Юрий Винокуров, Олег Сапфир
Орден Архитекторов 10

Глава 1

– Теодор, – начал Скала, осторожно подбирая слова, – а ты ничего странного за Абаддоном не замечал?

Я, не отрываясь от работы над очередным докладом городских служб, на мгновение задумался.

– Странного? В каком смысле? Он же голем. У него, по определению, должно быть странное поведение.

– Да, знаю, – Скала неуверенно почесал затылок. – Вот только… он ходит за мной. Как будто следит. Каждый раз, когда я оборачиваюсь – он тут же отворачивается, делает вид, что чем-то занят. Но я чувствую его взгляд. Постоянно. Как будто он изучает меня, анализирует каждое моё движение, каждое решение… Он же не живой?

– Он пробуждается, дядя Кирь, – улыбнулся я. – Это нормально. Я же вложил в него не просто энергию, а… гхм… личность. Личность генерала Абаддона. Моего старого генерала, одного из самых совершенных моих прошлых творений.

Скала, всё ещё сомневаясь, посмотрел на меня.

– Генерал, говоришь? – пробормотал он задумчиво. – Ну, если он действительно генерал, то ещё покажет себя в деле. А то ходит тут, шляется, наблюдает… Как будто учится.

Я сдержал смешок. Скала даже не представлял, насколько он был прав. Абаддон действительно учился. Он, как губка, впитывал новые знания, анализировал ситуацию, адаптировался к этому миру. И это было только начало.

В прошлом мире Абаддон был не просто сильным воином, он был умным генералом. Настоящим гением тактики и стратегии! Да он, блин, учился больше, чем воевал! Внутри него находится такой дух, что… Я, с улыбкой вспомнил, чего мне стоило уговорить дух целого Мира согласиться служить мне. Но это того стоило! Так что очень скоро, я уверен, он превзойдёт любые ожидания. Снова.

– Дядь Кирь, я уверен, что тебе понравится. Просто дай ему немного времени.

Скала, пожав плечами, вышел из кабинета. А я, оставшись один, задумался.

Да, мои генералы – это не просто големы. Это – носители великие духи из моего великого прошлого. И к их "пробуждению" нужно было подходить осторожно. Ведь их опыт, накопленный за сотни лет битв, мог оказаться слишком "тяжёлым" для этого мира. Поэтому я и "распечатывал" частицы их памяти постепенно, ограничивая их возможности. Но это было временное решение. Когда придёт время, я "разблокирую" их потенциал полностью. И тогда… тогда мои враги узнают, что значит противостоять настоящим генералам Архитектора!

Я вышел из кабинета и начал обход дворца. С того дня, как я построил Башню Четырёх Стихий, прошла уже неделя. И всё это время я работал, как проклятый, буквально разрывался на части – укрепления на границе, производство оружия, модернизация армии, решение политических вопросов, помощь Насте с её библиотекой… Всё это отнимало кучу времени и сил.

Даже княжеский дворец постепенно преображался, превращаясь из безвкусного музея старины в современный, функциональный и, что самое главное, – безопасный комплекс.

Хороших новостей было много – армия Лихтенштейна, получив поддержку, активно набирала в свои ряды новое пополнение. Тенеборцы, оснащённые новейшим оружием и доспехами, начали активно тренироваться. Графы Шенк, Рихтер и Волынский, верные своему слову, помогали мне во всём, чем могли. Они предоставили мне доступ к своим ресурсам, людям и информации.

Генерал Белов, командующий армией Волынских, после того как я модернизировал его старый танк, был просто в восторге. Его "железный конь", когда-то устаревший и почти бесполезный, теперь стал настоящей машиной смерти, оснащённой по последнему слову техники, с дополнительными бронепластинами и пушкой.

И это было только начало. Постепенно я планировал модернизировать всю армию Лихтенштейна. Новые танки, бронетранспортёры, вертолёты, оружие, артефакты… Всё это будет создано с использованием моих технологий. И тогда Лихтенштейн станет не просто княжеством, а настоящей неприступной крепостью.

Плохие новости тоже были, куда ж без них. Например, подарок, который я хотел сделать своей китайской подруге Лунь Чень, бесследно исчез. Швейцарские таможенники нагло своровали его.

Причём, они даже не пытались это как-то скрыть! В официальных документах было написано, что груз был изъят и уничтожен, как "особо опасный предмет, представляющий угрозу национальной безопасности Швейцарии".

Конечно, я прекрасно понимал, что это – лишь предлог. Они просто решили присвоить себе мою работу. Вот же ж уроды!

Потом нужно будет позвонить Лунь Чень и рассказать ей о "пропаже" подарка. Конечно, хотел сделать сюрприз, но… да ладно. В конце концов, это всего лишь вещь. А дружба – гораздо важнее.

Сейчас же я бродил по залам княжеского дворца, продолжая его реконструкцию. Стены, потолки, полы – всё здесь требовало моего внимания. Я укреплял конструкции, делал их более прочными, заменял все окна на артефактные, устанавливал защитные барьеры, создавал скрытые ниши для големов-охранников.

Иногда мне не хватало материалов, и я отдавал указания, куда нужно поднести ресурсы. И поднести их должны были не люди, а големы.

Всё-таки, дворец – это не просто место работы. Это символ власти, центр управления, место, где хранятся важные документы и принимаются ключевые решения. А ещё – огромный склад артефактов, оружия и денег. И всё это нужно было защитить.

Четыре дня назад я закончил работу над новыми казармами и полигонами для гвардии прямо тут под дворцом. Просторные, комфортные и, что самое главное, – безопасные. Скала лично всё испытал – проверил прочность стен, эффективность вентиляции, надёжность защитных систем. И остался доволен.

Каждому гвардейцу был выделен обычный голем для совместных тренировок. Эти големы являлись не просто помощниками, а учениками. Ведь големы – не бездушные машины, а полуразумные существа, способные учиться, развиваться и адаптироваться. Моей задачей было заменить их големами-гвардейцами, каждый из которых по силе равнялся бы двум десяткам Одарённых.

– Господин, песок уже доставили, – сообщил мне один из рабочих "Созидателя", который занимался доставкой материалов, – и остальное по точкам тоже.

Я кивнул, не отрываясь от работы.

– Отлично. Продолжайте. И не забудьте про стёкла. Все стёкла подлежат полной замене на артефактные. И не только во дворце, но и во всех правительственных зданиях. Мы не можем себе позволить рисковать жизнями людей.

Напоследок я ещё раз осмотрел подвал, убедившись, что всё сделано правильно. Теперь к дворцу можно было добраться под землёй – один туннель с рельсами для моих големов, а второй – настоящая подземная дорога. Это было сделано для княжеских сотрудников, чтобы они могли быстро и безопасно добираться до дворца, не тратя время на пробки и прочие прелести наземного транспорта.

– Что ж, – произнёс я, глядя на часы. – Кажется, на сегодня всё. Пора домой.

Я сел в вагонетку и, напитав её магией, помчался по туннелю в сторону усадьбы. Настя уже, наверное, ждёт меня. И у меня для неё есть подарок – не такой впечатляющий, как библиотека или музей, но… я уверен, что он ей понравится.

Ведь я не просто Архитектор, строящий башни и укрепления. Я ещё и мужчина, который любил эту удивительную девушку. И хотел сделать всё, чтобы она была счастлива.

Город Вадуц, княжество Лихтенштейн

Ночь. Два незаметных силуэта скользили по черепичной крыше княжеского дворца.

Это были Мехмет и Ахмед, лучшие специалисты османской разведки, мастера своего дела, виртуозы взлома и проникновения. Их миссия – установить систему прослушки во дворце. Заказчик щедро заплатил за информацию о том, что творится в Лихтенштейне.

"Какой-то важной шишке очень нужно знать, о чём болтает местный царёк Вавилонский", – думал Мехмет, осторожно ступая по скользкой черепице.

– Ну и крепость этот ваш дворец, – прошептал Ахмед, присаживаясь на корточки и доставая из рюкзака небольшой прибор. – Датчики зашкаливают. Магия, защитные барьеры, големы ещё эти… Полный набор, как говорится.

– Ага, – кивнул Мехмет. – Проще казну Российской Империи ограбить, чем сюда проникнуть. Но мы справимся, – добавил он с уверенностью. – Мы же лучшие.

– Ле, брат… – продолжил Ахмед, выключая прибор, – мы с тобой не только всё по красоте сделаем. Но ещё и всю инфу с их компьютеров скачаем. За такое нас точно наградят!

– Согласен, – кивнул Мехмет.

Ахмед, вооружившись своим артефактным резаком, подошёл к одному из окон и принялся за работу. Этот резак, гордость османских технологов, был способен резать практически что угодно – сталь, бетон, даже магически усиленные материалы. Но сейчас… сейчас он оказался бессилен.

– Твою ж… – прошипел Ахмед сквозь зубы. – Это что за хрень такая?!

– Что случилось? – спросил Мехмет, подходя ближе.

– Да стёклышко долбанное! Не режется! Оно прочнее, чем наш артефактный резак!

– Не может такого быть, – возмутился Мехмет. – Этот резак же способен разрезать даже подводную лодку! А тут какое-то стекло!

– Вот и я говорю – хрень какая-то! – Ахмед снова попытался прорезать стекло, но безуспешно. – Резак скользит, как по льду. Даже царапины не оставляет!

– Ладно, – Мехмет задумчиво почесал затылок. – Окно отпадает. Что дальше?

– Есть у меня одна идейка… – Ахмед, оглядываясь по сторонам, увидел дымоход, торчащий из крыши. – Может, через него попробуем?

– Через дымоход? – Мехмет скептически прищурился, глядя на узкую трубу. – Брат, ты серьёзно? Я туда только нос засуну, и то с трудом. А ты вообще после тех шашлыков на прошлой неделе в два раза шире стал!

– Эй, не начинай! – Ахмед обиженно хлопнул себя по животу. – Это стратегический запас энергии, между прочим. И вообще, я гибкий, как кошка. Смотри и учись!

Ахмед с важным видом подошёл к дымоходу, примерился и начал протискиваться внутрь. Мехмет, ворча и чертыхаясь, полез за ним.

Дымоход оказался настоящим лабиринтом. Узкий, извилистый, он шёл то вверх, то вниз, то вправо, то влево. Мехмет и Ахмед с трудом протискивались через узкие проходы, царапая себе спины и локти о шершавый кирпич.

– Ахмед, твою дивизию! – прохрипел Мехмет, когда они, спустя тридцать минут, наконец-то нашли выход. – Куда мы, блин, вылезли?!

Ахмед, выбравшись наружу, огляделся. Они оказались… на улице. Прямо на том же самом месте, где и залезали.

– Вот же ж хрень! – выругался он, с досадой сплёвывая сажу. – Мы что, весь этот путь проделали, чтобы снова оказаться в том же месте?!

– Получается, что так, – выдохнул Мехмет, отплёвываясь. – Ну всё, дымоход тоже отпадает. Что будем делать, брат?

Ахмед задумчиво постучал пальцем по подбородку, потом вдруг просиял:

– Слушай, а если через канализацию? Там наверняка есть какой-нибудь люк.

Они спустились с крыши и нашли канализационный люк. Мехмет достал из рюкзака набор отмычек и принялся за работу. Но замок, установленный на люке, оказался непростым.

– Это что, магический замок? – Мехмет с недоверием покрутил отмычку, которая, вместо того чтобы щёлкнуть, жалобно загудела и слегка задымилась.

– Похоже, брат, – Ахмед присел рядом, разглядывая диковинную конструкцию. – Эти Лихтенштейнцы явно не хотят, чтобы кто-то шарился по их трубам.

– Проклятье! – выругался Мехмет, бросая на землю очередную сломанную отмычку. – Что за хрень?! Да я любой сейф вскрыть могу! А тут какой-то замочек!

– Спокойно, брат, – Ахмед похлопал Мехмета по плечу. – Разберёмся!

До самого утра они пытались найти способ проникнуть во дворец, но все их попытки были напрасны.

Они пробовали пролезть через вентиляционные шахты, но те оказались слишком узкими.

Они пытались подкопаться под стены (лопата сломалась о магический барьер).

Пытались запустить дрон с камерой (бедняга врезался в невидимую стену и рухнул с жалобным писком).

Они даже попытались подкупить садовника, но тот оказался големом, который только тупо таращился на их пачку денег, молча качал каменной башкой и продолжал подстригать розовые кусты.

– Ну и что теперь? – спросил Мехмет, когда солнце уже начало подниматься над горизонтом.

– Что, что… – устало ответил Ахмед. – Идём в город. Будем думать, что делать дальше.

Город Пекин, Китайская Империя

Звонок раздался неожиданно, нарушив привычную тишину кабинета принцессы Лунь Чень.

Она лениво потянулась за телефоном, инкрустированным золотом и драгоценными камнями – подарком дедушки. И, глянув на высветившийся номер, невольно улыбнулась.

Теодор.

Этот молодой человек, с которым она познакомилась в княжестве Лихтенштейн, был не просто интересным собеседником, но и талантливым мастером, чьи работы она высоко ценила.

– Теодор, привет! – сказала она, прикладывая телефон к уху. – Как у тебя дела?

– Привет, Лунь, – раздался в динамике его голос. – Слушай, я тут хотел сделать тебе сюрприз, отправить небольшой подарок. Но, кажется, ничего не вышло. Швейцарцы конфисковали его. Придумали какие-то нелепые оправдания. Мол, это контрабанда, опасный груз… В общем, полный бред.

– Подарок? – Лунь Чень удивлённо приподняла брови. – Ты хотел отправить мне подарок? Но зачем? Я же помогала тебе как другу, не рассчитывая на ответную услугу.

– И я отправлял его как другу. Но, как видишь, не вышло.

– Значит, швейцарцы?! – в голосе Лунь Чень послышались нотки стали. – Но как они посмели?! Они не имели права! По правилам они должны были связаться с тем, кто указан как получатель! А раз они этого не сделали…

Её охватила лёгкая ярость. Эти швейцарские… даже слов приличных нет, чтобы их описать! Как они посмели трогать её подарок?! Подарок от Теодора Вавилонского! Они что, совсем охренели?! Они хоть представляют, с кем связались?! С КЛАНОМ РОЗЫ!

– А что там было? – спросила Лунь Чень, стараясь, чтобы её голос звучал спокойно.

– Ну, подарок на то и подарок, чтобы не говорить до вручения. Но я уверен, тебе бы понравилось.

"Конечно, понравилось бы! – мысленно произнесла Лунь Чень. – Теодор – талантливый мастер! Он наверняка приготовил для меня что-то необычное, уникальное… А эти швейцарские… даже слов нет!"

– Что ж, Теодор, спасибо за заботу. Это всё?

– Ага. Я просто подумал – вдруг ты уже получила оповещение о доставке. Так вот, теперь посылка не придёт. Увы. Но, я скоро обязательно придумаю и пришлю что-то новое! Тебе понравится!

– Спасибо, поняла, – кивнула Лунь Чень.

Они попрощались. Отложив телефон, она задумалась.

Теперь у неё появилось одно очень важное дело – разобраться с этими швейцарцами, которые возомнили себя непонятно кем, раз посмели так нагло похитить её подарок.

Лунь Чень решительно встала и подошла к окну. За окном, раскинувшись на сотни километров, простиралась Великая Китайская стена – символ мощи и неприступности Китайской Империи.

– Пусть знают, – пробормотала она, – что с кланом Розы шутки плохи.

Это был удар по её чести. И она не могла оставить это просто так. Поэтому незамедлительно вызвала своего помощника.

Через два часа десять боевых звёзд клана Розы уже летели в сторону Швейцарии. Это был вопрос чести. Чести клана, чести принцессы и чести её друга.

Когда отец Лунь Чень, глава клана Розы, узнал о её действиях, он вызвал её к себе.

– Дочь моя, – сказал он, когда Лунь Чень вошла в его кабинет. – Я только что вышел из медитации. И должен признать, что некоторые твои решения… гхм… немного меня озадачили. Ты отправила десять боевых звёзд в Швейцарию? Зачем? И что, вообще, произошло?

Лунь Чень подошла к отцу и обняла его.

– Отец, ты же сам всегда учил меня, что дружба – священна. Что истинные друзья – это великое благо. Что подарки от друзей – это знак уважения и доверия. И что мы должны защищать своих друзей.

– Это так, – кивнул отец, с нежностью глядя на свою дочь. – Но… о чём ты говоришь?

– Швейцарцы украли мой подарок, – ответила Лунь Чень.

– Подарок? – отец удивлённо приподнял брови. – Какой подарок? И почему из-за какого-то подарка ты отправила целых десять наших лучших боевых звёзд? Одной бы хватило, чтобы разобраться с этой ситуацией.

– Этот подарок… – Лунь Чень сделала паузу, – …он от Теодора Вавилонского.

Отец нахмурился.

– Вавилонский? Это тот самый молодой человек, который сейчас фактически правит Лихтенштейном?

– Да, он самый, – подтвердила Лунь Чень.

– И что же он тебе подарил?

– Это не важно, – отмахнулась Лунь Чень. – Важно то, что швейцарцы посмели украсть его.

– Хм… – отец задумался. – Этот Вавилонский… он действительно талантливый мастер. Его работы – настоящие шедевры.

Он резко встал и ударил кулаком по столу.

– Они посмели украсть работу великого мастера?! – взревел отец. – Что ж, тогда пусть наши звёзды похоронят всех причастных!

Лунь Чень улыбнулась. Она знала, что отец поддержит её.

Глава 2

Где-то в подземных катакомбах

Княжество Лихтенштейн

В сыром подземном тоннеле, где пахло плесенью и пивным перегаром, царила атмосфера лёгкого хаоса.

Командир "Команды Любителей Пива" Освальд, здоровенный детина с раскрасневшимся лицом, сидел на каком-то ящике и матерился так, что даже бывалые сантехники могли бы записать на память особо интересные обороты.

Его правая рука, оторванная по локоть, болталась в лапах старого лекаря Вальтера, который, пыхтя и ворча, пришивал её обратно с помощью иглы, нитки и щепотки магии.

– Доннерветтер! – орал Освальд, пока Вальтер аккуратно затягивал очередной шов. – Мы, мать вашу, лучшие диверсанты Пруссии, а нас уделали какие-то железяки с холодняком! Фердаммтэ шайсэ! Это что, теперь по кабакам рассказывать, как я, великий Освальд, чуть не сдох от лопаты в заднице?!

Вальтер, старик с седой бородой и глазами, как у побитой собаки, только пожал плечами, не отрываясь от дела.

– Ну, могло быть и хуже. Радуйся, Ос, что все живы остались.

– Это только благодаря тебе, старый хрыч! – рявкнул Освальд, но уже чуть тише. – Но позорище-то какое! Представь: меня, лучшего из лучших, чуть не выпотрошили, как сраную рыбу!

Один из бойцов, долговязый парень по кличке Шнапс, задумчиво почесал затылок и буркнул:

– А знаете, я таких големов в жизни не видел. Они… ну, странные какие-то. Ловкие, быстрые, будто не механизмы, а живые твари.

Освальд на секунду заткнулся, нахмурился, а потом кивнул, как бы соглашаясь. Тут как раз Вальтер закончил возню с рукой, пришпилил её на место сияющим голубым швом и шлёпнул по ней для верности, пробормотав что-то, вроде "хенде хох, теперь держится".

Он вколол командиру обезболивающее, и тот наконец-то расслабился, откинулся на холодную стену тоннеля и погрузился в размышления. А думалось ему, как всегда, лучше всего под пиво, которое он с удовольствием отхлебнул из фляги, заботливо протянутой Шнапсом.

"Странно это всё, просто мозг в узел завязывается", – крутилось в голове у Освальда, пока он сидел, уставившись в пустоту, будто пытаясь разгадать какой-то замысловатый ребус.

За свою карьеру он и правда повидал всякого дерьма – такого, что хватило бы на три сезона приключенческого сериала с рейтингом "18+" и кучей спецэффектов. Вот взять хотя бы тех охранных големов у ацтеков – это же было настоящее шоу! Огромные металлические громилы, пузатые, как бочки с текилой, с круглыми стеклянными глазами, которые горели, будто в них кто-то лампочки вкрутил. Шестерёнки внутри этих чудищ скрипели так, что казалось, они вот-вот развалятся – то ли от старости, то ли от обиды, что их заставляют работать.

Тогда "Команда Любителей Пива" решила провернуть дельце – стащить у ацтеков какую-то дурацкую статуэтку "Кетцаль-кого-то там". Операция висела на волоске, но в итоге они справились! Статуэтка в кармане, а ацтекские стражи остались с носом – точнее, с пустыми железными лапищами.

А потом ещё был случай в Японии, когда пришлось освобождать прусских дипломатов, попавших в заложники. О, это вообще отдельная песня! Големы-самураи – это не просто груда железа, а ходячие арсеналы. Здоровенные железные шкафы, каждый с огромной катаной, а внутри – целый склад сюрпризов. Они были напичканы хитроумными штуками, как новогодняя ёлка игрушками: тут тебе и дымовые шашки, и летающие сюрикены, и, кажется, даже парочка мини-лазеров для пущего эффекта. Но и их удалось обвести вокруг пальца.

Те големы – что ацтекские, что японские – были хоть и грозные, но понятные. Маго-механические конструкты: здоровенные, неповоротливые, как старые грузовики, и дорогие, как новенький истребитель. С такими можно было справиться, если знать, куда бить или где подставить подножку. Каждый из них – настоящий венец големостроения своего народа. Ацтеки черпали вдохновение из древних магических знаний: шестерёнки там крутились вперемешку с заклинаниями. Японцы же пошли другим путём – их големы были шедеврами кибернетики и робототехники: гладкие, блестящие, с проводами и микросхемами вместо мозгов. И те, и другие стоили целое состояние, но в бою оказывались такими же беспомощными.

А тут творилась какая-то жопа! Им удалось добраться до золотых шахт, про которые трепался Бобшильд. Но там нашлись не только сокровища – обнаружилась и охрана. На них накинулись какие-то рабочие големчики! Схватили лопаты, кирки – и давай шинковать, как закуску на Октоберфест! Лопатами, мать их, и кирками! И хрен поймёшь, как они работают – в таких маленьких телах не может быть ни сложной электроники, ни электроприводов.

Это что, теперь в Пруссии официально скажут: "Легендарный полковник Освальд проиграл бой садовому инвентарю"?

Он покосился на свою свежесшитую руку, сжал кулак – работает.

– Херня какая-то! Мне же не показалось? Эти големы выглядели как живые, да?

Команда мрачно переглянулась. Один боец задумчиво почесал затылок, другой нервно хрустнул пальцами. Шнапс, который обычно ржал над всем подряд, тоже прикусил язык. Тишина повисла такая, что слышно было, как где-то капает вода. Даже пиво, которое они предусмотрительно захватили с собой, не поднимало им настроения.

Наконец Вальтер кашлянул и осторожно спросил:

– Ну что, шахты мы проверили. Может, домой пора, а, Освальд? Залижем раны…

Командир скривился так, будто ему предложили выпить травяной чай вместо пива.

– Домой? Нет, старый, не расслабляйся. Нам ещё Кладбище Самоубийц проверять. Разведка доложила, что там главная база этого чёрта Вавилонского.

Команда дружно выдохнула, как будто их всех одновременно ткнули в живот. Шнапс пискнул что-то про "я слишком молод, чтобы умирать", остальные резко побледнели.

А Вальтер, не теряя времени, тут же заявил:

– Знаешь, Освальд, я тут подумал… Может, я в отставку выйду? Пора мне, старику, на покой, к внукам, в огород…

– Отставить, старый хрыч! – рявкнул Освальд. – Без тебя мы точно все сгинем. А ну, собирайтесь, пивные души! Мы ещё всем этим железякам и Вавилонскому ихнему покажем, кто тут настоящие профессионалы! Вперёд, за пивом и славой!

И с этими словами "Команда Любителей Пива" поплелась дальше по тоннелю – кто хромая, кто матерясь, а кто уже мечтая о пенсии.

* * *

Утро. Солнце, пробиваясь сквозь щель в занавесках, нежно "щекотало" лицо Насти, заставляя её забавно морщиться. Она сладко потянулась, положила голову мне на плечо и сонно пробормотала:

– Ещё пять минут, Теодор… Мы так мало времени проводим вместе.

Я улыбнулся и осторожно провёл пальцами по её щеке. Она была тёплой, чуть розоватой от сна, и такой родной, что внутри что-то приятно сжалось.

– Ладно, ещё пять минут, – шепнул я, наблюдая, как уголки её губ дрогнули в довольной улыбке.

Настя прижалась крепче, уткнулась носом в моё плечо, и вздохнула. От неё пахло чем-то уютным – смесью ванили, луговых трав и цветов. Я провёл рукой по её волосам – мягкие, рассыпчатые, они будто притягивали пальцы, не давая остановиться.

Сегодня у нас была прекрасная ночь. Я лежал, слушая её ровное дыхание, и думал, что такие моменты – они как маленькие кусочки счастья, которые хочется хранить в памяти вечно.

Солнце уже совсем обнаглело, лезло в глаза, и Настя, наконец, сдалась. Она открыла один глаз, посмотрела на меня с притворным недовольством и буркнула:

– Ладно, кажется, Вселенная ждёт от нас великих свершений.

– Великих свершений? – усмехнулся я, наблюдая, как она потягивается, словно кошка. – А может, для начала кофе?

– Ну, можно и кофе… – протянула Настя задумчиво. – Но сначала знаешь, что?

Она приподнялась на локте, и приблизилась ко мне. Мир сузился до её глаз, в которых плясали весёлые бесенята.

– Что? – шёпотом спросил я, хотя уже знал ответ.

Вместо слов она нежно поцеловала меня. Её губы были мягкими, тёплыми, с лёгким привкусом малины. Время остановилось, растворилось в этом поцелуе, в тихом шелесте занавесок, в птичьих трелях за окном…

– Теперь можно и вставать, – улыбнулась она, отстраняясь.

Умывшись и почистив зубы, мы отправились на кухню, где нас уже ждал Фредерик, наш незаменимый дворецкий. На столе дымились чашки с ароматным кофе, тарелки с омлетом, беконом и свежими фруктами, а в вазочке красовались только что испечённые булочки.

– Доброе утро, господа! – поприветствовал нас Фредерик, с лёгким поклоном. – Ваш завтрак готов.

– Доброе утро, Фредерик, – ответили мы хором, усаживаясь за стол.

– Ммм… – Настя, с наслаждением откусив кусочек булочки, блаженно прикрыла глаза, – …какая вкуснятина! Фредерик, ты волшебник!

– Вы слишком добры, графиня, – улыбнулся дворецкий. – Просто люблю свою работу.

"Фредерик – молодец, – подумал я про себя, с наслаждением вдыхая запах кофе. – Лучший дворецкий во всей Многомерной Вселенной! Хотя, нет… пожалуй, второй. После голема-дворецкого, который у меня был в прошлом мире. Тот, конечно, вообще был мастер на все руки. Но это уже совсем другая история. Фредерик же стал полноценной частью семьи. Со своими идеальными манерами и безупречным чувством времени, он всегда знал, когда накормить нас, а когда оставить наедине".

Я отхлебнул глоток из чашки – горьковатый, с лёгкой ореховой ноткой, именно такой, как я люблю. Настя тем временем уже уплетала омлет, смешно надувая щёки, и я поймал себя на мысли, что мог бы смотреть на неё вечно. Её волосы, ещё немного растрёпанные после сна, падали на лицо, и она то и дело отбрасывала их назад нетерпеливым движением.

– Теодор, – вдруг сказала она, отложив вилку и хитро прищурившись, – я тут кое-что интересненькое придумала.

Она взяла планшет, нашла нужное изображение, и я увидел, что это не просто здание, а настоящий шедевр архитектурной мысли – смесь готического собора с башенками, украшенными резьбой и витражами.

– Это будет школа для Одарённых, – торжественно объявила Настя. – Давно хотела тебе об этом рассказать, но всё как-то не было времени.

– Школа? – я удивлённо приподнял бровь. – Зачем?

– Ну как же! – Настя с воодушевлением посмотрела на меня. – Я хочу создать такое место, где Одарённые смогут раскрыть свой потенциал, научиться использовать свой Дар для творчества, а не для разрушения. Там будут обучаться Маги Камня и Металла. Теперь я вижу, что они могут не только воевать, но и делать этот мир прекраснее.

– Хм… ты, случайно, не хочешь их всех в итоге инициировать в Магов Земли?

Настя смутилась и немного покраснела.

– Ну, если ты разрешишь… – прошептала она, опуская глаза. – Представляешь, Теодор, какие шедевры они смогут создавать, если подтолкнуть их Дар в правильное русло? Статуи, дворцы, фонтаны…

– Ага. Или укрепления и армии големов, – добавил я мрачно. – Не забывай, что каждый Одарённый рассматривается своим государством прежде всего, как боец. Так что, скорее всего, твои ученики, после обучения, вернутся обратно к себе на родину и будут строить не статуи и дворцы, а инструменты для войны.

Настя, услышав это, поникла.

– Правда, ты так думаешь? – спросила она тихо. – Вот, блин… Я наивная дурочка…

Я подошёл к ней, обнял и поцеловал.

– Не расстраивайся, милая, – сказал я, гладя её по волосам. – Идея твоя отличная. И я сделаю так, чтобы твои ученики не работали во вред людям.

– Как? – удивлённо спросила она, поднимая на меня глаза.

Я усмехнулся.

– Есть у меня свои методы.

Я вспомнил свой прошлый мир, где, будучи главой Ордена Архитекторов, мне приходилось учить молодых магов. Там был целый подготовительный курс, на котором их буквально загоняли физически и морально, чтобы вбить им в головы основные правила – "Не навреди", "Не используй свой Дар во зло", "Не предавай своих друзей" и другие. Эти правила каждый новичок заучивал до автоматизма, до того, что они становились частью их сущности. И они соблюдали их безукоризненно.

Не знаю, существует ли ещё Орден Архитекторов, но что мне мешает сделать тут его филиал?

– В общем, всё будет хорошо, дорогая. А пока у меня есть для тебя задание.

– Какое? – Настя с интересом посмотрела на меня.

– Видела башню в центре Вадуца?

Настя рассмеялась.

– Ну конечно! Её видно не только в Вадуце, но и из соседних государств!

– Ну вот. Я посчитал, и таких башен нам нужно ещё двенадцать. По всему периметру княжества.

Я достал из кармана телефон и показал ей схему, над которой работал последние несколько дней. Это была сложная конструкция, состоящая из тринадцати башен, соединённых между собой невидимыми энергетическими потоками. Каждая башня была не просто защитным сооружением, а своего рода "ретранслятором", усиливающим силу остальных, создавая магическую конструкцию, непробиваемую для любых атак.

– Это гениально! – воскликнула Настя, разглядывая схему. – А чем я могу помочь?

– Ознакомься с чертежами, – ответил я. – Ты будешь строить их.

– Но… разве я смогу?

– Да. Ты уже готова. Осталось самое сложное.

– Что именно?

– Найти огромные теневые кристаллы, – ответил я. – Они нужны для питания башен.

– И где ты их возьмёшь?

– Похоже, пришла пора устроить охоту на Теней. Раньше они к нам ходили. А теперь мы к ним. Проредим их популяцию, а заодно и укрепим государство.

Город Стамбул, Османская Империя

Внезапный звонок отвлёк Аишу от важных дел. Недовольно поморщившись, она взяла трубку.

– Слушаю, – произнесла она лениво, словно ей было плевать, кто звонит.

– Это Леос, – раздался в динамике хриплый голос. – У меня хорошие новости. Я снова в игре. И готов вернуться в Лихтенштейн, чтобы нагнуть там всех. Но мне нужна твоя помощь.

– Помощь? Ты же говорил, что справишься со всем самостоятельно. Что тебе не нужны советчики. Что ты – избранный. Что тебе покровительствует сам Властелин Теней… А теперь ты просишь, чтобы я помогала тебе, жалкому неудачнику?

– Я не прошу, – процедил Леос, – я предлагаю взаимовыгодное сотрудничество.

– Взаимовыгодное? – Аиша расхохоталась. – Ты серьёзно, Леос? Ты, жалкая крыса, которая просрала всё, что имела, предлагаешь мне, принцессе Османской Империи, сотрудничество?

– Ах ты, сука! – заорал Леос. – Прояви немного уважения! И лучше не выёживайся. А то я тебе такое устрою, что ты пожалеешь, что вообще родилась!

– Устроишь? – Аиша сделала многозначительную паузу, смакуя его бессильную ярость. – И что же ты мне устроишь, Леос? Пришлёшь своих гопников повстанцев? Или может быть… сам приедешь? С дырявыми штанами и вонючими носками? Ты же знаешь, что я могу уничтожить тебя одним щелчком пальцев. Но… я не буду этого делать. Не бойся. У меня на тебя другие планы.

Леос забулькал в трубке, поперхнувшись от ярости.

– Какие ещё планы? – прохрипел он, откашлявшись.

– Я скоро сама приеду в Лихтенштейн. И ты будешь делать всё, что я скажу. Без вопросов.

– В Лихтенштейн? Но зачем? Это моя территория! Что ты там забыла…

– Заткнись, пёс! – рявкнула Аиша. – Ты всё просрал. И вообще мы делаем одно дело. Мне нужен Лихтенштейн. И я его получу. С твоей помощью или без неё. А если ты хочешь выжить, то будешь делать то, что я скажу.

Леос скрипнул зубами.

– Ладно, – буркнул он. – Будь по-твоему. И что ты там говорила про Вавилонского? Что у тебя есть для него сюрприз?

– О, да! У меня для него есть нечто особенное. Скоро приеду к тебе. Просто постарайся не сдохнуть до моего приезда.

– Не дождёшься, – прошипел Леос.

Аиша рассмеялась и положила трубку.

Повернувшись, она увидела двух людей, неподвижно стоявших перед ней. Это были Аристарх и Ангелина – родители Теодора Вавилонского. Вокруг них клубилась дымная аура Теней.

– Ритуал сработал, – удовлетворённо прошептала Аиша, с холодной улыбкой глядя на них. – Кровь Вавилонских смешалась с Тенью. Теперь вы поможете мне захватить вашего сыночка. Он очень интересен моему господину.

Глава 3

– Ну что, бравые мои, готовы? – обратился я к своему отряду, обводя взглядом выстроившихся в шеренгу големов и Бориса.

В ответ – тишина. Големы, как и полагается бездушным машинам, молчали.

Борис тоже не проронил ни слова, лишь молча кивнул, поправляя на плечах громоздкую конструкцию из металла и проводов – прототип экзоскелета. Две массивные пушки, отлитые из особо прочного сплава, крепились к его рукам с помощью специальных накладок. Вся эта конструкция шла через плечи, распределяя вес по всему телу.

Сейчас он, честно говоря, смахивал на человека, пытающегося одновременно управлять двумя бульдозерами. Хорошо ещё, что сила у Бори богатырская, иначе он бы просто не мог таскать на себе эту махину.

Я подошёл к одной из стен подземелья. Здесь, в этом заваленном хламом помещении, где когда-то, видимо, был склад, находилась лазейка в мир Теней. Она была похожа на трещину в реальности – мерцающий провал, из которого струился холодный воздух, пахнущий озоном и гнилью.

"Лазейка" эта, конечно, была не из мощных. Пропускная способность – так себе. Но Тени, эти хитрые твари, нашли способ использовать её. Создали здесь свою "ячейку" – место, где они могли накапливать силы перед вторжением в наш мир.

Я "просканировал" пространство за стеной. Да, Теней там было много. Очень много. Они дремали, как змеи в зимней спячке, копя энергию для будущего прорыва.

"Что ж, пора вас разбудить," – подумал я с холодной улыбкой и, активировав Дар, принялся расширять проход.

Через несколько секунд передо мной зияла огромная дыра в стене.

– Вперёд! – скомандовал я, и первым шагнул во тьму.

За мной, громыхая доспехами, последовали големы. Боря же остался снаружи, вместе с големами-охранниками, блокируя выход из туннеля. Его задача – не дать ни одной твари сбежать.

Мы оказались в огромном зале, своды которого терялись во мраке. Воздух здесь был тяжёлый, пропитанный запахом тлена. Видимость – почти нулевая. Только моё магическое зрение позволяло мне ориентироваться в этом мраке.

Тени, обитавшие здесь, явно не ожидали гостей. Они находились в состоянии стазиса – полупрозрачные сгустки энергии, висели в воздухе как огромные капли воды, накапливая силы перед тем, как вырваться в наш мир.

Это была одна из отдельных теневых ячеек, специально изолированная от основного Теневого Плана. Такая "автономная" ячейка – более эффективный способ проникновения в наш мир. Ведь, чтобы открыть портал из основного Теневого Плана, нужно не только много энергии, но и мощный артефакт. А здесь, в этой ячейке, Тени могли накапливать силу годами, незаметно просачиваясь в наш мир через небольшие трещины в реальности.

Я решил разломать эту ячейку. Её закрытие вызовет возмущение в верхнем слое Теневого Плана – и мелких, слабых тварей просто разорвёт на части. Конечно, на их место придут другие. Но это даст нам время. Да и сами Тени не любят умирать. Даже для сильных Теней это будет неприятным сюрпризом.

Мои големы тут же вступили в бой. Их нефритовые клинки рассекали Теней, оставляя за собой светящиеся зелёные следы. Твари визжали, шипели, пытались сопротивляться.

Я понимал, что времени у нас мало. Големы, хоть и были прочными, но всё же не были созданы для длительного пребывания в Теневом Плане. Я чувствовал, как их металл мгновенно начинает ржаветь, а камень – крошиться. Это место медленно, но верно, пожирало их.

Поэтому я сосредоточился на поиске главной цели – Командоре этой ячейки. Той самой Тени, которая управляла всеми остальными.

И я нашёл его.

В дальнем углу зала, скрытый за мерцающей завесой тьмы, висел огромный паук. Его тело, сотканное из теней, пульсировало. Длинные, когтистые лапы шевелились, как будто ощупывая пространство. Он наблюдал. Ждал.

Я сделал вид, что не замечаю его. Продолжал сражаться с Тенями, которые набрасывались на меня со всех сторон, уничтожая одну за другой. Но всё это время мой взгляд был прикован к нему, к Командору.

Наконец, когда все остальные Тени были уничтожены, я резко развернулся и, сконцентрировав всю свою силу, метнул в паука несколько нефритовых лезвий.

Лезвия, со свистом рассекая воздух, врезались в его лапы, отсекая их одним махом. Паук, потеряв опору, свалился на пол.

Не давая ему опомниться, я схватил огромное нефритовое копьё, которое один из големов предусмотрительно принёс с собой. Копьё было полым внутри, но очень прочным и острым.

– Прощай, тварь, – прошипел я, и с размаху вонзил копьё в тело паука.

Но тот не умер. Наоборот, он словно взбесился. Его тело запульсировало с новой силой, и из него начали вырываться щупальца тьмы, которые, извиваясь, пытались схватить меня.

– Огонь! – крикнул я големам, отступая назад.

Големы тут же открыли огонь из всех орудий. Нефритовые пули врезались в тело паука. Куски теневой плоти отлетали во все стороны, разрывая его на части. Но он, не обращая внимания на боль, продолжал двигаться в мою сторону.

Видя, что обстрел не останавливает чудовище, я скомандовал:

– В рукопашную! Защитный периметр!

Големы мгновенно перестроились. Четверо из них окружили меня плотным кольцом, выставив вперёд нефритовые щиты, а остальные с лязгом выхватили клинки и ринулись на Командора.

Паук возвышался над ними, как живая гора тьмы. Его оставшиеся лапы молотили воздух с такой скоростью, что казались размытыми. Первый голем, достигший твари, нанёс мощный рубящий удар, отсекая ещё одну конечность монстра. Второй и третий атаковали с флангов, их клинки вспарывали теневую плоть, оставляя светящиеся нефритовые следы.

Но Командор был слишком силён. Одним ударом он опрокинул крайнего голема, а затем, извиваясь, выбросил вперёд щупальце тьмы, пронзившее грудь металлической машины. Я видел, как нефритовые пластины доспеха треснули, а внутренний источник энергии голема замерцал и погас.

– Держать строй! – крикнул я, видя, как тварь набирает силу.

Два голема, защищавшие меня спереди, вдруг синхронно бросились вперёд, прикрывая от особенно мощной атаки. Щупальца Командора обвились вокруг их тел, сжимая с такой силой, что металл начал скрипеть и гнуться.

– Назад! – приказал я, но было поздно.

Паук подтянул големов к своей пасти – огромной рваной дыре, пульсирующей в центре его тела. Я с удивлением наблюдал, как он буквально всасывает моих защитников. Металл и камень растворялись в этом жутком водовороте тьмы, как сахар в кипятке.

Силы големов таяли на глазах. Ещё один рухнул, когда Командор ударил его сразу тремя щупальцами. Голем, защищавший мой левый фланг, молча повернулся и толкнул меня назад, принимая на себя удар, предназначенный мне. Его нефритовая грудная пластина разлетелась вдребезги, а тело охватило чёрное пламя.

– Нет! – вырвалось у меня, когда я увидел, как Командор подтягивает к себе очередного голема и буквально пожирает его вместе с энергией, которая питала машину.

С каждым поглощённым големом Командор становился всё больше и сильнее. Его тело разрасталось, заполняя пространство зала, а щупальца становились толще и длиннее.

Два оставшихся голема встали между мной и монстром, прикрывая меня своими телами. Их доспехи были помяты, нефритовые пластины потрескались, но они всё ещё функционировали.

– Отступаем, – скомандовал я, понимая, что если не уйдём сейчас, то уже не уйдём никогда.

Мы начали медленно отходить к выходу, держа строй. Командор, однако, не собирался нас отпускать. Одним резким движением он метнул щупальце, которое пронзило голову голема справа от меня. Машина содрогнулась, а затем рухнула, как подкошенная.

Последний голем, видя, что шансов отступить нет, внезапно развернулся и с неожиданной для такой тяжёлой машины скоростью бросился прямо на Командора. Он врезался в паука всем телом, вонзая свой нефритовый клинок глубоко в центр теневой массы.

Командор взревел – звук, от которого, казалось, сама реальность начала трескаться. Щупальца обвились вокруг голема, сдавливая его, ломая металлический каркас. Но машина, даже разрушаясь, продолжала вгрызаться в тело твари.

Последний голем ещё несколько мгновений сопротивлялся, его металлический каркас издавал жуткий скрежет, сминаясь под давлением теневых щупалец. Тварь приподняла его над полом и с жутким чавкающим звуком втянула в свою пульсирующую пасть.

Я остался один.

Вокруг – лишь мрак подземелья и гигантская туша Командора, разросшаяся после поглощения моих големов. Его тело, сотканное из тьмы, теперь пульсировало с новой силой.

Отступать было некуда. Позади – стена, впереди – монстр, который с каждой секундой становился всё больше и сильнее.

Командор явно наслаждался моментом. Его щупальца лениво колыхались в воздухе, словно он решал, как именно прикончить последнего противника.

– Отступать некуда, человечишка, – прошелестел он голосом, похожим на скрежет ржавого металла по стеклу. – Ты пришёл в мой дом. Ты нарушил наш покой. Но твои игрушки только сделали меня сильнее. Теперь и ты сам станешь частью меня.

Паук медленно надвигался на меня, заполняя собой все пространство. Щупальца тьмы потянулись к моему лицу, словно желая ощутить мой страх перед смертью.

Я прижался спиной к холодной стене и нервно усмехнулся. Время уходило. Сейчас или никогда.

– Знаешь, в чём твоя проблема, уродец? – спросил я. – Ты слишком много жрёшь. Будь у тебя мама, она бы научила тебя в детстве – нельзя глотать, не пережёвывая тщательно пищу.

Командор на мгновение замер, будто озадаченный моей дерзостью перед лицом неминуемой смерти. Этого мгновения оказалось достаточно.

Я закрыл глаза и активировал свой Дар. Магия хлынула через меня бурным потоком, наполняя каждую клетку тела жгучей энергией. Я направил своё сознание внутрь Командора, нащупывая то, что совсем недавно было моими големами.

Да, там, внутри теневой плоти, я ощущал их. Поглощённые, но не переваренные до конца. Нефритовые пластины, металлические детали, обломки оружия…

– Что ты делаешь? – прохрипел Командор, явно ощущая, как что-то меняется внутри него.

Я не ответил. Всё моё внимание было сосредоточено на остатках големов. Медленно, но верно я восстанавливал связь с каждым фрагментом, каждым осколком нефрита, каждой металлической деталью. А затем…

– Трансформация, – прошептал я, вкладывая в это слово всю свою силу.

Внутри Командора начался настоящий шторм. Металлические детали, обломки нефритовых клинков, пластины доспехов – всё это пришло в движение. Но не хаотичное. Нет, каждый фрагмент подчинялся моей воле, выстраиваясь в новую, смертоносную конфигурацию.

Командор взвыл от боли, когда осколки нефрита, заточенные моей магией до бритвенной остроты, начали вращаться внутри него, прорезая теневую плоть.

– Что ты… ааааа! – его голос превратился в сплошной вой боли.

Щупальца беспорядочно заметались по залу, ударяясь о стены и потолок, разбрасывая камни. Одно из них просвистело в миллиметре от моей головы, но я не сдвинулся с места. Вся моя концентрация была направлена на трансформацию.

– А теперь, – процедил я сквозь зубы, чувствуя, как пот градом катится по лицу от напряжения, – …теперь танцуй.

С этими словами я мысленно отдал последний приказ. Все металлические и нефритовые осколки внутри Командора синхронно ускорились, превратившись в вихрь режущих лезвий, пронзающих теневую плоть во всех направлениях.

Командор выгнулся дугой. Его тело начало распадаться, разрываясь на части изнутри. Сначала появились маленькие разрывы, из которых сочилась теневая субстанция. Затем разрывы превратились в настоящие раны, а из них вырывались наружу созданные мною лезвия, покрытые чёрной слизью.

– Невозможно… – прохрипел Командор, его голос становился все тише. – Ты всего лишь жалкий человечишка! Ты не можешь…

– Могу! – отрезал я, делая последний жест рукой. – Потому что я – Архитектор!

Лезвия внутри тела Командора пришли в ещё более неистовое вращение, превратившись в настоящие циркулярные пилы. Они рвали, кромсали, разрезали теневую плоть на куски.

Монстр издал последний вопль, от которого задрожали стены, а затем его тело взорвалось тысячами теневых фрагментов. Они разлетелись по всему залу, а затем начали рассеиваться, растворяясь в воздухе, как дым.

В центре зала, там, где только что возвышался гигантский Командор, теперь парило облако из металлических и нефритовых обломков, медленно вращающихся вокруг своей оси. Фрагменты моих големов, освобождённые от теневой плоти, зависли в воздухе, повинуясь моей магии.

Я сделал глубокий вдох и медленно выдохнул, чувствуя, как напряжение покидает тело.

– Командор, значит, – усмехнулся я, глядя на рассеивающиеся частицы Тени. – Ну, недолго тебе пришлось командовать.

Я подошёл к останкам монстра и извлёк его ядро – сверкающий фиолетовым светом кристалл. Пусть он был и не таким большим, как тот, что я получил после битвы с Дредноутом, но всё равно – ценная находка, которая пригодится для питания башен защиты.

После чего собрал остатки големов в один металлический шар, который поднял в воздух и отправил к выходу. Пригодится для новых машин.

Затем, пошатываясь, побрёл к проходу, чувствуя, как закрывается за моей спиной разлом в реальности. Ячейка Теней прекратила своё существование.

Когда я вернулся обратно в свой мир, то увидел, что Боря, стоявший у входа в туннель, тяжело дышит. Пушки на его боевом костюме ещё дымились, а вокруг повсюду были видны чёрные пятна – следы Теней, которым всё-таки удалось прорваться.

– Всё нормально, Боря? – спросил я, подходя ближе.

– Ага, – кивнул он, вытирая пот со лба. – Теперь можно и домой? А то я уже хочу нормально поесть, а не эти твои сухпайки.

– Потерпи ещё немного, – улыбнулся я. – Нам ещё нужно кое-что сделать.

Стамбул, Османская Империя

Дворец Топкапы, покои султана Мурада

Султан Мурад, правитель Османской Империи, сидел в роскошном кресле, утопая в мягких подушках. Он был одет в шёлковый халат, расшитый золотом, а на его голове красовался тюрбан, украшенный драгоценными камнями.

Несмотря на свой почтенный (по меркам простых смертных) возраст, султан выглядел молодо и свежо, как будто только что вернулся с курорта. Вечная молодость – приятный бонус от сделки с одним весьма интересным существом.

Перед ним стояла его любимая дочь Аиша. Она, как всегда, была великолепна – стройная фигура, тёмные глаза, горящие холодным огнём, изящные руки.

– Дочь моя, я горжусь тобой! – воскликнул султан. – Ты – настоящая воительница! Ты – достойная наследница моего трона! Твой план по захвату Лихтенштейна – смелый и дерзкий! Я уверен, что ты справишься! У тебя есть всё, что нужно для победы – ум, красота, магия и… – он многозначительно подмигнул, – …мой безграничный ресурс.

Аиша, выпрямившись, гордо улыбнулась.

– Спасибо, отец! Я не подведу тебя. С теми ресурсами, которые ты мне выделил, победа будет за нами! Лихтенштейн станет нашим!

– Ха! – султан расхохотался. – Эти лихтенштейнские блошки и их российские покровители точно такого не ожидают! Они думают, что мы – османские варвары, способные только на бессмысленную жестокость. Пусть думают. Это нам только на руку. Как только ты убьёшь этого Вавилонского и захватишь трон, ты сможешь объявить Лихтенштейн частью Османской Империи. А потом… – он снова рассмеялся, – …потом я пригоню туда всю свою армию. И пусть весь мир содрогнётся перед могуществом османов!

В стороне от них, скрипя зубами, стоял Селим, младший сын султана Он был крайне недоволен происходящим. Но возразить отцу не мог. Его позиция среди остальных детей султана была слишком низкой.

Селим с горечью вспомнил, как несколько недель назад вернулся из того самого Лихтенштейна. Он привёз отцу ценный подарок – клинок Махмуда Завоевателя. Он был уверен, что отец оценит его находчивость и щедрость. Но…

Но всё пошло не так, как он планировал. Отец, конечно, похвалил его, сказал, что подарок – "достойный", но на этом всё и закончилось. А потом, буквально через пару дней, Аиша пришла к отцу со своим планом по захвату Лихтенштейна. И отец тут же забыл о клинке, о Селиме, обо всех его заслугах.

Он понимал, что его позиция среди остальных детей султана слишком слаба. Чтобы иметь право голоса, чтобы отец хоть как-то прислушивался к его мнению, нужно было входить, как минимум, в тройку его любимчиков.

В их семье это было не просто традицией, а целой системой. Султан Мурад, человек прагматичный и рассудительный, даже завёл специальную "Доску почёта", на которой он отмечал "заслуги" своих детей. За каждый удачный подвиг, за каждую проявленную смекалку он начислял баллы. А за проступки, за глупость и непослушание – штрафовал. И каждый из них, с самого детства, боролся за высокое место на этой доске.

Селим взглянул на доску, висевшую в дальнем углу зала. Его имя находилось где-то в середине списка. Ничего особенного. Ни похвалы, ни порицания. Серая мышь. Незаметный для отца.

"Нужно что-то менять," – решил Селим.

Он не доверял Аише. Слишком сильно она изменилась за последнее время. От неё словно веяло холодом и… гнилью. И то, что отец слушает её, доверяет ей – это тоже не нравилось Селиму.

"Отец слеп! – с горечью подумал он. – Он не видит, что Аиша ведёт его к гибели. Что Тени, с которыми она заигрывает – это не игрушки, а опасная сила, которую невозможно контролировать. Что рано или поздно они поглотят её… И весь наш Род."

Селим сжал кулаки. Он должен был что-то сделать. Должен был предупредить отца. Но… Но как?

– Отец, – внезапно обратился он к султану. – Ты уверен, что это хорошая идея? Посылать Аишу в Лихтенштейн? Это княжество слишком далеко от нас. А у нас и без того слишком много проблем с Российской Империей.

– Молчи, Селим! – отрезал султан. – Не тебе меня учить. Аиша – моя любимая дочь. И она знает, что делает.

– Но…

– Никаких "но", Селим! – рявкнул султан. – У тебя есть другие важные задачи. Например, разобраться с восстанием в Алжире. Или подавить мятеж в Египте. Хватит торчать во дворце! Иди и делай что-нибудь полезное!

Селим вздохнул, поклонился и вышел из покоев. Он понимал – сейчас, когда Аиша на пике своей власти, любое его слово будет воспринято, как зависть, как жалкая попытка очернить сестру. И если он продолжит настаивать, тогда отец отвернётся от него навсегда.

"Нет, – решительно подумал Селим. – Я не могу допустить этого. Я должен найти способ остановить Аишу. И спасти отца. Даже если для этого мне придётся пойти против его воли."

Таможенный пост №21

Швейцарская Конфедерация

Внутри таможенного поста №21 царила атмосфера неконтролируемой паники. Начальник поста, майор Джузеппе Цюрихер, с раскрасневшимся лицом метался по своему кабинету, как хомяк в колесе.

– Да что за чертовщина творится?! – орал он в телефонную трубку. – На нас напали! Стреляют! Взрывают! И… и… я не знаю, кто это, мать вашу за ногу!

На другом конце провода, в штабе швейцарской армии, генерал Эрнесто Бернер с трудом сдерживал раздражение.

– Цюрихер, успокойтесь! Вы уже вызвали полицию?

– Да вызвал я уже всех, кого только можно! – заорал Цюрихер, ударяя кулаком по столу. – И полицию, и даже священника, чтобы отпустил нам грехи перед смертью!

– Ну вот, значит, ждите.

– Что значит – "ждите"? Да пока мы тут ждём, нас всех перебьют, как кроликов! Вы можете прислать подкрепление? Хотя бы один взвод спецназа!

Генерал Бернер тяжело вздохнул. Швейцарский спецназ был вопросом гордости нации, но прямо сейчас все три взвода были задействованы на ежегодных учениях в Альпах.

– Цюрихер, – голос генерала звучал по-деловому спокойно, – просто опишите мне, что происходит? Докладывайте чётко и по делу. Кто на вас напал? Сколько их? Какое у них оружие? Что они требуют?

Майор на мгновение замолчал, собираясь с мыслями, но они упрямо не собирались во что-нибудь осмысленное.

– Я же говорю – не знаю! – взвизгнул он. – Они как призраки, блин! Появляются из ниоткуда, стреляют, связывают… Наших уже половину положили! А я тут, как крыса в клетке, закрылся!

– Призраки? – переспросил Бернер. – Какие призраки? Вы что, обкурились там, что ли?

– Нет, господин генерал! – кричал Цюрихер. – Они не похожи ни на австрийцев, ни на лихтенштейнцев! У них какая-то странная форма, чёрная, как у ниндзя! И оружие… оружие тоже какое-то необычное! Они стреляют… гхм… какими-то иглами!

– Иглами? – Бернер не смог сдержать смех. – Швейцарских таможенников атакуют иглами? Ну надо же! А вы чем отбиваетесь, господин майор? Вязальными спицами?

Цюрихер, услышав это, забулькал в трубку, захлёбываясь от возмущения.

– Господин генерал, это не смешно! – прохрипел он. – Тут люди гибнут! Мне нужна помощь! Срочно! Если нет спецназа, отправьте сюда "Сотню"!

“Швейцарская сотня”. Элита швейцарской армии. Спецназ, обученный с самого детства. Эти ребята были настоящими машинами для убийства. Они умели всё – стрелять, драться, взрывать, проникать, убивать, прятаться… В общем, полный набор навыков для настоящего швейцарского Рэмбо. Они были гордостью Швейцарии, её невидимым щитом, готовым защитить страну от любой угрозы.

– Ладно, Цюрихер. "Сотня" уже в пути, – успокоил его Бернер. – Держитесь там. И постарайтесь не сдохнуть до их приезда. А то будет очень неудобно потом выяснять, почему начальник таможенного поста, как трусливая корова, прятался в кабинете, пока его люди героически отражали атаку… гхм… призрачных швей.

Генерал, не дожидаясь ответа, отключился. А Цюрихер, с лицом, искажённым гримасой ужаса, продолжал вглядываться в мерцающий экран камеры видеонаблюдения, установленной у входа в таможенный пост. Там, среди дыма и вспышек, мелькали чёрные силуэты.

Прошло десять мучительных минут, но подкрепления всё не было. Ни полиции, ни обещанной сотни.

Оборонявшиеся таможенники один за другим падали под натиском неуловимых атакующих. Цюрихер слышал крики своих людей, звуки борьбы и какие-то странные свистящие звуки, как будто воздух разрезали сотни острых лезвий.

Ещё через три минуты Цюрихер, баррикадировавший дверь своего кабинета шкафом и столом, вздрогнул от резкого звука вертолётных лопастей. Сквозь жалюзи он увидел, как на площадку перед постом опускается боевой вертолёт с эмблемой швейцарской "Сотни".

– Ну, слава тебе, господи! – прошептал майор, утирая холодный пот со лба. – Сейчас этим призракам покажут, где раки зимуют!

Из вертолёта тут же посыпались бойцы в полной боевой экипировке. Двадцать человек, экипированных по последнему слову военной техники. Автоматические винтовки, гранатомёты, бронежилеты, приборы ночного видения. Элита швейцарской армии.

Командир отряда "Сотни", поднял руку, и его люди рассредоточились по периметру в идеальном тактическом построении.

– Альфа – главный вход, Браво – тыл, Дельта – прикрытие, – донеслись через команды. – Работаем быстро и чётко!

Цюрихер, наблюдавший через монитор, почувствовал прилив гордости за свою страну.

"Вот они – настоящие швейцарцы! Сейчас эти долбанные ниндзя с иголками узнают, что такое швейцарский порядок!" – подумал он, приободрившись.

Отряд "Сотня" двигался с безупречной слаженностью. Командир подал знак, и группа Альфа выбила главную дверь таможенного поста, ворвавшись внутрь.

И тут произошло непостижимое.

На мониторе Цюрихер увидел вспышку света – яркую, но не ослепляющую. Затем что-то, похожее на дымовую завесу, но более густое и быстро распространяющееся. А потом… тишина.

Камеры продолжали работать, но в коридорах таможенного поста майор увидел только неподвижные тела "Сотни", лежащие в неестественных позах. Они выглядели как марионетки с обрезанными нитями.

– Что за чёрт?! – пробормотал Цюрихер, вжимаясь в кресло. – Это невозможно!

"Швейцарская сотня" – гордость швейцарской армии, бойцы, которые могли уничтожить целую роту противника, – были выведены из строя за считанные секунды. Без единого выстрела. Без борьбы. Как будто их выключили, как лампочки.

На одной из камер Цюрихер увидел высокую фигуру в чёрном. Человек двигался неторопливо, почти лениво подходя к каждому из поверженной "сотни". Он присаживался рядом с ними и с хирургической точностью "связывал" их запястья какими-то металлическими браслетами.

Ещё двое в такой же чёрной форме методично обыскивали помещения, забирая оружие поверженных бойцов.

– Это не может быть правдой, – прошептал Цюрихер, чувствуя, как его сердце колотится в груди. – Кто они такие? Как они смогли… так быстро… так легко…

На одной из камер он увидел, как один из людей в чёрном поднял голову и посмотрел прямо в объектив. На его лице была маска, закрывающая всё, кроме глаз – холодных, бесстрастных глаз с узким разрезом, которые, казалось, смотрели прямо в душу майора.

Неизвестный поднял руку, демонстрируя какое-то устройство, похожее на пистолет, но более массивное и с несколькими стволами. Он прицелился в камеру, нажал на спусковой крючок, и экран погас.

Цюрихер, задыхаясь от ужаса, схватил телефон. Его пальцы дрожали так сильно, что он не мог попасть по нужным кнопкам.

Внезапно майор услышал тихий скрежет за дверью своего кабинета. Панический страх стиснул его горло, а на лбу выступили капли холодного пота.

– Они здесь… – прошептал он. – Господи, они идут за мной.

В этот момент дверь кабинета слетела с петель, отлетев в сторону вместе со всей баррикадой, и внутрь ворвались двое в чёрной форме. Один из них молниеносным движением выбил телефон из рук Цюрихера, швырнул его на пол и раздавил каблуком. А второй, приставив к его горлу холодное лезвие, прошипел на ломаном немецком:

– Молчать! Не двигаться! Иначе мы делать тебе больно!

На их плечах были какие-то странные нашивки с иероглифами и символами цветка – то ли розы, то ли лотоса.

"Китайцы?" – с ужасом подумал Цюрихер, ощущая, как по его спине бежит холодок. – "Этого ещё не хватало…"

– Кто… кто вы такие? – выдавил он дрожащим голосом.

Человек с ножом слегка наклонил голову, будто размышляя, стоит ли отвечать. Затем, не убирая лезвия от горла майора, он произнёс всё тем же ломаным немецким:

– Ты не спрашивать. Ты – идти с нами. Тебя хочет видеть наша госпожа. Она всё объяснить. И советую приготовиться. Будет больно. Очень больно…

Глава 4

Следующее утро после битвы с Тенями встретило меня приятной истомой во всём теле. Даже непривычно как-то. Раньше после таких заварушек я бы несколько дней отходил, а тут… Хоть прямо сейчас снова в бой! Значит, крепчаю, сил становится всё больше.

Вчерашняя ночь была… незабываемой. Мы с Настей часами болтали, смеялись, строили планы на будущее. И, конечно же, занимались тем, чем обычно занимаются влюблённые парочки, когда остаются наедине.

Эх, хорошо всё-таки, когда рядом есть тот, кто понимает тебя с полуслова, кто поддерживает тебя во всех твоих, иногда даже безумных, начинаниях.

Настя, почувствовав, что я уже проснулся, зашевелилась, сонно потянулась и, открыв глаза, улыбнулась.

– Доброе утро, любимый, – прошептала она, притягивая меня к себе.

– И тебе доброе, – ответил я, целуя её. – Как спалось?

– Как всегда, прекрасно, – она прижалась ко мне. – Теодор, у тебя такое бывало, что во сне приходят какие-нибудь идеи?

– Постоянно. Особенно после таких ночей, как вчера. Голова сама начинает работать, пока тело отдыхает. Иногда даже просыпаюсь с готовым планом, как будто кто-то во сне его мне нашептал.

Настя рассмеялась.

– Правда? Потому что у меня, похоже, сегодня случилось то же самое!

– Да ну? – спросил я, чуть приподнявшись на локте, чтобы лучше видеть её лицо. Настя всегда выглядела особенно мило по утрам – растрёпанные волосы, мягкий взгляд, лёгкий румянец на щеках. – Ну и что тебе нашептали во сне?

Она протянула руку, взяла с прикроватной тумбы планшет, нашла нужный файл и показала мне схему одной из башен, которые я попросил её спроектировать.

– Вот, смотри! – начала она, водя пальцем по экрану. – Фундамент будет многослойным, с использованием армированного фибробетона. Стены вырастим из особо прочного мрамора, который пропускает свет. Караульные помещения я расположила на верхних ярусах, чтобы обеспечить максимальный обзор. А бойницы, – она многозначительно подмигнула, – расширим специально под безоткатные гаубицы УСУ-100. Учитывая их ТТХ, проёмы должны быть пошире.

Я удивлённо приподнял брови.

– А ТТХ орудий тебе тоже во сне нашептали? – спросил я, с подозрением глядя на неё. – Или ты полночи тайком читала справочники по артиллерии, пока я спал?

Настя звонко рассмеялась, откидывая планшет в сторону, и легонько толкнула меня в плечо.

– Может, и так. А может, и нет.

– В смысле? А ну, признавайся, – поддразнил её я и начал шутливо щекотать.

Настя взвизгнула от неожиданности, пытаясь увернуться, но я не сдавался. Её смех заполнил комнату, звонкий и искренний. Она извивалась, пытаясь вырваться, но в итоге схватила подушку и с размаху шлёпнула меня по голове.

– Ага, попался! – торжествующе воскликнула она, усаживаясь верхом и прижимая меня к кровати. Её глаза блестели от озорства, а растрёпанные волосы падали на лицо, делая её похожей на какую-нибудь эльфийку.

– Ну всё, сдаюсь, сдаюсь! – театрально простонал я, поднимая руки вверх. – Ты победила, великий стратег и мастер подушечных атак.

Настя гордо выпрямилась, всё ещё сидя на мне, и сложила руки на груди.

– То-то же! Не забывай, с кем имеешь дело, Теодор. Я не только башни проектирую, но и в бою могу за себя постоять.

– О, не сомневаюсь, – ответил я, внезапно перехватывая её за талию и переворачивая на спину. Теперь уже я оказался сверху, а она, захваченная врасплох, удивлённо ойкнула. – Но и я не так прост, как кажется.

Она прищурилась, глядя на меня снизу вверх, и вдруг хитро улыбнулась.

– Это что, вызов? – спросила она, обхватывая меня ногами и пытаясь вывернуться.

Мы оба рассмеялись, начав импровизированную возню, где не было ни победителей, ни проигравших – только мы, дурачащиеся, как дети, в тёплом утреннем свете, льющемся через окно.

В какой-то момент я поймал её запястья и прижал их к постели, наклонившись ближе.

– Признавайся, – шепнул я, глядя ей в глаза, – откуда всё-таки ТТХ гаубиц? Ты что, гений или просто не можешь остановиться, когда дело доходит до проектирования?

Настя выдержала паузу, а потом, не сдержавшись, прыснула со смеху.

– Ладно, ладно, сдаюсь! – выдохнула она. – Просто, если что-то делаешь, делай это хорошо. Плохо и так получится. А ещё мне дядя Киря помогал.

– Дядя Киря? – я рассмеялся. – Ну, с ним точно не пропадёшь.

– Теодор, – Настя задумчиво посмотрела на меня. – Я вот всё поняла, кроме одного… Для чего ты просил сделать помещение в центре башни? И зачем туда будут выведены силовые каналы? Нет, я понимаю, для чего всё это может быть использовано… Но что именно будет ядром системы? Как ты это будешь активировать?

– Одевайся, – сказал я, вставая с кровати. – Пойдём, покажу.

Мы спустились в подвал, прошли по длинному коридору и остановились перед входом в защищённое хранилище для артефактов. Тяжёлые стальные двери с системой автоматической блокировки и сигнализацией делали это место неприступным для любого вторжения.

Я открыл двери, и мы вошли внутрь.

В центре помещения, на каменном постаменте, лежал огромный фиолетовый кристалл. Он пульсировал, излучая тёмную энергию, которая наполняла зал странным сиянием.

– Что это такое? – Настя с интересом и одновременно с опаской подошла ближе.

– Это – сердце Командора Теней.

Настя, услышав это, замерла на месте. Её глаза расширились от удивления и страха.

– Но… это же опасно, Теодор! Чертовски опасно! Ты можешь потерять себя и стать… чудовищем!

Я улыбнулся и, подойдя к ней, обнял её.

– Ну да, я в курсе, – сказал я, целуя её в макушку. – Но я точно таким не стану. Уж поверь. Ты мне веришь?

– Верю, – прошептала она, прижимаясь ко мне. – Но мне всё равно немного страшно.

Настя ещё некоторое время заворожённо смотрела на кристалл, задумчиво покусывая губу. Затем, повернувшись ко мне, спросила:

– А ты меня этому научишь? Ну… работать с такими вещами?

Я рассмеялся, обнимая её крепче.

– Моя девочка! – сказал я. – Конечно, научу. Но будет это… гхм… лет этак через двести.

– А у нас есть столько времени? – с лёгкой усмешкой спросила она.

– У нас впереди целая жизнь, дорогая. И я хочу провести её вместе с тобой. Настя… ты станешь моей женой?

Я опустился на одно колено и протянул ей бархатную коробочку.

Настя, не веря своим глазам, открыла её. Внутри, на мягкой подкладке, лежало кольцо. Но не просто кольцо, а настоящее произведение искусства. Оно было изготовлено из платины, инкрустировано мельчайшими бриллиантами, а в центре сиял огромный камень, похожий на огненный опал, играющий всеми цветами радуги. Камень будто бы жил своей жизнью – пульсировал, менял цвет, излучал тёплый, приятный свет.

– Что это, Теодор? – прошептала Настя, с восхищением разглядывая кольцо. – Я не могу почувствовать его структуру. Это вроде камень, но он… живой?

Я хмыкнул.

– Типа того. Это – "Сердце Архитектора", – ответил я, с гордостью глядя на своё творение. – Я выращивал его несколько месяцев.

На самом деле, это действительно редчайшая вещь. Секрет нашего Ордена. Такие камни бесценны, потому что в них Архитекторы вкладывали частичку своей души. А душа, как известно, не резиновая. Я объяснил ей, что этот камень – не просто украшение. Это – мощный защитный артефакт, способный защитить её от любой угрозы.

– Я бы сделал его раньше, – продолжил я, – но его реально нужно было выращивать. Ну так что? Ты согласна?

– Конечно, согласна, любимый! – воскликнула Настя, бросаясь ко мне на шею.

Она обняла меня крепко, целуя и смеясь одновременно.

– Я люблю тебя, Теодор! – прошептала она, прижимаясь ко мне. – Я так счастлива! Спасибо тебе за всё!

Я с нежностью погладил её по волосам.

Мы ещё некоторое время стояли, обнявшись, наслаждаясь этим моментом. Затем Настя с хитрой улыбкой спросила:

– А такой камень… я смогу, наверное, лет через триста сделать, да?

– Ну да… когда-нибудь, – уклонился я от ответа, думая про себя, что вряд ли она раньше, чем через пару тысяч лет даже принцип поймёт. Ведь я видел, как игры с душой заканчиваются гибелью. Или даже… ещё хуже.

В этот момент раздался стук, и в хранилище вошёл Скала.

– Теодор, – сказал он, – Тенеборцы звонят вовсю, разыскивают тебя. Там, кажется, проблемы.

Он протянул мне телефон.

– Вавилонский слушает, – сказал я.

– Теодор, – раздался в динамике взволнованный голос Алексея Сорокина, – у нас ЧП! В посёлке "Солнечная Долина", на тойственной границе со Швейцарией и Австрией… все жители мертвы.

– Мертвы? – я нахмурился. – Что случилось? Швейцарцы напали?

– Нет, – ответил Сорокин. – Это не швейцарцы и не австрийцы. Это Тени. Но Тени явно необычные. Они как будто "выпили" всех жителей досуха. Там такое… Мне кажется, ты сам захочешь это увидеть.

– Хорошо, – сказал я. – Мы выезжаем.

Я отключился и повернулся к Скале.

– Дядя Кирь, собирайся. Едем в "Солнечную Долину". Похоже, это Леос и его нужно поймать! Охота на Теней подождёт. Сначала нужно разобраться с этой мразью!

* * *

Уже через час мы вместе с несколькими гвардейцами подкатили к "Солнечной Долине". Название, конечно, – огонь! Прямо – курорт какой-то альпийский. Вот только атмосфера здесь царила совсем не курортная.

Посёлок встретил нас зловещей тишиной. Ни дымка из труб, ни лая собак, ни криков детей… Только тишина – гнетущая, зловещая, которую нарушал лишь заунывный вой ветра, доносящийся с гор.

У въезда в посёлок нас уже ждали Тенеборцы и небольшой отряд полицейских. Лица у всех были мрачные. Даже всегда весёлый и неунывающий Алексей Сорокин стоял, понурив голову.

– Ну, уже выяснили, что здесь произошло? – спросил я.

Глава Гильдии Тенеборцев с трудом сглотнул, как будто пытаясь прогнать стоящий в горле ком, и махнул рукой, приглашая нас пройти в один из домов.

– Лучше один раз увидеть, чем сто раз услышать, – сказал он хриплым голосом.

Мы вошли в дом. Здесь, в небольшой гостиной, на полу лежали тела. Много тел. Мужчины, женщины, старики, дети… Все они были мертвы.

Их тела… они были высушены, как мумии. Кожа – серая, пергаментная, обтянутая костями. Глаза – пустые, безжизненные провалы. Ни крови, ни ран, ни каких-либо других признаков насильственной смерти. Словно кто-то вытянул из них всю жизненную энергию, оставив лишь пустые оболочки.

Я подошёл к одному из тел – молодой женщине, лежащей на пороге своего дома. Её руки были вытянуты вперёд, словно она пыталась кого-то остановить. Я присел рядом с ней и внимательно осмотрел.

Да, она была полностью пуста. Ни капли крови, ни единого признака жизни. Её энергетическое поле – ноль. Словно кто-то выпил её досуха.

– Твою ж мать… – прошептал Скала, стоящий рядом со мной.

Мы прошли в другие дома. Везде была такая же картина – высохшие тела, пустые глаза, зловещая тишина. Даже животные – собаки, кошки, куры – не избежали этой ужасной участи.

– Сколько их тут было? – спросил я.

– Около двухсот человек, – ответил Алексей. – Весь посёлок. Ни одного выжившего.

Я вышел из дома и огляделся. Воздух здесь был наполнен теневой энергией. Но она была какой-то… странной. Не холодной и тягучей, как обычно, а наоборот – тёплой, пульсирующей. Словно кто-то "пережрал" её, и теперь она излучалась из него, как из раскалённой печи.

– Дядь Кирь, – обратился я к Скале, – оставайтесь здесь. Организуйте похороны тел, оповестите родственников. Всё за наш счет. И проверьте все дома ещё раз. Вдруг кому-нибудь удалось спрятаться и выжить. А я пока прогуляюсь…

– Куда ты? – спросил Скала. – Я пойду с тобой.

– Не спорь, – отрезал я. – Со мной всё будет в порядке. Просто никто не должен мне мешать.

Я пошёл в сторону гор, которые окружали деревню.

Я чувствовал, что Леос где-то там. И что он использовал Теней, чтобы запутать след и скрыться от меня. Но меня такими фокусами не обманешь. Я – Маг Земли. И я вижу то, что скрыто от глаз обычных людей.

Поднявшись на небольшой холм, я присел на камни и закрыл глаза. Активировал Дар, направляя свою энергию в недра земли.

– Духи Гор! – мысленно обратился я к ним. – Древние Хранители этих земель! Я, Архитектор, призываю вас! Мне нужна ваша помощь!

Земля подо мной задрожала. Скалы вокруг загудели.

– Вы – мои братья и сёстры! – продолжал я. – И мы должны объединить свои силы, чтобы бороться со злом! Тот, кто скрылся в ваших недрах, – мразь, повинная в смерти невинных душ! Он осквернил ваши земли! Он нарушил законы равновесия! И он должен быть наказан!

Земля задрожала ещё сильнее. Из глубин гор донеслось низкое, утробное рычание, как будто сама планета отвечала на мой зов.

Леос. Я почувствовал его след – тонкую нить пульсирующей энергии, что тянулась через камни и ущелья, пронизывающие горы. Он был хитёр, этот ублюдок. Использовал Теней, чтобы замаскировать свои шаги, но земля не лжёт. Она помнит всё. Каждый его шаг отпечатался в её памяти, и теперь она шептала мне об этом.

Подонок уже пересёк границу со Швейцарией и теперь был далеко отсюда.

Я открыл глаза и вернулся в посёлок к своим людям.

– Я нашёл его, – сказал я. – Но есть проблема. Он находится на территории Швейцарии.

– Значит, Леос в Швейцарии? – задумчиво произнёс гвардеец Клим Перепёлкин, потирая подбородок. – Дипломатические отношения, бла-бла-бла… Придётся действовать осторожно, чтобы не спровоцировать очередную войну между Лихтенштейном и Швейцарией.

Прежде чем я успел что-то ответить, Скала вдруг громко расхохотался.

– Ну и что! Даже если и спровоцируем, ничего страшного! Подумаешь, ещё одна война. Мы и не такое переживали.

Другие гвардейцы вокруг нас тоже стали смеяться. Чувствовалось, что напряжение последнего часа нужно было как-то сбросить.

Я тоже не удержался и улыбнулся. Эти старые волки, десятки раз смотревшие смерти в глаза, теперь шутили о международном конфликте так, будто речь шла о соседской драке.

– Что, пенсионеры, вошли во вкус? – спросил я, качая головой. – А кто недавно стонал о болях в спине и мечтал о спокойной пенсии на берегу моря?

– Это было до того, как мы узнали, что некоторые твари используют целые деревни как энергетический буфет, – мрачно ответил Тимофей Щелбанов, и его взгляд не предвещал ничего хорошего.

Смех стих так же внезапно, как и начался. Все присутствующие вновь стали серьёзными. Двести человек… двести душ. Это была не просто охота. Это был вопрос справедливости.

Кладбище Самоубийц

Окраина Вадуца, княжество Лихтенштейн

Освальд, командир прусской разведывательной группы "Команда Любителей Пива", с недоумением рассматривал в бинокль территорию "Кладбища Самоубийц". Его круглое, обычно румяное, лицо сейчас больше напоминало переспелый помидор – то ли от натуги, то ли от возмущения.

– Я, конечно, всё понимаю, – пробурчал он, откладывая бинокль в сторону и делая большой глоток пива из своей походной кружки. – Но тут же, мать его, живого места нет! Как они там цеха и склады построили?! Да ещё и катаются, как у себя дома! – он снова взял бинокль и ткнул пальцем в сторону, где сновали грузовики с эмблемой "Созидатель". – Гляньте вы! Я ж не дурак, вроде как? Вижу, что там всё функционирует!

Шнапс, молодой боец, похожий на взъерошенного воробья в камуфляже, послушно прильнул к биноклю.

– Так точно, Освальд! – подтвердил он. – Всё так и есть. Катаются туда-сюда… Жизнь бьёт ключом, можно сказать.

– Да, странно это всё, – пробормотал Вальтер, почёсывая седую бороду.

На их планшетах была самая подробная информация, предоставленная разведкой Пруссии и самим князем Бобшильдом – старые схемы и карты, дополненные самыми современными данными, согласно которым вся территория "Кладбища Самоубийц" – это одна большая мина. Тронешь один заряд – и взлетит на воздух всё остальное.

А они сейчас собственными глазами видели, как посреди этого минного поля прекрасно функционирует предприятие Вавилонского. Склады, цеха, ангары… Всё это было окружено высоким сетчатым забором из оцинкованной стали, утыканным камерами видеонаблюдения и датчиками движения. А по территории бесконечно сновали грузовики и строительные машины, как будто ничего опасного тут не было и в помине.

– Ладно, хрен с ними, с этими складами, – сказал Освальд, откладывая бинокль и делая ещё один глоток пива. – Нам вообще-то не туда, а туда, – он указал пальцем на полуразрушенный бетонный бункер, расположенный в другой части Кладбища Самоубийц. – Там, по данным разведки, хранятся сокровища. Золото, бриллианты… Бобшильд дал нам коды активации, которые ему передали повстанцы. Так что особых сложностей не будет.

"Команда Любителей Пива", переглянувшись, с недоумением посмотрела на своего командира.

– Повстанцы? – переспросил Вальтер. – Но они же… вроде как… враги были? Как же тогда эти коды князю достались?

Освальд пожал плечами. Этот вопрос тоже не давал ему покоя.

– Хрен его знает, – ответил он. – Может, украл? Может, выменял? Может, выиграл в карты? Всякое может быть.

Освальд был не просто крепким бойцом, но и очень осторожным и прошаренным командиром. Не зря их считали лучшими диверсантами Пруссии, а возможно, и всей Европы. Его многолетний опыт подсказывал, что с этим "Кладбищем Самоубийц" что-то не так. Слишком уж гладко всё выглядело. Слишком уж спокойно. Будто кто-то специально заманивает их в ловушку.

– Короче, ребята, – сказал он наконец. – Будем действовать осторожно. Шаг за шагом. Проверим всё, как следует. Фриц, поднимай свою тощую задницу! Твой выход! Попробуй-ка "прощупать" местность.

Фриц, тощий, как швабра, Маг Металла, неохотно поднялся со своего места.

– Освальд, – проныл он, – а может, ну его нафиг? Давай пивка лучше выпьем. У меня тут как раз заначка осталась…

– Отставить нытьё! – рявкнул Освальд. – Работать надо! Если мы сейчас не проверим это место, то потом можем все вместе к праотцам отправиться. И не просто так отправиться, а с фейерверками и фанфарами! Так что давай, Фриц, шевелись! Ты же у нас Маг Металла, должен чувствовать, где там эти… гхм… мины зарыты.

Фриц тяжело вздохнул, но спорить не стал. Зевая, он начал медленно продвигаться вперёд, внимательно изучая землю перед собой. Его магическое зрение позволяло ему видеть не только поверхность, но и то, что скрыто под ней – металлические предметы, провода, мины…

"Команда Любителей Пива" тем временем заняла позиции, ожидая результатов его работы.

– Надеюсь, – тихо произнёс старик Вальтер, – что там не будет големов с лопатами.

Глава 5

Двести душ… Трагедия в "Солнечной Долине" тяжёлым грузом легла на всех. Двести человек, живших, любивших, мечтавших… Все они стали жертвами Теней – тварей, которых Леос, сумасшедший фанатик, выпустил на свободу, пытаясь утопить княжество в хаосе.

Вчерашнее выступление перед народом далось мне нелегко. Говорить о таких вещах всегда тяжело, особенно когда понимаешь, что твои слова не смогут вернуть погибших.

Я честно рассказал о случившемся, не пытаясь скрыть правду или приукрасить действительность. Сказал, что виновные будут найдены и наказаны, что Лихтенштейн не бросит тех, кто попал в беду, что мы окажем помощь всем, кто в ней нуждается – жильём, медицинским лечением, бесплатным обучением. Сделаем всё, что в наших силах.

Люди должны знать правду. Пусть горькую, ужасную, но – правду. Они должны понимать, что война – это не игра. И что враг – не только за границей, но и внутри нас. И что Тени, эти порождения Тьмы, не щадят никого. Они пришли в наш мир, чтобы сеять хаос и разрушения, и мы должны быть готовы к этому.

– Такая ситуация происходит не только у нас, – говорил я вчера, глядя на море лиц, обращённых ко мне. – Во многих странах есть подобные проблемы. Просто они не рассказывают об этом. Они скрывают правду от своего народа, потому что боятся паники. А я не боюсь. И не буду вам врать. Я считаю, что вы имеете право знать, что происходит на самом деле. И должны быть готовы к любому повороту событий.

Сейчас, сидя в своём кабинете, я прокручивал в голове каждое слово, пытаясь понять, насколько удачным было моё выступление. Ведь я не политик, не актёр, и не оратор. Я – Архитектор. И привык выражать свои мысли не словами, а делами. Но вчера слова были важнее дел, потому что простым людям нужна была надежда.

– Я клянусь вам! Виновные будут наказаны! Все, кто причастен к этой трагедии, ответят за свои преступления! И это не только Тени…

Мои размышления прервал стук в дверь.

– Войдите!

Дверь открылась, и в кабинет вошли трое молодых людей. Парни, лет двадцати – двадцати пяти, с немного растерянными лицами. Это были те самые, чьи семьи пострадали в "Солнечной Долине".

– Проходите, – сказал я, жестом приглашая их присесть на стулья, стоявшие напротив моего стола. – Чем могу быть полезен?

Они, переглянувшись, сели на краешки стульев. Было видно, что они нервничают.

– Здравствуйте, господин Теодор, – начал один из них, кудрявый парнишка с веснушчатым лицом. – Мы хотели бы поговорить с вами.

Я кивнул, давая понять, что слушаю.

– Видите ли… – он запнулся, не решаясь продолжить. – Мы… мы немного слукавили. На самом деле нам ничего не нужно.

– В смысле? – удивился я. – Мне сказали, что придут трое молодых людей, чьи семьи погибли в «Солнечной Долине».

– Так и есть, – ответил другой, высокий парень с загорелым лицом. – Наши семьи, конечно, пострадали… Но мы пришли сюда не за помощью. У нас есть руки, ноги, голова на плечах. Мы сами справимся.

– Тогда зачем? – спросил я, не понимая, чего они хотят.

– Мы пришли сюда, – добавил третий, коренастый парень с коротким ёжиком волос, – чтобы сказать вам спасибо. Спасибо за то, что вы делаете для нашего княжества.

– Мы видели, – продолжил кудрявый, – как вам было тяжело вчера. Когда вы выступали перед народом. Мы чувствовали боль в ваших глазах. И мы хотим сказать вам – пожалуйста, только не сдавайтесь. Мы знаем, что вы не всемогущий. Что вы не можете защитить всех. Мы понимаем, что такое случается. Война… Тени… Это всё не ваша вина. Но… Наши родители верили в вас, в то, что вы сможете защитить Лихтенштейн. И мы тоже верим в это.

Они встали и, попрощавшись, вышли из кабинета. А я остался сидеть за столом, погружённый в свои мысли.

Эти парни… они пришли сюда не за подачками, не за помощью. Они пришли, чтобы поддержать меня. Чтобы дать мне силы. Чтобы показать, что я не один. И это было самое ценное, что я получил за последнее время.

Я взял со стола досье на каждого из них. Там были все данные – имена, фамилии, адреса, профессии, родственные связи, даже информация о том, где они учились и работали. Один – студент, второй – рабочий на заводе, третий – служил в армии. У всех троих, по документам, не было своего жилья. Они жили с родителями в той "Солнечной Долине".

"Что ж, – подумал я, – кажется, пришло время для небольшого чуда".

Я тут же позвонил Станиславу, своему юристу, и распорядился выделить каждому из этих парней по квартире в одном из новых домов, которые сейчас строила фирма "Созидатель". Пусть у них будет свой дом, в котором они смогут начать новую жизнь. Затем я откинулся на спинку кресла, обдумывая планы на будущее. Леос… Этот ублюдок должен быть наказан. И я найду его. Где бы он ни скрывался!

Посмотрел на часы. Уже поздно. Пора заканчивать рабочий день и отправляться в мастерскую. Там меня ждала работа.

Я вышел из кабинета, прошёл по длинному коридору и спустился в подвал, где находился вход в подземную дорогу, ведущую в мою усадьбу. Сев в вагонетку, я нажал на кнопку пуска, и она, плавно набирая скорость, понеслась по рельсам, уходя в темноту тоннеля.

Через несколько минут я уже был в усадьбе. Зашёл в мастерскую. Здесь, как всегда, кипела работа. Сотни големов, больших и маленьких, сновали туда-сюда, выполняя мои поручения.

Големы-шахтёры непрерывным потоком доставляли сюда добытые ресурсы. Всё это попадало на конвейер, установленный вдоль стены. Камни, металлы, руда – всё это автоматически отправлялось в топку, где плавилось, преобразовываясь в новые материалы. Готовая "продукция" – слитки металла, каменные блоки, даже драгоценные камни, – складировалась в специально оборудованных нишах.

Големы-оружейники создавали из расплавленного металла заготовки для оружия и доспехов. Лезвия, рукояти, спусковые механизмы – всё это, блестящее и сверкающее, складывалось в аккуратные стопки. Големы-упаковщики упаковывали их в ящики. И всё это происходило автоматически, без моего вмешательства.

Я с удовольствием оглядел своё "хозяйство", задумчиво потирая подбородок. Да, дела шли в гору. Это была отлаженная система, работающая, как часы. И это было только начало. В моих планах было создать не просто мастерскую, а целые подземные фабрики, способные производить всё, что нужно для обороны и жизни княжества.

Я решил быстро собрать ещё одну партию големов и отправить их на "работу". Четыре сотни големов-рабочих для шахт. И ещё сотню големов-воинов, тех самых, которые должны были стать основой моей армии.

Вскоре всё было готово. Я с удовольствием осмотрел массивные тела из камня и металла, вооружённые нефритовыми клинками и пулемётами. Настоящие машины для убийства. Я "запрограммировал" их и, напитав энергией, отправил в путь – в шахты и на улицы Вадуца.

Затем спустился на самый нижний уровень, чтобы посмотреть, как продвигаются дела у моих големов-землекопов. Они уже вовсю трудились, прокладывая новые туннели. Один вёл в сторону Швейцарии, второй – к Австро-Венгрии. Я не знал, понадобятся ли они мне. Но, как говорится, лучше перебдеть, чем недобдеть.

Деревушка Хинтер-Шелленберг

Княжество Лихтенштейн

Ночь. Тишина. Звёзды алмазной россыпью мерцали на чёрном полотне неба. Деревенька Хинтер-Шелленберг, затерянная среди альпийских вершин, мирно спала. В трёхстах домах, разбросанных по склону горы, люди видели сладкие сны, даже не подозревая о том, что совсем скоро их покой будет нарушен.

Максим Осипенко, местный полицейский, не спал. Он сидел на крыльце своего небольшого домика, потягивая травяной чай и наслаждаясь свежим воздухом и тишиной. Его мысли постоянно возвращались к новости, о которой он узнал сегодня утром – правительство усиливало охранные патрули по всему Лихтенштейну. А ещё, новый глава княжества, Теодор Вавилонский, лично проверяет боеготовность войск.

Внезапно тишину ночи разорвали… выстрелы? Осипенко вздрогнул, резко вскочил и вернулся в дом.

– Что за чертовщина?! – пробормотал он, хватая со стула свою полицейскую фуражку и старенький пистолет "Вальтрекс", который он носил больше для солидности, чем для дела. – В нашей деревне уже лет сто никто не стрелял, не считая охотников на кабанов.

Он выскочил на улицу, пробежал несколько домов и… его чуть кондратий не хватил от увиденного. Посреди деревни, под тусклым светом луны, стоял высокий мужчина в чёрном плаще. Его лицо скрывала тень капюшона, но Осипенко отчётливо видел, как в темноте горят его глаза – холодным, неестественным светом. За спиной незнакомца колыхались шесть Теней, их бесформенные тела извивались, как змеи, издавая тихое шипение.

Рядом, на земле, лежали неподвижные тела жителей, которых он, судя по всему, только что убил.

– Что здесь происходит?! – крикнул Осипенко, направляя пистолет в сторону незнакомца.

– Тихо, – холодно произнёс тот, не поворачиваясь. – Не дёргайся. Иначе… пожалеешь. Я – Харрис, один из пальцев Леоса!

Тем временем из домов уже начали выбегать люди, привлечённые шумом.

– Всем выйти и собраться на площади! – крикнул незнакомец.

Осипенко бессильно скрипнул зубами, поняв, что ситуация – хреновая. Он вспомнил новости о нападении Теней на одну из деревень, где все жители погибли. Та же картина сейчас разворачивалась и здесь.

Он должен был что-то сделать. Должен был спасти всех людей. Но как? Обычное оружие против Теней бесполезно. А магией он не владел.

Пока Осипенко лихорадочно соображал, Харрис, словно наслаждаясь моментом, продолжал издеваться над жителями Хинтер-Шелленберга.

– Ну что, бедолаги, – произнёс он, обводя взглядом собравшихся, – кто хочет стать первым?

И тут произошло нечто невероятное. В одну из Теней, готовую наброситься на ребёнка, вдруг что-то врезалось с такой силой, что тварь разлетелась на куски. Чёрная субстанция брызнула во все стороны, испаряясь на лету. Затем этот "некто" метнулся к следующей Тени, и та тоже разлетелась на части.

Осипенко, не веря своим глазам, смотрел на происходящее. Это был металлический голем, которого накануне утром гвардия Вавилонского оставила в деревне для защиты.

Весь день он неподвижно, как статуя, простоял недалеко от площади. И никто не понимал, что это такое. Жители Хинтер-Шелленберга были людьми простыми, неискушёнными в военных делах. Они видели в нём лишь странную металлическую фигуру, не представляющую никакой опасности.

Теперь же этот металлический воин, словно ожив, яростно бросался на Теней. Его движения были быстрыми и точными. Нефритовые клинки, которыми он был вооружён, рассекали тьму, оставляя за собой светящиеся зелёные следы.

Харрис, ошеломлённый этим внезапным нападением, на мгновение замер. Он явно не ожидал, что в этой захолустной деревне окажется кто-то, способный противостоять Теням.

– Что за…? – пробормотал он, с недоумением глядя на голема.

Но тут же, придя в себя, он поднял руки, и из его груди вырвались новые Тени. Их было уже не шесть, а двадцать.

– Убить его! – приказал он.

Двадцать Теней окружили голема со всех сторон, медленно сжимая кольцо. Они извивались и шипели.

Харрис усмехнулся.

– Давайте, мои красавицы, – прошептал он. – Покажите этой железяке, что такое настоящая Тьма.

Тени атаковали одновременно. Они метнулись к голему чёрными вихрями, как стая ворон, почуявших падаль. Но железный воин был готов. Он резко взмахнул клинками, описав ими восьмёрку в воздухе. Два нефритовых лезвия рассекли пространство со свистом, оставляя за собой зелёные светящиеся следы. Четыре Тени, попавшие под удар, растворились с пронзительным визгом.

Но остальные Тени уже набросились на голема, вцепившись в его металлическое тело. Голем завертелся волчком, его клинки мелькали с невероятной скоростью, разрубая тварей на части. Каждый удар сопровождался вспышкой зелёного света и душераздирающими воплями умирающих Теней.

Осипенко с раскрытым ртом наблюдал за этим невероятным сражением. Голем двигался с невероятной грацией, несмотря на свой вес. Каждое его движение было выверено с математической точностью. Он не тратил энергию впустую, не делал лишних выпадов.

– Жители! – крикнул полицейский, придя в себя. – Бегите в церковь! Быстрее!

Люди, очнувшись от оцепенения, бросились врассыпную. Харрис попытался отправить несколько Теней за ними, но голем тут же метнулся наперерез, уничтожая тварей одну за другой.

– Чёртова кукла! – взревел Харрис, выпуская ещё больше Теней. – Я разберу тебя на запчасти!

По его приказу оставшиеся Тени изменили тактику. Теперь они нападали не все сразу, а поочерёдно, стараясь измотать противника. Одна Тень отвлекала внимание голема, в то время как другая пыталась ударить его сзади.

Голем успевал реагировать на каждую атаку, но его движения стали медленнее.

Одна из Теней проскользнула сквозь его защиту и вцепилась в плечо. Голем сбросил её, но на металле остался чёрный, дымящийся след – как будто кислота разъедала прочный сплав.

– Вот так, вот так! – закричал Харрис. – Ещё немного, и он наш!

Голем продолжал отбиваться, но Тени были слишком быстрыми и многочисленными. Ещё одна тварь прорвалась сквозь его защиту и впилась в левую руку. Голем отсёк ей голову одним точным ударом, но рука теперь двигалась медленнее, как будто заржавевшая.

Осипенко не мог больше просто смотреть. Голем сражался отчаянно, но с каждой секундой его движения становились всё более скованными. Чёрные следы от прикосновений Теней расползались по металлическому телу, будто гангрена.

– Держись, железяка! – крикнул полицейский, поднимая свой "Вальтрекс".

Прицелившись в Харриса, Осипенко спустил курок. Пистолет выплюнул пулю, которая полетела к цели. Но за мгновение до того, как она должна была достигнуть Харриса, вокруг него возникла тёмная пелена. Пуля вошла в неё и… просто исчезла, как будто её поглотила сама тьма.

Харрис медленно повернулся к полицейскому, его глаза под капюшоном вспыхнули ярче.

– Глупец! – протянул он, и его голос, казалось, шёл отовсюду сразу. – Обычное оружие бессильно против слуги Тьмы. Я защищён древней магией, которую такие, как ты, даже представить не могут.

Он небрежно махнул рукой, и одна из Теней отделилась от основной группы, атакующей голема, и устремилась к Осипенко. Полицейский выстрелил в неё, но пули прошли сквозь бесплотное тело, не причинив никакого вреда.

"Вот и всё," – подумал Осипенко, отступая назад. – "Сейчас эта тварь доберётся до меня, и…"

Вдруг воздух перед ним засветился ярким голубым светом. Тень, почти достигшая полицейского, с визгом отпрянула назад. Между Осипенко и тварью возник мерцающий полупрозрачный щит.

– Что? – удивлённо пробормотал полицейский, оглядываясь.

Из церкви вышла фигура. Это была пожилая женщина, Мария Шрайвер, местная травница, которую многие считали немного не в своём уме. Её руки были вытянуты вперёд, а пальцы сложены в сложном жесте. Именно от её ладоней исходило голубое сияние.

– Госпожа Шрайвер? – Осипенко не верил своим глазам.

– Я не одна, – сказала старуха, не прекращая творить своё заклинание.

И действительно, с разных сторон площади к ним приближались другие жители деревни. Молодой пекарь, которого все знали, как застенчивого парня, теперь шёл уверенной походкой, а в его руках плясали языки пламени. Братья-лесорубы, которых считали простыми рубаками, вышли из-за домов с топорами, светящимися синим огнём. Тихая учительница местной школы стояла у фонтана и вода вокруг неё поднималась спиралями. Старый кузнец держал в руках молот, от которого исходил золотистый свет.

А позади всех шла маленькая девочка, которую Осипенко знал как дочь местного сапожника. Но сейчас её глаза светились серебристым светом, а вокруг головы кружились маленькие светящиеся сферы.

– Одарённые… – прошептал ошеломлённый полицейский.

Харрис, заметив новых противников, нахмурился. Его план явно не предусматривал столкновения с несколькими Одарёнными одновременно.

Жители деревни, воодушевлённые примером голема, бросились в атаку. Разнообразные магические техники обрушились на Теней со всех сторон.

– Убейте их всех! – взревел Харрис.

Бой был жестоким. Теневые твари набрасывались на людей, но те отбивались магическими техниками. Голем, несмотря на множество повреждений, тоже продолжал сражаться. Чёрная субстанция Теней уже вовсю разъедала его металлический корпус.

– Что, уже не такой резвый?! – прорычал Харрис.

Он сделал резкий жест рукой, и тёмная энергия вырвалась из его пальцев, ударив по голему с такой силой, что один из нефритовых клинков вылетел из металлической руки и, звеня, покатился по мостовой.

Осипенко видел, как голем замер на долю секунды, анализируя ситуацию. Харрис рассмеялся, думая, что обезоружил противника, но железный воин не собирался сдаваться. В следующее мгновение голем сделал нечто неожиданное – он вонзил оставшийся клинок себе в грудь и вытащил оттуда длинную нефритовое деталь, скрытую внутри его корпуса.

– Что за…? – только и успел произнести Харрис.

Голем, не теряя ни секунды, метнул деталь с чудовищной силой. Она просвистела в воздухе и вонзилась в Тень, которая в этот момент готовилась наброситься на Одарённую учительницу. Тварь взорвалась тёмными брызгами, издав пронзительный вопль.

– Защищает… нас… до последнего, – прошептал Осипенко, не веря своим глазам.

Харрис, видя, что теряет преимущество, заревел от ярости. Он выбросил руки вперёд, и из его груди вырвались новые Тени, ещё больше и страшнее прежних. Одарённые жители деревни отступили. Только голем остался стоять на том же месте.

– Вы все умрёте! – закричал Харрис. – Сегодня эта сраная деревня станет вашей могилой!

Тени окружили голема плотным кольцом. Но железный воин не сдавался. С каждым ударом его единственного клинка исчезала очередная тварь, рассыпаясь в чёрную пыль.

Осипенко, укрывшись за фонтаном, вместе с несколькими жителями, наблюдал за этим невероятным боем. Госпожа Шрайвер создала вокруг них защитный купол, который отражал атаки отдельных Теней, но было ясно, что долго она не продержится.

– Почему он так яростно сражается? – прошептала учительница, глядя на голема.

– Потому что его создали для этого, – ответил Осипенко. – Он защищает нас, людей.

А голем тем временем продолжал сражаться. Одна за другой падали Тени, но и сам железный воин был уже сильно повреждён. Чёрная субстанция разъедала его металлический корпус, обнажая внутренние механизмы. Левая рука почти не двигалась, а правая, сжимающая клинок, работала с видимым усилием.

– Глупая машина, тебе конец, – усмехнулся Харрис, делая шаг вперёд.

В этот момент голем резко развернулся и одним молниеносным движением метнул свой клинок прямо в Харриса. Клинок прошил воздух, оставляя за собой зелёный след, и…

Харрис не успел среагировать. Нефритовый клинок вонзился ему в плечо, прорезав плащ и плоть. Слуга Леоса закричал от боли.

Оставшись без оружия, голем продолжал двигаться вперёд. Его металлические кулаки сжались, готовые к последнему бою.

Харрис, обезумев от ярости, выбросил вперёд руки. Из его ладоней вырвался поток чистой тьмы – не Тени, а сама первозданная Тьма, лишённая всякой формы. Этот поток ударил в голема с такой силой, что тот отлетел на несколько метров, с грохотом врезавшись в стену дома.

– Сдохни! – заорал Харрис.

Тени тут же окутали голема со всех сторон, проникая в каждую щель, разъедая металл, как кислота. Железный воин пытался подняться, но его конечности уже не слушались.

Харрис, шатаясь, подошёл к нему. Теперь он улыбался – улыбался победе и страданиям своего врага.

– Ну что, защитничек? – прошипел он, наклоняясь над поверженным големом. – Не так уж ты и силён, как хотелось бы твоим создателям.

Голем уже не мог шевелиться. Последним усилием воли он поднял голову, встречаясь взглядом с Харрисом. Его глаза окончательно погасли, а тело обмякло. Железный воин пал.

Харрис выпрямился, торжествующе оглядывая поле боя. Несколько Теней ещё оставались в живых, кружа над телами погибших сородичей.

– Теперь, – медленно произнёс он, поворачиваясь к жителям, укрывшимся за магическим щитом, – ваша очередь.

Внезапно в конце улицы послышался тяжёлый металлический лязг. Шаг, ещё шаг, каждый из которых отдавался эхом по всей деревне. Из-за угла показалась массивная фигура, почти вдвое больше первого голема.

Харрис, увидев его, нахмурился.

– Не может быть, – пробормотал он, с недоумением глядя на голема. – Ещё один?

Оставшиеся Тени всем скопом метнулись к новому голему, окружив его со всех сторон. Но тот даже не замедлил шаг. Одним мощным взмахом меча он рассёк сразу пятерых тварей, которые растворились в воздухе с пронзительным визгом.

Затем голем направился прямо к Харрису. Тени, пытавшиеся преградить ему путь, падали одна за другой под ударами его мощных клинков.

В отчаянии Харрис попытался бежать, но голем молниеносно настиг его и взмахнул правым мечом. Огромное лезвие, светящееся зелёным пламенем, описало в воздухе идеальную дугу.

Харрис ещё успел удивлённо моргнуть, когда его голова, отделённая от тела, взлетела в воздух. На мгновение его глаза встретились с пылающим взором голема. А затем наступила тьма. Но не та Тьма, которой он служил, а обычная, безвозвратная тьма смерти. Тело Харриса рухнуло на мостовую, а его голова откатилась в сторону.

Страж остановился над телом поверженного врага. Он медленно обвёл взглядом площадь, задержавшись на теле павшего голема, лежавшего у разрушенной стены дома. Затем повернулся к жителям, всё ещё укрывавшимся за магическим щитом госпожи Шрайвер.

Осипенко, заворожённо наблюдавший за происходящим, не мог поверить своим глазам. Ещё никогда в жизни он не видел ничего подобного.

– Генерал Абаддон, – раздался механический голос голема. – Я выполнил ваш приказ.

В этот момент на площадь начали падать другие големы, которых доставили на вертолётах, как только пришёл сигнал тревоги.

Вскоре прибыли и Тенеборцы, и гвардейцы Вавилонского. А за ними подоспела и армия Лихтенштейна.

Весь периметр деревни был взят под охрану. Жители Хинтер-Шелленберга с удивлением наблюдали за работой прибывших големов. Никто из них никогда не видел ничего подобного – железные воины методично прочёсывали каждый уголок деревни, обнаруживая малейшие следы Теней и мгновенно уничтожая их.

Осипенко стоял на площади, наблюдая, как генерал Абаддон координирует действия других големов. Металлический гигант отдавал короткие команды механическим голосом, и железные воины беспрекословно подчинялись.

Один из военных подошёл к Осипенко.

– Сергей Шмелёв, гвардия Вавилонского, – представился он. – Вы местный начальник полиции?

– Максим Осипенко, – кивнул полицейский. – Да, я здесь за порядком слежу уже пятнадцать лет. Только вот… никогда не думал, что придётся с таким столкнуться.

Шмелёв сочувственно кивнул.

– Никто не бывает готов к нашествию Теней. Но мы над этим работаем.

– Эти железные воины… – Осипенко кивнул в сторону големов. – Они невероятны.

– Новая разработка нашего Главы, – с гордостью произнёс Шмелёв.

К ним подошла группа жителей.

– Господин, – обратились они к гвардейцу. – Мы хотим знать, что будет с нашей деревней.

– Княжество возьмёт на себя все расходы по восстановлению повреждённого дома, – официальным тоном произнёс Шмелёв. – Уже завтра сюда прибудут строители и…

– К чёрту дом! – неожиданно резко перебил его один из жителей, выступая вперёд. – Дом мы и сами починим. Мы спрашиваем про нашего защитника.

Он указал рукой на тело первого голема, который сражался в одиночку против Харриса и его Теней. Железный воин неподвижно лежал у стены дома.

– Его нужно восстановить в первую очередь, – твёрдо заявил ещё один местный житель. – Этот железный парень сражался за нас, когда никого другого рядом не было.

Все согласно закивали.

– Он пожертвовал собой ради нас, – добавила женщина. – Если бы не он, мы бы все погибли ещё до прибытия подкрепления.

– Да, лучше восстановите нашего защитника! – подхватил молодой парнишка.

Гвардеец Шмелёв с удивлением смотрел на жителей деревни. Затем перевёл взгляд на Осипенко, который одобрительно кивнул.

– Так и запишите в вашем отчёте, – сказал полицейский. – Жители Хинтер-Шелленберга просят в первую очередь восстановить голема, который защищал их деревню.

Шмелёв помедлил, а затем достал коммуникатор.

– Шмель вызывает базу, – произнёс он. – У меня тут голем модели Т-7. Жители деревни требуют полное восстановление…

Он выслушал ответ, отключил коммуникатор и повернулся к жителям.

– Вашего защитника восстановят, – заверил он. – Теодор Вавилонский лично займётся этим.

По толпе жителей деревни Хинтер-Шелленберг пронёсся радостный вздох облегчения.

* * *

Идея разбросать големов по деревням, как семечки по огороду, сработала на все сто. Два нападения за ночь – и ни одной жертвы среди мирного населения. Хоть в чём-то повезло.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.