Море волнуется
Ирина Николаева

© Ирина Николаева, 2025

ISBN 978-5-0065-4174-0

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Море волнуется

Наша память избирательна: что-то мы забываем напрочь, а что-то, наоборот, остается с нами навсегда. Как утверждают психологи: это зависит от нашего эмоционального состояния, симпатий. Тот день выпал из моей памяти, как и многие другие, когда крутишься в колесе «работа – дом, дом – работа». Но когда Коля напомнил мне, как мы с ним познакомились – я вспомнила. Вспомнила день первой нашей встречи до мельчайших подробностей. В тот далекий весенний день я в очередной раз поссорилась с мужем. Но в тот раз видимо обиды и переживания так накопились, что я в расстроенных чувствах села не в тот автобус. Мы жили с Олегом вместе шесть лет. Но последние два года клокотали друг на друга, как два огнедышащих вулкана, про пепел и мелкие камни вообще молчу… Думаю, что ухудшение отношений у нас произошло от того, что у нас не было детей. Никак не получалось. Сначала ждали: ничего, ничего… Потом начали проверяться и ходить по врачам. Вернее, я первая прошла обследование, а он говорил: нечего никуда ходить, у меня всё нормально. Наконец, после моих многочисленных слезных просьб он сдал анализы. Врачи подтвердили, что и Олег здоров, никаких медицинских причин не было. Но время шло, а результата не было… Никакого… Я очень хотела детей, Олег тоже переживал. Но беременность не наступала. Одна моя родственница, посоветовала попробовать с другим. Но для меня этот вариант был абсолютно неприемлем. Мой муж – Олег, и детей я хочу от мужа. А жить во лжи даже во имя ребенка, на мой взгляд, ужасно. А потом мы устали, наступила апатия… Но я решила не сдаваться. Нашла в интернете информацию об иконах и святых местах, которые помогают бездетным парам. В отпуске хотела поехать по святым местам.

А в тот день, который уже радовал теплым солнышком, мы в очередной раз поссорились. Особой причины не было: он раздражал меня, я – его. Обыкновенная неудовлетворенность жизнью… увы. Мне надо было на автобус с маршрутом 23, а я села в 13. Когда я поняла, что еду не в ту сторону, я вышла из автобуса. На 13 маршруте я уехала в другой конец города. Вздохнув, я перешла на другую сторону и стала ждать автобус. В этой части города я не бывала. Мимо, пыхтя, проезжали машины, тащились нагруженные грузовики, катились неспешные автобусы, сверкали боками иномарки. Остановочного павильона здесь не было, только столб с названием «Машинодорожная». Я стояла ближе к дороге, глотала пыль, морщилась, но отойти вглубь от дороги не могла. Заасфальтированный пятачок остановки занимала инвалидная коляска, в которой сидел краснолицый улыбающийся мужчина с темными живыми глазами. Справа от него стояли две пожилые женщины, что-то тихо обсуждающие. Слева курили два парня. Присоединиться к этим группам было глупо. Встать перед коляской еще глупее. А мужчина, видимо похмелившийся с утра, был в прекрасном настроении. Мне же было ужасно неловко: и жалко его было, и настороженность: кто знает, что у него на уме. Вдруг он озлобился на весь мир? Он был совсем нестарый, скорей всего мой ровесник.

– Девушка! – вдруг громко сказал он мне. – Вы чего такая хмурая? Смотрите, какой прекрасный день!

Я растерялась и закивала: да, да, очень прекрасный! И вздохнула про себя: «Только не у меня…». Но, наверное, он прав. Несмотря на окружающую весеннюю слякоть, грязные остатки снега под деревьями, день обещал быть по-весеннему прекрасным. «Природа оживает, старается, а мы не замечаем этого, копаемся в себе… Он сидит в коляске, а я стою на своих двоих и считаю своё горе самым горьким». А как сказал мне потом Коля, что я в тот день была похожа на маленького взъерошенного воробья, и вид у меня был такой грустный, что ему захотелось как-то подбодрить хрупкую девушку. Про воробья не знаю, но то, что я была растрепанной, это точно. Дома из-за ссоры с мужем я не успела уложить волосы, и они топорщились непослушными прядками. На работе я потом немного пригладила свои вихры водой.

– Девушка, не переживайте! Всё будет хорошо!

Пожилые дамы посмотрели на меня, я на мужчину. «Да, да, – опять закивала я ему. – Но сколько оптимизма! У него, сидящего в инвалидной коляске. Кстати, почему он один? Неужели ему никто не помогает?» Мужчина с улыбкой смотрел на меня, приглашая меня присоединиться к нему и порадоваться новому дню. «Не знаю, когда, но у кого-то точно всё будет хорошо. У меня пока не получается», – вздохнула я и улыбнулась ему. Тут один из курящих парней выбросил сигарету и подошел к нему: «Ты чего к девушкам пристаёшь с утра пораньше?» Они засмеялись. «Ну, вот! Они еще надо мной смеются! Утро явно сегодня не задалось…» Но тут подошел мой автобус. Протолкнувшись в проход, я увидела в окно, что мужчина в кресле на остановке смотрит на меня и у него такое потерянное лицо. Что-то кольнуло у меня в области сердца. Кольнуло и прошло. Я отвернулась от окна, и картинка яркого солнца и мужчины-инвалида затерялась в моей памяти. Начинался новый рабочий день. И я забыла и о той остановке, и о мужчине в инвалидной коляске.

Через неделю из отпуска приехала моя лучшая подруга Галка. И мы с ней стали активно скрашивать досуг: походы в кафе, в театр, на выставку картин известного московского художника. Жизнь налаживалась, стало легче. Ведь как известно: подруга – лучший психотерапевт. Но через месяц я увидела инвалидную коляску у нашего дома. Я возвращалась с работы, тащила пакет с продуктами. Муж как всегда завис в пивнушке, дегустируя пиво. У соседнего подъезда с грузовика разгружали какую-то мебель и коробки. Мелькнуло что-то знакомое, но не будешь же стоять и рассматривать нового жильца. Я поспешила домой. Как потом выяснилось, что это был именно он. Поселился в однокомнатной квартире на втором этаже. Что-то опять царапнуло в груди, царапнуло и… забылось. В данный момент у меня постоянно вертелась мысль: как быть? Как уйти от мужа? Наши отношения совсем зашли в тупик, мы могли долго молчать и не разговаривать, иногда только «Вынеси мусор или сделай потише телевизор». Олег всё чаще выпивал, выискивая разные поводы в мужской компании. Было совсем не до интима. Муж ушел спать на диван в зал. Наши отношения все больше скатывались к тому самому плинтусу, на очень низкий бытовой уровень. Что же делать? Уехать к маме? Уйти? Но никуда я не ушла. Не могла сделать последний шаг. Мы по-прежнему изображали для окружающих крепкую семейную пару.

И вот в начале июня наша ячейка общества отправилась в гости к друзьям. Светка и Толик Василенко жили в соседнем подъезде на третьем этаже. У Толика был день рождения, мы давно с ними дружили. В доме жили почти все наши фабричные. И мы общались и на работе, и дома. Все друг друга знали. Но в этот раз за столом у окна сидел неизвестный нам жилец… в инвалидной коляске. Это был он: краснолицый молодой мужчина. На нем была старенькая белая рубашка. Более-менее свежая, но не отглаженная. Видно было, что не хватает аккуратной женской руки. Но белая рубашка сидела на нем как-то органично, словно на герое из старого советского фильма. Мы присели с Олегом с края стола, и хозяин представил всем нового соседа Николая. Мы выпили за знакомство, и застолье пошло своим ходом. Было весело и шумно. Наши фабричные умеют гулять. Мне было не так весело, хотелось отбыть положенное время и уйти. Я улыбалась, но на душе было тоскливо. Но понемногу вино расслабило меня, и я даже засмеялась над очередной шуткой Толика. Не, хорошо! Может надо чаще выпивать? И вдруг я поймала взгляд Николая, который смотрел на меня с восхищением, как ребенок на сверкающую новогоднюю елку. Я смутилась и отвела взгляд: «Мне показалось…» Но через какое-то время мне стало совсем неловко от его взглядов, и я поспешила на кухню помочь хозяйке. Там, как бы между прочим, спросила у Светки: «Что это за Коля? Откуда он здесь взялся?»

– Он – бывший военный. То ли пуля зацепила чего-то, то ли осколок – стал инвалидом. Но мужик хороший, хоть и потребляет беленькую, но пока держится. Его сослуживцы не оставляют. Помогают.

Гуляли мы недолго. В общих шумных разговорах и громких песен моя скованность прошла. У Николая после трех рюмок взгляд стал мутным, глаза потемнели, он казался хмурым и не смотрел больше в мою сторону. Олег быстро захмелел, и мы поспешили домой. Но ночью я увидела во сне Колю. Его лучистый добрый взгляд. Его открытые объятья. И так было легко, тепло. Я проснулась с улыбкой и удивилась сама себе. Вот это номер! Почему он мне приснился? Я в него влюбилась? Какие глупости! А люблю ли я Олега? Или уже нет? Разобраться в своих чувствах я уже не могла и окончательно запуталась. Вспомнив любимую героиню, я повторила ее любимые слова «Я подумаю об этом завтра» и занялась каждодневными заботами.

Через какое-то время мы столкнулись с Николаем во дворе. Его коляска стояла на дорожке, и я поздоровалась. Его карие глаза ожили и одарили меня радостным светом.

– Здравствуйте, Оля! – мягко сказал он. – Какие интересные у судьбы повороты! Теперь и мы живем рядом! Как ваши дела?

– Здравствуйте. Спасибо. Нормально. – пожала я плечами. «Блин, мои проблемы никак не больше его тягот».

– Вы как? Освоились на новом месте? – поинтересовалась я.

– Да, быт налажен. Приходите в гости.

Я растерялась.

– Ну, может быть, как-нибудь… – забормотала я. Опять нахлынули неловкость, смущение, робость.

Но он смотрел так доброжелательно. Мне стало так жаль его. Но хотелось скрыться от его чистого открытого взгляда, в котором явно читалась его симпатия ко мне… «Ой, мама дорогая! Мне показалось, мне показалось…» – начала успокаивать я себя.

– Может Вам нужно помочь? Может что-то помыть, постирать? – спросила я, стараясь скрыть свое смущение.

– Нет. Спасибо. Васька, мой друг, отлично справляется. А в раз в неделю приходит женщина из соцзащиты. Быт у меня налажен.

– Ну, хорошо. Это очень хорошо, – запуталась я в словах.

«Боже, что я несу? Проще, проще…»

– Если что, обращайтесь. Мы тут все друг друга знаем. Дружно живем.

– Ну, если только что-нибудь почитать дадите. Телик надоел до чертиков. Такой дурдом!

Я мысленно прошлась по своим книжным полкам. Но в основном у меня были женские романы. Были и детективы, и пару книг приключений, но опять же с женским уклоном. Понравится ли ему?

– А что вы любите читать?

Тут смутился он:

– Ну, детективы, приключения какие-нибудь…

– Я посмотрю. Надеюсь подберу что-нибудь интересное.

На том мы и распрощались. Но ничего стоящего для Николая я не смогла подобрать: всё казалось слишком легкомысленным, несерьезным. Затем опять закрутилась и забыла.

Потом мы долго не виделись. Но вдруг в конце августа в воскресенье в дверь позвонили. Я крутилась на кухне, доваривала обед, и дверь пошел открывать Олег.

– Ничего себе! – услышала я. – Молоток! Заходи! Заходи!

«С кем это он? Никого вроде бы не звали…» – подумала я и вышла в коридор. Я вышла и обомлела: в коридоре снимал ботинки… Коля. Он повернулся ко мне и протянул букет крупных ромашек:

– Здравствуйте! Наверное, я не вовремя. Незванный гость…

– Вовремя, вовремя, – сказал Олег и потянул Николая на кухню.

Я не то, что растерялась, я совсем потерялась: стояла и глотала ртом воздух. Вот это да! Коля сам ходит! Как это замечательно! Он был в старомодном темно-коричневом костюме, всё в той же белой рубашке, но похудевший, как-то помолодевший. И я почему-то ему очень обрадовалась, словно соскучилась…

Я вернулась на кухню. Олег уже достал бутылку водки, хлеб.

– Молоток! По-нашенски! Всем ветрам назло! За это надо выпить! Оль, метни еще чего на стол. Ты глянь, какое событие!

– В холодильнике есть сало, сыр. Открой банку огурцов, на сковородке котлеты остались, – ответила я и пошла в комнату за вазой.

Ромашки были прелесть. Когда мне последний раз дарили цветы? Дежурный букет на 8 Марта? Пожалуй… Я поставила цветы в вазу и вернулась на кухню. Разложила по тарелкам нехитрую закуску, села на табуретку и посмотрела на Николая. Как-то пропала его краснота, скорее кожа была смуглая. Он смотрел на меня открытым радостным взглядом.

Олег уже достал рюмки:

– Ты будешь с нами?

– Выпью немного, – кивнула я. – Там в нижней дверце внизу есть вино.

– Мне половинку, – сказал Николай Олегу.

– Какую половинку? Ты чё? – оскорбился муж.

– Не, не, если я с каждым буду пить… Повод, конечно, отличный, но мне нельзя – я таблетки еще пью после операции.

– Вам сделали операцию? Когда? – спросила я.

– Месяц назад. Но вот только начал ходить. И так это здорово идти самому, идти куда хочешь.

– Как это здорово … – прошептала я.

У меня навернулись слезы. Какая это огромная радость! Как я за него рада! Коля растерянно смотрел на меня.

– Ну, чего ты мокроту развела? Радоваться надо! Давай еще по одной! – Олег разлил водку по рюмкам.

– Не, не, я – всё. Больше нельзя. Я, как почтальон Печкин, только жить начинаю, не хотелось бы в больницу вернуться.

Я достала из холодильника сок и налила Николаю. Мы чокнулись и выпили еще по одной.

– Какие вкусные котлеты! Рецепт дадите?

Я смутилась. Готовила я неплохо, но муж особо никогда меня не хвалил.

– Вот и хорошо, – улыбнулась я. – Кушайте! После больницы всегда всё вкуснее!

– Всё дело в мясе. Если мясо нормальное, то и фарш будет хороший, и котлеты будут нормальные, – конечно, встрял Олег.

Он лучше всех всё знал. Коля кивнул.

– Да, домашние не сравнить с больничной едой. А Вы хлеб добавляете в фарш? – опять он обратился ко мне.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.