалистичностью у вашей ролевой игры, прямо скажем, не всё в порядке.

– Видите ли… – Уотсон отошёл от двери и замялся. – Там внутри действительно есть хранилище… Да, и компактная, но неплохо оборудованная кухня… Но в основном еда будет доставляться вам извне в готовом виде. Если вы будете сами готовить себе, по очереди, например, или как угодно ещё, то это сильно отвлечёт вас от основной деятельности. А если добавить в ваш состав ещё пару поваров, то придётся выделять им комнату, точнее говоря, отсек, ну и всё такое прочее, а это, конечно, увеличит стоимость эксперимента и усложнит его. Поверьте, построить всё это под землёй, да ещё в условиях секретности, было не таким уж простым делом. И вовсе недешёвым. Поэтому в конечном итоге было решено сделать именно так. Но на ход эксперимента это никак не повлияет.

– Спорный вопрос, – задумчиво заметил Джон. – Ведь вы и другие сотрудники постоянно повторяли о максимальной приближённости к реальности. Учитывая, что срок пребывания здесь весьма продолжителен, приготовление пищи – то есть, какая-то дополнительная нагрузка – может довольно сильно сказаться на настроении команды. Впрочем, дело ваше.

– Ну, руководство решило, что на этом можно сэкономить, – Уотсон развёл руками – У вас будут ещё какие-нибудь вопросы? Или мы можем начинать?

– Будут, – заявил Дик. – Если вдруг (ну, вдруг) кому-то понадобится медицинская помощь, врачи тоже прибудут извне?

– Да, именно так.

– Понятно, – протянул инженер.

– Тогда начнём.

Уотсон открыл замки и, распахнув дверь, жестом пригласил присутствующих войти.

Глава 3. Дом, странный дом

Длинный и широкий коридор. По обеим сторонам – несколько дверей. Хорошее освещение. Вот что участники эксперименты заметили вначале. Ещё им показалось, что коридор отделан каким-то необычным материалом, отдалённо напоминающий какой-то металл, но вскоре выяснилось, что это всего лишь пластик. Возможно, самый обычный, который можно купить в простом строительном магазине. Все двери также выглядели немного футуристично, но на самом деле это были самые обычные двери, также пластмассовые. В общем, ничего особенного пока не было. Перед выходом Джон заметил на потолке камеру слежения. Мистер Уотсон начал объяснять:

– Итак, дамы и господа. Первая дверь слева – это ваша кухня-столовая. Первая дверь справа – скажем так, прачечная и подсобное помещение, кладовая, если угодно, там просто есть стиральные машины, а также разные полочки и тому подобное, можете использовать его как хотите, если вообще хотите. Дальше идут жилые отсеки. Всего их шесть. Вы уже знаете, если, конечно, внимательно прочитали договор перед тем, как его подписать, что один отсек рассчитан на двух человек. Поскольку здесь у нас три дамы, я полагаю, что одной из них вам придётся выделить целый отсек целиком. Впрочем, нас абсолютно не касается, кто с кем будет жить, вы можете разбиваться на пары как угодно. Если бы кому-то пришло в голову поселиться втроём (хотя это было бы неудобно), или, например, если бы кто-то вдруг захотел жить в кладовке – ради Бога. Весь смысл в том, чтобы наблюдать за вашим поведением, а не регулировать его. Таким образом, жилые помещения делите, пожалуйста сами. Да, подчеркну, что все они абсолютно идентичны, и внутри вы найдёте всё, что нужно, включая мебель, полноценный санузел и тому подобное. Дальше. Последняя дверь справа ведёт в спортзал. Учитывая, что вы полгода будете находиться на замкнутой территории, спортзал, как я подозреваю, будет весьма полезен для вашего здоровья. Он у нас, конечно, небольшой, но неплохо оборудованный, есть штанги, беговые дорожки и прочее. Напротив него – самое интересное. Рабочее помещение. Точнее говоря, два рабочих помещения. В одном из них находятся рабочие места с хорошими компьютерами. Другое представляет собой небольшой зал для совещаний, ну или конференц-зал, то есть, там есть стол и оборудование для видеосвязи. Рабочие места уже подготовлены, на них вы сможете найти абсолютно всё, вплоть до канцелярии. Ну, а последняя дверь в конце коридора – это вход в оранжерею. Да, у нас даже есть оранжерея, и там у нас поддерживается определённый микроклимат и растут красивые растения. Это не прихоть, а необходимость. Полгода просуществовать в полной изоляции в бункере было бы, поверьте, весьма и весьма сложно для вашей психики. Поэтому мы предоставляем вам хотя бы имитацию сада, по которому можно чуть-чуть пройтись в свободное время. У вас прямо сейчас появились какие-нибудь вопросы?

– Да! – тут же сказал Дик, – А бассейн тут есть?

– Есть, с чистой и тёплой проточной водой, правда, маленький. Вход в бассейн находится в спортзале, там на двери написано.

– Вы серьёзно? – недоумённо поинтересовался Джон. – Вы даже бассейн построили?

– Ну мы же не хотим, чтобы вы тут за шесть месяцев с ума сошли, – развёл руками мистер Уотсон. – Да, собственно, в договоре же было сказано, что мы обеспечиваем вас всем необходимым для поддержания физической формы. Вы же вообще читали договор?

– Конечно, читал, но я не думал, что всё будет настолько… По-земному.

– А сауны нет? – снова встрял инженер.

– Вот чего нет, того – нет.

– Понятно. Я просто уточнил.

– Разумеется. Итак, дамы и господа, раз вопросов больше нет, прошу вас располагаться. Сейчас сюда занесут все ваши вещи. Их оставят в подсобке, потом извольте сами забрать их в свои отсеки. После этого я выйду отсюда, и эта дверь закроется. С этого момента можете считать, что вы находитесь на Марсе. Задания вам будут давать по видеосвязи или присылать по электронной почте. Все рабочие вопросы обсуждаются точно таким же образом. Никакой другой связи с внешним миром у вас не будет. Для работы вам может понадобиться доступ в Интернет. В этом случае он будет вам предоставлен, но доступны будут только необходимые для рабочего процесса сайты. В каждом жилом отсеке есть кнопка экстренной связи, но убедительная просьба нажимать её только в действительно экстренных случаях, например, если кто-то будет плохо себя чувствовать. Учтите, что коридор и рабочие помещения находятся под нашим постоянным наблюдением. Разумеется, есть также пожарная сигнализация. Если бы, не дай Бог, что-нибудь случилось, мы бы сразу же об этом узнали, и очень быстро вас эвакуировали, так что об этом не переживайте.

Зашло несколько человек. Они быстро занесли внутрь все чемоданы и сумки. Мистер Уотсон постоял ещё с минуту, ничего не говоря, а потом произнёс: «Вот и всё. Завтра в девять утра вам всем необходимо собраться в зале, вы получите свои первые задания. Желаю удачи!». После этого он вышел, и дверь с громким щелчком закрылась.

– Приехали! – заявил Дик. – Ну всё. Теперь мы все – марсиане!

– Я почему-то думала, что начало будет более… Торжественным, – задумчиво сказала Рита.

– Да, с духовым оркестром и фейерверком. И с пафосной речью Генерального Секретаря ООН. Впрочем, нам пора распределить комнаты. Ах да, мы же на Марсе. Отсеки, я извиняюсь.

– Эби, поселимся с тобой? – спросила Рита.

– Да, конечно. Думаю, мужчин не затруднит принести наши чемоданы?

– Не затруднит, но сперва надо бы нам самим определиться с жильём. – ответил Дик и зевнул.

– Джон, – заговорил доктор Браун, – Мы с вами были вместе с самого начала. Вы не будете возражать, если мы будем вместе и дальше? Ведь что больше подходит друг другу, чем физика и математика!

– Конечно, доктор, конечно. И, если не возражаете, давайте скорее осмотрим наш отсек.

– Хорошая мысль. Мне тоже хочется увидеть своё новое жильё. А, то знаете ли, я немного переживаю по поводу его удобства. Если остальные не возражают, давайте займём вот этот, с позволения сказать, номер, – математик ткнул рукой в ближайшую к ним дверь.

Джон зашёл в свой отсек. Внутри он обнаружил комнату где-то в восемнадцать квадратных метров¹. Возле входа с одной стороны был обычный письменный стол, а с другой – маленький шкаф с какими-то книгами. У стен напротив друг друга расположились два небольших дивана (как потом выяснилось, они раскладывались и служили так же и кроватями). Маленькие столики. Шифоньер. Даже телевизор и блю-рей плеер. Напротив – ещё одна дверь, вероятно, в санузел. Дизайн помещения был такой же, как и у коридора – несколько футуристичный, но весьма простенький. Только за счёт небольших деталей он казался приятнее. На стене физик заметил выключатель, пульт управления климатом, кажется, устройство для громкой связи и тревожную кнопку. В общем и целом, всё было продумано, удобно и даже почти уютно, но как-то… Не по-настоящему.

– Ты смотри, у нас даже есть книги и блю-рей! – радостным голосом подметил математик, тоже зашедший внутрь. – А вот это хорошо, да. Вот скажите на милость, у кого ещё на Марсе есть блю-рей? Только у нас, да!

– Это, наверно, тоже забота о нашей психике, – предположил Джон. – Как и оранжерея. Странновато, конечно, но я совсем не против. Скорее даже за.

– И я о том же, – кивнул доктор. – Именно. В конце концов, лично мне полное погружение и не требуется. Я слишком стар для всего этого… А, хотя, нет. Просто ленив и избалован.

– Надо будет глянуть, какие тут есть диски. Было бы неплохо посмотреть на досуге какую-нибудь фантастику про Марс. Для атмосферности.

– Точно. Что-нибудь такое, знаете, классическое марсианское, с местным, так сказать, колоритом, пересмотреть всё, вспомнить. Отличная идея. Впрочем, подошло бы и просто что-нибудь про Космос как таковой, про всяких тварей из чужих галактик, ну или ещё там про каких-нибудь хищников. Да, надеюсь, что здесь есть такое кино. Было бы обидно свалить на другую планету и обнаружить, что здесь теперь тоже смотрят странные мыльные оперы о начинающих садомазохистах или о безутешной любви вампира к оборотню.

Следующие минут сорок все таскали вещи, распаковывали самое необходимое, складывали это в шкафы, в общем, организовывали своё личное пространство. За это время люди уже немного освоились в новой обстановке, и она стала казаться уже не странной, а вполне себе нормальной, а, главное, весьма удобной. Разобравшись с пожитками, Джон решил сразу же осмотреть все остальные помещения. Открыв дверь в кухню, он увидел стол с двенадцатью стульями. Места было не так уж и много, но достаточно для нормального размещения. Далее была рабочая зона, в которой имелись электроплита, пара микроволновок и всякая кухонная мелочь. В стене располагалась дверца. Судя по всему, там был небольшой лифт. «Наверно, на нём будут спускать нам еду, – решил учёный. – Забавно». Кроме того, с кухни был проход в небольшую кладовую, в которой лежали всяческие консервы и что-то им подобное. Обследовав кухню, Джон вернулся в коридор и отправился в рабочий кабинет. Там физик обнаружил двенадцать столов с компьютерами и разным офисным снаряжением. Сразу обращали на себя внимание большие дорогие мониторы. Джон сел за первый попавшийся стол. Кресло оказалось очень комфортным. Вообще всё было просто великолепно, начиная от техники и заканчивая шариковыми ручками. Было заметно, что эффективное выполнение задач ставилось куда выше какой-либо экономии. Учёный потянулся, повертелся в кресле, встал и зашёл в следующую комнату. Там, как он и ожидал, стоял длинный стол, а на стене висел большой экран. Всё так же очень качественное и дорогое. Далее Джон пошёл в спортзал. Вообще-то он не очень увлекался фитнесом, хотя неоднократно планировал начать что-нибудь делать (всем известно, как это бывает). Спортзал, конечно, был небольшим. Скамья для жима лёжа, что-то вроде стоек для приседаний (впрочем, в этом Джон уверен не был), два грифа для штанги, блины в достаточном количестве, а, вот ещё грифы для гантелей, и пара беговых дорожек. Тумбочка, а на ней какая-то книга. Физик подошёл ближе и увидел, что это было пособие по фитнесу. «Чёрт, даже это положили», – пронеслось у него в голове. За беговыми дорожками была ещё одна дверь. Физик проследовал туда и увидел маленький (метров десять длиной) но симпатичный бассейн, а в нём – их инженера. Дик лениво лежал на воде, держась одной рукой за бортик бассейна.

– Тоже решили искупаться? – поинтересовался он и зевнул.

– Нет, просто осматриваюсь, – пожал плечами Джон.

– И это – правильно. На новом месте всегда нужно первым делом осмотреться. Ну и как вам?

– Странно, – физик развёл руками. – Кажется, никто даже не пытался создать иллюзию пребывания на другой планете. Но зато здесь очень комфортно. Я-то до последнего опасался, что придётся полгода провести в какой-то тесной каморке без каких-либо развлечений, без нормальной пищи и даже без свежего воздуха. А тут, ну, сами видите. Я уже не говорю про рабочие условия. Вы видели рабочие места? Они же просто шикарны! Мне кажется, тут только одни кресла стоили как всё содержимое офиса небольшой фирмы. Зато материалы отделки в коридоре выглядят как… Да как пародия. С этим, видимо, просто решили не заморачиваться.

– Ага, – задумчиво протянул Дик. – Ну да ладно. Знаете, какой вопрос сейчас беспокоит меня больше всего?

– Нет. И какой же?

– Есть ли у наших девочек с собой купальники. Надеюсь, что нет. А вы как думаете?

Джон сделал какой-то неопределённый жест, постоял ещё немного и сообщил своему собеседнику, что идёт осмотреть оранжерею.

Вход в оранжерею был почему-то чуть шире остальных. Внутри было заметно теплее, чем в других помещениях. Это легко объяснялось тем, что растения в оранжерее оказались тропическими (по крайней мере, физику так показалось). Помещение было вытянутым, метров пятнадцать в длину и около пяти в ширину. Растения располагались рядами у стен и островком посередине. Получалось, что можно было походить туда-сюда среди растительности. Наверху светились большие лампы, вероятно, имитирующие необходимый для растений солнечный свет. Джон медленно прошёл дальше по дорожке, рассматривая насаждения. «Интересно, – подумал он, – Когда действительно начнут строить научные базы на других планетах, там будут растения? А сколько нужно растений, чтобы они реально смогли обеспечивать кислородом ну, хотя бы, трёх человек? Наверно, очень и очень много. С другой стороны, в этой оранжерее действительно как-то забываешь, что находишься под землёй. Наверно, где-нибудь на другой планете оранжерея тоже сильно пригодилась обитателям, ну, в психологическом плане. Но ведь там каждый квадратный метр будет на счету…» Тут задумавшийся учёный дошёл до конца комнаты, повернул налево, чтобы обойти незнакомый ему высокий кустарник и вернуться по другой стороне, и буквально столкнулся с Келли, которая внимательно рассматривала какой-то цветок.

– Извините, я… Задумался, извините… – пробормотал Джон.

– Ничего. Для нас, учёных, это, наверно, нормальное состояние. – биолог улыбнулась. – Вы же… Физик, так?

– Именно. По крайней мере, я стараюсь им быть. И, кажется, у меня даже получается.

– Это – хорошо. Ну и как вам здесь?

– Ну, – Джон высказал примерно то же самое, что он говорил инженеру. – А вы что думаете?

– Наверно, всё именно так, как вы сказали. Сказать по правде, я просто с удовольствием отметила, что здесь удобно, а насчёт всего остального не задумывалась. Лично меня не особо волнует то, что коридор выглядит странновато.

– Пожалуй, вы правы. Если тут что-то неправдоподобно, то это не наши проблемы. Кстати, что вы как биолог скажете об оранжерее?

– О, здесь есть довольно редкие и довольно дорогие растения! Да и сделана она действительно красиво и продумано. Такое ощущение, что они флористов приглашали. Во всяком случае, у нас есть место, куда можно прийти, чтобы расслабиться с книгой. Там, с другой стороны, есть скамейки, вы, наверно, их ещё не видели.

– Не видел, – подтвердил Джон. – Ладно, я пойду прогуляюсь дальше. Удачи.

Келли улыбнулась и, махнув ему рукой, слегка наклонилась снова принялась рассматривать растение. Джон обернулся, ещё раз посмотрел на девушку и невольно вспомнил вопрос о купальниках, заданный Диком.

Физик прошёл по дорожке и вернулся ко входу в оранжерею. В этот момент туда как раз входили… Аналитик и системный архитектор, да, вроде бы, они так назывались. «Народ всё активнее знакомится с обстановкой, – подумал Джон – Всё логично. Надеюсь, мы все более-менее подружимся. Не хватало тут ещё детского сада с выяснением отношений».

Через какое-то время всё небольшое сообщество решило пойти пообедать. Это получилось как-то само собой. Кто-то предложил кому-то перекусить, кто-то другой услышал и подхватил эту идею, в общем, все одиннадцать человек дружно отправились в столовую. Джон подумал, что, с точки зрения климата в их коллективе, наверно, очень хорошо, что знакомые всего пару часов люди уже отправляются вместе покушать. А доктор Браун тихо пробурчал, что ради еды вместе в одном тесном помещении могут находиться даже злейшие враги. Зайдя на кухню, коллеги обнаружили в лифте кучу запакованных в плёнку тарелок. Оставалось только распаковать их и разогреть в микроволновых печах. Впрочем, к условностям и допущениям все уже привыкли, тем более что их предупреждали о том, что пища будет доставляться извне. Еда оказалась весьма и весьма качественной. Салат, грибной суп, жареная куриная грудка с овощами. Незатейливо, но вкусно. При более внимательном осмотре кухни, Дик обнаружил, что у них есть кофе-машина и запас кофейных зёрен, поэтому после обеда все сидели и пили кофе. Совместное распитие этого напитка настроило всех на благодушный лад. Обстановка показалась более уютной и спокойной. Даже самых молчаливых членов команды потянуло на общение. Чарлз (экономист) как-то тихо заметил, что эта столовая чем-то напомнила ему столовую на его первом месте работы, куда он пришёл после университета, это было очень-очень давно, но почему-то он до сих пор помнит, как первый раз сидел и пил там кофе на перерыве. Винсент ответил, что он, будучи программистом, вообще постоянно пьёт кофе во время работы, что нисколько не мешает рабочему процессу, а, скорее, наоборот. Вот так потихоньку завязалась дружеская беседа. Весёлый Дик почему-то сидел молча и, кажется, опять о чём-то думал. Рита активно участвовала в разговоре и мило улыбалась. Эбигейл сидела рядом с ней и говорила меньше, возможно, она медленнее привыкала к новой компании. Келли расположилась возле них, поддерживала разговор, но держалась более обособленно. Фрэнк пошёл обыскивать кухню на предмет наличия чего-нибудь к кофе и нашёл какое-то печенье, которое пришлись весьма кстати. Доктор Браун, конечно, периодически тихо ворчал себе под нос, что воспринималось уже как нечто обыденное и само собой разумеющееся. Через какое-то время Стюарт стал рассказывать байки из своей адвокатской практики. Слушая их, Джон почему-то подумал, что вот сейчас вот они спокойно сидят себе за столом как будто у кого-то в гостях, пьют кофе с печеньем, общаются и смеются, а ведь за ними, вероятно, кто-то наблюдает. Вот интересно, есть ли камера на кухне? Наверняка. Физик почувствовал себя то ли героем реалити-шоу, то ли аквариумной рыбкой. Кстати, ещё интересный вопрос: камеры здесь с микрофонами? Вероятнее всего, да. Точно да. Это же, по сути, именно психологический эксперимент. Нужна полная информация о том, как чувствуют себя люди, о чём говорят и, желательно, что думают. Экспериментаторы хотя знать всё. Прямо как государства.

Вечер пролетел как-то незаметно. Уже довольно рано все стали расходиться по своим отсекам. Сказывались усталость и волнения. Джон рано лёг в кровать, но уснул не сразу. В подземелье стояла абсолютная, неописуемая тишина. Особенно страшной и непривычной казалась она после шумного мегаполиса. Учёному казалось, что он ощущает это безмолвие всем своим телом. Оно как бы пропитывало собой всё. И особенно – мозг. Нет, конечно, Джон прекрасно понимал, что это всего лишь странное ощущение с непривычки, но всё равно было неприятно. Спасение наступило довольно быстро и неожиданно. Тишина была повержена тихим храпом доктора Брауна, который, видимо, был не столь чувствителен к чему-либо.

Глава 4. Как бы рабочий процесс

Джон проснулся без десяти восемь. Полежав пару минут, он встал, осмотрел свой отсек (доктора Брауна уже не было), собрался и пошёл на кухню. «Вообще это удобно, – мелькнуло у него в голове, – От дома до работы – двадцать секунд пешком». На кухне, как он и подозревал, сидел математик и с недовольным (как обычно) видом пил кофе (вероятно, далеко не первую чашку). Тут же была примерно половина их команды, и остальные потихоньку подтягивались тоже. После весьма плотного завтрака и разговоров ни о чём оставалось ещё пятнадцать минут до начала их рабочего дня. Поскольку делать всё равно было больше нечего, команда отправилась в своё рабочее помещение. Места распределили быстро, так как все они были одинаковые, и кому где сидеть было не важно. Джон включил свой компьютер. После загрузки он обнаружил, что на нём установлена куча рабочих приложений – от специфических программ для научных расчётов до юридического справочника. Также учёный отметил, что компьютер подключён к какой-то сети. Но, как он и подозревал, в браузере ни один сайт не открывался. По всей видимости, доступ в интернет тут был, но какие-то настройки разрешали его использование только для определённых задач. Скорее всего, использовались банальные способы вроде тех, что помогают работодателям оградить компьютеры подчинённых от социальных сетей и сайтов для взрослых, не более того, впрочем, какая разница. В папке с изображениями находились несколько фотографий Марса. Зайдя в приложение для электронной почты, Джон обнаружил там письмо, в котором сообщалось, что почта настроена здесь таким образом, что получать и отправлять письма можно только своим коллегам и руководству – это необходимо для обеспечения автономности. Больше ничего интересного физик не нашёл. Вскоре из конференц-зала послышался громкий писк. Сотрудники встали со своих мест и перешли туда. На экране маячил мистер Уотсон. Дождавшись, пока все войдут и сядут, он поздоровался и поинтересовался, как самочувствие у членов команды. «Нормально», «Хорошее», – послышалось с разных сторон. Координатор ответил, что очень рад это слышать, после чего объявил, что первые задания уже отосланы всем по электронной почте, для начала они несложные, и сделать их необходимо обязательно сегодня до 13:00, это очень важно, и после этого будет перерыв, а потом ещё одно задание, общее для всех сразу, и на этом пока всё. Связь завершилась. Доктор Браун что-то проворчал (кажется, он в не совсем вежливой форме поделился мыслью о том, что совершенно необязательно было ходить из одной комнаты в другую, раз задания высланы по почте), но ему никто не ответил.

Открыв почту, Джон получил несколько физических задач, напоминающих аспирантские. Особого интереса они для него не представляли. Провозившись около трёх часов, учёный решил их и отправил решение в ответном письме. Что ему нужно было делать дальше – было не совсем ясно. Джон аккуратно, чтобы никому не мешать, встал, потянулся и вышел из помещения. В коридоре было совсем тихо. Джона снова посетила мысль о том, что за ним сейчас наблюдают. «Пора бы уже к этому просто привыкнуть, – подумал учёный. – Когда эксперимент закончится, наверно, будет даже непривычно, что за мной никто не подсматривает. Придётся отвыкать». Становилось скучно и как-то тоскливо. Физик прошёлся туда-сюда и решил посетить оранжерею. Тут из рабочего кабинета вышли Стюарт и Фрэнк.

– Вы – всё? – поинтересовался Джон.

– Именно, – ответил адвокат.

– И чем же вы занимались, если это не секрет?

– Полагаю, что не секрет. Мне просто дали юридические задачи, ну эти, знаете, где описана та или иная ситуация, и нужно определить, какое решение, по идее, должен принять судья, что нарушено, а что нет, ну и тому подобное. Причём, надо признать, они были достаточно интересными и нестандартными.

– А мне дали модель некой условной компании, – начал рассказывать аналитик. – То есть, описали её текущее состояние, и попросили выбрать дальнейшее направление её развития с обоснованием. Думаю, вы поняли, о чём я говорю. А что было у вас?

– Да просто физические задачи. Кажется, из аспирантуры. Достаточно занудные.

– Интересно, что будет дальше, – заметил Фрэнк. – И что это за общее задание для всех? Ну что могут решать вместе учёные и экономисты?

– Не может быть, что это разработка какого-то… Устройства, или там программного обеспечения? – предположил Стюарт. – Технари занимаются собственно разработкой, кто-то считает расходы, а я, например, пишу лицензионное соглашение или заявку на патент?

– Вполне может быть, – кивнул Фрэнк. – Только не совсем понятно, чем тогда будет заниматься биолог.

– Ну, значит проект имеет отношение к бионике, – полусерьёзно ответил Джон. – Нет, а что. Другой гипотезы у меня пока нет.

Прошло ещё какое-то время. Участники эксперимента потихоньку собирались в оранжерее. Доктор Браун, кажется, давно закончил работу, но никуда не пошёл и остался на своём месте, развалившись в кресле. Программист Винсент сосредоточено смотрел в экран и был полностью поглощён своей задачей. Дик почему-то с интересом посматривал на него, стараясь разглядеть и понять, чем он занят. Около двенадцати команда отправилась на обед. Без пяти час все сидели в конференц-зале и ждали очередной сеанс связи с координатором. Ровно в тринадцать часов сеанс состоялся. Мистер Уотсон начал разговор в своей манере, быстро справившись о том, всем ли понравился обед, и вообще нет ли у кого-то каких-нибудь замечаний и предложений, после чего сообщил, что выполненную работу уже успели посмотреть и, как ему сказали, с заданиями все справились отлично, в чём лично он и не сомневался. После этого он перешёл к делу и более серьёзным тоном объявил следующее:

– Дамы и господа. Хочу предупредить, что, как и на тестировании, многие задания будут казаться вам странными и откровенно абсурдными. Мы можем задать вам любой глупый абстрактный вопрос, и вам придётся обсуждать его совершенно всерьёз. Тематика может быть практически любой, в том числе, философской или фантастической. Как вы понимаете, нам всего лишь нужно посмотреть на то, как вы реагируете на подобную ахинею и как можете находить решение сообща. Сейчас вы получите первую из нестандартных задач. Впрочем, для начала она будет относительно нормальной. На её выполнение у вас есть три часа. Вы остаётесь здесь, в конференц-зале, все вместе. По сути, это будет обычное совещание. Обсуждаете вопрос, сообща приходите к тому или иному решению и через три часа (или, возможно, раньше) рассказываете мне, к чему вы пришли. Рассказываете в устной форме, кто именно это будет делать и как – всё на ваше усмотрение. Ни на какие вопросы я сейчас отвечать не буду, делайте как считаете нужным сами. Напомню ещё раз, что в этом, в общем-то, и весь смысл. Сейчас вам понадобятся умения соображать, планировать и действовать в команде. Итак. Представьте, что эксперимент завершён, а нашим инженерам действительно стало возможно построить настоящую базу на Марсе. Как бы, на ваш взгляд, это выглядело? Нарисуйте примерный план. Сколько там должно быть учёных и каких именно? Сколько времени они должны там пробыть? Как организовать быт? Какие скрытые факторы мы должны учесть? Ну и всё такое прочее. Я прекрасно понимаю, что здесь нет строителей, и что собственно Космосом никто из наших учёных никогда не занимался. Просто опишите себе саму концепцию этой абстрактной базы. Как бы представили себе это лично вы, навскидку. Задание понятно? Отлично. До связи.

Где-то с минуту все сидели молча и думали. Наконец, Джон сказал:

– Что ж, давайте, пожалуй, начнём с плана базы. Нет, сначала нужно решить, сколько там будет человек. Местоположение обсуждать не будем, планетологов среди нас нет, и ничего умного мы всё равно не предложим.

– Тогда надо сперва определиться, какие именно специалисты там будут нужны, – задумчиво предложил Дик. – Я так понимаю, собственно планетологи, астрофизики, может быть, математик-программист для выполнения расчётов… Геолог какой-нибудь, так? Ну, инженеры для обслуживания всей техники… Медики. О поварах и уборщиках, полагаю, и речи быть и не может, всё нужно делать самим, это очевидно.

– То есть, бармена и бариста не будет?! – с деланным удивлением спросил доктор Браун.

– А про них я ничего не говорил, – ответил инженер и засмеялся.

– Итак, – задумчиво подытожил Джон. – Допустим, два астрофизика, три планетолога. Планетология, Дик, включает в себя такую дисциплину как планетная геология, нужен именно такой специалист, а не просто «геолог». Математик-программист, да. Медик, допустим, два, на всякий случай. Два инженера. Десять человек. Ничего не упустили?

– Нужен ещё командир, – рассудил инженер. – Просто кто-то главный. Можно из астронавтов или военных.

– Да, пожалуй.

– А, скажем так, помощник у этого капитана должен быть? – предложила Рита. – Ну, он может понадобиться для самых разных вещей.

– Возможно, – кивнул физик. – С другой стороны, и так получается уже многовато людей для такого путешествия. По большому счёту, надо бы, конечно, медика и техника оставить в одном экземпляре. Но я бы предпочёл подстраховаться.

– Медик должен справиться и один, – заметил Дик. – Однако, есть небольшая вероятность того, что в результате какого-то происшествия он и сам выйдет из строя. Так что лучше два. А вот один инженер – это точно мало. Одному часто бывает невозможно отремонтировать что-либо. И лучше не привлекать к ремонту непрофессионалов, тем более в таких условиях.

– Скажите, – замялся Фрэнк. – А там не может понадобиться… Ну, лингвист или что-то такое?

– Зачем? – не понял Дик.

– Ну… Если… Ну, вдруг… Если там будет установлен контакт с другой цивилизацией, он поможет найти общий язык…

Кто-то усмехнулся. Кто-то пожал плечами. Но физик пояснил:

– Вообще-то на самом деле это вполне логичное предложение. Вернее, оно было бы логичным, если бы речь шла о каких-то малоизвестных удалённых планетах. С научной точки зрения нет ничего невероятного в том, что там обнаружится жизнь, возможно, даже разумная. Однако, на Марсе это крайне маловероятно. Чрезвычайно маловероятно, я бы сказал.

– Тогда уже надо брать биологов, – улыбнулась Келли. – Точнее, микробиологов. Чем черти не шутят.

– А вот это может быть и действительно имело бы смысл, – согласился физик. – На всякий случай. Почему нет.

– И всё-таки нам надо включить ещё помощника капитана, – сказал Дик. – Хотя бы даже на тот случай, если с самим капитаном что-то случится. Поверьте, команда без командира при таких условиях – это жуть.

– Но у нас же сейчас нет командира, – возразила Рита.

– Ха! Да мы тут абсолютно не приближены к экстремальным условиям! Здесь комфортно, да и психологически несоизмеримо легче. Кроме того, не забывайте, мы здесь всего один день. Что будет через месяц, два, пять? А если ещё и теснота, отсутствие свежего воздуха, примитивная пища, да ещё необходимость самим её готовить, да плюс само осознание того, что ты постоянно находишься в опасности, мало ли что там может произойти.

– Итак, – сказал Фрэнк. – Я вот тут написал на листе бумаге состав команды. Получилось четырнадцать человек. И, как я понимаю, сокращать его крайне нежелательно.

– Оставим так, – махнул рукой Дик. – Нормально. Что дальше?

– План базы, – напомнил Джон. – В принципе, тут всё вполне понятно. Возьмём нашу настоящую базу. Заменим рабочие помещения лабораторией. Вместо нормального спортзала оставим небольшую комнатку с каким-нибудь тренажёром, это не прихоть, а необходимость, тем более при такой низкой гравитации. В реальности у астронавтов на орбите обязательно есть тренировки на специальных тренажёрах. Так же должно быть и на планете с небольшой массой. Вместо оранжереи… Ну, хотелось бы, конечно, хотя бы маленькое пространство с растениями…

– Стоп, – возразила биолог. – На самом деле там должно быть помещение с растениями. Сугубо в научных целях. Маленькое. Мы же должны посмотреть, как они будут расти там.

– Логично, – согласился Джон. – Теперь остаётся только продумать жилые помещения. Естественно, там не будет речи о столь комфортных отсеках. Я так понимаю, одно помещение на всех, минимум удобств.

– Это – очевидно, – кивнул Дик. – Однако, можно как-то отделить от остальных капитана. Поверьте, это важный психологический момент. Если командир будет постоянно находиться с остальными, это ухудшит субординацию, что в данном случае недопустимо.

– Возможно.

– Один момент… – задумчиво сказала Рита. – Раз уж заговорили о психологии… Как можно сделать обстановку более… Нет, скажем так, менее напряжённой? Ну, у нас тут книги, кино и прочее. А там?

– Я думаю, – ответила Келли. – Что тут нужны мелкие нюансы. Скажем, можно позволить взять с собой пару каких-нибудь фотографий или что-то такое. Много места такие вещи не займут.

– Осталось питание, – заключил инженер и потянулся. – Но тут всё очевидно. Склад с долго хранящимися продуктами, кухня минимальной площади. Готовить по очереди. А. Мы ещё не подумали о санузле. Нет, серьёзно, как бы этот вопрос решался на другой планете?

– У меня лично нет данных об устройстве инопланетных сортиров, – заметил доктор Браун.

– Думаю, на самом деле всё просто. «Марсианам» пришлось бы просто пользоваться выгребной ямой. А что касается гигиены – вряд ли можно было бы тратить на такое воду. Вместо этого нужно вытираться влажными полотенцами или что-то такое.

– Да, конечно, вода была бы точно в дефиците, это понятно, – кивнул физик, – И мы, кажется, забыли о помещении для её хранения и о системе очистки. Как на орбитальных станциях. Примерно так же где-то нужно держать сжатый воздух для дыхания. И ещё. По поводу туалетов… У астронавтов, видите ли, жидкие выделения собираются и перерабатываются в чистую воду… Она используется для технических целей. Подобная система должна быть и там.

– А электричество? – поинтересовался аналитик. – Я так понимаю, что… Ну, для генератора нужно топливо… И, что важнее, при работе он же расходует кислород, ведь так?

– Разумеется, – кивнул физик. – Прежде всего – солнечные батареи. Если возможно соорудить ветряк, то в дополнение можно использовать его. На Марсе бывают сильные песчаные бури. Ну и, естественно, должны ещё быть мощные аккумуляторы для запаса энергии.

Фрэнк, который, как выяснилось, всё это время записывал все предложения на бумаге, сказал, что теперь можно набросать примерную схему гипотетической базы, чем немедленно и занялся. Вскоре он представил вполне нормальный план, на котором присутствовали все перечисленные помещения.

– Примерно как-то так, – кивнул Дик. – А. Надо ещё дорисовать маленький ангар для марсохода. Без транспорта будет затруднительно исследовать планету. И плюс ещё надо отметить посадочную площадку для космического модуля. Больше мы ничего не упустили?

Остальные молчали. Дик ещё немного подумал и задал вопрос:

– А насколько кстати там меньше гравитация?

– Грубо говоря, раза в три, – ответил физик. – Но я думаю, что это не такая большая проблема. Как я уже сказал, просто нужны физические тренировки как у астронавтов. Ну и, конечно, люди должны отработать передвижение в таких условиях, как во время Лунной программы.

– А климат? Там очень холодно?

– Если честно, я сейчас не могу сказать точно. У меня другая специализация. Но, кажется, на экваторе там климат даже мягче, чем в Антарктике. Ну, могут быть сильные ветра, очень сильные, но не настолько, чтобы разрушить любую постройку.

– Солнечная радиация?

– Те же орбитальные станции от неё защищены. Нужно просто правильно построить. Как – это уже другой вопрос. И, я думаю, таких подробностей от нас сегодня не ждут.

Готовый план, если, конечно, это можно было так назвать, координатору озвучил Фрэнк. Он чётко и ясно разъяснил всё, к чему в конечном итоге пришла команда и показал свои наброски на бумаге. Несколько раз он обратился к Джону и Дику, чтобы уточнить какие-то технические моменты. После этой презентации мистер Уотсон сразу же сказал, что команда отлично выполнила задачу, у него никаких вопросов нет, и все могут быть свободны до завтра, после чего вежливо попрощался и закончил связь.

– И что? – спросил Джон. – «Молодцы, свободны», и всё что ли? Никакой критики, никаких вопросов?

– Ну, видимо, как-то так, – неопределённо развёл руками Фрэнк. – Не забывайте, что им нужны не готовые решения задач, а наблюдение за тем, как мы их решаем.

– Может быть, может быть, – протянул Дик.

– Ну всё равно как-то странно, – возразил физик. – Слишком всё… Просто, скучно и неинтересно.

– Я думаю, – поделился мыслью аналитик, – Что нас просто не хотят слишком сильно нагружать с самого начала. Не забывайте, что у нас впереди целых шесть месяцев. Этого срока более чем достаточно для того, чтобы вдоволь позадавать нам дурацкие вопросы и проверить нашу психику.

– Да, наверно, – согласился Джон. – Впрочем, сейчас вопрос не в этом. Вопрос в том, что делать дальше. Мы же не можем в конце концов всё свободное время пить кофе и слоняться по оранжерее.

– Сказать по правде, – произнёс адвокат, – Лично я бы сейчас просто почитал книгу, после чего немного подремал. Я плохо спал ночью, всё какие-то мысли в голову лезли. Впрочем, должен заметить, пока мне нравится, что у нас мало дел. Может быть, через пару месяцев мы сойдём с ума от скуки, но пока я просто отдыхаю от своей обычной рабочей суеты.

Примерно так же прошло ещё три дня. С утра все работали над личными задачами на компьютерах, а после обеда обсуждали довольно нелепые абстракции в конференц-зале. Так, сначала было предложено представить примерный план действий в случае отказа системы жизнеобеспечения на базе. При этом о каком-то нормальном плане и речи быть не могло, так как не было никакой конкретики, и всё сводилось к каким-то общим принципам вроде «проверить это» и «возможно, заменить вон то, если есть детали». На следующий день тематика резко поменялась, и команда зачем-то составляла примерную учебную программу для средних классов школы. После этого вообще было предложено разработать тактику действий группы бойцов при захвате такого-то объекта, хотя к армии какое-то отношение имел только Дик, да и то он служил инженером. Что касается личных задач, то в основном они были довольно банальными. Но попадались и оригинальные. Например, адвокату пришлось писать краткий кодекс правил общения с инопланетянами на случай внезапного контакта. Джон получил пару интересных и сложных вопросов по своему профилю. Задания делались быстро, и свободного времени было много. Вероятно, всё это было сделано специально в экспериментальных целях. Обстановка производила на Джона странное убаюкивающее действие. Какое-то странное чувство, что что-то не так, почти прошло. Он стал больше спать. Каждое утро начиналось с хорошего плотного завтрака. После работы все обычно долго сидели на кухне, пили кофе и общались на самые разные темы. К счастью, пока отношения в команде складывались очень хорошие, по крайней мере, Джону так казалось. Все вели себя спокойно и вежливо. Кто-то уже потихоньку начинал пытаться флиртовать с дамами (кажется, Стюарт с Ритой, Фрэнк с Эбигейл, Дик со всеми). Возможно, через месяц-другой, люди бы и ощутили на себе все «прелести» изоляции, но пока, как верно заметил адвокат, они скорее отдыхали от внешней суеты. Правда, вечером Джону иногда становилось скучновато, и он просто читал или смотрел фильмы.

На пятый день утром все снова сидели на рабочих местах. Джон открыл своё задание. Физику нужно было разработать некую систему хранения и систему перевозки определённого количества урана-233, причём предъявлялся целый ряд требований. Всё должно было быть безопасно, компактно и максимально скрыто от внешних наблюдателей. В примечании было указано, что в этот раз учёный может воспользоваться некоторыми сайтами для поиска нужной ему информации. Вообще говоря, задача была скорее инженерная, нежели научная, но Джон решил, что это, опять-таки, нужно для изучения его реакции, и приступил к делу. Изучив кое-какую информацию, физик подумал, мысленно развёл руками и стал пытаться что-то сообразить. Через час не особо успешных раздумий его вдруг осенило, и он начал увлечённо что-то рассчитывать.

Во время обеда команда разговорилась о своих заданиях. Так, аудитору пришлось придумывать сложную схему ухода от налогов, имея на руках целую кучу данных о какой-то условной фирме. Адвокату дали подробное описание судебного дела и попросили дать конкретные советы по защите. Биологу достался сложный вопрос о размножении каких-то вирусов в определённых условиях. Инженер сказал, что его попросили оценить опытный образец стрелкового оружия и, возможно, внести какие-то предложения по его улучшению, и, хотя, он никак не оружейник, кое-что он всё-таки придумал, причём, что интересно, чертежи очень походили на настоящие, однако, лично он никогда такого оружия не видел. Программист тихо и скромно сообщил, что ему пришлось взламывать какую-то достаточно сложную защиту, и у него почти получилось, и чуть попозже он наверняка с этим справится.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

Примечания

1

Несмотря на то, что действие происходит в США, в тексте используются метрические единицы измерения. Это сделано намерено для удобства восприятия российскими читателями.

Вернуться